Текст книги "Дар синего камня. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 41 страниц)

– Что вы называете порядком? – меня понесло. – Вы мне хоть на один вопрос честно ответили? Несете всякий бред, отделываетесь общими, ничего не значащими фразами… Конечно, кто он такой – Семен Зайцев, чтобы знать правду?! Так, мелкая сошка, которую можно использовать всем, кому не лень. А если я не хочу действовать по вашей указке? Уничтожите? Тогда ни вы, ни ваш дражайший учитель ничем не отличаетесь от своих противников – те тоже хотели меня убить. А мне без разницы, кто прикончит Семена Зайцева!

– Не надо нас сравнивать… – Мое определение его явно покоробило.

– Почему?

– Мы очень разные…

– Зато пользуетесь одними и теми же методами, – я осознанно прерывал его на каждом шагу. – И зираны, и… как их там?

– Ларгонцы, – подсказал он.

– …и ларгонцы стремятся подчинить людей, чтобы их усилиями решать свои задачи, губительные для нашей планеты.

– А вот здесь ты в корне не прав, Семен! Губительным для планеты является как раз нынешнее поведение человека. Ты посмотри, что вокруг делается? Ради лишнего доллара люди готовы травить воздух, загрязнять моря, кормить себя химикатами, вкусовыми добавками. За эти проклятые деньги и возможность иметь их как можно больше убивают друг друга тысячами. Ты посмотри, во что превратился человек! Где возвышенные идеалы, стремление к совершенству, к красоте? Все заменили деньги. Каждая девушка первым делом интересуется, насколько богат ее избранник, а уж потом, как он выглядит, есть ли у него душа и прочее. Исходя из этого, и детей своих так воспитывает. А все почему? Нет порядка, и навести его некому. Правители только воздух сотрясают пустыми фразами. Грозят пальчиком казнокрадам вместо того, чтобы расстрелять парочку для устрашения. А какие законы принимают? Мир сходит с ума. Образование настолько уронило планку, что ведет к отупению масс. Здравоохранение заинтересовано только в том, чтобы больных было как можно больше. Конечно, ведь больного можно ободрать как липку. И за тупицу родители готовы выложить круглую сумму, чтобы их любимое чадо диплом получило, фактически – липовый. Да ты возьми любую сферу жизнедеятельности: армию, производство, услуги. Везде один норовит обдурить другого… И с каждым годом ситуация все ухудшается и ухудшается. Где выход? Не знаешь? А я знаю. Это как в футболе. Нет в стране хорошего тренера – приглашают из-за границы. Вот и нам нужен такой правитель, который жесткой рукой наведет идеальный порядок. Сначала у нас в стране, а затем на всей планете.

«Какая знакомая песня! Приблизительно то же самое пела Маргарита. Тут, правда, слов побольше и смысл поглубже, но мотивчик-то ворованный!»

– Если вы помните, нам иностранные тренеры в футболе так и не помогли.

– Эти помогут. У них тяга к порядку в крови заложена. Нашему человеку что нужно? Знать рамки дозволенного. И что за нарушение последует неотвратимая и жестокая кара.

– А вы уверены, что люди примут такие порядки?

– «Не можешь – научим, не хочешь – заставим». Слышал такую поговорку?

– Не всех можно заставить.

– Петру Первому в свое время тоже было непросто, но он поднял Россию. И неважно, сколько при этом народу полегло. Ты же сам видишь, во что мы превращаемся. Белая раса, если ничего не предпринять, скоро просто вымрет. А зираны сделают так, что именно мы займем главенствующее положение на планете. И я готов только за это оказывать им всяческую помощь. Ты посмотри по сторонам. Кого видишь вокруг? Гастарбайтеры заполонили улицы, скоро не мы, а они будут хозяевами земли. И никто ничего не делает. Наши правители, похоже, хотят дождаться, когда лопнет терпение русского человека и на улицах начнется бойня. Знаешь, сколько людей готовы уже сегодня взяться за оружие – десятки тысяч. Скоро их будет на порядок больше, и тогда наступит настоящий хаос. Сами мы его предотвратить не можем. А зираны способны.

Похоже, мужика круто жизнь заела. У нас на работе ему подобных было немало. Они с ностальгией вспоминали жизнь при социализме, ругали почем свет выходцев из азиатских республик, правительство, Думу и олигархов. Постоянно вспоминали Сталина, при котором подобного безобразия не наблюдалось. Видимо, зираны нашли сторонников именно в этой среде.

– И какой, интересно, способ они предлагают?

– Действенный.

– Не думаю, что твоему учителю под силу одному сломать всю систему. Наша бюрократия, как мафия, – увы, бессмертна. – Я попытался исподволь подвести собеседника к тому, что разделяю его озабоченность. Это не составило особого труда, ведь во многом Иван был прав.

– Скоро таких, как наш учитель, здесь будет гораздо больше.

– Да откуда они возьмутся?

– Не веришь? Надежный способ найден. Осталось доработать небольшие технические моменты. Благодаря гениальности учителя его решение попутно избавит наш мир и от наркоманов.

– Каким образом?

– Помнишь, что случилось с твоей матерью, когда она приняла таблетки?

Зря он напомнил мне о матери. Мое и без того скверное настроение резко ухудшилось, и больше всего захотелось придушить этого «философа».

– Она умерла, – выдавил я из себя.

– Да, но перед этим ее душа очистилась от скверны. Очень скоро все наркоманы получат подобное средство.

– Наркоманы – еще не значит полные идиоты. Это же мгновенная смерть. – Я решил немного подыграть собеседнику. – Конечно, было бы неплохо избавить Землю от отбросов, но… если на глазах одного умрет другой, никто ваше средство принимать не станет.

– Думаешь, мы этого не учли? Ошибаешься! Таблетки будут запрограммированы на конкретную дату, а поначалу их действие не отличишь от наркотика. Дешевого и очень качественного, – особо подчеркнул Иван.

Мысли закрутились в голове с бешеной скоростью. Получается, что зираны планируют закинуть на рынок дури новое средство? Чуть подождут, пока оно будет распробовано миллионами, а потом бац – и резкое омоложение с последующим летальным исходом. Для всех, кто хотя бы раз попробовал это средство? А может, именно это позволит столкнуть нашу ось к зиранам? Ну да, как же я сразу не догадался! Шарг добивался своих целей, сея в душах людей смуту, а эти… У матери перед смертью было такое умиротворенное лицо. Опять же те племена в Южной Америке. Может, именно их массовая гибель перечеркнула планы красноглазого чужака и причина его неудачи в этом? А мы лишь послужили красной тряпкой, чтобы отвлечь внимание? Если все действительно так, этот зиран – очень хитрый тип.

– Миллионы смертей в один день? Какой гуманизм! А ведь не все наркоманы – конченые люди, некоторых можно вернуть к нормальной полноценной жизни. И, кроме того, вы не боитесь экологической катастрофы? Столько трупов…

– Большие цели требуют больших жертв. Так было всегда. Зато остальные, узнав о причине гибели наркоманов, надолго откажутся от желания употреблять эту гадость. Разве я не прав?

– Кардинальное средство! – Я попытался изобразить подобие восхищения. – Только сомневаюсь, получится ли?

– Обязательно! А после избавления от наркоманов устраним и другие причины возникновения хаоса. Понаехавшие будут выдворены с нашей земли, либо останутся в ней навечно.

– С помощью таблеток? Где же вы их столько возьмете?

Я уже понял, что основное оружие зиранов – чудодейственное «лекарство».

– Теперь, когда главный враг уничтожен, мы можем смело воспользоваться его каналами (и среди ларгонцев есть приверженцы порядка), а потом… Как только откроется окно, Россию ждет великое будущее! И ты, между прочим, можешь стать в ряды его творцов.

Опять это ощущение дежавю. Шелестова тоже, помнится, собиралась стать в ряды, только по другую сторону баррикад.

– Слишком красиво вы все расписываете, Иван Леонидович. Не боитесь, что учитель не говорит всей правды? Что им мешает после уничтожения других рас добраться и до нас? Сами знаете, легковерие – прямой путь к могиле.

– Когда пообщаешься с учителем, ты поймешь, что он не способен на подлость, – произнес собеседник, одарив меня улыбкой блаженного.

«Твою ж угодливость и мать ее раболепие на помойку человеческих отношений! Ну ладно, Маргарита – глупая сопливая девчонка, так и этот дядька туда же?! Чем чужаки подкупают наших людей? Ризгум тогда чуть не плакал, узнав о гибели хозяина, и дядя Ваня рассказывает об учителе не иначе, как с благоговением».

– А о войне ларгонцев с зиранами он рассказывал?

– Война – это слишком громко сказано! Так, небольшие конфликты. – Мужчина просто отмахнулся от моего вопроса. – Ларгонцы увязли в пороке хаоса и обречены на вымирание. А поскольку им грустно уходить в одиночку, хотят утащить с собой и наш мир. Но теперь мы с твоей помощью уничтожили главный козырь врага. Немного усилий – и окно в мир зиранов будет прорублено.

– Иван Леонидович, а когда я смогу встретиться с учителем? – Надо было довести начатую игру до конца. Пусть думает, что я «начал осмысливать» его идеи.

– Не раньше, чем я пойму, что ты к этому готов. Первым этапом подготовки должен стать твой рассказ о событиях в доме Шарга – так звали нашего взорвавшегося врага.

Отступать было некуда. Но как же мне не хотелось откровенничать на эту тему! Наверняка здесь была сокрыта некая тайна, которую чужаки хотели выведать, и, скорее всего, она касалась меня. Ведь почему-то они переменили свое первоначальное решение избавиться от Семена Зайцева. Почему? Неужели я могу представлять для них опасность или, наоборот, принести выгоду? Вот так ляпнешь что-нибудь, на собственный взгляд ничего не значащее, а оно послужит сигналом к немедленному уничтожению.

– Что-то случилось? – Он тронул за руку: видимо, на лице отразилось больше, чем мне хотелось.

– Зуб с утра побаливает. Эти приспешники зиранов обожают бить связанных.

– Несладко пришлось? Как же тебе удалось выбраться?

– Сам до сих пор не могу поверить в свое спасение. Сейчас расскажу все по порядку, а вы попробуйте найти логику в действиях врага. Мне, к примеру, этого не удалось. Схватили меня возле станции метро «Речной вокзал»…

Я начал говорить, пытаясь по мере повествования определить, о чем лучше умолчать. Интуитивно понимал, что самая запретная тема – общение с Зау.

На прозвучавший звонок сотового он велел не реагировать. Я даже не успел обрадоваться спасительной паузе.

– Прошу прощения, господа. – К нам приблизилась Валерия. – Семен, можно тебя на минуту?

Со вздохом облегчения я оставил собеседника.

– Звонил Алексей Степанович, он едет сюда. Вот-вот прибудет, – она говорила негромко, но достаточно, чтобы быть услышанной не только мной.

– Хорошо. – Вернувшись, я прикрыл рукой рот, чтобы не выдать истинные чувства, и сообщил Ивану: – Сейчас здесь будет полковник, наверное, опять что-то раскопал. Когда и где мы встретимся в следующий раз?

– Очень скоро, Семен. Я дам знать.

Он пожал руку и быстрым шагом направился прочь.

– Как ты? – подбежала Людмила. – Правда, Лера здорово придумала?!

– Полковник не приедет?

– Обижаешь, – произнесла моя спасительница, провожая взглядом Широкова. – Я, как увидела твою кислую физиономию, сразу поняла: беседа затянулась, принимает опасный оборот. Позвонила Алексею Степановичу, он тебе, потом мне. Вон его машина остановилась.

– Ты вызвала его, чтобы…

– Во-первых, прервать разговор, во-вторых, обеспечить алиби: неприятель не должен заподозрить, что это мы подстроили. Вдруг и они выставили наблюдателей? А лицедей из тебя действительно хреновый.

– Я же говорила, – улыбнулась Огонек.

– Во что вы вляпались на этот раз, дамы и господин? – спросил полковник.

– Он опять вышел на нас. Сам вычислил. Да еще по телефону позвонил. Даже предупредить вас не успел, – нажаловался я. – Хорошо, девчонки додумались.

– Пойдемте домой, – предложил Алексей Степанович. – По дороге расскажете.

Ему хорошо говорить, а мне опять думай, какую часть информации выдать «на гора», а какую придержать. До чего же трудно следить за каждым своим словом, когда не знаешь, можно ли доверять человеку.

– В общем, все плохо, товарищ полковник…

Не знаю, как и кем себя ощущали двойные агенты, меня же собственное положение угнетало чрезвычайно. С одной стороны, я вроде бы работал на Алексея Степановича, но Ивана Леонидовича следовало убедить в обратном. А мой собственный интерес при этом заключался в том, чтобы уберечься от угрозы расправы, которая в равной степени могла исходить от обоих. Сейчас бы с кем-нибудь посоветоваться. Но ни Кошевара, ни Виктора нет в живых, дед Наташки прибудет нескоро, а решать проблему нужно срочно.

Вариантов всего два: либо играть втемную, надеясь, что вот-вот придет нужная масть, либо открыть карты и сразу выяснить – пан или пропал. Мне больше нравился второй. Ну не рожден я для закулисных интриг!

– Алексей Степанович, если после того, как вся эта кутерьма закончится, вам прикажут избавиться от нас, вы как поступите?

– Я на службе, – развел руками полковник. – Но пока у начальства на вас лично, господин Зайцев, другие виды.

О способностях девушек он, к счастью, не знал.

– То есть все будет зависеть от моего ответа на их предложения?

– Определенно ничего сказать не могу, но для серьезного разговора вас обязательно вызовут.

По крайней мере, он не стал лгать. Это обстоятельство подтолкнуло меня к следующему вопросу:

– Скажите, нами занимаетесь только вы?

– В смысле?

– Могут ли какие-то действия в отношении меня или девушек предприниматься без вашего ведома?

– Вряд ли. Начальству невыгодно подключать к делу других людей. Все, что касается мистики, за рамки моего отдела обычно не выходит.

– Значит, вы в курсе, что утром в квартире Валерии были гости?

– Какие гости?

– Лера, покажи.

Мы отыскали лавочку и устроились для просмотра. После короткого киносеанса мужчина задумался.

– Во сколько он приходил?

– В пять утра.

– И это не очкарик, насколько я могу судить.

– Точно.

– Как говорят в Японии, «хировато», леди и джентльмены. – Полковнику явно хотелось высказаться покрепче, это буквально читалось на его моментально изменившемся лице. – Идея переселить вас исходит сверху. Как только я доложил о появлении опасного человека возле дома, мне сразу назвали адрес.

– А кто его фотографировал, ваши сотрудники? – задала вопрос Лера.

– Нет, шеф тогда направлял людей из технической службы. Мои все заняты были.

– После отъезда вы около моего дома не оставляли наблюдателей?

– Мне обещали выслать специалистов для установки камер, но они прибыли на место только после полудня.

– Начальнику вы обо всем докладываете каждый день?

– Ваше дело на особом контроле, – кивнул он. – Но я же хорошо знаю Василия. Он бы мне хотя бы намекнул…

– И что нам теперь делать? – прервал я допрос полковника Валерией.

– Не подавать виду. Кто знает, может, эти «Широковы» тоже умеют подчинять себе людей? Но как они добрались до генерала?

– Он с самого начала курировал эксперимент с синим камнем? – не унималась Лера.

– Да.

– Поищите новых людей в окружении начальника, – посоветовала она.

– Если добрались до него, могут и меня обработать, – вздохнул Алексей Степанович.

– Хотите, поставлю вам защиту? Но тогда вы сами можете превратиться в цель для чужаков.

– Чего им от нас надо?

После краткого пересказа беседы с Иваном полковник решился на сеанс перед зеркалом:

– Сколько времени это займет?

– Думаю, не меньше двух часов.

– Тогда я сначала на доклад к генералу, а после работы заеду за вами. Есть у меня одно место, где нам никто не помешает.

– Вы начальству о смерти Зау говорили? О том, что ее убили не очкарики? – Я решил проверить одну догадку.

– Не успел.

– Может, и не стоит?

– Пожалуй, ты прав. Ладно, до вечера. – Он поднялся и направился к машине.

– Не поторопился ли ты? – спросила Валерия.

– Думаешь, он нам сейчас врал?

– Я уверена, что нет! – поддержала меня Людмила.

Глава 21Порядочный враг

«Машина возле подъезда. Серый волк». – Полковник прислал сообщение с нового номера.

– Люд, может, я лучше без тебя? И сам справлюсь.

– Если ты чего-то боишься, давай вообще никуда не поедем. Позвони ему и объясни, что у тебя зуб разболелся или живот схватило.

– Да вроде все нормально.

– Тогда нечего время тянуть. Пойдем. Раньше начнем – раньше закончим.

На первый этаж мы спустились по лестнице. Подойдя к двери, я вдруг услышал подозрительный шорох. Не успел даже обернуться, как очутился в цепком захвате.

– Пикнешь – и мы твою девицу на небеса без лифта отправим. Понял?

Я смог лишь кивнуть в ответ.

– Вот и замечательно. Учти: ты следуешь на одной машине, она на другой. Попытаешься делать глупости, мы с твоей красавицей тоже чего-нибудь придумаем.

Мне связали руки за спиной и запихнули на заднее сиденье внедорожника. Рядом сел светловолосый мужик крепкого телосложения.

– Где вторая дамочка? – спросил он.

– Дома осталась. Голова у нее разболелась, – соврал я: вряд ли они станут проверять.

– Ничего, недолго ей осталось страдать, бедняжке, – ухмыльнулся блондин.

Когда мы выезжали со двора, прогремел взрыв. Из наших окон полетели стекла.

– Вы чего вытворяете, ***! – заорал я.

– С виду вроде интеллигент, а материшься, как последний сапожник.

Попытка стукнуть блондина лбом не удалась. Он был настороже и ухватил за горло, стоило мне лишь замахнуться для удара.

– Тихо-тихо, вояка. Не зашибись ненароком. Мне приказано тебя целым доставить.

– Где полковник?

– Сейчас он сильно занят. Оказывает почетный прием дамочке, у которой двадцать секунд назад перестала болеть голова.

Мужик, видимо, считал себя непревзойденным юмористом.

– Он-то чем вам помешал?

– Путевку на тот свет ты сам ему организовал. Не стоило делиться конфиденциальными сведениями с кем попало.

– Куда мы едем? – мрачно спросил я.

– Какой любопытный! Скоро все сам увидишь.

– А почему Иван Леонидович не приехал?

– Ты не оправдал его доверия. Теперь попал в нашу разработку. Не столь деликатную, но зато более эффективную.

– И что вам от меня нужно?

– Хочешь облегчить себе жизнь, расскажи о Зау. Нам интересно все, что эта дамочка говорила.

– Мог бы и сам у нее спросить. – Я узнал блондина. Это он во время налета держал женщину за колени. – А то навалились вшестером, подонки!

– Опять ругаешься!

– Нет. Просто других слов для идентификации таких, как ты, не существует.

– Дмитрий, – блондин обратился к водителю, – как думаешь, учитель не будет сильно огорчен, если мы привезем его с подкорректированной рожей?

– Не советую, Петр. Непорядок это.

– Вот видишь, как тебе повезло. Другому бы уже давно подправили и профиль, и фас. А тебе… Может, Геннадию позвонить? Дорога длинная, пусть хоть с девчонкой развлечется, она ведь все равно спит. Даже не узнает ничего.

– Петенька, ты жить еще хочешь? – спросил я почти елейным голосом.

– Дим, гляди, как он на меня смотрит, – прямо волчара!

– Так вот, если не торопишься в ад, тебе лучше спрятать свой поганый язык, а о моей девушке даже не думать. Я-то ведь никому не обещал, что тебя не убью.

И почему у меня нет огненного дара или способности передвигать предметы? Этого молодчика я бы с огромным удовольствием поджарил или выбросил из машины на полном ходу. Но, увы, могу лишь подправлять людям лепестки, а нелюдям и противопоставить-то нечего.

– Нет, я точно сейчас наберу Генкин номер.

«Ну что ж, сами напросились».

Я постарался не подавать виду, но в мыслях прорабатывал вариант, как достать водителя ударом ноги. Внешне это казалось вполне осуществимым. Отвлечь Дмитрия, мало ли что я мог увидеть там за окном, а самому… Главное, не промазать.

«Семен, это Наташа. Какая-то Валерия просит тебя быть готовым к резкому торможению автомобиля, мы сейчас с ней разговариваем по телефону. Она дает обратный отчет. Пять, четыре…»

Пришлось срочно менять планы. Я развернулся боком к блондину, который доставал телефон из кармана. Раздался громкий хлопок, завизжали тормоза. Петр ткнулся в переднее сиденье и заорал, повредив руку. Вот тут мне и удалось врезаться лбом в его висок.

Не успела машина окончательно застыть на месте, как открылась дверца, и Лера выстрелила в шофера через надувшуюся подушку безопасности. В следующую секунду ствол пистолета был направлен на второго бандита, но тот признаков жизни уже не подавал.

Девушка обошла внедорожник и помогла мне выбраться.

– У них Людмила!

– Знаю, но вторая машина поехала по другой дороге. – Она перерезала веревки на руках. – Садись к Анатолию.

Знакомый автомобиль остановился в десяти метрах. Через несколько секунд я был в салоне. Валерия ненадолго задержалась, и причина задержки стала ясна, когда внедорожник вспыхнул.

– А если они отыграются на Людке?

– Вряд ли. Чем жестче будем действовать, тем больше шансов ее спасти. Враг должен знать, что имеет дело с серьезными людьми.

– И куда мы теперь?

– В последнем подарке Ильи «божьих коровок» было пять. Вторая у тебя в кармане, третья у Людмилы. Скоро мы узнаем, куда ее повез господин полковник.

– Ты сама его видела?

– Нет.

– Это не его рук дело. Думаю, Алексея Степановича уже нет в живых.

– Надеюсь, он простит меня за подозрения. По крайней мере, они помогли вытащить тебя.

Валерия открыла ноут.

Наша амазонка покинула квартиру за час до прибытия машины. Ушла через балкон, объяснив это тем, что осваивает свои новые способности. Все-таки чутье на опасность у этой девушки развито очень сильно.

– Толик, нам сюда. – Она указала место на карте и, повернувшись ко мне, сказала: – Я же говорила, что обязана знать телефон твоей сестрички.

После того как Лера научилась летать, она заставила меня сообщить контактные данные внучки Михаила Федоровича.

– Ты, как всегда, права.

– У тебя номер Ивана остался?

– Да.

– Продиктуй его мне.

Я достал свой мобильный и нашел номер.

– Алло, Иван? Слушай сюда. Семен сейчас у меня. Могу обменять его на свою подругу. Если через двадцать минут она прибудет на Киевский вокзал, обмен состоится. Нет – я начинаю охоту и на тебя, и на твоего учителя. Пленных брать не буду. Перезвони мне через минуту. – Валерия не стала ждать ответа, отключив связь.

– Думаешь, они согласятся на сделку?

– Скоро увидим. Сейчас важно не дать им времени, иначе спасти Людку не удастся.

Широков откликнулся ровно через минуту и согласился на обмен.

– Так, они повернули на Кутузовский. Анатолий, поможешь?

– Все, что в моих силах.

– Твоя задача – забрать Людмилу и отвести к машине после того, как Семен ее обыщет.

– Она, скорее всего, спит. Я почувствовал запах эфира в подъезде.

– Ничего, она не тяжелая – донесет. Обмен будем проводить в тихом проулке, параллельно Большой Дорогомиловской. Процедуру я сейчас придумаю. Но обыскать ее, Семен, нужно обязательно. Очень тщательно. Как бы эти сволочи взрывчатку не подкинули.

– Куда ее отвезти? – спросил водитель.

– Придумаешь, но не к себе домой. Теперь ты. – Валерия снова развернулась ко мне: – Будешь работать послушным мальчиком до тех пор, пока не услышишь в голове голос Наташи. Потом выполняешь мои рекомендации. Уяснил?

– Да.

Мы на обозначенное место прибыли чуть раньше. Валерия выбрала подходящее дерево и взмыла вверх, спрятавшись в его кроне. Вскоре показался автомобиль бандитов. Девушка вышла с ними на прямую связь и теперь жестко требовала выполнения своих указаний.

Людмилу вынес из машины знакомый по недавнему видео мужчина. Только теперь он был без очков.

– У нас товар, у вас купец, – улыбнулся он.

Я, как мог, обыскал девушку и передал ее Анатолию.

– Теперь моя очередь. – Мужик принялся обыскивать меня.

Забрал сотовый, кошелек и паспорт. Нашел даже «божью коровку», которую тут же раздавил на асфальте. Когда наткнулся на зеркальце, покрутил его в руках:

– Любишь глазеть на себя, любимого?

– Можешь выбросить. Это ваш Иван Леонидович просил с собой носить.

– Ну зачем же? Я не барахольщик. – Он вернул зеркало в карман.

К счастью, подарок Огонька так и остался в укромном месте. Его улыбчивый тип не обнаружил.

– А теперь руки за спину – и к машине.

На этот раз запястья охватили наручники. В автомобиле было еще двое малоприятных типов – водитель в серой фуражке и лысый мужик, сидевший на переднем пассажирском кресле.

– Поехали! – приказал здоровяк, заняв место рядом.

Я ощутил укол в плечо и резкую боль.

– Сиди и не дергайся, Зайцев. Теперь, даже если убежишь, знаешь, что произойдет?

– Полагаю, ничего хорошего.

– Для тебя – да. Введенная инъекция имеет очень скверный характер. По специальному сигналу она становится убийственной.

– Думаете напугать сказками про радиоуправляемый укол? Я давно вышел из детского возраста!

– Так и знал, что ты не поверишь. – Похититель вытащил похожий на рацию прибор и передвинул торчавший из нее рычажок.

Меня пробрал озноб, затем накатила слабость, и начались проблемы с дыханием. Стало по-настоящему страшно, я почувствовал себя рыбой, выброшенной на берег.

– Как самочувствие? – с издевкой поинтересовался он. – Мне продолжить или достаточно?

– Прекрати. – Сил хватило лишь на едва слышный хрип.

Мой мучитель вернул рычажок в исходное положение.

– А угадай, кому мы сделали точно такой же укол пятнадцать минут назад?

Я рванул руки с такой силой, что оковы разодрали кожу.

– По глазам вижу, что догадался. Так вот, сейчас наберу номер твоей боевой подружки, а ты посоветуй ей не лезть не в свое дело. – Он вошел в базу моего телефона и стал перебирать имена. – Лера?

– Да, – особого смысла врать не видел.

Однако она не стала отвечать на вызов. Зато очень скоро я услышал голос Наташки:

«Семен, Валерия нападет у перекрестка».

– Останови машину! Немедленно!!! – грозно приказал я. Водитель вздрогнул, но приказ выполнил. – Теперь ты! Сними с меня наручники и верни телефон!

– Вообще-то здесь командую…

– Если не поторопишься, командовать будешь на том свете, – резко оборвал его. – Давай быстрее!

Он сообразил, что я не шучу, и выполнил приказ.

– Мне нужно выйти из машины.

– Семен, не наглей.

– Тебя ведь Геннадием зовут? – обратился я к лже-очкарику.

– Да.

– Так вот, Гена, только от меня сейчас зависит, будете вы дальше поганить наш мир своим присутствием или мы все вместе отправимся в иной.

– Ладно, выходи. Но учти…

– Рот закрой, иначе я передумаю.

Выбравшись на свежий воздух, снова набрал Леру. На этот раз мне ответили:

– Ты чего?

– Позвони Толику и выясни, не заметил ли он чего-то странного у Людки. Буквально две-три минуты назад.

– Откуда ты знаешь? Он мне даже позвонил, боялся, что она задохнется. Но потом вроде все нормализовалось.

– И ей, и мне вкололи какую-то гадость, управляемую дистанционно. Это была демонстрация ее действия. Операцию придется отменить, а Людмилу спрячь. Найди место, куда ни один сигнал не проскочит.

– Ничего не путаешь?

– Нет, все действительно так плохо.

– Ладно. Я все равно до них доберусь. Ты, главное, продержись до моего прихода.

– Буду стараться, Лера. Удачи.

Я вернулся в салон:

– Теперь можно ехать.

По дороге не проронил ни слова. Закрыл глаза и впал в некий транс, когда ни одна мысль не способна пробиться в сознание. В голове царил самый настоящий хаос из обрывков событий последних дней. Мелькали образы живых и мертвых, звучали их голоса, но ни на одном из эпизодов мне не удавалось сосредоточиться. То ли инъекция себя проявляла, то ли мои нервы решили устроить бунт на корабле. Их можно было понять – с такими-то нагрузками…

Машина слегка притормозила. Я открыл глаза. Ехали по Рублево-Успенскому шоссе. Миновали табличку с надписью Николина Гора. Остановились ненадолго перед шлагбаумом. Затем увидел и конечный пункт назначения – высокий двухэтажный дом желтого цвета с выступавшей на уровне чердака пятиугольной надстройкой, поддерживаемой белоснежными колоннами. Кто-то хотел отгрохать себе дворец, а получился карикатурный теремок с подпорками, только громадный.

– Выходи! – Геннадий любезно открыл дверцу.

В это время под мышкой завибрировал телефон. Звук был отключен давно, еще в кладовке Шарга. Сигнал длился недолго, видать, кто-то эсэмэс кинул. Может, Валерия привет шлет? Хотя вряд ли, у нее есть более надежный канал. Тогда кто? Как бы узнать?

– Руки назад! – снова скомандовал провожатый.

Когда вошли в теремок, меня заставили разуться. Внутри дома все выглядело с иголочки. Правда, мне было не до красот интерьера. Хотелось скорее ознакомиться с посланием, вдруг что-то важное? Бой напольных часов заставил вздрогнуть, меня доставили ровно в 21.00.

– Туалет тут имеется?

– Пойдем. – Он указал нужную комнату, но закрыть за собой дверь не дал.

Затея провалилась. Оставалось надеяться, что это не последний шанс на сегодня. Хотя сообщение могло оказаться и самой обычной рекламой.

– Добрый вечер, Семен. – На втором этаже мы наткнулись на Ивана. – Зря ты отказался от сотрудничества. Теперь жди неприятностей.

– Если вы успели заметить, я их уже дождался.

– Это лишь цветочки. Учитель не любит, когда ему выдвигают условия и убивают его помощников. Ты переступил роковую грань.

– Вы сами ее давно переступили, Иван.

– Спорить сейчас не буду, тебя ждет учитель. – Широков распахнул двери, и мы оказались в просторной светлой комнате.

Меня усадили в массивное кресло, ремешками пристегнули к подлокотникам. Похоже, здесь хозяева побаивались гостей.

– Пленник доставлен, учитель, – доложил Геннадий.

– Можешь идти, – донесся слева мужской голос.

Вскоре появился и его обладатель. Здороваться он не счел нужным. Установил стул и уселся напротив. Несколько минут мы молчали, открыто изучая друг друга.

Если он и являлся чужаком, то отличить его от человека… Пожалуй, лишь расположение миндалевидных глаз у незнакомца было другим. Почти таким же, как у Шарга. Остальное… Широкое лицо, высокий лоб с тремя горизонтальными морщинами, нос с горбинкой, усы с проседью, овальный подбородок. Встретишь такого на улице – и внимания не обратишь, хотя… Длинные седые волосы делали его похожим на волшебника из детской книжки.

– А ты в курсе, что инъекция, если не принять противоядия, через два дня останавливает сердце? – огорошил он меня вопросом. – Я имею в виду укол, который тебе сделал в машине Геннадий.

– Теперь в курсе. Значит, это и есть ваш способ борьбы с вселенским злом?

– Ну и что делать будешь? – Он не обратил внимания на мой сарказм.

– А вы развяжите мне руки – сразу увидите.

Я пытался выглядеть бравым воякой, но внутри все упало. Наши усилия пропали даром. А ведь у Людмилы как раз через два дня день рождения. А эти сволочи…

«Как быть? Позвонить Лере и привезти Огонька сюда? И где гарантия, что чужак говорит правду? Но даже если девушка окажется здесь… Так они ее и спасут…»

– Я не люблю беспорядка в доме, поэтому посиди пока привязанным. Руками работать – большого ума не нужно. Ты бы лучше мозги напряг.

Порядочная скотина этот зиран. Точнее, скотина, которая любит порядок.

– Пока мне не объяснят, что вам нужно, думать не о чем. Я могу лишь гадать, но это пустая трата времени, а у меня его и так мало осталось.