Текст книги "Египетская культура смерти. Путешествие по Дуату, загробный суд и царские мумии"

Автор книги: Ника Лаврентьева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Есть в «Книге Мертвых» и главы превращений, например «о перевоплощении в божественного сокола» (Глава 78), «о перевоплощении в бога, рассеивающего тьму» (Глава 80) или «о превращении в ласточку» (Глава 86). Такие метаморфозы свидетельствуют о почти безграничных возможностях покойного, а точнее, об икер ах, который может превращаться по собственному желанию, имея под рукой эти тексты.

Глава 110 посвящена пребыванию на «Полях Покоя» (Сехет Хотеп). На сопровождающей главу виньетке они представлены как пространство, испещренное водными протоками, где покойный занимается полевыми работами и собирает урожай. Глава 151 изображает Анубиса и «накладывание рук» на лежащую на ложе мумию, по сторонам от которой преклонили колени Исида и Нефтида. Здесь же находятся четыре сына Хора, столб джед и два светильника, два ушебти, две души ба и Анубис, лежащий на пилоне.

^{Виньетки «Книги Мертвых» Хори. Глава 151. III Переходный период, ок. 1069–945 гг. до н. э.}

^{The Cleveland Museum of Art}

Одна из важнейших глав – Глава 125, посвящена суду над покойным. Подробно описывается, как ему следует войти в Зал Обеих Маат, поприветствовать всех богов судилища, что отвечать и как признаться в несовершении грехов («отрицательная исповедь»). К этой главе полагается большая – во всю высоту папирусного листа – виньетка, где изображен Осирис, сидящий на троне в святилище кари. Перед Осирисом установлены весы, где взвешивается сердце покойного, рядом с ним стоят бог Тот, ведущий записи, сам покойный и чудовище Амаит, или Амамат, которому никак нельзя угодить в пасть, ведь это значит «умереть вторично» и бесследно исчезнуть. В тексте этой главы в помощь покойному подробно прописано, о чем его спросят и что нужно сказать, а также даны важные ремарки, которые, например, объясняют, что должно происходить в Зале Обеих Маат; даются четкие указания, что эту главу следует произносить после того, как покойный пройдет «очищение, облачится в одежды, ноги его будут обуты в белые сандалии из кожи, и глаза его накрашены сурьмой, и тело покрыто мазью анти, когда он принесет в жертву быков, и пернатую дичь, и благовония, и хлеба, и пиво, и травы садов»[52]52
  Бадж Э. А. У. Египетская «Книга Мертвых». С. 368.


[Закрыть].

Целый блок изречений (Главы 98–104, 136) помогает покойному взойти в солнечную барку, поскольку присоединение к свите Солнечного бога и было конечной целью покойного, именно так он и мог «выйти в день». Но на всякий случай была и глава «о возвращении в загробное царство после выхода из него» (Глава 122): египтяне старались предусмотреть любые возможные ситуации.

Финал «Книги Мертвых» иллюстрируется виньеткой Главы 186. На ней изображена гробница на холме, ставшем восточным отрогом горизонта, из-за него, раздвигая папирусные заросли, выходит корова Мехет-урет, неся Солнце между своих рогов. Таким образом здесь изображаются выход из Дуата и рассвет.

Некоторые главы представляют собой «“Книгу Мертвых” в одной главе», такие как Главы 17 или 64. Они являются своего рода квинтэссенцией всего, что происходит с покойным в мире ином. Вполне вероятно, что эти тексты старше самой «Книги Мертвых» и вошли в нее в результате редактирования жрецами, которые собирали материалы из различных источников.

В итоговом варианте «Книга Мертвых» состоит из 186 глав, однако иногда в нее могут включаться дополнительные элементы. Этот сборник сохранился в двух редакциях – «фиванской», характерной для Нового царства, и «саисской», которая была более упорядочена и использовалась в Поздний период, вплоть до Греко-римской эпохи. Самые нарядные иллюстрированные свитки «Книги Мертвых» достались Британскому музею – это папирус Ани (инв. № ЕА 10470) и папирус Хунефера (инв. № ЕА 9901), которые датируются XIX династией. Длина свитков могла быть весьма впечатляющей: папирус Хунефера имел в длину 5,5 метра, и этот список был еще не самым длинным. Например, длина папируса Ани составляла 27 метров. Однако высота свитков классической иллюстрированной фиванской версии колебалась у отметки 40 см. Это было связано с длиной папирусного стебля, который годился для изготовления писчего материала. Для более поздних списков зачастую либо использовали менее качественное сырье, либо экономили, так что высота папирусных листов чаще всего была меньше. Изображения и тексты на свитки наносились сначала папирусными кисточками, а позднее – тонко срезанной папирусной палочкой или пером.

Кроме «Книги Мертвых», которая была личным путеводителем и содержала изображение покойного как действующего лица в каждой сцене, существовали также книги, описывающие иной мир в качестве неотъемлемой части древнеегипетского космоса. Они рассказывали и показывали, как само Солнце преодолевает путь через тот свет, чтобы возродиться вновь. Безусловно, именно такой сборник лучше всего подходил для помещения в гробницу царя, имевшего солнечную природу.

«КНИГА АМ-ДУАТ»

Наряду с «Книгой Мертвых» одним из самых подробных, популярных и часто переписывавшихся произведений заупокойной литературы начиная с эпохи Нового царства стала «Книга Ам-Дуат» – один из важнейших источников в ряду «книг иного мира». Причем это источник наиболее полный и ранний, возникший в начале Нового царства. Пережив редакцию как текстов, так и изображений, он просуществовал настолько долго, что некоторые напоминания об этой книге встречаются на египетских памятниках даже в Греко-римскую эпоху.

В египтологической литературе произведение получило название «Книга Ам-Дуат» («Книга о том, что в Дуате»), что является кратким вариантом древнеегипетского заглавия «Послание из Сокрытого Помещения, местопребывания душ-ба, богов-нечеру, теней-шуит, духов-ах, видимых образов-хеперу. Ее начало – отрог западного горизонта, ее концы – в непроглядной тьме».

Самые ранние «царские» списки датируются правлением Тутмосидов (XVIII династия) и представляют собой вовсе не папирусные свитки. Впервые «Книга Ам-Дуат» встречается на стенах погребальной камеры гробницы Тутмоса III (КV 34) в Долине Царей. При этом цвет фона имитирует бело-желтую папирусную основу, а вытянутая композиция, помещенная на стены овальной погребальной камеры, не имеющей углов, также напоминает развернутый папирусный свиток.

Характерная особенность «Книги Ам-Дуат» – ее разделение на 12 частей. Все пространство иного мира здесь измеряется часами, и, таким образом, книга состоит из 12 часов ночи, причем часы, по-видимому, не равны и не полностью совпадают с астрономическими (например, летом в Египте ночь длится менее 12 часов). Это те часы, которые Солнце проводит в ином мире, то есть от заката до восхода. В каждом часе происходят свои события, в каждом пространстве-часе располагаются свои обитатели. Эти часы представляют собой не только временные отрезки, но и разные регионы, из которых состоит пространство иного мира.

^{Папирус «Книги Ам-Дуат». 12-й час. III Переходный период, ок. 1076–722 гг. до н. э.}

^{Museo Egizio. Cat. 1776}

Первый час – закатный: Солнце в образе овноголового бога Иуфа заходит за западный горизонт, и его ладья вплывает во тьму загробного мира. Второй час – область Уэрнес, через которую проходит солнечная ладья со свитой. Третий регион – Поля Пертиу («Поля Всходов), которые находятся под властью Осириса. Там покойного подстерегает опасность попасть в западню, но знающие об этом спасутся, и их ноги будут достаточно сильны, чтобы избежать «места уничтожения». В четвертом часу ночи ладья опускается в тайную пещеру, врата которой зовутся «Сокрытое протаскивание» (Ра-Сетау), а сама она именуется «Живая образами». Кто знает дороги Ра-Сетау, тот достигнет пустырей Имемхет, владений Сокара-Херишефа. Через пятый час проходит истинная дорога, огибающая по верхней стороне тайную пещеру Сокара-Херишефа. Здесь происходит первое превращение Солнечного бога.

^{Папирус «Книги Ам-Дуат» Буирухармут. Элементы 10-го и 12-го часов. III Переходный период, ок. 1069–715 гг. до н. э.}

^{The Cleveland Museum of Art}

На барке под названием «Рассекающая воду» Солнце входит в шестой час. Великий бог наделяет приношениями обитателей этого часа, чьи образы неведомы и непознаваемы. Седьмой час – это Пещера Осириса, где Апоп преграждает барке дорогу, но свита Солнца обходит эту отмель и движется дальше: тело Апопа разрублено, так что вся вода, выпитая им, вышла из него, и барка вновь может плыть. Восьмой час ночного путешествия проходит в пещере «богов тайных на песке их». Название города, где живут эти божества, – «Саркофаг Богов». Свита бога тянет его барку, а он раздает приказания. Следующая пещера – девятый час пути. Кто знает имена богов в команде барки, тот будет оправдан судьями в «день великого расчета», когда подсчитывают все совершенные добрые и злые дела. В пещере десятого часа бог Хепри умиротворяется подле Ра. Тот, кто знает таинственные изображения в Игерет, пройдет Дуат насквозь и не будет отринут, когда перед Ра озарятся небеса. Имя города в пещере одиннадцатого часа – «Вход в пещеру счета трупов». Эту пещеру проходит Великий бог, чтобы выйти из восточного отрога небес. Имя этого часа – «Звездный владыка барки, сокрушающий врага своим выходом из Дуата». Последний, двенадцатый, час – пещера, где рождается Хепри. Возникают из этой пещеры Нун и Наунет, Хех и Хаухет, чтобы породить Великого бога. Он выходит из Дуата в барке Манджет и сияет между бедер породившей его Нут. Знание этого – просветление и на небе, и на земле.

У «Книги Ам-Дуат» была также более поздняя «жреческая редакция» (III Переходный период), когда последние четыре часа путешествия по иному миру изображались на папирусных свитках, а также на антропоидных саркофагах, а отдельные цитаты – на погребальном инвентаре.

«ЭНИГМАТИЧЕСКАЯ КНИГА ИНОГО МИРА»

Среди всех «удивительных вещей», которые Говард Картер обнаружил в гробнице Тутанхамона (KV 62) в Долине Царей в 1922 году, самыми большими предметами были, пожалуй, деревянные позолоченные ящики – наосы, покрывавшие саркофаги погребенного царя и занимавшие большую часть погребальной камеры. Их стенки испещрены различными текстами и изображениями, среди которых и «Энигматическая книга иного мира». Она датируется временем правления Тутанхамона – концом XVIII династии.

«Энигматическая книга» уникальна в своем роде и связана только с гробницей KV 62, другие списки этого произведения нам неизвестны. «Книга» расположена на стенках второго наоса царя и, к сожалению, не имеет или не сохранила египетского названия. Нам даже неизвестно, целиком ли представлено здесь это произведение или из него взяты только фрагменты. Закрепившееся за ним название основывается на том, что его тексты и имена божеств даются энигматическим письмом[53]53
  Энигматическое письмо – тайнопись, нетрадиционное использование отдельных иероглифов и создание новых, зачастую композитных знаков, которая применялась преимущественно в религиозных текстах начиная со Среднего царства. В Поздний период надписи могут представлять собой смешение энигматического и обычного иероглифического письма во избежание прочтения непосвященными.


[Закрыть].

^{Солнечная барка бога Иуфа и защищающий его змей Мехен. Подготовительный рисунок для рельефа. Гробница Хоремхеба, XVIII династия, ок. 1323–1295 гг. до н. э. Рисунок Л. Крэйн, начало XX в.}

^{The Metropolitan Museum of Art}

Это произведение представляет собой две прекрасно сохранившиеся части, расположенные на продольных стенках наоса, композиционно сопоставимые с «Книгой Ам-Дуат»: три регистра и сцены, включающие множество фигур. Только Солнце здесь не плывет в ладье, а изображено в виде многочисленных солнечных дисков. Действие разворачивается от задней стенки наоса к дверям. Композиция левой панели открывается двумя расположенными друг под другом сценами воздвижения двух штандартов: «голова Ра» (с навершием в виде головы барана) и «мощь Ра» (с головой шакала сверху, на которую сходят лучи, льющиеся из солнечного диска с помещенным в него изображением солнечного ба). Далее в обоих регистрах помещены фигуры божеств, которые находятся в темных пещерах Дуата, но даже к нижним проникают солнечные лучи. Во второй части доминирует мумиобразная фигура царя. Змей Мехен окружает его голову, другой змей – ноги. В его чреве находятся солнечный диск и его солнечный ба (птица с головой овна). Таким образом, Тутанхамон оказывается под защитой змея, как солнечное божество в ладье, окруженное Мехеном. Это позволяет предположить, что данное изображение призвано выявлять солнечный аспект сущности фараона.

За спиной царя пространство вновь разделяется на три регистра. В верхнем располагаются фигуры божеств в саркофагах с припиской, что они видят солнечные лучи, а их души могут следовать Великому богу. В среднем регистре божества с поднятыми в приветственном жесте руками одновременно тянут веревку, исходящую из чрева большой фигуры царя и связанную с солнечным ба. Эта деталь отчетливо напоминает мотив из «Книги Ам-Дуат» (двенадцатый час), когда процессия тянет священную ладью с солнечным божеством. Здесь в качестве вместилища Солнца, а точнее его частицы, выступает тело почившего фараона. В этой фигуре можно усматривать также изображение Великого бога, соединившего в себе и солярное, и осирическое начала. В нижнем регистре находится одно из изображений такого соединения, предшествующего воскресению: между двумя стоящими стражами расположены два саркофага-«капсулы», в верхней лежит Осирис в белой короне, в нижней – Ра. Эти «капсулы» окружены тремя кольцами змея, имеющего человеческую голову и вытянутую вперед руку. Справа находится форма, которая может символизировать холм, откуда появляется Солнце на восходе, или гробничную стелу.

На другой панели значительное место отводится группам повторяющихся фигур. Композиция также разделяется на три регистра. Фигуры верхнего и нижнего регистров делятся на три группы, среднего – на две. На головы мумиобразных фигур изливается свет, исходящий от звезд и солнечных дисков, или огонь из змеиных пастей. В верхнем регистре превалирует символика небес: солнечные диски, звезды и антропоморфные фигуры, изображение которых здесь связывают с существами солнечной природы. В нижнем регистре также присутствуют изображения солнечных дисков, но здесь обращают на себя внимание иные мотивы: осирические фигуры в белых коронах, образы с бараньими головами, указывающими на их принадлежность к условно «нижнему миру», так как эта символика близка иконографии бога Иуфа – Солнца, пребывающего в Дуате. Группа женских фигур в нижнем регистре представляет их в образе связующего звена между солнечным и змеиным огнем, выходящим из недр земли. При этом их чрева – это вместилища, дающие рождение и звездам, и Солнцу. Средний регистр является переходным, поэтому здесь появляются изображения поднимающихся воскресающих фигур и львиноголовых существ. Стоящие фигуры во всех трех регистрах обращены к заключительной сцене. Она охватывает всю высоту панели, также имеет скругленные края и по значению, бесспорно, близка наиболее характерному мотиву двенадцатого часа «Книги Ам-Дуат» и посвящена представлению Солнца при выходе его из недр Дуата, а также отражает цикличность и непрерывность этого процесса.

По окончании амарнского «переворота»[54]54
  Религиозная реформа, проведенная царем Эхнатоном в конце XVIII династии (1351–1334 гг. до н. э.), утвердившая Солнечного бога Атона как единственного явленного бога с отрицанием других традиционных древнеегипетских божеств и прежде всего фиванского бога Амона. Вероятно, представления о загробной жизни, связанной с осирическим циклом мифов, также были пересмотрены. Столица Эхнатона была перемещена из Фив в новопостроенный Ахетатон, который также традиционно именуется по ближайшему к нему арабскому поселению Амарна. Отсюда название периода и реформы – амарнская.


[Закрыть] «Энигматическая книга» стала продуктом поиска новых образов и способов выражения почитания Солнца во всех его ипостасях, но, вероятно, не нашла дальнейшего развития, так как вся эпоха реформы и последующей «реставрации»[55]55
  Эпоха реставрации – период после смерти Эхнатона (между 1353–1336 гг. до н. э.), когда произошло программное возвращение к традиционным древнеегипетским культам и религиозным представлениям. Термин восходит к «Реставрационной стеле Тутанхамона» (Каир, Египетский музей, СG 41504) – документу, который фиксирует политику возврата к почитанию прежних богов. Этот период также именуется постамарнским, поскольку в то время двор покидает Ахетатон. Эпоха реставрации приходится на финал XVIII династии и прежде всего на правление Тутанхамона (ок. 1332–1323 гг. до н. э.).


[Закрыть] конца династии тщательно вытеснялась из истории самими египтянами. Однако некоторые образы и художественные решения все же нашли свое продолжение в композициях рамессидских «книг иного мира», особенно в «Книге Врат».

«КНИГА ВРАТ»

Это произведение заупокойной литературы Нового царства – еще один источник, описывающий и изображающий Дуат. Тексты «Книги Врат» часто можно встретить на стенах гробниц Рамессидов (XIX–XX династии) в Долине Царей. Произведение повествует о вратах и регионах, которые надо миновать солнечной барке.

Впервые «Книга Врат» появляется в гробнице Хоремхеба, на стенах погребальной камеры, хотя ранее это место обычно принадлежало только «Книге Ам-Дуат». Рамсес I также использовал для декора погребальной камеры только «Книгу Врат». Но уже в гробнице Сети I наблюдается другая картина: «Книга Ам-Дуат» возвращается в погребальную камеру, а фрагменты «Книги Врат» перемещаются в два больших колонных зала. Великолепный алебастровый саркофаг Сети I (Лондон, Музей Соана), обнаруженный Джованни Бельцони и привезенный им в Лондон, содержит самую раннюю и наиболее полную версию книги, которая позднее и воспроизводилась. Вслед за Рамсесом II в погребениях фараонов эта книга встречается в погребальных камерах, колонных залах гробниц, а также в боковых помещениях.

Здесь также присутствует попытка описать весь Дуат как неотъемлемую часть древнеегипетского мироздания, свойственная «Книге Ам-Дуат», но речь все же идет о более конкретном его аспекте: основное внимание уделяется изображению порталов и врат между пространствами Дуата и преодолению опасностей, которыми грозят их стражи.

^{Демоны, охраняющие врата. Главы 145 и 146 «Книги Мертвых». Гробница Сеннеджема, Фивы, ТТ1.}

^{Archivio Museo Egizio. C00079}

По-видимому, «Книга Врат» – это производное от «Книги Ам-Дуат»: она также делится на 12 частей, здесь также изображается ладья Солнечного бога со свитой. Извлечения из нее, в том числе иллюстрации, сохранились на папирусных свитках и саркофагах. Основными иконографическими особенностями этого произведения являются изображения врат со змеями, которые отделяют один час от другого; сцена суда в пятом часе, где Осирис сидит на троне, расположенном на вершине лестницы; финальная виньетка, изображающая передачу восходящего Солнца из Дуата в утреннюю барку.

Первая особенность «Книги Врат» – изображения разделяющих пространства Дуата ворот, которые и дали название произведению. Врата являются маркерами перехода из одного часа в другой, они подчеркивают топографическую структуру Дуата и вносят четкость в деление на сцены, описывающие его пространственные часы. В «Ам-Дуате» такие ворота подразумеваются, но не изображаются. В «Книге Мертвых» покойный должен миновать врата (Глава 144 – аререт, 145 – себхет), которые представляют собой препятствия, а для их преодоления необходимо знание соответствующих магических заклинаний.

В Зале Двух Истин ворота описываются как живые кобры, вопрошающие входящего («Книга Мертвых», Глава 125). В изображениях «Книги Врат» они также связываются со змеями, охраняющими проходы между регионами Дуата.

Солнечная барка – один из важнейших элементов оформления «книг иного мира» – здесь имеет явное отличие от изображений в «Книге Ам-Дуат». Ее «экипаж» максимально сокращается: из многочисленных спутников солнечного бога Иуфа в ней остаются только двое – Сиа («мысль задуманная») и Хека («магия»). В первом часе Солнечный бог сразу предстает в виде скарабея в солнечном диске, окруженном змеем Мехеном. Это создает впечатление «зародыша» обновленного бога, помещенного в защитную «плаценту», в которой он должен созреть и возродиться, а впоследствии выйти из нее. Это и происходит в последнем часе книги, где Хепри выходит из Дуата и где исчезает изображение Мехена вокруг наоса солнечного божества: Солнце рождается, покидая Дуат. Отметим также изменившееся количество персонажей, составляющих «дневное сопровождение» Солнца, которые принимают его в дневную ладью. Этот элемент, наряду с другими особенностями, может свидетельствовать о присоединении последней виньетки к композиции книги, что было результатом ее редакции по аналогии с окончанием «Книги Ам-Дуат».

Однако большое количество персонажей, фигурирующих в «Книге Врат», – характерная черта, свойственная «книгам иного мира». Такое упорядочивание вытянутой композиции может свидетельствовать о стремлении мастеров облегчить восприятие многофигурных сцен, а также говорит в пользу дальнейшего развития приемов, использование которых начинается в «Книге Ам-Дуат», но еще не имеет там такой степени структурированности.

Два элемента книги выделяются из общего ряда сцен, имеющих трехрегистровое построение. Это сцены после пятого[56]56
  У. Бадж и Э. Хорнунг отмечают, что сцена помещена за пятыми вратами, но до начала шестого часа. И в «Книге Ам-Дуат» именно в этот момент происходит великое таинство – соединение солнечного божества со своей «плотью», после которого и начинается омоложение, или возрождение, Солнца. Этот мотив отсутствует на папирусных списках «Книги Ам-Дуат» III Переходного периода (он заменяется изображением суда в Главе 125 «Книги Мертвых», которая была парной к «Книге Ам-Дуат» в погребальном инвентаре того времени).


[Закрыть] и двенадцатого часов, выполненные в виде полноразмерных виньеток. Обе они имеют, пожалуй, наибольшее смысловое значение, и таким образом на них сосредоточивается внимание. В погребальной камере гробницы Хоремхеба, на противоположной входу стене, находится сцена суда Осириса. Эта сцена «Книги Врат» – единственное изображение суда в «книгах иного мира», за исключением, конечно, «Книги Мертвых». Бог-судья с посохом хека и знаком жизни анх в руках, восседающий на троне, расположенном на ступенчатом возвышении, назван Осирисом. Перед ним находятся весы с пустыми чашами, а по ступеням к нему поднимается «Эннеада, которая в Осирисе».

Сцена суда довольно сильно разнится с ее представлением в «Книге Мертвых». Весы пусты[57]57
  Бадж указывает, что на одной чаше весов изображена птица (бин), которая символизирует зло и слабость. См. Budge E. A. W. The Egyptian Heaven and Hell. Vol. II. London, 1906. P. 161.


[Закрыть], на них ничего не взвешивается, чудовище Амамат отсутствует. В правой части изображена ладья, удаляющаяся от Осириса, в ладье – черный кабан (символ Сетха) и побивающая и подгоняющая его палкой обезьяна (возможно, символ Тота). Над ними – еще одна обезьяна с изогнутой палкой в руках. В правом верхнем углу изобразительного поля лицом к Осирису стоит Анубис – необходимый персонаж при изображении сцены суда.

Похоже, перед нами изображение не обычного суда над покойным, а судилища, в результате которого изгоняется все зло, которое здесь персонифицируется в образе черного кабана – Сета, нанесшего вред Оку Хора. Поскольку речь здесь идет не о простом покойном, а о царе, необходима отсылка к первообразу суда, в результате которого Сет признаётся виновным, Хор получает трон своего отца, а его Око восстанавливается, что во всех заупокойных текстах приравнивается к торжеству Маат. Осирис выступает в качестве царя иного мира и судьи, чье слово рассудит не только людей, но и богов. Текст, сопровождающий эту сцену, записан энигматическим письмом[58]58
  Бадж находит параллель этого текста, записанного обычным иероглифическим письмом, на саркофаге Джехра – Tcheghra в транслитерации Баджа (Париж, Лувр).


[Закрыть].

^{Последняя виньетка «Книги Врат». Рождение Солнца. Прорисовка с крышки саркофага Cети I.}

^{Wikimedia Commons}

Вторая полноразмерная виньетка находится в самом конце книги и описывает выход возродившегося Солнца из Дуата. Эта сцена является важнейшим источником для понимания того, каким был образ Дуата в контексте мироустройства для египтян Нового царства. Причем здесь Дуат показан не изнутри, как обычно его изображают в «книгах иного мира», а со стороны – так, что можно судить о его форме и местоположении в египетском мироздании. Из вод Нуна на воздетых руках бога поднимается дневная солнечная барка. Ее экипаж состоит из Геба, Шу, Хека; Ху и Сиа на рулевых веслах и Исиды и Нефтиды, принимающих на руки Хепри – рождающееся Солнце. Его принимает богиня Нут.

Роль Нут в этой композиции двояка. С одной стороны, она получает Солнце, потому что рождает его, но она же передает его в ладью, которая в дневные часы проплывет по небу, то есть по поверхности ее тела. Ладья же восходит из вод Нуна, так как выход Солнца происходит из бедер Нут. Солнце оказывается в том месте, где небо касается земли, то есть на краю света, который омывается водами Нуна. Тогда Нут подхватывает Солнце и помещает его в ладью, которая, по «Книге Ам-Дуат» (двенадцатый час), «упокаивается на теле Нут». С другой стороны, Нут «стоит» на голове Осириса. Тело Осириса свернуто в кольцо, ступни его ног прижаты к затылку, он находится словно в «антиэмбриональной» позе. А в пространстве, образованном его изогнутым телом, стоит надпись: «Это Осирис. Окружает он Дуат».

На замкнутость Дуата и на его кругообразную форму обратил внимание еще У. Бадж[59]59
  Budge E. A. W. Op. cit. Vol. III. P. 89.


[Закрыть]. Выход из этого пространства находится, как известно еще из «Книги Двух Путей», у головы Осириса, именно там, где смыкается его тело. Следовательно, выход из Дуата находится у ног богини Нут. Солнце выходит из Дуата, и его рождает Нут. Таким образом, Дуат, как и образующий его своим телом Осирис, находятся внутри Нут. Итак, нам становится понятна локализация Дуата. Кроме того, понятно и местонахождение Осириса: умерев, он возвращается туда, откуда появился, – в тело своей матери Нут. Становится ясно, почему топография Дуата совпадает с картой Египта в точках, имеющих названия древнейших египетских городов. Во-первых, это места проявления мира божественного в мире людей, так как там находятся важнейшие египетские святилища[60]60
  Чегодаев М. А. Сестра Богоматери // Древний Египет и христианство (к 2000-летию христианства). Материалы научной конференции. М., 2000. С. 124–126.


[Закрыть]; во-вторых, они отражают карту Египта на момент правления Осириса. Осирис, будучи фараоном, являл собой «тело» Египта, а умерев, его тело стало Дуатом, но не перестало быть картой Египта мифических времен. И если Дуат находится в Осирисе, который, в свою очередь, находится в теле Нут, то отождествление саркофага с Нут (когда она изображается на его крышке или днище) совершенно закономерно[61]61
  Один из ярких примеров – саркофаг Хорнеджтиэф (инв. № ВМ ЕА 6678) Птолемеевского времени (III в. до н. э.). См. Strudwick N. Masterpieces of Ancient Egypt. The Trustees of the British Museum, 2006. P. 294–295.


[Закрыть]. Небо в этой картине мира представляется как граница, вокруг которой циркулирует Солнце: по небу, видимому людям, – днем; внутри Нут, за пределами человеческого восприятия, – ночью в Дуате[62]62
  Лаврентьева Н. В. Сакральная топография Египта: пространство Дуата в заупокойных текстах // Studia Religiosa Rossica. 2019. № 4. С. 51–67.


[Закрыть].

Надо отметить и еще ряд деталей, специфических именно для «Книги Врат». Первый час открывается изображением двух штандартов, как мы уже видели в «Энигматической книге». В третьем часе солнечная барка становится баркой земли, минующей покойных в их саркофагах, затем – озеро Огня, а в нижнем регистре впервые появляются Апоп и две Эннеады, помогающие Атуму его преодолеть. Четвертый час отличается изображением двух озер (озера Жизни и озера Уреев) в верхнем регистре, в среднем – изображениями змея и 12 богинь, являющими собой образ 12 ночных часов. В нижнем регистре выделяется наос с фигурой Осириса, а также четыре огненных «места уничтожения», куда входят «враги бога». В пятом часе перед баркой появляется несомый божествами змей с именем «Закрученный» (эпитет Апопа), которого Солнечный бог призывает уничтожить, чтобы дать дорогу его барке. В нижнем регистре изображены четыре «расы»: египтяне, азиаты, нубийцы и ливийцы. После сцены суда в шестом часе происходит соединение солнечного ба со своим телом – важнейший этап всего ночного путешествия, необходимый для возрождения Солнца.

Следующая особенность периодизации событий в Дуате – изображение утонувших: в «Книге Ам-Дуат» это десятый час, в «Книге Врат» – девятый. Десятый же час «Книги Врат» – один из наиболее разнообразных с иконографической точки зрения. В верхнем регистре изображен сфинкс с головой сокола – Хор в ладье, вторая его голова находится сзади и имеет антропоморфный вид, на обеих головах белые короны. На теле этого существа поместился персонаж Херуи-фи («Двуликий»), имеющий на плечах головы Хора и Сета[63]63
  Ср. с двухголовым персонажем, стоящим на змее Мехене в одиннадцатом часе «Книги Врат».


[Закрыть].

Чуть поодаль – многоголовый змей Шемти с несколькими парами ног, которого поддерживает антропоморфный персонаж Упу. За ними – еще более миксоморфная группа: змей Биа-та о двух головах в белых коронах, на нем стоит на ногах змей Тепи, на каждом конце его тела по четыре человеческих головы, причем крайние имеют по паре рук. Тело второго змея поддерживает антропоморфная фигура Ибеч.

Все они (а также персонаж из нижнего регистра – двухголовая кобра Хепри, на теле которой посередине сидит Хор Дуатный в виде сокола в двойной короне) являют собой развитие иконографии змея Теш-херу («Терзающего») и сидящего на нем сокола Хор-хенти[64]64
  Хорнунг называет его «душа Сокара». См. Hornung E. The Ancient Egyptian Books of the Afterlife. London: Cornell University Press, 1999. Р. 40.


[Закрыть] из десятого часа «Книги Ам-Дуат». Боги и богини в разных обличьях держат сети, чтобы защитить Солнце. Вновь происходит битва с Апопом, против которого выступают четыре персонажа с гарпунами, обвязанными веревкой. Ее конец держит в руках существо Иаи с телом змеи и головой человека, на которой изображен солнечный диск между ослиных ушей[65]65
  Так полагает Бадж и называет его «Ослом». См. Budge E. A. W. Op. cit. Vol. II. P. 241–242. Вероятно, так показан бог Сетх.


[Закрыть]. Иаи направляет оружие против Апопа. В последнем, двенадцатом часе в верхнем регистре мы видим сыновей Хора: они связывают змей, которыми стали части разрезанного тела Апопа. В среднем регистре на ладье Солнце поворачивает свой лик в сторону восхода, а в нижнем регистре показаны со звездами на головах персонификации всех 12 пройденных часов и Божественное Око, которое оберегает божество с именем Хер-несет-эф («На месте его»), что свидетельствует о целости и невредимости Солнечного Ока.

^{Папирус «Книги Ам-Дуат». 10-й час. III Переходный период. В верхнем регистре даны образы молодого возрождающегося Солнца, в том числе скарабей Хепри. В среднем регистре солнечный бог Иуф плывет в ладье. В нижнем регистре изображены умершие, утонувшие в Ниле.}

^{Rijksmuseum van Oudheden}

«КНИГА ПЕЩЕР» («КНИГА КЕРЕРТ»)

В эпоху XIX династии появляется и «Книга Пещер» («Книга Керерт»). Название этого произведения условно: неизвестно, как называли его сами египтяне. Книга впервые зафиксирована на стенах гробницы Мернептаха[66]66
  К этому же времени относится и декор на стенах кенотафа Сети I в Осирийоне.


[Закрыть]. В гробницах Таусерт и Рамсеса III заключительная сцена занимает первенствующее место в программе декора погребальной камеры. Самый полный список находится в гробнице Рамсеса VI в передних коридорах гробницы напротив «Книги Врат».

Композиция «Книги Пещер» заметно отличается от общей двенадцатичастной структуры «книг иного мира», характерной для «Книги Ам-Дуат» и «Книги Врат» и отражающей особенности топографии Дуата. Но и здесь построение книги тяготеет к упорядоченности. Несмотря на то что в «Книге Ам-Дуат» путь через пещеры проходит с седьмого по одиннадцатый час, в «Книге Пещер» все пространство иного мира рассматривается как последовательность пещер-керерт. Произведение делится не на двенадцать, а на шесть частей-блоков, соответствующих пещерам иного мира:

1) вступление Солнца в иной мир;

2) приветствие существ иного мира;

3) «пещера, где находится Акер» – трансформация, соединение Ра и Осириса;

4) начало воскресения;

5) литания, фигуры Нут и Осириса;

6) выход Хепри из «двух таинственных пещер Запада» (Ра и Осириса).

В заключении «книги» мы видим выход солнечной ладьи из Дуата через воды Нуна, рождение солнечного младенца и приветствие его на рассвете.

«Книга Пещер» сравнительно невелика и более однообразна, чем, например, «Книга Ам-Дуат». Общая последовательность событий, происходящих во время ночного пути божественной барки и трансформации Солнца, соответствует другим, более подробно организованным «книгам иного мира».

Трехрегистровая композиция не всегда строго выдерживается. В первой и второй частях композиция строится, как правило, в пять регистров[67]67
  Колебание количества регистров Э. Хорнунг связывает с ограниченностью пространства гробницы. Первые две части располагаются чаще всего в передних коридорах гробниц. В гробнице Рамсеса VI из-за нехватки места фрагменты книги пришлось перенести на грани нескольких столбов «колонного зала». См.: Hornung E. Op. cit. P. 83.


[Закрыть]. Нижний регистр посвящен наказанию «врагов бога», что характерно для большинства «книг иного мира», но в «Книге Пещер» изображения наказаний и мучений становятся подробнее, среди врагов появляются женские образы, а также перевернутые фигуры[68]68
  См. Чегодаев М. А. «Чтобы не быть перевернутым» (комментарий к 51-й главе «Древнеегипетской “Книги мертвых”») // Вестник РГГУ. 2000. № 4. Кн. 1. С. 57–71.


[Закрыть].

^{Солнце в виде овноголового бога с распростертыми крыльями выходит из Дуата. Сцена из «Книги Пещер». Гробница Таусерт и Сетнахта в Долине Царей (KV 14). Рисунок первой половины XIX в.}

^{Lasinio, Carlo (Engraver); Angelelli, Giuseppe (Artist); Rosellini, Gaetano (Artist); Cherubini, Salvador (Artist); Rosellini, Ippolito (Author). Lo Spirito di Chnuphis [Khnum]: quadro tratto dalle tombe di Biban-el-Moluk. Pisa / 1832. From The New York Public Library Digital Collection}