Текст книги "Будьте нашей Тётушкой (СИ)"

Автор книги: Наталья Добровольская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 15 страниц)

Но наибольший восторг вызвала награда, врученная за разгадывание кроссворда. Мальчик и сам не ожидал, что назовут его фамилию, и вышел на сцену на подкашивающихся ногах, и под гром аплодисментов еле с нее спустился. Ребятишки, сидевшие рядом с ним, видимо, его одноклассники, никак не могли поверить, что именно их друг получил такую высокую оценку его знаний.

Вызвало оживление в конце концерта и объявление о том, что теперь можно приобрести отложенные заранее игрушки и сувениры. Их изготовители уже стояли рядом со своими изделиями и только успевали получать деньги за работы, которые разошлись мгновенно.

Папа-Андрей также дал согласие сыну продавать картины по его желанию, но с условием, что и он также передаст половину денег в наш фонд, чему мальчик очень обрадовался. Я, с его разрешения, могла выбрать первой любую картину бесплатно, но я решила заплатить, как и все. Мне давно нравился портрет отца, нарисованный любящим сыном, вот его я и выбрала, заплатив пятьдесят рублей, чем поразила обоих.

Все остальные картины также были проданы, но уже за меньшие деньги. Разошлись все довольные, разглядывая приобретенные сокровища.

А на улице наш ждал фейерверк, и пусть он был не таким шикарным и долгим, как в мое время на праздниках, но многие видели его впервые, так что восторгов он вызвал очень много, особенно у детей.

Горожане расходились не сразу, многие отправились к Анатолию в ресторан, который приобретал всю большую популярность, многие просто гуляли по вечернему городу. А мы, как пишут в романах, усталые, но довольные, пошли по домам – завтра предстояло подведение итогов наших мероприятий, подсчет денег. Но то, что праздник удался на славу, чувствовали все.

Глава 43. Парку Памяти быть!

Следующее утро мы посвятили уборке зала и подсчету денег. Надо было не обделить всех участников концерта, мастеров игрушек и сувениров, выдав им причитающиеся суммы. Хотя время это отняло и много, обиженными не ушел никто, даже еще отдавали деньги нам в фонд.

В итоге было собрана рекордная сумма – более семисот рублей.Александром Сергеевичем тут же была написана статья по итогам мероприятия и дано объявление о конкурсе проектов детского городка.

А мы думали, как узнать тех, кто нуждался в нашей помощи – ведь никаких списков таких людей не существовало, как и служб, в которые они могли обращаться. Мне очень хотелось узнать данные той старушки, которая первая отдала деньги "мурашам" во время песни. Явно эти деньги были у нее не лишними, и очень хотелось ее как-то отблагодарить.

Хорошо, что Иван Андреевич подсказал нам, что у их военного общества есть списки ветеранов войны, а также членов их семей. Мы решили оказать всем разовую материальную помощь.

Бабушка, которую мы искали, была не только вдовой героя, но и матерью героя – ее сын погиб на войне. Вспомнив замечательного детского писателя времен детства моих родителей в другом мире, я рассказала Родиону Муравьеву о "тимуровцах", и мальчики по их примеру стали помогать пожилым людям – не только родителям героев-военных, но и простым жителям города, в том числе и Варваре Семеновне, с которой они очень подружились к обоюдной радости.

Вручать эти деньги мы хотели торжественно, на еще одном мероприятии, после которого планировалась закладка Парка Памяти, разбить который было решено на окраине, а рядом будет и городок, о котором уже мечтали все дети.

Это мы решили сделать по горячим следам, буквально через два дня, после того, как договорились с лесничеством о саженцах, так как сроки их посадки тоже были ограничены.

Градоначальник, молчавший все эти дни, на этот раз хотел примазаться к нашей славе, распоряжался, руками водил, показывая, кто тут главный, но никто на него не обращал особого внимания, понимая, что он тут явно с боку припеку. Опять руководили всем Антонина и Валентина, а мы с Иваном Андреевичем занялись вручением денег, чтобы никто не ушел обиженным.

Мероприятие в это раз был очень небольшое, в торжественной тишине мы перечислили фамилии тех, кто погиб в боях, была среди них и фамилия Васеньки-пожарного, а также других горожан, которые отдали жизнь на благо своего города.

После минуты молчания в память героев спели мы всего две песни, но они настолько сюда ложились, что я уже не размышляла, этично или не этично их петь, просто не возможно было не сделать этого.

Сначала прозвучала песня, которую исполняли мы с Клавдией, в ней я чуть изменила некоторые слова, посвятив всем женщинам, потерявшим своих любимых:

Ах, почему так рано вышла нам разлука, Но всё же о тебе я вижу сны. Ну разве мы прожили б друг без друга, Мой милый, если б не было беды, Мой милый, если б не было беды. Наверно, я до срока стала старой, Да только в этом нет твоей вины. Какой бы мы красивой были парой, Мой милый, если б не было беды, Мой милый, если б не было беды. И снова ты протягиваешь руки, Зовешь из невозвратной стороны. Но никогда бы не было разлуки, Мой милый, если б не было беды, Мой милый, если б не было беды. Никто мне двери стуком не тревожит, И глохну я от этой тишины. Ты б старше был, а я была б моложе, Мой милый, если б не было беды, Мой милый, если б не было беды. Ах, почему так рано вышла нам разлука, Но всё же о тебе я вижу сны. Ну разве мы прожили б друг без друга, Мой милый, если б не было беды, Мой милый, если б не было беды.

( стихи Игоря Шаферана, композитор Марк Минков ).

Я пела и видела сидящую в первом ряду Аннушку, не скрывавшую слез, Настю, которая шептала ей что-то успокаивающее, и Марфушу, которая гладила женщину по голове, и думала, что все сделано не зря, все наши усилия принесли такие эмоции людям, так всколыхнули весь город, что это того стоит.

А потом вышел Иван Андреевич, опять в форме с орденами, это уже мы настояли, и спел песню, про которую я вспомнила раньше, и в которой я заменила слово "фотографий" – ну не было здесь их – на слово "картин" и убрала упоминание о Берлине– боев там не было:

От героев былых времен не осталось порой имен,Те, кто приняли смертный бой, стали просто землей и травой.Только грозная доблесть их поселилась в сердцах живых.Этот вечный огонь, нам завещанный одним, мы в груди храним.

Погляди на моих бойцов, целый свет помнит их в лицо,Вот застыл батальон в строю, снова старых друзей узнаю.Хоть им нет двадцати пяти – трудный путь им пришлось пройти.Это те, кто в штыки поднимался, как один, кто шел с боем по земле чужбин.

Нет в России семьи такой, где б не памятен был свой герой.И глаза молодых солдат с картин на всех нас очень строго глядят.Этот взгляд, словно Высший Суд для ребят, что сейчас растут.И мальчишкам нельзя ни солгать, ни обмануть, ни с пути свернуть.

(стихи Евгения Аграновича , композитор Рафаил Хозак).

Под эти чеканные слова мы все вышли из помещения, так как нам сообщили, что машины с саженцами уже приехали. Идти надо было недолго, и мы с удовольствием радовались теплому летнему дню и нежаркому солнцу.

Потом все разбирали деревца, копали ямки, поливали их – тут нам хорошо помогли пожарные – знакомые Аннушки, они пригнали бочку с водой, а потом каждый подписывал табличку с именем своего близкого, в память которого и было посажено растение.

Я опять увидела Аннушку, которая, плача, гладила молодой дубочек и приговаривала:

– Васенька, Васенька мой!– а Марфуша сидела рядом, и трогая ее, лепетала:

– Не пачь, Нюся, не пачь!

И поэтому меня совсем не поразила просьба Аннушки, которая подошла к нам, держа в руках весь измятый мокрый платочек:

– Я это, ребеночка бы хотела, – и глядя на наши удивленные лица, поторопилась дополнить, – из приюта взять хочу. Мне бы девочку не большенькую, была бы мне потом помощница и отрада.

Женщины немного удивились такой просьбе, но обещали подумать. А ведь это было бы неплохо – разрешать горожанам и усыновлять детей, и брать их под опеку, платя деньги на содержание ребенка из нашего фонда, и просто в гости приглашать, как это делалось в мое время.

И еще из своего опыта я вспомнила, что надо обязательно организовать школу для приемных родителей, в которой рассказать о подводных камнях усыновления и опекунства.

Да и вообще клуб для детей и родителей можно устроить, где проводить те же дни рождения по примеру Андрюшиного, установить там какие-нибудь аттракционы по типу наших надувных батутов, или устроить детский кукольный театр. Все эти идеи я озвучила друзьям, но. как всегда, инициатива наказуема, меня же и обязали этим заняться. А я что, я не против, а уж сколько еще идей во мне дремлет до времени, я и сама не знаю, они всплывают постепенно, по ассоциации.

После всех дел наша дружная компания вновь собралась вместе, и мы решили, что после всех переживаний требуется отдых и расслабление, тем более лето началось прекрасной погодой – не жаркой, но солнечной и ясной.

Было решено выйти на природу, устроить пикник. Но а какой пикник без шашлыков под хорошее красное вино? Но мое предложение вызвало недоумение – никто про такое блюдо почему-то не слышал. Ну что же, не самый плохой повод нести прогресс в массы.

И пиццы можно взять, и канапе разные, и морс сделать холодненький, только нужна маленькая переносная сумка-холодильник, простите, сумка-стазис. Папа Андрей опять на меня посмотрел с удивлением – почему-то такая простая идея про переносную сумку никому в голову не приходила, и обещал подумать. Вот и пошли мы все думать, чем еще можно друг друга удивить и порадовать.

Глава 44. Пикник у обочины или Будьте нашей Мамочкой.

«Сборы были недолги» – это не про нас, это в песне, наши были и долгими, и громоздкими. Кроме многочисленной еды, надо было взять и скатерти, и салфетки, и всю посуду – пластиковой одноразовой ведь еще, к сожалению или счастью, нет.

Андрей-старший был озадачен изготовлением мангала, шампуров и решеток к ним, а также переносных сумок-стазисов, на которые я заставила его взять патент, лишним не будет.

Казалось бы, все шло нормально, но когда я спросила, а где мы, собственно, расположимся, оказалось, что никаких специальных беседок с лавочками и столами, привычных в моем мире, вовсе нет.

Сидят просто на земле, или опять же везут всю мебель с собой. Когда я представила кучу вещей на всю нашу компанию, и вереницу повозок, ее везущих, мне как-то расхотелось на природу.

Выручил все тот же Анатолий, быстро схвативший выгоду от создания беседок, о которых я рассказала. Лето только начинается, желающих отдохнуть на природе в нормальных условиях будет достаточно, да и доставлять туда можно и привычные пиццы, и любые продукты на заказ.

И он, подрядив тех же музыкантов, очень быстро сделал с их помощью две самые простые беседки со столом и скамеечками около них. Рядом стояли и небольшие кресла, на которых можно с удобством посидеть.

Построили беседки в лесочке совсем рядом с нашим Парком Памяти, недалеко от города. Я еще подсказала, что надо каким-то образом узаконить эти сооружения, взяв землю в аренду, и затем обнести ее заборчиком с дежурными.

Когда удивленный мужчина поинтересовался, для чего это все, я сказала, что беседки можно сдавать на прокат по времени, а также на территории городка сделать опять же простейшие горки и другие аттракционы для детей. А дежурный будет собирать деньги и следить за порядком. Идея понравилась всем, и те же музыканты– студенты, бывшие на каникулах, сказали, что вовсе не против подработать в таком месте.

Но в конце концов все приготовления были закончены, и мы вереницей повозок, которая все равно получилась достаточно большой, поехали за город.

В нашей повозке сидел и Андрюша, который ждал пикника с огромным нетерпением – ничего такого он еще не переживал, да и за городом был очень давно, совсем маленьким. Рядом с ним расположился и Тюбиков, взявший с собой краски и мольберт и мечтавший вдоволь порисовать на пленэре.

А я думала, как бы нам на лето найти какой-нибудь "домик в деревне", чтобы пожить на просторе, надо папу озадачить этим вопросом, остальные проблемы были уже решены. В школу Андрея записали туда, где работает Тюбиков, обещавший первое время приглядывать за мальчиком. Он уже бегло читал и писал печатными буквами, свободно пересказывал мои истории, легко вступал со всеми в контакт. Так что последнее дошкольное лето надо провести не только в подготовке к учебе, но и в веселом отдыхе.

Настроение у всех было чудесным, время от времени из повозок слышался смех моих друзей, а у меня внутри звучала только одна фраза, сказанная смешным строгим голосом: " Щас спою"– действительно, как не спеть в такой чудесный день. И я начала:

Всё стало вокруг голубым и зелёным,В ручьях забурлила, запела вода.Вся жизнь потекла по весенним законам,Теперь от любви не уйти никуда.И встречи редки, и длинны ожиданья,И взгляды тревожны, и сбивчива речь.Хотелось бы мне отменить расставанья,Но без расставанья ведь не было б встреч.Любовь от себя никого не отпустит,Над каждым окошком поют соловьи.Любовь никогда не бывает без грусти,Но это приятней, чем грусть без любви.

( стихи Евгения Долматовского , композитор Юрий Милютин).

Голоса и смех замолкают, все погрузились в лирику этих слов и чувств. Но вот мы и приехали – место и впрямь чудесное, хоть и оборудовано еще по походному.

Пока дамы достают припасы, а мужчины готовят мангалы, мы с Анатолием вытаскиваем три кастрюли с мясом, замаринованным разными способами, вспомнившимися мне – классический с уксусом, луком и пряностями, мягкий с кефиром и луком, и южный с красным вином и травами. Запахи маринада привлекают всех, и тут же мужчины начинают священнодействовать над мангалами под моим чутким руководством.

Чтобы не глотать голодную слюну в ожидании мяса, мы решаем немного перекусить нарезками и канапе. Там еще и пиццы есть, но мы оставляем их на потом. А я вспоминаю про лаваши и различные способы их начинок – надо МММ подсказать рецепт – печь их очень просто, а для пикников они подойдут чудесно.

Андрюша рядом с мужчинами сидит в коляске и с интересом смотрит за их действиями. А они командуют друг другом, суетятся, дожидаясь возможности приступить к процессу жарки мяса.

А я чего-то так расслабилась в этом чудесном месте после всех переживаний, что не заметила, как задремала в удобном кресле. Почувствовала только, как Андрей подложил мне под голову подушку и присел рядом, держа меня за руку.

А я уплыла куда-то очень далеко, мне привиделась моя подруга Лиза из прошлой жизни, которая, улыбаясь, смотрела на меня. Потом она тихо сказала:

– Я вижу, у тебя все хорошо, и мы с Джоржем этому очень рады. Мы поженились, и у нас скоро будет ребенок, девочка, которую хотим назвать в твою честь – Марианной. Прощай, будь счастлива, – и уже на исходе забытья, растаивая, она добавила: " А у вас будет мальчик".

– Как все замечательно сложилось. И мальчик – это чудесно,– радуюсь я, просыпаясь и глядя на своего любимого большого мальчика, который тоже дремлет рядом.

Но где же маленький Андрюша? Я подхожу к мужчинам, около которых он сидел. Большинство друзей разошлось, кто куда, за шашлыками следят только добросовестные Иван и Антон. Когда я спрашиваю, где мальчик, они недоуменно пожимают плечами – не видели, ушел куда-то. Ушел! Куда мог уйти парализованный ребенок!

Паника охватывает меня, я уже дергаю всех за руки, спрашивая, кто в последний раз видел мальчика. Никто его не видел и не знает, где он!

Мы с проснувшимся отцом бегаем по небольшому лесочку, видимому насквозь, в котором и заблудиться-то невозможно, и на два голоса зовем ребенка. Никто не откликается, только проходивший мимо мужчина говорит, что видел недавно какого-то мальчика около речки.

Сердце мое пропускает несколько ударов – река, аАндрюша ведь не умеет плавать, а вдруг там сильное течение, и вода еще холодная, и его унесет потоком. Да и как он вообще там мог оказаться, так далеко от нашей стоянки. Ноги подкашиваются, дыхание прерывается, я бегу уже из последних сил.

Деревья расступаются, и мы оказываемся на берегу небольшой речки. Целый и невредимый, на первый взгляд, Андрюша ИДЕТ нам навстречу, почему-то весь мокрый, и держит в руках нечто такое же мокрое и пищащее слабым голосом.

Не помня себя, я подлетаю к нему, обнимаю, проверяя, все ли с ним в порядке, целую и глажу по голове. Мокрое существо шебуршится между нами и издает звук уже громче и недовольнее. Андрюша чуть отодвигается, и я вижу, что он держит совсем маленького рыжего котенка, открывающего сейчас свой розовый ротик в мяукающем писке.

Ноги не держат меня окончательно, я почти падаю на землю и после всех переживаний облегченно реву – как в детстве, смывая слезами все страхи. Теперь уже мужчины садятся рядом и начинают успокаивать и гладить меня. Прерывистым голосом мальчик пытается объяснить ситуацию:

– Мне было скучно, я решил немного прокатиться на коляске и вдруг услышал чей-то громкий плач, думал, что ребенок плачет, а тут Рыжик в речке барахтается, он ведь мог утонуть, посмотрите, какой он маленький! Вот я и пошел к реке, чтобы его вытащить, а тут вы с папой идете!

– Ма......,– тут его голос окончательно прервался, но справившись, он продолжил:

– Мамочка, не плачь и извини, что я ушел без спроса, просто Рыжик мог бы утонуть.

Услышав заветное слово "мамочка", я заплакала еще сильнее, а папа, не заметив его, удивленно спросил о другом:

– Ты говоришь – пошел?Но как!

– А я сам не знаю, просто ноги сами вперед меня побежали! Да ведь и мамочка столько меня лечила!

Теперь не заметить этого слова не смог и папа. Он посмотрел на сына, который, передав ему свое мокрое спасенное сокровище, встал пред нами, вытянул руки по швам, и торжественно произнес:

– Тетя Маруся, будь нашей мамочкой! Я тебя очень люблю!

Отец также поднялся на ноги, отряхнул брюки от песка и торжественно подхватил:

– Мария! Маруся! Машенька! Будь моей женой и нашей мамочкой!

Котенок тоже что-то пискнул и папа добавил:

– Вот и Рыжик тоже просит!

– Ну, если и Рыжик просит, то......,– я сделала паузу и все мужчины, даже кошачий, затаили дыхание. Но я не стала их долго мучить и тут же завершила:

– Я согласна!

Теперь уже мы смеялись и обнимались, не обращая внимания на наших друзей, которые прибежали вслед на берег реки. Ничего объяснять не пришлось, все были очень рады за нас и наше счастье. И , прижавшись друг другу, мы пошли к стоянке, где ждал немного пригоревший шашлык, который, тем не менее, мы съели с огромным удовольствием.

Напоенный молоком, припасенным для Андрюши, котенок спал на его коленках и мурлыкал-тарахтел от счастья. Шерстка его высохла и распушилась, и не менее довольный ребенок, тоже дремлющий, машинально нежно гладил его по спинке. А мы с Андреем, отойдя подальше, самозабвенно целовались.

А после, сидя в повозке, которая вечером везла нас в город, я думала о том несчастливом случае, который оказался таким счастливым для нас всех, и об этих замечательных мужчинах, двух Андреях, большом и маленьком, которые подобрали меня на улице и предложили: " Будьте нашей Тетушкой"!

Послесловие. Два года спустя.

Прошло ровно два года с момента моего попадания в этот мир. Через месяц после пикника мы сыграли свадьбу. Сделал бы это и раньше, но друзья не дали нам просто «расписаться по тихому», как хотела я. Да тут это и не положено – вся свадебная процедура в этом мире очень традиционна, и нарушать порядок никто не смеет, так что мне пришлось с этим смириться.

Но я потом и не пожалела об этом, так красиво это было. Сначала мы пошли в храм к Ладе, где нас уже ждала жрица. Принеся в дар богине цветы, мед и молоко, мы попросили у нее благословения на долгую счастливую жизнь и обменялись брачными браслетами – аналогами колец нашего мира. В этот миг над нашими головами вспыхнул яркий свет – символ того, что наш союз будет долгим и счастливым – да мы и не сомневались в этом.

Потом мы отправились к статуе Рода, которому принесли мясо, зерно и вино. Тут уже над нами заиграла всеми цветами радуга, да такая яркая, что все ахнули – значит, соединились два честных, добрых и свободных человека.

И только тогда нас уже могли поздравить наши друзья и еще один самый близкий мой человечек – наш сын, наш любимый Андрюша. Были и песни, и тосты, и подарки, искреннее веселье, соединившее всех. Гуляли мы, конечно, у Ромы и Анатолия, которые с удовольствием приняли нас в своем ресторане.

Уже без моего совета Толя догадался сделать веранды на улице рядом с рестораном, где всегда было многолюдно и весело. Он заматерел, стал солидным и немного пополнел, но был по прежнему доброжелательным и улыбчивым ко всем посетителям.

После нас началась какая-то прекрасная эпидемия свадеб. Союз Клавдии и Александра Филипповича был ожидаем, мы все видели, как они дорожат друг другом. Их магазин увеличил торговлю за счет канцелярии и игрушек, а также открыток, которые рисовал Тюбиков.

Такого еще не было в этом мире, милые открытки на разные темы получили широкое распространение, пользовались таким успехом, какого никто не ожидал.

Появилось масса собирателей карточек на определенные темы, которые образовали клуб при магазине. Рисовал открытки и Андрюша, особенно ему удавались животные в образе людей, которые занимались привычными человеческими делами. Привлекли к этому делу и учеников Тюбикова, и детей из приюта, среди которых оказалось несколько очень талантливых ребятишек.

А вот свадьбу Ивана Андреевича и Валентины Сергеевны не ожидал никто! Но оказалось, что во время подготовки концерта они подружились и продолжили знакомство дальше, которое ипереросло в такой необычный союз. Но он пошел на благо обоим – Иван похудел и привел себя в порядок, а Валентина помолодела и стала еще более инициативной.

Ее назначили заведующей приютом вместо Надежды Константиновны, которую с треском уволили после тщательной проверки, открывшей столько недостатков, что не увольнением, а тюрьмой уже пахло.

Дети обожали эту пару, Иван Андреевич много общался с мальчиками, а Валя – с девочками. Куклы и игрушки имели стабильный интерес и хорошо продавались, принося деньги приюту и детям. Они же и руководили нашим фондом, на счет которого продолжают исправно поступать деньги от всех мероприятий.

Фонд даже смог найти небольшую заброшенную дачу недалеко от города, которую отлично отремонтировали, и куда все переселялись с весны до поздней осени. Там были и грядки с овощами, и даже куры и парочкакозочек, за которыми все с удовольствием ухаживали, а те благодарили за заботу отличным полезным молоком. Жили летом с детьми и мы, помогая по мере возможности.

Открылись двери приюта для всех желающих, готовых усыновить или взять под опеку любого ребенка. Одной из первых отправилась туда Аннушка, которая с первого взгляда влюбилась в одну из самых маленьких девчушек,тоже Аню. Ее родители умерли от болезни, которую не смогли вылечить даже самые опытные лекари. Так Аннушка-большая и Анютка – маленькая и нашли друг друга в этом мире. Настя много ей помогала на первых порах привыкания друг к другу, а Марфуша, которая развивается не по дням, а по часам, стала отличной подружкой для Анечки.

Приютские стали ходить в ту же школу, что и остальные дети города. Там же учились и "мураши", которые вернулись в семьи и уже не побирались на рынке и в других местах. Деньги, которые они стали стабильно зарабатывать в пекарне МММ и на разноске пиццы, позволили их близким подняться из нищеты и начать жить вполне благополучной жизнью.

Родион стал лучшим учеником и мечтал о поступлении на юридический факультет университета, чтобы защищать всех бедняков, как он сам говорил. Фонд выплачивал стипендии, помогал деньгами, поддерживал и опекал.

В город вернулась мама Родиона, которую он очень долго не мог принять и простить. Но только после продолжительного разговора с Иваном Андреевичем, содержание которого никто не знал, мальчик смог если не понять блудную мать, то хотя бы относиться к ней нейтрально. Думаю, время и взросление Родиона позволит ему осознать, что право на ошибку имеют все, главное, вовремя ее исправить.

Вместе со всеми детьми учится и наш сын, уже уверенно передвигающийся на ногах и прибегающий к костылям или коляске только в крайних случаях. Дети его очень любят и никогда не обижают.

Спиридон работает на заводе Андрея, но тоже ходит в школу, только вечернюю, для взрослых, открытую нашим фондом. Поет он редко, его голос уже ломается, но ему на смену идет Семен-Сенька, чье пениееще радует нас. Вместе с Дашей они стали членами семьи Ивана и Валентины, которые взяли их под опеку.

Осенью прошли выборы мэра, и хотя меня сватали на эту должность, я отказалась, объяснив, что мои обстоятельства скоро изменятся, так как уже знала, что беременна. Мэром впервые в истории города стала женщина – наша дорогая Антонина Сергеевна, наша генеральша.

Но так мы звали ее по привычке, с мужем она развелась, но замуж за Антона Павловича, как мы все ждали, не вышла. Правильно Антон тогда сказал – как только у Антонины появились "коровы"– заботы и хлопоты, так и болезни, и визиты к врачу, и наносная "любовь" – все прошло.Антон стал главным врачом больницы, а старый заведующий уехал в другой город, вслед за Надеждой– своей родственницей.

Все деревья Парка Памяти прижились, за ними активно ухаживали. А рядом раскинулся большой сказочный детский городок, построенный по совместному проекту Тюбикова и Андрюши, выигравших конкурс.

Это место стало любимейшим для всего города и летом, и зимой, когда наряжалась елка, делались ледовые горки и разные скульптуры по образцу моего мира. Открытых веранд стало еще больше, там хозяйничала подруга Анатолия, которая когда-то помогала ему в первые приемы нашего салона. Они с Анатолием также связали свои жизни сразу после нас.

Наша семья увеличилась, и, как обещала Лиза, родился мальчик. Конечно, беременность и роды в сорок лет были не простым испытанием и в моем мире, волновались все, особенно папа-Андрей, готовый положить меня в кровать Вип-палаты больницы к Антону Павловичу на весь срок, но все прошло нормально.

Георгий, Джоржик, названный в честь моего друга из другого мира, родился крупным и здоровым малышом. Вот он, лежит рядом в кроватке, сморенный дневной жарой, сопит носиком.

Рядом мурлыкает его закадычный друг Рыжик, ставший шикарным котом-хулиганом, наперсником всех шалостей Жорика. Андрюша, который очень любит своего младшего братика, тоже участвует в их забавах, но его интересы все больше уходят в рисование.

Надеюсь, это станет его профессией и судьбой под чуткой опекой Тюбикова, который так и прижился в нашем доме. Кстати, мы сменили квартиру, купили свой небольшой домик, и в котором нашлось место и для мастерской художников – и большого, и маленького.

Мой лохматый деверь больше меня не беспокоил, видимо, пропал где-то. Как-то полицмейстер обмолвился, что недалеко от города был найдет труп человека, похожего на него. Я на опознание не ездила, и даже не знаю, он ли это был. Но человек заслужил ту жизнь и смерть, какую он сам выбрал.

Воспоминания о другой жизни все реже посещают меня, но иногда всплывают тексты песен, которые я по прежнему дарю своим друзьям или пою сама к удовольствию своих мужчин. Сюжеты и герои книг и фильмов я тут же записываю – вместе с Александром Сергеевичем мы открыли издательство, где первой книгой был напечатан " Маленький принц", уже не Экзюпери, а моего авторства.

За ним последовали "Маленькие человечки волшебного города" по мотивам книги Носова, "Добрый лекарь Айболит" почти по Чуковскому и "Приключения Полины Длинныйносок" по мотивам книги о Пеппи Длинныйчулок, которую я обожала в детстве.

А сейчас я уже пишу полностью самостоятельную книгу для взрослых, рассказывая о женщине из магического мира, попавшую в технологический мир без магии, то есть историю, обратную своей.

В ней я постараюсь дать намеки на изобретения из моего мира, которые пригодятся и здесь. Ауже сделанные инженерами вместе с Андреем мои прежние изделия широко вошли в жизнь. Хозяйки не нарадуются на взбивалки и мясорубки, но особенно полюбились всем детям скейты и самокаты, на которых " мураши" развозят пиццы. А каталки, ходунки и удобные коляски очень выручают служащих больницы.

Так что все у меня замечательно и я очень благодарна судьбе, занесшей меня в этот мир и только жалею ту Марию, чье тело я заняла.

Прости меня и спасибо тебе огромное за это счастье, дорогая Тетушка!

КОНЕЦ.