Текст книги "Сеульская шестерка (СИ)"

Автор книги: Оксана Кас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц)

В стороне от будущего места съемки располагались столики для визажистов, большая вешалка с одеждой и доска с референсами – множество картинок, образцы того, чем вдохновлялась команда во время подготовки к фотосессии. Дан к подобному уже привык – это частая практика для масштабных съемок со сложной идеей и смыслом. А вот парни смотрели на доску с любопытством.

Уже через пару минут в студию зашла и Энни Лейбовиц, объясняя концепцию съемки.

– Визуальное настроение – картина на стенде, – указала она. – Я выбрала именно эту, потому что она подходит под наши нужды, но вообще это частый способ изображать группу людей вместе: за круглым столом. Это – первая историческая веха как символ классических приемов в вашей музыке. Костюмы будут в стиле эпохи джаза, это отсылка на вокальные особенности. Прически и некоторые элементы одежды – из семидесятых, потому что настроение группы немного в стиле эпохи, когда рок-музыка начала свое триумфальное шествие по миру. Ряд аксессуаров отсылают к девяностым, когда был пик популярности бойзбендов… Но, так как все отсылки касаются европейской культуры, мы добавили Корею в окружение. Думаю, вы и сами это видите. Еда, в основном, не годится в пищу – ее красили для большей фотогеничности, но в бутылочку налит обычный сок, можете разливать и пить.

По Энни было видно, что она воодушевлена этой съемкой, а им оставалось только следовать указаниям стаффа. Им сделали прически и макияж, одели в стилизованные костюмы, рассадили за столом и приступили к съемкам. Сначала дело шло туго, парни были зажаты и Дан предложил Энни обманный ход: они начинают говорить на корейском, а позже, когда она заметит нужное ей настроение за столом, остановит разговор и они начнут сниматься.

Энни охотно согласилась. Пока ничего «невыносимого» в ней Дан не видел, она была просто немного отстранена, словно сейчас ее интересует только камера.

Разговор первое время тоже был не особо живым, но постепенно они расслабились, начали улыбаться и хихикать. Энни периодически щелкала камерой, но ничего не говорила. Но, чем дольше они обсуждали вчерашний день, тем чаще она их снимала, особенно много – когда они начали смеяться, вспоминая твиты фанатов после просьбы Дана держать себя в руках.

Вот как раз после того, как начался смех, Энни, наконец, и попросила их перестать говорить и начала давать более точные указания. Посидев в этой обстановке почти час, обсудив между собой приятные вещи, все заметно расслабились и быстро выдали нужные кадры. Им показали потом превью на экране, что заставило всех пораженно ахнуть.

Из-за темной обстановки казалось, что они сидят в полумраке и светит только лампа под абажуром. На деле, конечно, на площадке был студийный свет, но мягкий и ненавязчивый, что в итоге и дало эффект сумрака. Они действительно были похожи на шестерых друзей, которые весело проводят время за едой.

После немного сменили локацию – убрали из «уголка» комнаты всю мебель, поставили диван, на котором сделали еще несколько кадров. А после Энни попросила портретное фото. Они встали друг за другом так, чтобы каждый был немного правее предыдущего. Им пришлось стоять немного странно, расставив ноги пошире, чтобы сравняться в росте. Дан, хоть и был самым высоким, стоял первым, а Энни хотела добиться эффекта перспективы, поэтому нужно было подбирать позу. А еще она просила их сделать «немного бандитское» выражение лица.

На всю фотосессию ушло четыре часа. За это время они сделали, по факту, три готовых кадра – за столом, на диване и портрет группы. Но для художественного фото это, в целом, неплохо.

Выйдя с фотосессии, Дан с Джинхо поехали в студию, а остальные – в отель. Впереди предстоял сложный процесс написания песни под запросы и возможности двух сильных вокалистов.

Глава 11
Успеть все

Дан впервые так работал с посторонними артистами. По сути, у него вообще ничего не было для этого дуэта. Они собрались в студии, чтобы обсудить концепцию песни, настроение и лирику.

– Хочу что-нибудь эмоциональное, – призналась Камария, – Типа песен Flower – чтобы девчонки подпевали и плакали, плакали и подпевали.

Дан немного опешил от такого заявления и повернулся к Джинхо. Тот безразлично пожал плечами и признался:

– Мне, честно говоря, все равно. Пусть будет баллада. Единственное, что хотелось бы – это тот же принцип, что и у тебя с Сандрой, не каждому по куплету, а как диалог.

Дан кивнул и зашел в папку с уже готовой лирикой – смотреть, что у него есть и что можно сделать дуэтом. Пролистывая огромное количество отрывков, Дан в какой-то момент времени подзавис, вернулся назад и открыл папку с немногочисленными почти готовыми песнями. Джинхо, который стоял за его спиной и достаточно хорошо его знает, осторожно уточнил:

– Там либо сразу для группы, либо… личное…

– Есть кое-что… специфичное, что я могу переделать на два голоса, Камария сейчас поможет мне с лирикой от лица девушки.

Идея пришла ему внезапно – словно обухом по голове. Он подумал, что вряд ли сам исполнит песню-обращение к Арин, а вот отдать эти слова Джинхо… ему не жалко, как было бы легко доверить личные строчки кому угодно из парней. Они ведь и так группой поют многое из того, что основано на личных переживаниях Дана.

– У тебя есть демо? – удивилась Камария.

– Включать демо не буду, чтобы не создавать ненужных ассоциаций, нам ведь из этого делать дуэт. Так что лирика и основная мелодия.

В студиях часто ставят принтер, Дан просто нашел нужный провод, подключил к ноутбуку и распечатал лирику в трех экземплярах. Наиграл мелодию для Камарии. Та пришла в полный восторг – такой песни она не могла вспомнить, но идея казалась ей безумно интересной. Что удивительно, она с полуслова поняла, что хочет сделать Дан.

В тексте девушка просит парня остаться, а он просит прощения, потому что не любит и хочет уйти. Удалось сделать все так, чтобы строки Джинхо звучали деликатно, без всего того, что современные девушки назовут ред-флагом. Лирический герой говорит, что у отношений нет будущего и каждый день вместе лишь сделает героине больнее, а она ему отвечает, что готова жить в этой лжи, потому что не видит жизни без него. Как итог – более токсичной получилась как раз партия Камарии.

В соавторстве было работать немного непривычно, тем более – Дан столкнулся с таким же перфекционистом, как и он сам. Камария прежде не писала лирику для баллад, она все же больше полагалась на ритм, чем на рифму, но для баллады это не очень хорошо. Из-за этого Дан часто переписывал ее слова. Они еще и спорили – для Камарии было важно, что она будет петь, для Дана – как это звучит. Бедняга Джинхо уже просто хотел домой, но не мог уйти – песню делали под его голос и демо записывал он.

За этот вечер они подготовили лирику и основную мелодию, решив на этом закончить. Дан с Джинхо возвращались из студии пешком, благо, до отеля было недалеко. В Лос-Анджелесе стояла приятная погода: и не жарко, и не холодно, не сильно влажно. Горели фонари, изредка по дороге проезжали машины.

– Я не думал, что ты отдашь что-то настолько личное, – признался Джинхо. – Зная, как ты относишься к такой лирике, я… для меня честь это исполнить.

Дан покачал головой:

– Спасибо, но не так уж это и важно. Мне хотелось, чтобы эта песня вышла. Но спеть ее сам я бы не рискнул в ближайшие несколько лет. Так что отдать ее кому-то близкому – неплохой вариант.

– Спасибо, – поблагодарил его Джинхо. – Учитывая, что Камария сейчас весьма популярна, это будет яркий старт…

Дан кивнул:

– Во всех смыслах. И на контрасте с Сандрой тоже. В американской поп-музыке всегда есть несколько основных направлений, внутри которых всех вечно сравнивают. У женщин их три. Первая – поп-принцессы, начиная с Мадонны и Бритни Спирс, сейчас так называют Сандру. Вторая – королевы кантри. Это Долли Партон, Тейлор Свифт в начале своей карьеры… девушка, которая на Грэмми забрала награду за лучший кантри-альбом, сейчас как раз считается носительницей этого титула. И третий – музыка черных, начиная с джазовых певиц, от Дайаны Росс к Бейонсе.

– И Камарию называют наследницей последней, – догадался Джинхо. – Я понял, о чем ты. Твой дуэт с поп-принцессой, мой – с самой популярной молодой афроамериканкой… Это тоже будет поводом для разговоров. Но этого бы не было, если бы не твои песни. Без музыки Камария со мной дуэтом петь не захотела бы.

– Ты решил смутить меня комплиментом? – неловко улыбнулся Дан.

– Нет, я просто констатирую факт, – с некоторой иронией сказал Джинхо. – Просто, из-за напряженности последних дней, не получалось об этом напомнить: Грэмми получила не группа, они твои.

Дан недовольно вздохнул и закатил глаза. Вряд ли Джинхо увидел это, да и вздох было бы сложно расслышать, потому что в это время в Лос-Анджелесе было людно и достаточно шумно.

– Я знаю, что ты не любишь, когда мы начинаем об этом говорить, но я все же скажу: без тебя ничего бы не получилось. Особенно – Грэмми. Уверен, что награды продавил Тимати, рекламируя всем своим знакомым своего ученика-гения, а ты прекрасно проиллюстрировал это своими песнями.

Дан осуждающе посмотрел на Джинхо: он и правда не любит, когда об этом так говорят. Но понимает, что, в некотором роде, это правда. Тимати с момента раскрытия псевдонима Дана «рекламировал» его коллегам, а осенью вообще перешел в активное наступление, даже оплачивал статьи из своего кармана. Частично, конечно, он делал это и для себя: самолюбию Тимати явно льстило, что он воспитал Дана как музыкального продюсера. Но все равно – он продавил жюри Академии, без него им бы не удалось собрать столько наград. Не факт, что без Тимати их бы вообще номинировали. Так что, получается, без Дана и его знакомств у группы реально не было бы шансов на Грэмми. Как бы талантливы они ни были, иностранцам сложно добиться признания в США, наверняка их бы несколько лет ставили в мелкие номинации, хайповали на выступлениях, но не давали наград. Именно так ведь было в прошлом Дана с к-поп артистами. Спустя много лет номинаций без наград Академия все равно выдала статуэтку американскому корейцу, и то уже в тот момент, когда популярность к-поп артистов начала падать.

– Считай, что мне нужно было это сказать для собственного хорошего самочувствия, – признался Джинхо.

Он широко улыбнулся и Дан смог только печально вздохнуть в ответ.

* * *

С утра поехали сниматься со щенками. YouTube канал BuzzFeed регулярно проводит интервью со звездами и милыми животными. Смысл максимально прост – знаменитость сидит на полу и играет с малышами-очаровашками, одновременно отвечая на вопросы. Проект с таким типом интервью запустили несколько лет назад, но там уже снялось немало популярных актеров и певцов. В большей степени это контент для фанатов, чтобы те умилились тому, как их кумиры играют с милыми животными.

Для их шестерки, конечно, привычнее были бы котята. Но, то ли столько котят не нашли, то ли решили сыграть на контрасте, но играть они будут со щенками. Перед началом съемки выдали одежду, где Дан с некоторым удивлением обнаружил немало вещей от Calvin Klein. Простые прически, легкий мейкап, затем их рассадили на полу напротив камер. У интервью нет ведущего, стафф тихо задает вопросы за кадром.

– Вы воодушевлены встречей со щенками? – спросила девушка из стаффа.

– Мы втроем с нетерпением ждем щенков, – начал отвечать Инсон. – В нашей группе кошачий деспотизм. У власти старшие, которые любят кошек, так что это интервью – месть.

– Месть? – удивился Минсок. – А мы думали, что привели детей поиграть…

Стафф за кадром начал смеяться, а возле камеры поставили несколько переносок. Вообще, территория вокруг места для съемок была огорожена типичным таким заборчиком для собак, чтобы бодрые малыши сильно не разбегались. Но их сегодняшние партнеры по интервью бегать не спешили. Вообще, любые маленькие зверята чертовски милые, так что даже Дан умилился, когда к ним начали выпускать щенков. Восемь очень разных малышей, явно беспородных. Черные, пятнистые, с окраской под добермана, в разноцветных ошейниках, они осторожно ковыляли ближе к незнакомым людям. Им дали немного времени на то, чтобы освоиться. Джинхо побаивается собак, так что он руки к ним не тянул, хотя те и очень милы, а Дан с Минсоком, скорее, смеялись над макнэ-лайном и, особенно, над Инсоном. Щенки угадали в нем главного любителя животных и поэтому устроили давку, пытаясь забраться к нему на колени.

– Значит, старшие в группе больше любят кошек? – спросила девушка.

– Можно и так сказать, – начал отвечать Дан. – Вообще, у нас в агентстве есть что-то вроде кошачьего приюта, так что с собаками мы встречаемся редко.

Дан подхватил одного щенка с расцветкой под добермана. Тот тут же начал самозабвенно облизывать его руки.

– Просто они втроем из тех, кто домой бы скорее взял какого-нибудь жутко породистого и вредного кота, а мы из тех, кто все детство мечтал гулять с собакой по утрам, – пояснил Юджин.

– У вас ни у кого не было собак в детстве? – сам спросил Дан.

У него в семье не заводили животных, хотя Дан ребенком просил и кошку, и собаку. Но в то время у родителей внепланово получилось две дочки вместо запланированной одной, так что было не до осуществления детских желаний.

– Мы постоянно переезжали, а с животными было бы сложно, – признался Инсон. – Но недавно мой папа взял собаку из приюта. Говорит, чтобы гулять с ней – у него сидячая работа, он немного поправился и решил, что собака будет его мотивировать на прогулки.

– И как, помогает? – иронично уточнил Минсок.

– Удивительно, но да. – спокойно ответил Инсон. – По утрам его пес прекрасно выгуливается за три минуты практически у самой двери дома, а вечером они гуляют по несколько часов и папа очень доволен своим новым другом. Но я немного негодую, что собака появилась, когда нет меня. Я в детстве безумно хотел щенка, даже вырезал из какой-то газеты фотографию сенбернара и повесил ее над кроватью.

– Сенбернара? – снова удивился Минсок. – Я видел твои детские фотки, ты был крошечным, куда тебе такую громадину?

– Фильм был, семейный, где дети спасли такую собаку. Он довольно старый, вы могли не видеть, но я его обожал. Не только его, но вообще все фильмы с собаками, просто этот громадный, мохнатый и слюнявый пес казался мне лучшей породой.

Дан захихикал, когда увидел скептическое выражение на лице Минсока. Вслух на интервью он этого не скажет, но Дан был уверен, что не только ему в голову пришла эта мысль: семья Инсона могла быть не против собаки в принципе, но против огромного, мохнатого и слюнявого пса, который способен увезти их крошечного сына на спине.

Когда с обсуждением собак было покончено, стафф начал задавать вполне банальные вопросы: какая любимая песня на альбоме, какие эмоции после Грэмми, что парни планируют делать в ближайшем будущем. Они отвечали на вопросы и играли со щенками, которые к середине интервью окончательно освоились, начали бегать вокруг и даже звонко лаять. Можно сказать, что время провели они весело.

Потом их сфотографировали со щенками, пожелали удачного дня и попрощались. Интервью выйдет только через неделю, до этого момента факт сьемок им нужно хранить в секрете.

После записи разделились. Дан поехал на другую запись, к своему хорошему знакомому со времен активной блогерской деятельности. Это было частью их внезапной идеи по продвижению.

Со временем участие айдолов в программах блогеров перестало быть чем-то из ряда вон выходящим. Но в 2019 популярность YouTube-каналов только начала зарождаться. При этом Дан знал, что это интереснее телевизионных интервью: можно быть более откровенным, показать настоящего себя. Да и запись делается быстрее. Он предложил это в Person, те признали идею интересной и выбрали несколько корейских популярных YouTube-каналов для продвижения их будущего альбома.

Но Дан не хотел оставлять «дыру» в плане американского продвижения и сам договорился о записи у знакомого, Логана Дэвиса.

Все действительно прошло быстро. Они просто сидели за столом и болтали. Ощущение домашних посиделок давало возможность делиться какими-то историями из жизни, которые вряд ли стали бы желанными на телевизионных шоу. Но здесь все прошло очень мило. Логан искренне благодарил Дана за такую возможность и обещал выслать смонтированный ролик, как только он будет готов.

Логан когда-то был более популярным блогером, чем Дан. Он делает разборы музыки, обозревает фестивали, премии и все такое. Еще у него есть инста, тоже весьма раскрученная. Немалую роль в его известности играет то, что он очень ярко выглядит – ярко-рыжий, белокожий, с внешностью, которую можно было бы назвать модельной – острые черты лица, живая мимика… только рост подкачал. Сильно. Он худой, поэтому на фото не заметно, но он меньше метра семидесяти. Это и в Корее было бы проблемой, а в США он кажется просто крошечным.

Сидя в машине, Дан все продолжал улыбаться, потому что этот разговор был веселее и приятнее любого интервью.

Но в студии пришлось вернуть себе рабочее настроение. Она начал работать на музыкой сам, но где-то через час приехал мистер Орлеан. К ночи в студию подтянулись музыканты, начали записывать музыкальную дорожку. Решив сыграть на контрастах, Дан с мистером Орлеаном умудрились сделать проигрыши для корейской флейты и саксофона. Это звучало настолько необычно, что даже музыканты в студии были в предвкушении.

Вокал записывали уже под утро, а сведение трека закончили только в девять. Дуэт был готов, но клип к нему снимать будут перед Коачеллой, через полтора месяца. Главное теперь – возможность запустить процесс продюсирования готовой песни, но заниматься этим будут американские специалисты.

Дан же сразу из студии отправился в отель, принял душ и поехал на следующую съемку, уже для Vogue. Вообще, дважды в один год появиться на обложке этого журнала – огромное достижение. Но есть и оправдание этой съемки: он будет с Сандрой. В понедельник стало известно, что их совместный сингл занимает первую строчку Billboard уже третью неделю, но и без этого дуэт привлек много внимания. Сделать их совместную фотосессию хотели многие, Vogue доплатили за эту съемку.

Сандра была в платье, цвет которого почти сливался с тоном ее кожи, но подол юбки был вышит кроваво-красным бисером. Дану же дали обычные брюки и белую рубашку, причем пуговицы на ней застегнули едва ли до половины, а рукава подвернули. На обоих были украшения от Bulgari, из змеиной коллекции, а в качестве главного аксессуара фотосессии были яблоки – может, и банально, но всегда остается в тренде. Такая вот отсылка к запретному плоду и змею-искусителю.

Снимали долго, около двух часов. Меняли позы – то стоя то сидя, пока их фотограф не остался доволен картинкой для будущей обложки. Затем надо было отснять несколько совместных кадров в достаточно провокационных образах. Пиджак на голое тело у него, короткое кружевное платье на Сандре, потом у него – прозрачная рубашка, а у Сандры платье-комбинация. В какой-то момент времени Дан оказался сидящим в кресле, а Сандра – у его ног. Она положила голову ему на колени и Дан отчетливо услышал шепоток стаффа: обсуждалось, что можно их переодеть обратно в наряды для обложки, вернуть яблоки и отснять этот же вариант позы. Но передумали.

Дан предвидел скандальные заголовки прессы. И Дану, и Сандре в этом году только исполнится по девятнадцать лет. Формально закон не нарушен, но все же фотосессия выглядит очень провокационно… как и их трек, впрочем.

Сразу со съемки он поехал не в отель, а в аэропорт. По сути, все ждали только его – вылет их частного рейса планировали сразу после окончания съемки. Из-за скорости отъезда Дан впервые в своей жизни принимал душ в аэропорту, смывая с себя макияж и усталость. Радовало только то, что он сможет выспаться в самолете.

На фоне напряженной работы и того, что он не спал уже около тридцати часов, он даже забыл, что сегодня четырнадцатое февраля и на всех площадках вышел новый сингл Pop Heroes – «Feel», где у лирики был двойной смысл: то ли о желании быть идеальным парнем, то ли о желании затащить девушку в постель. Сил на то, чтобы читать какие-то отзывы в сети, не было. Он заснул, как только опустил спинку кресла в самолете.

На одном из сидений самолета стоял особенно ценный груз – чемодан Louis Vuitton, который даже пристегнули к креслу. В нем летели в Корею четыре статуэтки Грэмми.

Глава 12
Тот самый чемоданчик

Их самолет садится не в Инчхоне, главном международном аэропорту Сеула, а в Кимпхо. Обычно Кимпхо используется для внутренних рейсов, а также для полетов в страны Азии. В их случае посадка трансатлантического, пусть и частного, рейса была обусловлена желанием обезопасить людей. Сотрудники Person еще до вылета столкнулись с тем, что многие фанаты из Кореи и ближайших азиатских стран собирались в аэропорт, встречать группы. В Инчхоне много рейсов, там сложно отделить фанатов от обычных встречающих, поэтому рейс и перенесли в Кимпхо. Они еще и около получаса сидели в самолете, чтобы пассажиры одного из регулярных рейсов могли спокойно выйти.

Полиция выставила полноценные заборы ограждения. От крупной давки это не защитит, конечно, но и народу было не настолько много. Так как им сделали «коридор» от выхода из таможенной зоны до выхода из аэропорта, то все желающие на них посмотреть выстроились около этих заборов. Безопасность обеспечивали преимущественного сотрудники полиции – они держали заграждения, поэтому их собственная охрана была относительно немногочисленна.

Но масштаб подготовки они заметили не сразу, потому что сначала их оглушили громкие крики толпы. Дан даже растерялся ненадолго – всё вокруг было в разных табличках с надписями, веерах-маскотах, люди трясли лайтстиками групп и очень громко и слаженно кричали поздравления. От такого количества народа и такой слаженности у многих появились слезы на глазах, Воён так вообще достаточно громко шмыгнула носом. Дан нес в руках чемоданчик с наградами. Решив, что вряд ли у обычных фанатов будет возможность увидеть статуэтки в одном кадре с группой вживую, он толкнул Минсока в бок, кивая на чемоданчик. Тот все сразу понял, вдвоем они осторожно открыли чемодан и выстроились вокруг него двумя группами – шестерка Pop Heroes и четверка Flower. Казалось, что кричать громче нельзя, но тут визг фанатов просто оглушал. Вспышки фотокамер замелькали так быстро, что Дану они вообще казали сь белой пеленой перед глазами. Минутка на позирование, чемодан закрыли и двинулись к выходу.

В этот раз идти было легко – всех фанатов оставили за ограждением, а прессу внутрь пустили выборочно, с ними шли только четверо операторов. Махая толпе и улыбаясь, они добрались до машин, быстро расселись и Дан тут же обратился к Сонхи:

– У тебя капли для глаз близко? Мне кажется, я слегка ослеп.

– Мне тоже бы не помешало, – признался Джинхо.

Сонхи невозмутимо открыла свою сумочку, достала увлажняющие капли и протянула Дану. Он с облегчением закапал глаза и протянул флакон Джинхо.

– Сколько там людей? – пораженно спросил Минсок, когда машина уже тронулась.

– Сложно сказать, потому что аэропорт ради вас никто не закрывал и там были пассажиры и провожающие, – ответила Сонхи. – Но не больше полутора тысяч – это мне сотрудники аэропорта сообщили.

Последнее она сказала с некоторой иронией. Людей, конечно, было много, но холл не был заполнен под завязку, возле ограждения толкалось несколько рядов встречающих, но дальше было достаточно свободно. Да, людей больше, чем обычно во время прилетов-отлетов, но вряд ли там какие-то пугающие цифры. Плюс ко всему – встречали не только Pop Heroes, но и Flower.

По предварительной договоренности они с самолета едут в агентство, а не в общежитие. Поставят награды на полку, примут поздравления от работников офиса. Это не займет много времени, зато завтра можно будет приступить к работе.

Напротив входа в агентство стояли грузовики с экранами, на этот раз не с требованиями, а с поздравлениями. И еще поздравительные венки. И вокруг офиса их реклама в каких-то пугающих масштабах. Билборды, плакаты на зданиях, даже флаги на столбах – везде лица Pop Heroes и Flower. А еще за время их отсутствия на здании Person установили большой рекламный экран. Давно собирались, и вот это свершилось, теперь там тоже крутили ролики с их выступления на Грэмми.

[*Что у нас – похоронный венок, то в Корее является вариантом поздравления. Венки из искусственных цветов с лентами выставляют в честь открытия заведения или как поздравления. На похоронах тоже бывают венки, к слову.*]

– Это даже жутковато, – признался Минсок, смотря на все это рекламное многообразие через стекло автомобиля.

Дан немного пораженно кивнул. Машины ехали медленно, потому что у здания, несмотря на достаточно широкую проезжую часть, образовалась пробка. Частично это связано как раз с рекламными грузовиками, но и без них трафик был очень оживленным.

Так получилось, что как раз во время их приезда напротив здания Person, на другой стороне улицы, выступала команда кавер дэнс, исполняя хореографию трека, который вышел только вчера. Вокруг них собралось немного людей, некоторые стояли в худи из первой партии мерча. Получается – их фанаты.

[*На всякий случай. Кавер дэнс команды – это любительские танцевальные группы, которые снимают ролики с доскональным повторением хореографии какой-нибудь к-поп группы.*]

В офис из аэропорта ехало четыре автомобиля – в двух ехали Pop Heroes с Сонхи и Джуном, в третьем – Flower, в последнем стилисты везли ценный груз – костюмы для азиатского тура. По Сеулу такие минивэны могли передвигаться по специальной полосе для автобусов, но возле их здания не было такой полосы, так что сейчас все четыре машины застряли в пробке буквально в нескольких метрах от съезда на подземную парковку здания. Разумеется, четыре тонированных минивэна привлекли внимание зрителей кавер дэнс, многие начали радостно прыгать на месте, махать им, стоя на другой стороне дороги, хотя внутри машины, разумеется, никого было не рассмотреть.

– Нас заметили, – хмыкнул Дан.

– Только не маши им в ответ, – попросила Сонхи. – Давайте просто спокойно поставим награды на полку и пойдем по домам… без момента, где ваши фанатки раскачивают нашу машину.

– Тебе явно нужен отпуск, – вздохнул Дан. – Их слишком мало для раскачки автомобиля.

– Пока мы стоим, они успеют призвать остальных, – вздохнула Сонхи. – И вообще, это не в твой номер забралась сумасшедшая нимфоманка?

Дан смущенно улыбнулся. Его номер был рядом с номером Сонхи, ему так удобнее. И именно в ту ночь, когда он работал в студии, кто-то из фанатов смог пробраться через охрану и проскользнуть в номер. Девушке казалось, что это номер Дана, а в итоге Сонхи, выходя из душа в одном махровом халате, наткнулась на полуголую девицу в своей постели. Справедливости ради, в тот момент номера было легко спутать, потому что именно у Сонхи стояла вешалка с одеждой Дана. Да и чемоданы у нее все от Louis Vuitton, потому что Дан отдал ей свои старые, когда ему подарили именные. Но после такого проникновения в номер Сонхи окончательно убедилась, что у парней сумасшедшие фанаты. Прежде она работала с девушками, там немного другая специфика.

– Не нужно плохо думать обо всех наших фанатках из-за одной сексуально озабоченной девицы, – примирительно заметил Минсок. – Хотя… мне очень жаль, что это зрелище досталось не Дану. Даже интересно, смог бы он сбежать? Это на Сонхи девушка отреагировала смущением, а на Дана могла бы и… наброситься…

Все в машине, включая водителя и охранника на передних сиденьях, начали хихикать, пока Дан сидел с крайне недовольным лицом.

– При условии, что у вас вечно проблемы с одеванием, ему было бы сложно скрыться от нее без потери достоинства, – с хитрой улыбкой сказала Сонхи.

– Какое именно достоинство он мог потерять? – рассмеялся Минсок, – А то воображение рисует крайне неприличные и даже кровавые картинки.

Теперь все начали просто истерически хохотать.

Сонхи, к слову, преувеличивает «проблему с одеванием». Да, в общаге они часто ходят топлесс. Бывает, что без верха могут находится перед выступлениями, особенно если надевать нужно что-то теплое. Но не голые же, что за придирки? Самым раздетым она его видела во время фотосессий в Европе и США, где раздевалки не всегда входят в перечень обязательного оборудования. Но все же Сонхи постоянно подшучивает над тем, что у них проблемы с одеждой – они вечно хотят от нее избавиться.

Пока все хохотали, затор на дороге рассосался и машины, наконец, свернули на парковку.

Чемоданчик с наградами воспринимался немного в стиле шпионского боевика или чего-то вроде. Дан знал, что пресса не слишком этично обсуждает – какой стране теоретически принадлежат награды. Это из-за реакции в Корее: прежде никому не приходило в голову дискутировать, является ли получение статуэтки заслугой страны. Но страны Азии не избалованы такими почестями, а тут еще популярная группа, фанаты которой сделали из этого события нечто настолько важное, что это превысило все разумные границы.

На самом деле, от этой истерии вокруг Грэмми выиграли все. В последние годы интерес к американским премиям начал заметно утихать, из-за награждения никому не известных личностей молодежь потеряла к ним доверие, они отказываются воспринимать награды через призму «культурной ценности», им привычнее, если чествуют тех, кто наделал больше шума за прошедший год. Присутствие групп, которые безумно популярны у молодежи, дало Грэмми невероятные просмотры, что позволило больше заработать на рекламе. К тому же, из-за приезда «модных» корейских исполнителей на Грэмми вообще явилось немало звезд, которые крайне редко посещают такие мероприятия. Сандра, например, не была номинирована, но пришла ради Дана. А Сандра – главный кумир американских девочек-подростков, они за ее творчеством наблюдают так же внимательно, как к-поп фанаты за своими любимчиками.

Корея тоже немало получила от истории вокруг Грэмми. Уже неважно, что эта премия ничего конкретного не дает, просто многие с интересом ждали развития сюжета: сможет ли азиатская группа получить американскую премию. Это поднимает престиж страны, ее привлекательность для инвестиций и туризма.

Person и Columbia Records повысили собственный престиж, получив артистов с почетным достижением в профиле. Теперь им будет проще повысить цены на билеты, ведь это группа аж с тремя Грэмми! А то, что название лейбла впервые постоянно упоминалось в связке с артистом-победителем, повышает привлекательность Columbia Records для новых исполнителей и продюсеров. Да и Person будет проще набрать новых стажеров, если они захотят. И это даже если не брать в расчет тот факт, что продажи альбомов заметно выросли.