Текст книги "Предатель. Ты уже не молода (СИ)"
Автор книги: Наталия Ладыгина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 13 страниц)
Глеб забрал мои лучшие годы и оставил меня. Он так с любой бы сделал. Тут дело не во мне. Все эти годы я была жертвой собственных иллюзий насчет него.
Может, для своих лет я и очень ничего, но не сравнюсь с двадцатипятилетней Элеонорой. Даже если бы я стала бороться, то все равно не победила бы.
Ему все равно, какая я внутри, на наше прошлое ему плевать. Ему нужна бездушная, красивая оболочка. И даже если бы я ему родила сына – ничего бы не изменилось. Он меня разлюбил. И ребенок ничего бы не исправил. Тем более не исправит и сейчас.
Однако, если я оставлю ребенка, он неизбежно узнаем о нем.
Да я уже его оставила.
Буду рожать.
И мне все равно, кто у меня будет. Мальчик или снова девочка.
Кто бы это ни был, я не собираюсь использовать своего малыша, чтобы испортить жизнь Глебу. Мы разведемся. Пусть женится. А я постараюсь, чтобы до развода он не узнал о беременности. На всякий случай. Хотя я почти на все сто процентов уверена, что он не передумает разводиться.
Больше я склоняюсь к тому, что он захочет, чтобы я сделала аборт. Он может выразить такое желание. Он ведь будет пытаться скрыть все от Элеоноры хотя бы по той причине, что она тут же своей глупенькой головкой поймет, что все это время он спал и со мной. Я до сих пор понять не могу этого… Ведь всегда это было по его инициативе.
Приготовив обед, я отправляюсь за Яной в школу.
Вижу у ворот машину, ожидающую Киру. Сегодня Глеб решил не приезжать, не пробовать помириться с дочерью. Он больше и не станет. Он уже и забыл какое оскорбление ей нанес. Элеонора делает все для того, чтобы он как следует забылся.
Вскоре вижу Яну, быстро приближающуюся к машине.
– Привет.
– Привет, – сухо бросает дочь, пристегиваясь.
– Как дела в школе?
– Я хочу ее поменять.
– Что? – разворачиваюсь на парковке. – В чем дело?
– Я не могу видеть эту крысу… Она уже всем растрепала в своем классе, что папашка женится на модели. Какая она модель⁈ Врет еще нагло. Показывает их общие фотки, как она с этой тварью кривляется на камеру. Говорит, что меня и тебя – отец выгнал из дома. И что теперь она главная наследница папиной компании!
Я отмалчиваюсь, с силой сжимая пальцами руль.
– Мам, ты слышишь? Я не хочу там больше учиться! Иначе клянусь – я что-нибудь сделаю!
– Успокойся. Я поговорю с твоим отцом. Мы переведем тебя в другую школу.
– Когда? В конце четверти? Ну нет!
– Как можно скорее. Я все устрою. Обещаю.
Это уже ни в какие ворота.
– Обещаешь?
– Да. Я сегодня же с ним поговорю.
Все… Я больше не намерена этого терпеть.
Высадив дочь у дома, я отправляюсь к ним домой.
Наверняка Киру уже доставили.
Мы все там поговорим.
По дороге звоню Глебу.
– Да, Вика. Что-то случилось?
– Ты в офисе?
– Да. Что случилось? У меня тут важный…
– Придется тебе отложить все свое важное. Потому что я еду к тебе домой. Тебе лучше быть там.
– Что? Зачем⁈.. – как встревожился. – Не езди туда.
– Я уже еду. И только попробую сказать охране не пропустить меня. Я обещаю – будет скандал. О нем все узнают.
– Объясни: зачем тебе это?
– Мы будем говорить с нашей дочерью. С этой наглой, маленькой дрянью, которая не видит границ, – шиплю я. – Я больше не намерена терпеть.
– Да, согласен, Кира немного не в себе… Но давай встретимся где-нибудь в другом месте?
– Нет. Элеонора тоже будет участвовать в разговоре. Она должна мне объяснить, какое такое дерьмо она вливает в уши нашей дочери, – отключаюсь и швыряю смартфон на соседнее сиденье.
Прибавив скорости, я вскоре оказываюсь перед воротам дома, который ненавижу. То место, в которое я вложила столько любви – стало ничем для меня.
Сигналю протяжно дважды, и уже через несколько секунд ворота открываются.
Не посмел он сделать звонок охране.
Я проношусь мимо охраны прямо к дому.
Глеб еще не приехал. Что ж, тем лучше. Зато Киру уже привезли.
Хлопаю дверью машины и поднимаюсь по крыльцу.
Захожу в дом и, даже не сняв обувь, иду по прихожей в сторону гостиной. Ничего, приберут. Скорее всего, уже горничную наняли.
В гостиной никого.
И тут я слышу голосок этой сучки со стороны лестницы.
– Глеб? Это ты?
Неужели он ее не предупредил?
Я иду в ту сторону и вскоре мы чуть не сталкиваемся.
– А! Вика?.. – глупые свои глазенки вылупляет на меня. – А ты что… тут делаешь?
– Не твое дело. С дороги.
– В смысле?.. – не отходит. – В чем дело? Глеб знает, что ты тут?
– Знает. Я могу приехать к своей дочери, когда захочу. Тебя тут спрашивать никто не станет. Разве ты этого еще не поняла?
– Но ты тут больше не живешь, – роняет побледневшая Элеонора. – Я не верю, что Глеб тебе разрешил…
– Мне все равно, во что ты веришь. Ты для меня пустое место. Прочь.
Глава 29
Глеб
Какая муха ее укусила⁈
Я знаю Вику. Она редко, но метко выходит из себя по-настоящему.
Вот это как раз тот случай.
Звонить охране я не стал. Она правда никуда бы не уехала.
Что-то опять там между девочками случилась. И она винит в этом Элеонору!
Да почему⁈ Если Лора что-то и говорит, то точно ничего такого, от чего можно так взорваться.
Скорее всего, Яна наговорила ей, преувеличила, и она сорвалась. По Вике видно было, что она на грани срыва.
Говорил же, что ей нужно поговорить с психологом. Я вот сам его сегодня между встречами посещал. Не сказать, что помогло, но я точно теперь буду терпимее относиться к бывшей и младшей дочери. Они не виноваты. Яна просто девочка, которой я сделал больно, расставшись с ее матерью. А Вика… Вика даже не осознает, что в нашем браке было не так. И не надо теперь. Не важно.
Сейчас мне просто нужно приехать и всех там успокоить.
Я уже почти подъезжаю, когда мне звонит Элеонора.
Вика, очевидно, уже там.
– Да, Лора.
– Глеб, что это значит? – встревоженно спрашивает Лора. – Почему твоя бывшая сюда как домой приходит? Еще оскорбляет!
– Успокойся…
– Глеб, ты же знаешь, что я не хотела, чтобы было как у всех. Я хотела хороших взаимоотношений со всей твоей семьей! Твоя дочь меня сжечь хочет, как Кира говорит! А твоя бывшая является и говорит, что я никто! И что я буду терпеть все, что она скажет!
Твою мать.
Вика-Вика…
– Что сейчас происходит? – спрашиваю я.
– Она в комнате Киры и орет на нее! Точнее, больше Кира кричит. Ей страшно, вот она и кричит. Ее мать набросилась на нее. Глеб, пожалуйста, приезжай скорее. Я тут одна не справлюсь. Я, конечно, уже пыталась позвать охрану, чтобы они ее… ну… – не договаривает Лора. – Но они сказали, что не будут вмешиваться! Глеб, нам нужна новая охрана, потому что эти люди слишком потакают твоей бывшей!
– Все, жди меня, – отрезаю и швыряю телефон обратно на подзарядку.
Ускоряюсь. Надо поскорее приехать и все это прекратить.
Я этого не хотел, но, похоже, придется поговорить с Викой по-другому. И с Кирой тоже. Они обе ведут себя отвратительно.
Для меня заранее открывают ворота. Я подъезжаю к крыльцу, оставляя машину рядом с Викиной.
Залетаю в дом. В тот же момент слышу шаги по лестнице.
Лора прибегает.
– Наконец-то! – Лора налетает на меня. – Глеб, пожалуйста, останови это… Она там такое говорит… Будто Кира всем в школе рассказывает про то, что у нас тут происходит, что врет. Кира только правду говорит и…
– Я пойду наверх, – отстраняю Лору от себя и прямо в пальто и обуви иду наверх.
Оказавшись наверху, я слышу, как визжит Кира:
– Ты можешь просто уйти⁈ Я не хочу ничего слушать! Да-да, я сказала все это! Потому что это правда. Папа вас с Янкой выгнал. Он мог вас оставить. Но даже решение Яны уйти с тобой – не остановило его. Он все равно вас выставил! И про наследство тоже все правильно я сказала. Яна теперь только отдалится от отца, ты просто бывшая жена, а я… я всегда буду с папой!
– Не с папой, а с его деньгами, – парирует с грустной усмешкой Вика. – Господи… Тебе всего пятнадцать. Откуда в тебе это?.. Я тебя так не воспитывала. Ты совсем всякую совесть потеряла. Когда моя мама говорила мне, что с тебя уже должен быть спрос как со взрослой – я не слушала ее. А стоило… Ведь я вижу, что ты все это всерьез. А дальше будет только хуже.
– Ну так и уходи! Ты теперь тут не живешь!
Достаточно! Толкаю дверь рукой.
Кира аж подпрыгивает, уставившись на меня широко распахнутыми глазами. Вика ко мне спиной и даже головы не поворачивает.
– Что тут происходит? – спрашиваю я.
– А ничего… – отвечает Вика тихо. – Еще десять минут назад я думала, что нам нужен разговор. С тобой, Кирой, твоей мадам… Нет, он не нужен. И Элеонора правда тут не виновата. Наша дочь и до нее была такой же. И говорить тут не о чем, – поворачивается ко мне лицом Вика. – Я Яну в другую школу переведу. Так же на физ-мат профиле будет учиться. И это не обсуждается. Моя дочь больше не будет от нее выслушивать.
– Кира? – перевожу взгляд на дочь.
– Я ничего такого не говорила, – нагло лжет Кира. – Но пусть переводится. Мне-то что…
– У тебя никто мнения и не спрашивает, – грозно смотрю на дочь. – Что это за разговоры? Про какое такое наследство ты говоришь, которое тебе достанется, м?
Кира переступает с ноги на ногу и кривит губы, потупив взгляд.
Обхожу Вику и подхожу близко к дочери, заставляя ее поежиться.
– Это последняя капля, дочь, – обреченно выдыхаю, засовывая руки в карманы брюк. – Ты ведешь себя непозволительно.
– Пап… – слезки проступили.
– Не Яна, а ты переведешься в другую школу.
– Пап!
– Я все сказал.
– Ты что⁈ У меня там друзья! Я не могу…
– Как я сказал, так и будет. Ты это знаешь. Будешь учиться в обычной школе. Без понтов. Телефон сюда давай, – руку протягиваю. – Я кому сказал? Сюда телефон давай мне.
Кира долго смотрит на меня жалостливо, но в конце концов отдает мне новый смартфон.
– Походишь со старым телефоном, – засовываю телефон себе в карман.
– Я не могу… Я его подарила.
– Вот оно что… Такая богатая? Даришь телефоны, которые сотку с лишним стоят? Что ж, значит без телефона будешь ходить. Учителя все равно все в чат выкладывают. Тебе телефон не нужен.
– Ну папа! – уже рыдает. – Ты не можешь…
– Еще как могу. Ты оборзела, моя дорогая.
О наследстве заговорила при живом отце.
– Пап, не надо…
– Сейчас же прибери свою комнату. Свинарник какой-то тут устроила! – и поворачиваюсь к Вике лицом, которая немного в шоке пребывает. – Вика, идем. Надо поговорить.
Взглянув последний раз на заплаканную дочь, Вика выходит из ее комнаты. Я следом.
– Поговорим у меня в кабинете.
Она молчит и рядом идет.
Тут нам на встречу идет только что вышедшая из спальни Лора.
– Ты поговорил с ней? Она уже, наконец, уходит⁈ Как Кира?
– Лора, иди к себе. Мне с женой надо поговорить.
Глава 30
Виктория
С кем ему нужно поговорить?
С женой? Я не ослышалась?
Ах да, привычка…
Но от того, как перекосило молоденькую мордашку этой недомачехи и недоневесты, можно стоять и получать удовольствие.
Она уже себя тут возомнила на самых высоких ролях. Глеб сам в этом виноват.
О, милая, скоро ты поймешь, как сложно быть на этой роли. Столько, сколько мне, тебе не протянуть. Точно не с ним. Глеб не способен долго любить.
– Глеб… Что происходит?
– Ничего не происходит. Нам нужно обсудить дочь. Ты только к Кире не ходи. Не надо ее жалеть. Пусть побудет одна и подумает над своим поведением. Вика, идем.
Глеб проходит мимо Лоры первым, а я уже куда медленнее следом за ним.
Ее личико еще сильнее скривилось от разочарования.
Ее воображение рисовало совсем другое развитие событий: Глеб должен был приехать и вытолкать меня взашей, пригрозив расправой, если я еще хоть раз тут объявлюсь и подниму на нее голос.
– Но Глеб…
Слышу я нам в спины почти жалобное.
Глеб не реагирует.
Открывает дверь кабинета и пропускает меня первой. Заходит сам и закрывает за нами дверь на замок.
– Это обязательно? – спрашиваю я.
– Садись, – кивает на кресло. Сам садится в свое.
– По-моему, мы все уже обсудили. Ты все сказал в комнате дочери. Раз ты переводишь Киру, то Яна пусть остается в этой школе. Вопрос решен.
– Да… Это решено. Но так больше не может продолжаться, – глубоко вздыхает Глеб. – Нам надо всем успокоиться.
– Не понимаю, о чем ты, – произношу, чувствуя легкое головокружение.
– Кира неправа. Ее поведение никак нельзя оправдать. Но твоя ненависть к Элеоноре…
– Стоп! Мне наплевать на твою Элеонору. Кто она такая, чтобы я ненавидела ее? Она того не стоит. А вот ты… другое дело.
– Ненавидишь меня? – глядит исподлобья. – За правду?
– За предательство. И не надо мне говорить о том, как тебе было тяжело жить с опостылой женой на протяжении двух лет, как ты бедненький старался… Ты не жертва. Жертва – я. Я тебе когда-то поверила, перевернула всю свою жизнь, а ты… – поджимаю губы. Сейчас, будучи беременной от него, во мне проснулась такая обида, что дышу с трудом, глядя в его спокойное лицо. – Ты избавился от меня. Как от вещи не нужной. Старая я, да? – к щеке своей прикасаюсь, а он аж сглатывает. – Да, внешность портится, Глеб. На двадцать я уже, как ни старайся, выглядеть не смогу. Но ты, знаешь, тоже не стал моложе. Ты сам смотрел на себя в зеркало? Или ты считаешь, что выглядишь как в нашу первую встречу? На двадцать три?
Глебу неприятно это слышать. Я задела его холодное сердце.
С ней он не станет молодее, а скорее ущербнее.
– Я сейчас вообще не об этом.
– А я об этом, Глеб. Я сначала в себе начала копаться, истязала себя этим… Напрасно. Ты просто предатель. По своей природе. Разговор окончен, – направляюсь на выход, отпираю дверь, толкаю ее и кого-то ударяю. Слышу короткий визг. – Подслушиваешь? – выхожу, глядя на эту хитрую дрянь.
– Я… Я должна была знать, о чем вы говорите. Я беспокоилась. Ты ведь хочешь, чтобы Глеб к тебе вернулся из-за детей. Это твой план.
– Да что ты говоришь?
Глеб тоже выходит в коридор. Смотрит вопросительно. У девицы его глаза округляются от страха.
– Я бы на твоем месте установила камеру снаружи кабинета, – коротко смотрю на Глеба и ухмыляюсь. – Сейчас я ухожу. Счастливо оставаться.
Спускаюсь, сажусь в свою машину и отправляюсь к Ане. Не для того, чтобы все-таки поддаться обиде на Глеба и сделать аборт. Просто хочу получить рекомендации. Ведь я хочу, чтобы этот ребенок родился.
Неделю спустя…
– Мам, спасибо! – благодарит дочь.
Мы с дочерью в торговом центре. Выбрались за обновками. Сегодня выходной. И настроение хорошее.
Вчера я подписала документы на развод.
Все, Глеб больше мне не муж. Я такую свободу ощутила, которую с ранней молодости не ощущала. А беременность… это подарок. Последний подарок от бывшего мужа. Я сама воспитаю этого малыша. Глебу, даже если он узнает, я вмешиваться не позволю.
– Не за что. Сейчас зайдем еще что-нибудь купим.
– Давай!
Мы с Яной ходим по центру еще около часа, а потом присаживаемся на скамейку на первом этаже.
– Что-то я устала…
– В кафе не пойдем?
– Нет, лучше домой. Иди, купи своих любимых пирожных, я тут подожду, – даю дочери свою карточку.
– Да, я быстро! Никуда не уходи. Отдохни пока.
Оставив меня на скамейке с горой пакетов, Яна убегает, а я решаю снять сапоги на минуту. Ноги так заныли. Ужас просто.
Растираю ноги через колготки, как вдруг чувствую на себе взгляд. Резко поднимаю голову и вижу мужчину с профессиональным фотоаппаратом в руках. Он меня только что сфотографировал.
Он видит, что я заметила, но не теряется. А наоборот – улыбается и ко мне направляется.
– Извините, – извиняется мужчина лет так немного старше меня. – Я просто… проверяю свой новый фотоаппарат.
– На мне? – обратно тороплюсь надеть сапоги.
– Ну… да. Вы показались мне знакомой.
– Я вас не знаю.
– Просто, наверное, видел вас где-то. Я постоянно вижу много красивых женщин. Я фотограф.
– Вот оно что… – решаю встать. – И что, хорошее фото получилось, как я ноги разминаю?
Мужчина усмехается. С виду кажется нормальным. Но смотрит все-таки так, будто правда меня знает.
– Вы не подумаете, я не маньяк какой-нибудь.
– Не сомневаюсь…
– Я – Захар. Очень приятно познакомиться, – вот так просто знакомится со мной мужчина, которого я пытаюсь узнать. Но нет, я точно его не знаю.
– Вика. То есть, Виктория.
Глава 31
– Еще раз очень приятно, – говорит Захар, смотря все так же пристально на меня. – Простите, просто ваше лицо мне правда кажется очень знакомым.
– Но мы точно не знакомы.
– Да, скорее всего. Но у вас все же такое… интересное лицо. Необычное.
– Правда? Необычное?
– У меня глаз наметан. Поэтому я хотел бы предложить вам работу.
– Работу?..
– Точнее, я бы мог сделать ваши фото. Фантастические фото. У меня своя студия. Со мной многие сотрудничают. Я мог бы порекомендовать вас моделью одному дизайнеру одежды. Мне кажется, вы ему очень подойдете.
Вот ведь неожиданность…
– Кхм… Не знаю, что и сказать…
– А вы ничего сейчас не говорите. Все это очень неожиданно, понимаю, – сует руку во внутренний карман пиджака. – Возьмите мою визитку, – протягивает ее мне, а я беру. – Позвоните, если надумаете. Я с вас за фотосессию денег не возьму.
– Почему это?
– Я и так получу процент за такой редкий кадр, я уверен, – улыбается мужчина. – Я серьезно, Виктория. Я считаю, что все получится. А если у вас есть работа, то я готов подстроиться под ваш график.
Даже так…
– Что ж, я подумаю.
Тут Яна прибегает.
– Мам, я купила твои любимые! – и переводит взгляд на Захара, на которого я смотрела секунду назад.
– Здорово, Яна.
– Это ваша дочь? – интересуется Захар.
– Да… Яна.
– Какая у вас молодая мама, Яна.
– Яна, познакомься, это Захар. Он фотограф. Он тренировался на мне. Фотоаппарат свой новый проверял.
– Здравствуйте.
– Приятно познакомиться, Яна. Что ж, я пойду, не буду вас отвлекать от ваших дел. Позвоните, если решитесь.
– Хорошо. Спасибо за предложение.
Только мужчина отходит от нас, Яна шепотом спрашивает:
– Это кто такой?
– Ты же слышала. Захар. Фотограф, – засовываю в пакет пирожные.
– А чего он к тебе пристал?
– Он мне работу предложил.
– Работу?
– Сказал, что хочет составить мое портфолио и предложить какому-то дизайнеру одежды меня в качестве модели.
Дочь широко распахивает глаза.
– Да ладно⁈ Так это же здорово! Ты будешь моделью, как и мечтала!
– Да успокойся ты! Какой моделью? Мне рожать скоро.
– Ну и что? Пока живота не видно. Я видела твою фотку на пятом месяце беременности. Вообще ничего не видно.
– Яна, поехали-ка домой, – беру половину пакетов. – Помоги мне все отнести в машину.
По дороге домой Яна не унимается, говоря мне о моих перспективах. Я и сама об этом думаю. Всерьез задумываюсь.
– Мам, у тебя будут такие гонорары, что…
– Яна, – перебиваю дочь. – Ну что ты заладила про деньги?
– Да я хочу, чтобы ты зарабатывала столько, чтобы у Глеба Михайловича ничего не брать. И вообще, чтобы он однажды увидел тебя в каком-нибудь журнале, как ты рекламируешь какой-нибудь бренд. Представляю его лицо…
– Ну ты нафантазировала…
– А что, это реально! Стоит только где-нибудь засветиться. Видно было по этому мужику, что он непростой.
– Он сказал, что у него своя студия.
– Да точно его многие знают! А дай визитку посмотреть.
– Все, успокойся. Потом. Не отвлекай меня от дороги.
– Мам, ты просто обязана ему позвонить. Это просто судьба. Тебя отец предал, не дал осуществить мечту, а теперь ты свободна и внезапно встречаешь человека, который может осуществить твою давнюю мечту. Случайность? Я в это не верю.
– Я подумаю.
– Подумай, подумай…
Глеб
В кабинет раздается стук.
И даже он меня раздражает.
Сегодня паршиво спал. Четыре чашки не помогли. А еще эта боль в спине…
Позавчера был на массаже. А они будто уже не действуют.
Опять надо к неврологу.
– Да.
В кабинет заходит Жанна. Моя секретарша с еще одной чашкой кофе.
– Спасибо. Поставь.
– Глеб Михайлович, вредно пить столько кофе на голодный желудок, – ставит Жанна поднос на стол с этими словами. – Может, мне принести вам что-нибудь из кафе внизу? Я бы с удовольствием за вами поухаживала бы в свой перерыв.
Поднимаю взгляд на девушку. Она давно у меня работает. С двадцати двух. Сейчас ей двадцать девять, кажется. И все эти годы она упорно пытается меня соблазнить. Но она ценный сотрудник, все по щелчку пальцев делает, сообразительная. Поэтому я просто не обращаю внимания на ее попытки.
– Лучше скажи, что там дальше по расписанию?
– Так все уже. У вас сегодня короткий день. Зато завтра…
– Завтра будет завтра, – поднимаюсь из-за стола. – Можешь сама выпить мой кофе. А я домой, – беру пиджак и на выход.
Домой я возвращаюсь с сильной болью в спине. Аж простреливает.
Меня встречается радостная Элеонора.
Я вчера ей сообщил, что наш с Викой брак расторгнут. Она от радости целый час не могла успокоиться. И сейчас веселая.
– Любимый, привет, – набрасывается на меня с объятиями. Я терплю боль. Не хочу ее больше грузить своими болячками. Сам все решу.
– Здравствуй, цветочек, – произношу тихо. – Как ты? – пальцами ее лица касаюсь.
– А у меня все замечательно!
– Кира где?
Сегодня выходной. Дома должна быть.
– Да в комнате у себя. Ест целый день и смотрит сериалы. Выходной же.
– Ты с ней не говорила?
– Нет. Она очень раздражительная. Бесится, что ты ей все эти рамки установил. А на меня в обиде, что я не могу тебя переубедить.
– Ясно. Пускай посидит. Ей полезно подумать.
– Да-да, – соглашается Лора. – Глеб, я выбрала себе свадебное платье. Оно такое красивое! С ума сойти просто. Мечта!
– Свадебное платье?.. – приподнимаю бровь.
– Ну, ты ведь развелся. Мы ведь женимся?
Глава 32
Лоре не терпится.
Она давно уже эти каталоги перед сном пролистывает. Постоянно вижу.
Но я не думал, что мы прямо вот так спешим.
У меня еще так спина болит. Не хотелось бы мне с этими болями провести наш медовый месяц. Надо поправить здоровье, а потом уже жениться.
– Ну конечно мы женимся, – глажу ее плечи, глядя в уже грустное личико Лоры. – Но сейчас же зима. Почему бы не весной?
– Весной? – цветочек мой аж бледнеет. – Почему весной? Зачем столько ждать? Ты передумал⁈ Ответь мне честно!
– Ну ты что? Не передумал я ничего. Но разве ты не хочешь в красивом платье, по теплу выйти замуж? Будет очень красиво, все зазеленеет… Ты уже меня цветочек, – поддеваю пальцем ее подбородок, – я представляю нашу свадьбы в цветущем саду.
Приходится быть романтичным, чтобы успокоить невесту, но Лора едва ли становится веселее.
Она дергается, отворачивает от меня голову.
– Ну перестань… Я же с женой развелся? Развелся. Теперь я весь твой. Через три месяца поженимся.
– Но мне ведь все равно, когда выходить замуж. Я просто хочу… – губы у нее дрожат, – чтобы все уже поняли, что мы вместе. Я так устала от этих унижений…
– Каких унижений, Лора? – серьезно спрашиваю Элеонору. – Кира тебя полюбила, а моя мать ангелом называется. Ты про Вику и Яну? Ну, это дело времени… Они смирятся.
– Дело не в них, – всхлипывает. – Я насчет них все понимаю. Я про твоих подчиненных. Ты в курсе, что они мне травлю устроили?
– Чего устроили?
– Они все переговариваются. Я заходила к тебе в офис и слышала, как они говорили обо мне.
– Что они говорили?
– Что ты специально с Викой все это разыграл. Ну, ваш разрыв. И что по итогу вы даже не разведетесь по-настоящему. Типа тебе для вида нужно развестись с женой. Они не верят, что вы можете по-настоящему разойтись. А я пустое место, которое ты используешь!
Вот выдумщики…
Хотя могу понять такие догадки. Мы с Викой были очень близки. Об этом знали все. Лишь одна Жанна делала глупые попытки затащить меня в постель.
– Лора… Цветочек…
– Глеб, я очень тебя люблю, но мне так плохо из-за всего этого. Конечно, мы женимся, когда ты скажешь, но мы можем хотя бы объявить о помолвке? Ну так, чтобы они все заткнулись, – утыкается мне лицом в плечо.
– Успокойся, Лора, – глажу по ее шелковым волосам.
– Я не могу… Сделай что-нибудь…
– Я сделаю. Мы с тобой помолвку устроим. Ну не плачь… – прошу ее, чувствуя, как спину снова простреливает, но я терплю.
– Ты еще не все знаешь…
– Ну что еще?
Лора отрывается от меня, смотрит зареванными глазами.
– Я была с подругой в торговом центре, а там была цыганка. Она такая красивая была, несмотря на то, что в возрасте. Яркая очень. Я и захотела, чтобы она погадала мне.
Ох уж эти женские предрассудки.
– И что, она сказала что-то плохое? – выдыхаю устало. – Что ты замуж не выйдешь за меня?
– Нет… Она сказала, что мужчина, с которым я живу… не любит меня.
– Глупости какие…
– Мне стало жутко и страшно, Глеб. Ты правда любишь меня?
– Конечно, люблю. Не сомневайся. Никогда. Ну все, пойдем наверх. Я прилечь хочу.
Виктория
– Мам, ну ты надумала? – заходит в гостиную Яна.
Я только что приняла душ перед сном и теперь безотрывно смотрю на себя через зеркало в пол.
– Ты уроки сделала?
– Ну мам… Не меняй тему. Завтра не в школу. Да красивая ты, красивая… Поэтому и надо звонить этому Захару.
Я уже кое-что выяснила про него. Он и правда известный. Я его не знала, потому что все это время не интересовалась ничем подобным. Не травила себе душу после нашей свадьбы с Глебом. Какой был смысл?
Но дочь права. Упускать такую возможность – большая глупость.
У меня ребенок скоро родится. Его нужно растить, поднимать. А на Глеба я не рассчитываю. У него скоро свои дети от молодухи пойдут.
Все равно я собиралась искать хоть какую-то работу на период беременности и после. А тут, пока нет живота, я возможно смогу крупно заработать. Нельзя терять такую возможность из-за каких-то сомнений.
Может того его знакомого дизайнера я вообще не заинтересую. Он вполне может ошибаться насчет меня. А я хотя бы попробую.
– Да. Я ему позвоню.
– Правда⁈ – Яна подбегает ко мне сзади и обнимает. – Когда?
– Завтра утром. В такое время уже неприлично звонить.
– Ладно! Только обязательно позвони.
– Я тебе обещаю.
Яна поднимается на носочках и, чмокнув меня в щеку, убегает к себе в комнату.
Утром я просыпаюсь с твердым решением, что все-таки позвоню Захару.
Дочь в свой выходной ушла гулять с подругами с утра пораньше. Я могу спокойно позвонить, без подглядываний дочери.
Забиваю номер с визитки себе в телефон и делаю вызов.
Ногой нервно дергаю в ожидании ответа, а когда раздается голос мужчины, то сразу встаю с дивана.
– Добрый день. То есть, утро еще. Захар, здравствуйте. Это…
– Виктория?
– Да. Это я, – улыбаюсь.
– Я вас по голосу узнал. Рад, что вы позвонили. Я уже, кстати, пообщался со своей подругой, которая дизайнер одежды. Показал ей ваше фото.
– Эм… Это где я ноги разминаю?
– Ну, там были и другие фото. Я еще несколько сделал, – признается Захар. – В общем, подруга считает вас интересным кадром. Как я и думал. Надо проверить как вы умеете работать на камеру. Я вам помогу. Достаточно будет пятнадцать-двадцать снимков.
– Если честно, то у меня есть кое-какой опыт.
– Правда? Хотя, я не удивлен… Что ж, вы можете подъехать сегодня в мою студию?
– Уже сегодня?
– У меня окно с часу до четырех. Сможете?
– Ну да.
– Тогда пишите адрес…
– А я знаю. Уже в интернете нашла.
– Замечательно. Что ж, буду вас ждать, Виктория.
Глава 33
Я решаю не наносить слишком много косметики на лицо. А также надеваю то, что легко снять. Все равно меня сами там накрасят и переоденут.
В приподнятом настроении я отправляюсь в студию Захара Крылова.
Подъезжаю даже раньше, чем нужно к высокому зданию, на десятом этаже которого находится студия Захара.
Оказавшись в невероятно стильной приемной, я медленно иду к стойке с двумя администраторами, осматриваясь.
– Добрый день. Чем могу помочь? – обращается ко мне одна из девушек голосом робота. – Вы по записи? – осматривает меня молодая девушка.
– Добрый. Мне назначено на час. Меня ждет Захар Дмитриевич.
– Сам Захар Дмитриевич? – словно не верит. – А, вы Виктория?
– Да.
– Прошу прощения. Да, он вас ждет. Прошу в его кабинет. Я вас провожу, – девушка выходит из-за стойки и делает пригласительный жест.
Я следую за девушкой, продолжая осматриваться. На белых стенах я вижу профессиональные снимки в черно-белом стиле. Со вкусом у него тут все.
– Минутку. Я сообщу Захару Дмитриевичу.
Уже через несколько мгновение девушка приглашает меня войти в его кабинет.
Войдя в кабинет, я вижу встающего из-за стола Захара. Он сидел в горе бумаг, что-то изучал.
– Здравствуйте, Виктория, – подходит ко мне мужчина. – Вы пришли. Я рад. Боялся, что передумайте, – приветливо улыбается.
Захар очень симпатичный, доброжелательный и от него веет чистой энергетикой. На меня он смотрит с каким-то восхищением. А я и забыла, когда на меня так в последний раз смотрели. Для Глеба я уже давно привычкой была.
– Добрый день. Я вам не помешала?
– Разумеется, нет. Я вас ждал. Перед тем как мы приступи, если вы не против, с вами поработает стилист и визажист. А также попрошу вас надеть вещи из новой коллекции моей подруги.
– Да. Конечно. Я не против. Вы тут главный.
Сначала Захар провожает меня к своему визажисту. У него их несколько. Другие работают с другими клиентами.
Уже менее чем через час я при полном параде и в полном шоке от своего отражения в зеркале.
Давно я не видела себя такой… красивой.
Подруга Захара продвигает коллекцию строгой женской одежды. Очень стильную. Дорогую. В консервативных цветах. Мне очень идет этот серый юбочный костюм и белоснежная рубашка. Я, наверное, куплю себе потом такой. Прелесть просто.
Когда я вхожу в фотостудию, я вижу в центре большой белый диван.
Вокруг расставлены мощные фотовспышки, лампы, фотозонты. Все это напоминает мне о прошлом. Приятно напоминает. Я скучаю по той Вике.
Когда Захар видит меня, то его глаза наполняются еще большим восхищением.
– Виктория, я в вас не ошибся. Прошу. Присядьте на диван, – сам подходит к штативу.
Я сажусь, сразу закидываю ногу на ногу и немного откидываясь назад, делая позу ассиметричной.
– Да, так отлично! – щелкает. От вспышки я даже не моргаю. – Так вы… Можем перейти на «ты»?
– Да, можем. Мы же с вами почти одного возраста.
– Так, Вика, сядь немного боком и голову приподними.
Больше часа мы с Захаром проводим в фотостудии. А у меня вместо усталости – чистое удовольствие.
– Не устали?
– Совсем нет. Наоборот, как будто отдохнула.
– Рад это слышать. Теперь я отдам фото своему ретушеру. Хотя, они и так очень хороши.
– Что ж, спасибо. Пойду переоденусь.
– Это не обязательно. Можете оставить костюм себе.
– Как?.. Он же новый и очень дорогой.
– Я его уже купил. И я хочу вас поблагодарить. Пожалуйста, не отказывайся.
– Так это же вы мне работу пытаетесь найти, и за съемку деньги не взяли.
– Вы заслужили. Вряд ли кому-то этот костюм подойдет больше, чем тебе.
Я просто не могу отказаться!
– Хорошо… Костюм и правда замечательный. Спасибо.
– Я вам позвоню через пару дней. Может, раньше. Оставьте мне свой номер.
– Да, конечно, – я диктую мужчине свои цифры, а уже вскоре оказываюсь на свежем воздухе.
Направляясь к своей машине, я не могу подавить улыбку.
Даже если ничего не получится, то я все равно счастлива. Я чудесно провела время.
По дороге заезжаю в супермаркет, а дома меня уже ждет дочь, вернувшаяся с прогулки с друзьями.
