Текст книги "Обыграть босса"

Автор книги: Оле Адлер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 26 страниц)

Часть 2

– Всю душу мне вымотала, – продолжал тихо, почти ласково, ругаться Ерохин, прижимая меня к каменной стене душевой, – И себя измучила. Зачем, малыш?

– Не знаю… Я не знаю, – бормотала я, чувствуя, как рыдания утихают и становится так спокойно и хорошо в его объятиях.

Я положила ладони Дану на мокрую грудь, провела несколько раз, поглаживая, прижала губы к коже. Его торс – это произведение искусства. Хорошо, что не музейная вещь и можно трогать. Боже, как я жила все это время без права прикоснуться к нему таким образом.

Дан тоже не терял время зря. Он то сжимал мою грудь, то проводил по бедрам и ягодицам ладонью. Его губы и язык дразнили кожу поцелуями. Мое дыхание снова сбилось, но уже не от рыданий.

– Если я сейчас не займусь с тобой любовью, то взорвусь, – оповестил он, поглаживая пальцами живот и ниже.

Я вздрогнула, почувствовав прикосновения там, где все ныло и горело от желания. Но даже это не помешало мне ехидно отметить:

– Потому что ты выпил и стал очень похотливым?

Дан тихо засмеялся, целуя меня в шею и продолжая гладить. Я вдруг поняла, что очень скоро сработают и мои детонаторы. Запрокинув голову, простонала протяжно и громко. Это звук, похоже, спровоцировал его.

– Черт, я не могу больше, – проговорил он, прихватив меня под попу, закинул вверх и на себя.

Я чуть подпрыгнула и скрестила ноги у него за спиной. Ерохин прижал меня к стене и посоветовал:

– Держись, малыш.

Вцепившись изо всех сил в его плечи, я старалась держаться. Но желание было таким сильным, что не продержалась и пяти минут. В пору было снова разреветься, потому что все кончилось слишком скоро.

– Боже, ты тоже по мне скучала, – бормотал Даня, отпуская мои ноги, зацеловывая искусанные губы.

Я почувствовала пол, но не удовлетворение. Хорошо, что Дан не спешил отстраниться. Я было так приятно ощущать его внутри. Я сжимала его, пытаясь поймать отклики оргазма, и одновременно заводилась заново. Говорить об этом не пришлось. Дан все прекрасно знал, чувствовал. Словно наши эмоции и мысли были настроены на одну волну. Он чутко улавливал каждое желание, начиная снова двигаться. Теперь неспешно, аккуратно, не сводя с меня глаз, не позволяя мне отвести взгляд. Это было так чувственно и проникновенно. Словно он получал не меньше удовольствия, просто глядя на меня. В этот момент я поверила ему. Поверила, что он хочет только меня.

– Поцелуй меня, пожалуйста, – попросила я, притягивая его голову.

В этом поцелуе было еще больше, чем во взгляде. Кровь закипала, разгоняя удовольствие по нашим венам. Дан тихо постанывал, когда я прикусывала его губы, не желая отпускать их дольше, чем на долю секунды.

– Ох, чтоб меня! Господи. Давай, малыш, – захрипел он, чувствуя, как я изо всех сил напряглась.

Не дав очнуться, Дан развернул меня лицом к стене, заставляя упереться руками и прогнуться. Я была готова попросить пощады, но поняла, что выдержу. Это было слишком хорошо, чтобы отказываться или притормаживать. Слизывая воду у меня с спины, Даня двигался и при этом не просто держал, а ласкал меня везде, усиливая приближение к третьему пику экстаза. Удовольствие было слаще и острее на этот раз, потому что я забрала его с собой.

Я буквально сползла на пол, обессиленная и счастливая. Даня присел рядом, прижал к себе.

– Ты как? – спросил он.

– Отлично, – замурлыкала я, снова гладя его грудь, – Но будет еще лучше, если ты отнесешь меня в постель.

– Спать? – уточнил Дан, приподняв бровь.

– Не мечтай, – засмеялась я.

Он сделал, как я просила. Даже больше. Поднял на руки, закутал в полотенце, промокнул мокрую кожу и унес в спальню.

В кровати мы снова стали целоваться. Но теперь без спешки и безумств, утопая друг в друге, как невезучие мухи в густом варенье. Если меня убьет эта сладость – пусть. Оно того стоит. Не думала, что захочу еще, но когда Даня лег на меня сверху, чуть придавив своим телом, я и не думала его останавливать. Он не торопился. Просто лежал на мне, продолжая целовать и гладить. Все произошло само собой. Он проник в меня именно тогда, когда это стало необходимо. Я не двигалась, почти не дышала. Но Дан и не нуждался в моей помощи.

– Не шевелись, малыш, – шептал он между поцелуями, раскачиваясь в медленном темпе, – Я сам. Просто лежи.

Я завела руки за голову, демонстрируя полное доверие, отдавая всю себя. Можно сказать, он выиграл сегодня, но мне было плевать. Я хотела быть его призом, его победой, ведь он так сладко вступал во владение.

– Смотри на меня, – попросил Дан, – Не закрывай газа.

Я послушалась. Взгляды и поцелуи перемешались с наслаждением. Обычный секс, казалось бы, но для нас это было словно самое важное событие, которого так давно ждали. Я видела, что в глазах Дани отражаются те же чувства, что разрывали меня взрывами внутри. В его поцелуях было столько нежности и трепета, что сердце сжималось. Я не выдержала, всхлипнула. Одинокая слезинка собралась в уголке газа, скатилась по щеке. Дан поймал ее губами.

Он ничего не сказал. Прижал меня к себе крепче, выдохнул с хриплым стоном, наращивая силу и скорость движений. Я вцепилась в него, принимая очередной поток тепла, который грозил закипеть уже совсем скоро.

Мой крик взлетел к потолку, а его стон оказался там секундой позже.

– Знаешь, ради такого секса я готов терпеть все твои фокусы, – проговорил Дан несколько минут спустя.

Я лежала у него на груди, как всегда поглаживая мускулистый торс. Спать не хотелось, хотя на дворе стояла ночь.

– Это ты сейчас так говоришь, – тихо засмеялась я.

– Да, скорее всего через час мне снова захочется тебя придушить.

Он надавил мне на шею пальцами, и я шутливо забилась в конвульсиях.

– И что я такого фокусничала интересно? За что меня душить?

– За один купальник стоило бы.

– Ты просил красный.

– Да, но не для общественного пляжа. Для себя.

– Уточнять надо, Даниил Ильич.

– Давай уточним прямо сейчас.

Я пискнула, потому что Дан резко перевернул меня на спину, схватил за руки не давая вырваться, и заговорил начальственно приказным тоном.

– Никаких больше выкрутасов, Лен. Не хочу видеть рядом с тобой ни одного мужика. Не желаю, чтобы на твой почти голый зад пялилась вся пляжная богема.

– Нам остался всего один день, – пискнула я бойко, – Думаю, что смогу воздержаться. Раз уж вы мне угрожаете, Даниил Ильич.

– Я угрожаю, да, – подтвердил он.

– А чем?

– Запру у себя дома по прилету, а всем скажу, что ты осталась в Дели, вышла замуж за слона и будешь там жить долго и счастливо.

– Ооо, какой вы коварный.

– Очень, – кивнул Дан, смеясь.

– А что же с вами делать, босс? – стрельнула я из его же пистолета.

– А что со мной не так? – искренне изумился Ерохин, – Я лучше всех. Вам, Леночка, повезло невероятно и во всех смыслах.

– Ну, допустим, это правда. Но куда девать всех ваших дам? Признаться, даже ради потрясающего секса я не готова их терпеть.

Дан отпустил меня, нахмурился, даже отстранился, сел.

– Какие дамы, Лен? Откуда ты все это взяла, я ума не приложу.

Я закусила губу, не очень желая опять перечислять все свои догадки и подозрения. Зря и в машине все вывалила. Глупо.

Дан потянул меня за руку, заставляя тоже сесть. Опустив голову, я скрыла за волосами свое смущение и неуверенность. Но Даня поспешил убрать пряди, что скрывали лицо.

– Если честно, мне нравится, когда ты ревнуешь и бесишься. Терпишь, терпишь, а потом закатываешь сцену.

– Ничего я не закатывала, – оскорбилась я.

– Ну да. Конечно.

Он снова заржал, и я шлепнула его по груди ладонью.

– Прекращай думать обо мне все эти глупости, Лен, – очень серьезно поговорил Дан, притянув меня к себе снова, – Ты же видела, как я работаю. Поспать времени нет. Какой секс? Хорошо еще, что ты под рукой в офисе и можно немного похулиганить.

Я засмеялась.

– Это ужасно.

– Неееет, это здорово. Не знаю, как буду без тебя. Придется что-то придумывать.

– Перестань. Что тут придумаешь? Я вернусь в сметный скоро…

– Нет.

Дан выпалил это с такой злостью, и слишком громко, что я вздрогнула.

– Ты не вернешься к Самойлову, – проговорил он жестко, – Во всех смыслах. Ясно?

Я даже отстранилась, чтобы посмотреть на него. Лицо стало жестким, напряженным.

– Я должна, Дань. Куда мне деваться?

– Я же сказал, придумаю, – и он снова расплылся в улыбке, – Никакого Влада больше, угу?

– Это приказ?

– Он самый.

– Хорошо.

Я хотела спросить его про Влада и Полину, но тут же передумала. Не хочу ничего знать. Назад к Самойлову тоже не хочу. Тоже во всех смыслах. Если наши желания по этой части совпадают, чего еще нужно? Пусть придумывает, что хочет.

Господи, я уверена, что он сможет. Невероятно, но сейчас я поняла, что могу доверять Дане. Это оказалось так приятно. Словно волшебным образом меня отпустили тугие тиски. Стало легко дышать, хотелось улыбаться и тискать Ерохина, как кота. Что я и делала. Обняла его крепко-крепко, расцеловала любимое лицо, растрепала светлые волосы.

Он смеялся, как мальчишка, принимая мои хулиганские нежности.

– Обожаю тебя, – промурлыкал Дан.

– И я тебя, – откликнулась тихо, вжимаясь в него.

Это было не признание в любви, но что-то очень похожее.

Утро наступило рано. Как ни странно, первая проснулась я. Натолкнувшись на Даню, вспомнила все, что натворила, а потом мы натворили. Улыбка тут же раскрасила лицо, а потом проснулся мой черт. Я стала целовать лицо, плечи, грудь, живот Дана. Он медленно просыпался, сладко мычал и пытался поймать меня. Но я не давалась, ускользая от его рук. У меня был план: двигаться ниже и ниже.

– Ох, Ленка-хулиганка, – зарычал Ерохин, когда мои губы достигли горячей и уже такой твердой цели, – Смерти моей хочешь?

Он заскулил, и я продолжала усугублять его невнятные звуки. Закончить мне не дали. Дан заставил подняться, глубоко и страстно поцеловал, лихорадочно трогая меня, буквально ощупывая, словно не верил, что это именно я. Он попытался снова уложить меня на матрас, но сейчас мне хотелось быть сверху. Слава богу, Дан не стал сопротивляться. За его блаженную улыбку и руки, что придерживали и ласкали, я была готова отдать все на свете. Но самым потрясающим зрелищем был его экстаз: запрокинутая голова и чуть приоткрытый рот. Вместе с пальцами, что впились мне в зад – стопроцентное блаженство.

Из душа я его выгнала.

– Дань, уйди. Мне помыться нужно.

– Я тебя мою, – хохотал он, отступая крошечными шагами из-за моих толчков.

– Ты меня лапаешь мыльными руками – это другое.

– Тебе же нравится.

– Ерохин, я есть хочу. Уже голова кружится.

– Ладно-ладно, – сдался он и вышел. Но далеко не ушел.

– Что ты делаешь? – спросила я, видя, через прозрачную стенку, как он устраивается на бортике ванны.

– Смотрю на тебя. Нельзя?

– Извращенец, – засмеялась я и стала быстренько смывать пену.

Освободив Дане душ (хоть в его комнате был точно такой же, мог бы и не ждать) я позвонила Джею, попросила завтрак. Услужливые помощники в три руки расставили еду и тарелки, пока мой босс-извращенец плескался.

Загоревшись внезапной идеей, я спросила, есть ли повар на вилле. Оказалось, что имелся. Выложив Джею свое предложение, я получила в ответ, что он уточнит, но скорее всего все получится. Хорошая новость.

Даня появился как раз, когда мы заканчивали разговор. Он поприветствовал слуг и тут же сгреб меня в объятия, усаживая себе на колени.

– Это невероятно странно, – проговорил Ерохин, закладывая мне в рот кусочек тоста с джемом.

Я слизнула липкую сладость с его пальцев, прожевав уточнила:

– Что именно?

– Ты сидишь и не вырываешься.

– А должна?

– Не язвишь, – продолжал Дан, игнорируя мой вопрос, – Не отворачиваешься.

– Даже не кусаюсь. Заметил? – засмеялась я.

– Если именно секс на тебя так влияет, то обязательно нужно сделать его регулярным, – продолжал он рассуждать вслух, делая вид, что не слышит меня.

– Сделай, – мне не хотелось спорить сегодня. Даже думать не хотелось, что возможно все это лишь каникулы, и я тут для него просто кукла, которую он вознамерился поиметь. Вчерашние признания, что он хочет только меня еще не хотелось подвергать сомнениям. Возможно, и дома не захочется.

Дан опять запачкался в джеме, и снова я не отказала себе в удовольствие слизнуть с них лишнее.

– Малыш, – зашептал он, водя подушечками пальцев по моим губам, – Я хочу тебя такую каждый день. Будь моей.

Он обхватил рукой мою шею, заставляя нагнуться и поцеловать.

– Я твоя, Дань, – выдохнула ему в губы.

Это было чистой правдой.

Я хотела принадлежать ему. Что бы ни было между нами сейчас – пусть это только секс – но оно того стоит. Мне хотелось делать для него приятные глупости, хотелось угождать и баловать, хотелось видеть, как его лицо озаряется улыбкой. Неважно, что будет потом. Сейчас я собиралась просто быть счастливой.

После завтрака мои планы сбылись. Повар согласился дать Дане эксклюзивный урок по индийской кухне. Несколько блюд. Джей собирался переводить, но я его отпустила, взяв на себя эту обязанность. Повар был веселым молодым парнем. Он тактично игнорировал, когда Даня заигрывал со мной, но все же улыбался, вежливо прося не отвлекаться.

Я сидела то на стуле, то на столешнице, наблюдая. Готовить ничего не хотелось, а вот смотреть на мужчин было интересно. Правда за это Дан меня все время пачкал. То соусом, то мукой. После мастер-класса пришлось идти в душ. Одну меня туда никто не отпустил, разумеется.

Все приготовленное сгодилось на обед. Поев, мы переместились к бассейну. Дан попросил нас не беспокоить, и я сразу поняла почему. Поплавать нормально не удалось, но я не жалела. Не смеялась столько… Не помню когда в последний раз. А потом стало не до смеха.

Красный купальник полетел прочь, как и шорты Дани.

– Если… – начала я паниковать по привычке.

– Никто не придет, малыш. Расслабься, – пробормотал он, прижимая меня обнаженную к себе, отталкиваясь от края бассейна.

Я последовала его совету. Я готова была слушаться его во всем. Ни капли не пожалела. Начав в воде, мы заканчивали на шезлонге. Это было хорошо, чувственно, невероятно. Без спешки и безумия вчерашней ночи. Дан был внимательным и ласковым. Страстным и осторожным одновременно. Неутомимым, как обычно. Ненасытным. Он просил еще и еще, а я не могла отказать, ведь наградой было наше удовольствие.

Уже темнело, когда я обессиленная и счастливая потягивала коктейль, положив голову Дане на плечо. Нужно было идти собирать вещи, но я никак не могла себя заставить подняться и уйти в комнату. Даже мысль об отъезде не хотелось впускать в голову.

В гостиной давно остыл ужин, и Дан вызвался принести поесть. Заодно он захватил мой мобильный.

– Звонил, – оповестил он, подавая мне телефон.

Я открыла вызовы, нахмурилась. Костя. Он сроду мне не звонил.

– Что-то важное? – Дан моментально среагировал на перемену в моих эмоциях.

– Светкин Костя, – ответила я, – Странно.

Я решила не разоряться роумингом и включила вай-фай. Кос был в сети вайбера, и я набрала туда.

– Привет, я в командировке в Индии, – сразу выпалила ему, – Что-то срочное?

– О, привет. Черт, я забыл совсем. Светка же говорила…

– Что-то случилось, Кость?

– Да, – он помолчал секунду и выпалил, – Мы ребенка потеряли, Лен.

– Ох…

Я осела на шезлонг, и сама взяла паузу на осознание.

– Костик, мне так жаль.

– Да, – откликнулся он потерянно, – Мне тоже.

– Как Света? Когда? Она в больнице?

– Нет. Дома уже. Три дня назад, но…

– Но – что?

– Ленк, я волнуюсь за нее. Может глупость, конечно…

– Рассказывай по порядку, – потребовала я, – пусть и с глупостями.

Он рассказал, и мне впервые стал по-настоящему нравиться Костя. Мы общались, конечно, ладили, но я почему-то не воспринимала его всерьез. Может из-за вечных ссор со Светкой или из-за спешности с разводом. Но сейчас я поняла, что он любит ее, заботится, переживает.

– Я приеду, Кость, – ответила я, когда он закончил, – Мы завтра летим домой рано утром. Постараюсь к вечеру быть. Нормально?

– Конечно, нормально, Лен. Спасибо тебе большое.

– Не за что пока. Надеюсь, Светка меня не выгонит.

– Нет, не посмеет, – хохотнул Костя, – Тебя точно не пошлет. Вы же с ней, как Бивис и Батхед.

– Ну, ты и гад, – огрызнулась я прощание, – До завтра.

– Ага, пока. Хорошо долететь.

Я поблагодарила и повесила трубку.

Дан уже давно стоял в стороне у бара, тактично позволяя мне пообщаться. Я встала с шезлонга, подошла и обняла его сзади. Ерохин смешивал очередной коктейль, молчал. Я тоже долго не могла проронить ни слова, стояла прижавшись к нему, не желая отпускать. Как же права была Света – у нас есть настоящее, мы должны быть счастливы прямо сейчас, не задумываясь о потом.

Слезинка скатилась по щеке, упала на спину Дане. Он тут же повернулся.

– Что-то случилось?

– Света потеряла ребенка, – проговорила я.

– Мне жаль, – он стер слезинку с моего лица, – Не знал, что она была беременна.

– Совсем недавно и случайно. Мы виделись в выходные перед отъездом.

– Не сочти за цинизм и жестокость, но она молодая. Все еще получится. Говорят, так бывает. Лучше на ранних сроках.

– Да-да, я знаю, Дань, но… Она подавлена и Костик переживает. У него по бизнесу еще проблемы какие-то. Нужно срочно уехать. С родителями Светка накануне разругалась, потому что они жениться не собирались. Я к ней поеду сразу, – выпалила я на одном дыхании все за раз.

– Конечно, – поддержал Дан мое решение, – Я тебя отвезу.

– Что? Нет, это необязательно.

– Лен, мы все равно на моей машине из Москвы едем. Так какая разница?

–Ну… Ладно. Спасибо.

Я встала на цыпочки и поцеловала его.

Дан обнял меня крепко-крепко. Может я фантазировала сейчас, но казалось, так он давал понять, что и дома будет все хорошо. Я верила ему. Снова. Не могла не верить.

– Нужно собрать вещи, проговорила я, когда он зевнул.

– Да. И поспать немного. Вставать в такую рань.

Ерохин тяжело вздохнул, смиряясь с мыслью, что опять не выспится. Стоит сказать, что смирился он не до конца. После того, как я уложила чемодан, пришлось укладывать и Даню спать. Не сработал ни один способ, кроме его любимого. И моего тоже.

Глава 21. Возвращение

Утро было ужасным. Мы проспали. Джею пришлось звонить и напоминать, что самолет ждать не будет. Меня подташнивало всю дорогу до аэропорта. Наверно, от голода. А может от недосыпа. Дан был молчалив и угрюм. Похоже по тем же причинам. В машине он постоянно прикрывал глаза, а в самолете напротив никак не мог отключиться. Я наблюдала за ним с каким-то смешанным чувством осторожности и тревоги. Он снова стал казаться мне боссом, которого лучше не злить. Хотя его рука, что сжимала мои пальцы, и губы, которые искали мои в любую свободную минуту, нарушали всю субординацию.

Я хотела скорее домой, потому что волновалась за Свету. И не хотела, потому что там придется принимать решения. Вернее жить с тем решением, которое я уже приняла здесь, в Индии. Я снова готова была отдать себя и свою жизнь мужчине. Однажды уже так было, и не принесло ничего, кроме боли. Но я хотела рискнуть. Я любила Даню так сильно, что и выбирать не пришлось. Все мои потуги быть роковой и независимой сейчас казались такими смешными. Как я могла вообще отталкивать его? Ведь самое прекрасное – это вот так сидеть рядом и чувствовать тепло его руки. За это можно все отдать.

В Дели мы пересели на самолет до Москвы, и в нем уже оба моментально отключились. Хотя полет был долгим, и спалось в принципе хорошо, я не чувствовала себя отдохнувшей. Похоже, Дан – тоже.

– Надо было первый класс брать. Зарекаюсь каждый раз, – ворчал он, разминая шею.

– Дорого же, – отвечала я, даже примерно не представляя, сколько это стоит.

– Здоровье дороже.

Ерохин поводил плечами, кивнул на ленту багажа.

– Вон твой рыженький, – заметил он мой чемодан и легко подхватил его.

Я улыбнулась, разрешая ему поухаживать и чувствуя себя от этого очень хорошо. Видимо, Дане тоже понравилось, что я стала покладистой. Он чмокнул меня в нос и поспешил забрать и свой багаж.

Всю дорогу до дома, пока Дан рулил, я его развлекала болтовней. Он опять много спрашивал о Свете, обо мне, о школе и родителях. Я трещала без умолку и уже почти дома решилась спросить сама.

– Дань, а у тебя есть друзья? Не приятели, вроде Влада и по работе, а чтобы по-настоящему.

Он улыбнулся очень тепло и без запинки ответил:

– Дэвид мой друг. Пожалуй, единственный настоящий.

– Твой учитель? – уточнила я, – Тот англичанин?

– Ага. Мы с ним столько времени провели вместе, что обречены были либо возненавидеть друг друга, либо подружиться. Думаю, я ему нравился, поэтому первый вариант отпал.

– Он ведь старше тебя?

– Да, намного. Но он такой классный мужик. Очень молодой душой, но при этом спокойный и сдержанный, как все англики. Благородный и достойный во всех смыслах, но ни разу не высокомерный, не сноб. Я больше таких людей не встречал. Мне с ним всегда интересно и комфортно. Странно, наверно.

– Почему странно? – не поняла я, зачарованная его рассказом.

– Я всегда считал себя таким простачком, а Дэвид буквально с нуля меня всему научил. Что он во мне разглядел?

– Может он разглядел тебя? – предположила я, улыбаясь.

– Брось, малыш, – он потрепал меня по коленке, – Это шиза моей мамы, что я гений. На самом деле просто упорный и люблю учиться.

– Это уже немало, Дань.

Он покачал головой, вроде как принимая мою версию.

Уже на пути к моему родному городу, меня озарило.

– Дань, ты зачем меня везешь? Моя машина на твоей парковке. Нужно было заехать и забрать.

– Брось, – отмахнулся Ерохин, словно это было несусветной глупостью, – ты и так устала. Зачем за руль?

– А ты не устал, можно подумать.

– Я привык, – пожал плачами Дан.

– А назад мне как ехать?

– Позвони, я тебя заберу.

– Дааааань, – протянула я, – У тебя дел больше не будет что ли?

Он сморщился, и я поняла, что дел у него уже куча.

– Дела всегда есть, а тебя у меня очень мало, – проговорил он, – Придумаю что-нибудь.

– Фантазер-придумщик, – хихикнула я, решив не спорить.

Доеду и на автобусе, если что. Или на такси, если совсем будет лень тащиться с чемоданом до вокзала. Уж точно не собиралась ему звонить и отрывать от дел ради меня такой замечательной.

Притормозив у Светкиного дома, Даня повернулся, притянул меня к себе и долго целовал.

– Лен, если что-то понадобится, позвони. Хорошо? – проговорил он очень серьезно, когда отпустил.

– Что может понадобиться? – не поняла я.

– Что угодно. И просто так звони, ладно? Я не буду. Не хочу вам мешать.

– Хорошо, – я покивала, – Спасибо.

– И можешь не выходить на работу пару дней.

– Но… – я совсем растерялась от его щедрот, – А если Радж…

– Перешлю тебе письма. Будь в сети.

– Ох, ладно. Спасибо, Дань. За все. Правда. Хотя не стоит…

Он закрыл мне рот поцелуем, не давая испортить благодарности.

– Ты стоишь всего и даже больше, – бормотал он, водя своими губами по моим, – Давай выйдем из машины, а то я боюсь увлечься.

Я улыбнулась, поцеловала его последний раз и дернула ручку двери. Дан помог мне с чемоданом и собирался донести его до двери квартиры, но из подъезда вышел Костик, прикурил. Я быстро познакомила мужчин. Они пожали руки. Даня тактично быстро удалился, обняв меня на прощание. Уже отъезжая он показал жестом, что будет ждать звонка. Я истово покивала и махнула рукой.

– Это кто? – не сдержался Кос, выдыхая в сторону дым.

– Мой босс, – брякнула я первое, что пришло в голову. Собственно так оно и было.

– Больше на бойфренда твоего похож.

Я красноречиво зарделась и уставилась в землю. Костик хохотнул.

– У вас там как? – спросила я, меняя тему.

– Ничего. Но на работу не хочет. Почти не ест. Хотя вроде настроение получше.

– Тебе когда ехать?

– Вчера, Лен.

– Понятно. Тогда пошли.

Костян выбросил сигарету в урну, поднял мой чемодан и повел в дом.

Я немного волновалась, но Света встретила меня хорошо. Выглядела она так себе, но Костя определенно сгущал краски. На наше с ним заявление, что я поживу здесь, пока хозяин дома в отъезде, моя подруга отреагировала немного удивленно, но без истерик. Признаться, я ждала чего-то страшного, а на деле вышло совсем не так.

Буквально через час Костик собрался и уехал. Проводив его, Света вернулась на кухню, налила мне еще чая, присела напротив, сказала:

– Выкладывай, Ланская. Что он тебе наплел? Откуда ты тут нарисовалась вся в загаре и с точкой на лбу.

Я чуть чаем не подавилась. На автомате потерла лоб, но там не было уже давно никакой точки. Мне ее рисовали только в отеле Раджа, отдавая дань традициям. Света рассмеялась.

Господи, Костя действительно сгустил краски. Нормальная же Светка. Я решила быть честной.

– Сказал, что выкидыш был, и ты подавлена.

– А надо было праздновать что ли? – фыркнула подруга.

– Беспокоился он, Свет, вот и попросил меня с тобой побыть эти дни.

Она вздохнула.

– Сиделка. Блеск.

– Просто составлю компанию, – пыталась найти я нейтральные формулировки, – Ты себя как чувствуешь?

– Физически? Ничего.

– А морально?

– Паршивенько.

– Врачи что сказали?

– Что молодая. Бывает такое. Успею родить и не одного.

Я облегченно выдохнула, погладила Светку по руке. Она кисло мне улыбнулась.

– Приятного мало, конечно. Но постарайся быть оптимисткой.

– Я стараюсь, Лен, – заверила она меня, – Но еще с мамой накануне разругалась вдребезги. Им прям нужна была свадьба. Не разговаривает со мной теперь. А уже и свадьба не нужна.

– Брось, Свет.

– Бросила, – махнула она рукой, – пустое все. Но я столько всего запланировала уже, чуть вещей не накупила, а тут… Тяжеловато перестроиться.

– На работу иди, – послала я ее, – Чего дома киснешь?

– Переварю и пойду. Вот Костик вернется, и да. Знаешь, а хорошо, что вы у меня есть. Этот придурошный паникер и ты, на все сразу согласная.

Я обняла ее крепко-крепко. Светка шмыгнула носом.

– Любите меня, похоже.

– Конечно, любим, дурында, – не сдержалась я.

Мы еще немного пообнимались. Оказалось, что я тоже пустила слезу. Сама не заметила.

– Хочешь, попробую приготовить какую-нибудь индийскую вкуснятину, – предложила я, отпуская подругу и вытирая глаза.

– Брось, Леныч, – отмахнулась Света, – давай лучше по-нашему пирогов напечем. Заодно расскажешь, как Данечка затащил тебя в койку.

Я выкатила глаза, не понимая, откуда она могла знать. Света рассмеялась.

– Ой, Лен, у тебя сексуальное удовлетворение на лице переливается. Я тебя не знаю что ли?

– Ну, ты и коза, – я легонько толкнула ее в плечо.

Пришлось признаваться во всем. Светка то смеялась, то ругала меня за фокусы и выкрутасы. Возиться с пирогам вдвоем оказалось весело, хоть и хлопотно. Была глубокая ночь, когда мы улеглись спать.

Я провела с подругой выходные, а в понедельник вечером вернулся Костя. Света собиралась уже завтра выйти работать, назначила клиенток и вообще была бодрячком. При мне звонила и ее мама, хотела вечером приехать. Я надеялась, чтобы помириться. Миссия была окончена. Кости вызвался увезти меня в город, но на его лице был отпечаток усталости и руля, который я так часто видела у Ерохина. Отказалась категорически, но он настоял хотя бы доставить до автостанции. Я могла бы попросить отца довезти, но мне совсем не хотелось к ним заезжать, объяснять. Уже в автобусе я поняла, что и домой к Миле мне хочется еще меньше. Рука потянулась к мобильному, но пальцы не спешили нажимать вызов.

Что я ему скажу? Как напроситься вежливо? Но он просил звонить… Однако, не приглашал в гости.

В этих терзаниях слишком быстро закончилась поездка до города. Я настраивалась психовать из-за тесноты, неудобных сидений и прокуренного салона общественного транспорта, но ничего этого не заметила из-за своих метаний.

Выйдя на остановке, вызвала такси. В салоне воняло сигаретами похлеще, чем в автобусе. Водитель хмуро поинтересовался, куда едем.

– В ближайшую «Ромашку», – бойко ответила я.

Он аж повернулся и без лишней скромности обсмотрел меня всю, хохотнул и дернул передачу. Я сжала губы, чтобы не засмеяться, но улыбку скрыть не удалось. Набрав в забегаловке бургеров, я назвала Данин адрес. Водитель снова обернулся, просканировал меня повторно.

Похоже, я второй раз порвала его шаблон. Сначала не прошла кастинг на посетителя «Ромашки», а потом на жителя фешенебельного жилого комплекса. Но по обоим адресам меня нужно было доставить, и таксист повиновался, как джин.

У кованой решетки забора меня начало трясти. «Если он занят, я просто заберу машину и уеду», – думала я, – «Может и дома нет».

Второй вариант очень даже возможен. Понедельник. После командировок Даня постоянно навещал объекты в городе и области, отрабатывая чуть ли не до ночи. Но не сегодня. Хриплый голос проговорил из домофона:

– Да. Кто там?

– Это я, – пискнула, как мышка.

Пауза. За три секунды я тысячу раз умерла.

– Поднимайся, – велел Дан, и ворота запищали открываясь.

Я покатила свой чемодан к подъезду, вошла, кивнула вахтерше, вызвала лифт.

Он просил подниматься, значит точно не против моего визита, иначе уточнил бы про машину, спустился сам на парковку. Нет-нет, мне тут рады. Слава богу.

Даня ждал у открытой двери. В домашних брюках и майке без рукавов он был такой уютный и родной, что я едва не разревелась. Улыбка растянула его губы, а глаза были такими теплыми и добрыми, что я растеряла все слова для приветствия.

– Какими судьбами, Леночка? – проговорил он почти официально.

Я сказала совсем не то, что собиралась:

– Ты однажды сказал, что мы друзья. Сейчас мне очень нужен друг.

Дан не спешил пропустить меня в дом, не кинулся целовать. Он просто стоял, подпирая косяк и убивая своим напускным равнодушием. Мстит мне, гад такой.

– Ммм, да, припоминаю что-то про нашу дружбу, – протянул он, – А что там у тебя в пакетике? Никак бургеры из «Ромашки»?

– Они самые, – подтвердила я.

– Это взятка?

– Нет, знак внимания и вежливости. А еще, возможно способ умереть в один день.

Ерохин рассмеялся.

– Раз ты такая внимательная, вежливая и с едой, то проходи.

Онпосторонился, и я вошла вместе с чемоданом. Мда, видок, конечно. Как на пмж приехала.

– Значит, ты меня пускаешь только из-за взятки в виде еды?

– Исключительно из-за нее, – истово закивал Даня.

Едва я сняла туфли, он подхватил на руки и утащил на диван в гостиную. Бросив пакет с бургерами на тумбочку, Дан наконец поцеловал меня. Хорошо так поцеловал. Я сразу вся загорелась и пожалела, что мы не в спальне. Он чуть отстранился, и я рассмотрела в его глазах еще и усталость.

– Ты занят? – спросила я, увидев на столике ноутбук с каким-то чертежом на экране, а еще заметила включенный телевизор, – Я помешала?

– Ты не можешь помешать, – проговорил Дан, усаживаясь на диван и пристраивая мои ноги себе на колени, – Просто смотрел новости и новый проект между делом. На самом деле ты очень даже вовремя. Мне лень даже заказать поесть, хотя я жутко голодный.

– Что ты за человек, Ерохин, – отругала я, потянувшись за пакетом, – Хочешь приготовлю что-нибудь быстро?