Текст книги "Идеальный мир для Химеролога 5 (СИ)"

Автор книги: Олег Сапфир

Соавторы: Марк Альтергот
сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

Глава 15

Среди суматохи и криков, когда гвардейцы, прикрываясь щитами, тащили бесчувственное тело наследника и полуживого от страха графа к выходу, в коридоре появилась ещё одна фигура.

Она двигалась против течения. Спокойно, размеренно, как ледокол. Тёмный просторный балахон с глубоким капюшоном скрывал очертания тела, делая её похожей на монаха-отшельника, который ошибся дверью и попал на войну.

Никто не обратил на неё внимания. Гвардейцам было не до того – они спасали своих нанимателей. Донской был слишком занят тем, чтобы не поседеть окончательно.

А я улыбнулся.

Семён Петрович, старый надёжный вояка, сработал чётко. Я отправил ему сигнал ещё до того, как начал медитацию. Простое сообщение: «Доставь „посылку“ по адресу как можно быстрее». И он доставил.

Фигура поравнялась со мной и замерла.

– Все вон! – рявкнул я, перекрывая шум разрушения, доносившийся из спальни. – Уводите гражданских! Я задержу тварь!

– Но Виктор! – попытался возразить Донской. – Это самоубийство!

– Дмитрий Львович, бегите, пока есть возможность! – я подтолкнул его в спину.

Гвардейцы не стали ждать второй команды. Подхватив графа и инспектора, они рванули к лестнице.

Коридор опустел.

Я повернулся к фигуре в балахоне.

– Ну что, готова?

Она молча кивнула.

Мы вошли в разгромленную спальню.

Здесь царил ад. Древний дух, обретший плоть, буйствовал. Огромная крылатая змея с костяными шипами крушила мебель, разрывала когтями картины и поливала стены кислотой. Увидев нас, она издала торжествующий визг и развернулась.

Я подошёл к уцелевшему креслу, смахнул с сиденья обломки какой-то вазы и вальяжно уселся, закинув ногу на ногу.

– Рядовая, вперёд.

Фигура сбросила балахон. Ткань упала на пол, открывая мощное, закованное в костяную броню тело моей обезьяны. В её руках тускло блеснули клинки катан. Она стояла неподвижно, глядя на чудовище перед собой.

Монстр зашипел. Он чувствовал силу. Но он был древним, голодным и уверенным в своём превосходстве.

– Слушай меня внимательно, – сказал я, не отрывая взгляда от своей подопечной. – Это не просто драка. Это твоя эволюция. Твой главный экзамен.

Рядовая чуть повернула голову, ловя каждое моё слово.

– Этот противник сильнее тебя, – честно признал я. – Он древнее. В нём ярость тысяч лет заточения. У него магия, яд и инстинкты убийцы, отточенные веками. По всем законам природы он должен размазать тебя по этому паркету за три секунды.

Змей сделал выпад. Рядовая ушла в сторону скользящим движением, пропустив клацающие челюсти в миллиметре от плеча.

– Но есть один нюанс, – продолжил я, наблюдая за танцем смерти. – Его создали дикари с палками и бубнами. Они молились духам и лепили горшки. А тебя создал я.

Монстр ударил крылом, пытаясь сбить её с ног. Рядовая приняла удар на скрещённые клинки. Искры брызнули фонтаном. Её отбросило к стене, но она устояла.

– Ты – венец моего творения в этом мире. Пока что. Я вложил в тебя свои знания. Я перекраивал твои кости, учил твои мышцы работать эффективнее. Ты – мой проект.

Змей снова атаковал, на этот раз плюнув сгустком кислоты. Рядовая оттолкнулась от стены, взлетела под потолок, уцепилась за люстру, раскачалась и рухнула на спину монстра, нанося рубящий удар. Клинок со скрежетом прошел по чешуе, оставив глубокую борозду.

Тварь заревела, изворачиваясь всем телом, пытаясь достать наглую макаку.

– Ты всегда будешь лучше, чем все остальные. Потому что я так сказал и так сделал. Но потенциал – это ничто без воли.

Рядовая пропустила удар хвостом. Её швырнуло через всю комнату. Она врезалась в шкаф, превратив его в груду щепок.

Змей торжествующе зашипел и бросился добивать.

– Встать! – скомандовал я. – Сегодня ты либо умрёшь, либо пройдёшь этот экзамен. Третьего не дано.

Она встала. Из разбитой губы текла кровь, броня на плече треснула. Но в её жёлтых глазах не было страха. Там загоралось что-то новое… холодное и расчётливое.

– Раскрой свой скрытый потенциал. Пройди закрытые границы. Я снял все блоки. Твоё тело – это оружие. Используй его на полную мощность.

Битва вспыхнула с новой силой.

Это было эпично.

Змей был ураганом. Он крушил, ломал, заливал всё ядом…

А Рядовая стала ветром.

Она перестала действовать как обезьяна или как человек. Она двигалась как… идеальный боевой алгоритм.

Удар хвостом? Прыжок. Крыльями? Перекат под ними. Укус? Блок костяным наручем и контратака в глаз.

Она использовала всё, что оказывалось под рукой. Обломки мебели летели в морду твари, сбивая прицел. Тяжёлая люстра, сорванная с потолка, стала цепом – Рядовая раскрутила её над головой и хлестнула по крыльям змея, заставив его потерять равновесие. Металл и хрусталь разлетелись вдребезги, но цель была достигнута: монстр завалился на бок.

Я смотрел на неё и чувствовал гордость.

Можно подумать, что Рядовая – просто сильная туповатая обезьяна. Очередной эксперимент. Но это было не так.

Она была моей новой Кайей. Только в этом мире.

Я не просто прокачивал её или «пришивал» новые атрибуты, как делали местные мясники. Нет. Это путь в никуда.

Я работал с ней практически каждый день.

Вот я усилил ей сухожилия, чтобы они выдерживали рывок в десять тонн. А на следующий день перебалансировал работу мозжечка, чтобы она могла координировать эту силу.

Я доводил до совершенства то, что уже было. Шлифовал инстинкты. Оптимизировал метаболизм.

Вводил новые атрибуты? Да. Но только те, что идеально вписывались в её структуру. И снова шлифовал, подгонял, настраивал…

Это как создавать идеальный меч. Можно просто взять кусок железа и заточить его. А можно ковать его годами, складывая слои стали, закаляя в крови драконов, пока он не станет продолжением руки.

Рядовая была моим идеальным мечом.

* * *

Остров Туманов, Архипелаг Полумесяца

Скрежет костяного резца по дереву действовал на нервы любому, кроме того, кто этот резец держал.

Верховный шаман племени, старик по имени Тургор, сидел на циновке в своей хижине. Его сухие и жилистые руки двигались взад-вперёд. Стружка падала на пол, открывая застывший в крике рот будущей маски.

Две тысячи девятьсот шестьдесят пять.

Именно столько он уже сделал. Оставалось ещё тридцать пять.

Тургор дунул, сдувая древесную пыль. Это была его личная тюрьма и его билет на свободу. Закон предков был суров и непреклонен: шаман обязан оставить после себя три тысячи масок. Только тогда он получит право умереть и уйти в Великую Пустоту с честью.

Если он умрёт раньше, его дух будет вечно скитаться по острову, вопя от боли и ужаса, став пищей для тех тварей, которых он всю жизнь изгонял.

Шаман отложил резец и потянулся к чаше с тонизирующим отваром.

Жизнь племени изменилась. Лет сорок назад Совет Старейшин, в который тогда входил ещё молодой Тургор, принял историческое решение. Они вышли из изоляции. Интеграция с материком прошла блестяще.

Тургор усмехнулся, вспоминая, как легко они обвели вокруг пальца чиновников. Те думали, что получили доступ к редким ресурсам и экзотике. А племя получило доступ к технологиям, медицине и, самое главное, к рынку сбыта.

Они продавали «этнические сувениры». Глупые горожане вешали их на стены, ставили на камины, хвастались перед гостями…

Им было плевать, что вместе с маской покупатель приносил в свой дом проклятие. Племени вообще было плевать на всех, кто не принадлежал к их крови. Главное – выживание Острова. Главное – чтобы у них были генераторы, топливо и современные винтовки, чтобы отбиваться от тварей, лезущих из Глубинных Пещер.

– Мы важнее всего, – прошептал Тургор свою любимую мантру. – Остальные всего лишь удобрение для корней нашего древа.

Внезапно воздух в хижине сгустился. Тени в углах задрожали, а в ушах шамана раздался противный писк – так звучал эфирный канал, когда духи были чем-то недовольны.

Тургор нахмурился. Он закрыл глаза, погружаясь в транс. Мир потерял краски, став серым и зыбким.

– Ошибка… – шелестели голоса в его голове. – Ты допустил ошибку, Резчик… Мы недовольны…

– В смысле, ошибку? – мысленно огрызнулся шаман. – Я не ошибаюсь. Мои печати безупречны.

– Связь нарушена… Поток идёт вспять…

Тургор напряг ментальное зрение, прослеживая невидимые нити, связывающие его с каждым созданным артефактом. Он перебирал их, как паук перебирает паутину, пока не наткнулся на одну, вибрирующую от напряжения.

Это была маска «Змеиного Безумия».

Шаман вспомнил её. О, это была особая работа.

На их острове были Глубинные Пещеры. Места силы, где скапливалась гнилая энергия, из которой рождались химеры. Настоящие чудовища – древние, безумные, наделённые мощью, неподвластной для понимания обычного человека.

Убить их физически было недостаточно. Душа твари оставалась привязанной к месту, отравляя всё вокруг, сводя с ума людей, превращая животных в мутантов.

Единственным способом избавиться от этой заразы было заточение. Шаманы ловили душу умирающей химеры и запирали её в специально подготовленную маску из чёрного дерева.

Та конкретная тварь… Тургор поморщился. Это был Древний Змей. Чтобы завалить его, пришлось поднять всех охотников племени. Они потеряли трёх лучших воинов, но душу поймали.

А потом, следуя новой политике, продали маску антиквару с материка.

– Условие одно, – сказал тогда Тургор перекупщику. – Не продавать местным. Увези её как можно дальше.

Им было плевать, что будет с покупателем. Главное – убрать «бомбу» с острова. Если какой-то идиот наденет маску, дух химеры вселится в него, сожжёт тело носителя за пару дней и развеется окончательно. Проблема решена.

Недавно Тургор почувствовал отклик: маску надели. Он тогда лишь довольно хмыкнул – цикл завершён, ещё одна тварь уничтожена руками глупых чужеземцев.

Но сейчас…

Он смотрел сквозь пространство и видел невозможное.

Кто-то не просто надел маску. Кто-то пытался запихнуть вырвавшуюся сущность химеры обратно! Или, что ещё хуже, разорвать связь без смерти носителя, присвоив силу себе.

– Охренеть… – прошептал шаман. – Это вообще законно?

Идёт обратная привязка. Вместо того чтобы химера поглотила человека, человек пытается подчинить или изгнать химеру, нарушая все ритуальные каноны.

Это была угроза. Если этот неизвестный умелец разберётся в структуре печати, он может найти путь обратно, к создателю. К его племени.

– Нет, – решил Тургор. – Этого не будет допущено. Договор должен быть исполнен. Носитель должен умереть.

Он встал, подошёл к алтарю, сделанному из черепов мелких грызунов, и взял горсть костного порошка.

Ему нужно вмешаться.

Шаман швырнул порошок в огонь жаровни. Пламя вспыхнуло зелёным.

– Духи! – воззвал он. – Я призываю вас! Тот, кто носит Лик Змея, сопротивляется. Дайте Змею сил! Наполните его яростью! Сломайте волю человека! Пусть тварь сожрёт его изнутри прямо сейчас!

Эфир задрожал. Духи услышали. Но они колебались.

– Там невинная душа… – прошелестел голос. – Мальчик… Он чист… Мы чувствуем свет…

Тургор скривился, сплюнув на пол.

– Мне плевать! – рявкнул он. – Нет там невинных! Все, кто живут в городах, кто забыл корни, кто пользуется нашими проклятиями как игрушками – они все виновны! Только наше племя имеет право на существование!

Он ударил кулаком по алтарю.

– Убейте его! Разорвите связь! Пусть Змей возьмёт своё!

Духи молчали секунду, словно прикидывая цену.

– Мы сделаем это, Резчик… – наконец ответили они. – Но цена будет высока. Ты отдашь нам то, что мы попросим. В будущем.

Шаман даже не задумался. Будущее – это потом. А проблема была сейчас.

– Забирайте, что хотите, когда придёт время! Действуйте!

Он почувствовал, как поток тёмной энергии, повинуясь воле духов, устремился через эфирные каналы на материк, прямо к той точке, где сейчас кто-то отчаянно боролся с древним проклятием.

Тургор оскалился в улыбке.

– Посмотрим, как ты справишься с этим, неизвестный спаситель. Древнего Змея, накачанного силой Духов, не удержать.

Он снова взял резец. Ему нужно было закончить маску. Две тысячи девятьсот шестьдесят шестую.

* * *

Казалось, дело сделано. Змеюка уже хрипела, её движения стали вялыми, а Рядовая, хоть и потрёпанная, явно доминировала, готовясь нанести финальный удар.

И тут реальность дрогнула.

Над головой монстра закрутилась тёмная воронка, из которой в его израненное тело хлынул поток буро-зелёной энергии.

Змей выпрямился. Его раны начали с хлюпаньем затягиваться. Чешуя, только что разбитая ударами катан, снова затвердела и засияла тёмным светом.

Рядовая отскочила назад, прикрываясь клинками. Ей было тяжело. Я видел, как дрожат её колени, как тяжело вздымается грудная клетка… Броня на плече треснула, по шерсти текла кровь. Она выложилась на полную, а противник вдруг включил режим «бога».

– Да ладно⁈

Я выбросил вперёд руки, сплетая в воздухе диагностическую структуру. Вокруг монстра закружились светящиеся круги, сканируя пространство. Символы вспыхивали и гасли, передавая мне информацию.

Поток шёл извне, с очень большого расстояния. Кто-то пробил канал и накачивал эту тварь силой напрямую, передавая собственные ресурсы. Духовная подпитка.

– Так нечестно! – громко заявил я. – Я же не помогаю! Мы договаривались на честный бой один на один! А вы тут мухлевать вздумали?

Змей, полностью восстановившись и получив допинг, метнулся к Рядовой с невообразимой скоростью. Удар хвостом сбил её с ног, впечатав в стену. Штукатурка посыпалась дождём.

– Ну, раз так, то ладно. Правила нарушили вы.

Я оказался рядом с Рядовой, моя ладонь легла на её мохнатое плечо.

– Принимай.

Я не стал мелочиться. Просто открыл «шлюзы» и влил в неё свою чистую энергию. А заодно активировал два временных атрибута из своего «экстренного запаса».

Первый – «Ярость Титана». Кратковременное, но чудовищное увеличение физической силы в десять раз.

Второй – «Алмазный Покров». Полная неуязвимость к физическому и магическому урону на тридцать секунд.

– Порви его.

Глаза Рядовой вспыхнули. Сначала жёлтым, а потом они налились чистым белым огнём. Её тело окутало сияние. Мышцы вздулись так, что, казалось, сейчас порвут кожу. Она издала рык, от которого в комнате лопнуло чудом уцелевшее зеркало.

Змей плюнул кислотой. Жижа попала Рядовой в грудь, но просто стекла по сияющей ауре, не причинив вреда.

Обезьяна сначала перехватила катаны поудобнее, но потом, что-то прикинув, отбросила их в сторону. Похоже, для того, что она собиралась сделать, сталь была не нужна.

Она прыгнула.

Змей хотел было ударить её крылом, но Рядовая оказалась гораздо быстрее. Она схватила монстра за шею двумя руками.

Тварь забилась, пытаясь вырваться, хлестала хвостом, кусалась… Бесполезно. Хватка была стальной.

Рядовая упёрлась ногой в туловище змея. Её мышцы напряглись…

РЫВОК!

Раздался звук, похожий на выстрел пушки. Это лопнул позвоночник древнего чудовища.

Но Рядовая не остановилась. Она продолжала тянуть. Кожа, мясо, жилы – всё это рвалось с влажным треском.

Она просто оторвала ему голову. Голыми руками.

Огромная змеиная туша обмякла и свалилась на пол, заливая дорогой паркет чёрной жижей. Голова осталась в руках у Рядовой.

Сияние вокруг обезьяны начало угасать. Она тяжело дышала, пар валил от её тела. Она разжала пальцы, и голова монстра покатилась к моим ногам.

Рядовая тяжело опустилась на пол, усевшись среди обломков мебели. Она выглядела уставшей, но в её взгляде читалось что-то новое. Глубокое… Осознанное…

Я подошёл к ней.

– Поздравляю, – сказал я серьёзно. – Ты только что прошла свою первую эволюцию.

Это была битва с древней сущностью, преодоление предела, вливание моей силы… Всё это запустило в её организме необратимый процесс.

Её тело начало меняться прямо сейчас. Шерсть стала чуть короче и гуще, приобретая благородный отлив. Пропорции тела слегка выровнялись, став более… совершенными. Череп чуть изменил форму, увеличивая объём для мозга. Вокруг неё блеснуло слабое свечение – признак того, что теперь она сама стала источником магии, а не просто потребителем.

Она подняла на меня глаза. В них больше не было той простой животной преданности. Там был разум.

Она открыла рот, силясь что-то произнести. Её гортань, перестроенная эволюцией, напряглась.

– Бла… го… да… рю… – проскрежетала она.

Голос был грубым, похожим на звук трения камней друг о друга. Ей было неудобно, непривычно, слово далось с трудом, словно она выплюнула его вместе с воздухом.

Рядовая замерла. Её руки метнулись к лицу, прикрывая рот. Она посмотрела на свои ладони, потом на меня. В глазах читался шок.

Она. Сказала.

– Да, – кивнул я, ничуть не удивившись. – Это последствия. Привыкай. Теперь мы сможем обсуждать тактику не на пальцах.

Я оглядел разгромленную комнату. Мебель в щепки, стены в кислоте, посреди всего этого – обезглавленная туша древнего чудовища.

– А теперь приберись здесь. Сложи всё в кучу. Скоро сюда явятся гвардейцы, инспекторы и прочие любители поглазеть. Не нужно, чтобы они видели этот бардак.

Рядовая медленно убрала руки от лица, кивнула и, всё ещё пребывая в лёгком шоке от собственного голоса, начала собирать обломки.

– А я пойду поговорю, – сказал я, направляясь к двери. – И договорюсь, чтобы эту химеру доставили к нам в клинику. Такой материал пропадать не должен.

Я перешагнул через хвост змея и вышел в коридор.

– Господа! – громко крикнул я, обращаясь к бледным гвардейцам, выглядывающим из-за угла. – Всё закончилось! Монстр обезврежен! Только руками ничего не трогайте, там яд! И да, мне нужна грузовая машина.

На их лицах застыл немой вопрос: «Какая, к чёрту, машина?».

Но мне было всё равно. У меня был отличный трофей, эволюционировавшая помощница и целая куча планов на вечер.

Глава 16

Я вышел из разгромленной спальни, отряхивая с одежды пыль.

В конце коридора жалась к стенам перепуганная пара гвардейцев. Они слышали звуки боя, от которых дрожали перекрытия. А теперь оттуда вышел я – живой, невредимый и даже не запыхавшийся. Поэтому они смотрели на меня как на привидение.

Я прошёл мимо них и спустился по широкой лестнице в главный холл.

Зрелище было впечатляющим. Гвардия графа времени зря не теряла. Они выстроили настоящие баррикады из антикварной мебели, дубовых столов и даже рояля. Десятки стволов смотрели в сторону лестницы. Артефактные щиты гудели, готовые принять удар.

Они ждали монстра. А вышел я.

Я остановился на ступеньке, оглядывая эту фортификацию.

– Господа, если вы думаете, что этот мебельный склад остановил бы древнего духа, то у меня для вас плохие новости. Он бы прошёл через всё это, даже не заметив. А я, если бы захотел, просто вышел бы через чёрный ход. Или через окно.

Напряжение спало. Стволы опустились.

Из-за баррикады вышел Дмитрий Львович Донской.

– Виктор?

– Нет, блин, призрак, – хмыкнул я, спускаясь вниз.

– А мы… – он запнулся, глядя мне за спину. – А мы ожидали… ну, большую змею.

– Не надо змею. Она мертва. Окончательно и бесповоротно. Можете разбирать баррикады, война окончена.

Донской с облегчением выдохнул и жестом приказал гвардейцам расходиться.

Меня проводили в малую гостиную, где уже сидел граф Архипов. Он прижимал к груди стакан с чем-то крепким. Увидев меня, он вскочил.

– Виктор! Мой сын… Он?..

– Просто спит, – успокоил я его. – Кризис миновал. Маска снята, дух изгнан, тело восстанавливается. Через пару дней будет как новенький. Может, только мелкие шрамы останутся, но мужчину это даже украшает.

– Спасибо… – прошептал он.

Мой телефон в кармане пискнул. Я достал его и увидел уведомление из банка.

«Пополнение счёта: 40 000 рублей».

Я хмыкнул. Оперативно.

– Нашёл реквизиты вашей клиники в базе, – пояснил граф. – Это аванс. Если потребуется больше…

– Достаточно, – кивнул я. – Ценю деловой подход.

Мы сели. Граф, немного придя в себя, начал разговор. Он говорил много, сбивчиво, перескакивая с темы на тему. О погоде, о трудностях коллекционирования, о политике… Обычный трёп человека, который только что избежал катастрофы и пытается заболтать стресс. Я кивал, вставлял дежурные фразы, а сам думал о том, как бы побыстрее свалить. У меня там, между прочим, трофейная туша змея стынет.

– Виктор, – вдруг подался вперёд граф, и в его глазах появился цепкий интерес коллекционера. – Простите, но я должен спросить. Как вы узнали, что нужно делать? Как вы вообще поняли природу этой… вещи? Мои эксперты постоянно изучали коллекцию и ничего не замечали. А вы… вы вошли, посмотрели и решили проблему за час. Кто вы такой?

Я улыбнулся, ведь вопрос был ожидаемым.

– Ну, давайте на чистоту. Я же не спрашиваю, откуда у вас в коллекции ритуальные кинжалы запретных культов. Или вон та ваза, которая фонит некротикой так, что у меня зубы сводит.

Архипов напрягся.

– Это… приобретения с закрытых аукционов.

– Вот именно, – кивнул я. – У вас свои каналы, свои методы. Вы собираете редкости со всего мира, иногда балансируя на грани закона. Вопросы могут возникнуть у Тайной Канцелярии, у конкурентов… Но они у вас есть. Вы умеете их доставать.

Я поставил пустую чашку на стол.

– Вот так и у меня. У каждого свои секреты, граф. Свои источники знаний. Я просто умею видеть то, что скрыто от других. Считайте это профессиональной деформацией. Или даром. Как вам удобнее.

Граф медленно кивнул. Аналогия ему понравилась.

– Понимаю. Секреты – это валюта нашего мира. Но всё же… – он не унимался. – Это касается моего сына. Я хотел бы знать природу того, что в нём сидело. Вдруг это вернётся? Или будут какие-нибудь последствия?

Я видел, что он не отстанет. Эмоции били через край, страх за наследника мешал ему мыслить рационально. Сейчас он начнёт копать, задавать лишние вопросы, привлекать внимание в ненужным темам…

– Дружище, – вмешался Донской, который до этого молча сидел рядом. – Давай не будем нагнетать. Виктор сделал нам огромное одолжение. Он спас нас, рискуя собственной жизнью. Давай не будем лезть ему под кожу.

Несмотря на дружелюбность, в голосе инспектора звучала строгость. И смотрел он на графа особым тяжёлым взглядом. Донской знал, что я разобрался с монстром. Он был умным мужиком и понимал, что злить человека с такими способностями – плохая идея. Особенно когда этот человек только что вытащил твою задницу из беды.

Архипов осёкся. Он перевёл взгляд с Донского на меня и кивнул.

– Простите, – виновато улыбнулся он. – Я был не очень учтив. Нервы, сами понимаете. Я бесконечно вам благодарен. И больше не смею задерживать.

Я поднялся.

– Рад, что мы поняли друг друга.

Донской вызвался отвезти меня домой. Некоторое время мы ехали молча. Он просто смотрел в окно на вечерний город, а я копался в телефоне, проверяя список покупок для лаборатории.

– Виктор, – нарушил молчание инспектор. – Можно личный вопрос?

– Смотря какой.

– Та обезьяна, которая поехала в грузовике с останками змея… Это ведь не просто дрессированный зверь. Это боевая машина. Идеальный солдат… Она купленная или найденная?

Я усмехнулся, глядя на проплывающие огни фонарей.

– Или.

Донской медленно кивнул. Он понял. Не купленная. Не найденная. Созданная.

Больше он ничего не спрашивал. Ему и этого было достаточно, чтобы сложить два плюс два.

Машина остановилась у крыльца моей клиники.

– Спасибо, что подбросили, – я взялся за ручку двери.

– Погоди, – Донской полез во внутренний карман пиджака. – У меня для тебя кое-что есть.

Он протянул мне сложенный вчетверо лист плотной бумаги.

– Я уже примерно понимаю, что ты за фрукт, Виктор. И вижу, что ты начинаешь играть по-крупному. Твоё имя уже на слуху. К тебе потянутся. И не только с больными хомячками. Сейчас такое время… люди вроде тебя выходят из тени. Спрос на силу растёт. Рода грызутся, границы трещат… Ты станешь ценным активом.

Я развернул лист. Это был список, состоящий из имён и фамилий. Напротив некоторых стояли галочки, напротив других жирные кресты.

– Это список родов, – пояснил Донской. – Какие из них нормальные, а с какими лучше даже не здороваться. К одним стоит обращаться за контрактами, от других надо бежать, как от огня. Это на всякий случай. Если вдруг захочешь на кого-то работать. Или если они захотят, чтобы ты на них работал.

Я пробежал глазами по списку. Рядом с названиями родов были приписаны цифры.

– Что это? – спросил я, тыча пальцем в строку.

– Количество пропавших без вести химерологов и Одарённых, которые имели неосторожность заключить с ними контракт за последний год. Официально они «уехали в длительную экспедицию» или «расторгли контракт и переехали». Неофициально… их больше никто не видел.

Я присвистнул.

– У этого четыре… У этого двенадцать… – я дошёл до конца списка. – Ого! Тридцать⁈

Тридцать пропавших специалистов за год. Это же целый курс академии!

– Рекордсмены, – мрачно подтвердил инспектор. – «Мясники в смокингах». Они набирают персонал, выжимают из них всё, а потом люди просто исчезают.

– И что, все об этом знают? И никто ничего не делает? А не проще ли устроить проверку? Наказать виновных? Это же, мать его, массовые убийства!

Донской криво усмехнулся.

– Виктор, ты смотришь на мир через розовые очки, хоть и строишь из себя циника. Всем всё равно. Химерологов много. Каждый год академии и курсы выпускают сотни новых. Они как расходный материал. Все следы затираются ещё до того, как подаётся заявление о пропаже. А связи, влияние и деньги решают всё. Если род приносит Империи пользу: платит налоги, делает отчисления на благотворительность, спонсирует городские службы, поставляет оружие, помогает удерживать Стену… на такие «мелочи» закрывают глаза. Да и не только химерологи пропадают. Артефакторы, алхимики, просто красивые служанки… Это обычное дело для аристократов.

Я смотрел на список. Тридцать человек… Тридцать судеб, перемолотых жерновами чьих-то амбиций.

– Понятно, – кивнул я, пряча листок в карман. – Спасибо, Дмитрий Львович. Ценная информация.

– Береги себя, Виктор. Ты талантливый парень. Не хотелось бы увидеть твою фамилию в следующей сводке.

Я вышел из машины. Чёрный седан бесшумно отъехал, растворяясь в ночи.

Я постоял на крыльце, вдыхая прохладный воздух. Обычное дело, значит. Расходный материал.

Ну-ну. Посмотрим, кто тут расходный материал.

Я вошёл в клинику.

В приёмной горел мягкий свет. Валерия сидела за стойкой, что-то дописывая в журнале. Услышав дверь, она подняла голову и улыбнулась.

– Привет, Вик! Опять спасал мир?

– А то, – я устало улыбнулся в ответ. – Всё по плану: граф счастлив, сын здоров, монстры наказаны. Обычный вторник.

– Ты голодный? Я тут горячие роллы заказала, ещё тёплые.

– Не откажусь.

Я подошёл к стойке, взял двумя пальцами аппетитный кусочек с запечённой шапочкой и целиком забросил в рот. М-м-м… Вкусно.

– Слушай, Лер… А у тебя как дела?

Она удивлённо моргнула.

– У меня? Да нормально. Устала немного, клиентов сегодня было – ужас. Тот мужик с «беременной» пантерой опять приходил, спрашивал, какие витамины ей давать. А так…

– А на завтрашний вечер у тебя какие планы?

– На завтра? – она задумалась. – Да вроде никаких. Домой пойду, сериал досматривать. А что?

– Предлагаю пойти в ресторан. Посидим, отдохнём… Без работы, без химер, без отчётов. Просто поедим вкусной еды.

Валерия замерла.

– В ресторан? С тобой?

– Ну да. Я, конечно, не граф, но оплатить счёт за нас в состоянии.

Она расплылась в счастливой улыбке.

– Я согласна! Слушай, у меня прямо полоса белая пошла! Сегодня вечером иду встречаться со старой подругой, мы сто лет не виделись, ещё со школы. А завтра – с тобой в ресторан! Жизнь налаживается!

– Вот и отлично, – я поднялся. – Тогда я спать. А то этот день был слишком длинным даже для меня.

Я пошёл в свой кабинет, чувствуя, как наваливается усталость.

Хороший день. Продуктивный.

На этой мысли я провалился в сон.

* * *

Ресторан «Прованс», центр Петербурга

Анжела аккуратно промокнула губы салфеткой, стараясь не размазать дорогую, но уже заканчивающуюся помаду.

Напротив неё сидела Лера – та самая, которая в школе боялась поднять руку на уроке и всегда была серой мышью на фоне блистательной Анжелы.

А теперь эта мышь сидела в итальянском платье из последней коллекции, пахла парфюмом, который Анжела могла только понюхать в магазине, и с горящими глазами рассказывала о своей «потрясающей» работе.

Анжела откинула назад локон мелированных волос и растянула губы в самой лучезарной улыбке, на которую была способна.

– Лерка, ты просто сияешь! – прощебетала она, цепким взглядом сканируя подругу. – Нет, серьёзно! Я тебя такой со школы не видела. Платье – отпад. Это шёлк?

– Ага, – Валерия смущённо погладила ткань юбки. – Недавно купила. Представляешь, зашла в бутик просто посмотреть, а там скидки… Ну и решила, гулять так гулять!

Анжела кивнула, сохраняя на лице маску восторга.

Она помнила Леру другой. Той, которая смотрела на Анжелу снизу вверх, восхищаясь её красотой.

А теперь?

Анжела скользнула взглядом по столу. Сумочка Валерии – оригинальная фирма, не подделка. Туфли – последняя коллекция. А на шее висит симпатичный кулон, от которого исходит какое-то странное, но явно дорогое сияние.

– … и представляешь, Вик просто посмотрел на него, и тот сразу успокоился! – продолжала тем временем рассказывать Валерия, помешивая ложечкой десерт. – У нас там такой дурдом, конечно, но платят… Анжел, я впервые в жизни чувствую, что я на своём месте!

Анжела улыбалась. Широко, искренне, как учил её коуч по личностному росту (который, правда, потом сбежал с деньгами группы).

– Я так рада за тебя, зайка! – проворковала она, накрывая руку подруги своей ладонью. – Ты это заслужила! Правда! Столько натерпелась… А теперь – просто королева!

Внутри же у Анжелы всё кипело от чёрной зависти.

«Сучка крашеная, – думала она, глядя на сияющее лицо подруги. – Откуда у неё это всё? Ветеринарная клиника? Да не смешите мои наращённые ресницы. Либо она легла под бандита, либо они там наркотой торгуют. Другого не дано».

Анжела считала себя хищницей. Она всегда была пробивной, яркой, готовой идти по головам. Она крутилась, мутила схемы, встречалась с «перспективными» парнями (которые оказывались либо фуфелами, либо альфонсами, либо всего лишь мелкими жуликами). Она выгрызала своё место под солнцем.

А Лера? Лера просто плыла по течению. И вот – приплыла. Да не куда обычно все приплывают, а в самый что ни на есть шоколад.

– А начальник твой… этот Виктор… он кто вообще? – как бы невзначай спросила Анжела, отпивая вино. – Аристократ?

– Ой, да какой там! – махнула рукой Лера. – Простой парень. Ну, со странностями, конечно. Но гений! К нам весь город ходит!

«Гений… – мысленно передразнила Анжела. – Лох он, а не гений, раз такой дуре, как ты, столько платит».

В её голове со щёлканьем кассового аппарата складывалась картина.

Странный начальник-самодур, который сорит деньгами. Отсутствие нормальной охраны (какие-то пенсионеры и животные – курам на смех). И Валерия, которая имеет доступ к кассе.

Они доели десерт. Подошёл официант со счётом.