Текст книги "Вампирская академия. Холодная страсть (СИ)"

Автор книги: Нина Любина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7. Лиза – запасной план

Звонок прозвенел неожиданно резко, будто обрушился с потолка. Я вздрогнула. Аудитория ожила, загудела, вампиры потянулись к выходу, люди торопливо собирали вещи, стараясь не встречаться ни с кем взглядом.

Я ждала, когда уже наконец смогу оказаться подальше от Максимилиана. Хоть преподаватель и «похвалил меня», не назвав тряпкой (а это я считала похвалой, хотя он так очевидно и не думал), но я все же устала. Потратила много энергии на то, чтобы морально отбиться от всех. Обычно после эмоционального отыгрыша, мне нужно отдышаться. Ведь я так долго держала лицо. Но произошло больше, чем я ожидала.

К тому же на меня до сих пор все косились. Никто не смог переплюнуть мое представление. Почти все рыдали после своей очереди, а я до сих пор делала вид, что мне все равно, что малознакомый парень засунул пальцы в мой рот с явным намерением высмеять меня.

Но еще больше я хотела поговорить с Александром. Он все это время пялился на меня, больше не скрываясь. А от кого? Все уже все видели. Смысла больше не было. Я надеялась повернуть эти ситуацию в свою сторону. Нужно попытаться наладить с ним эмоциональный контакт, раз уж все так складывалось.

Но к моему недовольству, как только прозвенел звонок, Александр вылетел из аудитории. Я поджала губы недовольно. Что ж, не хочет сейчас поболтать, то я все равно найду его позже. Пусть пока томится.

Я собирала вещи, когда в мое поле зрения влез противный вампир. Пришлось на него посмотреть, чтобы он понимал, что его тут никто не боится. И он отступил. Хмыкнул и ушел, ничего не сказав.

Следом из аудитории убрались остатки их компании: хвостатый и надменная вампирша с идеальным макияжем. Собрав свои вещи, я двинулась к парте Лизы. Первым делом взяла ее очки. Это самое важное. Потом ко мне перекочевали ее остальные вещи. Было бы здорово, если бы я знала, где ее искать, чтобы отдать ей хотя бы очки. С другой стороны, могла ли она без них далеко уйти?

Я сунула очки Лизы в карман юбки, закинула её тетради к себе в сумку и быстро выскользнула из аудитории. В коридоре уже было пусто. Студенты разбрелись кто куда. Вампиры в одну сторону. Люди торопливо, прижимаясь к стенам, в другую.

Куда могла пойти Лиза? Без очков, в полузнакомом здании, после того, что с ней делали...

Я представила себя на её месте. Если бы меня задело происходящее на паре, если бы я чувствовала себя униженной, то куда бы я пошла? Туда, где можно спрятаться. Где нет глаз.

Женский туалет, куда будут бегать первокурсницы в панике, чтобы выплакаться (я была уверена, что слез прольется не мало). Я сама так делала в школе пару раз, когда одноклассницы доводили своими придирками.

Я прошла мимо нескольких человек, которые косились на меня с любопытством и жалостью. Видимо, слухи уже разлетались. Ну и пусть. Они не понимали, что я не буду из-за этого страдать. Мне все равно на мнение людей, которых я не знаю. Да и Лиза сейчас важнее.

Туалет оказался в конце коридора. Старая дверь с матовым стеклом, табличка с женской фигуркой. Я толкнула дверь и вошла.

Кафель, белые раковины, тусклый свет. И тишина. Такая, которая бывает только когда кто-то очень старается не издавать ни звука.

– Лиза? – позвала я тихо.

Из дальней кабинки донеслось всхлипывание. Приглушённое, сдавленное. Наверняка она просто не смогла его сдержать. Он вырвался, против ее воли. Я подошла, постучала костяшками по темной двери.

– Лиз, это я. Селена. Открой.

Тишина. Потом щелчок замка. Дверь приоткрылась ровно настолько, чтобы я могла увидеть её лицо. Она плакала. Глаза, и без того большие, сейчас раскраснелись и опухли.

– Я не могу выйти, – прошептала она.

– Выйти ты, конечно, можешь, – возразила я мягко. – А вот сидеть в кабинке до скончания веков – нет.

Она свела брови:

– Там кто-нибудь есть?

– Никого. Только я.

Она распахнула дверь шире, и я увидела, что она сидит прямо на полу, обхватив колени руками. Вся съёжившаяся, маленькая, будто хотела исчезнуть.

Я шагнула внутрь, прикрыла за собой дверь кабинки и села рядом с ней на пол. Плевать на форму, на кафель, на то, что тут тесно и пахнет хлоркой. Сейчас это было неважно.

– Держи, – я протянула ей очки.

Она надела их дрожащими руками, и по её щекам снова потекли слёзы. Она смотрела на меня, пыталась что-то сказать, но не могла. Только всхлипывала и размазывала слёзы по лицу.

– Ну тихо, тихо, – я положила ладонь на ее мягкое плечо. Оно дрожало мелкой дрожью.

– Я н-не... – она задохнулась от рыданий. – Я не могу... Он сказал... он сказал, что я...

– Я слышала, – перебила я мягко. – Я всё слышала, Лиз.

Она замерла, уставилась на меня с ужасом и озвучила то, что понимали мы обе:

– Все в аудитории слышали.

Я кивнула. Лучше не подыгрывать иллюзиям, что это осталось хоть кем-то незамеченным. Она ведь не глупая, все равно накрутит себя позже. А так хоть будет знать, что я с ней честна.

Лиза закрыла лицо руками и зарыдала в голос. Громко, уже не сдерживаясь. Я сидела рядом и ждала. Мне хотелось сказать ей что-то ободряющее, что-то вроде «ты красивая, не слушай его», но язык не поворачивался. Во-первых, я не собиралась врать про такие вещи. А во-вторых не в этом была проблема.

Проблема была в том, что вампир сломал её не потому, что она некрасивая. А потому что она позволила себя сломать.

Но говорить это ей сейчас? Когда она рыдает в туалете? Нет. Я не буду ей ничего советовать. Она должна сама решить, готова ли она здесь оставаться. Если она сейчас убежит, спрячется в своей комнате или решит бежать из академии – это её выбор. А если останется, тогда придётся учиться давать сдачи.

Я просто сидела рядом и молчала. Иногда это лучше любых слов.

Лиза плакала долго. Минут десять, наверное. Я успела рассмотреть плитку на стенах, сосчитать трещины на полу и подумать о том, что Александр так и не дал мне себя догнать. Потом её всхлипывания стали тише, дыхание выровнялось.

– Я думала, что справлюсь, – прошептала она вдруг, не отнимая ладоней от лица. – Думала, если буду хорошей, послушной, делать всё, что скажут, то он оставит меня в покое. А он... он...

– Он просто мерзкий, – закончила я за неё спокойно. – Не все такие. Но, наверное, многие из них.

Она убрала руки и посмотрела на меня покрасневшими глазами.

– Откуда ты знаешь? Ты же видела их. Они все одинаковые.

– Нет, – я покачала головой. – Не все. Просто сильные любят унижать слабых. Это не про вампиров, это про тех, у кого внутри пустота. У людей таких тоже полно.

Лиза шмыгнула носом, вытерла щёки тыльной стороной ладони.

– Ты так спокойно всё это говоришь. Как будто тебя это не задевает.

Я усмехнулась. Если бы она знала, что я думаю по этому поводу. Эти вампиры еще не знали, с кем связались. Они думали, что будут высасывать из меня жизнь? Нет, это я буду тянуть из них энергию и ресурсы. Да. Главное, ресурсы. Особенно, материальные.

– Раньше меня многое задевало, – ответила я честно. – Но я изменилась.

Она помолчала, глядя в пол. Потом вдруг спросила:

– У тебя тоже было тяжело? До академии?

Я задумалась. Стоит ли открываться? Но Лиза смотрела на меня с такой надеждой, что я не выдержала.

– У меня мама болеет, – сказала я коротко. – Сильно. Деньги нужны на операцию. Очень много денег. Я здесь, чтобы их зарабатывать.

Она распахнула глаза.

– Стипендия? Но она ведь не настолько большая. Да и тратить тут мы точно будем больше, чтобы поддерживать нужный уровень жизни. Я уже об этом думала, – задумчиво выдала она. – Нам хоть и предложили «щедрые» на первый взгляд условия, но они наверняка все просчитали. Если бы они могли платить меньше, то они бы это делали. Не думаю, что те, у кого есть деньги, разбрасываются ими просто так. Иначе у них не было бы капиталов.

Звучало логично. Но сумма, на которую я рассчитывала, была соизмерима моей зарплате в магазине, а значит, что я ничего не потеряла, согласившись прийти сюда. Тем более, дома жить я не могла. По своим причинам. А здесь была крыша над головой и питались мы бесплатно. Получалась одна сплошная экономия.

– Не только стипендия, – я отвела взгляд. – Есть и другие способы.

Я не стала уточнять, какие. Всего лишь план связаться с богачом. Ничего особенного. Лиза, кажется, поняла все по-своему. Она вдруг оживилась, подалась ко мне:

– Если тебе нужны дополнительные деньги, то во всех учебных заведениях есть способы их раздобыть.

Я скривилась от энтузиазма в ее голосе. Она что, предлагала что-то незаконное? Иначе какие еще деньги?

Лиза, кажется, по моему лицу считала, что я ничего не поняла:

– Ну домашка, курсовые, лабы. В каждом учебном заведении найдутся те, кто не любит учиться.

До меня начало доходить. Я удивилась ее предпринимательской жилке. Вот уж от кого не ожидала. Но в ее плане была одна серьезная проблема.

– Я даже со своей учебой не уверена, что справлюсь, – ответила я.

– Уверена, что ты показала себя на паре лучше, чем я, – мрачно предположила Лиза.

Это было правдой. Но ведь не все же дисциплины будут такими? О своих догадках я поспешила сообщить. Лиза хмурилась все сильнее, она уставилась на меня не моргая:

– Ты что, даже расписание до сих пор не посмотрела?

– Была занята, – оправдалась я.

Не стала пояснять, что первостепенная задача все же ухватить богатого парня. Хоть опыт моей мамы и показал, что мужчинам доверять нельзя и полагаться на них не стоит, но я уяснила простую вещь: с ними жить легче. Пока с нами жил отчим, мы не голодали. Так что я планировала просто вытянуть столько ресурсов, сколько смогу, чтобы больше этого делать и не пришлось.

– Странная ты, – промямлила Лиза, потерев нос. Потом она вздохнула. Мы сидели какое-то время в тишине. Я уже намеревалась уйти, когда она продолжила: – Так вот, ты бы могла добывать мне «клиентов», а я бы делала за них учебные проекты.

– А ты все-таки умная? – усмехнулась я.

Мне это нравилось. Идея простая, но рабочая.

– Ну я сама навряд ли смогу подружиться тут с кем-то из богачей, – прошептала она. – А у тебя все шансы.

– Но ведь это риск? – На всякий случай я стала говорить тише. – Не боишься, что нас исключат? Я хоть и не читала правила, – мысленно сделала отметку, что стоило бы уже этим заняться, – но скорее всего за подобное исключают.

– Мне тоже нужны деньги, – неожиданно твердо сказала она.

Я смерила ее взглядом. Такой настрой мне нравился больше. Напарница, да еще и готовая идти на риск, чтобы заработать денег. Идеально. И задачи у нас будут весьма понятные, я ищу клиентов, она делает работу. Я отвечаю за коммуникацию, она за учебную теорию.

Я вскинула руку, но Лиза не поняла, что надо дать пять. Ощущение, что друзей у нее никогда не было.

– Хлопни уже меня по ладони, а то я выгляжу глупо, – сказала я мрачно.

– Ой, прости, – она засуетилась, через секунду по моей ладони прилетел хлопок.

После того, как она дала мне пять, я встала с пола и протянула ей руку, помогая подняться. Теперь она моя напарница, как никак. Мой план Б, если с парнем ничего не сложится.

Лиза улыбалась. Мы вышли из кабинки, и я помогла ей умыться холодной водой, пригладить растрёпанные волосы, поправить форму.

В зеркале отражались две девушки. Одна заплаканная, но уже успокоившаяся, с надеждой в глазах. Вторая с холодным, расчётливым взглядом, спрятанным за маской дружелюбия. Только бы она не сломалась под вампирским напором так же, как сегодня.

– Всё будет хорошо, Лиз, – сказала я, глядя на неё в отражении. – Вот увидишь.

– Правда? – спросила она с детской доверчивостью.

– Правда, – соврала я.

Но соврала мягко, почти ласково. Потому что иногда ложь нужна, чтобы человек продержался ещё один день.

А завтра будет новый день. И новые возможности.

Мы вышли из туалета вместе, и я поймала себя на мысли, что впервые за долгое время у меня появился союзник.

Отлично.

Посмотрим, что из этого выйдет. Остаток дня мы потратили на пары. И к моему ужасу, расписание в этой академии было не для слабаков. Помимо уроков взаимодействия с вампирами, мы изучали и твердые науки. В школе я училась не очень хорошо, поэтому успела порадоваться так вовремя возникшему плану по заработку с Лизой. Если она хороша в учебе, то может и мне не даст упасть на дно рейтинга.

Глава 8. Новая реальность

Уже неделю я не видела Александра в академии. То ли он меня успешно избегал, то ли так долго прогуливал учебу. Я склонялась ко второму варианту. Все же компашка во главе с Максимилианом появлялась на многих парах, смежных со мной. Поэтому я так радовалась, когда те закончились. Достали они пялиться на меня. Точнее, в основном Максимилиан пялился. Но он почти не говорил со мной, так что потерпеть его было можно. Только вот его яд уже пустил корни.

– Как сегодня погодка в саду? – весело спросил мимо проходящий парень. Человек.

Мы с Лизой только сели за столик. Даже наши булки еще не успели остыть (не метафорично), а тут уже меня попытались вывести из равновесия. Раздражал не сам факт, что кто-то припоминает сплетни, пущенные Максимилианом про нашу с Александром встречу в саду, а то, что Лиза задавала вопросы и приходилось на них отвечать, ведь мне нужно было ее доверие.

– Это уже четвертая шутка про сад на этой неделе, – задумчиво произнесла она, приступая к своему салату. Она по-прежнему при мне делала вид, что мало ест. Она продолжила: – Ты уверена, что не знаешь, о чем они?

Я пожала плечами, провожая ухмыляющихся парней холодным взглядом:

– Не имею ни малейшего представления, к чему это было.

Я ойкнула, что забыла взять себе кофе, и сбежала к зоне выдачи. Кофе я не хотела, но так Лиза не могла продолжать задавать вопросы. Те парни, что пошутили про сад, сейчас стояли в очереди за едой. Не повезло им.

Изначально я не панировала ничего делать, но шанс сам подвернулся. Один из них стоял с позолоченным подносом и держал его двумя руками, пока его друг наливал кипяток в кружку. Я сомневалась, что позолота была настоящей, но выглядело все красиво. Даже таким деталям в академии уделяли внимание. И кружка была у него красивая, поэтому ее было особенно жаль, когда я сделала вид, что споткнулась. «Невольно» я схватилась за локоть парня с подносом. Я изначально прикинула траекторию, куда тот полетит, если я подойду с этого угла.

Поднос полетел на парня с кипятком. Именно он пошутил про сад. Так что когда он завопил из-за кипятка пролившегося на его рубашку, я с трудом сдержала улыбку. Я забормотала:

– Простите, просто туфли новые, я еще не привыкла, ноги иногда путаются.

Всем было все равно на меня, но на всякий случай я отыграла роль святой невинности, мало ли кто наблюдал за этой сценой со стороны.

Кофе я так и не попила, но и не особо хотелось, поэтому настроение после устроенного инцидента у меня было приподнятое. В последний раз на неделе.

Каждый следующий день я мрачнела все сильнее. Александр не появлялся. Я задавалась вопросом, не отчислился ли он. И можно ли было уйти из академии по собственному желанию? Я не слышала про эту опцию. Тем более у вампиров все наверняка было по другому. Сложнее, чем у людей. И так моя жизнь от вампирской отличалась еще и продолжительностью, то я не могла ждать Александра до бесконечности. Проблема была в том, что мне не у кого было спросить, вернется ли он.

Это раздражало. Он мне даже нравился. Он был ничего. Я бы с радостью изучила с ним и другие места, помимо библиотеки и сада. Но он все не появлялся.

Мне пришлось мириться с этим, я попыталась приглядеться к окружению. Поискать кого-то получше. Но ученики меня в основном раздражали. Большинство из них походили на Максимилиана или Роджера, а учителя были по-настоящему взрослыми. Как-то на паре одна из сокурсниц-людей умудрилась спросить у мистера Эшворда, сколько ему лет.

Тогда в аудитории все затихли. Я ждала, что ее публично унизят, но он вдруг пошутил:

– А на сколько выгляжу?

– На все сто, – ответила она.

А потом аудитория взорвалась смехом. Это было самым смешным моментом на паре. Потом мистер Эшворд ответил, отворачиваясь к доске:

– Почти.

И в этом «почти», я считала, что девушка прилично ошиблась. Скорее всего в меньшую сторону. Так что пытаться охмурить преподавателей я не пыталась. Опыта у них слишком много, чтобы легко раскусить мою игру. Придется сосредоточиться на студентах. И я искренне пыталась. Но что было поделать, если они все были хуже Александра?

Примирившись с мыслью, что мне, кажется6 нужно было время, чтобы отойти от так и не состоявшихся отношений, сосредоточилась на учебе, которая мне давалась еще хуже, чем я предполагала.

После очередной утомительной пары мы с Лизой возвращались в свой корпус и я сокрушалась:

– Такими темпами я не проучусь здесь дольше семестра.

– Ничего, я тебе помогу, ты же знаешь, – успокаивала меня Лиза.

Она бормотала слова утешения, которые я не слушала, мысленно проклиная Александра из-за того, что он разрушил мои планы на жизнь. Думать заново было утомительно. Лиза вдруг остановилась и затихла. Мы только поднялись на наш этаж, поэтому я не поняла, что случилось и обернулась.

Но она смотрела вперед.

– Что? – Я хмурилась.

– Там. – Она указала вперед.

Я вновь посмотрела прямо. Там наши комнаты, туда мы и шли…

– О-о-о, – протянула я удивленно.

Перед моей дверью стояла огромная корзина с красными розами. Шок, что я не сразу заметила это громадное алое пятно в нашем коридоре.

Мы с Лизой подошли к цветам. Она неловко топталась рядом, хотя могла бы идти к себе. Я же присела к корзине и достала из роз записку. Вновь черная бумага. Любили же вампиры все готическое. Лиза ждала, я же просто открыла дверь и попыталась занести розы в комнату. Не стоять же им в коридоре? Чем меньше людей их увидят, тем лучше.

Или нет.

Я пока не знала от кого они, хотя у меня и были предположения, но пока не прочту записку, лучше не принимать никаких решений. Лиза, очевидно, ждала от меня этого же. Она помогла мне с розами, а потом запыхавшись выдала:

– Не думала, что это так тяжело, когда тебе дарят цветы.

Я уставилась на нее и приподняла брови. Надеялась, она поймет, что я не буду при ней никак за цветы объясняться. Она либо не понимала, либо делала вид, что не понимает, что пора оставить меня одну. Поэтому я сказала четко:

– Я сегодня устала.

И прошла к двери. Открыла ту для нее. Этот жест она уже не могла проигнорировать. Она опустила взгляд и вышла в коридор, я ей помахала и заперлась. Еще чего, я не собираюсь раньше времени ей что-то сообщать. Тем более о…

А о ком, собственно?

Я развернула записку, что все это время сжимала в руке.

«Ты, Я, ресторан и…? Пятница в 22:00. За тобой приедет такси, будь готова. От А.»

Опять. Или нет? Это тот же А, что пригласил меня на вечеринку или другой? Может, все же Александр в прошлый раз соврал, что не он меня пригласил? Как сложно с этими мужчинами. Это я должна водить их за нос, а не они меня!

Я попыталась вспомнить почерк с первого послания. Повертела эту записку. Но нюансы первого пригласительного ускользали от меня. Нужно было не отдавать его на входе на вечеринку, показать и все! Сейчас бы не мучилась, просто положила бы два послания рядом и все.

Тяжелый запах цветов заполнил комнату. Я заходила туда-сюда, поглядывая на шикарный букет. Репутация моя была уничтожена, поэтому сохранять особенно нечего. С другой стороны, подтверждать слухи не имело смысла. Они и сами могут улечься. Вопрос был в том, стоило ли идти на это свидание? Любопытство гложило меня. Но совпадало ли это с моими планами, зависело от того, кто послал эти безумно красивые и дорогие цветы.

И не самая главная проблема, но все же важная, я никогда раньше не была в ресторане. Я не знала, ни как там себя вести, ни как туда одеться. У меня не было наряда для подобного ужина. Мне ведь важно не просто прийти на встречу, а быть там обворожительной. Скорее всего. Смотря, кто там меня встретит, конечно.

Похоже, Лиза была права. Стипендию нам платили, чтобы мы могли позволить себе подобные встречи. Но мне не хотелось высылать домой меньше денег. Нужно было подумать и все взвесить.

Глава 9. Ужин с сюрпризом

Пятницы я ждала и боялась. Готовилась, но все время обдумывала, стоит ли идти. Если бы Александр появился на парах, то все бы разрешилось само собой. Но он не появился.

В итоге я написала маме и попросила срочно выслать мне какое-нибудь платье для ресторана. Она не задавала вопросы, но посылка пришла вовремя.

Я обрадовалась посылке, потому что это избавило меня сразу от нескольких проблем. Не пришлось страдать от мук выбора, не пришлось тратить деньги и время, отвлекаясь от учебы, которая и так у меня шла со скрипом. Благо Лиза была все время помогала.

Не верилось, что пусть к деньгами через учебу мне был ближе, чем через парня.

Сегодня это и предстояло проверить. Я надеялась, что увижу Александра в ресторане. Это был бы самый благоприятный исход. Но в чудо я больше не верила. Жизнь научила. Я покрутилась у зеркала, рассматривая легкое длинное черное платье. Ничего особенного, но оно отлично подчеркивало фигуру и не выглядело вызывающе.

Ключицы открыты, потому что лямки тонкие, но платье длинное. При этом при шаге из-под платья кокетливо выглядывала коленка, которую можно было «случайно» оголить еще и когда сидишь.

Перед выходом я переобулась в туфли на каблуках. Хотелось бы туфли получше, но довольствовалась тем, что было. Все же, я не могла тратить много денег на одежду. Как бы я это маме объяснила?

«Мам, прости, в этом месяце вам придется жить скромнее, потому что мои лодочки вышли из моды!»

Абсурд.

Я еще раз перечитала записку, что прилагалась к букету, взяла сумочку, проверила время на телефоне и, убедившись, что нигде не ошиблась, направилась на выход. К счастью, в коридоре никого не встретила. Не хотелось плодить еще больше слухов, но я была уверена, что совсем незамеченной остаться не смогу. Так и оказалось.

Когда проходила через холл, старалась громко не стучать каблуками, потому что ближе к десяти вечера тот уже был пустым. Все сидели по комнатам. Почти.

Сначала я почувствовала взгляд, и только потом заметила, что на лавочке за статуей сидит вампирша с идеальным макияжем. Из компании Александра. На секунду я замешкалась. Момент удачный, чтобы спросить, где тот. Но что если потом то, что я им поинтересовалась пойдет дальше, и вновь не будет мне на руку?

Я прикусила язык и пошла дальше, чувствуя, что она безотрывно наблюдает за мной. Книга в ее руках наверное была реквизитом, чтобы ее не трогали. Или выступала еще чем-то. В любом случае место она выбрала для чтения странное. Хотя тут ее бы никто не стал искать.

Я покинула здание академии. В нос мне ударил прохладный вечерний воздух. Осень еще теплая, но не настолько, чтобы расхаживать по улице в тонком платье. Но у меня не было ничего к нему, поэтому я игнорировала холод. Прошла мимо фонтана и дошла до ворот. Там обернулась.

Академия ночью выглядела иначе. Величественно и пугающе. Луна заливала серебром каменные дорожки, от деревьев падали длинные тени, в которых мог прятаться кто угодно. Но у меня дух захватывало от красоты. Не верилось, что мне довелось жить в таком месте. Хотелось ногтями цепляться за эту землю, вгрызаться в этот холодный величественный камень зубами. Здесь было хорошо. По настоящему. Словно в сказке.

На пропускном пункте я отметилась и вышла за пределы территории. Чувство странное. Я так давно никуда не ходила, а сейчас меня ждал дорогой автомобиль с водителем. Я даже сообразить не успела, когда тот выскочил из машины и открыл мне дверь. Внутри пахло кожей. Я села, и дверь мягко закрылась. Машина тронулась почти бесшумно.

Я делала вид, что для меня подобное обращение привычно. Что, естественно, не так. Мысли были заняты тем, в какой шикарной необычной обстановке я оказалась, и тем, кто ждет меня в ресторане.

Этот кто-то подарил мне незабываемые впечатления. Мимолетное, но чувство благополучия.

Телефон пиликнул. Лиза. Ради собственной безопасности, я сообщила ей, что вечером иду в ресторан с неизвестным. Подробности не раскрывала и ее попросила не болтать.

«Ты вышла?»

«Да. В машине уже».

«Напиши, когда будешь на месте. И когда узнаешь, кто это».

«Напишу».

«Селена. будь осторожна».

Я усмехнулась последнему сообщению. Мне не до этого, но я все же ответила, чтобы она не беспокоилась:

«Буду».

Я убрала телефон и стала с любопытством рассматривать салон. Кожа, подсветка и стеклянные бокалы. В машине. Стекло. Это меня почему-то поразило больше всего.

Я откинулась на сиденье и уставилась в окно. За стеклом проплывали темные улицы, редкие фонари, ограда академии, потом парк, потом город. Я понятия не имела, куда мы едем. Оставалось только довериться судьбе.

Минут через двадцать машина остановилась.

Ресторан оказался именно таким, как я и представляла: старинное здание с колоннами, подсвеченное снизу теплым светом, тяжелые дубовые двери, швейцар в ливрее. Никакой вывески. Это казалось необычным. Но как было обычно, я знала только по фильмам.

Водитель открыл дверь, и я ступила на мостовую.

– Вас проводят, – сказал он и кивнул в сторону входа.

Ко мне уже шел человек. Молодой парень в строгом черном костюме, с идеально ровной осанкой и ничего не выражающим лицом.

– Селена? Прошу за мной.

Я пошла за ним.

Внутри ресторан оказался еще роскошнее, чем снаружи. Высокие сводчатые потолки, хрустальные люстры, мягкий приглушенный свет. Столики стояли на почтительном расстоянии друг от друга, за каждым сидели пары. Вампиры, судя по бледной коже и ленивым, сытым движениям. Людей почти не было. Те немногие, что попадались на глаза, сидели с вампирами, и вид у них был напряженный.

Меня провели в дальний угол зала, к столику, скрытому от посторонних глаз живой изгородью из высоких растений.

И я увидела его.

Николас.

Он сидел в кресле, откинувшись на спинку, и лениво помешивал что-то в бокале. Брат Александра с ледяными голубыми глазами и шрамом на губе. В пиджаке, черной рубашке, расстегнутой у ворота, он выглядел так, будто сошел с обложки дорогого журнала.

Я замерла на месте.

Николас поднял на меня глаза и улыбнулся хищной, слегка ассиметричной улыбкой, что так завораживала.

– Селена. – Он поднялся, жестом предлагая мне сесть напротив. – Рад, что ты пришла.

Я не двинулась с места. Слишком много мыслей пронеслось в голове за одну секунду. Николас. Не Александр. И этот его взгляд. Спокойный, уверенный, изучающий.

– Ты прислал цветы? – только и смогла я выдавить из себя, когда обрела дар речи.

– Я, – кивнул он, не сводя с меня глаз. – Садись, не стой. Ты потрясающе выглядишь, кстати. Это платье тебе идет. Лучше чем то, что было на вечеринке.

Я медленно подошла к столику и села. Николас сидел напротив, и я заметила, как его взгляд скользнул по моему декольте, по открытым плечам. Оценивающе, но без той грязной похотливости, которая была у Максимилиана. Скорее с интересом знатока.

– Я думала, – начала я, но он перебил.

– Ты думала, что это Александр?

– В записке было «от А», – пытаясь вернуть себе самообладание сказала я то, что он и так знал.

Николас усмехнулся. Шрам на губе дернулся.

– Потому что я – Николас Акоста. И это мое законное имя. А то, что ты подумала на брата, что ж, – он развел руками, – это твои проблемы, дорогая. Я никого не обманывал.

Я положила руки на колени и отвела взгляд, рассматривая красоту вокруг:

– А на вечеринке?

Мы ведь тогда еще знакомы не были. Зачем он меня пригласил?

– Что на вечеринке? – переспросил он так, будто и вправду не понял.

Я смерила его недовольным взглядом. Правда не понимал или притворялся? По его красивому лицу непонятно.

– Зачем я здесь? – перевела тему.

– Поужинать, – ответил он просто. – Посмотреть друг на друга. Поговорить. Ты же любишь поговорить, Селена? Помню, на вечеринке ты была довольно разговорчива.

Я промолчала. Он издевается? Или просто дразнит?

Николас подозвал официанта одним движением брови. Тот материализовался мгновенно, бесшумный и незаметный, как тень.

– Мы готовы сделать заказ, – сказал Николас. – Для девушки трюфельное ризотто и салат с морепродуктами. Мне как обычно. На двоих.

Официант кивнул и исчез.

Я сглотнула. Двойная порция? У него проблемы с жаждой? Или он давно не ел? Не нравилось мне это.

– Не бойся, – Николас откинулся на спинку кресла, разглядывая меня. – Здесь подают лучшую кровь в городе. Доноры проходят строжайший отбор.

– Я не боюсь, – ответила я ровно. – Просто удивлена.

– Чем?

– Всем. – Я обвела рукой ресторан, столик, его самого. – Тем, что происходит. Тем, что сидим тут как будто ничего не случилось.

– А что случилось? – В его голосе появились насмешливые нотки. – То, что мой младший брат устроил истерику на паре из-за тебя? Или то, что Максимилиан распустил слух про ваш садовый роман?

Я промолчала. Возразить было нечего. Он ничего не объяснял, я не понимала, для чего он меня позвал.

Мы сидели в тягостном молчании. Я даже успела удивиться, что находясь в столь шикарном месте и с вампиром-красавчиком, успела заскучать. Но уходить не планировала, раз дошла, то хотя бы поем. Когда мне в следующий раз доведется поужинать в ресторане?

Мы играли с ним в гляделки. Я упорно молчала, потому что обычно люди в подобных ситуациях чувствовали себя неловко и начинали болтать без умолку. Я же чувствовала себя странно, не в своей тарелке, но с твердым намерением, что однажды эта тарелка станет моей. Поэтому пусть Николас сам придумывает, чем меня занять. Он же меня пригласил.

Взгляд Николаса вдруг ушел куда-то в сторону, за мою спину. Не в первый раз за этот вечер, но впервые он смотрел так, словно был заинтересован. И на его лице появилось странное выражение. Как будто он доволен и недоволен одновременно. Я не успела понять.

– Мама, – сказал он ровно.

Я обернулась.

Женщина стояла в двух шагах от нашего столика. Высокая, статная, с идеальной осанкой. Синее платье, жемчуг на шее, черные волосы, уложенные в сложную прическу. Лицо красивое, но жесткое. И глаза такие же ледяные, как у Николаса. Только еще холоднее. Опаснее.

Она посмотрела на меня.

Нет. Она сканировала меня взглядом, как рентгеном. От макушки до пят. И в этом взгляде не было ничего, кроме презрения.

– Николас, – произнесла она голосом, от которого у меня мурашки побежали по позвоночнику. – Я не знала, что у тебя сегодня планы.

– Мама, – Николас поднялся, и в его движении появилась напряженность, которой не было минуту назад. – Присаживайся. Мы как раз ждем заказ.

Женщина перевела взгляд на сына. Потом снова на меня. На этот раз она рассматривала мое платье, мои волосы, мои туфли. И я физически ощущала, как она ставит на мне клеймо: «дешевка», «недостойна», «мусор».

– Почему у нас компания? И почему ты заранее не предупредил? – спросила она, будто меня не было в комнате. Тон пренебрежительный, как у аристократки, обнаружившей на пороге своего особняка бездомную кошку.