Текст книги "Развод. Ты мне не муж! (СИ)"

Автор книги: Наталия Ладыгина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Глава 14

– На что согласна? На… брак? – уточняет отец.

Я молчу, переваривая свое решение.

Мне хочется звать на помощь, кричать в истерике – так сильно я этого не хочу!

Но я должна. Ведь если в скором времени кто-то умрет, то я смогу винить только себя.

– Да. Мне по всей видимости придется пойти на это.

– Дочка…

– Вот только не надо, папа, – строго смотрю на отца. – Я делаю это не из-за твоей компании. Я делаю это ради нас всех.

– Конечно. Наши жизни – важнее всего.

– Я пойду к себе, – поднимаюсь с кожаного дивана и иду к двери.

– Я могу сообщить Артуре о твоем согласии? – звучит вопрос мне в спину.

Конечно, теперь отец во всем со мной советоваться будет, ведь он уже понял, что мне плевать на приличия, и я могу послать Соболева куда подальше, если мне вздумается. Осторожничает, чтобы теперь-то ничего не сорвалось.

– Сообщи, – и выхожу из кабинета.

Пусть лучше отец ему скажет, чем я.

Но поговорить с ним мне все равно придется. У меня есть условия. И, может быть, он не на все согласится, но хоть в чем-то у меня должно получиться настоять на своем.

Несмотря на такой стресс и тревогу, я моментально вырубаюсь, а утром просыпаюсь от телефонного звонка. Это из больницы!

После разговора я радостная бегу в душ.

Мне сообщили, что к брату уже сегодня можно двум родственникам. Мне и отцу.

А насчет Эльзы отец оказался прав. Пять минут назад я хотела зайти к ней, проверить ее, но услышала занятный разговор по телефону. Она жаловалась своей подружке, что возможно столько лет она потратила впустую, и из-за возможной смерти моего брата она так и не станет Беловой.

Я никому не скажу, чтобы не нагнетать в такой непростой момент. Брат сам потом с ней разберется.

Сейчас мне не хочется думать о предстоящей свадьбе. Я просто хочу увидеть брата.

Папа звонил мне уже. Сказал, что из офиса сразу отправится к нему. Там и встретимся.

Когда я выхожу из комнаты, то вижу Эльзу.

– Мира! Мира, ты куда? – подбегает ко мне, когда я уже спиной.

Закатив глаза, я оборачиваюсь.

– Я к брату. Мне позвонили из больницы.

– Я тоже поеду!

– Мы с отцом едем. Ты не можешь. Можно только родственникам.

– Но как же… Я ведь тоже…

– Слушай, я тебе все расскажу, когда вернусь. Тебе ведь главное знать, что он жив, верно?

– В смысле?

– В смысле я знаю, что тебя интересует только то, как бы наконец выскочить замуж за моего брата. Но для этого же он быть жив, так?

Скривив свое красивое личико, Эльза немного отступает от меня и скрещивает руки на груди.

– А я-то думала, что ты нормальная, – хмыкает Эльза.

– У меня вчера тоже промелькивали такие мысли насчет тебя. Ладно, все, мне пора ехать. А ты… лучше бы уехала. Папа ведь тоже тебе не верит, – разворачиваюсь и ухожу, оставляя обескураженную Эльзу переваривать все это. Паразитка.

С отцом мы встречаемся перед реанимационным отделением.

Мы надеваем халаты, бахилы, моем руки: все как полагается. А потом уже входим в палату.

На брата без слез не взглянешь. У него многочисленные переломы, голова перебинтована. Его ожидает долгая реабилитация.

Но он улыбается при виде нас.

– Думал, не увижу вас больше…

– Сын, ну что ты такое говоришь? Ты же мое будущее. Как я без тебя справлюсь?

Отец очень любит брата. Считает его копией себя. У него большие на него надежды.

– Как ты себя чувствуешь, Паш? Очень больно?

– Терпимо, – усмехается, но потом морщится. Больно ему смеяться. – Где Эльза?

– Да не думай ты о ней, – говорит отец. – Принцесса твоя тут вчера слезы из себя выдавливала, но мне прекрасно ясно из-за чего она их лила.

– Пап, не надо. Паша еще очень слаб.

– Ты права. Не будем сейчас об этом.

– Я хочу, чтобы Эльза пришла, – просит брат.

– Значит, придет, – вздыхает отец. – Мы ей сообщим. Пока что пускают только родственников.

– Я теперь точно на ней женюсь… – выдыхает брат, а мы с отцом переглядываемся. – Теперь я понял… Только чуть не умерев я понял, как сильно люблю Эльзу. Мы поженимся, как только я встану на ноги. И не отговаривайте меня.

Побыв с братом еще около пяти минут, мы вынуждены уйти.

– Нет, ты слышала, дочь, что он несет? Нет-нет, я этого не допущу. Он на ней не женится.

– Ты прав. Этого нельзя допускать, – хотя мне неприятно это говорить. Брат сам должен решать. Это его жизнь. Но Эльза правда может его предать и навредить.

– Ты правда согласна со мной? Еще вчера ты защищала эту мошенницу.

– У меня есть причины теперь думать так. Она просто хочет залезть в нашу семью.

Только мы выходим из больницы, как мне поступает звонок.

Это номер Соболева.

– Ты ему уже сказал о моем решении? Соболеву?

– Сказал.

– Ясно… – убираю телефон в карман куртки. – Едем домой, – сажусь в машину.

По дороге я пишу Соболеву сообщение, что скоро ему перезвоню. Дома я так и делаю.

Соболев почти сразу отвечает мне.

– Алло… Не могла ответить. Я была у брата, – объясняюсь я зачем-то.

– Как он?

– Лучше. Даже о женитьбе на Эльзе думает. А это верный признак того, что он идет на поправку.

– Хорошо. Теперь касательно твоего замужества. Твой отец мне правду сказал?

– Правду. После того, что произошло у меня были серьезные причины согласиться. Но не все так просто…

– Я готов выслушать твои условия. Только не так. Лично. Встретимся.

Убрав телефон от уха и запрокинув голову, я лихорадочно выдыхаю.

Я же не смогу вечно от него прятаться. Мы ведь, в конце концов, будем мужем и женой. И впереди меня ждет много неприятных моментов. Придется много притворяться. Надо привыкать.

Ладно…

– Да. Конечно. Я согласна.

Глава 15

– Сегодня так же быстро назад не прибежишь в машину? – спрашивает Роман, подъезжая к ресторану.

– Не смешно, Роман. Нет, не прибегу, – хотя, и так может быть.

Не думала, что буду прямо вот так нервничать. Выезжала я уверенной, что сделаю все как надо, выставлю будущему «мужу» условия, которые он не сможет отвергнуть.

А сейчас сижу и трясусь как трусиха. Ладони вспотели. Об строгую юбку их постоянно вытираю.

Оделась я очень строго. Я не на свидание с ним еду. Прическу высокую сделала. Хочу серьезной выглядеть. Только все это видимость. Главное, что внутри, а внутри меня одна неуверенность, да страх.

Я абсолютно уверена, что все не так прозрачно, как говорил мне отец. Подводных камней очень много. Но я собой вертеть не позволю.

– Приехали. С кем, если не секрет, встречаешься? Ну точно не с подругами в таком-то виде. Что, отец тебя наконец-то умницу дочку в дело впустил?

– Если бы, Роман… – вздыхаю, взяв сумочку с сиденья. – С женихом.

– С кем? – Роман смотрит округленными глазами через зеркало заднего вида.

– Ты не ослышался. Я замуж выхожу. По расчету. Так нужно. Для семьи.

Роману я могу сказать, что угодно. Он вообще много моих секретов знает. Ни об одном никто не узнал.

– Как же так? – сочувствующе спрашивает Роман. – Как же Михаил Андреевич мог так поступить с любимой дочерью…

– С любимой? – усмехаюсь. – Это не так, – никогда я не чувствовала себя любимицей. Но папа не обижал меня. Заботился. Мне хватало. У таких людей, как мой отец, любовь всегда на последнем месте. – Ладно, пойду. Будущий муж ждет, – делаю вдох поглубже и выхожу из машины.

Перед смертью не надышишься, как говорится.

Вхожу в ресторан, сдаю куртку и следую в зал. Соболева я быстро нахожу. Увидев меня, мужчина сразу поднимается, обходит стол, чтобы отодвинуть для меня стул. Какая галантность.

– Не надо. Я сама, – однако, он все равно это делает. – Спасибо, – ставлю тумбочку на соседний стул.

– Ты с какого-то делового мероприятия? – изучает меня взглядом, сев на свое место.

– Нет, я из дома. Я приехала на деловое мероприятие. С тобой. Могли бы вообще у отца в офисе встретиться.

Нет-нет, что я такое говорю? Лучше здесь, где есть люди. Мне так-то не по себе.

Помню, когда он появился в моей комнате, то я едва дышать могла.

Не знаю, как я смогу с ним спать в одном доме. Но вряд ли он согласится жить по разным домам. Придется ломать свой характер, подчинить страх.

– Чем тебе здесь плохо?

– Да ничем. Я же согласилась. Но есть я не буду. Давай…

– Так, – произносит Соболев, и я умолкаю, сглатывая, – я вижу, ты уже выбрала тактику. Но она неверная, Мирослава. А еще глупая.

– Ты сказал, что готов выслушать мои условия?

– Готов. Не в таком тоне. Мы спокойно поужинаем и поговорим.

– Я не ужинать с тобой приехала. А обсудить некоторые вопросы. А прежде всего я хочу, чтобы ты усвоил одно…

– Что же? – его глаза смеются.

– Ты мне не муж. И я разведусь с тобой, как только захочу. Уйду, когда захочу.

– Уже о разводе думаешь? Не рано ли. Мы еще не поженились.

– Когда, кстати, она будет? Свадьба.

– Через десять дней. Я уже все спланировал. Послезавтра помолвка.

– Послезавтра?..

– А что тянуть?

– А что подумают все? Сорока дней со смерти сестры не прошло. Или это как-то связано со слухами?

– Какими слухами?

– Мне Лариса рассказала, что идет такой слух, что изначально ты собирался на мне жениться, а не на Милане. Это специально, да?..

– Ну конечно, – отвечает Соболев спустя пару секунд, но перед этим его реакция была весьма странной. Удивился, очевидно, что до меня это дошло. – Я не могу не думать о своей репутации. Не вникай.

– Помолвка будет публичной, верно?

– Верно. Будет большое торжественное мероприятие в честь моей удачной сделки, а вместе с ней помолвка.

– Одним выстрелом двух зайцев… Понятно. И что я должна буду делать? Натянуть улыбку и красиво одеться?

Это я могу.

– Этого недостаточно.

Я знала, что он так скажет.

– Поняла… Я буду с тобой мила, обещаю, – улыбаюсь мужчине как можно искреннее. – Ладно… Пойду я.

– Куда?

– Домой поеду. Завтра по магазинам поеду. Платье выбирать. У меня куча дел. Буду готовиться. Не звони мне. Лучше будет, если со мной будет связываться твой помощник, – привстаю.

– Сиди, – приземляет меня одним лишь словом Соболев.

– Что-то еще?

– Неужели я настолько тебе противен? – спрашивает он прямо, уже без того игривого блеска в глазах. – Дело в моей связи с Миланой?

Хочет откровенного разговора?

– Ты ведь даже к ней на похороны не приехал.

– Я приехал. Когда ее хоронили, я был в самолете. Я не мог быть там физически.

– Милану не в день аварии хоронили. У тебя было время прилететь. Все остальное – отговорки.

– Так, значит, в этом дело… Что ж, понимаю. Ты сестру любила.

– А ты ее – нет.

– Это правда. Я не любил Милану.

– А она тебя любила…

Соболев ухмыляется.

Бессовестный он. И не получится у нас никакого разговора по душам. Там души-то нет. Глыба вместо сердца. Голый расчет во всем. Такой никого не сможет любить. Таким нельзя заводить настоящую семью.

– Не будем о ней. Давай лучше о нас.

– Нет никаких нас. Есть только наш договор, – поднимаюсь со стула. – Увидимся на помолвке.

– Завтра увидимся.

– Это зачем?

– Будем… тренироваться.

Глава 16

Будем тренироваться?..

Это еще что значит?

Впрочем, я не хочу сейчас ничего выяснять. Уношу ноги поскорее.

Мне тяжело рядом с этим человеком – и это проблема, учитывая, что скоро мы станем мужем и женой. Меня аж всю передергивает от этой мысли.

Смириться сложнее, чем кажется.

Вернувшись домой, я сталкиваюсь в холле с Ларисой. Змея смотрит на меня с ехидством.

– Привет, невеста, – приветствует она меня, а я стискиваю зубы от злости.

– Привет, не невеста, – парирую я ей. Я больше сдерживаться не намерена. Пошла она. Стерва.

Лариса кривит губы в ухмылке, двигается ко мне, портя наш пол своими тонкими каблуками.

– А ты ядовитая, Мира. А казалась нежным цветочком.

– Цветочком, который стерпит, что угодно?

– Но ты же стерпела решение отца выдать тебя замуж за Соболева.

– Я приняла такое решение только из-за себя. Оно мне выгодно.

– Вот так значит?.. Совет мой, значит, рассмотрела.

– О, нет, я так мелко не плаваю. Я не мечтаю к себе мужика постелью и ребенком привязать. Но тебе… желаю удачи, – обхожу женщину и двигаюсь к лестнице.

Мне противно, что мне приходится быть такой. Но Лариса только такой язык понимает. Все эти люди, которыми меня окружил мой отец – вытаскивают из меня только плохое. Мне придется быть еще хуже, чтобы выжить в этом мире. Ведь все не так просто с этим браком. Мне еще предстоит это узнать и быть готовой.

Вечер мой проходит в одиночестве, а ночь почти без сна. Постоянно просыпаюсь.

Утром я еду к брату, чтобы увидеть его. У него Эльза. Пытает его насчет предстоящей свадьбы, которую Паша ей пообещал. На меня лукаво смотрит, демонстрируя свою победу.

– А ты слышал, что Мира выходит замуж за Артура Соболева?

– Отец мне сообщил, – брат на меня косится. Он прекрасно знает положение вещей.

– Я тут подумала… А может, мы две свадьбы в один день сделаем, м? Было бы здорово! Это было бы грандиозно!

– Нет, это исключено. Иначе про нас будут думать, что у нас тоже все… фиктивно. Нам это не нужно.

– Ну ладно. Ты прав.

Конечно… Это меня можно кинуть в грязь. А сами они от этой грязи подальше держаться хотят.

– Кхм… Ладно, я пойду. Оставлю вас, – поднимаюсь со стула. – Я рада, что ты поправляешься, Паш. Завтра еще зайду, если получится.

– Конечно, приходи.

Брат скупо улыбается мне, а змея Эльза закатывает глаза. Неужели Паша не видит, какая она? Любовь и правда слепа.

Выхожу из больницы и понимаю, что совершенно не хочу ехать домой. К счастью, я поехала на такси и никто вопросов не задавал, так как отца не было дома.

Недолго думая, я решаю позвонить Нине. Предлагаю ей встретиться в торговом центре, сходить в кафе. Она с радостью соглашается, ведь у нее выходной. А я после этого выключаю телефон. Чтобы никто не беспокоил. Включая Соболева. Если он позвонит – все настроение мне испортит. Помолвка только завтра. И я буду к ней готова.

– А что это тебя на шопинг потянуло?

– Надо купить платье. Особенное. Не на каждый день, – смотрю по сторонам, вышагивая по торговому ряду.

– Куда собираешься?

– У меня… Нин, – останавливаюсь и поворачиваюсь к подруге, – я замуж выхожу за Соболева. Завтра будет помолвка.

– Чего? Ты шутишь? Ты же его ненавидишь! Он ведь твою сестру…

– Знаю-знаю. Мои чувства не изменились. Я даже еще больше теперь его презираю. Но так нужно. Иначе я рискую потерять всю свою семью.

– Он что, тебе угрожал?

– Нет. Моей семье другие люди угрожают. Папе надо встать на ноги, поправить дела в компании, чтобы его снова, так сказать, боялись. Соболев может помочь в этом. Это даже не брак, а контракт на пару лет.

– Ну, блин… – Нина в шоке. – Он тебе хоть немного нравится?

– Нет, – хмурюсь и начинаю двигаться дальше. – И не задавай мне больше таких вопросов. Он для меня просто средство для решения проблем.

– Я видела его фотки в интернете, – подруга берет меня под руку. – Как по мне он… да классный он. Красавец. Тебе так не кажется? Слепая только этого не заметила бы.

– Ты его фотки разглядывала?

– Ну мне стало любопытно после того как он к тебе подкатил.

– Он ко мне не подкатывал. Это все бизнес. Ему плевать было на мою сестру. Плевать и на меня.

– На сколько он тебя старше?

– На тринадцать лет. Почти на четырнадцать.

– Ну нормально. Не так уж и критично.

– Нин, да к чему эти разговоры?! Это сделка, а не на всю жизнь. Все, пошли вон в тот отдел. Платье хочу вон то.

– Красное?

– Да. Красное. Соболев хочет, чтобы я отыграла свою роль на пятерку. Так и выглядеть надо на пятерку.

* * *

Возвращаюсь домой уже по темну.

Ноги гудят, даже спать уже хочется. Вымоталась сильно. Но в то же время отдохнула. Мы с Ниной отлично провели время. И в кафе были, и в кино. Я забылась.

Очень хочется сейчас незаметно проскочить в свою комнату и ни на кого не нарваться.

В холле стоит гробовая тишина, которая не может не радовать. Наверное, отца нет дома. Может, с Ларисой в ресторан уехал. Отправляюсь наверх.

Оказавшись в своей комнате, я облегченно выдыхаю, решив не включать пока свет. Бросаю пакеты, снимаю куртку, которую бросаю на кушетку. Хочется поскорее стянуть с себя платье, колготки и пойти в душ. Задираю платье почти до талии, собираюсь снять колготки, как вдруг раздается:

– Как провела день?

Непроизвольно взвизгнув, я резко одергиваю платье вниз и, резко обернувшись, вижу в полумраке сидящего в моем кресле Соболева.

Глава 17

Я бросаюсь к выключателю.

Но свет не убавляет страха.

Я в ужасе! И в гневе! Не знаю чего больше.

– Ты что… Какого черта ты делаешь в моей комнате?! – подбегаю к нему, но не близко.

Кто его пропустил? Хотя, как его могли не пропустить… Он же типа свой.

– Ты не ответила на вопрос. Как провела день? – прищуривается мужчина.

– Не твое дело. Ты мне пока не муж. Да и не будешь ты им! Это все фальшивка! А теперь говори какого черта ты тут делаешь?!

Соболев поднимается с кресла, и я сразу делаю шаг назад.

– Ты, кажется, не поняла меня, – произносит Соболев, двигаясь на меня.

– Я все поняла. Мы обо всем договорились.

– Я сказал, что сегодня мы должны увидеться. А ты выключила телефон и болталась целый день где-то. Об этом мы не договаривались.

– Я по магазинам ходила. Платье выбирала к завтрашнему дню. А встречаться лишний раз нам не обязательно.

Тогда Соболев делает шаг ко мне, и я снова отступаю, как от огня.

– Не обязательно, да? – ухмыляется. – Завтра на людях ты так же будешь себя вести? Шарахаться от меня?

– Нет…

– Ты ведь это неосознанно. И завтра не специально так себя поведешь. Ты уж поверь, это раздуют до небес. Этого нельзя допускать.

– И что… что это значит? Что ты от меня хочешь?

– Я сказал тебе, что нам надо потренироваться. Вот я и решил дождаться тебя здесь, чтобы это сделать.

И я делаю еще полшага назад.

Теперь я понимаю, что он имеет в виду.

– Не смей меня трогать, – шиплю. – Завтра я максимум буду стоять рядом с тобой и улыбаться.

– Этого недостаточно, – подступает ближе. – Стой на месте, – приказывает он мне, и я как по волшебству застываю. Соболев подходит ко мне почти вплотную и, подняв руку, волос моих пальцами касается, бережно назад их убирает. – Сколько ненависти в твоих глазах… – улыбается он, будто моя ненависть ему в удовольствие. – Отбрось эту ненависть. Я твой счастливый билет.

– О чем ты?.. Какой еще счастливый билет? Я этого всего не хочу!

– Думаешь, после того как все закончится, отец даст тебе то, что ты хочешь? Он уже по-другому будет к тебе относиться.

– Я не понимаю…

– Он найдет способ снова использовать тебя. Как сейчас. А потом снова и снова, если потребуется. После такой выгодной сделки он уже не сможет остановиться. В случае с твоей сестрой я мог понять, ведь она ему неродная.

– Что?!

Шокировав меня, Соболев внезапно берет меня сзади за шею и, склонившись, сминает мои губы поцелуем, который сразу же углубляет, бесцеремонно врываясь языком мне в рот, а другой рукой привлекает к себе за талию.

Мои руки слабо упираются в его плечи, но давить в них, все равно что скалу пытаться сдвинуть. Ноги и вовсе ватными стали. Я их практически не чувствую. А сердце готово взорваться от понимания происходящего.

Вместе с тем я думаю о том, что он только что мне сказал.

Милана не дочь моему отцу? Как же так? Это не может быть правдой…

Когда он отрывается от моих губ и отпускает, то я замахиваюсь на него, но его рука перехватывает мою. Он это предвидел.

– Завтра мы должны будем повторить это, – сжимает мою руку. – Это всего лишь тренировка, – цинично заявляет будущий муж. – Не более. Не предавай этому значения. Так просто нужно.

Теперь мне понятно. Милане он все это вливал в уши как настоящее, а мне правду говорит. Не нужно ему со мной притворяться.

– Милана не моя сестра?

– Сестра. Единоутробная. Твоя мать родила ее не от твоего отца.

– Не может быть… Мама не могла…

– Это правда, – отпускает мою руку. – Твой отец мне сказал об этом еще перед тем как мы все это задумали. Он планировал использовать дочь своей жены. Хотел, чтобы Милана отплатила ему за все то добро, что он для нее сделал. Но ее не стало. И ему пришлось впутать в это тебя. Но это не значит, что он не поступит с тобой так же, как планировал поступить с Миланой. Тебя нет в его будущем. Он никогда не сделает тебя частью своей империи. Твой брат ему не позволит. Павел хоть и глуп, но очень жаден. То, что ты его сестра – ничего не значит для него. Твой отец уже практически сделал его своим главным и единственным наследником. Отец ведь тебе ничего не дал. На тебя ничего не оформлено. Ты просто тут живешь.

– К чему ты клонишь?..

– К тому, что тебе нужно пойти на это не ради семьи, которой наплевать на тебя, а ради себя. Думай прежде всего о себе. Тут о тебе никто не думает. Твой брат чуть не умер, знает уже, что ты пошла на это ради него, но он хоть слово об этом сказал? Поблагодарил тебя?

Не сказал он ничего. Только лишь отметил, что не хочет жениться на Эльзе в день, когда будет моя свадьба, ведь это может бросить тень на его настоящую любовь с Эльзой.

Моему брату плевать на мою жертву. И отцу. Все в этом доме хотят меня использовать. Все лгут в лицо.

– Я тебя освобожу. Главное, играй по моим правилам.

Лихорадочно выдохнув, я отхожу в сторону и, как бы ни старалась, не могу сдержать слез.

У меня будто глаза открылись. Я все это и так знала, но просто не признавала. Папа растил меня так, чтобы я ничего не могла. Все только ради брата. Милана, оказывается, не родная ему. А я так, разменная монета.

Соболев прав. Я должна прежде всего думать о себе. А им я помогу, ведь они все-таки моя семья, а после наши дороги разойдутся.

– Хорошо. Я согласна. Но у меня есть условие.

– Какое?

– Я хочу прямо сейчас покинуть этот дом, – оборачиваюсь. – Я не могу тут больше оставаться. Мне тут не место.

– Собирайся, – ни секунды не подумав, говорит Соболев.