Текст книги "Развод. Ты мне не муж! (СИ)"

Автор книги: Наталия Ладыгина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)

Глава 10

Проспала я от силы пару часов. Под утро отрубилась.

Всю ночь думала об этом.

А сейчас так плохо…

Глаза красные от недосыпа. В висках пульсирует. Тело очень слабое.

Время девять утра, а я не хочу спускаться.

Мне сообщили, что отец еще дома и зовет меня к завтраку. Я сказала, что не пойду. Но тут Лилия снова стучит.

– Мирослава…

– Я сказала, что не пойду! Буду только кофе. Принеси мне его сюда.

– Ваш отец настаивает на том, чтобы вы спустились. Он сказал, что у него к вам очень важный разговор.

– Знаю я, какой у него ко мне разговор… – шепотом.

– Что, простите?

– Ничего, Лиль, – поворачиваю голову. – Скажи ему, что буду через пару минут.

– Хорошо.

Какой смысл прятаться? Он все равно сюда придет после завтрака.

Расчесываю волосы, надеваю светло-розовый спортивный костюм и спускаюсь вниз.

Вхожу в столовую и молча сажусь на свое привычное место.

Я так любила этот дом. А теперь чувствую себя в нем чужой. Даже в собственной комнате.

– Доброе утро, дочь.

Я лишь кидаю на отца укоризненный взгляд на отца и отпиваю из чашки свежесваренный кофе. Он меня хоть немного на ноги поставит.

– Ты что, плакала? – спрашивает родитель. – Мира, милая… Ты напрасно переживаешь. Это просто сделка. Ты сама говорила, что хочешь помочь на благо моей компании. Так это сделка всей моей жизни. И ты исполнишь в ней главную роль.

Смешок срывается с моих губ.

– Вот как ты все это видишь… – сжимаю с силой вилку в руке.

– Это так и есть. Артур тебе ничем не опасен. У тебя будет своя комната. Играть любящую жену придется лишь на людях, а в свет вы будете выходить крайне редко.

– А ты не думал, что со мной будет то же, что и с Миланой? – смотрю на отца, и у того лицо вытягивается от удивления.

– Ты что такое говоришь? – отпускает столовые приборы в тарелку.

– А что ты так удивляешься? Милана была помолвлена с ним, а потом внезапно погибла.

– Как это связано?

– Не знаю… Все может быть. Вдруг, это враги Соболева? Ты намерен рисковать мною?

– Мира, – глубоко вздыхает отец, – это никак не связано. Я в этом абсолютно уверен. Поешь лучше. А то ты очень бледная.

– Ты, значит, ждешь моего согласия? Что молчишь? Или тебе не нужно мое согласие? Ты рассчитываешь, что через неделю я покорно надену свадебное платье, натяну улыбку до ушей и выйду замуж за этого дьявола?

– Дьявол? Ты уж не перегибай… – усммехается отец.

– Ты не ответил на мои вопросы. Ты правда веришь, что я сделаю, как ты хочешь? Ведь раньше я никогда не противилась тому, что ты говорил. Я слушала своего отца, искренне считая, что он мне только добра считает.

Внезапно отец становится другим. Его взгляд, энергетика – стали другими. Таким он бывал редко. И в основном с чужими.

– Я добра тебе и желаю, – строго смотрит. – Я знаю, на что тебя толкаю. Ничего опасного и унизительного в этом нет. Я тебя не абы за кого выдаю. Тебя этот брак никак не опорочит. Потом будешь жить, как захочешь. У тебя будет все. Деньги, мои связи… Ты станешь сильной и независимой женщиной. Я тебе это обещаю.

Он все купить меня пытается…

– Ошибаешься, папа. Я уже чувствую себя грязной. Я – с женихом сестры?! – морщусь. – Да никогда! – подрываюсь со стула.

– Мирослава! – рявкает отец, когда я уже спиной к нему. – Это не шутки! Дело не в твоих хотелках! Надо через не хочу! И мне не хочется заставлять силой родную дочь помочь мне… Я все же надеюсь, что ты сама примешь правильное решение. Поможешь своей семье в трудную минуту. Запомни: ты уже не ребенок, дочь.

День спустя…

– А почему меня никто не встречает?! – раздается со стороны холла знакомый голос.

Бросаю нож на разделочную дочку и иду к раковине, чтобы всполоснуть руки.

Еще один «сюрприз».

Лариса явилась из-за границы.

Иду в холл, слышу по пути голоса.

– Лариса Матвеевна, с возвращением, – это голос Лилии. Она вышла в свой положенный перерыв встретить ее. Знаю, у нее сегодня очень голова болит.

– У вас тут как всегда бардак. Миша мне праздник обещал по приезду.

– Да, Михаил Андреевич распорядился о праздничном вечер в вашу честь. Придут гости. Но это будет вечером.

– Ясно. А Миша-то где?

– Он уехал рано утром.

Тут я появляюсь.

Лариса женщина видная, породистая. Пепельная блондинка, высокая. Но все же крайне неприятная. Вот она только появилась, а я уже чувствую ее негативную ауру.

И она не какая-то там принцесса. А обычная массажистка. Папина массажистка. А ведет себя как королевна.

– О, Мирочка, здравствуй, – ко мне торопится и имитирует поцелуи, сначала в одну мою щеку, потом в другую. – Как ты похорошела!

– Вы тоже замечательно выглядите после лечения. Как, помогло оно?

– Пока не знаю… Но мне сказали, что теперь у меня есть все шансы забеременеть. Надеюсь, Миша снова станет отцом. Снова почувствует себя молодым, – мечтательно смотрит Лариса. – Может, вместе пообедаем?

– Давайте. Я как раз рагу овощное готовлю. Вы пока поднимайтесь, примите душ, а я все закончу.

– М-м, здорово. Я с удовольствием. Знаю, готовишь ты очень вкусно и не жирно. Заодно обсудим твою предстоящую свадьбу, – подмигивает мне Лариса. – Чемоданы мои наверх распорядись отнести, – говорит она все еще рядом стоящей Лилии и двигается походкой от бедра к лестнице.

Папа уже всем растрепал, хотя я ни на что не соглашалась!

А сегодня еще вечеринка в честь Ларисы…

Не сомневаюсь, что отец и «этого» пригласит.

Но меня на ней не будет.

Глава 11

– Не будет никакой свадьбы, – говорю я Ларисе во время обеда, за которым она вздумала все-таки поговорить об этом подробнее.

– Как это? – не верит Лариса. – Твой отец говорил…

– Мой отец не может решать за кого мне замуж выходить. У нас не средневековье. Я свободная, совершеннолетняя женщина.

– Но как же… Отец говорил, что это очень важно. Ты должна выйти за Соболева. Тем более… тут такое выяснилось.

– Что выяснилось?

– Ну, что Соболев с самого начала собирался на тебе жениться, – оглушает меня Лариса такой новостью.

– Не поняла?..

– Мне рассказала подруга его сестры. Она мой стилист. Вроде как с твоей сестрой все фикцией было. Не знаю для чего все это нужно было, но все вот так.

Это какой-то бред. В этом нет никакого смысла.

Зачем Милану выставлять своей невестой? И зачем ему именно я, если мы обе дочери нашего отца? Тем более Милана была согласна выйти за него. Она с первой их встречи начала мечтать о свадьбе. Идеальный вариант.

Наверняка просто это специально распространяют, чтобы было потом чем оправдать то, что он на мне внезапно женится.

– Это ерунда какая-то. И ничего не меняет. Я не выйду за Соболева. Папа может что угодно планировать, но ему придется без меня разбираться с проблемами. У него есть мой брат. Вместе они справятся.

– Да как ты можешь? – повышает на меня голос Лариса. – Отец тебе столько дал. А ты что? Жену поизображать не можешь?

– Что, простите?

– Да тебе такой шанс выпал, – вкрадчиво произносит Лариса, став смотреть на меня как какой-то дьявол. – Ты станешь женой очень важного человека. Тебе бы думать о том, как превратить этот брак из фиктивного в настоящий. Ты и отцу поможешь – и свою жизнь устроишь.

От такой наглости я аж сглатываю.

До сих пор я старалась быть доброжелательной с этой женщиной. Я ведь не делю людей на сорта. Если отец счастлив, то и я счастлива – так я думала правильно.

– Какая вы умная женщина, – выдаю я, на что Лариса улыбается, не поняв, что это был банальный сарказм. – Что еще посоветуете? – наконец-то она догадалась. – Вам бы тренинги вести, Лариса Матвеевна. Как богатого мужика заполучить и пользоваться его деньгами. Вы же познали это в совершенстве.

– На что ты намекаешь?

– Я не намекаю. Я прямо говорю, кто вы есть на самом деле в жизни моего отца. Только вы на меня этого не проецируйте. Я – не вы. Мне не нужно искать большой кошелек. Я дочь своего отца, и всегда ею буду. А вы в любой момент можете покинуть этот дом.

– Ты… – женщина от возмущения вся кривится, – ты что говоришь вообще? Ты как можешь так со мной говорить?

– Ты моему отцу не жена. Ребенка не родила. Ты здесь на птичьих правах. Так что не тебе мне давать советы, как жизнь устраивать, – поднимаюсь из-за стола. – И не лезь не в свое дело. Тебя все это не касается.

– Да я отцу все твоему расскажу! Он тебя еще до свадьбы из дома вышвырнет!

– Давай. Полный вперед, – говорю ей, уходя.

Вечером…

– Да, Нин, через двадцать минут выезжаю. Пока-пока.

Отбрасываю телефон на кровать и иду к шкафу, чтобы взять свою модную кожаную куртку.

Внизу вовсю идет подготовка к вечеринке в честь Ларисы. Где-то через час гости приедут. Я должна свалить к этому моменту.

Мы с Ниной и еще двумя нашими подругами в кафе идем, а потом к Нине домой с ночевкой. Фильмы посмотрим. Как раньше.

Внезапно, когда я подкрашиваю губы, в мою комнату бесцеремонно врываются.

Мой отец. Злой как черт.

Лариса нажаловалась.

– Мира! Это что такое?

– Ты о чем? – закручиваю помаду.

– Ты зачем Ларисе нагрубила? Я понимаю, что у тебя стресс из-за всего этого кошмара в нашей семье, но это не дает тебе никакого права оскорблять мою женщину!

– Меня зато ты без зазрения совести оскорбляешь! – оборачиваюсь к отцу. – Меня можно, да?

– Ну хватит, дочь!

– Я вообще говорить с тобой не хочу, – сумку хватаю. – Зачем ты пришел? Ждешь, что я перед Ларисой буду извиняться? Не буду. Лариса получила то, что заслужила.

– Ты вообще куда собралась?

– На встречу с подругами. В город. Поеду с водителем. Можешь не волноваться. И не проси меня присутствовать на этом сборище.

– Я надеялся, что ты встретишься с Артуром, что вы поговорите как взрослые люди. Он тоже будет здесь скоро. Пообщаетесь. Он не так плох, как ты думаешь. Он очень образованный и умный человек. Как и ты. Вы найдете, о чем поговорить.

– Ты издеваешься? Я, по-моему, сказала, что не выйду за этого человека.

– Никуда не пойдешь! – у отца аж ноздри расширяются от гнева. Он бесится страшно, когда что-то выходит из-под его контроля.

– Ты серьезно? Будешь держать меня? Как в детстве запрешь меня в комнате? – язвительно. – В таком случае я обещаю, что праздник будет испорчен, – обхожу отца и на каблуках тороплюсь к двери. – И пап… хватит всем говорить про эту свадьбу. Ты сам себя подставляешь. Ее не будет.

Выскочив за дверь, я быстро спускаюсь по лестнице и незаметно проскакиваю мимо некоторых прибывших гостей. Затем на улицу. Роман ожидает меня неподалеку от машины, говоря с кем-то из охраны. Когда я подхожу к машине, в этот момент подъезжает еще одна машина, занимая рядом парковочное место. Из нее выходит Соболев с моей стороны. Мы встречаемся взглядами, но я тут же отворачиваюсь и зову Романа:

– Роман, мне ехать срочно надо!

– Куда спешишь? – раздается позади меня, а у меня по спине волной прокатывается прохлада.

– Тебя это не касается, – поворачиваюсь к мужчине лицом. – О свадьбе можешь не мечтать. Папа уже смирился. Так что ты зря приехал.

Глава 12

Соболев непрошибаемый.

Его ничуть не тронуло, что я сказала. Сильно он уверенный в том, что будет так, как ему надо. У него на лице это написано. Такой мужчина не может быть другим. Чертов победитель по жизни.

Но не в этот раз.

Роман не торопится уже наконец подойти, а этот ко мне шаги делает. Близко подходит, что невероятно возмущает меня. Но я не отхожу. Я своего страха ему больше не покажу.

– Ты напрасно все это затеяла, – произносит Соболев. – Твое упорство ни к чему. Это в твоих интересах.

– Нет, ты что-то путаешь. В интересах моего отца – может быть. Точно не в моих.

– Отец, видимо, решил пожалеть тебя и не рассказал, насколько плохо идут его дела, и что сделка со мной его единственный шанс разом и наверняка покончить со всеми проблемами.

– Нет, он мне сказал. Я все равно не согласилась. Я вообще не понимаю, к чему этот фарс. К чему эта свадьба? Без нее никак?

– Твоей маленькой головке незачем об этом думать, – ухмылку едва заметную выдает.

Он снова назвал меня тупой. А может, я правда чего-то не знаю. И не хочу знать.

– Считаешь себя очень умным, да? А не боишься, что в браке я тебя опозорю? Я ведь такая тупица. Стыдно такому умному мужчине связывать себя с такой дурой, пускай и Беловой.

Надо же, он улыбаться умеет. Развеселила я его.

Ненавижу… Как же я его ненавижу. Он настоящий дьявол. Уверена, он еще хуже, чем кажется.

– Ты забавная. С тобой хотя бы не будет скучно.

– С моей сестрой было скучно? Поэтому ты ее убил?

И улыбки его как не бывало. Я решила проверить его, но что-то уже жалею. Это был перебор.

Мужчина подступает ко мне еще ближе.

– Ты говори, да не заговаривайся. Я к смерти твоей сестры не имею никакого отношения.

– Мне хочется в это верить…

– Послушай, Мирослава, – голос Соболева приобретает раздражительные нотки. – Ты из меня монстра не делай. Я тебя обижать не собираюсь. И даже готов дать некоторые гарантии.

– Гарантии?.. Это какие?

– Всего-то надо побыть умницей некоторое время. Если отец тебя кинет, то переживать тебе не придется. Я тебе обеспечу будущее, которое ты захочешь. Будешь свободной женщиной, которая будет делать то, что пожелает. Разве ты не мечтаешь об этом?

– А сейчас я кто? Не свободная женщина?

– Ты птичка в клетке. Растение, выращенное в искусственных условиях. И в этом нет твоей вины. Ты такой родилась. В такой семье. Но все изменится. Я изменю твою жизнь. Можешь на слово поверить.

Самое поганое сейчас то, что он прав. Он попал в самую точку.

Я птица в клетке. И даже реши я сейчас бежать – меня обратно загонят в клетку. Отец сделает это. Найдет меня где угодно и найдет способ вернуть.

И даже те деньги, что у меня остались от мамы, не помогут мне.

Однако выйти за него меня никто не заставит. Как и жить.

Отец сам от меня откажется от такой бесполезной. Я лучше потерплю, чем замараю себя этим браком.

– Разговор окончен, господин Соболев, – произношу официально, вздернув подбородок. – Спасибо вам за предложение, но оно мне не подходит.

Тут Роман как кстати подходит.

– Мирослава, извини, нужно было кое-что важное обсудить.

– Мы можем уже ехать?

– Да-да, садись, – открывает для меня дверь Роман.

Соболев остается стоять на месте, провожает взглядом машину.

Только я перестаю его видеть, я запрокидываю голову немного назад, судорожно выдыхаю, оттягивая ворот платья. Дышать нечем…

* * *

Два дня прошло. Все эти два дня я была сама не своя. Та встреча с подругами не была такой, как прежде. Все время я прокручивала разговор с Соболевым. Да и сейчас постоянно об этом думаю.

Про свадьбу в доме уже никто не говорит. У папы явно какие-то новые неприятности и ему не до того, что меня уговаривать.

Лариса в доме хозяйкой ходит. Я даже не обращаю на это внимания. Мне все равно, что она там себе думает. Мы обе друг друга игнорируем.

В основном время в своей комнате провожу. Иногда в оранжерею хожу, в сад. Стараюсь всех избегать. Ем только у себя в комнате. Нет сил сидеть за столом с отцом и Ларисой, слушать их разговоры о их планировании ребенка. Тошно.

Сегодня решаю лечь пораньше из-за боли в голове. В десять я уже в глубоком сне.

Но в пол одиннадцатого в дверь раздается настойчивый стук, от которого я мгновенно просыпаюсь уже без головной боли.

Да что происходит?

– Мирослава! Мирослава, это срочно! – слышу встревоженный, даже истеричный голос Лилии.

Вскакиваю с кровати и врубаю свет. Надевая халат, бегу к двери.

– Что такое, Лиля? Что случилось?!

– Ваш брат…

– Паша? – сердце замирает. – Что с Пашей?!

– Он в больнице.

– Как?!

– Несчастный случай. Хотя я слышала, что это было… покушение. Его убить хотели.

Лиля торопится помочь мне удержаться на ногах.

– Все будет хорошо, Мирослава, – крепко держит меня за плечи. – Ваш брат будет жить.

– Какая больница? Папа там? – к шкафу двигаюсь на ватных ногах.

– Да, он там. Невеста Павла тоже там. Я вам решила сообщить, чтобы вы знали. Ларису не будила.

– Правильно сделала. Я сейчас же еду туда. Я должна быть там!

Нет! Нет! Я не могу потерять еще и брата.

Кому понадобилось покушаться на моего брата? Кто такой бессмертный?

Вспоминаются слова Соболева о том, что я не осознаю того, насколько все плохо у нас…

Глава 13

В больнице я оказываюсь меньше чем через час.

Мой брат в реанимационном зале. Борется за жизнь. Все серьезнее, чем я себе представляла по пути сюда.

Глаза застилает пелена слез. Вскоре я вижу отца у этих страшных раздвижных дверей, за которыми мой брат. Папа белый как мел. Рядом стоит у стены плачущая Эльза.

– Папа…

– Мира, – отец видит меня и стремится обнять.

– Паша будет жить? Скажи мне, что будет! Прошу тебя…

– Будет… Будет, дочь. Он не умрет. Я не позволю. Я не могу потерять и его.

Три часа мы бродим по отделению, будучи в неведении.

Мое воображение рисует самый плохой исход. Гоню это, но не получается. Негатив так и лезет мне в голову. Моя сестра тоже не сразу умерла. Когда нам сообщили, то она была еще жива, была надежда. А уже через час ее не было. Был человек и нет человека.

– Я не смогу этого пережить… – сипит Эльза, прижимаясь лбом к стене. Отец просто уже час сидит на мягкой лавочке неподалеку за углом. Не хочет говорить.

– Успокойся. На. Выпей, – открываю бутылочку воды и протягиваю ее Эльзе. Она берет ее, делает несколько глотков. – Брат не умрет. Плохие новости уже сообщили бы, – выдумываю я, чтобы девушку успокоить.

Позади в этот момент я слышу тяжелые шаги, со стороны выхода из отделения. Но я не оборачиваюсь. Как внезапно моего плеча дотрагиваются. Я вздрагиваю и поворачиваю голову.

Встречаюсь с серыми глазами и воздух в груди моментально заканчивается.

– Ты… Что ты тут делаешь?

– Я узнал обо всем и приехал. Как Павел? Что-то говорят?

– Нет, – роняю слезы. Эльза на фоне всхлипывает, скатываясь по стене вниз. – Никто ничего не говорит. Тишина. Мы тут уже три часа.

– Я уже выяснил, что произошло.

– Что?

– Его машину столкнули с дороги. Это сделало двое водителей. Это была ловушка. На машинах не было номеров. Они скрылись. Но их ищут. Найдут.

– Главное, чтобы брат остался жить, – поднимаю взгляд на мужчину, смотрю ему в глаза. – Ты… это имел в виду, когда говорил о…

– Да. У вашей семьи теперь много врагов. А отца не вини за то, что он тебе не сказал. На тебя и так много навалилось. Отец берег тебя.

– Но зачем убивать?..

– Чтобы ослабить. Павел – единственный наследник.

– А Милана? Ее тоже убили?

– То был несчастный случай. Сомнений нет. Твоя сестра не справилась с управлением.

– Она была очень расстроена в тот день. Из-за тебя.

Соболев глубоко вздыхает, взгляд отводит.

– Ты напрасно обвиняешь меня. Никто не знал, как будет, Мирослава. Но если тебе так легче, то можешь винить меня. Только я тебе не враг.

– А кто? Спаситель? – горько усмехаюсь.

Соболев залезает в карман своего пиджака и достает белоснежный платок. Мне его протягивает. Я неуверенно прикасаюсь к такни, беру его, чтобы вытереть слезы.

– Мне бы не хотелось, чтобы ты пострадала. Ты просто девочка. Ни при чем. Но так, к сожалению, может случиться. Ты Белова. Слабое место своего отца.

– Есть предположения, кто это может быть?

– У твоего отца много недоброжелателей. Это может быть кто угодно из них.

– И так будет продолжаться?.. – бегаю растерянным взглядом повсюду, чувствуя, как сердце разрывается.

Я могу потерять всех, кого люблю?

– Пока твой отец не продаст компанию. Только если он выйдет из игры, тогда возможно от него отстанут. Но он на это не пойдет.

– Не пойдет?..

– Это суть его жизни.

Это дороже семьи, да? Лучше даже спрашивать не буду. Я знаю ответ.

– Мой отец вон там, – киваю в сторону. – Попытайся утешить его. Потому что я в твое сочувствие и благородство не верю, – скупо улыбаюсь. – Тебе все это на руку. Это как бы должно подтолкнуть меня согласиться выйти за тебя, да? Поэтому ты сейчас притворяешься… милым?

К Соболеву мгновенно возвращается его истинное лицо. Взгляд меняется на знакомый: холодный, проницательный.

– Я говорю тебе как есть, – подступает ко мне ближе, склоняется, чтобы произнести мне на ухо: – Скоро ты поймешь, что у тебя есть только один вариант: стать моей женой.

Отстраняется и следует в направлении моего отца.

Я не могу шевелиться в следующую минуту, а когда оживаю, то к нам наконец-то выходят с новостями.

Окружив мужчину в белом халате, мы узнаем, что состояние брата удалось стабилизировать и скоро его отправят в палату интенсивной терапии.

Боже, спасибо!

Ему оказывается очень повезло. Он мог сегодня умереть. Все прогнозы изначально были плачевными.

Теперь нам нужно умерить эмоции и набраться терпения.

Эльза так радуется, что набрасывается на меня с объятиями. До сих пор она меня не касалась и губы всегда кривила в моем присутствии.

После обнимаю отца, и во время объятий смотрю на Соболева.

Через час мы возвращаемся домой.

Оставаться в больнице не было смысла. Нам всем нужно отдохнуть. А завтра мы сможем увидеть брата. Я оставила свой личный телефон в журнале, чтобы и мне звонили.

Эльзу мы с собой взяли. Ей сейчас нельзя одной. Поживет с нами пока брат болен.

Я устраиваю Эльзу в гостевой, а после к отцу иду в кабинет. Знала, что он не пойдет спать. Ему очень плохо.

Я зла на отца, но сейчас мне его очень жалко. Вот мы только потеряли Милану, и вот снова, в тот же месяц – горе снова стучится в нашу дверь.

– Пап…

– Садись, Мира, – приглашает к себе на диван отец, похлопывая рядом ладонью. – Как там Эльза?

– Уснула. Она так дрожала… Похоже, она правда очень Пашу любит. Боится его потерять.

– Деньги она его любит. Его бы не стало – где бы она оказалась? Без моего сына она никто и звать ее никак.

– Ну, так можно и про твою Ларису сказать. Она, кстати, без задних ног спит, даже не подозревает о твоем горе. Она мне даже соболезнования по поводу смерти Миланы не принесла.

– Хватит, дочь. Я сейчас не намерен это обсуждать.

– Да, ты прав. Давай лучше обсудим то, что произошло с Пашей. Его убить хотели?

– С чего ты взяла?

– Мне Артур сказал. Он почему-то откровеннее со мной, чем собственный отец.

Отец накрывает лицо ладонями и хрипит.

– Да, это так. Мы в… невыгодном положении.

– Вот как ты это называешь… – голос начинает дрожать. – Брата чуть не убили. И еще не известно, сможет ли он вернуться в прежней жизни…

– Тихо, Мира. Я не так выразился. Ты права. Это все дико… и очень опасно.

– И это может исправить только Соболев, да? – на что я слышу подтверждающую тишину. – Хорошо. Я согласна, – заставляю себя произнести, сжимая в руках платок, который дал мне Соболев.