Текст книги "Измена. Боль между нами (СИ)"

Автор книги: Наталья Жилякова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)

Глава 26

– Не звони мне больше. Слышать тебя не хочу! – кричу Андрею вместо приветствия. Прошли всего сутки с нашей последней встречи, а он позвонил мне уже раз двадцать, если не больше. Закинула его в блок. Неужели не понятно, что я не хочу общаться?

Сейчас набрал мне с Ленкиного телефона.

– Вика, постой! Не бросай, пожалуйста! – В голосе мольба. – Я по важному вопросу. Это правда важно.

– Суд определит место и время общения с дочерью, тогда и…

– Ты говорила, что нам нужно обсудить раздел имущества. – перебивает. – Зачем нам доводить до суда? Мы же можем сами договориться.

Замираю от его фразы. Значит… это все происходит с нами на самом деле, все уже решено. Я должна радоваться, но почему-то ощущаю грусть и пустоту.

– Давай обсудим при встрече. – Андрей переходит на деловой тон. Понял, что поймал меня своим «щедрым» предложением.

Я и сама предпочла бы не доводить дело до казенных учреждений и не делить прилюдно каждую ложку. Очень надеюсь, что у нас до этого не дойдет.

– Вчера виделись, – буркаю недовольно, не могу резко перестроиться на дружелюбность.

– Давай я заеду, и мы спокойно обо всем поговорим. Вик, пожалуйста. Обещаю, больше никаких сюрпризов.

– Я не хочу больше видеть тебя в своем доме. Вообще тебя видеть не хочу!

– Хорошо, давай заеду за тобой, посидим в любом месте, в каком захочешь.

Категорически отказываюсь. Не хочу даже за мелочь быть ему обязанной.

– Ладно, – отвечает миролюбиво. – В «Томатос» через час сможешь подойти?

– С дочерью не хочешь пересечься? – не могу удержаться от колкости.

– Зачем ты так?.. – Андрей печально вздыхает. – Знаешь ведь, что я на все ради нее готов.

– На все, кроме того, чтобы не изменять мне. – Еще один тяжелый вздох, в котором концентрируется вся наша боль. – Буду ждать тебя через час.

Ничего не отвечаю, кладу трубку. Лена перезванивает буквально через пару секунд. На этот раз на проводе она.

– Извини, что так вышло… – с ходу начинает оправдываться. – Он очень просил. У вас там какие-то сложности? Все же разводитесь? Я тут услышала краем уха… Господи, совершенно не верится…

– Лен, я… – Не знаю, как закончить фразу. Андрей своим внезапным звонком и предложением выбил меня из колеи. Мне нужно время успокоиться, собраться с мыслями и подготовиться ко встрече с мужем.

– Ладно, – она соглашается слишком быстро. – Понимаю… Я тебе вот что звоню. Тут такое дело… – Слышу, как она встает, идет куда-то, потом хлопает дверь и снова наступает тишина. – Проверяла, нет ли кого в коридоре, – поясняет. – У нас фигня какая-то творится с поставками. Смирнов вчера твои анкеты принял, ну, не сам, конечно, есть там какая-то фифа. Звонила мне, верещала, что она дюже важная мадам.

Ленка всегда в рассказах любит добавить личное впечатление о собеседниках, даже если они общаются по телефону и ни разу друг друга в жизни не видели.

– Так вот, она мне сначала позвонила и вежливо так: сюсю-мусю, ваши бумаги пришли. А вот буквально перед тем, как Андрей зашел, опять набрала. И с ходу: вы не понимаете, с кем связались, только отнимаете мое время.

– А что произошло-то? – прерываю ее. Подобное красочное описание может длиться долго, а мне нужна конкретика.

– В общем, Смирнов приостановил поставки, Андрея вызывает сегодня в пять. Баба эта сказала, что это очень важно и чтобы мы были готовы ко всему.

Ого… что же там случилось? Неужели, я сделала какую-то ошибку? Но, вроде, правильно все было, перепроверила трижды. Да и в чем там ошибиться? В анкете дядь Володи?

– Вик… тут без тебя все рушится…

Такими темпами нам и делить скоро будет нечего. Грустно усмехаюсь своим мыслям.

На встречу с Андреем иду как на иголках. Он уже ждет меня за столиком у окна, уминает пиццу. Хорошо, хоть место выбрал другое, еще один ушат флэшбеков я не вынесу.

– Что со Смирновым? – спрашиваю, как только опускаюсь в кресло напротив.

– Ленка разболтала? – Не замечаю в нем напряжения, наоборот, он мне кажется излишне расслабленным. – Отлично выглядишь! – Порывается еще что-то сказать, но замолкает.

Киваю в ответ, пропускаю его комплимент мимо. Надела свои любимые черные брюки, белую футболку и темно-синий просторный пиджак. Раз уж мы планировали говорить о делах, то и выглядеть мне хотелось соответствующе.

Передо мной опускается чашка с капучино, тарелка грибного супа и чизкейк. Улавливаю аромат свежей мяты. Помнит, что я люблю добавлять в кофе этот сироп.

– Не знал, обедала ты или нет, заказал твое любимое. Ну и пиццу бери, конечно.

– Давай к делу, – говорю вместо благодарности.

– Да, конечно, – отвечает поспешно. Достает на стол папку, выкладывает передо мной несколько листов с расчетами. – Я тут заезжал к знакомому юристу, Игоря помнишь? Учились с ним в одном классе. – Он сыплет мелкими ничего не значащими деталями, а я вчитываюсь в текст.

Квартира, машина, доли в бизнесе – он реально решил все делить? Вот так просто? Я была готова к борьбе, хоть какому-то сопротивлению с его стороны… Ладно, раз уж он так быстро хочет от меня отделаться…

– Вот, смотри, это, конечно, предварительные наброски, нужно все у нотариуса зафиксировать. – Андрей быстро водит по строчкам карандашом. – Квартиру вам оставляю, свою долю вам с Маришей поровну подарю. Машину, если ты не против, свою хотел бы себе. Твоя за тобой, конечно, будет. Я понимаю, что моя дороже, готов компенсировать разницу деньгами. Примерно двести тысяч. Переведу в течение недели. Дальше что у нас…

Он постукивает карандашом по столу, задумчиво бурчит под нос.

– Да, вот! Фирма, точно. Я разделил бизнес, внес тебя в учредительные документы как совладельца. Право принимать окончательное решение оставил за собой, тут уж не обессудь, иногда нужно на месте быстро что-то думать. Но свою долю от дохода ты будешь получать исправно. Алименты на Маришу предлагаю в фиксированной сумме. Сама знаешь, у нас могут платежи задержать, в один месяц доход будет приятный, а в другой – хоть на бобы переходи. – Он улыбается, но я не поддерживаю его шутку.

– Хочешь откупиться? – печально усмехаюсь.

– Вик, зачем ты так?.. – Он мгновенно грустнеет. – Я вообще не хочу этого развода. Хочу, чтобы все было по-прежнему. Просто хочу все вернуть.

Не успеваю ему ответить, звонок из садика.

– Виктория Александровна, простите, что беспокою, но с Мариночкой проблемы.

– Что случилось? – У меня перехватывает дыхание. Воображение рисует множество ужасных картин.

– С ней все в порядке! Не переживайте! – На фоне раздается плач. – Успокоить ее никак не можем. Два часа то рыдает, то хныкает. Говорит про папу, но что именно, сложно разобрать. Вы могли бы приехать?

– Да, конечно, сейчас буду.

Делаю большой глоток кофе, отодвигаю кресло, чтобы подняться.

– Что случилось? – Андрей собирает бумаги, одновременно подзывает официантку, знаком показывает завернуть еду с собой и принести счет.

– Мариша плачет. Мне надо идти.

– Вместе поедем!

– Тебе же к Смирнову надо.

Он на мгновение замирает от моей фразы, но тут же берет себя в руки.

– Мариша важнее. Едем.

Глава 27

Заплаканная Маришка выглядит как обиженный маленький котенок. Вжимается в меня, цепляется пальчиками за одежду, всхлипывает, что-то сонно бормочет.

– Такое у нас не впервые, к сожалению, – поясняет воспитательница. – Как спать, так начинаются слезы. Раньше как-то удавалось успокаивать, а сегодня никак.

– Весь сад перебудила… – Неловко извиняюсь за дочь.

– Это не страшно, мы в другую комнату обычно уводим. Я за нее переживаю. Просто, понимаете… – Она переводит взгляд с меня на Андрея. – Я вам позвоню вечером, все расскажу, хорошо?

– Может, сейчас? – Андрей, молчавший до этого, вступает в разговор.

– Да я как-то… Ладно, что уж тут темнить, – она переходит на шепот, хотя кто нас тут еще может услышать. – Боится, что когда она проснется, папы не будет. – Бросает быстрый взгляд на мужа, поджимает губы, вид у нее виноватый, будто она обидела его. Только за что?

– Поняла вас. Попробуем решить этот вопрос. – Я сама пока не понимаю, как его решить, отговариваюсь дежурными фразами. Дочь затихает на моем плече, сопит, но не спит.

– Вы бы сходили к психологу. – Совет воспитательницы звучит неожиданно. Тон у нее дружелюбный, знаю, что предлагает она из лучших побуждений. – Я не настаиваю, конечно, просто… Не всегда подобные случаи получается пережить без… последствий, скажем так. И неврологу бы по-хорошему показаться.

По ее словам, жестам, извиняющимся взглядам понимаю, что дочь поделилась в саду нашей ситуацией. Не понятно только, насколько подробно и насколько ее детский взгляд отличается от того, что происходит на самом деле.

Андрей предлагает отвезти нас домой. Соглашаюсь, садик хоть и недалеко от дома, но нести дочь на руках тяжеловато. А отпускать она меня ни за что не хочет.

Муж помогает войти в квартиру, но внутрь больше не рвется, стоит на пороге.

– Чем помочь, Вик? – спрашивает, когда я отношу сонную дочь в кроватку и возвращаюсь в коридор.

– Да чем тут поможешь…

– Слушай, я на встречу отскочу. Ты пока, может, поищешь какого-нибудь психолога или невролога?

– Это разные специалисты, – поправляю его.

– Да-да, пусть оба будут, только давай сразу сходим. Дело такое, лучше не откладывать.

Хоть в чем-то я с ним согласна. Закрываю за ним дверь и спешу к ноутбуку.

Поисковик выдает десятки центров и частников. Как понять, кому из них можно доверить нашу ситуацию? Изучаю странички специалистов, всматриваюсь в фотографии, листаю отзывы, оцениваю их опыт и образование. Начинаю обзванивать, оказывается, ко многим не так-то просто попасть.

Левашова Светлана Игоревна, детский психолог, частный центр «Я рядом», опыт работы десять лет , готова принять нас сегодня вечером. Облегченно выдыхаю. Дома Мариша хоть и ведет себя спокойно, но это ведь она пока спит. А если как проснется, начнет искать Андрея?

Так, собственно, и происходит. Отправляю ему сообщение, что запись к психологу на половину седьмого, а вот ближайший невролог только завтра утром. Сразу скидываю адрес центра, не уверена, что он успеет заехать за нами.

Однако он ждет нас внизу. Суровый, насупившийся, сжимает руль так, что аж костяшки на пальцах белеют. Брови сдвинуты, на лбу морщины, он следит за дорогой, но мысленно далеко от нас.

– Как прошла встреча? Все нормально? – Не могу удержаться от того, чтобы не спросить. Убеждаю себя, что это не пустое любопытство, а забота о фирме.

– Все будет нормально, – Андрей отвечает машинально, он все еще в задумчивости.

Паркуемся, оплачиваем прием (держит карточку наготове, пока я заполняю анкету), ждем в очереди – все молча.

Маришка, обычно шебутная и разговорчивая, сейчас тоже притихла. Одной рукой прижимает к себе игрушечную собачку, последний подарок Андрея, крепко его держит за край пиджака и сразу же хватает ладонь, как только он убирает карту в кошелек.

В кабинет заходим втроем, Левашова Светлана Игоревна, которая выглядит чуть старше меня, оглядывает нас долгим профессиональным взглядом, затем просит меня остаться, а остальную часть семьи подождать в коридоре.

– Вот теперь я вас слушаю.

Поначалу испытываю неловкость – я и маме-то не все рассказываю, что у нас происходит, а тут незнакомый человек. Но постепенно откровенничать становится проще. Понимаю, что раз уж мы приехали, нужно искать какой-то выход.

Психолог меня выслушивает, а потом приглашает Андрея. Он входит неуверенно, осматривается, остается стоять у входа. Маришка также не выпускает его руку.

– Присаживайтесь, – Светлана легким жестом показывает в мою сторону. – А вы, пожалуйста, в коридор.

Меняемся с ним местами. Дочь не сразу соглашается отпустить папу, отвлекаю ее фотографиями маленьких огурчиков, которые родители выращивают у себя на балконе.

Андрей выходит еще более задумчивый и загруженный. Наступает моя очередь, на этот раз нас ждут вместе с дочерью. Психолог задает ей отвлеченные вопросы про садик, игрушку, Мариша радостно делится новостями о Бобике, рассказывает, что вчера он баловался, а сегодня ведет себя приемлемо.

Последнее слово она выговаривает по слогам. И где только услышала.

Маришу отпускают из кабинета, я снова остаюсь одна.

– Рекомендую показать девочку неврологу, он подберет мягкое лечение.

– Да-да, мы как раз планировали. – Почему-то чувствую себя как на экзамене, боюсь сделать лишнее движение и неправильно ответить, жаль, шпаргалки с собой нет.

– Виктория Александровна, стресс от развода и взрослому-то сложно пережить, что уж говорить о ребенке. Вам назначат седативные, но психику тоже нужно подготовить. Есть у вас возможность более мягко пройти этот путь?

– Что вы имеете в виду?

– Какое-то время позволить бывшему мужу навещать вас по вечерам, укладывать дочь, проводить с ней какое-то привычное время. Понимаете, у них есть определенные ритуалы, Марина лишилась не только отца, я имею в виду в ее привычном ежедневном укладе, – быстро добавляет она. – Она потеряла часть ритуалов, действий, которые составляли ее быт.

Понимаю, к чему она клонит. Снова жить вместе? Не хочу даже думать об этом.

– Он мне изменил, – выдаю правду, которая душит меня уже несколько недель. Она ведь женщина, судя по кольцу, замужем, должна же меня понять.

– Я понимаю, – откликается Светлана на мои мысли.

– Я не смогу жить с Андреем в одном доме. – Надо сразу очертить ей условия, пусть подбирает другие варианты.

– Как женщина бесконечно сочувствую вам, но сейчас вы обратились ко мне как к детскому психологу. У вашей дочери возникли проблемы, и чтобы помочь ей мягче пройти путь от модели полной семьи к двум отдельным родителям, понадобится время. Я не призываю вас прощать мужа, налаживать с ним общение, вы пришли не с этим запросом. Я просто предлагаю варианты.

– Пока только один. – Начинаю злиться на эту строгую женщину, которая пытается починить мою семью.

– Попробуйте постепенно вводить новые ритуалы, заменять прежние. Например, сначала папа рассказывает сказку перед сном, потом начинает звонить с работы, допустим, когда вы завтракаете, и рассказывать такую же историю. Сейчас они собирают пазлы дома, со временем это занятие заменяется сбором гербария на улице. Да, это займет какое-то время, но ритуалы для ребенка – часть его опоры. Когда он знает, что утром мама поцелует его, а вечером папа поиграет в солдатики, ему проще адаптироваться.

– Сколько на это может уйти времени?

– У всех по-разному, точно сказать невозможно. Месяц, может, два-три.

Светлана делает несколько пометок в блокноте.

– А вы обращались к специалисту?

– В смысле? – Торопею от ее вопроса. – В смысле, мне-то зачем. Я наоборот хотела бы как можно меньше его видеть. – Подразумеваю, что она все еще об Андрее.

– Виктория Александровна, я не могу вас заставить пойти в терапию, но просто советую – рассмотрите такой вариант. Вы проживаете сейчас нелегкий период, далеко не каждому под силу справиться с таким потрясением морально. Возможно, не сейчас, но чуть позже.

Напоследок она дает еще один совет – завести домашнего питомца, кошку или собаку.

– Они более тактильны, – поясняет Светлана. – У девочки будет друг, который поможет справиться с эмоциональной перегрузкой. Выбирайте такого, о ком не только нужно заботиться, но и кого можно потискать, прижать к себе, пошептаться, поделиться.

Из центра выходим загруженные, теперь мы оба молчаливы, лишь Маришка заметно повеселела. Садимся в машину – вечер, и я даже не сопротивляюсь тому, чтобы Андрей нас отвез домой. Надеюсь только, что Мариша сегодня согласится «отпустить папу по делам». И так слишком много его было сегодня в моей жизни.

Достаю телефон включить звук – три пропущенных.

– Ого! – невольно вырывается у меня, когда я смотрю на имя звонившего. Полина Смирнова, с которой мы не общались после пикники. Даже представить не могу, зачем я ей понадобилась.

Набираю, она отвечает быстро, на фоне детские крики, уличный шум.

– Вика, привет! Меня Миша, то есть Михаил Аркадьевич, ну… хотя ты его знаешь как Мишу ведь, – она говорит быстро, путано. Меня разбирает любопытство. – Так вот Миша, Варя, быстро возьми брата за руку! Он попросил твой номер, а я говорю – так давай сама наберу. В общем, завтра сможешь в офис к нему подъехать? Адрес пришлю. Варя, брата, сказала!

Она отключается, не дождавшись ответа. Почти сразу мне прилетает смс с адресом и временем.

– Что случилось? – Андрей смотрит настороженно. Мотор еще выключен, Маришка на заднем сиденье пытается поудобнее усадить Бобика в свое автокресло.

В задумчивости не сразу нахожусь с ответом.

– Вик, это Полина тебе звонила? – Он повторяет вопрос. – Что-то случилось?

– Меня вызывает Смирнов. Завтра утром. – Все это очень странно и, судя по выражению лица Андрея, он что-то об этом знает. – Может, ты объяснишь, в чем дело?

Глава 28
Андрей

Я так рассчитывал на контракт с металлургическим комбинатом, что упустил несколько мелких заказов. Некогда заниматься ерундой. А раньше мы за счет таких небольших частников выживали: туда рыбу отвезти, тут мед с пасеки доставить, помочь с переездом и прочие задачки.

Как-то не вовремя все свалилось… Балансирую на последней оставшейся тонкой ножке стула, остальные порушил своими же руками. На работе проблемы множатся как мемы в чате сотрудников – стоит кому-то закинуть один, как тут же появляется с десяток. Семья разваливается, дочке нужно внимание. Слишком многое оказалось поставлено на карту.

Боюсь, баланс моей жизни в конце месяца будет состоять из сплошных минусов.

Смирнов вызывает в офис. Что еще ему понадобилось? Столько недель мурыжил меня, и опять его что-то не устраивает.

Молча кладет передо мной планшет, на экране – темное видео. Какой-то комок колышется или… вглядываюсь – два силуэта. Слышны шорохи, стук мебели.

Поднимаю на него недоумевающий взгляд.

– Смотри-смотри, – кивает на планшет. – Сейчас самое интересное начнется.

«Андрей…» – и дальше протяжный стон. Черт! Голос Аллы. Какого хрена? Как это вообще возможно?

Примерный семьянин, тщательно подбирает партнеров – вспоминаю отрывки из публикаций про Смирнова. Вот же дрянь! Какая же она дрянь! И как только умудрилась сделать видео?

Черт, а если оно попадет к Вике?

Силуэты на экране заходятся в бешеном вихре. Давай лучше здесь , шепчет она, и мы переходим на соседнюю поверхность. Я даже не понимал, что это Викин стол. Я вообще тогда как будто ничего не понимал!

Неужели это можно как-то исправить? О, если бы был хотя бы шанс изменить настоящее, вымолить прощение жены, вернуть себе семью и дочь…

Смирнов выключает планшет. С минуту молчим. Мне сказать нечего, кроха, которая меня сейчас хоть немного успокаивает, так это то, что на видео не видно лиц и вообще нет никаких опознавательных знаков. Если это попадет в сеть или еще куда-то – то есть если Вика увидит это видео – есть ничтожный шанс, что она не узнает меня.

Хотя эта тварь называет меня по имени. Мммммм, зараза! Это ж надо было так попасть.

– Сотрудничать мы, конечно, больше не сможем. – Смирнов разочарованно качает головой. – А жаль. Ты мне казался надежным мужиком.

– Михаил, откуда у вас это видео? – Глупо оправдываться, да я и не собираюсь. В голове пустота, все мысли только о том, как бы запись не попала Вике. – Я все понимаю, ваша репутация…

– Что? Ай, брось! – Он откидывается в кресле, запрокидывает голову и усмехается. – Думаешь, я обрываю сотрудничество из-за того, что ты девок по углам жаришь? Да мне плевать на это.

– Тогда в чем дело? – Недоуменно смотрю на него, не могу угадать его настрой.

– Понимаешь, Андрей, я человек дела. Мне нужны быстрые четкие партнеры, у которых порядок в голове, дома и, как следствие, на работе. А у тебя оказался бардак по всем сферам. Мне такое нафиг не упало. Приходит какая-то баба, выдергивает меня из переговоров с китайцами, а для меня это очень важно, Андрей! – подчеркивает высоким тоном, хотя и без него понятно. – Говорит, Михаил Аркадьевич, это пипец какое важное дело, бегом в ваш кабинет, будем общаться индивидуально. И что ты думаешь?

Мыслей у меня много, но высказывать их я, естественно, не буду. Да Смирнов этого от меня и не ждет.

– Сует мне это видео. Я хотел охрану вызывать, а она начинает нести какую-то чушь, что ты ее обидел, использовал и прочий бабий бред. Мне вот это все не нужно. – Демонстративно отпихивает планшет, щелкает пальцами. – Так дела не делаются, Андрей.

– Она у нас уже не работает. – Сказать мне больше нечего. Вот уж последнее, о чем я могу подумать, так это о том, что Алла припрется к Смирнову или еще кому-то и будет совать под нос это видео. А без ее пояснений там не понятно, кто.

– Я в курсе. А еще знаю, что она не может никуда устроиться. Занималась каким-то медом или сыром, фиг ее знает, но и оттуда поперли. Не баба у тебя, а беда.

– Не моя она. – Оправдание вырывается автоматом.

– Я почему тебе все это рассказываю. – Покачивается в кресле, голос звучит более спокойно, вид у него как у учителя, который объясняет домашку хорошистам. Отличники и так справятся, троечникам плевать, двоечникам что-то долбить бесполезно, а вот «четверки» исправить можно. – Чтобы ты больше таких ошибок не совершал.

Пока не очень понятно, в чем он видит мою ошибку, но продолжаю слушать.

– Мне все равно, с кем ты проводишь время, кого зажимаешь по кабинетам, как на это смотрит твоя супруга, вот честно – плевать. Но эта фигня вылезла наружу и теперь я как идиот стою за шторкой и подглядываю на ваши шуры-муры. Это несерьезно, Андрей. Учись вести дела тихо, следы подтирай, баб на место ставь. Чтобы не было таких проколов, что какая-то обиженная понесется потом по кабинетам репутацию портить. Можешь и не отмыться. А раз вылезло, значит, у тебя бардак.

– Я понял. – Мы поднимаемся одновременно. – Спасибо.

Не уточняю за что. Глупо как-то говорить «спасибо, что разжевали, какой я идиот» или «спасибо за напутствие, я теперь даже не подумаю смотреть налево». Это я и без него прекрасно понимаю.

– Жена твоя хороший совет дала – свой отдел логистики развивать. Все будет под присмотром, транспорт можно поначалу в аренду брать. Дам задание экономистам просчитать и начнем формировать отдел. Спеца бы найти толкового для начала.

Решение приходит мгновенно. Со мной Вика работать больше не станет, это я уже понял. И дома сидеть она вряд ли захочет. Так почему бы и не начать карьеру вне нашей «Лады плюс» здесь, на металлургическом комбинате?

– Возьмите Вику, – быстро произношу, смотрю с надеждой.

– Жену твою? Вы же, вроде, вместе работаете. – Лицо Смирнова удивленно вытягивается.

– Уже нет. – Развожу руками.

– Надо подумать. – Он снова опускается в кресло, хмыкает, трет переносицу. – Да хотя, что тут думать-то. Ее была идея, она пусть и разруливает.

Нажимает кнопку на телефоне, тут же по громкой связи раздается вежливое «Михаил Аркадьевич, что вам угодно?»

– Жену мою набери и кофе нам сделай. Посидим еще покумекаем. – Это он уже мне.

– Полина Витальевна на второй линии.

– Полин, набери Вике, жене Андрея. Ну, логисты, у нас были с дочкой на пикнике. Ага, она, да. Скажи, чтоб пришла ко мне завтра, побеседовать нужно. Дома поясню. Все, некогда. Паспорт пусть возьмет. Время согласуй у секретарши. Все, пока. – Кидает трубку, делает пару пометок в блокноте. – Ну, Андрей, а теперь расскажи чуть подробнее про свою жену. Какая она в работе, какие качества сильные, где проседает.

Надеюсь, Вика не убьет меня за такое своеволие.

После визита к Смирнову у меня есть еще одно дело. Эта новость, думаю, Вике с Маришей должна понравиться.