Текст книги "Его любимая заноза (СИ)"
Автор книги: Наталия Ладыгина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 11 страниц)
Его любимая заноза
Наталия Ладыгина
Глава 1
– Что за… – выдыхаю я, не веря своим глазам.
Мой тайник пуст!
В нем ни купюры, а было отложено немало!
Я собиралась уже наконец съехать с этого сумасшедшего дома, но меня обокрали.
И я знаю, кто это сделал.
Нет, это не мой никчемный отчим, а моя родная мать!
Швырнув коробку из-под обуви на кровать, я выбегаю из комнаты и мчусь на кухню. Они целыми днями в ней торчат. То в кухне, то в зале. Но чаще в кухне. Живут на деньги по инвалидности отчима, ну еще и на мои.
Угадала. Они в кухне. Сидят, распивают свой любимый напиток. Но еще более-менее трезвые. Только принялись. А ведь еще четыре дня…
– Кто взял мои деньги?! – перекрикиваю я мизерный телевизор, что орет у них тут на всю кухню.
– Тон сменила, – рявкает мать, а отчим тем временем убавляет громкость. Он обожает, когда мать орет на меня, стыдит и обзывает.
– Я спросила, кто взял мои деньги? Ты?!
Мать кривит губы и махает рукой.
– Это за квартиру.
– Чего?! Я оплатила все счета. Свет, воду и отопление тоже!
– За проживание, – бросает мать.
– Что?! Это и моя квартира тоже! Я и продукты покупаю! Как ты… – осматриваю их стол и вижу, что у них тут не густо. Она не могла потратить все деньги. – Мама, прошу верни мои деньги, – прошу по-хорошему, готовая разреветься от отчаяния. – Они мне нужны.
– На что это они тебе нужны? Ты живешь здесь на халяву.
– Твой этот… – бросаю на него пренебрежительный взгляд на этого пса Анатолия, который споил мою мать за эти два года. – Тоже здесь на халяву.
– Он все до копейки мне отдает! А ты знаешь правила: кто живет здесь – отдает все матери.
– Верни мне деньги!
– А ну, не ори на мать, – ударяет кулаком по столу плешивый Анатолий, смотря на меня туманным взглядом. Он-то уже поддал как следует. В другом состоянии я его и не вижу. – Я терпеть не буду.
– Вы вообще не вмешивайтесь! – бросаю я. – И не смейте мне угрожать. Я уже вас предупредила, что если вы меня хоть пальцем тронете – я сразу обращусь в полицию. У вас и так условный срок, так что никто разбираться не буду.
– Ах ты дрянь… – рычит мама.
– Я и сейчас обращусь, если вы мне деньги не вернете! – угрожаю.
– А ты докажи, что я у тебя что-то брала? Сможешь? Лучше прикуси язык и не зли меня. А то пока ты на работе будешь, я все твои шмотки в подъезд выкину.
Во что же она превратилась за последние годы… Смерть отца ударила по ней, но недолго она горевала. Она быстро оправилась и стала чужим мне человеком. Даже внешность у нее изменилась спустя уже полгода такого образа жизни.
– Значит, ты не отдашь мне деньги?
– Обойдешься. Мы на них с Толей новый телик купим.
– Взамен того, что он разбил, когда был в хлам на новый год?
– Бывает! Все равно старый был, – говорит мать и, забросив ногу на ногу, начинает нарезать сало на доске.
– Отдай хоть часть… Они мне нужны. Я хотела съехать от вас! – признаюсь я, раскинув руки в стороны. – Хотела жить отдельно и вам не мешать. Для этого я и откладывала деньги.
Мать бросает нож на стол и, резко поднявшись, начинает идти на меня.
– Ах ты дрянь неблагодарная, – цедит она сквозь зубы. – Свалить решила, тварь! Оставить мать! Как твой папаша! – оглушает меня своим криком.
У меня из глаз брызгают слезы. Мне больно видеть и слышать ее такой. Она деградировала до такой степени, что я и не замечала все это время… А разве я могла ее остановить?
– Папа умер, а не бросал тебя, – выдыхаю я, на что получаю пощечину. Не сильную, но она оказывается очень болезненной.
Мы только что перешли еще одну черту.
– Ни слова о твоем паршивом отце, поняла?! Я устала слышать и видеть это твое осуждение в глазах. Думаешь, он был идеальным?! Не был!
– Папа вообще тут ни при чем. Ты сама про него начала! Еще и ударила ни за что!
– Ты свалить хочешь!
– Да, хочу! Мне тошно смотреть на такую тебя и на этого алкаша. А тебе я тут нужна, чтобы я вас обрабатывала. Я устала! С меня хватит! Я уже взрослая, хочу отдельной жизни!
– Так пошла вон отсюда!
– С удовольствием! Отдай мне деньги.
– Вот! Видела! – показывает мне фигу.
Тут со стула поднимается этот выродок, встает за матерью в качестве поддержки и смотрит на меня так, что готов сделать что угодно, что мать прикажет.
Я делаю шаг назад, смотрю на этих «людей» еще пару секунд и срываюсь в свою комнату, в которой закрываюсь и начинаю судорожно натягивать джинсы, свитер. Верхняя одежда у меня здесь. Ее тоже здесь надеваю.
Беру сумку, телефон, зарядку, документы. Все, что может понадобиться.
Выскакиваю из комнаты, мчусь к двери, у которой надеваю сапоги.
– Куда собралась? – с укором интересуется Анатолий. – Мать тебя не отпускает. А ну марш к себе в комнату!
– В жопу пошел, – выпаливаю и показываю средний палец ублюдку.
Выродок тут же пьяно замахивается на меня, но я уклоняюсь и, толкнув ублюдка что есть сил, лихорадочно отпираю дверь и выскакиваю в подъезд. Отправляюсь вниз на своих двоих, несусь со всех ног, не дай бог пьяный выродок за мной вздумает рвануть.
Оказавшись внизу, я понимаю, что уже не вернусь туда. Разве что с полицией.
Но сейчас я хочу успокоиться, немного побродить и подумать.
К сожалению, все мои подруги сейчас далеко от Москвы. Еще не вернулись из поездок. Новогодние праздники еще не закончились.
Черт, лучше бы я тоже поехала куда-нибудь и просадила бы все деньги.
Зачем я только их снимала… Но такой я человек. Я верю в наличку. На карте всегда мало храню, а кредитными картами не пользуюсь.
Сажусь на автобус, который идет в центр, выхожу на какой-то незнакомой остановке и не знаю куда податься. Ноги ведут в парк. Я в полной растерянности, близится отчаяние, но я гоню все это. Но по мере того как темнеется, я все же впадаю в глубокое отчаяние.
Я без понятия куда пойду. Я без понятия даже где сейчас нахожусь. В какой-то жилой район забрела. Иду дальше, надеясь, что скоро выйду из него и пойду куда-нибудь еще.
Смотрю по сторонам, и мой взгляд зацепляется за маленькую девочку на детской площадке. Она сидит в такой холод на деревянной скамейке и болтает ногами. Совсем одна. Я не вижу поблизости ни одного взрослого.
Направляюсь к ней, чтобы выяснить, все ли хорошо. Хотя я очень в этом сомневаюсь. Ребенок один, пускай и в своем дворе, сидит на холодном.
Девочка миленькая, вся в розовеньком. От силы ей лет пять, может чуть меньше.
– Привет, – подхожу к малышке, которая поднимает полный взгляд надежды на меня.
– Привет, – тоненьким детским голоском отвечает девочка.
– А ты чего тут одна?
– Я Марину жду, – продолжает болтать ногами.
– А Марина это кто? – интересуюсь.
– Няня.
– А-а… – осматриваюсь.
Хороша няня. Бросила ребенка на таком холоде. И куда это интересно она запропастилась?
Нет, я не уйду. Подожду ее няню и скажу ей, что нельзя бросать детей. И плевать, что меня это никак не касается.
– А тебя как зовут? – спрашивает девочка.
– Мира. А тебя?
– Кира, – старается выговорить свое имя идеально.
– Кира, а ты можешь встать? Просто лавочка холодная, можешь простудиться.
– Не люблю болеть, – слезает со скамейки.
– О, я тоже не люблю, – еще раз оглядываю площадку, дорогу. Ни одной женщины на горизонте не вижу. – А ты не знаешь куда твоя няня ушла? – девочка мотает головой. – А давно? – на что она пожимает плечами, перетаптываясь с ноги на ногу. Да она же замерзла! – Домой хочешь, да?
– Угу.
– Ты в этом доме живешь? – указываю на ближайшую высотку.
– Угу, – кивает.
– А дома кто-то есть?
Скорее всего, родители на работе. Хотя, праздники же.
– Папа.
– Так давай я тебя провожу? Холодно очень, а ты в тонкой курточке.
– Пойдем! – оживленно с улыбкой соглашается малышка и, взяв меня за руку, тянет за собой. – Папа не разрешает мне сбегать от няни, – говорит Кира, когда мы подходим к двери подъезда.
– А я ему скажу, что это няня сама от тебя сбежала. Какая квартира?
– Хочу сама нажать! Можно?!
– А, ну давай, – закинув сумку повыше на плечо, поднимаю девочку, чтобы она своими маленькими пальчиками набрала цифры.
Ждем, когда ответят.
– Да, – отвечает хриплый мужской голос.
– Папа, это я! Кира! Открой дверь!
– Марин, что за дела? Сама открыть не могла?
– Простите, ваша няня куда-то пропала, – подаю я голос. – Я вашу девочку нашла на площадке одну. Решила проводить ее.
Дверь подъезда издает характерный звук. Нас пропускают.
Глава 2
– Какой этаж?
– Одиннадцатый!
Нажимаю и, прижавшись к металлической стенке лифта плечом, жду, когда приедем.
– А почему папа с тобой гулять не пошел? – интересуюсь, пока поднимаемся.
– Он сегодня занят, – отвечает Кира, стоя близко к дверям лифта. – А ты тоже гуляла?
– Ну… да, – отвечаю, а сама вспоминаю, что стало причиной прогулки.
– А давай завтра гулять вместе?
Я усмехаюсь и тяну девочку подальше от дверей, которые вот-вот откроются.
– Приехали! – выбегает из лифта и подбегает к черной стальной двери. – Позвони! – просит меня.
Вдавливаю указательный палец в звонок и перетаптываюсь с ноги на ногу. Сама посматриваю в сторону лифта, двери которого еще не закрылись. Может, еще успею.
Дверь нам открывает хмурый мальчик лет десяти. Он смотрит на девочку, потом коротко на меня и просто уходит. Наверное, старший брат. Странно только, что они ни словечком не перекинулись.
– Ну все, мне пора, Кира. Беги домой.
– Нет, пойдем со мной! – хватает меня за руку и тянет за собой в квартиру. – Останься!
– Ты что, Кира, я не могу остаться… – говорю я, но все равно захожу с девочкой.
– Папа!! – громко зовет девочка своего отца.
Начинают раздаваться тяжелые шаги из глубины квартиры. Видимо, ее отец направляется сюда.
В просторной прихожей появляется темноволосый мужчина лет тридцати пять на вид, в черных брюках и белой рубашке с галстуком. Зацепившись на мне взглядом, он оглядывает меня изучающим взглядом, потом смотрит на дочь.
– Папа, это Мира!
– Ага, – хмыкает мужчина, пытаясь застегнуть пуговицы на своей рубашке. – Что произошло-то? – кивает на меня.
– Ну… я почти все объяснила через домофон. Ваша девочка была совсем одна на площадке. Ее няня куда-то ушла. Мы ее не дождались.
– На звонки она не отвечает, – произносит мужчина, хмурясь. – Дрянь такая, – цедит сквозь зубы, пробовав еще раз сделать звонок этой безответственной Марине. – И она только что лишилась работы.
– Папа, а можно Мира будет моей няней? – спрашивает Кира у отца, чем повергает меня в шок. – Пожалуйста!
– А-а… Кира, я не могу, – выдыхаю прежде, чем что-то скажет ее отец. – Мне уже пора. Я… тороплюсь, если честно, – лгу я.
– Так сильно торопишься? – произносит ее отец, наконец-то справившись с пуговицей на рукаве. – Не интересует такая работа на один вечер?
Непонимающе хлопаю глазами.
– Мне надо срочно уехать на несколько часов. Киру не с кем оставить. А вы, я вижу, друг другу понравились.
– Мира мне нравится! – выпаливает малышка.
– Ну так что? – вздергивает бровь мужчина. – Я заплачу. Хорошо заплачу. У меня тут еще сын, но с ним возиться не надо. Он у меня самостоятельный.
Я в ступоре. Вся одеревенела от такой неожиданности. Вот я еще была на улице, стояла на распутье, а тут мне делают самое странное предложение в моей жизни. Этот мужчина готов впустить незнакомку в свой дом, к своим детям, а сам собирается уехать по своим делам.
Мне, наверное, следует отказаться. И я бы так и сделала, если бы мне было сейчас куда идти. Но мне некуда идти. А так я могу провести время в приятной компании несколько часов.
– Хорошо. Я могу… Раз правда девочку не с кем оставить. А до скольки?
– Точно не скажу. Могу приехать в десять, а могу в двенадцать, – отвечает мужчина. – Раздень ее, – говорит мне и отправляется куда-то из прихожей.
Несколько секунд торможу, после чего скорее принимаюсь расстегивать курточку Киры.
– Я тебе сейчас свою комнату покажу! Своих кукол покажу тебе!
– Здорово. С удовольствием посмотрю на них. Давай ножку, – помогаю снять ботинки, шапочку и сама начинаю раздеваться.
Кира берет меня за руку и ведет куда-то.
Ну и ну. Вот это квартира. Просто шикарная. Большая, стильная, просторная. Но сразу видно, что здесь дети живут. Рисунки повсюду, детские игрушки, на экране большого телевизора мелькает известный мультфильм. Уютно. И нет этого запаха перегара, который стал для меня в порядке вещей в последнее время.
У меня вопрос: а где мать?
Что-то мне не верится, что этот мужчина отец-одиночка.
Мужчина появляется в гостиной уже в пиджаке, он явно очень куда-то спешит.
– Сама разберешься, да? Покорми ее. Еда в холодильнике. Матвей уже поел. Если что-то случится, то звони, – дает мне карточку с номером. – И еще… если эта дрянь Марина будет звонить в квартиру, то шли ее лесом. Я потом с ней разберусь.
– Поняла… – немного растерянно, все еще не понимая почему доверили такую ответственность. Наверное, я просто так выгляжу. Я совсем не опасна.
– Вот и отлично, – еще раз осматривает меня с ног до головы и смотрит на дочь, которую в следующий момент подхватывает на руки. – Целуй папу.
Кира с радостью целует в щеку своего отца и крепко обнимает за шею.
– Ну все, папа поехал, – говорит он дочери, поглаживая ее по спине. – Веди себя хорошо.
– А когда ты вернешься? – спрашивает малышка, когда отец ставит ее на пол.
– Ты уже будешь спать. Увидимся завтра утром, – снова смотрит на меня. – Уложи ее в десять. Почитай ей что-нибудь, тогда быстро уснет. И дождись меня.
– Хорошо, – киваю, не смея хоть в чем-то возразить.
Я уже согласилась. Назад пути нет.
Глава 3
– Мира, пошли! Тебе понравится моя комната!
Малышка бежит куда-то вперед, а я иду спокойно, невольно осматриваясь по дороге.
Теперь, когда мужчина ушел, все это мне кажется уже не такой хорошей идеей.
Мне следовало подумать. Хотя… разве у меня было время на раздумья?
Решать нужно было сию секунду. Больше бы он ждать не стал.
И если бы я отказалась, то мерзла бы сейчас на улице. Домой бы я все равно не поехала. Точно не сегодня. Я не готова снова увидеть эти лица. Сейчас у них, должно быть, гулянка в самом разгаре.
Хватит уже терзаться, правильно ли я поступила. Все равно я теперь не уйду, не оставлю малышку одну. Это я тогда буду не лучше этой самой Марины, которая пропала. Что-то мне подсказывает, что отец Киры так просто этого не оставит. Он показался мне достаточно жестким, не любящим лишние разговоры, а еще проницательным, он словно как-то понял, что я могу согласиться побыть с его дочерью, хоть я и сказала, что спешу. Но очевидно, что он хороший человек. Он очень тепло относится к своей дочери. А в наше время особой нежности отцов к дочерям не дождешься. Хотя мой папа тоже был хорошим.
– Ух ты… – искренне изумляюсь, едва войдя в комнату Киры. – Как тут у тебя все…
Просто комнаты принцессы.
– Гляди! Это Маша! – указывает на большую блондинистую куклу. – Она на тебя похожа!
– Ахах… Что, правда? – опускаюсь на колени и всматриваюсь в куклу. – Ну да, чем-то похожа. Цвет глаза только другой. А эту как зовут? – указываю на рыжеволосую куклу.
– Алина! Они с Машей подруги!
– Здорово-здорово… Дружить надо. А у тебя есть подруги?
– Есть. В садике!
– М-м… Тебе уже скоро в садик. А на праздники видишься с подругами?
– Нет, – немного хмурится. – Но мы говорим по телефону.
Хочу уже спросить, как зовут ее отца, но вспоминаю, что он дал мне визитку, которую я сразу засунула в карман джинс. Достаю, чтобы взглянуть
Березов Егор Алексеевич. Визитка стильная. Изумрудного цвета. Наверное, какой-нибудь предпринимать, акционер или типа того.
– Кир, я с удовольствием позанимаюсь с тобой чем ты захочешь, но сначала, наверное, тебе нужно поесть. Ты голодная?
– Чуть-чуть.
– Тогда пойдем, – поднимаюсь с колен. – Покажешь мне, где у вас тут кухня?
– Покажу!
Малышка срывается из комнаты, а я стараюсь ее догнать.
Кухня тоже шикарная. Чего тут только нет. И кристальная чистота. Даже страшно прикасаться. Посреди огромная столешница, также я вижу кофемашину и останавливаюсь возле огромного металлического холодильника. Ее отец сказал, что еда там. Но когда открываю двери холодильника – теряюсь. Здесь столько всего. Вижу готовую еду сложенную в контейнеры. Достаю один из них с рисом и рыбой вкусной на вид. Отличный ужин, как по мне.
– Будешь рыбку?
– Буду!
Какая она милая. Не капризная. Просто лапочка.
– Сейчас разогрею, – ставлю в микроволновку разогреть, а после укладываю все в тарелку.
Посадив малышку кушать, сама соблазняюсь на чашку кофе.
Кира с аппетитом ест, а я наслаждаюсь качественным капучино.
Телефон я держу при себе, на всякий случай вбила телефон ее отца себе, если нужно будет срочно позвонить. Буду звонить только в крайнем случае.
– Твой брат у себя в комнате? – интересуюсь у малышки.
– Он всегда там. Но ему скоро в школу. Он ненавидит школу. А я буду любить! Очень хочу скорее пойти в нее!
– Все маленькие туда хотят, наверное, – улыбаюсь.
– А он не любит! И меня тоже не любит, – хмурит своим темные бровки Кира.
– С чего ты взяла?
– Он со мной не играет. Он играет в игры на компьютере. Они страшные… Там стреляют.
– В видеоигры?
– Угу. Но папа его часто выгоняет на улицу, чтобы он играл с друзьями.
– Правильно папа делает. Вредно дома все каникулы сидеть.
Мы с Кирой начинаем слышать шаги. Кто-то идет в кухню. Матвей, должно быть.
Мальчик быстро заходит в кухню, глядит на нас недолго и направляется к холодильнику, из которого достает шоколадный батончик.
– Привет, Матвей, – решаюсь с ним заговорить. Мальчик останавливается и смотрит на меня сердито. – Меня зовут Мира. Я у вас тут на один вечер, чтобы за Кирой приглядеть, пока ваш папа занят. Но ты можешь к нам присоединиться. Давай я тебе сделаю чай, попьешь его с шоколадкой.
Матвей удивляется такому повороту, но уже в следующую секунду становится снова хмурым.
– Не хочу, – бросает строго и быстро уходит.
И правда, его отец не соврал. Очень самостоятельный. А еще дерзкий мальчишка.
– Дурак… – шепчет Кира и хихикает.
– Ну ты чего?.. Нельзя так. Просто некоторым детям не нравятся чужие в доме. А я чужая.
– Ты мне нравишься! А Матвею все не нравятся.
– Марина тоже ему не нравилась?
– Неа. Он на нее кричал, а потом папа на него кричал. А я зажимала уши руками, – показывает мне, как она это делала.
Раздается звонок в дверь, от которого я чуть роняю чашку с кофе себе на колени.
– Кто-то пришел!
– Ага. Пойду посмотрю. А ты ешь, хорошо?
Наверное, это и есть эта Марина. У нее должны быть ключи. Но она все же звонит.
Только я вхожу в прихожую, вижу, что она все-таки решила войти.
Это женщина лет Егора Алексеевича, очень злая на вид и очень ярко накрашенная. Странный вид для няни.
– А ты кто такая? – бросает Марина, смотря на меня прищуренным взглядом.
– Я… няня, – выдаю я, видя как лицо женщины вытягивается.
– Ничего себе новости… – ставит руку в бок. – И где это он тебя так быстро нашел? А, так это ты эту малявку сюда притащила… Ну молодец. Из-за тебя я лишилась работы!
– Что вы себе позволяете? – возмущаюсь. – Она не малявка.
– Да плевать мне! Явно же, что этого козла сейчас здесь нет! Я за сумкой своей пришла! Отойди! – отталкивает меня плечом и залезает в шкаф, берет свою сумку. – На, – сует мне ключи от квартиры. – И не думай, что ты соплячка тут надолго задержишься. С его детьми одни проблемы. Принцесса и хам! Мамаша видать их бросила, вот и правильно сделала! Счастливо оставаться! А еще… – тормозит, оглядываясь, – он импотент! – дергает ручку, выскакивает в подъезд и хлопает дверью так, что у меня в уши закладывает.
Стою в шоке, переваривая все сказанное женщиной, чего мне и не стоило слышать, и не замечаю, как Кира тут передо мной оказывается.
– Это была Марина?
– Да. Ключи отдала от вашей квартиры. Больше она… не придет.
– Я и не хочу, чтобы она приходила. Марина злая!
– Ох… – вздыхаю и кладу ключи рядом с большим зеркалом на полочку. – Ты поела?
– Я все съела!
– Молодчина. Давай тогда я помою тарелку с кружкой и пойдем играть в твои куклы. Классная идея?
– Да-да-да!
Достаю свою смартфон, смотрю на время. Время до сна еще прилично. Поиграю с малышкой, спать уложу, а там, надеюсь, ее отец вернется.
Глава 4
Спустя несколько часов…
– Еще одну! Расскажи еще одну сказку! – звонко просит Кира, не желая засыпать. Искрутилась вся.
Время уже чуть больше десяти, а ей все не спится.
Понимаю… Я новый человек в ее жизни, у нее эмоции через край. Я в детстве такой же была. Любила сказки и долго не могла заснуть.
Что ж, кажется, выбора у меня нет.
– Ладно, тогда слушай еще одну… – и начинаю.
Прежде чем я успеваю дочитать историю, глазки малышки закрываются. Еще минуту я смотрю на нее и укрываю ее одеялом получше. Выключаю свет и включаю ночник. Должно быть, малышка боится темноты, для того он тут и стоит рядом.
После поднимаюсь с края ее постели и иду посмотреть как там мальчик. Меня не просили об этом, но я чувствую, что нужно это сделать.
Из-под двери я вижу свет. Он еще не спит.
Деликатно стучу в дверь.
Никакой реакции.
Дверь отперта, я приоткрываю ее.
Матвей сидит на своей кровати, в больших наушниках и играет в компьютерную игру.
Заметив меня, мальчик срывает наушники с головы, бросает геймпад в сторону и слезает с кровати.
– Зачем ты пришла?! Мне не нужна нянька!
– Прости, пожалуйста, – извиняюсь я. – И не кричи. Кира уже спит. А ты почему не спишь?
– Не хочу я спать. Каникулы у меня! Буду играть сколько захочу.
– А во что ты играешь? Что-то интересное? – коротко смотрю на экран.
– Это стрелялка, – бросает мне мальчик. – Уходи, – хватается за ручку и хлопает дверью.
Сложный мальчик. Это все, что я могу сказать. Я думала, что они такими становятся немного постарше.
Возвращаюсь в комнату Киры и сажусь на небольшой диван. Буду на нем сидеть пока ее отец не вернется. Уже почти одиннадцать, но он предупредил, что может задержаться и до двенадцати.
Захожу в соц. сесть, переписываюсь с подругами, которым не рассказываю о своем странном положении. Немного расслабляюсь, но когда время переваливает за двенадцать начинаю волноваться.
Выхожу из комнаты, чтобы посмотреть на щель под дверью Матвея. Он уже спит. Да и мне хочется.
Достаю смартфон, чтобы набрать Егора Алексеевича, но не решаюсь нажать «вызов». Вдруг он уже возвращается или очень занят. Не представляю, чем можно быть занятым в такой час, но, наверное, мне стоит еще подождать. Все равно я не могу уйти, пока он не вернется.
В комнате Киры я снова усаживаюсь на диван, а еще через пять минут ложусь. Уже нет сил. Чтобы не уснуть, продолжаю копаться в телефоне.
Веки тяжелеют, но я держусь… какое-то время.
* * *
Распахиваю глаза и судорожно дергаюсь в следующую секунду.
В комнате почти светло.
Как?!
Подрываюсь всем корпусом и шумно дышу.
Кира еще спит в своей постели. Но сейчас точно утро. Должно быть, очень раннее.
Отыскав на диване телефон, я убеждаюсь, что на самом деле раннее утро. Всего семь утра.
Я не понимаю… Он что, так и не вернулся?
Встаю на ноги, иду на выход из комнаты, но замираю, когда вспоминаю одну деталь.
Я не закрывала дверь, перед тем как сесть на диван. Это точно. Я хотела услышать, когда он вернется. А сейчас она закрыта.
По спине бегут мелкие мурашки, когда в мысль приходит очевидная мысль.
Он был здесь и увидел меня спящую. И почему-то решил не будить.
Подхожу к зеркалу у шкафа, поправляю немного взъерошенные волосы пальцами и бесшумно, но быстро стремлюсь из комнаты.
Появившись в гостиной, я верчу головой по сторонам и не знаю в какую сторону пойти. Скорее всего, он еще спит. Еще неизвестно, когда он вернулся. В час я еще не спала, а его все еще не было.
– Проснулась, – звучит голос за спиной, от которого я чуть не подпрыгиваю.
Резко обернувшись, я в тот же миг жалею, что сделала это, однако не тороплюсь отвернуться. Оторопела вся от вида мужчины, на котором сейчас из вещей лишь одно полотенце вокруг бедер. А еще он весь мокрый. Тело, волосы. Он только что из душа.
– Да… – выдыхаю я, стараясь смотреть ему только в глаза, ни сантиметром ниже. – Я… – зачем-то смотрю по сторонам.
– Уснула.
– Да. Почему вы не разбудили меня?
– Было уже два часа ночи. Я немного задержался.
– Я… я так и поняла.
Мужчина прищуривается.
– Вижу в твоих глазах осуждение.
Как проницательно.
– Я ничего не сказала.
– Так скажи, – настаивает.
– Вы оставили своих детей с незнакомым человеком так надолго… Просто я так бы не смогла.
Мужчина ухмыляется и начинает делать шаги в мою сторону. Мне дико хочется отступить назад, но я заставляю себя устоять на месте.
– Ты бы не посмела ничего натворить, – заявляет уверенно, остановившись в нескольких шагах от меня. – У тебя на лице это написано, – обводит в воздухе мое лицо пальцем. – А в главных комнатах квартиры есть камеры.
– А-а…
– Ты справилась, – хмыкает мужчина. – Быстро она уснула?
– После трех сказок, – отвечаю мужчине и начинаю пятиться. – Извините, но мне уже пора. Я не планировала оставаться так долго, – разворачиваюсь и направляюсь в сторону прихожей.
– Ты ничего не забыла? – останавливает этим вопросом. Вынужденно оборачиваюсь. – Уйдешь без денег?
Деньги… Я совсем забыла про его обещание заплатить мне. Правда забыла. Я и вчера об этом почти не думала. Я осталась от безысходности, мне некуда было пойти, да и Кира очень милая.
– Пройди на кухню, сделай себе кофе, – качает головой в сторону. – Я схожу надену штаны.
