Текст книги "И даже смерть не разлучит нас (СИ)"

Автор книги: Наталья Мусникова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

– Ну что, деревенщина, теперь поняла, почему никто искать не станет? – процедила Аурелия, упирая кулаки в боки.

Фи, как некрасиво, я так никогда не делаю. Почти никогда. Тот раз, когда я с Лучезаром на тренировке спорила, не считается. И вообще, нечего красть чужую внешность и чужие жесты!

– Ты сгинешь в Зазеркалье, а я останусь с Лучезаром, – прошипела Аурелия и, насторожившись, метнула в Зеркало какой-то зеленоватой молнией. – Исчезни!

Вот честное слово, прямо с языка сняла, я ей то же самое сказать хотела! А то стоит, понимаешь ли, красуется, весь обзор перекрыла. Я сделала несколько шажков в сторону, чтобы увидеть, как аудитория начинает заполняться Героями и их Прекрасными дамами. Пришла и Дуняша с Лихославом. Причём мой братец всё норовил ухватить девушку за руку, а она упрямо руку убирала, в сторону отводила. Вроде бы и не нарочно, не демонстративно, но от этого ещё более досадно. Ага, вон в уголочке Василиса с Иванушкой, царевич прикрывает свою кванцессу, чтобы её никто не обидел. А где Лучезар? Я прижалась к стеклу руками, в тайной надежде, что меня кто-нибудь заметит, но, увы! Кажется, последнее заклинание ведьминской Феи было направлено на то, чтобы сделать меня невидимой. Ладно, голубушка, я выберусь отсюда, и тогда стойкий запах навоза станет твоим постоянным спутником. Что творишь, так и пахнешь.

От планов отмщения меня оторвал Лучезар, влетевший в аудиторию буквально перед самым носом преподавателя. Илья Иванович усмехнулся, но сделал вид, что опоздания не заметил, а вот у меня сердце сжалось и заледенело, стоило только увидеть, как Аурелия, в моём облике, подходит к Лучезару и берёт его за руку. Ещё и поближе к зеркалу тащит, змеища, наверняка, чтобы мне было лучше видно!

– Если он признает её за Вас, Вы, сударыня, навсегда останетесь здесь, – прозвенел рядом со мной равнодушный холодный голос.

Я резко обернулась и так резко отпрянула, что поскользнулась и рухнула на пол, весьма чувствительно приложившись попкой о камни.

– Кто вы? – прошептала я, продолжая медленно отползать прочь от ужасной безглазой маски, висящей надо мной.

– Я – Дух Зеркала, Вы можете называть меня Зеркальщиком, – равнодушно сообщила маска, слегка качнувшись в воздухе, что, наверное, обозначало приветственный поклон. По крайней мере, я на это надеюсь.

Я с трудом сглотнула, облизнула пересохшие губы и прохрипела:

– И что Вам нужно?

– Узнать, будут Испытания или Вы сразу станете Тенью.

– К-какие испытания?

Я даже отвлеклась от событий по ту сторону Зеркала, широко распахнутыми глазами глядя на по-прежнему невозмутимого Зеркальщика, который, паразит такой, не спешил отвечать на мой вопрос.

– Какие испытания?! – повторила я погромче, а то мало ли, ушей у этой огромной маски нет, может, слышит плохо?

– Смотри и увидишь, – провозгласил Зеркальщик, поворачиваясь к стеклу.

Я тяжело вздохнула и повернулась к гладкой и холодной, как и всё вокруг, поверхности Зеркала. Аурелия, искоса бросая в мою сторону торжествующие взгляды, что-то беззаботно щебетала Лучезару, а тот с такой знакомой и родной полуулыбкой слушал её, нежно перебирая тонкие девичьи пальчики.

Я резко отвернулась, скрестив руки на груди и кусая губы, чтобы сдержать злые слёзы:

– Не хочу смотреть, как эта ведьма кокетничает с моим парнем!

– Люди странные существа, – задумчиво вздохнул Зеркальщик, – они видят только то, что хотят. Может, хотя бы слух тебя не подведёт?

Я собиралась сказать, что раз не хочу видеть, значит, ещё меньше хочу слышать происходящее, но проклятая маска дунула в сторону стекла, и до меня отчётливо долетел приторно-сладкий щебет Аурелии:

– Ах, Лучезар, как я рада, что именно ты стал моим Героем!

Бе-е-е, да я никогда в жизни таких глупостей не говорила, особенно таким тоном. К моей тихой радости Лучезар вздрогнул, с трудом отлепил Аурелию от себя и, крепко держа за плечи, пристально посмотрел ей в глаза.

– Что такое? – непонимающе захлопала глазами девица и глупо хихикнула. – Ты хочешь меня поцеловать?

– Где Веселинка?

Вопрос прозвучал так неожиданно, что даже я растерялась. Аурелия же и вовсе приоткрыла рот и выдала непревзойдённое по остроумию:

– Что?

– Веселинка где?! – повторил Лучезар, в голосе которого отчётливо громыхнули раскаты грома.

Лично я этими раскатами вполне прониклась, а вот Аурелия оказалась девицей настырной и продолжала прикидываться дурой. Или наоборот, перестала притворяться, став такой, какая есть?

– О чём ты, милый? – Фея потянулась погладить моего (подчёркиваю, моего) Героя по щеке, но Лучезар резко перехватил её руку.

Солнечный свет ударил по глазам, вызвав слёзы, но зажмуриваться я не стала, только досадливо мотнула головой, смахивая выступившие слёзы. Как и следовало ожидать, сила солнца развеяла заклинание, и все собравшиеся в аудитории смогли убедиться, что Лучезар не обезумел, перестав узнавать свою невесту (Лихослав по этому поводу даже какое-то ехидное замечание сделал, только я не расслышала, какое именно), а наоборот, проявил похвальную зоркость.

– Аурелия?! – брови Дуняши сначала удивлённо взметнулись вверх, а потом сурово сошлись на переносице. – Что ты здесь делаешь?

– Мне больше квинтересно, где Весеквинка, – Василиса упёрла ручки в бока, став похожей на хозяйку, которой тараканы попеняли на подгоревший ужин.

– За Зеркалом ваша деревенщина, – огрызнулась Аурелия, тщетно пытаясь высвободиться из рук Лучезара. – Там ей самое место!

В этот напряжённый момент изображение и звук пропали, заставив меня резко повернуться к Зеркальщику.

– Отлично, – голос Духа Зеркала был по-прежнему ровным и спокойным, таким приговоры разбойникам зачитывают, – твой Герой узнал подмену, значит, ты нужна ему. Раз так, ты удостоишься Испытаний…

Зеркальщик собрался сказать что-то ещё, но не успел. Зеркало оглушительно зазвенело, гладкий холодный пол буквально вздыбился под нашими ногами, а ровные стеклянные стены пошли трещинами.

– Что происходит?! – крикнула я, отчаянно пытаясь удержаться на ногах.

Судя по ошарашенной гримасе, Зеркальщик сам ничего не понимал. Мамочка милая, да что же это такое?! Очередной мощный толчок сбил-таки меня с ног, я испуганно зажмурилась, красочно представляя свою триумфальную встречу с камнями пола, но вместо этого оказалась в кольце сильных рук. До боли знакомый и родной голос укоризненно прошептал: «Умеешь же ты в неприятности влипать, Веснушка», и по моим губам растеклась широкая блаженная улыбка. Ибо все страхи, ужасы и катастрофы бледнеют и поспешно испаряются, когда появляется Лучезар, который при желании всем катастрофам сто очков вперёд даст.

– Ты цела? – Лучезар немного отстранился, внимательно изучая меня потемневшими синими глазами.

Я торопливо кивнула и, закинув голову, выпятила губу трубочкой. Целуй, мол, потом поболтаем. Лучезар насмешливо хмыкнул, и послушно поцеловал. Сначала осторожно, словно не веря в то, что это действительно я, а потом уже с увлечением и пробудившейся страстью. Я отвечала не менее пылко, и мы так увлеклись, что начисто позабыли обо всём, тем более, о нежеланных свидетелях наших поцелуев. А вот сам свидетель скромно уходить в тень и притворяться частью интерьера не собирался, наоборот, сначала разразился приступом кашля, а потом недовольно проскрипел:

– Молодые люди, тут Зазеркалье, а не Дом утех, прекратите немедленно!

Я смущённо охнула и спрятала лицо на груди Лучезара, а вот мой Герой смущаться не стал, меня к себе прижал и довольно нахально ответил:

– Если не нравится, то можно и не смотреть.

Повисла такая выразительная пауза, что я не выдержала, отлепилась от спасительной широкой груди и с любопытством посмотрела в сторону Духа Зеркала. А взглянуть было на что! Спорим, никто раньше никогда не видел невозмутимого и равнодушного ко всему Зеркальщика с выпученными глазами и отвисшей челюстью? Несколько минут Дух Зеркала молча открывал и закрывал рот, а Лучезар, чья совесть, если и была когда-нибудь вообще, уехала в тёплые заморские дали, взял меня за руку и спокойно, словно речь шла о простой прогулке, сказал:

– Пошли домой.

– Не выйдет! – отмер-таки Зеркальщик и с нескрываемым злорадством уставился на нас. – Та, что заброшена сюда, не выйдет без прохождения Испытаний!

Голову готова дать на отсечение, Дух Зеркала ожидал от нас бурных возражений, отчаянных попыток прорваться или же ещё чего-нибудь столь же душещипательно-бесполезного. И опять ошибся. Я после появления Лучезара уподобилась безмятежным горным вершинам, а мой Герой вообще мало чего в этой жизни боялся. Если вообще был способен испытывать страх. Вот и сейчас, услышав про Испытания, Лучезар почесал кончик носа, после чего миролюбиво кивнул:

– Ладно, пусть будут Испытания. Только побыстрее, а то не хотелось бы в первый же учебный день занятия пропускать.

Опять повисла пауза, во время которой Зеркальщик честно пытался подтянуть всё время отвисающую нижнюю челюсть. Надо же, нервный какой, а сначала казался таким спокойным и безразличным ко всему!

– Вы не боитесь? – недоверчиво проблеял Дух Зеркала.

Теперь пришёл черёд нам удивляться:

– А кого мы должны бояться?

– Если Вы не справитесь, то останетесь здесь навсегда!

Я немного приуныла, а вот Лучезар, наоборот, расхохотался так звонко и безудержно, что зал ответил ему громким эхом.

– Так это ещё спорный вопрос, кто бояться должен: мы или нас!

Что верно, то верно, мы с Лучезаром вряд ли пойдём на пользу Зазеркалью и его обитателям.

Зеркальщик гулко сглотнул, но отказываться от своих слов не стал, наоборот, даже голос повысил, очевидно для того, чтобы истерические нотки было хуже слышно:

– Вас ждёт три испытания. Узнать себя, узнать свою пару и посмотреть в глаза собственным страхам. Если справитесь – обретёте свободу, а если нет…

Дух Зеркала эффектно рассыпался на мелкие осколки, только голос его продолжал отражаться от стен зала:

– Останетесь тут навеки!

Глава 7. Зеркальные испытания

Я никогда не считала себя трусихой, всегда старалась смотреть в глаза собственным страхам и сомнениям (те чудища с совместного с Героями практикума не считаются). Так вот, трусихой я не была, и всё-таки в холодном Зазеркалье, под громовым раскатом голоса Зеркальщика мне было по-настоящему жутко. Я оглянулась на Лучезара, но к моему вящему ужасу, Героя рядом не оказалось. Что за проделки злой ведьмы?!

– Лучезар? – позвала я, и сама поморщилась, так жалко и испуганно прозвучал мой голосок. – Лучезар, ты где?!

Ответом мне было сводящая с ума тишина. Я резко выдохнула, встряхнула головой, унимая панику и шагнула вперёд, туда, где слабо мерцал огонёк света. Что там, выход или глаза неведомого чудовища? Да нет, глупости, какие чудовища могут быть в Зазеркалье? Конечно, там выход, мне нужно туда… Успокаивая саму себя я быстрым шагом, почти бегом отправилась туда, где мерцал слабый огонёк. А вдруг это солнечный зайчик, тот самый, что привёл меня тогда к Лучезару? Я плюнула на все правила хорошего тона, какие знала, а к тому времени, благодаря занятиям по Этикету, я знала уже довольно много, и бросилась бежать. Быстрее, ещё быстрее, чтобы ветер свистел в ушах, а давящий сердце страх отстал и развеялся в бешеном беге! Вот так вот на полном ходу я и вылетела за поворот, чтобы с разгону врезаться… в саму себя! Не поняла, это ещё что за шутки?! Весь зеркальный зал был буквально битком набит мной! Я даже зажмурилась и головой замотала, но проверенный способ не помог, мои двойники никуда не исчезли. Более того, они в точности скопировали мои действия, тоже зажмурились и головой замотали.

– Это твои отражения, – прозвучал над ухом голос Зеркальщика, – посмотрим, сможет ли твой ненаглядный Герой узнать тебя настоящую среди тысячи отражений.

У меня руки зачесались немного подправить физиономию этого противного Духа Зеркала. Ещё и издевается, гад! От жестокого избиения Зеркальщика спас Лучезар, уверенным шагом вошедший в залу и замерший у входа. Синие глаза Героя широко распахнулись, а эти проклятые отражения, в точности копируя меня, смущённо улыбнулись и помахали рукой. Все! До единой!!!

– Лучезар, – я знала, что меня обязательно повторят, но не смогла сдержаться, – я здесь!

– Я здесь! Я здесь! Я здесь! – прокатилось по залу.

Лучезар прикусил губу, а потом зажмурился и шагнул вперёд.

– Не вынес созерцания такого количества дам своего сердца? – насмешливо хмыкнул Зеркальщик, не спеша, впрочем, становиться видимым.  И правильно делал, а то бы я его сама расколотила, причём без всякой магии, голыми руками!

– Если он не справится, то останется в Зазеркалье навсегда, – злорадно продребезжал Зеркальщик, и эхо с готовностью подхватило мрачные слова и разнесло их по всему залу.

Но Лучезара мрачное пророчество ни капли не смутило, он решительно шагал между моими многочисленными отражениями, только на несколько мгновений замирая у одной или другой девушки, а потом двигаясь дальше. Я, прикусив губу, с тревогой смотрела на своего Героя. Что он делает, он же не видит ничего! Ничего не видит и при этом уверенно двигается в мою сторону… Надо будет потом обязательно узнать, как Лучезару это удаётся. Вот мой Герой совсем рядом со мной, и я невольно беру его за руку, чтобы он быстрее меня узнал. Мои отражения, особенно те, кто рядом со мной, повторяют мой жест, и я готова визжать от отчаяния и тревоги. Лучезар, милый, ну узнай, очень тебя прошу, узнай меня!!! На мою похолодевшую от волнения руку уверенно ложится тёплая ладонь Лучезара, сильные пальцы переплетаются с моими, и мой Герой громко объявляет:

– Вот моя Веселинка!

В тот же миг мои отражения с тихим хрустальным звоном рассыпаются и исчезают. Вместо них появляется Зеркальщик, чей безгубый рот кривится, словно он ведро крапивный щей проглотил.

– Ты угадал, – неохотно проскрипел Дух Зеркала, – задание выполнено.

– Мы можем идти? – хитро сверкнул синими глазами Лучезар.

– Ты можешь идти, – проскрипел Зеркальщик. – А твоя дама ещё не прошла приготовленные ей Испытания?

– Так за чем же дело стало? – я залихватски тряхнула головой. – Я готова.

– Да будет так! – провозгласил Дух Зеркала и вокруг меня закружился колючий рой осколков.

Я поспешно закрылась руками, чтобы на пораниться, а когда отняла ладошки от лица, не сдержала восторженного вскрика. Я словно бы перенеслась в музей Волшебного Университета. Вокруг на больших столах, маленьких изящных столиках, накрепко привинченных к стенам полках и даже просто на полу стояли, лежали и висели всевозможные вещи. Золотая диадема, богато украшенная драгоценными камнями, соседствовала с грязной тряпкой, в которой я далеко не сразу признала вышитое полотенце, а всё ещё пахнущие свежим деревом лапоточки стояли рядом с отливающим серебром кинжалом. Не поняла, это что за склад забытых вещей?

– Ты должна узнать своего Героя, – прозвенел рядом со мной невозмутимый голос Зеркальщика. – Не узнаешь, останешься тут навсегда!

Я смущённо кашлянула, беспомощно оглядываясь по сторонам. Значит, мне надо среди этого барахла найти Лучезара? А если не справлюсь… Ладошки стали липкими от пота, коленки предательски задрожали, а сердце вообще сделало попытку трусливо спрятаться в левой пятке. Я глубоко вздохнула, прогоняя панику и решительно закрыла глаза, надеясь, что ноги приведут меня к Лучезару. А что, мой Герой меня так и отыскал!

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍

С закрытыми глазами идти оказалось жутко неудобно: я три раза споткнулась, один раз что-то уронила, а потом со всего размаху врезалась коленкой во что-то твёрдое, преградившее мне путь. Коротко взвыв от боли, я моментально распахнула глаза и, растирая ноющую коленку, принялась изучать предметы, лежащие на массивном, жабой раскорячившемся в углу столике, в который я врезалась. Так, и что из этого может быть Лучезаром? Рваное платье, причём женское? Да ну, бред. Широкий золотой браслет с причудливой чеканкой? Не, не вариант, слишком вычурно, Лучезар не такой. Один ношеный лапоть с зелёной каймой по краю? Это больше для Хозяюшки подойдёт. Малахитовый лягушонок?  Так ему кванцесса нужна, а не я. Я задумчиво побарабанила пальцами по краю стола, покусала губу, и только потом признала очень неприятных, хоть и очевидный факт: Лучезара с закрытыми глазами я не найду, быстрее покалечусь. Ладно, если одна тактика не работает, используем другую. Например, включим голову.

– А раньше ты чем думала? – фыркнул рядом со мной голос невидимого Зеркальщика.

– Читать чужие мысли неприлично, – не осталась в долгу я.

– Зато интересно, – огрызнулся Дух Зеркала и замолчал, слишком уж выразительно моя рука потянулась к лежащему на самой ближней ко мне полке серому булыжнику.

Я опустила руку, закрыла глаза и отчётливо представила Лучезара, его озорные синие глаза, на дне которых золотыми рыбками плещутся смешинки, всегда взлохмаченные светлые кудри, широкую грудь, на которой так приятно укрываться от всех бед и напастей. Где же ты, солнышко моё? Солнышко… И как я могла забыть, Лучезар же солнечный, он весь словно светится! И от него теплом веет. Я хищно потёрла ладошки и с азартом огляделась по сторонам. Та-ак и что тут у нас? Оружие, мерцающее ледяными бликами, отметаем сразу, старые грязные тряпки тоже, деревянные поделки… Я задумчиво взяла в руки пару симпатичных лапоточков, таких крошечных, что они легко поместились в моей ладони. Нет, пожалуй, тоже не то. Слишком просто, что ли. Я задумчиво ходила между столами и полками, внимательно разглядывала выставленные на них вещи. Не то, опять не то, снова не то… Я задумчиво посмотрела на миниатюрную избушку на курьих ножках, с лихо заломленной набекрень соломенной крышей. Хм-м-м. Очень даже может быть… Я потянулась к избушке, и меня опахнуло летним зноем, прогретой на солнце соломой и терпким духом смоляных брёвен.

– Лучезар, – прошептала я, нежно поглаживая игрушку, – любый мой…

Окружающее пространство дёрнулось и с хрустальным звоном рассыпалось, а я оказалась в крепких объятиях Лучезара.

– Ладо моя, – жарко прошептал Герой, накрывая мои губы поцелуем. Я привстала на цыпочки, откинула голову, словно цветок солнцу открываясь горячим губам любимого.

– Молодые люди, – раздражённо продребезжал над нами голос Духа Зеркала.

Чаща непролазная с голодными хищниками, да что этой маске недобитой надо?!

– Что?! – рыкнул Лучезар, неохотно отрываясь от моих губ.

– Это Зазеркалье, а не Дом свиданий!

– Завидно – завидуй молча! – огрызнулся мой Герой, нежно очерчивая большим пальцем контур моих губ.

Зеркальщик отчётливо поперхнулся воздухом, и на несколько минут воцарилась блаженная тишина. Жаль, что несносный Дух быстро, уже привычным, благодаря общению с нами, жестом вернул на место отвисшую челюсть, сердито кашлянул и задребезжал:

– Проходите оставшиеся Испытания, возвращайтесь в свой развращённый мир, там и целуйтесь, сколько влезет! Ну и молодёжь пошла, Духов не чтут, чародейства не боятся, девицы сами парням на шею вешаются!!!

– А что за Испытания? – привычно вычленила из потока брюзжания самое важное я.

– Посмотреть в глаза собственным страхам, – желчно ответил Дух Зеркала и с нескрываемым ехидством добавил, – а коли уцелеете, то ещё себя самих узнавать придётся. Удачи, неугомонная парочка. Помните, не справитесь с испытанием…

– Останемся тут навечно, – поморщился Лучезар, – помним, не переживайте.

Зеркальщик фыркнул, выкрикнул что-то витиеватое, что в равной степени можно было принять как за заклинание, так и за изощрённое проклятие, и нас накрыла темнота.

– Глаза крепко зажмурь, а потом быстро-быстро поморгай, так быстрее к темноте привыкнешь, – прошептал мне Лучезар, крепко обнимая меня за талию. Ну, почти за талию.

Когда шаловливая рука скользнула ещё ниже, я сердито шлёпнула её и прошипела, пытаясь пробудить в своём Герое благоразумие:

– Лучезар, ну не здесь же!

– А почему бы и нет? – прошептал Лучезар и прихватил губами кончик моего ушка, вызвав тем самым толпу мурашек. – Темно, мы наконец-то одни, никто не помешает.

Мурашки дружным строем опять замаршировали по спине. Это ещё что за незапланированные военные учения?!

– Нам Испытания проходить надо, – пролепетала я, пытаясь сохранить остатки благоразумия.

Лучезар фыркнул и прошептал, медленно гладя меня по спине:

– Одно другому не мешает.

Я прикрыла глаза, отдаваясь ласке и на краткий миг позволила себе целиком и полностью расслабиться в руках любимого. В самом деле, подождут эти страхи, дольше ждали. Только вот страхи считали иначе. Тихий, почти на грани различимого, шорох и цокот постепенно нарастал, а потом к нему добавился возмущённый клёкот и даже треск.

– Да что там ещё?! – рыкнул Лучезар, неохотно отстраняясь от меня и поворачиваясь на шум.

Я тоже неохотно повернулась в сторону шума, и отчаянно закричала, буквально взлетев на руки Лучезару. И было от чего: на нас надвигались жуткие чудовища, с огромными сетчатыми глазами, сухими, жутко цокающими по камням лапками, вывернутыми, словно у паука-сенокосца и кровожадно распахнутыми жвалами. Меня особенно испугали вывернутые уголком глянцевито поблескивающие в темноте жёсткие крылья, мертвенно-синего цвета.

– Веська, – долетел до меня сквозь мой истошный визг насмешливый голос Лучезара, – а ты сиреной противотуманной поработать не хочешь, а то мне говорили там место освободилось.

– А куда заморская птица делась? – шмыгнула носом я.

– Спёрли.

– Кто?! – ахнула я, начисто позабыв про все свои страхи. – Ведь матушка твоя совсем недавно говорила, что новую птицу привезли!

Лучезар расплылся в озорной улыбке и беззаботно пожал плечами:

– Да мало ли охотников найдётся. Ты эту птицу когда-нибудь видела?

Я отрицательно замотала головой.

Лучезар смешливо хмыкнул и охотно пояснил:

– Короче, это не простая птица, вроде чайки или совы какой-нибудь, а эта… как её… Вспомнил, Сирена, вроде нашей Сирин.

– Тело птичье, а лицо женское? – ахнула я.

– Ну, не только лицо. Она до пояса девица, со всеми выдающимися, весьма выдающимися, женскими признаками.

– А ты откуда знаешь? – моментально насупилась я.

Миленькое дело, мой жених ещё супругом стать не успел, а уже на всяких девиц выдающихся заглядывается!

– Доводилось видеть, – не стал хитрить Лучезар, за что и получил тычок кулачком в грудь.

Ничего не скажешь, многого я про эту заразу синеглазую не знала!

– А может, и не только видеть? – нехорошо прищурилась я, обиженно спрыгивая с рук Лучезара на пол.

Обрадованное моим спуском вниз чудовище с готовностью положило на меня свою лапу, по которой я моментально шлёпнула ладонью. Не до него сейчас, мне с женихом разобраться надо. Чудовище обиженно зацокало и попыталось цапнуть подол моего платья. Я «нечаянно» переступила каблучками в опасной близости от лап чудовища, заставив его зашипеть и отпрянуть.

– Не лезь! – рыкнула я. – Не до тебя сейчас!

Чудовище разъярённо заклёкотало, вздыбилось на задние кривые, поросшие короткими чёрными щетинками лапы и… рассыпалось мелкими зеркальными осколками. Следом за ним рассыпались на осколки и остальные чудовища.

– Что это с ними? – удивилась я, временно забывая о собственной ревности.

– Ты справилась с Испытанием, посмотрела в глаза собственному страху, – голос у Лучезара был серьёзный, только в глубине синих глаз золотыми рыбками плескались смешинки.

– Так ты что, нарочно мне про эту Сирену рассказал? – ахнула я.

– Ага.

Вот что мне с ним, таким умным делать прикажете, а?! Убить или наградить? Я ограничилась обиженно надутыми губами и грозным сопением, но мой Герой даже не попытался изобразить раскаяние.

– Прости, Веснушка, но я не позволю тебе остаться здесь. Даже и не проси.

Я уже открыла рот, чтобы высказать своему Герою всё, что о нём думаю, но меня насторожило вылетевшее изо рта облачко пара. Не поняла, это ещё что за ведьминские козни?!

– О, а вот, кажется, Испытание и для меня, – пробормотал Лучезар, нахмурившись и невольно сжимая руки в кулаки.

– Ты что, холода боишься? – недоверчиво хмыкнула я.

Ну надо же, а мне казалось, мой Герой неустрашим и неуязвим. Лучезар мрачно кивнул, усиленно растирая покрасневшие от холода руки.

– Дай я.

Я взяла обхватила ладони Лучезара, поднесла к своему лицу и стала бережно растирать их, согревая своим дыханием. Холод усиливался, но лично меня он не пугал, я к морозам привычная, у нас зимы студёные, плевок на лету мёрзнет. Кстати, действительно, мёрзнет, мы с кикиморушками проверяли.

– А мне казалось, ты плеваться не умеешь, – фыркнул Лучезар, которому я охотно поведала про наши с кикиморушками эксперименты, – и вообще, вся из себя такая правильная, крестиком вышиваешь.

– Вышивать я не умею, – я тяжело вздохнула, признаваясь в таком тяжёлом для девушки несовершенстве. Честное слово, в нашем селе гораздо охотнее прощали девице непривлекательную внешность, чем отсутствие рукодельных навыков.

– Если хочешь, я научу, – пожал плечами Лучезар.

– А ты умеешь?

Вообще-то, я прекрасно знала, что о способностях своего ненаглядного, просто отвлечь его пыталась. А что, вдруг получится, меня же Лучезару отвлечь удалось!

– Умею. Меня отец всему научил.

– Так-таки и всему? – я с шаловливой улыбкой скользнула руками по плечам Лучезара. – И этому?

Я тесно прижалась к своему Герою, ласковой кошкой потёрлась о его грудь щекой.

– И этому? – прошептала я, запуская руки во взъерошенную шевелюру Лучезара.

– С огнём играешь, Веснушка, – хрипло прошептал Лучезар, притискивая меня к себе.

– А я люблю огонь.

Холод, который я и раньше-то почти не замечала, отступил, растаял, растворился в красноватом мареве, окружившем нас со всех сторон. Где-то на краю сознания я услышала тоненький стеклянный звон и даже отстранённо удивилась: откуда тут стекло, но потом жар захлестнул меня с новой силой, и я позабыла обо всём на свете. Остались только сильные руки, которые служили для меня опорой вселенной, оглушительный грохот сердца одного на двоих и жар тел, которые стремились слиться в единое целое.

– Да что же это такое?! – прогрохотал над самым моим ухом разъярённый голос, в котором я с некоторым запозданием узнала Зеркальщика. – Молодые люди, ведите себя прилично, это, между прочим, таинственное Зазеркалье, перед которым благоговеют самые опытные волшебники!

– Тьфу, – Лучезар в сердцах плюнул на каменный пол, – Веснушка, пошли отсюда, тут ну никакой личной жизни!

– Узнаете себя, найдёте путь из Зазеркалья, – с нескрываемым ехидством прошипел Дух Зеркала.

Между прочим, мог бы и поблагодарить, мы его оживили, а то такой бесстрастный был, равнодушный ко всему, неживой прямо. А сейчас эмоции проснулись, того и гляди, из маски человеком станет. Я так задумалась, пытаясь представить, каким человеком мог бы стать Зеркальщик, что начисто позабыла обо всём.

– Эй, Веснушка, отомри, – Лучезар помахал рукой перед моим лицом, – смотри, тут у нас несколько дверей, на каждой наш портрет. Если я правильно понимаю, то только за одной дверью выход, остальные ловушки. Как выбирать будем?

– Ты у меня спрашиваешь? – горько хмыкнула я. – Я даже Зеркальщика человеком представить не могу.

– Ну, это-то как раз просто, – отмахнулся Лучезар. – Зеркальщик, или Дух Зеркала, это князь, который решил в своём княжестве идеальный порядок навести. А тех, кто с ним не согласен был, или его представлению о прекрасном не соответствовал, князь лютой смерти предавал. Никого не щадил, ни стариков, ни женщин, ни детей малых. Многих погубил князь, вот за это-то его и изгнали из мира живым, а в мир мёртвых не пустили. Но и тогда не угомонился князь, духом бесплотным, смерти лишённым, странствовал по свету да людей губил, пока его в Зеркале не заточили.

– А ты откуда знаешь? – ахнула я, заворожённо слушая своего Героя.

– Дед рассказывал.

– Как непосредственный участник событий? – не удержалась от шпильки я.

– Как сын непосредственного участника. Веснушка, хорош языком попусту молоть, пошли уже, пока наши друзья в стремлении вызволить нас отсюда всё Зеркало прахом по ветру не пустили.

Я согласно кивнула и внимательно осмотрела каждую дверь. Было их вроде и немного, всего пять, но как понять, за какой выход, а какие так, для отвода глаз сделаны? Они ведь все одинаковые, цветом и формой, даже ручками, ничем не разнятся. Только и отличаются нашими с Лучезаром портретами, что аккурат посерёдке каждой двери намалёваны. Погодите-ка… Как там Зеркальщик говорил: «Узнаете себя и найдёте выход»? Значит, за каким портретом мы нарисованы, там и выход! Я и сама не заметила, как звонко крикнула свою догадку.

– Проблема в том, Веснушка, что мы нарисованы на всех портретах, – вздохнул Лучезар.

А, ну да, точно. Я приуныла, мрачно изучая портрет, перед которым остановилась. Глупый рисунок: у меня вид такой, словно я кол проглотила, на голове намалёвано невразумительное обручье самоцветное, а крылья растопырены так, что Лучезара еле видно. Я фыркнула и собиралась перейти к следующему портрету, как меня сдавленным от сдерживаемого смеха голосом окликнул Лучезар:

– Веснушка, поди-ка сюда!

– Это что?! – выдохнула я, с возмущением глядя на портрет, над которым буквально ухохатывался Лучезар.

– Ну как, наша с тобой семейная жизнь, – Лучезар кашлянул, но всё-таки смог совладать с собой и продолжить относительно серьёзным тоном. – Смотри, ты, как верная и преданная супруга, сидишь в избушке у окошка и терпеливо поджидаешь меня с ратных подвигов.

Лучезар не выдержал и опять громко расхохотался, до того нелепа была намалёванная на двери картинка. Нет, у другой пары вполне возможно и такое, но я-то точно не буду смирно сидеть и ждать своего Героя! Я буду рядом с ним, его верной Феей, заботливой Помощницей и любящей супругой. А он будем рядом со мной, в радости и горести, я в этом даже не сомневаюсь. И вот тут меня осенило. Я решительно стуча каблуками пошла вдоль ряда дверей, внимательно рассматривая портреты. Не то, опять не то, фу, гадость какая, как такое вообще немалевать можно! Я гадливо передёрнула плечами и шагнула к следующей двери. Скользнула взглядом по портрету, отошла на два шага. Вернулась назад, присмотрелась внимательнее. Сделала несколько шагов в сторону, критически прищурилась и опять посмотрела на картину. Хм, по-моему, то, что нам и надо.

– Ты чего, Веснушка? – от Лучезара не ускользнули мои манёвры, и он заинтересованно подошёл поближе. – Любуешься очередным «шедевром»?

– Что скажешь? – я спиной прислонилась к груди Лучезара, задумчиво покусала губу. – По-моему, подходяще, а?

 – Более чем, – прошептал Лучезар, медленно целуя мою шею.

– Эй, я портрет имела в виду! – вынуждена была возмутиться я. В самом деле, не век же нам в этом Зазеркалье куковать, как говорится, погостили, пора и честь знать.