Текст книги "Музыка страха"
Автор книги: Олег Бажанов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц)
Стоя у освободившегося тренажёра, Алексей со срытой завистью наблюдал за тем, как Ольга разговаривает со своим тренером-богатырём. По её взгляду, улыбке, мимике он видел, что Зварыкин нравится Ольге. Это задевало самолюбие и пробуждало ревность. По-человечески Виктор Зварыкин понравился и Алексею, но сейчас между ними стояла женщина, и он испытывал к здоровяку совсем не братские чувства.
«Дал же Господь такую фигуру! Самец хренов! Чёртов качок!», – про себя ругался Алексей, усаживаясь за тренажёр и с трудом отводя взгляд от мило беседующей парочки.
Когда через двадцать минут Алексей, мокрый от пота, подошёл к снаряду, где занималась Ольга, там уже стояли двое крепких парней с бритыми головами и бойцовскими татуировками на мускулистых руках.
– Ну, чё ты всё нет да нет? – услышал Алексей окончание фразы. Один из бритоголовых выразительно смотрел на Ольгу, пытаясь что-то ей доказать. При разговоре он энергично жестикулировал на манер братков, прошедших через зону.
Ольга гибкая и стройная в обтягивающем фигуру костюме, оставила упражнения, поднялась с тренажёра, вытерла лицо полотенцем и посмотрела на бритоголового:
– Бэн, ты не плохой парень. Но тупой. А с тупыми мне не интересно.
– А чё я тупой-то? – искренне обиделся лысый. – Ты, подруга, отвечай за базар. Чё я тупой?
– А того, Бэн, – спокойно осадила Ольга, переходя на его манеру разговора, – что до тебя никак не доходит, что мне нравится другой. Понял? Отвали!
– Это Витька, что ли, Зварыкин? – не сдавался лысый Бэн. – Так он женатый! А я нет…
– Я, между прочим, тоже – нет, – вступил в разговор Алексей, оборвав монолог Бэна и бесцеремонно оттесняя его от девушки крепким плечом. – Оля, поговорить надо. Давай отойдём.
– Кто это тут нарисовался? – отступив на два шага, с вызовом уставился на незнакомца лысый, определив в нём опасного соперника. – Ты чей?
– Это ты, Бэн, чья-то «шестёрка», – спокойно произнёс Алексей. – А я – из хозяев.
– А имя у хозяина есть? – терять масть перед девушкой качок в наколках не хотел. – Ну, назовись.
– Кому надо, тот знает. – Алексей посмотрел на настырного Бэна в упор нехорошим взглядом. – Тебе же было сказано «Отвали!». Или направить? Смотри, а то обратной дороги уже не будет.
Под уверенным взглядом высокого крепкого парня лысый как-то сник, сделался меньше. Пролепетав что-то вроде:
– Извини, брат, – он вместе с товарищем пошёл в другой конец зала.
По глазам Ольги Алексей видел, что девушка в начале разговора была готова в любую секунду вступиться за него перед братками, но при последних словах расслабилась и улыбнулась.
Когда два лысых друга отошли, она, лукаво взглянув на Алексея, произнесла:
– Мне нравятся умные и сильные мужчины.
– Сильные, как Виктор? – не утерпел Алексей.
– Ты же слышал: он женат! – загадочно усмехнулась Ольга и пошла к следующему тренажёру, оставив Алексея в раздумьях.
Он видел, как на протяжении тренировки Виктор ещё несколько раз подходил к Ольге, как она смотрела на тренера, лишь иногда бросая в сторону Алексея редкие взгляды. Алексей злился от этого. Но когда Виктор подходил к нему, старался не показывать вида.
После двух часов усиленных занятий с нагрузкой и получасового прохладного душа Алексей ждал Ольгу в коридоре спортивного центра. Девушка задерживалась уже на десять минут.
Любителей тусовочной физкультуры и массового спорта проходило мимо Алексея множество, но он заприметил идущего с другом к выходу Бэна раньше, чем тот заметил его. Алексей хотел, было, отвернуться, сделать вид, что не видит эту парочку, но потом решил, что не стоят эти татуированные качки того, чтобы от них прятаться. Спутник Бэна что-то тихо произнёс, указав взглядом на Алексея, и оба громко заржали. Оказавшись рядом, Бэн состроил на своём, не обременённом интеллектом, лице страдальческую гримасу и пропел козлиным голоском:
– Хозяин, там, в тренерской Витька Зварыкин твою тёлку щемит!
Не выказав ни жестом, ни взглядом своих эмоций, Алексей предложил серьёзно:
– Бэн, давай, что ли, познакомимся? Меня Алексеем зовут. Погоняло Каракурт. – Он, открыто глядя бритоголовому в глаза, протянул свою руку. Лысый качок пару секунд пребывал в нерешительности, потом пожал эту руку.
От прадеда к деду, от деда к отцу в семье Разановых передавалась по наследству эта железная хватка. Досталась она и внуку. В армии Алексей не раз выигрывал споры, ставя самых сильных противников на колени своим железным рукопожатием.
В первое мгновение по лицу Бэна пробежала страдальческая гримаса. Он постарался выдернуть руку. Но напрасно. Алексей с каждой секундой давил всё сильнее.
– Отпусти! – со стоном взмолился бритоголовый с перекошенным от боли лицом.
– Где, говоришь, тренерская? – с участием в голосе спросил Алексей.
– При входе в зал на право, – простонал лысый, опускаясь на одно колено. – Больно…
– Чтобы я тебя рядом с Ольгой больше не видел! – повысил голос Алексей.
– Обещаю!.. – заскулил Бэн, стоя уже на двух коленях.
– Пошёл вон! – брезгливо бросил Алексей, отпуская руку качка. Тот вначале согнулся пополам, достав лбом до самого пола, нянча раздавленную кисть, словно ребёнка, потом резво вскочил на ноги и почти бегом ринулся к выходу. За ним, обернувшись несколько раз, побежал его товарищ с двумя спортивными сумками на плече. Остановившиеся немногочисленные любопытные стали расходиться, с интересом поглядывая на Алексея.
Он же с нехорошим предчувствием на душе поспешил в спортивный зал.
Занятия на тренажёрах шли своим чередом. Повернув на право, Алексей оказался возле комнаты тренеров. В ней горел свет. Но окна комнаты были плотно закрыты опущенными жалюзи.
Рванув на себя дверь, Алексей оказался в тренерской. За небольшим канцелярским столом сидели Ольга и Виктор. Они разговаривали. На столе перед ними стояли пустые стаканы, на тумбочке остывал электрический чайник. Тихо работал телевизор в дальнем углу.
– Лёша, ты чего такой? – с удивлением посмотрела на него Ольга, потом взглянула на часы на стене. – Ой! Я время и не вижу. Заболтались мы тут… Извини!
Она поднялась и стала прощаться с Виктором, пытаясь закинуть на плечо свою спортивную сумку.
– Давай я понесу. – Алексей забрал из рук девушки её ношу.
– Я вас провожу! – встал из-за стола богатырь-спортсмен.
В дверях он задержал Алексея:
– Десантник, на пару слов…
Подмигнув Ольге, он закрыл дверь перед самым её симпатичным носиком. Они остались с Алексеем в тренерской один на один.
– Ты вот что… – Почти одного роста с Алексеем Виктор смотрел на него тяжёлым, твёрдым взглядом. – Ты Ольгу не обижай. Я за неё голову кому хочешь оторву.
– В качестве кого ты мне тут инструктаж проводишь? – поинтересовался Алексей, выдерживая взгляд спортсмена.
– Извини, – немного ослабил напор Виктор. – Понимаешь, Ольга мне, как сестра. Она была маленькой, я ей шнурки завязывал в садике. Потом в школе защищал…
– А что не женился?
– Я ж сказал… как сестра…. – смутился Виктор.
– Не беспокойся, пост принят! – по-военному отрапортовал Алексей. И добавил тихо, но твёрдо: – Я сам за неё любому голову оторву.
– Я тебе верю, десантник. Ну, иди. – Виктор слегка хлопнул Алексея по плечу широкой ладонью и распахнул дверь, за которой закипала от нетерпения и неизвестности Ольга.
– Уже намиловались? – с вызовом бросила она…
– Как тебе понравился Виктор? – спросила в машине Ольга.
– Нормальный мужик, – ответил Алексей, управляя «Тойотой».
– Что, всё? – изумилась девушка такому короткому ответу. Видно она хотела услышать от Алексея нечто большего.
– Всё. А ты для чего мне его показывала?
– Хотела вас познакомить.
– Ну, и познакомила. Только я не понял, у кого из нас здесь какая роль?
– Виктор мой хороший и давний друг. Я даже была влюблена в него в восьмом классе.
– А сейчас уже нет?
– Мы просто друзья.
– Так не бывает.
– Бывает.
Алексей измерил пассажирку взглядом:
– Не бывает!
– Я в приятельских отношениях с его женой. Детей его знаю. А ты о чём сейчас подумал?
– Признайся, ты нас сравнивала?
– Дурак!..
Ольга замолчала и отвернулась к окну. Он тоже молчал.
«Тойота» остановилась у подъезда. Конечно, Ольга, приведя Алексея в спортивный зал, сравнила его с Виктором. И Алексею сейчас не хотелось думать, в чью пользу оказалось это сравнение? По поведению Ольги в зале и по её молчанию сейчас он с достаточной вероятностью определил для себя результат.
– Ты не думай ничего плохого, – наконец нарушила молчание Ольга. – Мне Виктор нравится, как человек, не более того. – И чуть помолчав, тихо добавила: – Уже давно – не более того.
Алексей молчал. Ольга продолжила:
– Просто, рядом с ним мне всегда было спокойно. Я привыкла. Мы ведь знаем друг друга с самого детства. Виктор старше меня. Кажется, он весь такой большой был всегда! И никого я с тобой не сравнивала. Просто хотела познакомить вас, чтобы вы подружились. Но если совсем на чистоту, – и показать тебя Виктору.
– И как прошёл кастинг?
– Честно?
– Честно.
– Пообещай, что не обидишься.
– Слово даю.
– Он одобрил мой выбор. Только сказал, что я тебе не подхожу.
– Красивая слишком?
– Сказал, что взбалмошная и капризная. Лёша, но я ведь не такая уж капризная, правда?
– Нет, не капризная. Просто – очень взбалмошная, – рассмеялся Алексей. На душе у него стало легко. Господи, какая чушь в последнее время только не лезет ему в голову! А ведь он уверен, что нужен Ольге. И она нужна ему!
– Какие планы на сегодня? – Перестав смеяться, он развернулся к ней всем телом и продолжал улыбаться. От злости и ревности не осталось и следа.
– Поздно уже. Сегодня я планирую поспать, – устало вздохнула Ольга, не обратив внимания на его иронию.
– Тогда какие планы на завтра? Помнишь, с завтрашнего дня начинается неделя, которую ты обещала посвятить мне?
– Я помню, – смотрела на него Ольга, пряча загадочную улыбку. – А на завтра у нас планы грандиозные!
– И какие же?
– Я приглашаю тебя в гости.
– Куда?
– В мою новую квартиру. Я ведь ещё не отмечала новоселье. Вот ты и будешь моим первым гостем!
– Оля… – настороженно произнёс он.
– Что?
– А нам там не тесно будет вдвоём?
– Не шути так.
Он понял, что девушка говорит серьёзно. Всё ещё не веря в свою удачу, осторожно спросил:
– Во сколько мне быть?
– Я приготовлю ужин часам так… к семи. Нормально?
– Значит, буду без опоздания прямо к семи.
– Пока! – Она сама потянулась и поцеловала Алексея долгим затяжным поцелуем.
«Сумасшедшая девчонка!», – едва перевёл дыхание он, когда за Ольгой захлопнулась дверь «Тойоты».
Алексей думал о том, как странно устроена жизнь – человек может спокойно жить в каком-нибудь городе неделями, месяцами, годами, не подозревая, что его счастье ходит по тем же улицам. И вдруг… однажды, случайно происходит эта неслучайная встреча. И открывается целый мир новых ощущений. А счастья столько, что и унести невозможно!
И почему же тогда люди в этот момент ищут всевозможные причины, надевают бесчисленные маски для того, чтобы избежать настоящего чувства, стараются не продолжать наметившихся отношений? Боятся? Кого? Не себя ли?
Только что он совершил глупость, приревновав Ольгу к её другу детства. А Оля – она очень хорошая, она умница! Она всё правильно поняла.
Глядя на проплывающий за стеклом автомобиля освещённый проспект, Алексей почувствовал, как ещё больше полюбил свой город за то, что по его тротуарам ходит она и эти широкие улицы слышат звук её шагов. За то, что этот город сберёг Ольгу для него…
Что сразу же поразило его при входе в её квартиру – это обилие рисунков. Множество набросков городских улиц с чёрными силуэтами людей, портретов, пейзажей, – они были развешены на стенах, на мебели, висели и стояли даже на шкафу. По периметру просторной располагались белая панель телевизора, белый диван, два кресла того же цвета под комплект, журнальный столик, торшер, тумбочка и открытый шкаф для книг – всё белого цвета. И рисунки.
– Квартира не как у сестры – не трёхкомнатная. Но мне хватает и двух, – представила Ольга свои владения гостю. – Правда, во второй комнате только покрасили обои, и там ещё нет мебели. Разместимся здесь. Если хочешь, можем пройти на кухню.
– Я исследую всю твою жилплощадь, вы не против? – галантно поинтересовался Алексей, вручая принесённую бордовую розу, набор чайных чашек с блюдцами и целуя хозяйке руку. – С новосельем, малыш!
– Благодарю! – театрально поклонилась Ольга, приглашая гостя жестом на кухню. – Прошу, месье…
– Классно рисуешь! – похвалил он её работы, проходя мимо и как бы невзначай коснувшись талии девушки рукой.
– Это – рабочие черновые наброски. Не обращай внимания. Они мне создают ауру для творческих изысканий, – пояснила хозяйка квартиры.
– Нормально, – как фотообои, – по-доброму усмехнулся он.
Окрашенная в кремовые тона и обставленная светлой мебелью кухня удивила своими размерами.
– Она у тебя в полквартиры! – не смог скрыть своего восхищения Алексей.
– Основная часть жизни женщины проходит на кухне! – продекламировала хозяйка и добавила: – Или должна проходить. Садись, где тебе удобно.
Пока она разбиралась с подарками, Алексей выбрал для себя диван.
На Ольге снова были надеты блузка и джинсы, в которых он уже её видел у сестры. И пока хозяйка суетилась у плиты, повернувшись к нему спиной, Алексей придирчиво рассматривал на её ладную фигурку и думал о том, что, пожалуй, желал бы сегодня увидеть Ольгу в мини-юбке или даже без…
– Чем ты там занимаешься? – не оборачиваясь, подала голос хозяйка.
– Да, так – смотрю. – Алексей почувствовал себя пойманным на месте преступления и отвёл глаза. – Кухней любуюсь…
– У меня от твоих взглядов вся спина горит! – Ольга повернулась с супницей на подносе и, сделав несколько лёгких шагов, поставила её на стол. – Не знаю, как получилось, но я старалась.
– А что там? – полюбопытствовал Алексей, ощутив исходящий от блюда аппетитный аромат.
– А ты посмотри.
Алексей приоткрыл тяжёлую крышку.
– Кролик!
– Да. В белом вине. Не пробовал? Говорят, очень вкусно! Моё фирменное блюдо. Хочешь, расскажу, как готовить?
– Можно я скажу! – воскликнул Алексей. Он чувствовал, что хочет наброситься на этого кролика прямо сейчас, но решил удивить хозяйку своими кулинарными познаниями: – Нужно взять порубленного на части кролика, – сказал он, – залить в кастрюле горячей водой, чтобы вода чуть только покрыла мясо, и поставить на огонь. Когда вода закипит, снять накипь, посолить и положить туда очищенные морковь, лук, петрушку, десять-двеннадцать горошков чёрного перца и лавровый лист. Всё это готовить на слабом огне час. Потом вынуть кролика из кастрюли и на полученном бульоне приготовить соус с белым вином. Делается он так: в кипящий бульон добавляем белое виноградное вино, лучше рислинг, затем выключаем и немного охлаждаем соус. Затем добавляем, помешивая, сырые яичные желтки с кусочками сливочного масла. Мешать надо непрерывно, чтобы желтки не свернулись. На 150 грамм вина 4 желтка. Соль и перец по вкусу. Далее всё процеживаем и заново заливаем кролика. Подаётся блюдо лучше с картофелем или рисом, заправленным сливочным маслом. У меня мама так делает!
– Не плохо! – похвалила Ольга, удивившись. – Но мой рецепт несколько другой. Берём порезанного на небольшие кусочки братца-кролика, – деловито начала она свой урок, – 4 зубчика чеснока, оливковое масло, два стакана белого вина, петрушку, шампиньоны, соль и перец. На сковороде разогреваем масло и кладём в него чеснок и кусочки крольчатины, как только кусочки покроются золотистого цвета корочкой, вливаем в жаровню вино, кладём крупно нарезанные шампиньоны, соль, перец, можно добавить немного лимонного сока. Сок придаёт блюду особый привкус, но делает нежное кроличье мясо жестковатым. Поэтому – на выбор. Ставим всё это тушить на медленном огне до выпаривания жидкости. На гарнир у нас сегодня картофельное пюре, тоже приготовленное по моему особому рецепту.
– Госпожа художница, вы ещё и кулинар? В вас столько талантов! – рассыпался в похвалах Алексей, исходя слюной. – Вы сразили меня наповал!
– И когда же? – радуясь, что угодила ему, Ольга, поставив на стол большое блюдо с картошкой, села напротив.
– Что «когда»? – временно вышел из образа галантного кавалера он, ответственно раскладывая в тарелки куски дымящегося кролика и поливая их ароматным соусом.
– Ну, когда сразила-то? Наповал.
– А-а! Сегодня. Сейчас. Вчера! Позавчера! – Алексей чувствовал, что больше не в силах выносить ароматной пытки. Он хотел побыстрее добраться до еды.
При слове «позавчера» Ольга опустила глаза.
– Я хочу ещё раз извиниться за своё поведение… – начала она тихим голосом.
– О-оля-а!.. – позвал он, заставив её замолчать и поднять взгляд. – Не думай об этом. Ты мне нравишься такой, какая ты есть… Честно – так не терпится приступить к поеданию твоего кролика с белым вином!
– Я куплю тебе тарелки… – не хотела сдаваться она.
– Я знал, что ты это предложишь, поэтому уже приобрёл их целый комплект вместе с чашками. Для экстремальных случаев я дома всегда держу запас.
– И часто к тебе сумасшедшие заглядывают?
– Что делать? – Алексею больше ничего не оставалось, как, убрав руки со стола, примерить образ драматического актёра. Не мог же он начать есть в одиночку. Состроив страдальческое лицо, Алексей испустил трагический вздох:
– Как говорится, умные к умным, а ко мне…
– Ладно, давай уже ужинать, – милостиво разрешила Ольга, приняв его шутку.
За ужином, расхваливая вкусное блюдо, они пили вино, смеялись и строили планы на предстоящую неделю. На их неделю.
– И куда ты меня повезёшь? – поинтересовалась она, ставя на стол десерт.
– Мы с тобой поедем в Москву.
– Интересно… – Улыбка сошла с её лица. – Зачем?
Он уловил перемену в её настроении, но продолжал говорить бодрым голосом:
– По случаю успешного завершения финансового года наша управляющая компания устраивает приём и торжественный вечер в столице. Директора филиалов приглашены с жёнами. Послезавтра утром мы с тобой вылетаем самолётом. В нашем распоряжении одна из неплохих столичных гостиниц. Двухкомнатный полулюкс на целых три дня. Обратно – поездом. Вагон СВ. Билеты уже заказаны. Представляешь, прогулки по Москве, ужины в ресторанах! Целых три дня и три ночи!
– Давно ты это придумал? – В её голосе сквозил холод.
– Приглашения пришли неделю назад. – Он тоже стал серьёзным. – Я подумал, что не плохо бы было нам вместе… Сегодня утром заказал билеты…
– Не плохо было бы в начале посоветоваться со мной! – Ольга говорила сухо.
– Я не понимаю: тебе не нравится слово «Москва» или «жена»?
– Я тебе не жена!
– Уже теплее… – усмехнулся он. – Так стань ею.
– И когда же?
– У нас впереди целая ночь.
– Ага! Прямо сейчас и начнём!
– Я – «за»!
– Не дождёшься! – Алексей увидел в её глазах уже знакомую решимость и почувствовал растущее электрическое напряжение в воздухе. Он воспринял это, как сигнал к активным действиям.
– А чего тянуть? – спокойно отреагировал он на выпад хозяйки и поднялся. Ольга ясно прочла всё по его взгляду.
– Ты с ума сошёл? Пошёл отсюда! Ты слышал?! Выметайся из моей квартиры! – Она заводилась всё больше.
– Не раньше, чем ты станешь моей. – Он шагнул к сидящей на стуле Ольге.
– Не прикасайся ко мне! – Она выскочила из-за стола и кинулась к спасительной двери. Алексей опередил, перекрыв выход из кухни.
Перехватив, он придавил девушку к стене своим телом. Не сильно, так, чтобы Ольга могла вырваться, если очень этого пожелает. Но она почти не сопротивлялась, и он просто держал её за руки.
– Пусти, – тихо попросила она, отвернув в сторону лицо.
– Сейчас мы примем душ, – медленно произнёс он, – и продолжим праздник.
– Я не хочу. – Произнося это, она не смотрела на него.
– Оля, послушай, давай говорить, как взрослые люди. Мы с тобой уже подошли к тому моменту, когда наши разлуки и ожидания встреч должны быть вознаграждены. Не бойся, малыш, я буду ласков и нежен. Ты чувствуешь, как я безумно желаю тебя!
– Я чувствую… Но давай ещё немного посидим – рано ещё…
Он понял, что сказанное – только слова. Ольга уже сдалась – он понял это. Она знает, что сейчас должно произойти, и уже готова. Он тонко чувствовал её состояние по мелкой дрожи, пробегающей по её телу.
– Девочка моя, тебе нужно лишь поверить мне. Мы отложим сон до утра. Я буду всю ночь ласкать тебя и говорить нежные слова.
– У тебя не получится. – Ольга выдала себя, взглянув на Алексея. – Это долго…
– Проверим? – Он не скрывал довольной улыбки.
– Признайся, тебе нужен только секс? – Огромные серые глаза девушки казались бездонными. Он читал в них другой вопрос: есть ли у тебя женщина, кроме меня, и кто она?
– Да, – не стал оправдываться он. – Я догадываюсь, Оля, что ты думаешь о мужчинах. Может, ты где-то права и в отношении меня. Знай только, что встретив тебя, я обрёл смысл жизни. Разреши мне сегодня увидеть тебя настоящую, без комплексов и без одежды. Разреши прикоснуться к тебе губами, осыпать твоё тело поцелуями. Разреши говорить слова, которые ты хочешь слышать. Разреши делать с тобой то, что ты давно ждёшь. Доверься мне, малыш, и ничего не бойся.
Она высвободила руки, положила их ему на плечи. Потом прижалась всем телом, пряча горящее лицо на его груди.
– Я тебе верю…
Кромешная тьма – тяжёлые шторы плотно задвинуты. Диван разложен. Но в этой темноте он угадывает контуры её тела. Прикосновение. Он чувствует тепло её гладкой кожи. Они стоят на коленях напротив друг друга. Она протягивает руку и кончиками пальцев нежно касается его груди, затем – лица. Он тоже касается её груди. Ещё вчера только одна мысль об этом заставляла его волноваться, как мальчишку. Сейчас волнение не имеет границ…
Протянув другую руку, он гладит её живот и бёдра. И нащупывает грань между мирами бытия и блаженства. Он – счастлив. Безмерно. Ольга рядом, на расстоянии вытянутой руки. Обнажённая. Открытая. Поверившая ему.
– Будь со мной нежным, – слышится её шепот.
Это заставляет его волноваться ещё больше. Да, он сделает всё так, как хочет она. Он сделает Ольгу счастливой! Но он ничего не отвечает ей, потому что сейчас говорят не души – плоть. Их души уже сошлись в соитии. Тела – ещё нет. Ему трудно улавливать свои мысли, потому что чувства обгоняют их. Он не хочет думать. Он ласкает Ольгу. Она вся подаётся ему навстречу. Но он медлит и дразнит её тело. Он чувствует жар её плоти. Но не спешит. Пусть эти лёгкие прикосновения сильнее опьянят её. Руками, губами, языком в полной темноте он знакомит своё тело с её телом. И он не спешит – впереди целая ночь. Он обещал ей быть чутким и нежным. Как это непривычно ему. Но он счастлив. Восторг, словно хорошее вино, растекается по крови, обдавая жаром тело, согревая душу, ударяя в голову и заставляя иначе воспринимать реальность. Он опьянён Ольгой. Два разных человека, они станут единым прямо сейчас, и им будет хорошо. Очень хорошо. Но они сдерживают себя, оттягивая на последний миг божественное не земное блаженство. Ещё чуть-чуть, и они шагнут за ту грань, где жизнь, как воздух, входит отдельными глотками, где каждый глоток равен самой жизни, где нет ничего постыдного и скверного, где только ты и она, где на краю бытия мутится сознание и, оторвавшись от плоти, срывается в пропасть, где сбиваются с ритма сердца, где, вдосталь испив желание, на пике страсти замирают тела, ловя каждой клеточкой, – вмещающей в себя всю вселенную, – ловя каждой своей клеточкой пульсацию жизни и растекающееся всевселенское наслаждение, и где звучит божественная музыка любви.
Ожидание уже выше их сил – её пальцы переплетаются с его пальцами…
Свершается таинство. Их души и их тела говорят на одном языке…
– Я зажгу свет? – после нескольких минут наступившей тишины спросил Алексей.
– Зажигай, – прозвучал в темноте усталый и счастливый голос Ольги.
Высвободив руку из-под её волос, Алексей потянулся к тумбочке, стоящей у изголовья кровати, нащупал на ней лампу и щёлкнул выключателем. Неяркий свет ночника озарил большую, кажущуюся огромной и совсем незнакомой, комнату с рисунками.
Алексей повернулся и посмотрел на Ольгу: девушка лежала на спине, закрытая до лица простынёй. Из-под самого обреза белой материи на него с удивлением смотрели огромные серо-голубые глаза. Он улыбнулся и тепло чмокнул её в торчащий из-под простыни нос:
– Что ты нового во мне увидела?
– Лёша, я, наверное, влюбилась, – таинственным голосом сообщила она.
– И кто же тот счастливчик? – беззаботно поинтересовался Алексей, просовывая руку под простыню и обнимая Ольгу.
– Я его совсем не знаю, – тем же голосом произнесла Ольга.
– Как это не знаешь? – возмутился Алексей. – Он тебя знает, а ты его – нет?
– Я даже не могу сказать, какой он? Он всегда поражает меня.
– Надеюсь, приятно поражает?
– Да уж… Только я в растерянности: что мне делать дальше?
– Жить.
– С ним?
– И с ним. И для него. Вместе. Он на это согласен, уж поверь мне. Так что ты ответишь ему?
– Не знаю. Я ещё не готова. Я пока этого себе даже не представляю…
– То же самое ты говорила и до нашей близости. Ничего не изменилось?
– Лёша, пойми, секс – это одно. Мне хорошо с тобой. Но чтобы жить вместе, надо многое поменять в моей жизни, и в твоей тоже. Я не могу быстро принимать такие важные решения.
– Когда-нибудь надо начинать. Давай попробуем.
– Вот ты сам сейчас сказал «попробуем». Для тебя это не серьёзно.
– Прости – оговорился. Попробуем, значит, будем начинать «притираться» друг к другу. Я в этом смысле.
– И где мы будем «пробовать притираться» – у тебя или у меня?
– Где захотим. У тебя квартирка побольше…
– Мне нужен кабинет для работы. Я привыкла к тишине…
– Значит, сделаем всё по высшему классу! Ведь теперь, Оленька, мы вместе. И ты – моя! – решительно прервал Алексей. – А я совсем не против того, чтобы у тебя здесь остаться. А хочешь, поживём у меня? Тишину я тебе обеспечу.
– Надолго? – Ольга высвободилась из-под его руки, смело скинула простыню, поднялась и направилась в ванную.
– А хоть бы и навсегда! – немного задержался с ответом он, глядя вслед обнажённой грации. Затем тихо присвистнул и с блаженной улыбкой потянулся.
– Можно мне в душ с тобой? – крикнул он, когда за Ольгой уже закрылась дверь ванной комнаты.
– Подожди. Я скоро выйду! – донеслось из-за двери.
Немного повалявшись в одиночестве, Алексей поднялся, отыскал возле телевизионной панели дистанционный пульт управления и, не одеваясь, уселся в кресло, решив подождать Ольгу у телевизора.
Поискав по разным каналам какой-нибудь фильм, Алексей, со вздохом разочарования, остановился на музыкальном канале. Но и там он не увидел ничего интересного для себя.
Сидя в кресле, он стал осматривать комнату. Его взор привлекла толстая чёрная папка с бумагами под журнальным столиком – как он понял, с Ольгиными рисунками – перетянутая резинкой.
Дотянувшись и сняв резинку, он развернул плотную обложку. Его взору открылась стопка чёрно-белых рисунков, изображающих… его самого. Сделанные в карандаше, где-то наспех, где-то в чётких, продуманных линиях, во весь рост, сидящим в машине, портрет в анфас, в профиль, с улыбкой и без – рисунков оказалось очень много. И все они, запечатлев движение, улыбку или взгляд, точно передавали характер Алексея. Но было в них и что-то такое, чего Алексей не замечал за собой раньше – какая-то не свойственная ему выразительность в глазах. «Значит, она видит меня таким!», – улыбнулся он, сделанному открытию. Перебрав все рисунки, Алексей аккуратно закрыл папку и положил её на место.
«Она любит меня! Любит! И полюбила не сегодня!», – радостно стучало в его голове.
«Любит! Любит! Любит!», – ликовала его душа.
Успокоив рвущееся из груди сердце, он встал и направился в ванную комнату, откуда доносились звуки льющегося душа и всплески воды.
Открыв дверь, он увидел за полупрозрачной запотевшей шторкой угадывающийся силуэт, и, отодвинув шторку, шагнул в белую эмалированную ванну.
– Ты чего? – не выключая воду, спросила Ольга, ощутив спиной его присутствие.
– Хочу принять душ. Можно к тебе?
– Я сейчас выйду.
– А я хочу к тебе. – Алексей заскочил под тёплый дождь, струящийся сверху, и прижался к Ольге.
– Ты не устала? – поинтересовался он, отпуская на свободу свои руки.
– А ты?.. Ну, Лёшка!.. Не безобразничай… – Она повернулась к нему лицом.
Теперь на них летели тысячи тёплых брызг, мешая смотреть друг на друга и говорить. Но они не двинулись с места, и она не противилась его ласкам.
– Мы ведь только начали…
– Сколько ты меня ещё собираешься истязать?
– Всю жизнь… любимая…
Такого с ней ещё не бывало. Она стонала, кричала, билась в кровати так, как никогда ещё в жизни. Он поцелуями глушил её крики. Но не мог долго сдерживаться и сам. Их неразделимое наслаждение длилось уже больше часа.
При включенном свете ночника они, мокрые и горячие, лежали, приходя в себя из беспамятства, возвращаясь из глубин космоса и ощущая только друг друга. Она пребывала в каком-то смятении чувств, не решаясь взглянуть на Алексея, и, пряча глаза, будто стыдилась своей наготы и того, что снова случилось. А он, открытый, смотрел на Ольгу, любуясь красотой линий её тела.
– Что ты сделал со мной? – спросила она.
– То, что ты хотела.
– Весь мир перевернулся.
– Нет, просто мы видим его другим.
– Почему?
– Мы стали другими.
– Фантастика. Где ты научился так заниматься любовью?
– Не знаю. Я чувствую тебя.
Ольга повернулась к нему лицом, прижалась доверчиво, словно ребёнок, обвила его своим нагим телом и прошептала с самое ухо:
– А я – тебя. И никому тебя не отдам.
Потом отстранилась и подняла на него глаза. И по её взгляду он понял, как она отчаянно нуждается в нём.
– Я всегда буду с тобой. – Он поцеловал её горячие губы.
– Обещаешь?
– Обещаю.
– Я быстро. – Поднявшись во всей красоте и силе своей наготы, она пошла в ванную. Королева! Алексей проследил за ней взглядом. Затем вытянулся на кровати и закрыл глаза – неделя началась прекрасно!
Впереди их ждала Москва.
