Текст книги "Двойные чувства"
Автор книги: Наталья Патрацкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)
– И долго наблюдал?
– Сколько надо. День был выходной. Точно, они вышли оба на крышу в нормальном виде, и вдруг их стало выгибать, и они на моих глазах превратились в кентавров! Круто!
– Владимир, почему тебя это волнует?
– Ты, что не понимаешь? Это сенсация!
– Кому сенсация, а кому и горе. Я и так еле от них отошла.
– Подожди меня обвинять. Они ездили в отпуск на Средиземный остров, чего они там забыли, не знаю, но видимо подцепили нечто древнее.
– Умен, однако! Ездили туда многие…
– Им кто-то привил вирус кентавра, а антивирус им не известен. Но они вероятнее всего находятся под наблюдением. Вспомни, за какие такие дела им дали эту квартиру? Не знаешь? Деньги за нее они не платили, это я точно знаю.
– Владимир, ты чего ввязываешься в это дело? Раз дали квартиру, то люди немаленькие замешаны, не подходил бы ты к ним. Заметят – заметут.
– Не пугай, пуганный. Честное слово забавно. Кто сказал бы – не поверил.
По реке проплыл речной трамвай.
– Мне пора на работу, – сказала Марина и пошла прочь от набережной, не оглядываясь на Владимира.
Он ведь подошел к ней со спины, так за спиной и остался.
Марина шла, шла…
А он? Владимира загарпунили с речного трамвайчика, и так тихо, что он и не пикнул. Он взмыл над чугунными перилами и по воде протащился на гарпуне. Его вытащили на борт.
– Владимир, ты чего такой любознательный? – спросил его Мартин.
Владимир посмотрел вытаращенными глазами.
– Отвечай!! – крикнул Мартин.
– А, что нельзя? – ответил вопросом на вопрос испуганный Владимир.
– Успел Марине рассказать о том, что видел на крыше?
– Она на вашей крыше сама была и все видела.
– И, что она видела?
– Бассейн с водой и без воды.
– И это все, что она видела?
– Вас видела.
– В каком виде она нас видела?
– В плавках для купанья в вашем бассейне.
– Что ты видел в бинокль на нашей крыше!?
– Смотрел на небо, очень оно было звездное. А на вашу крышу я не смотрел.
– Если и врешь, то понял, что от тебя требуется.
Владимир глазом не успел моргнуть, как его, как наживку на удочке, вернули к чугунным перилам набережной. И как они его не убили? Он покачнулся, осмотрелся. Ни одного прохожего. И кораблик уплыл. Никого. Ничего. И страх в душе.
Марина посмотрела на пионы и отчетливо заметила, что второй пион резко увял. Ей стало скучно и грустно. Сотовый телефон замурлыкал новую мелодию.
– Марина, это я, Мартин, у тебя все нормально? Не могу до Владимира дозвониться.
– Я его сегодня видела, он был в норме.
– Утешила. Пойдем на ночную дискотеку? Посидим, потанцуем.
– Идем. Сам за мной заедешь, или каждый сам по себе поедет?
– Если не возражаешь, то я подъеду к твоему дому в 21.00.
– Буду готова.
Владимир прослушал их разговор, подвигал от бессилия губами. В назначенное время решительно вышел из дома в направление к своей машине. Сел. Поехал. Достал костюм летающего лешего, одел его перед домом Марины, и выплыл из машины серым облачком.
Мартин подъехал к подъезду Марины, открыл дверцу машины и не заметил, что в нее влетело серое облако, а уж потом села Марина.
Владимир притаился на заднем сиденье. Он хотел лично послушать диалог Марины и Мартина. Удивительно, но о кентаврах они не говорили, болтали всякую ерунду. Владимир успокоился и уснул в машине.
Марина и Мартин ушли на ночную дискотеку. Они сели за столик, заказали по бокалу легкого вина. Музыка не дала им выпить напиток. Они пошли танцевать. Цветомузыка давила своей энергетикой. К бокалам с вином подошла Надя с темно-синим сапфиром на пальце, она провела над бокалами рукой, блеснув кольцом, и вышла из света и треска цветомузыки.
Агента Олега Керна черти принесли на дискотеку. Он увидел взмах руки Нади над бокалами Марины и Мартина, и быстро направился к бокалам. Он взял бокалы по одному каждой рукой. От резкого движения в бокалах произошла непонятная реакция, и из них вырвалось пламя. Народ тут же повернулся к нему, чтобы посмотреть продолжение шоу.
Музыка сменилась, Марина и Мартин подошли к агенту Керну.
– Вы выпили наше вино? – спросила Марина.
– Вероятно. Думаю, вам надо уйти из этого здания. Не возражайте и не спрашивайте.
Они вышли на улицу.
Молния просвечивала сквозь шторы. Дождь шел за окном. Марина успела добежать домой под черным небом до дождя и грозы. Погода – закачаешься. Мартин и агент Керн разъехались. Марина дома была одна. Гроза за окном. Мужчины за грозой. Она заметила огонь в фужерах в руках агента Керна и непонятное облако в машине, причем достаточно мягкое. Она подумала, что это новая подушка, и спрашивать не стала, не хотела глупой показаться. С нее и кентавров на крыше достаточно. Думать о непонятных явлениях в жизни ей не хотелось, и в кентавров она не верила.
Она решила, что ей все показалось, чтобы там не видел Владимир в бинокль. Может у них такой театр. Марина еще раз посмотрела на сверкание молнии и решительно включила телевизор: надо отвлечься от реальности.
Посмотрела на себя в зеркало: не очень высокого роста, не скелет. Да. Можно добавить: одна, но с друзьями и без единой подруги. А на экране ТВ белый теплоход и богатая публика. А она богатая или бедная? Ей все равно, пока все равно.
Марина упала на пол.
В распахнутое порывом ветра окно влетело облако и зависло. Снизу Марине было видно лицо облака, это был Владимир собственной персоной в костюме летающего лешего. Он опустился на нее и нежно поцеловал. Марина судорожно попыталась его сбросить с себя, но это оказалось ей не под силу.
Владимир поднял Марину с пола, положил на постель, улыбнулся и спросил:
– Марина, летать хочешь? Это просто.
– Владимир, я узнала тебя еще в машине в этом маскараде, но промолчала.
– Молодец. Я могу у тебя остаться?
– А надо? Зачем я тебе нужна? – спросила она, закрываясь одеялом.
– Гроза, дождь.
– Так ты облако. Твоя погода.
– Не совсем моя погода. Для полетов мне нужна сухая, облачная погода. Летательные свойства костюма при большой влажности ухудшаются.
– А как ты летаешь?
– Если бы я знал, как костюм летающего лешего летает, я был бы гением, а я исполнитель, летчик низкой облачности. Могу сказать, что вес костюма с минусовым весом, что это такое я не знаю, но я легко летаю над землей. Хочешь со мной полетать?
– Если несложно, то можно попробовать.
– Завтра, – сказал он и уснул в своем костюме.
Марина попыталась потрогать костюм летающего лешего. Но костюм на ее глазах снялся со спящего Владимира, и струйкой исчез в его кармане. Она уснула.
Глава 12.
Утром они проснулись одновременно.
– Не пойму, почему я везде засыпаю в последнее время, – проговорил Владимир, – где сяду, лягу там и сплю.
– Устал от двойной жизни, вот и спишь. А я поняла, зачем Мартину нужна крыша: это запасной аэродром для малых летающих аппаратов.
– И это верный ответ. А то… – и он не договорив, замолчал.
– Владимир, а где твой летательный костюм? Я видела, как он исчез в твоем кармане.
– Это одноразовая модель, я ее испытывал. Есть многоразовые варианты костюмов, но они громоздкие, и облако в них получается значительное.
– Зачем это надо?
– Для того чтобы было.
– То есть сейчас ты пойдешь пешком? Тебя подвезти?
– Марина, оставь меня у себя! Дай побыть одному! Я не хочу быть летающим лешим или кентавром!
– Все-таки кентавры. Владимир, ты уверен, что сам не превратишься в кентавра в моей квартире?
– Я ни в чем не уверен, но в грозу я едва успел влететь в твое окно. Хорошо, что оно было прикрыто, но не закрыто. Удивительно, но я ночью не превращался, ни в кого или проспал.
– А твой костюм облака на превращения не влияет? Гремучая смесь: леший в облаке.
– Фу, это еще не предел превращений. Кентавр хорошо бегает по лесу, при необходимости может взлететь и пролететь десяток другой километров в костюме летающего лешего. Я лесной разведчик. Могла бы и догадаться.
– А, что в городе делаешь?
– С тобой работаю. Мне нужна напарница, твой вес мне подходит, на тебе хорошо будет сидеть костюм летающего лешего. Твой скелет – отличный каркас для костюма одноразового облака.
– Но я не кентавр!
– Уже! Я сделал тебе прививку. Зря я, что ли к тебе залетел? Дело в том, что прививку кентавра изобрели два человека: Мартин Павлович и Николай Павлович. Потом испытали на себе. А теперь пустили в небольшую серию.
– Поясни, кем я буду после действия прививки?
– Чего тебе не понятно? Идем с тобой в разведку. В средней полосе страны ты будешь лосем. В северной части – оленем, в степи – лошадь или просто кентавр. Это уж как нужно будет для дела, тем и будешь.
– А у меня спросил?
– На крыше с тебя сняли все мерки и для тебя лично готов комплект одноразовых костюмов летающего лешего. Тебе осталось выполнять со мной задания особой важности. Просто я тогда еще не все знал.
– В век машин я буду бегать на своих двоих? Прости, на своих четырех ногах. А руки будут передними ногами? Зачем!!!? Владимир, так ты с Мартином заодно?
– Успокойся! Тебя ждет нетривиальная жизнь. Кстати, тебе причитаются маски соответствующих животных. Насчет охотников: маска не даст пробить тебе голову, а в районе сердца тебя будет окружать пуленепробиваемый электронный жилет. Все поняла?
– Почти. В чем смысл разведки?
– Деловой вопрос. Нам надо найти след пришельцев. Они прибыли на землю в конусной капсуле, которая вонзилась в землю. Капсулу нашли, живых существ в ней не обнаружили. Эти пришельцы к себе технику не подпускают, видимо у них есть определенный вид радара. Нам надо определить кто они и что они. Есть вероятность, что они к нам попали через межзвездный портал с Луны. Кстати, скоро открывается новая тема по подготовке к полету на Луну. Мирные жители Луны плохо встретили наших первых разведчиков, на ней живут воинствующие жители. Если к нам прилетели мирные жители Луны – это одно, а если нет? Надо выяснить: кто к нам прилетел в конусной капсуле неземного производства через космический портал с выходом в Славных горах. Но это не мои вопросы.
Марина обнаружила на своей постели костюм летающего лешего. Странно столько раз сегодня заходила в эту комнату и не видела костюма, и вот он перед ней! Кто мог зайти в квартиру и оставить костюм?
– Марина привет! – сказал Владимир, входя в комнату. – Что тебя заинтересовало в моем костюме?
– Воспоминания, я думала это твой старый костюм.
– Шутишь! Я сегодня по холодку влетел в твой дом. Я знаю, что Николай Павлович опять исчез в работе. А ты где была? Ноги-то как замерзли!
– Какой ты внимательный! Надоели белые одежды, захотелось разнообразия.
– Ладно, есть задание. Но как ты умудрилась замерзнуть? Мне совсем непонятно!
– Чувства. Любовь. Лунная ночь…
– Понятно, работа для тебя и на земле найдется. Не шпиономания, а психотерапия чистой воды. А, как на это Николай Павлович посмотрел бы? Без его участия прямого или косвенного у нас ничего не делается. Он, конечно, не Бог, но что-то умное из него исходит. Ты, что еще не поняла, что кентавры больше не существуют?
– Мне надо надеть костюм летающего лешего? – спросила Марина, уводя Владимира от темы о кентаврах, ей все еще было стыдно за себя на крыше.
– Марина, тебе давно пора надеть костюм летающего лешего и стать летающей ведьмой, но эта участь постоянно тебя обходит! Ты все ревнуешь меня? Сколько можно? Было и прошло! Мы с тобой!
– И что? Мне нужно смотреть в чужие окна или сразу в них залетать в костюме летающего лешего? – продолжала говорить на эту тему Марина, держа в руках странный костюм.
– Круче. Мы пойдем с тобой на выставку космических истребителей. Один самолет уникальный, предназначен для полетов в космос через наружный портал, для него мы купим посадочную полосу.
– Самолет чужой? Я разрабатывала макет кабины истребителя для фантастического фильма.
– Совместное производство. На нем можно улететь на Луну.
– Предлагаешь улететь на Луну?
– Не спеши угадывать задание, которое напрямую связано с космическими полетами. Нас интересует материал самолета. Он обладает странными качествами, то он весь металлический и блестит на солнце, то аморфный и переливается, как гель.
– Владимир, а ты сам не может оторвать кусочек самолета для анализа материала?
– Материал необыкновенный и прочный.
– А я, надев костюм летающего лешего, отрежу кусок самолета маникюрными ножницами?
– В костюме ты проникнешь в салон самолета, сделаешь невидимые снимки, сядешь у иллюминатора…
– А самолет превратится в аморфное состояние, и я завязну в нем, как корабль на дне Бермудского треугольника?
– Молодец! – сказал Мартин, влетая в окно в костюме летающего лешего.
– Слет летающей нечистой силы считаю открытым! – шутливо крикнула Марина.
– Марина, госпожа Нимфа Игоревна передала тебе интересный предмет, так он такой твердости и прочности, что сможет сделать царапину на самолете. Агент Керн поможет выполнить задание, – сказал серьезно Данила Павлович.
– Мужчины, я не слесарь. Пошлите мужика для взятия образца материала.
– Понимаешь, тебя заменить невозможно! – воскликнул Мартин.
– Я каскадер в фильме? – спросила Марина. – Хорошо, снимайте фильм, но с первого дубля.
Лучи солнца пронзили серебристую занавеску, и вошли в душу Марины, в ее настроение и ей жить захотелось, а из глаз засветились собственные лучи. Захотелось выйти из полутьмы невезения. Такая вселенская грусть иногда посещала ее светлую от волос голову, словно все прошло с зимой холодной.
Это осень проходит, а зима заканчивается поражением человеческой жизни. Все зависит от того, как на жизнь посмотреть. Но лучше смотреть на жизнь с лучами солнца, ее надо пронзить светом и осветить, дабы забыть о морозных неприятностях. Первый раз, что ли осталась Марина одна? Нет, конечно.
Марина еще раз посмотрела на солнце за занавеской, услышала шум приборов и вентиляторов. Голос Мартина разговаривал с любимой Надей. А ей, что до этого? Да ничего.
Солнце. Марина сегодня в его лучах оттаивала от зимних холодов. В голове промелькнул эпизод последней любви. И она подумала, что прощальный аккорд Владимир сделал правильно. Теперь он сидит дома, и на работу не выходит. А все почему? Да потому, что у него солнце появляется дома после обеда, окна у него выходят на южную сторону. Пусть лежит под домашним деревом неизвестной породы, а она будет работать, правда, после того, как мозги от любви освободит.
Мозги нужны в работе, так вот эти переживания надо уметь сбрасывать, чтобы они не мешали работе. Переживания сбрасывают следующими способами: сигаретами, вином, пивом, едой, таблетками, прогулками. Марина сбрасывала переживания умозаключениями на бумаге, важно, чтобы их никто из знакомых не видел, а весь мир их вполне мог бы читать. Она весь мир любила платонически, и никого не любила физически. Вот в чем великая разница между всем человечеством и ее единственным мужчиной, но его пока у нее нет.
Да и она из-за него не тем делом занята, а ведь уже пора, пора работать. Марина опустила экран с текстом, и приступила к выполнению служебных обязанностей.
И вдруг до нее дошло, что Владимир сидит на работе у компьютера и читает ее произведения во всемирной паутине.
Она допустила одну оплошность, сменив имя, оставила картинку, которую он закачал из недр паутины. Он нашел ее прозу, он просто не мог понять все ее выдумки, он все написанное, принимал на свой счет. А это неправильно, он ведь не сберкасса, чтобы счет открывать. Вот она, где зарыта собака непонимания!
Кстати о собаках, у Марины появился той – терьер Кросс, который покрыл своей желтой жидкостью ее подушку. Этот кобель цвета бежевой норки – домашнее животное. Он, конечно, посещал свой туалет, но иногда он выпрыскивал свое содержимое именно на подушки, расположенные в вертикальном положении. Его любовь к подушкам границ не имела.
Марина под наволочку положила непромокаемую ткань и теперь только меняла наволочки. Еще его тянуло к белым стенкам холодильников, и около их подножья то и дело появлялись желтые лужицы. О том, что он сделал, он возвещал громким лаем. Увидев Марину, он уходил. Такая она проза жизни.
Все к одному и Владимир к Марине не приходил. Он нашел себе друга с вертолетом и пользовался чужим транспортным средством для перемещения по городу. Хозяин вертолета худой мужик, а Владимир крепкий человек, и они вдвоем летали над городом и окрестностями, не пользуясь костюмами летающих леших.
Марина к ним в вертолет не садилась. Таким образом, вертолеты разъединяли людей по классам машин или точнее по их цене.
Так, что-то во всем этом квартете – неправильно. Марина чувствовала, что ее обошли на повороте вертолеты друзей, а ее отбросили в кювет, как малоимущую. Итак, она выползла из кювета по грязному дерну наверх, где ее не ждал вертолет с летчиком. Почему она оказалась в кювете нищеты?
Она!? Так получилось, что Марина неудачно вложила деньги в фантастический материал для космических кораблей, в котором трудно было разобраться.
Она подняла голову, рядом с ее столом стоял писаный красавец! Таких красивых мужчин не бывает, – подумала Марина.
А он не думал, он сказал:
– Здравствуй! – и улыбнулся обаятельной улыбкой.
– Здравствуйте, – недоверчиво и тихо проговорила Марина, поднимаясь со своего рабочего места. Мужчина оказался выше ее на голову! – Вы кто?
– Ваш сосед по этому помещению. Буду сидеть рядом с вами.
– Я что-то пропустила. Вы, вероятно новый настройщик аппаратуры или программист?
– Точно, я был здесь, но вас на месте не было. Меня зовут Егор Павлович.
– Да ладно, еще скажите, что вы вернулись из межзвездного портала, – сказала она наобум. – И, что мы с вами говорили на днях по межзвездной связи.
– О, в точку попали. Да, мы с вами разговаривали, но не встречались. Это у вас той – терьер Кросс, предназначенный для полета на Луну?
– Да, мою собаку зовут Кросс.
В помещение вошли два человека. Они махнули головой новичку, в знак приветствия, словно они всю жизнь были с ним знакомы. Марина села на свое место. Егор Павлович прошел к соседнему столу, над которым накануне хлопотали сотрудники, собирая испытательный стенд для аппаратуры. Конечно, Марина знала, что к ним идет новый сотрудник! Но она не ожидала, что он божественно красив и еще красивее, чем вообще можно представить!
– Егор Павлович, а у вас есть вертолет? – выпалила Марина неожиданно для всех.
– Марина, оставь новенького в покое! – воскликнул один из двух сотрудников.
– Я не вас спрашиваю, а новенького!
– У меня есть иномарка. Стоит недалеко от входа. Вас с работы домой отвезти?
– Нет! – огрызнулась Марина и поняла, что ее карта бита, что этот красавец и правда не для нее.
Она уткнулась в свой тройной компьютер, не слушая разговоры мужчин. Потом она открыла всемирную паутину и нашла объявление, в котором говорилось о розыгрыше призов. И тут Марина вспомнила, что если розыгрыш состоится в воскресенье, то ей должно повести. Она выиграет любой приз! Как ей надоело невезение и отсутствие личного транспорта!
Дома Марину ждала очередная неожиданность: белые шторы на окнах и тюль, при дуновении ветра из окна издавали запах Кросса. Нет, сам по себе Кросс не пах, но его желтое творение на белых шторах – это нечто пахучее. Пришлось купить шторы до подоконников. После всех дел она поехала на розыгрыш товаров, где выиграла ведро корма для собаки и четыре шоколадки для себя. Кросс ведро корма за год съест только так, если его на Луну не отправят. Он маленький, громко лающий кобель. Больше всего он любил лежать в ногах, и если Марина ложилась, то Кросс непременно оказывался в районе икр ног с внешней стороны.
– Марина меня зовут! Сколько раз тебе можно говорить, что меня нужно правильно называть! – воскликнула Марина в телефонную трубку.
– Так, я пока выговорю твое имя, говорить не захочется, – возразил Владимир.
– Ты меня ни разу не назвал правильно, – с обидой сказала Марина.
– Невежливо звучит, зато правильно, а когда я успею пожениться на тебе, если к тебе на работу пришел новый красавец Егор Павлович, и ты в него успела чего доброго влюбиться. Марина, мне некогда! – крикнул Владимир, и бросил трубку телефона.
Действительно, Владимиру стало не до Марины, к нему в квартиру ввалились два человека. Он удивленно на них посмотрел: его круглые глаза спрашивали, что случилось, а рот молчал.
– Владимир, узнал? Вижу, что узнал, есть дельце. Не гримасничай, мы знакомы давно, мы пришли к тебе ради одного дельца. Ты будешь третьим исполнителем, твой отказ не принимается. Нам подходит твоя гибкая фигура. Ты силен своей гибкостью, и ты полезешь на третий этаж частного дома. Молчи, молчи, за тебя все продумано. Есть один человек, его попугать надо. Тебе его не надо не убивать, твоя задача – пугать. Идем сейчас, надевай униформу и вперед, – быстро проговорил Сеня собственной персоной.
Втроем они поехали на иномарке с темными окнами. Владимир думал только об одном, чтобы ему не пришлось убивать самому, и не быть убитым, и уйти с места разборки незамеченным.
Этих двух напарников Сеню и Веню он не выбирал, это они его выбрали, когда он очередной раз на турнике крутился для привлечения внимания Марины. Тогда он и покорил наблюдателей совсем иного толка.
Известный мудрец Владимир Дмитриевич решил основать подводный дом на дне океана, где лежал гидрид метана, напоминающий подводный снег. Этот снег окружал соленое озеро, расположенное на большой глубине.
На поверхности озера можно было лежать и качаться на волнах, находясь при этом на дне океана. Вокруг соленого озера на гидриде метана росли водоросли, которым было более двух сот лет.
Владимир Дмитриевич предложил мне поучаствовать в экспедиции на дно океана в районе Бермудского треугольника. Я невольно согласились на участие в подводном эксперименте, раз на этом настаивал сам Владимир Дмитриевич.
Прекрасное было дно у бермудского треугольника, когда гидрид метана таял, выбрасывая на поверхность океана газ, который захватывал корабль и топил его, помещая в соленое озеро на вечное хранение. Поэтому Нептун Бермудского треугольника был самым знаменитым.
Прежде чем построить подводный дом, Владимир Дмитриевич предложил опустить на дно океана предполагаемых жителей в глубоководном батискафе. Среди донной растительности он был намерен построить подводный дом, и набирал команду для необыкновенной жизни в пучине океана, на берегу озера.
Все просто, – думала я, – когда у меня нет любви, то я чувствую себя человеком в соленом озере, расположенном на дне океана. Но нормальный мужской взгляд способен поднять меня из глубин океана, и опустить на берег жизни.
Я опустилась в батискафе на дно океана, на берег соленого озера, и, посмотрев в иллюминатор, сказала Владимиру Дмитриевичу:
– Прекрасный вид из окна. Я, пожалуй, соглашусь на жизнь в данном месте.
И услышала неожиданное возражение Владимира Дмитриевича:
– Марина, куда тебя несет? Как ты сможешь жить в соленой воде, на берегу еще более соленой воды?
– Владимир Дмитриевич, представляете, у меня будет дача на дне Бермудского треугольника! Это самое необыкновенное место на земле, – сказала я и посмотрела в иллюминатор на место будущего строительства. Растительность в виде кораллов живописно простирала свои необыкновенные стебли.
– Место волшебное, почему бы его не освоить, – ответила я. – А, что касается финансовых затрат, то этот вопрос меня не касается, – и вновь я посмотрела в иллюминатор: за стеклом проплывали странные существа, которые мне понравились, и я решила, что они будут домашними животными на будущей подводной даче.
Владимир Дмитриевич не выдержал и нарочито спросил:
– Я все понимаю, но не понимаю, как жить на дне океана?
– Владимир Дмитриевич, покажите мне дно океана в этом месте! Вы его видите? Нет! Понимаете, у Бермудского треугольника два дна! Редчайшее место на земле! – возразила я будущему соседу по подводному поселению.
– Конечно, самое оно для подводной дачи! – несколько ехидно ответил Владимир Дмитриевич. – Марина, океан в этом месте нашей стране не принадлежит! Кто мне даст возможность здесь строить подводный дом? Ты, что думаешь, люди не заметят грузы для строительства подводного дома?
– Владимир Дмитриевич, еще раз посмотрите в иллюминатор, сюда грузы доставят на подводной лодке! Есть новая подводная лодка для таких целей, а в Бермудском треугольнике я не заметила пограничников. Вы их видите? Нет. И я не вижу, значит, подводная лодка пройдет только так, – убежденно закончила я свою речь.
– Марина, хватит говорить, мы поднимаемся, – сказал Владимир Дмитриевич.
На поверхности океана творилось нечто страшное. Волны захлестывали корабль, словно океан не хотел отпускать людей из своих глубин. Мне показалась, что сам Нептун Бермудского треугольника поднимал волны, хотя я была на дне океана и Нептуна там не видела.
Команда будущих жителей подводного царства отличалась сплоченностью и умением противостоять стихии. Мы победили волны Нептуна, или нам так показалась. Нептун побушевал на море и стих, это к нему прибыла госпожа Нимфа в ступе, и замолвила слово за свою команду.
Я дала согласия быть постоянным жителем дома на дне океана. Для меня все казалось предельно простым, я знала, что купола сооружать над домом не будут, его быстро заметят. Воздуха на дне нет, оставался скафандр вместо батискафа для местных прогулок. Я чувствовала ловушку, и понимала, что попала не в шутливую историю.
Действительно, для жителей подводного царства готовились доспехи в виде морских животных, для которых океан является местом для жизни. В качестве доспехов подводным жителям выдали герметичные костюмы в виде осьминогов. Правда, самих осьминогов на дне океана в этом месте не было.
Владимиру Дмитриевичу предстояло стать осьминогом вместе со мной. Жить нам надлежало в доме без кислородных масок, а плавать в океане мы могли в костюмах осьминогов, в щупальцах которого были места для рук, ног, головы и кислородного баллона.
Подводная лодка подогнала тяжелые каменные кубики, опустила их на берег соленого озера, на подводный снег. Водолазы в скафандрах в виде осьминога легко построили из них дом. Дом изнутри покрыли непроницаемой оболочкой и закачали воздух.
Так, что когда меня второй раз опустили на берег озера на дне океана, я с удивлением увидела нормальный подводный дом. Правда, чтобы попасть в него, надо было пройти через камеру, уравнивающую давление, сопоставимое с жизнью человека.
“Все в мире предельно просто”, – мелькнуло в голове.
Два осьминога вплыли в дом, и вскоре встретились за одним столом в нормальной одежде. Мы не успели рассмотреть друг друга, как дом закачался, вокруг него забурлила, закипела вода. Дом стал всплывать, потом резко опустился в соленое озеро. Герметичность дома сохранялась, но мы вцепились в стол, имеющий по контуру ручки. В глазах промелькнул испуг.
На время вокруг дома появилась совсем другая вода, мы видели ее в иллюминаторы. Послышался рев двигателей, дом вновь всплыл из соленого озера, и опустился на прежнее место. Я знала, что дом снабжен автоматической системой самосохранения, но не предполагала, что все настолько серьезно.
Общая комната казалась спасительным местом, где сидели жители подводного дома, держась за стол, боясь от него отойти в сторону. О том, что с нами может произойти, нам не говорили. Мне показалось, что все вокруг дома покрылось болотной тиной, но тина в этом месте океана не росла.
Из чего сделан дом, я не знала. И почему я согласилась на эту экспедицию? Ответа у меня не было. Я никогда не любила обычные дома башни, и первые этажи посещала с трудом, ощущая давление бесконечных этажей. На дне океана на меня давила огромная масса воды, словно небоскреб. Неожиданно чувство страха прошло, люди заговорили одновременно. И вскоре замолчали.
Владимир Дмитриевич взял командование на себя, почему он раньше не приступил к своим обязанностям – не понятно. Он знал больше меня, у него были инструкции по эксплуатации подводного дома. И он сознательно согласился на экспедицию. Владимир Дмитриевич рассказал о правах и обязанностях жителей подводного дома.
Я слушала и думала, почему раньше нам ничего не говорили. И сама ответила: мы бы не согласились опуститься на дно. Иногда большие глупости по незнанию легче даются.
Я оторвалась от стола, и решила осмотреть дом. В подводном доме оказалось две спальни, одна общая комната, кухня и несколько закутков с иными названиями. В голове возникли простые вопросы: где взять воду среди воды, и, где взять электроэнергию?
Ответы дал Владимир Дмитриевич. Оказывается из гидрата метана можно получать энергию, необходимую для обслуживания дома. А воду брали из океана для различных нужд и очищали от солей. Питьевую воду я обнаружила в цистерне, с ней домик и погрузили на дно. Отлично!
У нас все было, кроме возможности для прогулок. Но и этот вопрос был решен, мы будем плавать в скафандрах осьминогов по расписанию, по два человека. Я немного повеселела, а если у меня появилось настроение, то оно незамедлительно появилось у Владимира Дмитриевича.
Самое главное, что мы были не просто на дне океана! Мы находились на берегу подводного озера, с более тяжелой водой и со своим берегом. То есть некое ощущение берега у нас сохранялось, и это необыкновенно важно в такой ситуации. Кроме того, дом меньше всего напоминал подводную лодку или батискаф. Жителям подводного дома сохранили ощущение домашней обстановки, предстояло наладить личные контакты.
Владимир Дмитриевич сказал, что он главный в подводном доме, против него я и не возражала.
Оставался человек, который не проявлял себя никак. Владимир Дмитриевич и странный человек быстро ушли в свою каюту. Я не успела разглядеть третьего жильца подводного дома, когда мы были объяты неизвестностью вокруг стола. Владимир Дмитриевич сказал, что тепловой режим под домом пришел в норму, и дом встал на свое место.
Мне захотелось спросить, когда яблони посадят, но я промолчала. Владимир Дмитриевич добавил, что проблем с подачей воздуха, светом не должно быть. Задача всех жителей подводного дома: жить с максимальным комфортом на отведенной герметичной территории.
Я ушла в комнату, которую Владимир Дмитриевич мне выделил в качестве спальной. Я ожидала увидеть две кровати, привернутые к полу, либо двух ярусную кровать и встроенный шкаф. Но я была приятно удивлена. В комнате стояли две приличные кровати. Над каждой висел ковер ручной работы с камнями самоцветами. Комната имела удлиненный вид. Дверь в комнату была по центру, и напротив входа висело зеркало над двумя столами. С двух сторон от входа стояли шкафы с витиеватой отделкой. Зеркало по контуру было разрисовано такими же завитушками.
Комната хоть и была одна на двоих, но стоила немалых денег, если судить по креслам, стоящим с двух сторон от зеркал. Кресла из тонкой кожи с жатыми завитушками были великолепными творениями неизвестного автора. Перед креслами стояли столики с мраморными столешницами в тон кожи кресел. Все цвета комнаты, как бы играли каждый с собой на разных предметах, и в одинаковых завитушках.
