Текст книги "Его терапия (СИ)"

Автор книги: Натали Грант

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 5

Когда дверь за доктором закрылась, я перевела взгляд на Адриана. Между нами повисла напряженная тишина.

– Может, ты уже отлипнешь от стены, и мы нормально сядем и поговорим? – предложил он, указывая на кресла у окна.

Я не двинулась с места, все еще готовая к бегству или борьбе.

– Как тебя зовут? – спросил он спокойно, словно имел дело с диким зверьком.

После долгой паузы я ответила:

– Рейвен.

Что-то промелькнуло в его глазах – когда он услышал мое имя.

– Где я? – спросила я, оглядывая комнату более внимательно. – Как далеко отсюда…

Комната была просторной и аккуратно обставленной. В центре стояла большая кровать с мягким изголовьем, перед ней – низкая скамья. Справа, у стеклянных дверей в пол, стояло уютное кресло со светлой обивкой. Две стены занимали окна, а деревянный потолок с балками придавал тепла. В целом интерьер напоминал номер в хорошем отеле.

– Смотря откуда, – ответил он, наблюдая за мной с осторожным интересом.

– Я из Уинсора, – сказала я.

Уголки его губ дрогнули в легкой улыбке.

– Довольно далеко. Ты сейчас в Норт-Бей.

Я нахмурилась, это название ничего мне не говорило.

– Это примерно в пятнадцати-шестнадцати часах езды от Уинсора, – пояснил он, видя мое замешательство. – Ты в безопасности. Я обещаю.

Его голос звучал искренне, но я слишком хорошо знала, как обманчивы могут быть обещания.

Я всё еще не верила этому незнакомцу со шрамом, но первая волна паники отступила, уступая место холодному, расчетливому анализу моего положения.

– Ну что, поговорим? – спросил он.

Я колебалась мгновение, взвешивая все за и против, прежде чем осторожно выйти из своего воображаемого укрытия – внутреннего кокона, который я создала для самозащиты.

– Хорошо, да, – произнесла я, удивляясь тому, как спокойно прозвучал мой голос, несмотря на бурю сомнений внутри.

Он элегантным жестом указал на кресло у окна, а сам неторопливо опустился на край кровати. Я инстинктивно заняла предложенное место, но не могла не заметить, как мое тело напряглось, сохраняя максимальную дистанцию.

Его внимательный взгляд скользнул по моей напряженной позе, отметил, как мои пальцы нервно сжимают подлокотники кресла.

– Ты бы меня не боялась, если бы знала лучше, – сказал он с мягкой улыбкой, обнажившей белоснежные зубы. – Я не кусаюсь, обещаю.

В его шутке чувствовалась искренняя попытка разрядить обстановку, что заставило меня ощутить легкое, почти забытое чувство спокойствия.

– Что с тобой случилось, Рейвен? – спросил он, и звук моего имени из его уст вызвал странную дрожь.

Я всё еще балансировала на тонкой грани между недоверием и отчаянной надеждой. Внутри меня боролись два голоса – один призывал к осторожности, другой напоминал о необходимости воспользоваться шансом.

Мои мысли кружились в вихре противоречий. Если этот человек связан со Скарлетт, он меня в любом случае не отпустит, что бы я ни сказала, как бы ни умоляла. Его спокойствие и любезность могли быть лишь маской. Но если он не имел отношения к ней, то передо мной открывался единственный шанс выбраться и вернуться домой…

Впрочем, даже мысли о доме не приносили полного облегчения. Там тоже таилась опасность – Скарлетт и ее люди. И Дюбе… Человек, встречи с которым я боялась больше, чем возвращения в тот подвал.

– Вид у тебя весьма своеобразный, – заметил он, прерывая поток моих тревожных мыслей.

Я опустила взгляд на свои потертые джинсы, покрытые грязью, на порванную кофту. В этом шикарном интерьере я выглядела как чужеродный элемент, как грязная капля на безупречно чистом полотне. Странно, но это сравнение вызвало во мне неожиданный прилив смелости.

– Меня похитили, – произнесла я, и собственный голос показался мне чужим – твердым и решительным. – Некоторое время держали в подвале какого-то непонятного места. Там случился пожар, и я сбежала.

Его брови взметнулись вверх, а в глазах промелькнуло изумление, сменившееся тревогой.

– Прости, что ты сейчас говоришь? – перебил он меня, подавшись вперед. – Что ты сейчас сказала?

– Меня похитили, – повторила я, встречая его взгляд с внезапной твердостью, словно произнося эти слова вслух, я возвращала себе часть отнятой силы.

– Ты сейчас серьезно? – в его голосе звучало неподдельное беспокойство, которое, как ни странно, принесло мне облегчение. Так не реагируют люди, причастные к преступлению.

– Да, – кивнула я. – Я не знаю, сколько я провела времени там, я не знаю точного места, но…

Я запнулась, и он, воспользовавшись моим молчанием, задал вопрос, которого я боялась больше всего:

– Ты знаешь, кто это сделал?

На миг я застыла, охваченная старым страхом. Имя Скарлетт, словно яд, жгло мои губы, но произнести его вслух означало признать реальность всего произошедшего. Пауза затянулась, и я поняла, что мое молчание уже стало ответом.

– Но ты мне об этом не скажешь, верно? – тихо спросил он, и в его глазах мелькнуло понимание.

– Нет, – ответила я, чувствуя странное облегчение от своей честности. – Можно воспользоваться вашим телефоном?

Он задумчиво посмотрел на меня.

– Слушай, ты помнишь, где тебя держали? Что-нибудь, что могло бы помочь найти это место?

– Это был дом… старая хижина, но она сгорела дотла, когда я оттуда вырвалась, – объяснила я, ощущая, как воспоминания о пламени, пожирающем деревянные стены, вызывают дрожь. – Я бежала через лес, не зная куда. Я даже не представляю, сколько времени прошло или где именно это было.

– Ты смогла бы показать это место, если бы мы туда поехали? – в его голосе звучала надежда, которая заставила меня почувствовать укол вины за мое вынужденное бессилие.

– Нет, – я покачала головой, чувствуя, как горячие слезы собираются в уголках глаз. – Я не смогу. Я ничего не помню отчетливо, всё как в тумане – как долго я бежала, в каком направлении…

– В том месте, где я тебя подобрал, в ближайшие несколько сотен миль почти нет населенных пунктов, – задумчиво произнес он, словно размышляя вслух.

– Я не знаю, – беспомощно повторила я.

Он вздохнул, и в этом вздохе было столько сочувствия, что на миг мне захотелось броситься к нему и разрыдаться на его плече, выплеснуть весь накопившийся страх и боль.

– Понимаешь, если мы сейчас вызовем полицию, тебе придется рассказать им всё, – осторожно начал он, и эти слова мгновенно вернули меня к реальности. – И ты должна будешь чем-то подтвердить свои слова.

Я застыла, осознавая весь ужас своего положения. Что я им скажу? Меня похитили. “Кто?” – спросят они. Я назову имя Скарлетт. “Кто такая Скарлетт?” И что тогда? Я слишком хорошо знала, что она находится под защитой Лиама, и даже если я обращусь в полицию, благодаря его связям и связям его отца, с ней ничего не случится. Скорее всего, мне просто не поверят.

Горькая усмешка искривила мои губы, когда я вспомнила, как Лиам избил того журналиста до полусмерти, и его даже на сутки не задержали. Что уж говорить обо мне – безымянной жертве, чье дело, скорее всего, даже не заведут.

Как рассказать этому незнакомцу со шрамом, что против Скарлетт у меня нет шансов? Как объяснить ему, что в игре, где правила устанавливают такие люди, как она и Лиам, обычные люди всегда проигрывают?

Я подняла глаза и встретилась с его внимательным взглядом, в котором читалось что-то похожее на понимание. Возможно, он знал этот мир лучше, чем я думала. Может быть, именно поэтому он не спешил звонить в полицию…

Глава 6

Адриан протянул мне телефон, и я невольно отметила, какой он дорогой – последняя модель, с матовым черным корпусом. Я взяла его дрожащими пальцами, и когда наши руки соприкоснулись, заметила, как внимательно он меня изучает своими зелеными глазами. В них читалось беспокойство, но и что-то еще – словно он пытался разгадать головоломку.

Номер мамы, пожалуй, единственный, который я помнила наизусть. Пока я набирала знакомые цифры, меня не покидала тревожная мысль: что же Скарлетт написала с моего телефона? Кому?

Гудки в трубке казались бесконечными. Каждый из них отдавался в моей груди болезненным эхом. Я закусила губу, пытаясь сдержать нарастающую панику.

– Алло?

Голос мамы, такой знакомый и спокойный, обрушился на меня волной облегчения. Я едва сдержала слезы.

– Мама, это я, – произнесла я, стараясь, чтобы голос звучал нормально.

– Рейвен? – в её голосе послышалась странная смесь облегчения и растерянности. – Дорогая, я так рада тебя слышать.

Что-то в её тоне насторожило меня. Она звучала слишком… собранно.

– Дочь, я понимаю, что ты на меня обижена, – продолжила она мягко. – За то, что я тебе рассказала, за всю эту историю с… с твоим отцом. За то, что меня не было дома в ту ночь. Я прошу у тебя прощения.

Я застыла, сжимая телефон. Она говорила так, словно мы расстались после ссоры. Словно я просто уехала, чтобы побыть одной.

– Надеюсь, ты не слишком злишься на меня, и твой отъезд поможет тебе разобраться в своих чувствах, – продолжала мама с таким спокойствием, что у меня по спине пробежал холодок.

Адриан, сидевший напротив, нахмурился, заметив выражение моего лица.

– Мам… – я запнулась, лихорадочно соображая, что сказать. Если она думает, что я просто уехала, значит, кто-то – скорее всего, Скарлетт – убедила её в этом. Рассказать правду? Но что, если это подвергнет её опасности?

– Прости меня, – выдавила я наконец. – Мне просто нужно было время.

– Ты в порядке, милая? Где ты сейчас? – в её голосе наконец послышалась тревога.

– Я… я в безопасности, – ответила я, бросив взгляд на Адриана. – Со мной всё хорошо, правда. Я просто… мне нужно разобраться кое в чём.

– Ты написала, что тебе нужно побыть одной и обо всём подумать, но я беспокоюсь, Рейвен. Скажи, где ты?

Я сглотнула комок в горле.

– Я не могу сказать, мам. Но обещаю, я скоро приеду. Не волнуйся, пожалуйста.

Повисло молчание, затем она тихо спросила:

– Почему ты звонишь не со своего телефона?

– Я… потеряла его, – соврала я. – Одолжила у друга.

– Поняла, – ответила она после паузы, и что-то в её тоне заставило меня напрячься. – Кстати, к нам приходил один парень. Искал тебя.

Моё сердце пропустило удар.

– Какой парень? – спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

– Он не представился. Высокий, темноволосый, очень… привлекательный, – её голос стал тише. – С такими пронзительными серыми глазами. Он казался встревоженным. Спрашивал, давно ли ты уехала и не говорила ли, куда именно.

Лиам. Это был Лиам.

– Он оставил свой номер телефона, просил позвонить, если ты объявишься. – сказала мама.

Я закрыла глаза, пытаясь собраться с мыслями. Лиам искал меня? Тот самый человек, который сказал мне убираться после того, как мы… После всех его жестоких слов…

– Рейвен? Ты еще там?

– Да, мам. Прости. Я… я перезвоню тебе, хорошо? Мне пора.

– Береги себя. И возвращайся скорее.

– Обязательно, – прошептала я.

После этих слов я нажала на кнопку завершения звонка и безвольно опустила руку с телефоном. Реальность обрушилась на меня со всей тяжестью.

Что мне теперь делать? У меня ничего сейчас нет, ни денег, ни документов, ни личных вещей. Всё осталось дома или… было уничтожено. Мысли завертелись в голове, как осенние листья в шквальном ветре.

Как я здесь оказалась? Образ Скарлетт возник перед глазами – ее пухлые губы, изогнутые в торжествующей улыбке. Это она. Она привезла меня сюда, в это забытое богом место.

Внутри что-то дрогнуло, когда я представила, как Скарлетт возвращается к сгоревшему дому. Как она ищет меня глазами среди обломков. Будет ли она искать? Или сразу решит, что я погибла в огне? Они ведь не станут вызывать полицию, чтобы та искала следы моего тела среди пепла.

А что если… что если дать ей поверить в то, что я действительно погибла?

Холодная решимость начала медленно заполнять пустоту внутри меня. Я подняла глаза и встретилась взглядом с Адрианом. Он смотрел на меня так, будто читал мои мысли, будто видел насквозь планы, формирующиеся в моей голове.

– Оставайся, – произнес он тихо, но уверенно.

Его слова повисли в воздухе между нами. Прямой взгляд, никаких уверток.

– Я сбил тебя, – продолжил он, опустив глаза. – Моя совесть не позволит мне просто отпустить тебя куда-то… особенно после всего, что я услышал.

Его пальцы слегка подрагивали, выдавая волнение под маской спокойствия.

– Я не успокоюсь, пока не буду уверен, что ты в безопасности. Что ты в порядке. Или пока ты не вернешься домой…

Он запнулся, изучая мое лицо.

– Если у тебя есть такое желание, конечно. Я не заставляю. Но… ты можешь остаться здесь. Я живу один. Только горничная приезжает несколько раз в неделю. Тебе нечего бояться.

Я молчала, взвешивая его предложение. Логика кричала об осторожности, о том, что нельзя доверять незнакомцу. Но что-то другое, глубоко внутри – интуиция или, может быть, последняя искра надежды – тихо шептало, что это мой шанс. Шанс на передышку, на то, чтобы собраться с мыслями.

Как ни странно, я почувствовала, что здесь, рядом с этим незнакомцем, я в большей безопасности, чем была последние месяцы. Мне нужно было время. Мне нужен был покой. Мне нужно было собраться с силами.

Первым, что я сделала, оказавшись в гостевой комнате, было запереть дверь. Щелчок замка принес странное успокоение – маленький барьер между мной и внешним миром. Между прошлым и… чем-то новым, неопределенным.

Заметив дверь в углу комнаты, я инстинктивно направилась к ней. Ванная. Чистая, просторная, с большой душевой кабиной и зеркалом в половину стены.

Я замерла, увидев свое отражение.

Это была я? Эта изможденная, истощенная девушка с серым лицом и потухшими глазами? Бледная кожа натянулась на скулах. Волосы – грязные, спутанные, с обожженными кончиками – безжизненно свисали вдоль лица. На щеке виднелись следы ссадин – напоминания о драке со Скарлетт. Пальцы были исцарапаны, с обломанными ногтями – свидетельство отчаянных попыток вырваться.

Горячая слеза скатилась по щеке, оставляя влажную дорожку. Потом вторая. И третья. Что-то сломалось внутри. Жалость к себе накрыла с головой, как волна в шторм – неумолимая, всепоглощающая.

Я заслуживала этих слез. Заслуживала момент слабости после всего произошедшего.

Дрожащими пальцами я сбросила грязную одежду. Каждое движение отдавалось болью в измученном теле. Шагнув под душ, я повернула кран. Вода – сначала прохладная, затем постепенно согревающаяся – окутала меня, смывая грязь, пот и страх последних дней.

Я опустилась на пол душевой, обхватила колени руками и позволила себе плакать. Вода смешивалась со слезами, унося их вниз по стоку, словно очищая не только тело, но и душу.

Как давно я не чувствовала простого тепла воды… Такая банальная, повседневная вещь, которую мы принимаем как должное. Но когда ты лишен даже этого, начинаешь ценить каждую каплю. Запахи чистого мыла, шампуня, само ощущение чистоты – всё казалось невероятной роскошью.

Я не знаю, сколько времени провела под душем. Минуты или часы – время потеряло значение. Наконец, чувствуя, что вода вымыла из меня не только грязь, но и часть боли, я выключила кран.

На полке у раковины обнаружились одноразовые зубные щетки, паста, мыло – простые вещи, которые сейчас казались сокровищами. Я медленно, методично чистила зубы, наслаждаясь забытым ощущением свежести во рту.

Завернувшись в пушистое полотенце, я осознала, что у меня нет чистой одежды. Даже нижнего белья. Единственное, что на мне было – грязные вещи, которые я не могла заставить себя надеть снова.

К счастью, в углу ванной стояли стиральная и сушильная машины. Не раздумывая, я загрузила свою одежду в стиральную машину и включила ее.

В шкафу обнаружился махровый халат. Я завернулась в него, наслаждаясь мягкостью ткани на чистой коже. Это было похоже на объятие – нежное, успокаивающее.

Осторожно выглянув из ванной, я подошла к шкафам в комнате. Пусто. Только стопки чистого постельного белья. Ничего, что можно было бы надеть.

Внезапный стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Сердце подскочило к горлу, и на секунду вернулся старый, знакомый страх.

– Я принес тебе кое-какую одежду, – раздался голос Адриана из-за двери.

Я сглотнула комок в горле.

– Спасибо, – мой голос прозвучал хрипло, будто чужой.

– Я оставлю вещи у двери, – сказал он, и я услышала, как что-то мягко опустилось на пол.

– Спасибо, – повторила я, не зная, что еще сказать.

Я прислушивалась к его удаляющимся шагам, считая каждый. Когда коридор затих, я медленно приоткрыла дверь. На полу лежала аккуратно сложенная стопка одежды.

Схватив её, я поспешно закрыла дверь и снова повернула замок. Вернувшись в ванную – мое временное убежище – я разложила вещи на край ванны.

Это была большая серая футболка, которая на мне, несомненно, будет висеть как платье. Мужские спортивные штаны с завязками на поясе и шорты – видимо, на выбор. Он подумал обо всём.

Я выбрала футболку и трико, затянув шнурок на поясе до предела. Ткань пахла кондиционером для белья и какими-то еле уловимыми нотками его одеколона. Это был чистый, свежий запах – без угрозы, без страха.

Глядя на себя в зеркало в огромной футболке, я выглядела как ребенок, примеривший одежду взрослого. Но впервые за долгое время я чувствовала себя… защищенной. Закутанной не только в эту мягкую ткань, но и в странное, неожиданное чувство безопасности.

Я не знала, что принесет завтрашний день. Не знала, правильное ли решение приняла, оставшись здесь. Но сегодня, в этот момент, я наконец-то могла сделать то, чего была лишена так долго – просто дышать. Просто существовать. Без страха, что каждый вдох может оказаться последним.

В этот момент этого было достаточно.

Глава 7

Лиам

Семь грёбаных дней. Ровно неделя с тех пор, как я ощущал её тело под своими ладонями. Семь ебаных дней, и я до сих пор чувствую запах её волос на своей подушке.

Я швырнул недопитый стакан виски в стену. Осколки разлетелись по полу гостиной, жидкость потекла по белой стене. Плевать. Пусть уборщица разбирается. Моё терпение лопнуло окончательно.

– Рейвен, Рейвен, блядь, Рейвен!

Её имя билось в моей голове как пульсирующая мигрень. Я не мог спать. Не мог нормально есть. Мое тело требовало ее, как наркотик. Я думал, что это пройдёт – обычно проходило. Одна ночь, и достаточно. Всегда было достаточно.

Но не с ней.

Всё должно было быть просто. Добиться её. Трахнуть. Бросить. Я даже поспорил с Эшером на новую тачку, что смогу уложить в постель неприступную Рейвен Крос. Ту самую, которая смотрела на меня, как на что-то прилипшее к подошве. Высокомерная, недотрога, с этими чёртовыми небесными глазами, которые, казалось, видели меня насквозь.

Я добился своего. Она была в моей постели. Податливая, стонущая, выгибающаяся подо мной. Мне казалось, что я сорвал джекпот.

“Я же говорил тебе, что я всегда получаю то, что хочу,” – сказал я ей на прощание, наслаждаясь тем, как в её глазах что-то разбилось. Я хотел этого. Хотел видеть, как падает её гордость. Я ушёл, не оглядываясь, довольный собой.

А потом что-то пошло не так.

Я провёл рукой по лицу, чувствуя отросшую щетину. Давно не брился. Какой в этом смысл? Я уже третью ночь подряд просыпаюсь в холодном поту, со стояком и её именем на губах.

– Босс, ты выглядишь как дерьмо, – Майк, один из механиков, посмотрел на меня с опаской, когда я вошёл в автомастерскую.

– Закрой пасть и работай, – прорычал я, направляясь в свой кабинет.

Компания “Грир Моторс” была единственным, что я построил сам, без отцовских денег. Отец считал это блажью – зачем сыну миллионера возиться с машинами, пачкая руки в масле? “Иди в недвижимость,” – говорил он. “Женись на Скарлетт и займи место в совете директоров.”

Я послал его. Как всегда. Но сейчас даже работа не приносила удовлетворения. Я швырнул ключи на стол и рухнул в кресло, потирая виски. Телефон разрывался от сообщений. Скарлетт прислала очередное селфи с подписью “Скучаю”. Три сообщения от отца о каком-то ужине с партнёрами. Уведомление о пропущенном занятии по управлению гневом.

Ничего от Рейвен. Какого хрена? Разве она не должна писать мне? Умолять вернуться? Все остальные так делали.

Я проверил её страницу в социальных сетях. Ни фотографий, ни обновлений статуса. Ничего.

Странно. Обычно девчонки после разрыва постят тонны грустных цитат или фото с вечеринок, показывая, как им весело без тебя. Тишина настораживала.

К концу рабочего дня я накричал на трёх сотрудников, разбил чашку с кофе и чуть не врезал клиенту, который жаловался на сроки ремонта.

– Да что с тобой творится? – спросил Эшер, когда я захлопнул капот Мустанга с такой силой, что чуть не оторвал его. – Ты в последние дни как бешеный пёс.

Эшер был моим другом с университета. Единственный, кому я мог доверять, не опасаясь, что он подлизывается ко мне из-за денег моего отца.

– Всё нормально, – огрызнулся я, вытирая руки тряпкой.

Эшер хмыкнул, оглянулся, убедившись, что никто не слышит, и понизил голос:

– Это из-за Крос? Ты же получил, что хотел. Даже спор выиграл.

– Заткнись, – процедил я сквозь зубы.

– Погоди… – его глаза расширились. – Ты что, запал на неё?

Я схватил его за грудки и припечатал к стене. Механики замерли, глядя на нас.

– Я сказал, заткнись.

Эшер поднял руки в примирительном жесте:

– Полегче, приятель. Я просто спросил.

Я отпустил его, чувствуя, как пульсирует кровь в висках.

– Просто… найди её.

– Что?

– Найди мне Рейвен. Узнай, где она. С кем она. Что делает.

Эшер присвистнул:

– Ты серьёзно?

– Мне нужно знать, где она, – процедил я. – Она не появляется на занятиях по терапии. Не отвечает на звонки.

– А ты звонил ей? – спросил Эшер с удивлением.

Я молча отвернулся. Да, я звонил. Двадцать семь раз. Её телефон был отключен.

– Узнай у её подруг, у соседей, у кого угодно. Я просто хочу знать, что с ней всё нормально.

– И с каких пор тебя это волнует?

Я не ответил. Потому что сам не знал.

Ночью мне приснилась она. Я видел, как она улыбается другому, как запрокидывает голову, смеясь, как прижимается к кому-то. Я проснулся, задыхаясь от ярости. Простыни были мокрыми от пота.

Я не мог больше терпеть. Одевшись, я сел в машину и поехал к её дому. Было три часа ночи. Плевать. Я припарковался напротив и просидел там до утра, глядя на тёмные окна её квартиры.

Утром появилась женщина – её мать. Она вышла из подъезда, села в машину и уехала. Из окон квартиры Рейвен не было ни звука, ни движения.

Ближе к обеду я всё-таки поднялся и постучал в дверь. Мать Рейвен открыла, и я увидел, что у неё покрасневшие глаза.

– Добрый день, – она казалась удивлённой. – Чем могу помочь?

– Мне нужно поговорить с Рейвен.

– Рейвен нет, – сказала она, пытаясь закрыть дверь. – Она уехала.

– Куда? – я придержал дверь рукой. – Когда вернётся?

– Об этом она не сказала.

Она говорила неправду. Я видел это по её глазам. Что-то здесь было не так.

Выйдя из её дома, я был в замешательстве. Решила сбежать? Спрятаться от меня? Или заставить меня чувствовать вину? Что за игру ты ведёшь, Рейвен?

Мелькнула мысль, что с ней могло что-то случиться, но я отогнал её. Нет, это была просто манипуляция. Женские штучки. Я не куплюсь на это.

Тронул машину с места, не испытывая особой тревоги. Пусть поиграет в недоступность. Пусть думает, что контролирует ситуацию. Но в глубине души я абсолютно уверен – Рейвен вернётся. Она никуда от меня не денется.