Текст книги "Его терапия (СИ)"
Автор книги: Натали Грант
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 10 страниц)
Глава 23
Рейвен
Проснувшись в постели Лиама, я чувствовала странное спокойствие. Его рука обнимала меня впервые за долгое время, и тепло его тела, такое знакомое, родное, растекалось по моей коже. В этом объятии я ощущала себя дома, в безопасности. Его дыхание, ровное и глубокое, касалось моей шеи, и я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть это мгновение.
Но это чувство длилось недолго. Телефон Лиама зазвонил, разбудив нас обоих. Он сонно потянулся к тумбочке, но я успела увидеть имя на экране. Скарлетт.
Лиам резко сел на кровати, отвернувшись от меня, его спина напряглась.
– Да, – его голос был хриплым после сна. – Я понял… Буду через час… Успокойся, скоро буду.
Повесив трубку, он долго молчал, не поворачиваясь ко мне. Я видела, как его плечи поднялись и опустились от глубокого вздоха. Наконец, он обернулся, и его глаза, серые, глубокие, встретились с моими. Он потянулся, притянул меня к себе и поцеловал так, что внутри всё перевернулось.
– Мне нужно отъехать ненадолго, – прошептал он, отстраняясь. – Подождешь меня?
В груди что-то оборвалось.
– Куда ты собрался? – я пыталась говорить спокойно, но голос меня предал. – Не к своей ли дорогой невесте?
Ревность закипала во мне как ядовитое зелье. Мы так хорошо провели эту ночь. Вспомнился душ, где впервые я опустилась перед ним на колени, чувствуя, как его пальцы запутываются в моих мокрых волосах. Его стоны, когда я впервые пробовала его на вкус, его взгляд – голодный, дикий. Чувство власти и беспомощности одновременно, когда он кончал, и я принимала его целиком.
А потом был невероятный секс в постели. Эмоционально, яростно. Он брал меня, как животное – не отпуская, не давая перевести дыхание. Его руки везде, его губы, прикусывающие мою кожу. В его глазах было столько чувств, что я тонула в них. Он шептал мне ласковые слова, перемешивая их с острыми, грубыми фразами, от которых внутри всё сжималось и горело.
И вот теперь он собирается уехать к своей невесте? Серьезно?
– Я спросила, куда ты собрался, Лиам? – повторила я, уже не скрывая яд в голосе.
Он вздохнул, проводя рукой по растрепанным волосам.
– Да, к ней, – он встал и начал искать свою одежду. – Рейвен, послушай…
– Хватит! – я тоже поднялась, обернувшись в простыню. – Я не желаю больше слушать это бред.
– Я не женюсь на Скарлетт, – его голос прорезал воздух как нож. – Так что успокойся и перестань истерить.
Я замерла.
Внутри разлилось неуместное тепло. Радость, которую я пыталась подавить, потому что это всё было слишком похоже на очередную игру.
– Что поменялось?
Он натягивал джинсы, избегая моего взгляда.
– Всё поменялось.
– Хорошо, – я скрестила руки на груди, простыня соскользнула, но мне было плевать. – Тогда объясни мне, почему ты вообще собирался на ней жениться? В чём причина, если ты так легко от неё сейчас отказываешься?
Я видела по его лицу – что-то не так. Он что-то скрывал, и это заставляло меня терять контроль.
– Я вчера тебе всё рассказала, Лиам! – голос сорвался на крик. – Всё! Каждую чёртову деталь! Так почему ты сейчас не можешь внятно объяснить, в чём дело? Почему ты собирался жениться на Скарлетт так внезапно? Вы давно были помолвлены? Или я чего-то не знаю? В чем причина?
Я задыхалась от ярости и ревности. Я не собиралась делить своего мужчину с другой женщиной и хотела чётко дать ему это понять.
– Скарлетт беременна. От меня.
Его слова ударили меня словно ледяная вода. Воздух застрял в лёгких, в глазах потемнело. Меня бросило в пот, в ушах зазвенело. Сердце сжалось так, что физически стало больно дышать.
– Что… что ты говоришь? – прошептала я онемевшими губами.
– Прости, – он шагнул ко мне, но я отшатнулась.
– Пока меня не было, ты был с ней? – мой голос дрожал.
– Нет, – Лиам тяжело вздохнул. – После тебя у меня никого не было… так.
– Так? Что это значит – так?
– Блядь, Рейвен, мы с ней… У нас никогда не было настоящих отношений. Мы встречались год назад, последний раз.
Я смотрела на него, пытаясь осмыслить его слова.
– Между нами кроме секса ничего не было, но… вот так получилось, что она забеременела, – продолжил он. В его глазах мелькнул страх, но тут же сменился привычной уверенностью. – Я сам узнал об этом неделю назад.
– Неделю? – я словно оцепенела. – Ты знал это, когда встретил меня снова? Когда целовал меня? Когда…
– Я не собирался тебе врать, – перебил он, делая шаг ко мне. – Я хочу быть с тобой открытым. Да, у меня будет ребёнок от другой женщины, но это не значит, что я не…
Он запнулся, и я увидела, как он сжал челюсти.
– Что ты не что, Лиам? – я вдруг почувствовала дикую усталость.
– Это не значит, что у меня нет чувств к тебе, это не значит, что я не хочу быть с тобой, – он смотрел на меня упрямо, как будто пытался внушить мне свои слова. – Дети иногда случаются, Рейвен. Это не было запланировано. Но я должен взять ответственность.
– Ответственность? – слово обожгло язык. – Ты хотел жениться на ней из ответственности?
– А что мне, по-твоему, нужно было делать? – он вдруг разозлился. – Бросить беременную женщину? Сказать “извини, детка, но ты разбирайся сама”? Я не такой мудак, хотя ты, видимо, думаешь иначе!
– Я вообще не знаю, что думать! – от злости у меня потемнело в глазах. – Ты трахаешь меня всю ночь, зная, что собираешься жениться на беременной женщине!
– Я же сказал, что не женюсь на ней! – он ударил кулаком о стену, и я вздрогнула. – Я буду заботиться о ребёнке, но не собираюсь жениться на женщине, которую не люблю! И уж точно не после всего, что она с тобой сделала!
Он шагнул ко мне, протягивая руку.
– Не трогай меня, – я отступила. – Просто… не трогай.
– Рейвен, успокойся, – его голос стал мягче, почти умоляющим. – Мы можем поговорить об этом спокойно.
– Мне нужно подумать, – выдохнула я, быстро собирая разбросанную одежду. – Я не могу так, Лиам. Я просто не могу.
Я выскочила из его спальни, захлопнув за собой дверь ванной. Дрожащими руками я умылась ледяной водой и посмотрела на своё отражение. Мокрые ресницы, бледное лицо, след от его поцелуев на шее. Я выглядела как девчонка, которой только что разбили сердце. И это было правдой.
– За что еще ты собираешься меня наказать? – прошептала я, глядя в потолок и обращаясь к какой-то неведомой вселенской силе. – Почему в моей жизни всё не может быть просто? Почему каждый раз, когда я думаю, что наконец-то счастлива, что-то происходит и разбивает всё вдребезги?
Я закрыла лицо руками, стараясь сдержать слезы. Я не позволю ему увидеть, как я плачу. Только не снова.
За дверью я услышала его шаги, затем тихий стук.
– Рейвен, – его голос звучал глухо через деревянную преграду. – Открой, пожалуйста. Нам нужно поговорить.
– Езжай, – ответила я, собирая все силы, чтобы голос звучал твёрдо. – Езжай к ней. Она ждёт.
– Я вернусь, и мы поговорим, – в его тоне слышалась привычная уверенность. – Я не отпущу тебя снова, слышишь?
Я молчала, прижавшись спиной к холодной двери.
– Ты мне нужна, Рейвен, – его голос стал тише, почти шёпот.
Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы всё-таки текут по щекам.
– Уходи, – только и смогла выдавить я.
Тяжелый вздох, шаги, удаляющиеся по коридору, звук входной двери. И тишина.
Я медленно сползла на пол, обхватив колени руками.
Не знаю, сколько я так просидела. Время растворилось, потеряло смысл. Я просто смотрела в одну точку на стене, а слезы текли по щекам, оставляя горячие дорожки. Мне было обидно. Мне было больно. Я ненавидела Скарлетт с такой силой, что это пугало меня саму.
Ревновала ли я Лиама к Скарлетт? Да. Кому я вру? Конечно, ревновала. Он уехал к ней, и теперь у них будет общий ребенок. Ребенок. Это слово разбивало моё сердце на части каждый раз, когда я его произносила даже мысленно.
Сомневаюсь, что была бы сейчас с ним, если бы он сказал мне об этом вчера. Или позавчера. Если бы сказал сразу, как только узнал.
Эта ночь с ним… Господи, секс просто затуманил мне разум. Я превратилась в какую-то тряпку, не способную мыслить рационально. В последнее время я слишком много плакала. Я устала от всего настолько, что сил уже просто не осталось.
Я знала, что мне нужно поговорить с Адрианом. Сказать ему, что я больше не хочу участвовать во всей этой игре. Чтобы он не злился, не считал себя преданным. Но я устала от того, что все вокруг меня лгут и лицемерят.
Мне хотелось побыть одной. Просто собрать вещи, уехать куда-нибудь на неделю, месяц, два – без всего этого дерьма, что происходило вокруг меня.
Двери пентхауса Адриана были не заперты. Я вошла в просторную гостиную, чувствуя, как нервы натянуты до предела. Я не ночевала дома, никак не среагировала на новость о том, что Харрис очнулся… Я даже не представляла, о чём думал Адриан. Искал ли он меня?
Он сидел в кресле, вальяжно закинув ногу на ногу. Идеальный костюм, расстёгнутая на груди рубашка, в руке – бокал красного вина. Когда он увидел меня, его глаза медленно скользнули по мне сверху вниз, задержавшись на шее.
– Уже успела потрахаться с Дюбе? – его голос был наполнен ядом.
Дыхание перехватило.
– Ты следил за мной? – прошептала я.
– Я заботился о твоей безопасности, – он сделал глоток вина. – Мне сообщили, где ты и с кем. А то, что ты спишь с парнем, у которого беременная женщина – это уже твой выбор.
Новый удар по сердцу.
– Адриан… ты знал об этом? – мой голос дрожал.
– Все знали. Ты бы спросила – я бы сказал.
В этот момент до меня дошло, что он умолчал специально.
– Адриан, – я сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Я пришла сказать тебе, что больше не буду в этом участвовать. Если ты хочешь отомстить семье Дюбе – мсти сколько хочешь, но без меня. Делай что хочешь, но я не хочу в этом участвовать. Извини, но дальше ты сам.
Его губы изогнулись в улыбке, но глаза остались холодными, как арктический лед. Он поставил бокал на столик и подался вперед в кресле, не сводя с меня взгляда.
– Я был у Майка Харриса сегодня, – произнес он почти ласково, от чего по спине пробежали мурашки. – Он в подробностях рассказал мне, как твой драгоценный Лиам его избивал.
Я замерла, боясь пошевелиться.
– Знаешь, что делал твой возлюбленный? – Адриан встал и медленно направился ко мне. – Он сломал ему четыре ребра. Ударом ноги. Так сильно, что одно из них пробило легкое. Затем он методично, спокойно, бил его по лицу, пока челюсть не треснула. Когда Майк упал, Лиам не остановился. Он продолжал. Бил битой по голове, по почкам. «Как мяч пинал», – так сказал Майк.
Каждое слово Адриана впивалось в меня, как отравленная игла. Я чувствовала тошноту, поднимающуюся к горлу.
– Майк пролежал в коме почти два месяца, – продолжил он, обходя меня, как хищник добычу. – И знаешь, за что? Всего лишь за то, что задал несколько вопросов. Хотел поговорить. Задать пару вопросов о его мамаше.
– Лиам виноват в том, что сделал, но и Майк нарушал его границы и пытался влезть в его личную жизнь. Любой бы взбесился.
В этот момент я даже сама не поверила в то, что я сказала. Я защищала преступника. Голос разума внутри меня кричал, что поступкам Лиама нет оправдания. Профессиональная часть меня, та, что изучала психологию, понимала, что это совершенно неадекватная реакция на ситуацию.
Но я уже произнесла эти слова, и отступать было некуда. Я полностью осознавала, что мной владеют эмоции, чувства к Лиаму, затмевающие разум. Осознавала – и все равно не могла с ними бороться.
Адриан замер, его лицо исказилось от ярости. Он молниеносным движением оказался рядом, его пальцы впились в мои плечи так сильно, что я вскрикнула.
– Ты защищаешь этого ублюдка? – прошипел он, наклоняясь к моему лицу, его дыхание пахло вином и яростью. – Никогда, слышишь, никогда не смей оправдывать фамилию Дюбе в моем присутствии!
Его гнев должен был испугать меня, но вместо этого разжег мой собственный. Я вырвалась из его хватки, отступив назад.
– Я буду говорить то, что считаю нужным, – моя грудь вздымалась от волнения и гнева. – Люди заслуживают второй шанс, Адриан. Мы все совершаем ошибки. Иногда нужно просто дать человеку возможность измениться, раскаяться.
Я пыталась достучаться до него, найти в его глазах хоть каплю сомнения. Я манипулировала им, и понимала это. Отчаянно пыталась задеть что-то в его душе, что могло бы заставить его отступить от мести. Это было нечестно, непрофессионально, но я не могла остановиться.
Адриан схватил меня за шею, не сильно, но достаточно, чтобы заставить меня замолчать. Его глаза превратились в две ледяные бездны.
– Не смей манипулировать мной, маленькая дрянь, – его голос был тих, как перед бурей. – Не смей оправдывать фамилию Дюбе. Эти твари не заслуживают ни прощения, ни второго шанса. Возмездие будет, и оно будет громким.
Он отпустил меня и отступил на шаг, но его слова продолжали заполнять пространство, между нами.
– Даже твой любимый поплатится за всё, что сделал. Майк Харрис уже сообщил полиции, что будет подавать в суд на пересмотр наказания. Ты бы видела его глаза, когда он узнал, что за избиение, после которого он провел в коме столько времени, этому уроду дали пару недель занятий в групповой терапии по управлению гневом. – Адриан горько рассмеялся. – Это смешно! Такие, как он, должны гнить за решёткой.
Он подошел ко мне снова, его глаза буравили мои.
– Если ты ещё хоть раз встанешь на его сторону, я сотру твоё будущее в пыль. Поняла меня? – каждое слово звучало холодно и безжалостно. – О профессии психолога можешь забыть. Я сделаю так, что тебя не возьмут ни в одну клинику, ни в один центр. И знаешь что? С таким мышлением тебе и правда не место в этой профессии.
Я стояла перед Адрианом, раздираемая противоречиями. Слезы жгли глаза, но я не позволяла им упасть. Не сейчас. Не перед ним.
– Я не защищаю его поступок, – прошептала я, наконец. – Я просто хочу верить, что люди могут измениться.
Адриан усмехнулся, и в этой усмешке было столько горечи, что она могла бы заполнить океан.
– Наивная девочка, – произнес он с тенью сожаления. – Такие, как Дюбе, не меняются. Они просто становятся лучше в сокрытии своей истинной натуры.
Глава 24
Лиам
Я смотрел на экран телефона, на котором высветился адрес от Скарлетт. Пальцы сжимали руль до побеления костяшек. Не знал, какого хера она опять дёргает меня, но что-то в её голосе заставило меня сорваться с места. Тот же дрожащий тон, как тогда, когда она сообщила о беременности.
Я погнал по утреннему городу, петляя между машинами. Когда навигатор привёл меня к зданию частной клиники, внутри всё сжалось. Ненавижу больницы. Ненавижу этот стерильный запах, белые стены и людей в халатах. Но больше всего ненавижу то, как они умеют вышибать почву из-под ног одним своим видом.
На ресепшене дежурила медсестра с усталым лицом.
– Скарлетт Морган, – процедил я. – В какой она палате?
Женщина что-то проверила в компьютере.
– Третий этаж, палата 307.
В лифте я пытался успокоиться, но сука, не получалось. Я не любил Скарлетт – никогда не любил – но она носила моего ребёнка, и это меняло всё.
Дверь в палату была приоткрыта, и я замер на пороге. Скарлетт лежала на кровати, повернув голову к окну. Её лицо… Блядь. Половина в ссадинах и кровоподтёках, под глазом наливался синяк. К руке тянулась капельница, а к груди – какие-то датчики. Она выглядела разбитой. И не только физически.
Когда она повернулась и увидела меня, я застыл. За всё время нашего знакомства я никогда не видел, чтобы Скарлетт плакала. Она всегда была сильной, несгибаемой сукой, которая умела держать лицо в любой ситуации. А сейчас она рыдала, не пытаясь скрыть слёз.
– Лиам, – её голос сорвался.
Я подлетел к кровати. Не знаю, какого хера я делал – никогда в жизни никого не утешал, а тем более Скарлетт. Но я сел рядом и неловко взял её за руку.
– Что произошло?
Она смотрела на меня через слёзы, и в её глазах читалось что-то дикое, отчаянное.
– Меня сбила машина, – слова вырывались сквозь рваные всхлипы. – Она… она не остановилась. Просто… врезалась и уехала.
В груди заклокотала ярость. Ублюдок даже не остановился?
– Лиам, – она сжала мою руку так сильно, что ногти впились в кожу. – Я потеряла ребёнка.
Время остановилось. Мир рухнул.
– Что? – прохрипел я.
– Я потеряла нашего ребёнка, – её лицо исказилось от новой волны рыданий. – Мне так жаль… так жаль… Я не уберегла его. Прости меня, прости…
Я смотрел на неё, не понимая, что чувствую. Только неделю назад я узнал, что стану отцом. Только начал привыкать к этой мысли. Только смирился. И вот – его нет. Кто-то взял и отнял у меня то, что даже не успело стать настоящим, но уже было моим.
– Найди его, Лиам, – прошептала Скарлетт, глядя мне в глаза. – Найди того, кто это сделал. Уничтожь его.
Я почувствовал, как что-то внутри трескается. Это не случайность. Такого не бывает в моей жизни.
– Я найду, – мой голос звучал чужим.
Что-то холодное и тяжёлое оседало внутри, вместо крови по венам текла ярость. Я поднялся, механически сказав ей какие-то слова поддержки, и вышел. Мне нужен был воздух. Мне нужно было снова научиться дышать.
В коридоре я прислонился к стене. Я не был готов к отцовству, но, блядь, это был мой ребёнок. Мой. И теперь его нет.
Лица врачей и медсестёр расплывались перед глазами, когда я шёл к выходу. В этот момент зазвонил телефон. Я достал его, не глядя на экран.
– Да?
– Привет, племянник, – голос Адриана прозвучал так, будто он улыбался. – Как настроение? Как твоя ненаглядная поживает? Слышал, с ней что-то случилось. Надеюсь, ничего серьёзного?
Кровь застыла в жилах. Он знал. Этот ублюдок знал.
– Ты, – прошипел я, сжимая телефон так, что он чуть не треснул. – Ты это сделал.
Его смешок был ответом.
– Не понимаю, о чём ты, племянничек. Просто интересуюсь здоровьем твоей… невесты.
– Я убью тебя, – прорычал я, выходя на парковку. – Ты слышишь меня? Я, блядь, уничтожу тебя. Никакие кровные узы тебя не спасут.
– Какие угрозы, – его голос стал холоднее. – А ведь я просто хотел предложить тебе встретиться. Обсудить семейные дела. Может, поговорим о будущем?
Тварь. Он игрался со мной. Он отнял моего ребёнка и теперь играл.
– Где ты? – процедил я, садясь в машину.
– Отправлю тебе адрес. Жду с нетерпением.
Я швырнул телефон на пассажирское сиденье. Когда Рейвен рассказал мне правду об Адриане, я ещё колебался. Думал, может, есть шанс всё исправить. Наладить отношения с этой частью семьи. Поговорить с отцом, с дедом.
Но теперь – нет. Теперь я знал точно – Адриан мёртв. Он просто ещё не в курсе.
Телефон пиликнул – пришёл адрес. Я завёл машину, чувствуя, как внутри поднимается волна ледяной ярости. Он перешёл черту. И за это он заплатит.
Мой телефон тут же начинает разрываться от звонков – отец. Конечно, блять. Наверняка Адриан уже успел связаться с Майком Харрисом, этим журналистским отбросом. Информация о нашей семье уже утекает в СМИ. Но мне плевать. Плевать на все, кроме одного – я доберусь до этого ублюдка.
Жилой комплекс “Дюбе Гарденс” возвышается над городом – последний проект нашей строительной империи. Почти готовый, но еще пустой. Идеальное место для встречи.
Рабочие снуют туда-сюда, но никто не обращает на меня внимания – сын босса может появиться на объекте в любой момент. Поднимаюсь на лифте на последний этаж, где находится пентхаус – самая дорогая квартира во всем комплексе. Рука сама тянется к пистолету, который я держу в машине. Но нет – стрелять я буду только в крайнем случае. Хочу почувствовать, как его шея хрустнет под моими пальцами.
Дверь не заперта. Вхожу, напрягая каждый мускул. Тишина. Только эхо моих шагов по пустому паркету.
Медленно иду по коридору, толкаю дверь в гостиную и застываю, не веря своим глазам.
Рейва. Посреди комнаты. Привязана к стулу, рот заклеен скотчем, глаза расширены от ужаса и мольбы. Она пытается что-то сказать, мычит, мотает головой…
Делаю шаг к ней, и в этот момент что-то тяжелое обрушивается на мой затылок. Боль – дикая, оглушающая. В глазах темнеет. Я падаю на колени, чувствуя теплую струйку крови, стекающую по шее.
Сука. Ловушка. Как я мог быть таким идиотом?
Последнее, что я вижу перед тем, как сознание ускользает – лицо Адриана, склонившегося надо мной. Такое похожее на лицо моего деда, что это почти смешно.
– Добро пожаловать домой, племянник, – шепчет он. – Пора познакомиться с семьей.
Глава 25
Я чувствовала дикую беспомощность. Перед мной, в нескольких метрах, лежал Лиам с окровавленным затылком. Кровь медленно расползалась по светлому паркету темным пятном, словно чернила на промокашке. Тошнота подкатывала к горлу при виде этой картины. Я хотела помочь ему встать, что-нибудь сделать, но была связана и прикована к чертову стулу. Мои руки и ноги стянуты так сильно, что веревка врезалась в кожу до боли. Каждое движение лишь усиливало жжение на запястьях.
Я только барахталась и кричала, моля богов о здравомыслии Адриана. Он стоял, широко расставив ноги, с самодовольной ухмылкой на лице. В его руках была бейсбольная бита, на которой виднелись пятна свежей крови. Кровь Лиама. При этой мысли я захлебывалась слезами, чувствуя, как соленая влага стекает по щекам, капает с подбородка на колени.
– Лиам… – мой голос дрожал и срывался. – Пожалуйста, оставь его в покое!
Лиам попытался приподняться на локтях. Его движения были медленными, мучительными. Каждый сантиметр давался ему с невероятным трудом. Я видела, как его руки дрожали от напряжения, как он стискивал зубы от боли.
Адриан не дал ему времени. Снова замахнувшись, он нанес удар по спине Лима. Я услышала отвратительный хруст, от которого меня затошнило еще сильнее. Звук ломающихся костей эхом отразился от стен комнаты и, казалось, навсегда застрял в моей голове. Мои внутренности сжались в тугой узел.
– Ну что ты, Лиам? – издевательским тоном протянул Адриан, наклоняясь над ним. – Неужели ты не хочешь поприветствовать своего родного дядю? Обними меня. Ну же, давай!
Его слова, произнесенные с фальшивой сердечностью, звучали особенно жутко в этой обстановке. Комната, которая должна была стать частью нового будущего – с наполовину поклеенными обоями и строительными материалами в углу – превратилась в камеру пыток. Солнечный свет, проникающий через окна, делал происходящее еще более сюрреалистичным и страшным.
Лиам снова попытался встать. Его лицо исказилось от невыносимой боли, но в глазах горела решимость. Я восхищалась его силой воли, даже когда молила его оставаться на месте, чтобы не провоцировать этого психопата.
Адриан, наблюдавший за его попытками с садистским удовольствием, снова замахнулся битой. На этот раз удар пришелся по ноге. Хрустнула кость, и комната наполнилась душераздирающим криком Лиама. Крик перерос в стон, а потом в хрип. Он упал на бок, пытаясь защитить раненую ногу.
Мой собственный крик слился с его. Я дергалась в путах, пытаясь освободиться, не обращая внимания на боль от веревок. Слезы затуманивали зрение, но я не могла отвести глаз от этой ужасной сцены.
– Что такое? – Адриан наигранно удивился, прохаживаясь вокруг Лиама. – Тебе что-то мешает подняться? Ну как же так?
Лиам приподнял голову. Его лицо было залито кровью, один глаз почти полностью заплыл, но во взгляде второго читалась чистая ненависть.
– Ты сдохнешь ублюдок, – прохрипел он, сплевывая кровь. – Вытащу твои кишки, как мокрые тряпки, и заставлю тебя глотать их…
Адриан лишь рассмеялся, откинув голову назад.
– Ну давай, попробуй! Вставай! – он приблизился и пнул Лиама носком ботинка. – Каково тебе оказаться в шкуре Майка Харриса, а? Ты избивал моего друга, не думая о последствиях! А теперь валяешься тут, как мешок дерьма. Поднимайся!
Его голос становился все более грубым и злым с каждым словом. Я видела, как меняется его лицо – от наигранного веселья к чистой, незамутненной ярости. Он больше не притворялся. Это был настоящий Адриан – монстр, скрывавшийся за маской вежливости и обходительности все это время.
Последовал еще один удар по спине Лиама. Я съежилась, будто удар пришелся по мне. Каждый стон, каждый хрип Лиама отдавался болью в моем сердце.
– Господи, ну как же с тобой скучно, – разочарованно протянул Адриан, глядя на распростертое тело. Затем он повернулся и двинулся в мою сторону.
Холодный страх прошил меня насквозь. До этого момента я боялась за Лиама, но теперь ужас за собственную жизнь парализовал меня. Адриан остановился позади меня. Я не видела его, но чувствовала его присутствие – тяжелое дыхание, запах одеколона, смешанный с запахом пота. Он наклонился, его губы почти касались моего уха.
– А может, нам стоит разнообразить игру? – прошептал он.
Потом он обошел меня и встал сбоку, где я могла его видеть. Бита в его руке казалась продолжением его тела. Он поигрывал ею, словно дирижер палочкой перед началом смертельной симфонии.
– Если ты сейчас не встанешь, – обратился он к Лиаму. – Я проломлю ей голову.
От этих слов меня пробил озноб. Я не верила, что человек может быть так жесток. Моё тело начало биться в неконтролируемой дрожи, зубы стучали друг о друга. Страх захлестнул меня с головой, перекрывая кислород.
– Н-не надо, – пролепетала я. – Пожалуйста…
Но мой голос был слишком слаб, чтобы остановить происходящее. Я видела, как Лиам, услышав угрозу, вздрогнул и с новыми силами начал подниматься. Его лицо исказилось от боли, но решимость в его глазах стала еще сильнее. Каждое движение, казалось, причиняло ему невыносимые мучения. Кровь из раны на голове продолжала течь, окрашивая его белую рубашку в багровый цвет. Весь паркет вокруг него был в крови, она блестела в лучах солнца, придавая всему происходящему еще более сюрреалистичный и кошмарный вид.
С третьей попытки Лиам смог опереться на здоровую ногу и руку, поднимаясь в неустойчивое положение – полулежа, полусидя. Его взгляд, полный боли и ненависти, был прикован к Адриану.
– Только троньте её, – произнес он, каждое слово давалось ему с трудом. – Я тебя, сука, закопаю живьём. И ты будешь подыхать долго. Я тебе это обещаю.
Я увидела лишь смазанное движение сбоку от себя. Как Лиам собрав последние силы, сделал несколько шагов и бросился на Адриана с яростью раненого зверя. Всё произошло так быстро, что я даже не успела моргнуть.
Лиам, несмотря на свои травмы, двигался с невероятной скоростью. Адриан попытался отступить, но было поздно – мощный удар в челюсть отбросил его назад. Он споткнулся, потерял равновесие и упал на спину. Бита выскользнула из его руки и откатилась в сторону.
Лиам не дал ему времени опомниться. Он бросился сверху, нанося один за другим удары по лицу Адриана. Я слышала влажные, глухие звуки ударов, от которых меня тошнило. Кровь брызгала во все стороны, пачкая стены и пол.
Адриан не оставался пассивной жертвой. Он извернулся и ударил Лиама в бок, прямо по раненым рёбрам. Лиам вскрикнул от боли, и Адриан воспользовался этим, чтобы сбросить его с себя. Они покатились по полу, нанося друг другу удары, пинаясь и царапаясь, как дикие звери.
Адриан был крупнее и, вероятно, в лучшей физической форме, но Лиам был движим такой яростью и отчаянием, что это компенсировало его травмы. Они кружили по комнате, сшибая на своем пути стулья и строительные материалы.
В какой-то момент Адриан дотянулся до биты, но Лиам успел ногой оттолкнуть её в другой конец комнаты.
Я наблюдала за этой жестокой схваткой с ужасом и отчаянием. Мои попытки освободиться стали еще более интенсивными. Я раскачивалась на стуле, пытаясь хоть немного ослабить верёвки.
Внезапно стул потерял равновесие. Я ощутила момент невесомости, когда стул начал падать назад, а затем резкую боль, когда моя голова ударилась о твердый паркетный пол. Перед глазами вспыхнули звезды, комната закружилась. Я почувствовала, как что-то теплое и влажное растекается под моей головой – кровь.
Сквозь туман в сознании я видела, как Лиам заметил мое падение. На долю секунды он потерял концентрацию, и Адриан воспользовался этим, чтобы нанести мощный удар в челюсть. Лиам пошатнулся, но устоял на ногах.
– Рейвен! – крикнул он, и в его голосе слышался неприкрытый ужас.
Но я не могла ответить. Мир плыл перед глазами, звуки доходили как будто через толщу воды. Я видела, как Лиам, с новой решимостью, бросился на Адриана и повалил его на землю. Они снова покатились по полу, но в этот раз Лиам был безжалостен. Он наносил удары с такой яростью, что Адриан вскоре перестал сопротивляться.
Последнее, что я увидела перед тем, как потерять сознание, было как Лиам поднимается, шатаясь, идет к углу комнаты, берет биту и возвращается к лежащему Адриану. Я видела только его спину, но слышала глухие удары биты о плоть и кости, один за другим.
Потом наступила темнота.
Я пришла в себя от ощущения прикосновения к моим рукам. Кто-то пытался освободить меня от веревок. Открыв глаза, я увидела размытый силуэт Лима. Он был весь в крови, его лицо представляло собой ужасное зрелище – опухшее, с рассеченной бровью и разбитой губой. Но его глаза… его глаза были наполнены такой заботой и нежностью, когда он смотрел на меня.
– Рейвен… – прошептал он, увидев, что я очнулась. – Слава Богу…
Он перерезал последнюю веревку каким-то острым предметом – видимо, нашел его среди строительных материалов в углу. Мои руки и ноги, наконец, были свободны, но я едва могла пошевелиться – тело затекло от долгого пребывания в одной позе, а голова кружилась от удара.
Лиам помог мне сесть, поддерживая за плечи. Я ощупала затылок – волосы были влажными от крови, но рана, казалось, была не слишком глубокой.
– Ты в порядке? – спросил он, и в его голосе звучала такая тревога, что слезы снова навернулись на мои глаза.
Вместо ответа я бросилась к нему, обнимая его так крепко, как только могла. Он вздрогнул от боли, но не отстранился, прижимая меня к себе с той же силой. Я плакала, уткнувшись в его плечо, чувствуя, как его рубашка пропитывается моими слезами.
– Все хорошо, все хорошо… – повторял он, гладя меня по спине. – Ты в безопасности. Он больше не причинит тебе вреда.
Я подняла голову, вспомнив об Адриане. Повернувшись, я увидела его, лежащего в нескольких метрах от нас. Он не двигался. Лиам проследил за моим взглядом и покачал головой.
– Не смотри, – сказал он тихо. – Тебе не нужно это видеть.
Но было поздно. Я уже увидела, что осталось от лица Адриана. Это было нечто неузнаваемое – кровавая масса из плоти, костей и зубов. То, что когда-то было человеческим лицом, теперь превратилось в кусок сырого мяса. Меня затошнило, и я отвернулась, зажимая рот рукой.
Лиам обнял меня крепче, закрывая мне глаза своей ладонью.
– Нам нужно уходить отсюда, – сказал Лиам, пытаясь подняться. Он поморщился от боли, и я заметила, что его нога была под странным углом.
Я помогла ему встать, поддерживая под руку. Он сильно хромал, и я видела, как с каждым шагом кровь из раны на затылке стекала по его шее, пропитывая воротник рубашки.
