Текст книги "Дар синего камня. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Николай Степанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 41 страниц)

Сегодня плита предстала в буйстве огня. Не знаю, кому понадобилось обжигать камень, но плита вращалась над огромным костром и языки пламени то и дело касались ее поверхности. Неожиданно монолит застыл, подставив одну из серых граней на растерзание огню. Я почувствовал нестерпимый жар, когда увидел обожженную до черноты предпоследнюю серую поверхность. Именно этой гранью плита начала надвигаться на меня, заслоняя собой все обозримое пространство. Жар резко сменился пронзительным холодом, заставившим меня проснуться.

– Ты чего? – рядом сидел заспанный Илья.

– Кошмары замучили, – просипел я не своим голосом. – Тут водички не будет?

– Сейчас сообразим.

За окном светило солнце. Синее небо радовало глаз, но на сердце продолжала давить тревога. Стакан воды убрал сухость во рту. Говорить стало намного легче.

– Как Людмила?

– Пришла в себя, даже вставать пыталась, но врачи не дают. Тебе, кстати, тоже не рекомендовали. Ты как вчера умудрился руки обжечь?

– Сначала найди вопрос, на который я знаю ответ, а потом задавай! Меня недавно предупреждали, что дар может оказаться опасным для своего обладателя. Вот я и добрался до той черты, видимо. Но это все мелочи. Главное, рыжая очухалась.

– Ты бы видел ее доктора. Мужик на тебя, как на волшебника, смотрел.

– Фиг с ним. Расскажи, что у вас вчера произошло? Кто посмел на девушку с ножом?

– Тебе нельзя волноваться. – Он отвел взгляд в сторону.

– Можно. Давай не тяни, а то подумаю, что ты мне не друг.

– Да тут такое дело…

– Говори уже.

– Как скажешь. Я ведь не с самого начала туда явился. Мы с Лерой в кафе обедали. Вдруг твоя моей позвонила. Сразу взяли такси – и за город. Там у дачного поселка встретились с Людмилой. Она сказала, что в доме Виктора непрошеные гости хозяйничают, попросила проникнуть на чердак и кое-что забрать из тайника. Пока я отсутствовал, девушек обнаружил тот самый тип, у которого я сейф уничтожил. Это он привел к дому бандитов. Пока Валерия разбиралась с телохранителями шантажиста, он подкрался к рыжей и ножом ее, гад. Тут и я вернулся. После моего удара, думаю, он и так бы не встал, однако Лера рисковать не стала. Ни телохранители, ни шантажист уже ничего и никому не расскажут. Вот, – он тяжело вздохнул.

– Туда им и дорога. – Мне казалось, что я и сам бы убил любого, кто посягнул на жизнь шатенки.

– Семен, я не собирался рассказывать тебе подробностей. Даже Валерии пообещал.

– Ничего страшного, считай, что я ничего не слышал. Какая там у вас была официальная версия?

– Погоди, сейчас вспомню… Ага. Она нас вызвала, мы приехали, увидели тела и убегающих бандитов. Людмилу доставили в больницу. Вроде все.

– Понял. Так и буду говорить, если кто спросит.

– Знаешь, я бы не хотел общаться с органами. Начну в показаниях путаться…

– Тебя еще попробуй поймай, это я легкая добыча. И Валерии, пожалуй, не стоит здесь задерживаться.

– Она еще ночью ушла, вместе с майором.

– Умница. Ты тоже иди.

– Без тебя?

– Мне нужно немного отлежаться. Да и руки неплохо бы в порядок привести. Давай-давай, а то придется исчезать на глазах у посторонних. Зачем людей пугать?

– Ладно, пока.

Он испарился. И почти сразу раздался скрип двери. Вошел вчерашний врач, а за ним… Алексей Степанович??? Вот уж кого не ожидал увидеть.

– Больной, вы как себя чувствуете?

– Если интересуетесь, хватит ли у меня сил на разговор, то ответ положительный.

– Хорошо, тогда оставлю вас наедине.

– Здравствуйте, Семен. – Он подвинул стул и сел рядом с кроватью.

– Приветствую. Извините, руки не подам. И не только потому, что она перевязана. Вы чем меня тогда напоили? И для чего, спрашивается? Разве я вам врал? – сразу начал наезжать на старого знакомого.

– Что мне приказали, то я и сделал, – принялся оправдываться профессор. – Вы ведь все равно сбежали.

– Ага, убежал. Под дулом пистолета и вприпрыжку поскачешь.

– Какого пистолета?

– А разве вам запись моего побега не показывали? – язвительно поинтересовался я.

– Не было записи. Все камеры наблюдения отключились, а сотрудников сон свалил.

– Еще скажите, что я и это организовал.

– Разберемся.

– Скорей бы, пока не перестреляли всех участников эксперимента.

– Вы в курсе? – удивился он.

– О чем?

– На Западе почти все, кто контактировал с камнем, уничтожены. Их не смогли защитить самые оснащенные спецслужбы Европы и Америки.

– И в Англии?

– Да. Позавчера пришло сообщение. Женщину пристрелил охранник, который потом пустил себе пулю в лоб, – с грустью произнес нежданный гость. Спохватившись, спросил: – А вы откуда знаете, что там тоже проводился эксперимент?

– Маргарита. Благодаря ее дару.

– От камня?

– Откуда же еще?

– Понятно. Вы в своем даре, смотрю, разобрались. Врач говорит: людей с того света можете вытаскивать?

– Правда, при этом чуть самого себя туда не загнал. – Я приподнял руки. – Вы за мной пришли?

– Приказ такой у меня есть, но намерения выполнять его сегодня – нет. Слишком уж много странностей вокруг вас происходит. Нам переслали данные об участниках эксперимента из стран, где он проводился. От нас ждут ответного хода. Поделитесь информацией?

– А что взамен?

– Это избавит лично вас от пребывания в нашей конторе, а меня, возможно, от несчастного случая во время беседы с вами или после нее. У наших западных коллег это уже случалось.

– Алексей Степанович, а у вас какое звание? – зачем-то спросил я.

– Полковник, но форму ношу редко.

– И вы действительно доктор?

– Да, только не медицинских наук. Тебе зачем?

– Просто хотелось бы знать, информация вас интересует в первую очередь как ученого или как представителя органов.

– Второе, – кратко ответил он, давая понять, что тему дальше развивать не стоит.

– Записывать будете?

– Уже, – кивнул полковник.

Мой рассказ продолжался чуть больше часа, при этом я старался не называть ничьих имен. Судя по реакции Алексея Степановича, о некоторых наших столкновениях с очкариками он знал.

– Телекинез, телепатия, телепортация, левитация и целительство, – выключив диктофон, заговорил профессор. – Да, в нашем деле ребята с такими способностями были бы очень кстати.

– А мыслеречь?

– Тоже пригодилась бы. Но у очкариков оружие сильнее. Они, я так понимаю, любого человека могут подчинить своей воле.

– Немного не так. Они умеют перехватывать контроль над чужими телами, на время помещая туда свое сознание. Это называется трансмиграция. Я в Интернете посмотрел.

– Бред какой-то! Но по-другому и не объяснишь, почему охранник пустил себе пулю в лоб. Выходит, убежав от нас, вы тем самым спаслись от очкариков? – Алексей Степанович выглядел озадаченным.

– Не уверен, что спаслись. Они нас ни на миг не выпускают из виду. А как вы меня нашли? – вопрос мучил с того самого момента, как я увидел неожиданного посетителя в палате.

– Интернет. Доктор в своем блоге вчера разместил информацию о чудесном исцелении девушки. Наша поисковая система сразу его отыскала, и я позвонил мужику. После вашего опыта с майором мы очень внимательно просматриваем сообщения, связанные с зеркалами и улучшением здоровья.

– Тогда, пожалуй, мне не стоит тут задерживаться.

– Согласен. Идти-то сможете?

– Должен суметь.

– Тогда держите свой паспорт. Розыск мы не объявляли и органы внутренних дел к поиску не подключали. В документ я вложил бумажку с моим номером телефона. На самый крайний случай. Отвечу, если представитесь, как синий заяц, – улыбнулся профессор.

Он поднялся и ушел не попрощавшись. Я начал осторожно вылезать из-под одеяла. Присел – полет нормальный. Опираясь локтем на спинку кровати, встал. Вроде особых неприятных ощущений не почувствовал. Чуть потемнело в глазах, не более того. Был очень рад, что меня не додумались переодеть. Снова сел. Обуться получилось не сразу. Когда дошел до двери, понял, что сам отсюда не выберусь. Пришлось вызывать Илью. Пока ждал его прибытия, услышал в голове голос неизвестного союзника:

«Семен, при первой же возможности войди в форум. Адрес прежний».

«Твою ж настойчивость и мать ее требовательность под откос безответственности! Как же меня все достали!»

– Куда поедем – к нашим в гостиницу или к Валерии? – спросил электронщик, когда мы разместились в такси.

– Мне нужно перекусить и отлежаться. Чтобы ни одна живая душа до вечера не побеспокоила.

– Тогда к Лере. Ее дома до ночи не будет, а я как раз собирался на нашу старую квартиру заскочить. Заодно разобраться с твоим паспортом.

– Будь осторожен. У меня разговор с главарем очкариков не слишком получился. Могут быть нехорошие последствия.

– Как он хоть выглядит?

– Его самого я не видел. Этот гад влез в сознание обычного мужичка и через него вел переговоры.

– Осторожный, сволочь!

Мы сидели на заднем сиденье, и мне вдруг показалось, что таксист прислушивается к нашему разговору. Или он подумал, что мы его обсуждаем? Присмотрелся к мужику. Да вроде все нормально. Скоро действительно буду в каждом видеть врага. С такой жизнью до психушки докатиться – раз плюнуть.

– Самое паршивое, они теперь знают о нас все.

– Заставил тебя рассказать?

– Нет, они ребят выпотрошили. Кстати, их бы не мешало проверить на наличие маячков.

– Займусь.

– И еще, проверь этот документ. – Я вытащил из кармана паспорт и передал электронщику.

– Чей?

– Мой собственный.

– Откуда он у тебя?

– Перед тем как я тебе позвонил, у меня был гость. Угадай кто?

– Неужели Алексей Степанович?

– Как догадался?

– Так у меня как раз он проверял документы перед экспериментом. Потом я их и не видел. И он тебя не забрал?

– Наоборот, еще и посоветовал быстрее из больницы ноги делать.

– Почему?

– Оказывается, всех участников эксперимента на Западе постигла печальная участь. Причем даже тех, кто находился под охраной властей.

– Убили?

– Да.

– Кошмар! И что теперь делать?

– У Алексея Степановича для нас готового рецепта не оказалось. Я вкратце рассказал ему обо всех похождениях.

– Как он на тебя вышел?

– Врач в Интернете растрезвонил о вчерашнем исцелении, а профессор с момента нашего исчезновения следит за необычными ситуациями с применением зеркала.

– Не дурак.

– Там других и не держат.

– Да, кстати, сообщи майору, что по каналам МВД нас не разыскивают. Чем скорее, тем лучше.

– Сделаю.

Несколько минут ехали молча. Затем я вспомнил о просьбе союзника.

– У Леры дома компьютер есть?

– Имеется.

– С выходом в Интернет?

– А как же.

– Хорошо, – тяжело вздохнул я.

– Что-то ты совсем хреново выглядишь. Явно не на свой возраст.

– И сколько бы ты мне сейчас дал?

Илья рассмеялся.

– Ты чего?

– Анекдот вспомнил. Приходит дедок в поликлинику к молодой врачихе. Та спрашивает: «Сколько вам полных лет?» – «Семьдесят пять». – «Надо же! Я бы вам ни за что не дала». Пациент вздохнул и отвечает: «Так мне уже и не надо». – Илья снова расхохотался.

– Хочешь сказать, что я выгляжу на все семьдесят пять и мне тоже ничего не надо?! Большое русское мерси!

– Ну вот, хоть немного развеселился, а то совсем на себя не похож.

Покидая такси, я еще раз всмотрелся в лицо водителя. Кого-то он мне определенно напоминал… Но кого?

На форум вышел, когда за окном стемнело. К этому времени пальцы понемногу начали меня слушаться и я сумел избавиться от бинтов. Ожоги никуда не исчезли, однако выглядели не так страшно, как ожидал увидеть.

Незнакомца интересовал разговор с главарем очкариков. Поскольку работать обожженными пальцами на клавиатуре было тяжело, союзник снизошел до разговора по телефону. Выслушав мой доклад, он начал выставлять претензии:

– Семен, ты понимаешь, что мог погибнуть?

– И не в первый раз. Но сообщить вам я не успевал.

– Плохо. Знай мы заранее, куда тебя отвезли, проблему можно было решить кардинально. Ну да ладно. Что ни делается, все к лучшему. Говоришь, перед тем как в окно влетела граната, ты работал с лепестками? И сколько времени?

– Около получаса.

– И все это время твой клиент был черноглазым?

– Последние минут двадцать – точно.

– Понятно, – задумчиво произнес он. – Ты зеркало с собой носишь?

– Ношу, только оно очень маленькое.

– Про аптеку забудь. Если вдруг снова окажешься в лапах очкариков, попробуй там где-нибудь уединиться и воздействовать на собственные лепестки. Нужно довести до идеала хотя бы один. Кстати, вчера вечером был очень сильный всплеск энергии. Это ты работал с лепестками?

– Да.

– А почему в больнице?

– Так получилось. С очкариками это не связано.

– Не хочешь говорить, не надо. Вам всем сейчас желательно залечь на дно и не высовываться. Враг может приступить к самым активным действиям.

– Моим друзьям опять грозит опасность?

– И тебе в том числе. Не забудь про зеркало.

Он отключил связь. Номер, с которого мне звонили, на телефоне не определился.

«Откуда он узнал, что встреча состоялась? И о вчерашних событиях? Допустим, у него такой же дар, как у Маргариты. Но для Шелестовой я пропал, как только сел в машину. Да и потом… Девушка смогла обнаружить меня лишь в гостинице. Допустим, незнакомый союзник чувствует, когда происходит контакт с лепестками. Ну и что? Не мог же он знать, что в это время над душой стоят очкарики? Да и вообще, кто он такой? Хотел же спросить, а вместо этого только успевал отвечать на вопросы. В следующий раз слова из меня не вытянет, пока себя не назовет и не объяснит, чего не поделил с очкариками».

В душе прочно поселилось чувство тревоги и пока не собиралось ее покидать. Над головой словно нависли тяжелые грозовые тучи, таившие в себе мощные разряды. Меня сильно напрягало ожидание удара молнии при полном отсутствии укрытия поблизости.

А тут еще вдруг резко всплыл вопрос, который я почему-то до сих пор себе не задал: «Кто же зашвырнул гранату в окно? И зачем?»

Глава 15Огонек

Илья, несший на руках Людмилу, и Валерия вернулись в квартиру ближе к полуночи. Лера тащила большую сумку.

– Мы решили забрать твою подружку. Доктор сказал, что сейчас ей, кроме покоя, ничего не требуется, а в больнице с этим возникли серьезные проблемы, – объяснила девушка.

– Что случилось?

– Днем неизвестный, назвавшийся ее двоюродным братом, интересовался состоянием здоровья пациентки, а вечером в палате сработала пожарная сигнализация.

– Поджог?

– Загорелась занавеска, хотя окна были наглухо закрыты – работал кондиционер.

– А Люда что говорит?

– Она, как это ни странно, спит молча. А будить человека по пустякам мы не стали.

– Как она? – спросил я вышедшего из спальни Грунева.

– Спит без задних ног. – Он протянул мне два паспорта: – Твой чист, а в другом действительно был «жучок». Маячок из документа я вытащил и оставил в квартире.

– Спасибо. Ребят проверил?

– Да. Оба были помечены. «Жучки» уничтожены, наши сейчас перебираются на новое место. Я передал им часть денег Виктора, которые лежали в тайнике.

– На чердаке?

– Ага.

– И что еще там было?

– Жесткий диск на пятьсот гигов.

– Смотрел?

– А оно мне надо? Это наследство твоей Людмилы, пусть она и разбирается.

– Тоже верно.

Валерия тем временем занялась сумкой. Сначала достала оттуда пакеты с одеждой:

– Так, мальчики, в этом будете ходить дома. Если с размером не угадала – претензии не принимаются.

Вытащив продукты, она приказала Груневу разместить их в холодильнике. Когда вслед за провизией на столе появились пистолеты, я не сдержался:

– Настоящие?!

– Да. Надеюсь, вы с Ильей вышли из подросткового возраста?

– Мы начинаем боевые действия?

– Нет. Принимаем меры по обеспечению личной защиты. Тот, кто не может постоять за себя без оружия, должен носить его с собой. Я специально подобрала компактное. Тебе, Илье и Людмиле.

– А что мы скажем господам полицейским, если те вдруг решат нас обыскать?

– Во-первых, для обыска нужно серьезное основание. Во-вторых, при необходимости можно вспомнить старый анекдот о случайной находке, которую ты как раз нес, чтобы сдать правоохранительным органам.

– Насколько я знаю, там работают не самые доверчивые люди.

– Не тушуйся, чуть позже я покажу, как такой пистолет можно спрятать на себе. Отыскать его будет очень сложно.

– Только учти – я лифчик не ношу.

– Успела заметить. Так, мальчики, с оружием разберемся завтра, а сейчас – за мной.

Мы переместились на кухню. Несмотря на поздний час, Валерия сварила кофе. Его запах разбудил шатенку, которая бесшумно появилась на пороге и сразу начала предъявлять претензии:

– Ладно мужики, они вечно о нас забывают, а ты почему меня не позвала? Знаешь ведь, что я без чашки кофе уснуть не смогу.

– Все вопросы к Илье. Он заявил, что ты и так спишь без задних ног.

– Это еще не повод лишать меня порцухи.

– Ну ты точно как в том анекдоте: «Больной, проснитесь, вы забыли выпить снотворное», – рассмеялся Грунев.

– Хватить бурчать, пациент, – подключился я. – Вам доктор прописал тишину и покой. О кофе в назначении ничего сказано не было.

– А это еще кто такой смелый с жуткими ручищами?

– Тот, кто тебя с того света вытащил, – представила меня Лера. – Между прочим, как раз теми самыми ручищами.

– Если мне сейчас не нальют кофе, то вам и этот свет с овчинку покажется.

– Присаживайтесь, мадам! – Я выдвинул из-под стола еще один табурет.

– Мне так удобней будет. – Она села ко мне на колени. – Рассказывайте, что у вас тут без меня происходило.

– Пока ничего, – пожал плечами Илья.

– Наглая ложь. Коварно воспользовавшись моим увечьем, он носил тебя на руках, – пожаловался я.

– Не смертный грех, прощается. Что еще?

– Семен сжег руки, когда колдовал у твоей постели, – наябедничал Илья, не желая оставаться в долгу.

– Нашел чем заняться, находясь рядом с красивой девушкой! Ладно, это мы с ним позже обсудим. Чем возле дома дело закончилось? Ты забрал, что я просила? – Она посмотрела на электронщика.

– Сделал все в лучшем виде. Кстати, я позаимствовал немного денег. Нашим срочно пришлось хату менять.

– И сколько там было?

– Пакет, набитый пачками тысячерублевых купюр. Я взял пять «котлет».

– Мог и больше прихватить, – махнула рукой Людмила.

Мы просидели за столом почти до самого утра. И только в постели она спросила:

– Семен, скажи честно, что ты со мной сделал вчера вечером? Ответ «не то, что хотелось» не принимается.

– Неужели я настолько предсказуем?

– Нет, это я на редкость проницательна.

– Как же мне повезло в жизни!

– Не пытайся увильнуть от ответа. Для меня это очень важно.

– Ладно, но придется начать издалека. Не возражаешь?

– Сама же спросила.

– В зеркальном отражении каждого человека над его головой я вижу цветок с семью хрустальными лепестками. Для себя условно называю его цветком души. У всех людей лепестки разные и по цвету, и по форме, и по их состоянию. Ни на первое, ни на второе я повлиять не могу, а вот поправить состояние лепестков в моих силах. Как выяснилось, это очень благотворно влияет на их обладателей, особенно на здоровье.

– А на что еще? – уточнила Людмила.

– Иногда появляются небольшие отклонения, некий побочный эффект.

– Например?

– Один начинает читать чужие мысли, другому не составляет труда воспарить в небо, третий получает способность усилием воли перемещать предметы…

– Ты это серьезно?

– Сама же за Ильей наблюдала. Он может силой мысли перемещаться с одного места на другое.

– Ну да… да… – смешалась она.

– Девушка, или вы от меня что-то скрываете, или одно из двух. Что тебя тревожит?

– Сегодня мне показалось… Да ну не может этого быть!

– Ладно, рассказывай.

– Чтобы ты считал меня сумасшедшей?

– Ты же меня не считаешь.

– Ну да… – рассеянно повторила Людмила, явно пребывая в замешательстве. – Понимаешь, в больнице… В общем, когда я смотрела в окно, вспоминала того типа с ножом… И вдруг загорелась занавеска. Я страшно испугалась, а потом сразу накатила жуткая слабость и… очнулась уже здесь. Веришь?

– Конечно. Причем даже больше, чем ты сама себе.

Рыжие лепестки, значит, обозначали дар огнетворчества.

– Хочешь сказать – это нормально?

– Милая, если ты связалась со мной, ненормальным, забудь о спокойной жизни.

– А вдруг мне действительно показалось?

– Сейчас проверим.

Я встал, влез в тренировочные штаны и вышел в прихожую, где лежали старые газеты. Вернувшись в спальню, развернул лист:

– Смотри на газету и попытайся думать так, как в больнице.

Через минуту бумага воспламенилась, и мне пришлось срочно гасить огонь.

– Вот видишь! – Она поджала коленки к груди и охватила их руками.

– Интересная способность. Даже жалко, что я не курю. Можно было бы использовать тебя вместо зажигалки.

– Издеваешься?! А я ведь тебя теперь запросто могу лысым сделать. Хочешь еще один эксперимент?

– Давай-ка без фанатизма. Даром злоупотреблять нельзя. Иначе он может обратиться против своего обладателя.

– Это как с твоими руками?

– Почти.

– И что мне теперь делать?

– Назначаю тебя своим личным огоньком. Будешь отогревать мое тело в суровые зимние стужи.

– Обойдешься. Купи себе телогрейку, дешевле получится.

– Если успела заметить, легкие пути проторены не для нас. Поэтому никуда ты не денешься, и я теперь буду тебя называть Огоньком.

– По какому праву?

– Валерия же сказала, что я подарил тебе вторую жизнь. Так что по праву родителя даю второе имя.

– Семен, или мне кажется, или тебя так пугают интимные отношения со мной, что ты даже готов стать моим папой? А может, сразу и мамой?

– Девушка, я ведь сейчас могу и забыть о состоянии своих рук, тогда ты быстро узнаешь, какой тип взаимоотношений меня больше всего устраивает…

С ней было легко, солнечно и уютно. Никогда не думал, что такое возможно. Это не просто удовольствие, а нечто большее, чему я пока не мог найти рационального объяснения. Честно говоря, и искать его особо не собирался. Пусть все идет как идет.

Сигнал сотового взорвал сон, словно игла воздушный шарик. Я подскочил как ужаленный.

– Семен, Славку убили, – прохрипел в трубку майор.

– Как? Когда? Где?! – Меня прошиб холодный пот, мгновенно развеяв остатки сна.

– Утром. Он почему-то оказался возле гостиницы, где мы останавливались вчера. Наверное, забыл что-то.

– Как вы узнали?

– Приезжай, расскажу все по порядку. Илью сам найдешь или позвонить?

– Найду.

Степаныч назвал адрес и выключил телефон.

Как ни странно, квартиру, а точнее – сразу три, наши сняли в Химках. По документам Владимира Степановича, другие уникумы удостоверений личности просто не имели. Вчера они решили расположиться как можно дальше от прежнего места. После щедрых финансовых вливаний Грунева проблем с деньгами не было.

Мы собрались во временном жилище, которое занимали Сашка и майор. Он стал рассказывать о гибели самого младшего из нашей группы.

– Когда Илья выяснил, что нас не ищут по каналам МВД, я решил выйти на старых приятелей, чтобы расспросить о взрыве на юго-востоке Москвы. В прессу почему-то до сих пор не поступало сообщений об исчезновении замминистра, с которым общался Зайцев. От бывших сослуживцев я и узнал о странном убийстве нынешним утром. Они нашли Славика и троих очкариков. Он погиб от пулевого ранения в грудь, а те трое… В общем, медики не обнаружили внешних следов насилия, лишь кровотечение из носа, глаз и ушей. Будто убийц накрыло взрывной волной.

– Сволочи! Сволочи! Сволочи! – не выдержала Маргарита. – Мальчики, пристрелите меня, пожалуйста! Я не могу больше так жить!

– Шелестова, прекратить истерику! С сегодняшнего дня мы и не будем так жить, – пообещал майор. – Хватит занимать пассивную оборону, поиграли в прятки – и баста. Я тут проанализировал на досуге, что имеют враги и средства, которые мы можем им противопоставить. Смотрите, какая получается картина.

Степаныч, на мой взгляд, выбрал правильную тактику. Главное сейчас было отвлечь нас от переживаний о невосполнимой утрате. Нервы у всех действительно были на пределе.

– Их основное оружие – способность внедрить свое сознание в другого человека и его руками загребать жар. Нам важно успеть причинить боль управляемой кукле. Володя это может сделать ментальным ударом, а остальным следует обзавестись травматическим оружием. Илья, сегодня же обеспечь всех пушками.

– Будет сделано, – кивнул электронщик.

Я сразу вспомнил о Валерии и ее сумке. Похоже, у этих двоих мысли работают в одном направлении.

– Второе. До сих пор очкарики выслеживали нас и устраивали охоту. Хватит, кувырком их через коромысло! Начнем действовать на опережение. Тебе, Семен, придется играть роль живца. Мы с Александром поделим обязанности загонщика и стрелка. Маргарита будет обеспечивать связь, Володя – осуществлять прикрытие. Сегодня же переселяешься к Шелестовой.

– Но я… – попыталась возразить девушка.

– Никаких отговорок. Мы объявляем войну, поэтому деление по половому признаку временно отменяется. Здесь нет ни мальчиков, ни девочек, только бойцы. Задача у всех одна – найти врага и уничтожить.

– Но мы даже не знаем, сколько их! – Девушка немного успокоилась.

– Ничего страшного – сосчитаем по мере убывания.

– Вы будете стрелять в людей?

– Не уверен, что они люди, – ответил Степаныч. – Опять же другого выхода нет. Либо они нас, либо мы их. Есть иные предложения?

– Может, лучше в леса податься? – подал голос Иноземцев. – Воевать среди гражданских, которых очкарики в любую минуту могут натравить на нас, опасно. А в тайге мы бы сразу выяснили, кто есть кто, и…

– Александр, не забывай, что в глубинке могут заработать другие методы. Стоит очкарику вселиться в тело любого из высоких чиновников или военного руководства, и последует приказ с подключением к розыску сотен людей, которым нас представят кровожадными убийцами. В Москве с этим сложнее. Инстанций слишком много.

– Выходит, бюрократия в данном случае работает нам на пользу? – удивился я.

– В некотором роде, – согласился Кошевар.

– А как вы собираетесь использовать меня? – Я не совсем представлял себя в качестве наживки.

– Очень просто. Будешь делать вид, что хочешь выйти на контакт со своим неизвестным собеседником. Тебе ведь тогда не по своей воле пришлось уходить, правильно?

– В общем, да.

– Покрутишься возле дома, где вы с ним общались, а мы с Александром за тобой присмотрим. Если удастся взять хотя бы одного живьем, я выбью из него всю информацию. Кстати, есть мысль, как привлечь на нашу сторону по-настоящему хороших бойцов.

– И как? Мне с каждым проводить сеанс перед зеркалом? – спросил я.

– Необязательно. Наша помощница – боль. Если парням положить, например, камешек в обувь или придумать другое нехитрое приспособление, то воздействие очкариков будет недолгим.

Я представил хромающих оперативников, но даже улыбки это сейчас не вызвало.

– Очкарики способны на ментальный удар, – напомнила Маргарита.

– Знаю, но нам все равно надо что-то придумать, а пока придется рассчитывать только на свои силы.

Часа три мы занимались обсуждением планов на будущее. Распределили обязанности среди членов группы. Мне велели заняться собственной экипировкой, чтобы издали выделяться в толпе. Мои возражения во внимание приняты не были: наживка должна бросаться в глаза.

– Так, сегодня вторник, – после решения основных вопросов начал подводить итоги майор, – понедельника ждать не будем, охоту начинаем завтра в полдень. Общий сбор в квартире Маргариты и Бобрина. Володя, ты сегодня же переезжаешь к бойцу Шелестовой.

– Да я… это. Как-то неловко.

– Отставить пререкания. Ты же не хочешь, чтобы с ней что-то случилось?

– Конечно нет.

– Вот и договорились. – Степаныч повернулся к Илье. – Вы с Семеном займете квартиру Володи, он покажет. Вопросы имеются?

– О судьбе замминистра удалось что-нибудь выяснить? – вспомнил я начало разговора.

– Пожар по указанному тобой адресу действительно зафиксировали. Жертва – мужчина сорока трех лет, хлипкого телосложения. Он, кстати, оказался владельцем сразу двух квартир на той лестничной площадке. Других трупов, насколько я понял, обнаружено не было.

– Неужели подчистили?

– Выходит, так. И еще. Тех троих, что были рядом со Славиком, так и не довезли до лаборатории.

– Почему?

– Тот, кто их сопровождал, получил удар, а когда очнулся, очкарики исчезли.

– И тут они успели, гады!

Уже на улице меня догнала Маргарита.

– Поскольку я отвечаю за связь в отряде, давай свой сотовый.

– Зачем?

– Должна лично убедиться, что на счету достаточно денег.

Она взяла телефон и сделала запрос.

– Ну как?

– На первое время хватит. – Девушка вернула мобильный. – Если хочешь, могу сходить с тобой по магазинам. Тебе же нужен сторонний взгляд?

Я уже позвонил Людмиле и договорился об этом с ней.

– А ты не хочешь помочь Володе устроиться на новом месте?

– Это не мое решение, и я от него не в восторге.

– Зря ты так. Бобрин очень хороший парень…

– Семен, если тебя тяготит моя компания, так прямо и скажи. Чего ходить вокруг да около? – Она развернулась и решительно пошла к романтику, который деликатно отстал от нас.

Некоторых девушек очень сложно понять. Когда вначале я подкатывал к Маргарите, она лишь снисходительно позволяла восхищаться собой на расстоянии, но стоило обратить внимание на другую, как разыгрались нешуточные страсти: обиды, неприязнь, ревность… И это в такое время!

– Володя, я тебя жду. Куда пойдем – сразу ко мне или сначала заскочим за твоими вещами? – Шелестова специально повысила голос.

– Мне… это… Надо сначала Илье показать дорогу к дому.

– Тогда пусть он тебе и помогает с пожитками. Только поспеши, нам еще за продуктами сходить нужно.

«Наживочную» экипировку мы подбирали с Людмилой. Наряд получился достаточно ярким, но не вульгарным, что не могло не радовать. Красная ветровка действительно сразу бросалась в глаза, синие джинсы и рубашка неплохо с ней контрастировали, а ослепительно-белые кроссовки мне и самому при ходьбе казались мелькающими фонариками.

– Огонек, ты знаешь, я со вчерашнего вечера не успел даже перекусить. Надо бы как-то с этим разобраться.

– Есть тут поблизости неплохое местечко.

Мы отправились в парк, где быстро убедились в правильности выбранной одежды. Нас довольно скоро заметили те, кто не прочь поживиться за чужой счет.

– Эй ты, петух неощипанный, а ну стой! Что-то мне морда твоя не нравится, – остановил нас коренастый тип в разрисованной драконами футболке.

Я непроизвольно сжал кулаки, хотя шансов справиться сразу с тремя амбалами у меня не было. Тем более что у второго и третьего, державшихся на расстоянии пяти шагов, я заметил в руках темные продолговатые предметы явно ударного назначения. Пришлось вступать в дискуссию.

– Мне твоя тоже, но я как-то с этим мирюсь.

– А курочка у него что надо, братаны! Я давно таких не щупал.

– Мужики, я не понял. Складывается впечатление, что вы на неприятности нарываетесь.

– Закрой пасть, задохлик, и слушай, шо тебе нормальные пацаны кажут. Отдаешь свой кошель и бабу, а сам быстрой рысью топаешь из нашего парка. Предлагаю один раз. Или Коляном по тыкве. – Он обернулся в сторону самого крупного детины.

– Для такой девушки ты мордой и всем остальным не вышел. Так что она сейчас пойдет домой, а мы продолжим разговор о петухах и курицах.