Текст книги "Его терапия (СИ)"

Автор книги: Натали Грант

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

Глава 10

Следующая неделя превратилась в череду безуспешных попыток найти зацепки против Скарлетт. Я часами сидела за ноутбуком Адриана, изучая всё, что можно было найти – статьи, фотографии, упоминания в деловых хрониках. Она была осторожна и, похоже, имела достаточно влияния, чтобы тщательно контролировать информацию о себе.

Каждый вечер мы выезжали на поиски того сгоревшего дома. Я смутно помнила направление, в котором бежала, но память подводила меня. Утром снова садились в машину, объезжали окрестности, проверяли каждую заброшенную постройку в радиусе нескольких миль от места, где Адриан меня сбил.

– Странно, – сказал он на пятый день поисков, когда мы остановились перекусить на обочине. – Как будто призрак ищем. Либо мы смотрим не там, либо…

– Либо кто-то очень тщательно замёл следы, – закончила я за него.

Постепенно я стала замечать, что наши вечера у камина превращаются в своеобразный ритуал. После очередной неудачной поездки Адриан открывал бутылку вина, мы садились в кресла возле огня и просто разговаривали. Оказалось, что за своими сдержанными манерами он скрывал удивительную жизнь.

– Два года назад я был в Марракеше, – рассказывал он, глядя на огонь. – Представляешь, просыпаешься на рассвете от звука призыва к молитве, выходишь на террасу, а перед тобой весь город как на ладони, и горы вдалеке.

В его глазах отражались языки пламени, когда он говорил о своих путешествиях – Париже, Токио, Буэнос-Айресе. Последние годы он много разъезжал по работе, но недавно решил притормозить.

– Иногда нужно остановиться и просто быть на одном месте, – сказал он однажды. В такие моменты он казался старше своих тридцати пяти, но в хорошем смысле – как человек, познавший мир и нашедший в нем свое место.

На третий день моего пребывания в его доме Адриан показал мне свою библиотеку. Я не ожидала увидеть нечто подобное – целая комната, от пола до потолка заставленная книжными полками. Деревянная лестница на колесиках позволяла добраться до самых верхних рядов.

– Боже мой, – выдохнула я, входя в комнату. – Это же… настоящая библиотека.

– Моя слабость, – улыбнулся Адриан, проводя рукой по корешкам. – Каждый раз, возвращаясь из поездки, я привозил что-нибудь. Эту коллекцию первых изданий Хемингуэя нашёл в букинистическом магазине в Париже. А вот эти книги по архитектуре из Рима.

Я развернулась, пытаясь охватить взглядом все это великолепие. На небольшом круглом столике возле окна стояла античная лампа с зеленым абажуром, рядом уютное кресло и пуфик для ног.

– Можешь приходить сюда, когда захочешь, – сказал Адриан. – Мне кажется, тебе здесь понравится.

И я действительно полюбила это место. Библиотека стала моим убежищем. Часами я могла сидеть в кресле, листая старинные атласы или зачитываясь романами на языках, которых не понимала, но любовалась шрифтами и иллюстрациями.

Готовка тоже стала моим способом отвлечься. Я нашла в библиотеке целую секцию кулинарных книг – от классической французской кухни до экзотических рецептов из стран, чьи названия я с трудом могла произнести. На завтраки я готовила воздушные омлеты и блинчики с ягодами, на обед – легкие салаты и супы, а ужины превращались в настоящие пиршества с запеченным мясом, домашней пастой и овощами, приготовленными по средиземноморским рецептам.

– Это невероятно вкусно, – говорил Адриан, пробуя очередное блюдо. – Ты никогда не думала о карьере шеф-повара?

От его комплиментов внутри разливалось приятное тепло. В такие моменты я почти забывала о том, что привело меня в этот дом.

Почти.

Однажды утром я решилась позвонить в университет. После нескольких гудков трубку сняла секретарь.

– Здравствуйте, это Рейвен Крос, – мой голос звучал увереннее, чем я себя чувствовала. – Я хотела бы сообщить, что отсутствую из-за болезни и семейных обстоятельств. Планирую вернуться и наверстать пропущенное.

– О, мисс Крос, – в голосе женщины прозвучало облегчение. – Конечно. Вам потребуется предоставить соответствующие справки, когда вернетесь.

– Это не будет проблемой, – заверила я, глядя на Адриана, который сидел рядом и кивал.

Когда я положила трубку, он улыбнулся:

– У меня есть знакомые врачи в Денвере. А у них наверняка есть коллеги в Уинсоре. Справки будут.

Меня удивляло и одновременно успокаивало то, как легко он решал проблемы, которые казались мне непреодолимыми. В его присутствии мир становился чуточку безопаснее. И пусть мы так и не нашли тот сгоревший дом, пусть все наши попытки найти зацепки против Скарлетт пока заканчивались ничем, я впервые за долгое время почувствовала, что не одна. Но ненадолго.

Солнечные лучи пробивались сквозь кухонные шторы, пока я неспешно размешивала утренний кофе. Адриан сидел напротив, увлеченный завтраком, когда его телефон вдруг разразился звонком.

– Прости, нужно ответить, – он поднялся и вышел в коридор.

Я продолжала завтракать, прислушиваясь к приглушенному разговору из соседней комнаты. Голос Адриана звучал отрывисто, сухо, но отчетливо напряженно.

Когда он вернулся на кухню, его лицо было непроницаемым, но в глазах читалась тревога.

– Рейвен, мне нужно срочно уехать, – он опустился на стул, отодвинув недоеденный тост. – Дела. Неотложные. Вернусь завтра, максимум послезавтра.

Ложка замерла в моей руке. Паника поднялась во мне волной.

– Но…

– Всё будет в порядке, – Адриан потянулся через стол и сжал мою ладонь. – Запрешься на все замки. Я всегда на связи. Если что-то – звони немедленно.

Он вытащил связку ключей из кармана и положил на стол перед мной.

– Проверь все окна и двери, – его слова звучали почти как приказ, а взгляд выдавал беспокойство, которым он не мог со мной поделиться.

Я кивнула, ощущая, как сердце колотится о ребра. Через двадцать минут его машина уже выезжала за ворота, оставляя меня наедине с недопитым кофе, пустым домом и гнетущей тишиной.

День одиночества растянулся, как резиновый. Я позвонила маме – её голос звучал неестественно бодро, что всегда выдавало её очередной “эпизод”. Она говорила о каких-то новых друзьях, и я сжимала телефон до боли в пальцах, зная, что это наверняка очередные собутыльники.

После разговора я долго сидела у окна, наблюдая за тенями, которые отбрасывали деревья на газон перед домом. Потом открыла ноутбук, решив проверить новости. Имя Дюбе выскочило в первых трех статьях – Роберт Дюбе, отец Лиама, анонсировал новый проект застройки элитного района. На фотографии он стоял с той же надменностью, что и его сын, только в глазах была холодная расчетливость, где у Лиама жила ярость.

К вечеру я прошла в библиотеку и взяла наугад какой-то психологический триллер. Но строчки расплывались перед глазами – мысли постоянно возвращались то к Лиаму, то к Скарлетт, то к маме.

Интернет в доме работал с перебоями. Сигнал то появлялся, то исчезал, словно насмехаясь над моими попытками отвлечься. Я хотела поискать информацию о случаях пропажи девушек в нашем городе, может быть, найти какие-то закономерности. Кто знал, может быть, я не первая от кого Скарлетт пыталась избавиться.

Связь снова пропала, когда я только начала читать какую-то статью. Чертыхнувшись, я вспомнила, что Адриан упоминал о роутере в своем кабинете.

Я никогда не заходила туда раньше – это казалось вторжением в его личное пространство. Но сейчас мне действительно нужен был интернет, это было почти жизненно необходимо.

Кабинет располагался в конце коридора. Массивная деревянная дверь поддалась с тихим скрипом. Просторная комната с книжными полками, рабочим столом и кожаным креслом выглядела стерильно аккуратной. Роутер я заметила сразу – он мигал на низкой тумбочке рядом со столом.

Наклонившись, я проверила провода, когда мой взгляд зацепился за необычно яркую красную папку, выделявшуюся среди других документов на столе. Я выпрямилась, и фамилия, написанная на ней крупными черными буквами, ударила меня под дых.

ДЮБЕ.

Сначала я решила, что мне померещилось. Протерла глаза, как в дешевом фильме, не веря тому, что вижу. Но буквы не исчезали, не превращались в другую фамилию. Они оставались на месте, словно неоновая вывеска, кричащая о чем-то, чего я еще не понимала.

Что папка с фамилией Лиама делает в кабинете Адриана? Почему человек, утверждавший, что случайно сбил меня на дороге, хранит информацию о семье, разрушившей мою жизнь?

Мои пальцы дрожали, когда я потянулась к папке. Внутренний голос кричал о том, что это неправильно, что я нарушаю доверие. Но другой, более громкий голос, напоминал о том, как странно Адриан уехал, о недосказанностях в его истории, о том, что я практически ничего не знаю о человеке, в доме которого живу уже вторую неделю.

Красная обложка открылась с тихим шорохом, угрожая правдой, к которой я, возможно, была совсем не готова.

Глава 11

Лиам

Две недели. Четырнадцать ёбаных дней без единой весточки от Рейвен. Я прожигал взглядом экран телефона, как будто мог силой мысли заставить её появиться, позвонить, написать хотя бы гребаное “привет”. Снова набрал – “абонент временно недоступен”. Всегда одна и та же механическая фраза вместо её голоса.

– Блядь! – швырнул телефон на пассажирское сиденье и ударил по рулю.

Город за окном моего Мустанга плыл размытым пятном. Я даже не помнил, куда конкретно еду. Просто газовал, сжимая руль до побелевших костяшек. Меня бесило собственное помешательство. Но ещё больше бесило то, что я ни хрена не мог найти эту девчонку.

Все мои контакты, все старые долги, которые можно было потребовать – всё пустое. Друзья только разводили руками, передавали одни и те же слухи. Её мать твердила одно и то же: “По личным делам, вернётся, когда посчитает нужным.”

Вчера я даже дошёл до того, что притащился на эти идиотские занятия по управлению гневом. Какая ирония – я едва сдерживался, чтобы не разнести там всё к чертям. Хантер, эта чопорная сука с её вечными нотациями, смотрела на меня, как на грязь под ногами.

– Рейвен не моя собственность, Лиам, – сказала она тогда. – И тебе не стоит вести себя так, будто она должна перед тобой отчитываться.

– Просто скажи, где она, – процедил я, надвигаясь на неё.

Хантер даже не дрогнула:

– Отойди. Немедленно. Или это станет последним занятием, на которое ты пришёл добровольно.

В её глазах читалась такая холодная уверенность, что я отступил. Впервые за долгое время меня поставили на место.

Особняк отца возвышался на холме, как чёртов мавзолей – такой же холодный и безжизненный. Я припарковался у ворот, на секунду подумав развернуться. Но звонок от него с формулировкой “семейный вопрос, не терпящий отлагательств” не оставлял выбора.

Роберт Дюбе, великий и ужасный, встретил меня в своём кабинете. Всегда в костюме, даже дома. Всегда с этим взглядом – будто оценивает, сколько я стою.

– Закрой дверь, – не оборачиваясь, сказал он.

Я прошёл вглубь кабинета, но садиться не стал. Просто прислонился к стене, скрестив руки на груди.

– Ты опоздал.

– Был в пробке.

Отец наконец повернулся, окинул меня холодным взглядом.

– Тебе двадцать пять, Лиам. Пора перестать вести себя как подросток.

– Давай без этого, – я закатил глаза. – Что тебе нужно? У меня дела.

– Да? – его бровь поднялась. – Какие именно? Снова гоняешься за этой девкой, которая явно тобой не заинтересована?

Дёрнулся, как от удара. Откуда, блядь, он знает?

– Следишь за мной? – процедил я.

– Я слежу за всем, что может повредить моей семье и моему бизнесу, – отец сел в своё кожаное кресло. – Нам нужно поговорить о твоём будущем.

– Опять начинаешь? Сколько раз мы…

– Ситуация изменилась, – он жестом прервал меня. – Ты знаешь, что мы теряем контракт с “Оушен Вью”?

– Какое отношение это имеет ко мне?

– Прямое. Они внезапно отказались от сотрудничества после трёх лет подготовки проекта. Кто-то предложил им лучшие условия, – он побарабанил пальцами по столешнице. – А перед этим была кибератака на наши серверы, взрыв твоей машины, этот журналист…

– Майк Харрис, – машинально поправил я.

– Именно. Ты думаешь, это совпадения? – он наклонился вперёд. – Нет, это система. Кто-то наступает нам на пятки, и мы должны быть готовы.

Я засмеялся.

– Всё ещё видишь заговоры? Может, это просто последствия твоего стиля ведения бизнеса, а?

Лицо отца окаменело.

– Мне нужен кто-то надёжный в должности исполнительного директора. Кто-то, кому я могу доверять.

– И ты думаешь, это я? – я не мог поверить своим ушам. – После всего?

– Ты мой сын. И наследник дела твоего деда. Это твоё предназначение.

– Моё предназначение – моя мастерская. Я добился всего сам, без твоей помощи.

– Неужели? – его тон стал опасно тихим. – Земля под твоей мастерской принадлежит дочерней компании “Тейлор Констракшн”. Аренда по смешной цене. Первоначальный капитал тоже был моим подарком, если ты помнишь.

Я почувствовал, как кровь приливает к лицу.

– Я верну тебе всё до последнего цента. И съеду с твоей земли. Доволен?

– Не будь идиотом, – отец встал, его кулаки сжались. – Надвигается шторм. Нам нужно держаться вместе. Ты должен быть благодарен за всё, что у тебя есть. Если бы не я…

– Верно, если бы не ты… – перебил я, шагнув к нему. – Где бы сейчас была моя мать?

Тишина. Оглушительная, звенящая тишина.

Лицо отца побелело, а затем залилось краской.

– Не смей, – прошипел он. – Не смей использовать её смерть…

– А почему нет? Ты используешь всё остальное. Манипулируешь, давишь, контролируешь, – я чувствовал, как мой пульс зашкаливает. – Ты знаешь, что довёл её. Своими изменами, своим пренебрежением. Своей грёбаной одержимостью контролировать всё и всех.

– Убирайся, – голос отца дрожал от ярости. – Убирайся, пока я не сказал того, о чём мы оба пожалеем.

Я развернулся и направился к двери, но его слова догнали меня:

– Она бы хотела, чтобы ты перестал себя разрушать и принял ответственность.

Я не обернулся. Не мог. Потому что боялся, что если увижу его сейчас – не сдержусь.

Я гнал по трассе, выжимая из Мустанга всё возможное. Не заметил, как проехал полгорода. Слова отца крутились в голове, смешиваясь с мыслями о Рейвен. Что значит “перестать себя разрушать”? Он ничего не знал обо мне, о моей жизни, о том, что для меня важно.

Телефон снова завибрировал. Скарлетт. Третий звонок за день. Сбросил.

Она писала, звонила, приезжала в мастерскую. Настойчивая, как всегда. Но у меня не было ни времени, ни желания разбираться ещё и с ней.

Телефон снова ожил. Скарлетт не сдавалась. Я раздражённо выдохнул и провёл пальцем по экрану.

– Да Скарлетт, что? – мой голос прозвучал резче, чем я намеревался.

– Лиам… – её дыхание сбивалось, словно она бежала. – Нам надо срочно поговорить, приезжай, пожалуйста.

Я потёр переносицу, чувствуя подступающую головную боль.

– Слушай, мне сейчас некогда…

– Но это важно! – она перебила меня, что случалось редко.

Что-то в её голосе заставило меня насторожиться. Не истерика, не манипуляция. Скарлетт была напугана.

Я прикрыл глаза. В горле пересохло. С каждым вдохом под рёбрами растекалось смутное беспокойство.

– Насколько важно? – спросил тихо, словно боялся ответа.

Пауза. Слышно только её дыхание – прерывистое, как у загнанной лошади.

– Настолько, что я… – её голос дрогнул. – Я не знаю, что делать, Лиам.

По позвоночнику пробежал холодок. Скарлетт никогда не признавалась в беспомощности. Даже когда её мир рушился – она всегда знала, что делать дальше.

– Я скоро, – сказал, не узнавая собственный голос.

Телефон лёг на сиденье, тяжёлый как камень. В висках пульсировало. Я сглотнул металлический привкус тревоги.

Ладно, так уж и быть, я с ней поговорю. Выслушаю, помогу, если смогу. А потом вернусь к своим проблемам. К работе. К Рейвен.

Я развернулся на перекрёстке, едва не задев бордюр, и дал по газам в сторону её дома. Что бы ни ждало меня там – я был готов встретиться с этим лицом к лицу.

Глава 12

Мои руки тряслись, когда я открыла папку. Внутри оказалась непонятная мне документация – какие-то цифры, коды, номера счетов, юридические термины. Страницы договоров с печатями и подписями. Я перевернула несколько листов, пытаясь понять, что всё это значит.

Дальше шли вырезки статей, все связанные с Робертом Дюбе, отцом Лиама. “Империя Дюбе под вопросом: новое расследование налоговой службы”, “Сомнительные сделки Роберта Дюбе: куда уходят миллионы?”, “Дюбе становится монополистом строительного рынка региона”. Некоторые заголовки превозносили его как “революционера в сфере недвижимости” и “визионера городского ландшафта”, но большинство статей имели негативный оттенок.

Между страницами я обнаружила еще больше вырезок: “Жильцы нового комплекса ‘Аркадия’ требуют компенсации за строительные дефекты”, “Трагедия на стройплощадке Дюбе: двое рабочих погибли из-за нарушений техники безопасности”, “Кошмар в новостройке: лифт с пассажирами рухнул с седьмого этажа”.

Перелистнув очередную страницу, я замерла. Передо мной была старая фотография из газеты, почти пожелтевшая от времени. На ней – молодой Роберт Дюбе, а рядом с ним стоял мужчина средних лет, обнимавший Роберта за плечи. Что-то в его чертах заставило меня нахмуриться. Потребовалось несколько секунд, чтобы осознать – этот человек невероятно похож на Адриана. Или, точнее, Адриан похож на него.

Внизу фотографии была подпись: “Франсуа Дюбе и его сын Роберт на открытии нового офиса компании. Основатель ‘Дюбе Констракшн’ называет сына своим преемником и будущим лицом семейного бизнеса”.

Что? Я перечитала подпись дважды. На снимке были дедушка Лиама и его отец. Но почему мужчина так похож на Адриана? И почему Адриан вообще собирает всю эту информацию?

Я не успела обдумать это, когда услышала приближающиеся к кабинету шаги. Дверь резко распахнулась, и на пороге появился Адриан. Он выглядел максимально напряженным – его грудь тяжело вздымалась, словно он бежал, глаза сканировали комнату и остановились на мне, стоящей с открытой красной папкой в руках.

Время замерло, между нами. В тишине я слышала только свое сбившееся дыхание и бешеный стук собственного сердца.

– Что ты делаешь в моем кабинете? – его голос был тихим, но в нем переливалась сталь. – И почему ты держишь мои документы?

Мои пальцы инстинктивно сжались на папке.

– Ты… вернулся? Сутки не прошли, – мой голос прозвучал слишком высоко, почти чужим.

Адриан сделал шаг внутрь, закрывая за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как приговор.

– Планы изменились, – он указал пальцем наверх.

Мой взгляд метнулся в угол кабинета, где я увидела маленькую камеру, почти сливающуюся с интерьером.

– У тебя камеры? Везде? – прошептала я, ощущая, как по спине пробежал холодный пот.

– Только в тех местах, где лишние люди не должны находиться, – он сделал еще один шаг ко мне.

Я попыталась сглотнуть, но во рту пересохло.

– Интернет… Я искала роутер, чтобы перезагрузить его, – слова вылетали быстро, лихорадочно.

Адриан прищурился:

– А папка? Она тоже помогает наладить интернет-соединение?

В этот момент моей голове начал складываться небольшой пазл. Кусочки информации, ранее казавшиеся разрозненными, теперь соединялись в пугающую картину. Если Адриан имеет отношение к Дюбе… Если он связан с ними – друг, деловой партнер, кто угодно – это не может быть простым совпадением.

Сначала похищение Скарлетт. Затем “случайная” встреча с человеком, который как две капли воды похож на дедушку Лиама. Слишком много случайностей для одной судьбы.

– Я жду ответа, Рейвен, – его голос разрезал тишину, заставив меня вздрогнуть.

В горле пересохло, пальцы, сжимающие папку, побелели. Я подняла глаза, встречаясь с его взглядом – холодным, изучающим, рассчитывающим. И что-то в этом взгляде изменилось, словно он увидел трансформацию в моем лице, прочитал вихрь моих мыслей.

– Ты знаешь, кто я, – произнесла я не вопросом, а утверждением. – Всё это время знал.

Маска дружелюбия сползла с его лица. Адриан медленно кивнул, не отрывая от меня взгляда.

– Да, Рейвен Крос. Я знал.

Страх колючими иголками пронзил моё тело, сжал горло так, что стало трудно дышать. Я инстинктивно отступила назад, пока спина не коснулась книжного шкафа. Внутри всё скручивалось от боли предательства.

– Почему? – прошептала я. – Что я тебе сделала?

Недоумение мелькнуло на его лице, морщины прорезали лоб.

– О чём ты?

– Ты в сговоре со Скарлетт, да? – слова вылетали из меня вместе с подступившими слезами. – Всё это спланировано!

Адриан словно очнулся от транса, его брови взметнулись вверх.

– При чём тут Скарлетт? – он сделал шаг ко мне, и я вжалась в шкаф ещё сильнее. – И нет, я не в сговоре с этой стервой.

– Но ты её знаешь! – воскликнула я, чувствуя, как дрожит нижняя губа. – И знаешь, что она меня похитила, верно?

В его глазах мелькнула тень, он отвёл взгляд на мгновение, затем снова посмотрел на меня.

– Да, я знаю.

Сердце опустилось куда-то вниз, к желудку. По щекам покатились горячие слёзы.

– Кто ты, Адриан? – мой голос сорвался. – И зачем я тебе?

Он провёл руками по лицу, словно стирая невидимую маску, и тяжело вздохнул. Его плечи опустились, будто с них сняли тяжёлый груз.

– Я думал, мы разойдёмся прежде, чем всё вскроется, – тихо произнес он.