![](/files/books/160/oblozhka-knigi-rycar-dlya-asi-si-379084.jpg)
Текст книги "Рыцарь для Аси (СИ)"
Автор книги: Наталья Чернякова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
– Может, лучше сходим в ресторан?
– Нет, встречаемся в парке.
Он пришел раньше на полчаса и все гадал, чем вызвано ее желание увидеться. «Неужели, Ася хочет возобновить отношения? Я был бы этому несказанно рад. Только нужно как-то подготовить Надежду, не говорить сразу, что ухожу, а то что-то она в последнее время часто жалуется на сердце и на давление», – рассуждал Виталий Андреевич Уваров. Увидев Анастасию Львовну, бросился ей навстречу.
– Асенька, это тебе, – и протянул букет роз персикового цвета, – как ты любишь.
– Не знала, что помнишь о моем пристрастии к розам именно этого оттенка.
– Я помню все. Так о чем ты хотела со мной поговорить?
Анастасия Львовна изъяснялась долго. Она рассказала все о своей жизни с момента неудачного замужества и до сегодняшнего дня, всю душу обнажила, все силы выжала из себя своими откровениями.
– Ты же хотел знать обо мне все? Вот теперь тебе многое известно. Но ты не все знаешь о себе, как ни странно.
– И чего же я не знаю? – усмехнулся Виталий Андреевич.
– Например, о том, что у тебя есть взрослая родная дочь.
Выслушав Анастасию Львовну, Уваров некоторое время молчал, не зная, как реагировать на новость своей подруги юности, а потом спросил:
– Почему же Вася молчала, ничего мне не сказала?
– Потому что не чувствовала твоей любви к ней. Не хотела навязываться. А позже узнала, что ты женился.
– Где сейчас моя дочь?
– Наверное, на даче. Она, кстати, учится с нашими детьми в одном классе. По рассказам моих ребят, они с Ларисой в ссоре. Трудная девочка, с характером. Но тебе все равно нужно искать к ней подход.
– Как ты думаешь, с чего мне начать?
– Для начала позвони ей и пригласи в кино на какой-нибудь исторический фильм, а дальше видно будет. От обсуждения сюжета перейдете к обсуждению жизненной ситуации, которая случилась.
– Спасибо тебе, Асенька. Я завтра вечером забегу к тебе на работу и все расскажу, хорошо? Ты ведь дежуришь?
– Да, буду ждать.
Он подошел близко-близко и нежно поцеловал ее, как тогда в юности.
***
– А сейчас слово для поздравления предоставляется нашему любимому психологу, – с высокой трибуны вещала Изольда Брахман, которая вместе с Димой Измайловым вела «Последний звонок».
– Кем это Психичка уважаемая? – фыркнула Наташа.
– Так, наверное, написано в сценарии. Не сама же Изольда его составила, – объяснила Настя.
– Не знаешь, почему Сольдо получила роль ведущего?
– Не знаю, вероятно, потому что она собирается поступать в театральный институт. Все, не разговаривай, дай послушать.
– Дорогие выпускники, вот и закончился ваш школьный путь длиной в одиннадцать лет, хотя, конечно, некоторые учились в нашем лицее только два года, а кто-то только один. Но я думаю, что последние годы своей жизни вы провели не зря. Здесь вы получили знания, встретили новых друзей….
Сначала по залу прокатился тихий ропот, потом послышался несмелый смех, а потом психолога уже никто не слушал – все смеялись: кто-то тихо, зажав рот, кто-то раскатисто, басом. Женщина не понимала, почему смеется и аплодирует зал. «Наверное, всем понравилась моя проникновенная речь», – решила она, и ушла со сцены чрезвычайно довольной. Курченко не замедлил прокомментировать слова психолога:
– Мы и не знали, что это были последние годы нашей жизни. Как жаль, что придется уходить такими молодыми.
– Я что-то ничего не понял, почему все угорают? – недоумевал Дима Измайлов.
– Как же ты ЕГЭ по русскому будешь сдавать? – сокрушался Вова, хлопая приятеля по плечу. – С такими знаниями предмета ты более пятидесяти баллов не наберешь, брат.
После праздника, на котором кроме выступлений звездного психолога и выпускников, танцующих «Школьный вальс» не было ничего интересного, ребята решили сходить в парк, летнее кафе, а потом – на концерт группы «Мальбэк», приехавшей в Энск на гастроли.
– Понравилась я тебе в роли ведущего? – спросила Изольда Влада.
– Ты была неподражаема, – отмахнулся парень и обнял Настю.
– Я и выпускной буду вести, думаю, тебе понравится еще больше. Может, съездим завтра в Новосибирск? Водитель в моем распоряжении, – шла напролом Брахман. – Мне кажется, аквапарк – самое то, чтобы развеяться перед экзаменами. Что скажешь?
– Прости, я занят. Подготовка к ЕГЭ и все такое.
Курченко и Игнатов подхватили под руки Изольду и отвели в сторону.
– Сольдо, отстань от Рыцаря, – сказал Юра. – Не понимаешь, что ты третья лишняя?
– Что такого? Мы гуляем все вместе, а если бы Влад и Аська хотели уединиться, не пошли бы с нами.
– Не понимаешь, что он тебя не любит?
– Ну и что? Его люблю я. И потом, если бы ему не нравилась, то он бы мне на окончание учебного года не подарил эти совершенно удивительные часы. Посмотрите, я почти не расстаюсь с ними.
– Это копеечная китайская игрушка – фитнес-браслет. Мы тебе от всей компании в день твоего рождения сделали хороший подарок – внешний жесткий диск. Что-то ты не оценила.
– Потому и не оценила, что это был подарок от всех, а не от него. И вообще, хватит меня воспитывать, займитесь лучше своими дамами. Влад, подожди меня, – крикнула Изольда и побежала догонять пару.
Провожая Настю поздно вечером, Влад взволнованно проговорил:
– Мне столько надо тебе сказать. Но я проявлю волю и дождусь выпускного.
– Зачем же ждать? Скажи сейчас.
– Нет. Думаю, скоро мне все станет ясно, и мы поговорим более предметно.
– Снова загадки. Скажи, а зачем ты подарил Изольде этот браслет? Ты к ней что-то чувствуешь?
– Подарил из чувства благодарности за то, что помогла с репетитором. Ну и еще по одной причине. Я говорил тебе, Асенька, верь мне, пожалуйста, верь. Я люблю тебя, и мне никто больше не нужен.
На улице пошел дождь. Держась за руки, они бежали по дороге, надеясь найти укромное место. И оно нашлось на детской площадке – в обыкновенной небольшой беседке.
– Мне холодно, – застучала зубами Настя.
– Я знаю один замечательный способ согреться.
Парень обнял ее и, ничего не говоря, нежно коснулся губами манящих губ подруги. Дождь уже прошел, а они все целовались, полностью отдаваясь своим чувствам.
До государственного экзамена по русскому языку остался день, когда Екатерина Великая на последней консультации, раздав тетради для подготовки к заданию части С, сказала:
– Вот эта девочка на экзаменах меня не подведет, – и указала жестом на Настю Резвых. – Сочинения у нее написаны грамотно, проблемы видит и верно их комментирует, позицию автора определяет правильно, не забывает выражать свое мнение, иллюстрирует его разнообразными аргументами. Все работы отличаются логичностью, связностью и выразительностью речи. Молодец. Я знаю, у тебя есть еще тетрадь с сочинениями, которые ты пишешь самостоятельно по всему сборнику тренировочных заданий.
– Да, вот она, – Настя указала взглядом на лежащую рядом зеленую тетрадь. – Вы часто говорите, что важно понять алгоритм работы, уметь правильно читать и понимать авторские тексты, видеть между строк философский смысл. Я считаю, так же важно набивать руку, тогда придет и опыт в написании сочинений. Поэтому я много тружусь в этом направлении.
– Да ты тексты создаешь на раз-два, тебе можно не набивать руку, – рассмеялся Вова Курченко.
– Поэтому и пишу, как ты говоришь, на раз два, поскольку получила богатую практику в их создании.
На перемене к Насте подошла Изольда и попросила ту зеленую тетрадку с сочинениями.
– Я могу дать, но зачем? Вариантов миллионы, откуда тебе известно, что попадется текст именно с такой проблемой?
– Условно эти тексты можно разделить на группы, к примеру: культура, образование, наука, война, история, язык, природа, общество. Набор проблем тоже примерно одинаков. Поэтому я и прошу у тебя тетрадь, чтобы пополнить свой банк проблем и аргументов. Завтра перед экзаменом верну.
– Хорошо, бери. Отдашь послезавтра на консультации, – Настя протянула тетрадь, которую тут же перехватил Влад.
– Э, нет, – сказал он. Сначала я. Дома отсканирую и передам тебе часов в восемь вечера, раньше не получится, нужно съездить в деревню – бабушка приболела. Доставлю лекарство – и назад.
У Изольды заблестели глаза: будет возможность один на один пообщаться с Шевалье.
– Отлично, заберу вечером.
– Я могу отсканированные листы отправить тебе по почте.
– Нет-нет. Дело в том, что сегодня утром я случайно на ноут пролила воду. Теперь его или в ремонт, или в утиль. Не знаю еще. Мне только данные внести в мою рукописную таблицу – и все. Понимаешь, я, когда пишу, лучше запоминаю. Развиваю так зрительно-механическую память.
Настя, Влад и Курченко встретились по дороге в гимназию № 48. Там им предстояло сдавать свой первый экзамен. Ребята понимали, что все в одной аудитории не окажутся, но с кем-то из их компании совпадут. Так и случилось. В одиннадцатый кабинет пригласили Вову Курченко и Изольду Брахман, в двенадцатом оказались Наташа Попова, Дима Измайлов и Влада Шевалье, счастливчиком из тринадцатой аудитории стал Влад Шевалье и в последнем кабинете расположились Настя Резвых и Юра Игнатов.
Выполнив тестовую часть, Настя приступила к сочинению. Проблему девушка вывела очень быстро, поскольку текст был несложным, и минут за сорок написала оставшуюся часть работы. На несколько раз проверив тестовую часть и задание с развернутым ответом, Настя за пять минут до окончания экзамена сдала работу и вышла из кабинета.
– Вы Анастасия Резвых? – спросила в коридоре дежурная.
– Да, я.
– Пройдите, пожалуйста, в штаб пункта проведения экзамена.
– Хорошо, но что случилось?
– Там вам все скажут.
Девушка зашла в кабинет, дверь которого была приоткрыта. За столом сидела приятного вида женщина с бейджем: руководитель ППЭ Иванова Антонина Сергеевна.
– Настя, не скажете, как эта вещь оказалась в туалете нашей гимназии? – Антонина Сергеевна жестом указала на знакомую зеленую тетрадь.
У Насти на глазах навернулись слезы, она молчала. Пауза затягивалась.
– Я не знаю, что вам ответить. Не понимаю, как тетрадь оказалась здесь.
– Зачем вы ее принесли?
– Я ее не приносила и тем более не пользовалась записями. Вероятно, тетрадь кто-то подкинул.
– Давайте разберемся в природе появления здесь этого предмета. Тетрадь подписана вами, значит, принадлежит вам, и вы несете ответственность за то, что кто-то на экзамене воспользовался этими наработками. Всех участников ЕГЭ с инструкциями знакомили, а следовательно, сейчас бы у вас начались серьезные проблемы. Если бы не одно но: тетрадь пуста, – женщина на глазах у Насти пролистала несколько страниц. – Не этот бы факт – и результаты сегодняшнего экзамена были бы аннулированы. Далее последовали бы разбирательства, возможно, суды, другие мероприятия, таким образом, шанс поступления в этом году в вуз вы бы упустили. Но поскольку нет оснований для составления протокола, мы вас отпускаем. Вы свободны, и впредь будьте осмотрительней.
Ребята стояли возле здания гимназии и ожидали Настю.
– Что так долго? Уже все, кроме тебя, вышли, – хмуро сказала Наташа. – Случилось что?
– Да, – последовал короткий ответ.
Изложив всю суть разговора с руководителем ППЭ, Настя спросила:
– Изольда, просвети неразумную, как тетрадь, которую тебе вчера передал Влад, оказалась сегодня на подоконнике женского туалета?
– Наверное, у меня ее кто-то вытащил из сумки.
– Может, наконец скажешь правду? – обратился Влад с вопросом к Изольде Брахман.
– Мне нечего тебе сказать, кроме того, что уже знаешь: я люблю тебя. Вот и вся правда, – девушка, заплакав, круто развернулась и быстро пошагала к выходу с площадки.
– Мне есть что сказать. Если готовы слушать, предлагаю всем пойти в кафе. Разговор будет долгим, – обратился к одноклассникам Влад.
Ребята шли молча, каждый был погружен в свои мысли, и никто из них не подозревал, что правда, изложенная Владом, окажется настолько страшной.
***
Виталий Андреевич направлялся на первую встречу с Ларисой. Он был счастлив: дочь наконец-то согласилась с ним увидеться. До этого они общались только по телефону. Уваров дочь узнал сразу: во-первых, внешне Лариса была похожа на его мать в пору молодости, во-вторых, он видел фотографии в соцсетях, так сказать, познакомился заочно. По совету Анастасии Львовны, Виталий Андреевич пригласил девушку на вышедший недавно фильм «Тунгусский метеорит», после просмотра которого позвал дочь в кафе. Разговор начался с обмена мнениями о фильме. Лариса оказалась девушкой коммуникабельной, разбирающейся в киноиндустрии, литературе.
– Я люблю фантастику, поэтому «Тунгусский метеорит» смотрела с удовольствием. А вы в курсе, что тема метеорита была самой популярной у писателей-фантастов двадцатого века? Я однажды прочла, что редакторы некоторых литературных журналов сразу предупреждали авторов, что не рассматривают произведения, в которых раскрывается тайна метеорита. Зря. Это очень интересная тема. Что касается метеоритов вообще, я считаю, что гости с неба полезны для здоровья людей. Например, в соседней области есть озеро Данилово, в нем до сих пор находят остатки космического камня. Вода в озере прозрачная, обладает целебными свойствами. А все потому, что в ней содержится аномально большое количество серебра и других веществ.
Через некоторое время Уваров понял, что Лариса еще любит медицину и буквально бредит историей, особенно ее привлекает период мировой истории начала XX века. «И в маму, и в папу пошла», – с удовольствием подумал Виталий Андреевич. Активно общаясь на эти темы, отец с дочерью были полностью довольны друг другом. И на самом высоком эмоциональном подъеме беседы Уваров имел неосторожность спросить о том, знает ли Лариса, что Настя тоже его дочь.
– Знаю. Эта тварь меня на всю жизнь запомнит. Впрочем, как и ее друзья-приятели.
– За что же ты ее так ненавидишь?
– Это не то слово, которым можно выразить мое отношение к ней. Я ее презираю, не терплю, не выношу.
И девушка, не говоря больше ни слова, ушла. Уваров не стал ее останавливать.
Лариса и себе бы никогда не призналась, что завидовала Насте – ее способностям к учебе, победам в разных конкурсах, доброте души, а самое главное, тому, что почти с рождения рядом с Резвых был Виталий Андреевич. Да, Настю тоже воспитывал неродной отец, как и Ларису, но вот беда, отношение мужчин к дочерям было разным. Старухин, как только получил подтверждение: она не биологическая дочь, тут же забыл о существовании Ларисы, а Виталий Андреевич всегда знал, что Настя неродная, но воспитывал ее как родную. «Аспирин лучше меня? – размышляла Лариса. – Нет, этого не может быть».
Вот Старухина и доказывала всеми доступными средствами: она лучшая.
***
– Рассказывай, мы готовы тебя выслушать, – сидя за столом в кафе, проговорила за всех Настя.
Влад нахмурился и ответил:
– Хорошо. Вам известно, что Брахман я никогда полностью не доверял. Первые подозрения у меня возникли после появления в соцсетях сообщения, написанного якобы от имени Аси, о наших с ней взаимоотношениях. Но тогда я отбросил свои домыслы, потому что все вы дружно твердили: это происки Старухиной. И я поверил этому. Потом последовало происшествие с Настей, едва не закончившееся трагически. С нами Лариски не было. Но и тогда это списали на что угодно, только не на проделки Сольдо. Все прояснилось две недели назад, когда Грегори пригласил меня на последнее занятие, а после него попросил помочь с упаковкой вещей: он возвращается к себе на родину. Одна книженция, лежащая в его коробке меня заинтересовала. Называлась она «Мой любимый жеребец» и была написана на английском языке. На первой же странице я прочитал: «Я вспоминаю вчерашний вечер и благодарю Небеса, что они дали мне возможность узнать, полюбить и по-настоящему почувствовать тебя. Помнишь, как все это было впервые? Сдерживая нетерпение, мы вдвоем вошли в мою комнату, в которой все было готово для нашего судьбоносного свидания…» Ничего не напоминает?
– Это же текст, который, по мнению психолога, я разослала одноклассникам, – схватилась за голову Настя.
– Вот-вот. Я тоже сразу его вспомнил и спросил Грегори, кому эта книга принадлежит. Парень ответил, что книгу он подарил Изольде. Почему роман оказался снова в коробке, тот не знал. «Вероятно, прочла и вернула назад», – сказал он. Далее было еще интереснее. Мне пришлось помочь Грегори перенести его вещи в машину, стоявшую в гараже, там же находились две машины хозяев, мотоцикл и велосипед. Как вы думаете, какие были мои дальнейшие действия?
– Осмотрел велосипед? – предположил Юра.
– Да, в бардачке я нашел стандарт клофелина. Конечно, все это: и книга, и таблетки – косвенные улики, тем не менее я не верил в эти совпадения.
– Я ничего не поняла про тетрадь, – нахмурилась Настя,
– Не торопись. Дойдем и до этого. Так вот, все сходилось к одному лицу – Изольде. Я предполагал: она остановилась на время в своих изуверских делах, чтобы отвлечь от себя всякие подозрения, но полностью отказаться от идеи мести из-за несчастной любви было не в ее силах. Понимая это, я предпринял некоторые действия и узнал, что она задумала, – Влад на некоторое время замолчал. Он не стал объяснять ребятам, как добывал необходимую информацию. Его агентом стал фитнес-браслет с записывающим устройством, который он подарил Брахман. Владу нравились подобные шпионские штучки, приобретенные в интернет-магазинах. И эти игрушки, как ни странно, пригодились. Брахман, как и все, перед физкультурой браслет оставляла в раздевалке. Два раза в неделю Влад скидывал информацию в свой телефон. Когда парень понял, что замышляет Изольда, то вынул записывающее устройство и уничтожил его. Прокололась Брахман за неделю до экзаменов. В разговоре с Димой она упомянула, что ей нужна тетрадь Резвых, и попросила его вынести из учительской сочинения одноклассницы. Измайлов участвовать в этом категорически отказался, и Изольда вынуждена была самостоятельно осуществлять свой план. Владу нужна была информация, и он ее добыл, хотя законным этот путь назвать трудно. – Теперь про тетрадь, – продолжил Шевалье: – В планах Изольды было заполучить написанные Настей сочинения, а затем подбросить их в туалет. Результат не замедлил бы себя ждать: руководителю ППЭ доложил бы о находке дежурный по этажу, который в отсутствие участников экзамена ежечасно проверяет туалет на наличие шпаргалок, если бы здесь не повезло, о тетради сообщила бы сама Брахман. А дальше – дело техники: аннулирование результатов, разборки и суды. Даже если бы ты выиграла суд, доказав, что не приносила сочинения, все равно упустила бы время для поступления в универ.
– Мы были в разных аудиториях, как она поняла, что я уже в туалете побывала?
– Все просто. Хотя бы раз ты бы все равно вышла из аудитории: лето, жара, хочется пить. И то, что ты не сдашь работу раньше, чем она проведет операцию, об этом тоже Изольде было известно: как правило, ты сидишь с бланками до окончания экзамена. К тому же Брахман и здесь повезло: ее аудитория находилась рядом с туалетом, так что она имела возможность наблюдать, кто в него входил. В общем, никакого риска.
– Допустим. А почему тетрадь оказалась пустой?
– Потому что это не твоя тетрадь. Это моя тетрадь. Я переписал в нее все твои двадцать сочинений ручкой с исчезающими чернилами.
– Так вот почему ты не поехал к бабушке, а попросил меня отвезти ей мамино лекарство – сам в это время переписывал работы? – засмеялась Влада. – Ну, ты – разведчик. А откуда тебе было известно, что чернила исчезнут именно к этому времени?
– Проверил когда-то опытным путем. Я сам пробовал создать такие чернила. Делается просто: необходимо смешать пятьдесят миллилитров спиртовой настойки йода с чайной ложкой декстрина и отфильтровать осадок. Такие чернила полностью теряют свой цвет через два дня из-за испарения йода. Два дня для меня – много, поэтому пришлось воспользоваться ручкой промышленного производства. Вчера вечером и сегодня утром все буковки были на месте, на момент начала экзамена стали незаметно исчезать, а через полчаса тетрадь стала полностью чистой.
– А почерк? Как тебе удалось подделать мой почерк?
– Я его и не подделывал. Изольда не учительница русского языка, чтобы по одной фразе определять, кому принадлежит работа. Какую тетрадь Брахман дал, ту она и приняла. Переиграла сама себя.
– Измайлов, а почему ты молчал о коварном замысле своей неземной любви? – кипятилась Влада. – Не поверю, что ты ничего не знал.
Дима сидел пунцовый и боялся поднять глаза.
– Потому и молчал, что любил Сольдо всю жизнь. Брахман уже давно перестала мне доверять, наверное, после истории с рассылкой любовно-пошлого сообщения. Я выполнил тогда свою задачу – привел ей знакомого айтишника – и все. Когда увидел результаты своего поступка, то ужаснулся и сказал Изольде, что больше не буду принимать участие в ее делах. О том, что она хотела отравить Настю, я не знал, честное слово, не знал, Брахман не искала во мне союзника – сама справилась. А в этой ситуации с тетрадью, видимо, я ей снова понадобился. Моей задачей было выкрасть тетрадь у Екатерины Великой. Но я отказался, а у Сольдо что-то пошло не так. В результате заполучила тетрадь легально.
– И все-таки ты должен был все нам рассказать, – возмущенно сказала Наташа, – ведь видел, что Брахман сама не остановится.
– Да, должен был, теперь я понимаю это. Прости, Настя, – тихо ответил он и, не говоря больше ни слова, ушел.
– Ну, Шевалье – ты гений. Такую операцию провернул, – восхитился Курченко.
– В любом из нас спит гений, – в своей обычной ироничной манере ответил парень. – И с каждым днем, увы, все крепче.
Настя подошла к Владу, поднялась на цыпочки и нежно прикоснулась своими губами к его:
– Ты очередной раз спас меня, Рыцарь. Проси что хочешь.
– Попрошу, когда сдадим все экзамены…
Глава 10 Выпускной
Как легко обидеть человека!
Взял и бросил фразу злее перца.
А потом порой не хватит века,
Чтоб вернуть обиженное сердце.
Эдуард Асадов, советский поэт
Лето. Жара. Июньское солнце, ошалев от собственной смелости, плавило асфальт. Наконец-то закончилась пора государственных экзаменов, и ребята спокойно вздохнули, начав готовиться к выпускному вечеру, которого ждали все одиннадцать лет обучения. И вот оно, бинго – через четыре дня вселенское событие. Где праздновать, определились еще месяц назад, выбрав ресторан с поэтическим и, главное, оригинальным названием «Сибирь». Родители Изольды Брахман предлагали веселье в своем кабачке «Don't choke» («Не подавись»), но дети этому воспротивились из-за суеверия: вдруг и правда на пороге взрослой жизни это произойдет – и кто-нибудь подавится, не зря психолог на Последнем звонке почему-то говорила об их последних годах жизни.
Брахман после известных событий категорически отказалась идти на выпускной, хотя ей привезли удивительной красоты наряд из самого Парижа, и всячески избегала бывших приятелей, объявивших ей бойкот. Попыталась было наладить отношения со Старухиной, но та в дружбе отказала, иронично кого-то процитировав: «Давать шансы предателю – то же самое, что давать второй патрон тому, кто в тебя не попал с первого раза». Поняв, что общаться ей не с кем, Изольда Брахман, не решаясь прийти на долгожданный праздник каждого выпускника, покинула славный город Энск и отправилась покорять аж главный театральный вуз страны.
– По этому поводу есть анекдот, – широко улыбнулся Курченко. – Извините, вы не подскажете, какой средний балл для поступления в ГИТИС? – 50000 $, молодой человек.
Компания все эти дни почти не расставалась, понимая, что скоро разлука. Обычно ребята гуляли либо в парке, либо в скверике возле лицея, либо на набережной реки, ведя неторопливые, задушевные беседы.
Накануне выпускного вечера в парке между Владом и Настей состоялся непростой разговор.
– Так о чем ты намеревался меня попросить?
– Хочу, чтобы ты поехала со мной в Москву.
– Почему обязательно в Москву? В Новосибирске тоже есть Институт ФСБ.
– Там нет факультета, на который я собираюсь поступать.
– Я не могу оставить маму, ты должен меня понять.
– Сама говорила, что Виталий Андреевич перестал пить, чему Надежда Петровна очень рада.
– Перестал, но маму все равно жаль оставлять. Кроме того, на бюджет в московские вузы я по баллам не пройду, хоть экзамены сдала хорошо, но там высокая конкуренция, а платно меня учить некому, я не Сольдо, если понимаешь, о чем говорю. Придется получать образование в здешнем филиале универа.
– И куда тебя возьмут после получения такого образования? Подумай. Только время зря потеряешь. Может, родители, как и многие другие, возьмут кредит? Начнешь работать, вся твоя учеба окупится с лихвой. Будешь еще родственникам помогать. Да и знаю случаи, они не единичны, когда студент с платного образования переходит на бюджет, если отлично учится. Что тебе помешало получить медальку в лицее – химия с физикой? Так на твоем факультете этих предметов не будет. У тебя есть все шансы перевестись на бюджетную форму обучения. А насчет твоего проживания в Москве я договорился с моей тетей Олей, у нее две комнаты в коммунальной квартире, одну комнату она сдает. Если поступлю, первый год буду на казарменном положении, а уже на втором курсе присоединюсь к тебе. Ты же выйдешь за меня замуж, Асенька? – спросил с нежностью в голосе Влад.
– Да, – сказала Настя твердо, – выйду, дорогой мой Рыцарь. Но мне нужно все обсудить с родителями.
– Обсуждай, конечно.
Разговаривая, они не заметили, как сзади к ним подкрались Влада, Вова, Наташа и Юра.
– О чем так трогательно беседуете? – спросил Курченко.
– Да так, пришла в голову одна мысль, – доверительно сообщил Влад.
– Тебе пришла в голову мысль? Наверное, чтобы умереть там окончательно, – фыркнула Влада.
– У меня есть один недостаток: я не умею общаться с идиотами.
– Сам дурак. Слон в посудной лавке. Тебе надо пойти в зоопарк, там тебя точно примут за своего.
– Слон, если мне не изменяет память – одно из умнейших животных. Остынь, систер, и приляг. Желательно на рельсы.
– Думаешь, у тебя хорошее чувство юмора? Ошибаешься.
– Это у Бога хорошее чувство юмора, ты тому подтверждение.
– Я в Бога не верю. Я верю в силу человеческой личности, какой, впрочем, сама и являюсь, но ты, видимо, не личность.
– Не называй чуждые тебе вещи своими именами!
– Ребята, – вмешалась Настя, чтобы остановить словесный поединок родственников, – не сходить ли нам в торговый центр? На днях выпускной, а я так туфли и не подобрала.
У Курченко от радости заблестели глаза:
– Я согласен, но сначала зайдем там в кафетерий. Что-то я проголодался, пока вы спорили.
– Много есть вредно, – тут же парировала Влада.
– А мало – скучно, – ответил ей Вова.
***
– Местное время 18.00. Начинаем наш чудесный праздник. Праздник, которого с нетерпением ждали выпускники. И не потому, что вместе с ним заканчиваются школьные годы, а потому, что нет в жизни более волнующего момента, чем тот, когда ты последний раз входишь в стены родного лицея как её воспитанник, а выходишь самостоятельным, взрослым человеком, принадлежащим уже другой жизни. Окончен школьный роман…В этих строках не только светлая грусть, но и предвкушение грядущей, интересной и обязательно счастливой взрослой жизни, – вещали ведущие Выпускного вечера.
Сначала состоялся небольшой концерт, с некоторыми отступлениями в виде пожеланий выпускникам доброго самостоятельного пути. Говорили взволнованные учителя, смущенные всеобщим вниманием родители, важные представители разных организаций, а затем пришла пора вручения аттестатов, поэтому слово предоставили самому главному педагогу лицея – директору. После его короткого выступления настал торжественный час, ради которого все здесь собрались.
– Для вручения золотых медалей «За особые успехи в учении» и аттестатов о среднем общем образовании с отличием приглашаются: Шевалье Владислав Ильич, Шевалье Владислава Ильинична, Игнатов Юрий Николаевич.
Раздались звуки фанфар, и зазвучала торжественная инструментальная музыка. Затем туда же на сцену к стоящим отличникам учебы пригласили Настю Резвых и Ларису Старухину.
– Мы рады, что нашу галерею стобалльников пополнили две милые, эрудированные девушки и всесторонне развитый, целеустремленный парень. Настя стала лучшей по русскому языку, Лариса – по истории, а Влад – по английскому языку. Педколлектив гордится вами, ребята. Вы – золотой фонд нашего лицея.
Настя как-то незаметно оказалась рядом с Владом и бросила на него полный счастья взгляд. Вот она – минута славы.
– Вряд ли бы я смогла достичь такого результата без тебя, Рыцарь, – шепнула она парню. – Мне просто не дали бы учиться. Я безмерно благодарна тебе за все.
– А я – тебе. Ты мой стимул, мой талисман, – с нежностью в голосе ответил Влад. – Я люблю тебя, Асенька.
– И я, – с жаром откликнулась она.
После торжественного вручения аттестатов все выпускники направились к автобусам, их ждала прогулка по родному городу. Это было традицией лицея – так прощаться с Энском. Вдруг небо затянуло тучами, резко похолодало, и ливень накрыл родной город. После экскурсионной программы ребятам пришлось мелкими перебежками добираться от автобусной остановки до ресторана. Влад накинул над Асей свой пиджак, как парус, и они ринулись к питейному учреждению, где их с нетерпением ждали родители.
После праздничного банкета было много конкурсов вперемежку с танцами. Старухина Лариса, стоя рядом со своим преданным другом Русланом, наблюдала за уже бывшими одноклассницами и через какое-то время не преминула съязвить:
– Тупицы. Небось, грезят о парнях, которые каждый день будут им дарить цветы, раз в неделю водить в ресторан, а два – в торговый центр, и будут непрерывно твердить, что жизнь готовы отдать за свою королевну, что хотят жениться сразу после школы и мечтают о семерых детях. Не понимают глупые курицы, что их ждет новый дивный мир университета. А в этом парке аттракционов и экспериментов много умных, красивых, богатых парней. И каждую из них ждет новая связь, новая любовь. Через какой-то месяц после выпускного эти идиотки будут грустно вздыхать, потому что за все части тела их будет удерживать школьная любовь. Вроде бы они еще будут чувствовать легкое, почти незаметное, любовное колыхание ветерка, а душе уже захочется чего-то нового: бури, урагана, смерча. А всего этого с лихвой в университете. Вот я и говорю: зачем она нужна – школьная любовь?
Руслан, опустив голову, с трепетом слушал свою королевну и боялся ей перечить.
К ним как-то незаметно подошел Уваров.
– Лариса, поздравляю тебя с достойным окончанием лицея и приглашаю на танец, – старомодно наклонил голову Виталий Андреевич и протянул дочери руку.
С того самого вечера, когда, круто развернувшись, девушка ушла из кафе, они не встречались, а он очень скучал по дочери, ведь это так славно ощущать себя настоящим отцом и смотреть в глаза родному человечку, у которого они один в один как у его матери.