Текст книги "Упс! Я призвала демонического тритона (ЛП)"
Автор книги: Наоми Лукас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 8 страниц)
Глава 11
Серый закат
Грейс
Мышцы всё ещё дрожат после такого мощного разряда, и я стону, поднимаясь и оглядываясь.
– Сефер?
Перемещаюсь на четвереньки, выглядываю в дверь и в спальню.
Пусто.
– Сефер? – зову я громче и медленно поднимаюсь на ноги. Схватив с пола промокшее, мятое платье, я встряхиваю его, разворачиваясь и снова окидывая взглядом каждый угол. – Сефер? – произношу его имя тише.
Его нет.
Потирая голову ладонью, опускаю плечи и смотрю туда, где он был.
С тихим вздохом я натягиваю испорченное платье на плечи и расправляю по груди, уже скучая по белью. К тому моменту, как я заканчиваю, ванная по-прежнему пуста, и Сефер не возвращается.
В комнате становится слишком тихо для моего спокойствия, и настроение с каждой секундой делается всё тоскливее.
Я снова складываю полотенца, спускаю воду из ванны и поправляю декор.
После последней, тщательной проверки запираю дом и иду к причалу, держа в руках свою новую книгу. Положив её на один из шезлонгов рядом с сандалиями, одеждой и ключами, спускаюсь по оставшимся ступенькам и подхожу к воде. С тех пор как я последний раз была на улице, небо потемнело: облака решили заполнить просветы, вместо того чтобы рассеяться, как обычно. Сегодня не будет красивого заката.
Над озером ветер чуть холоднее, и я обхватываю себя руками, садясь на самом конце причала. Опираясь локтями о колени и опуская ступни в воду, наклоняюсь вперёд, всматриваясь в тенистое дно в поисках рыбы. Через мгновение я сдаюсь. Я вижу только мелкую рябь и темноту.
«Его нет».
«Я не думаю, что он вернётся».
«А зачем ему?»
Я покачиваю ступнями в ледяной воде, расслабляясь в красоте и привычности Коббин-Лейк перед закатом – даже мрачным. Облака закрывают солнце, и золотисто-серый цвет расползается по поверхности воды до самого дальнего берега и домов там. Я дёргаю ногой, посылая наружу маленький веер брызг.
«Я его убила?»
Наконец я позволяю себе мысль, которой боялась.
«Я почти убила отца Зака тогда, много лет назад».
«Но, с другой стороны, он сказал, что демонов убить нельзя. Я не верю, что убила его. По крайней мере, надеюсь, что нет. Я молюсь, чтобы я даже не ранила его».
«Я ведь предупреждала его».
Я вздыхаю.
Проблема в том, что я не знаю, что именно произошло. Мне показалось, будто из меня вырвалось электричество, но с ванной всё в порядке… На этот раз я ничего не подожгла. Снова потирая голову, я опираюсь на другую руку и думаю, было ли вообще всё это – Сефер и последние несколько часов, – или я просто поскользнулась и очень сильно ударилась головой.
Это вполне возможно. Когда он исчез, я упала и стукнулась виском, а когда открыла глаза, была одна. Возможно, то, что я считала реальностью, было всего лишь сном.
В последнее время я чувствую себя одиноко.
«Нет… я одинока уже какое-то время».
С тех пор как вернулась из колледжа и не знала, что делать дальше со своей жизнью… снова живу рядом с родным городком и помогаю родителям за деньги… Трудно не застревать в прошлом, во всех хороших и плохих временах. Возвращение в Коббин-Лейк должно было помочь мне. Вместо этого оно подвесило меня в неприятном, застойном лимбо.
Я избегала прошлого как могла, но это трудно, когда место твоей травмы буквально по соседству.
Проводя взглядом по воде к причалу слева, я с облегчением вижу, что там пусто, а лодка у него – накрыта. Я не хотела видеть родителей Зака – даже мельком.
Я не хотела видеть отца Зака.
Вода ударяет по голени, и я смотрю в другую сторону. Понимая, что волны слишком слабые, чтобы брызнуть на меня, хмурюсь и быстро ищу в воде источник. Рыба? Я вытираю воду с голени.
Мир вокруг внезапно мутнеет, и на меня опускается покрывало тумана. Больше не серое и не золотое – всё становится тёмным и мутным, как озеро ночью, когда солнца давно нет и единственный источник света – фонарик.
«Но солнце ведь только садилось…»
Паника накрывает меня, я тянусь вытащить ноги из воды, но чёрная рука выстреливает наружу и хватает меня за щиколотку.
Крик рвётся из горла, и меня утягивают в озеро. Меня мгновенно накрывает водой, я бьюсь, отчаянно барахтаясь, пока руки не прижимают меня к твёрдой груди. Вода свистит вокруг, и я вырываюсь из неё с новым криком, вслепую бью локтями, пытаясь отбиться от нападавшего, хотя уже знаю, кто это.
Тёмный смех наполняет уши, и я разворачиваюсь к нему, моргая, стряхивая остатки воды с глаз. Когда зрение проясняется, надменное, ухмыляющееся лицо Сефера смотрит на меня, клыки выставлены напоказ, волосы мокрые и блестят вокруг плеч.
– Ты думала, от меня так легко избавиться? Ты снова меня удивляешь, Грейс.
– Сефер, – выплёвываю я его имя, будто проклятие, и толкаю его в грудь. – Ненавижу, когда меня пугают! Зачем ты это сделал? Нас могут увидеть – тебя, – и теперь я опять мокрая! – я пытаюсь злиться, но облегчение захлёстывает меня от того, что он вернулся и с ним всё в порядке. – Удивляю? Что ты имеешь в виду? Как ты здесь? Что произошло? – вопросы сыплются изо рта вперемешку. – Ты ранен? – я перестаю отталкивать его, когда его хвост поднимается, поддерживая меня в воде. Более того, я придвигаюсь ближе к нему, настороженная переменой вокруг, когда, наконец, оглядываюсь. Берега исчезли, а причал – лишь тень вдалеке. – Где мы?
– Так много вопросов, – тянет он, явно забавляясь, не отводя от меня взгляда. – Отвечая на самый важный: мы у меня дома, в тёмных водах моего законного владения.
«Что?»
«Дома?»
– Я в Аду? – пискляво вырывается у меня, и я прижимаюсь к нему всем телом, пока он обнимает меня. Внезапно я больше не вижу ничего вдали и не могу разглядеть чёрные воды прямо вокруг нас. Ветер стих, и даже небо стало тёмным, бурлящим серым. Никаких золотых следов солнца за облаками больше нет.
Штормовое и дикое, и при этом жутко тихое – мы не в Коббин-Лейк.
«Это Ад».
Я прижимаюсь плотнее к рукам Сефера, обвиваю ногами его талию и сцепляю ступни у него за спиной. Одно из его щупалец поднимается и гладит открытую кожу спины.
– Да, но не бойся, маленькая ведьма, – похоже, ему нравится, как крепко я за него держусь. – Ты в безопасности со мной, – со слегка опущенными веками он проводит пальцем по моей щеке. – Я защищу тебя от тех, кто больше всего на свете хочет завладеть твоей душой и разорвать твоё тело надвое.
– Разорвать надвое? Забери меня домой, – умоляю я. – Пожалуйста! – я почти визжу, обхватывая руками его шею и пряча лицо в сгибе его плеча.
Никогда в жизни я так не хотела оказаться обратно в Коббин-Лейк. К чёрту всё остальное!
– Сладкая, невинная Грейс. Я уже это сделал.
Глава 12
Второе призвание
Сефер
– Сефер! Это не мой дом!
Мне нравится, как она произносит мое имя. То, как она выкрикивает его. До неё прошли столетия с тех пор, как оно в последний раз звучало вслух. Соблазнённый тем, как оно звучит на её губах и как они округляются, выговаривая слоги, я обвиваю двумя нижними щупальцами свой напряженный член, возвращая внимание к неистовому давлению, нарастающему в нём.
Прижимая её тело к себе, наслаждаясь ощущением кожи, я всматриваюсь в испуганное лицо, и похоть вспыхивает в моей крови. Взволнованная, с этим трепетом в глазах, она кажется ещё более притягательной. Мой хвост бьет по воде подо мной, резко рассекая её, я весь горю желанием получить больше от этой женщины.
«Моя человечка продолжает меня удивлять».
Знай я заранее, какой необузданной магической силой она обладает, я бы попридержал свои пылкие исследования до тех пор, пока она не сможет выплеснуть энергию безопасно, а не целиком на меня. Она вышвырнула меня обратно в Ад одним разрядом.
«Маленькая ведьма...»
К счастью, теперь, когда она здесь со мной, меня некуда будет изгонять, когда я заставлю её проделать всё это снова. И снова... и снова.
Её энергия заставляет меня чувствовать себя более живым, чем за целые эпохи. Проведя рукой по её спине, я обхватываю её затылок и прижимаю голову к себе, наслаждаясь тем, как её дыхание греет мне шею, а губы касаются кожи. Я представляю её рот открытым, представляю, как она забирает мою воду и слизывает вкус с моей плоти и чешуи; мой хвост изгибается в ответ, проталкивая член между её человеческих ног и прижимаясь к раскрытому лону. Её влага размазывается по мне под водой, и я практически гужу от удовлетворения.
Она вцепляется в меня крепче, дергаясь вверх в моих руках и вонзая ногти мне в плечи. Несмотря на страх и замешательство, ясно написанные на её лице, на щеки возвращается румянец.
– Не здесь, посреди Ада, – умоляет она, и её глаза, смотрящие на меня сверху вниз, блестят.
Я улыбаюсь – мягко... насмешливо.
– Значит, ты не отрицаешь, что это произойдет. Хорошо, – я тянусь к ней и поглаживаю её длинный каштановый хвост волос. Зацепив пальцем резинку, стягиваю, наслаждаясь тем, как волосы рассыпаются по плечам. Шелковистые кончики ложатся в воду, завиваясь и плавая на поверхности. Я запускаю пальцы в её волосы на затылке, расчесывая, чтобы видеть, как еще больше прядей колышется вокруг неё. Темный нимб. Корона, достойная мокрой королевы.
Она молчит, закусив нижнюю губу, но её тело натянуто и напряжено. Я осторожно отклоняю её назад и распределяю волосы по своей воде просто ради того, чтобы увидеть, как темно-коричневые пряди качаются и тонут. Я ловлю себя на том, что мне нравится собирать их и снова расправлять. Чувственная игра, которая меня возбуждает.
– Тебя не беспокоит то, что мы здесь, со мной, посреди... океана? В Аду? – повторяет она. Тот же вопрос, но заданный уже более прерывистым голосом теперь, когда она покорилась лёгкому напору моей твердой эрекции, упёршейся в её вход.
«Чем дольше она в моих руках, тем меньше она боится. Хорошо».
– Никто, кроме слуги тритона, не посмеет приблизиться к Герцогу в его собственных владениях. Это было бы самоубийством, – говорю я ей. Она по-прежнему крепко держит меня, её ногти начинают протыкать мою плоть. Хотя она совершает прегрешение, проливая мою кровь, это меня не беспокоит. – Это делает твой страх меньше? – спрашиваю я, указывая ей за спину, пытаясь унять тревогу и недоверие.
Она оглядывается через плечо и замирает, когда её взгляд падает на холмы илистого, шелковистого темного песка, который я призвал. Поля отмелей тянутся вдаль, темные воды океана лениво накатывают волнами на мокрые черные равнины. Теперь здесь бесконечные влажные берега, на которые она может лечь... и к которым я могу прижать её своим телом.
Я плыву с ней к ближайшей отмели, и Грейс медленно ослабляет хватку, отстраняясь, чтобы поставить босые ноги на песок. Она пробует его, делая несколько шагов, отходя от меня на небольшое расстояние, но, мудро, не за пределы досягаемости. Она оборачивается и изучает мои глаза с легким хмурым выражением, но затем кивает.
– Ты правда здесь живешь? – её голос звучит твёрже. Я могу лишь догадываться, что часть её страха сменилась любопытством.
– Да.
Она отводит взгляд от меня и осматривается. Мой же взгляд падает на её мокрое платье, облепившее тело, с которого капает на блестящие ноги. Я сглатываю слюну и облизываю губы.
– Это... не так страшно, как я представляла себе Ад.
– Ты, маленькая ведьма, здесь не для наказания, – я ухмыляюсь ей. – Разве что... ты сама этого захочешь. Хотя те, кто попадает сюда, наказываются водой, а не мной.
Грейс оборачивается, и её глаза на мгновение опускаются к моему члену под водой. Густой жар расцветает на её щеках в ответ, и она плотнее сжимает ноги. Внезапно всё, чего я хочу – это раздвинуть их и снова скользнуть своим языком между ними.
Во рту пересыхает, слюна испаряется от нужды в чем-то лучшем, чем-то более вкусном. Это воспоминание преследует меня с тех пор, как её фонтан хлынул на мой язык, а её человеческие складочки сжимали его, словно член. Будь моя воля, она бы уже снова сжимала его.
– Э-эм, я не хочу, чтобы меня наказывали, – она начинает делать еще один шаг в сторону, и я резко подаюсь вперед, хватая её руками за бедра.
– Нет, но мы закончим то, что начали, – и я не позволю твоему телу снова изгнать меня, – предупреждаю я, усиливая хватку, когда она напрягается и издает тихий звук. – Я заставлю тебя обвиться вокруг моего члена, избавляя от ноющей боли, которую ты причинила. У действий есть последствия, моя милая Грейс, особенно у ошибок. И в последнее время ты совершила их немало, – мои глаза опускаются к её паху, где, я знаю, за платьем скрыта восхитительная киска.
Её тело напряжено под моими руками, она хватается за мои рога, как за рукоятки.
– Так вот что произошло тогда? Я отправила тебя обратно сюда?
Я наклоняю голову и вскидываю бровь.
– А ты что думала?
– Я почувствовала запах дыма и статики. Было ярко, и моё тело свело судорогой, как будто ударило током, но больно не было... – она отпускает рога и потирает левую бровь рукой. – Только когда я упала. Я думала, что могла ранить тебя или хуже, но ты просто... исчез.
– Ты отправила меня обратно туда, где я был, когда ты разбила мою печать и призвала меня, только и всего. Мне потребовалось время, чтобы найти тебя.
– Значит, ты не был ранен?
Я смеюсь.
– Ой, прекрати, – она фыркает и снова обхватывает пальцами мой рог, слегка сжимая, что, как я обнаруживаю, мне весьма приятно. – Такое уже случалось раньше.
Я приподнимаюсь выше в воде, чтобы вглядеться в её лицо, что, к сожалению, заставляет её отпустить меня. Возле её левого виска начинает проступать небольшой синяк.
– Но ты была ранена? – спрашиваю я, протягивая руку, чтобы убрать её волосы и обхватить щеку, осторожно лаская край синяка подушечкой пальца. Она пытается оттолкнуть мою руку.
– Это пустяки.
Вид этого пятнышка напоминает о том, как она хрупка, как легко ей причинить вред. В то время как всё моё тело могло бы дезинтегрировать, и я бы всё равно восстановился, она проклята смертностью. Она также неизмеримо слабее меня, настолько, что я мог бы убить её так же легко, как одного из чудовищных змеев, обитающих в самых тёмных глубинах. Убрав руку от её лица, я надрезаю ладонь клыком и протягиваю ей свою кровь.
– Пей. Это исцелит тебя.
Она бросает взгляд на мою руку и качает головой.
– Фу, нет. Всё само пройдет.
Размазав кровь по своим губам, я рывком притягиваю её к себе. Она ахает и снова хватается за меня как раз в тот момент, когда я накрываю её рот своим и проталкиваю язык между её разомкнутых губ, заставляя её принять мою кровь, одной капли будет более чем достаточно, чтобы помочь. Я отстраняюсь, когда дело сделано, и она быстро вытирает рот тыльной стороной руки, скорчив гримасу.
– Гадость, Сефер!
– Я не допущу, чтобы тебе было больно. В следующий раз забудь об отказах и принимай то, что я предлагаю, свободно и с радостью. Это редкость.
– Что ты со мной сделал?!
– Я дал твоему телу силу, которой у него не было. А теперь я закончил разговоры, – рычу я, чувствуя, как нетерпение пожирает меня изнутри. Внезапно я отчаянно хочу обладать ею целиком. Схватив лиф её платья, я разрываю его ровно посередине, обнаруживая, что под ним она обнажена.
Она вскрикивает, очаровательно задыхаясь, и упирается в меня, раздвигая ноги на песке под моим натиском.
– Сефер!
Я ныряю низко и снова резко поднимаюсь, прежде чем она успевает среагировать, вжимаясь лицом между её ног, прижимаясь ртом к ложбинке её лона. Она снова вскрикивает, её руки ищут опору, пока она пытается отступить, но при этом не выпускает меня из хватки.
Я подхватываю её под ягодицы, приподнимаю и укладываю на возвышающуюся песчаную отмель. Она быстро приподнимается на локтях, выныривая из влаги со всплеском и ещё одним резким вдохом, её длинные волосы рассыпаются в воде позади. Она моргает, стряхивая капли, и выгибает тело. Слабо взмахивает одной ногой.
Наши взгляды встречаются, её глаза блестят отражением моего океана, пока не опускаются к моей груди и рукам. Её сердцебиение стучит в моих ушах, заглушая мощный рокот волн, а её грудь тяжело вздымается, пока она смотрит на меня.
– Сефер... – на этот раз она шепчет мое имя, и в её выражении лица начинает проступать прекрасная покорность.
Песок здесь мягкий и достаточно влажный, чтобы не прилипать к коже. Мелководье ни холодное, ни горячее. Всё создано для её комфорта – лучшее, что я могу сделать, не считая того, чтобы забрать её в пределы моих пещер глубоко под волнами. Но это, увы, подождет до её смертного часа. Оказавшись там сейчас, она бы мгновенно погибла.
– Теперь я познаю тебя впервые в моих владениях, среди моих вещей, там, где, я знаю, ты в наибольшей безопасности. Единственный риск для тебя здесь... это я, – мурлычу я, обхватывая рукой свою мощную эрекцию и сжимая её.
Её взгляд следует за моим движением вниз и задерживается там, наблюдая, как вода плещется вокруг члена.
– Обещаешь? – её глаза снова вскидываются на меня.
Как легко я поддаюсь её требованиям.
– Обещаю.
Взяв за лодыжку, я отвожу левую ногу от правой, медленно открывая её себе. И она позволяет мне это, по-видимому, приняв моё обещание близко к сердцу, давая мне возможность хорошенько рассмотреть её, влажную и скользкую в черных водах моего дома.
– Я не обману тебя, Грейс, – клянусь я, наклоняясь вперед, слова звучат глухо, когда я облизываю её насквозь мокрые половые губы от клитора до самого влагалища, наблюдая, как её глаза расширяются, а губы беспомощно размыкаются, когда я вонзаю внутрь язык.
Раздвигая её бедра еще шире, нависаю над ней, пока мой хвост не фиксирует её в раскрытом положении. Вода рябит вокруг нас, восхитительно смачивая её кожу до такой степени, что я уже чувствую её вкус – вдыхаю её – в этих брызгах.
Она кладет руки мне на грудь, но не отталкивает.
– А если это случится снова? – спрашивает она прерывисто, в её глазах всё еще смешаны тревога и страх. Хотя теперь они также горят и жарким желанием.
Точно зная, что именно она имеет в виду, я ухмыляюсь.
«Надеюсь, так и будет».
– Сейчас я введу свой пульсирующий член в тебя, Грейс. Ты готова?
Она молчит, глядя на меня снизу вверх; поза нерешительна – податлива и в то же время напряжена. Наблюдая за ней, я придвигаюсь ближе, дразня её складочки головкой члена и нависая над ней еще тяжелее. Она издает неровный вздох, а её веки слегка опущены.
Скользкий как никогда, член тупо упирается в её лоно, проскальзывая нижней стороной сквозь шелковистые губки – они мягче всего, что я когда-либо чувствовал. Постепенно её тело расслабляется, и она вздрагивает, когда я снова провожу по ней длиной своего гладкого ствола и его округлым кончиком. Давление внутри меня только растет, и я чувствую, как мои чресла переполняются семенем.
Все эти ощущения для меня в новинку, и они разжигают внутри лихорадку. Хотя я давно знаю, как совокупляться и размножаться, видя этот акт бесчисленное количество раз среди других обитателей Ада, среди моего вида никогда не было никого, кроме моей сестры, с кем можно было бы разделить этот опыт, а её я ненавижу всей душой. Что же касается Проклятых, которые попадают ко мне, – они лишь отчасти сохраняют человеческую форму, их тела далеко не целы после смерти в море, и всегда вызывали скорее отвращение, чем похоть.
Но теперь я понимаю, что такое страсть. Одной красоты Грейс достаточно, чтобы пробудить член, мне так повезло, что она может предложить нечто большее, чем просто внешность и манящую невинность. Она к тому же забавна и совсем не боится такого существа, как я, а следовало бы. Она стала глотком свежего воздуха в моём одиноком существовании.
И что лучше всего – она тоже создание великой силы: ведьма, достойная Герцога Ада.
Я снова восхитительно скольжу по её извилистому, стройному телу. С тихим стоном вдыхаю её запах, прижимаясь носом к изгибу шеи. Теперь, когда она здесь, после стольких моих усилий, я не упущу возможности испытать с ней всё, что только возможно. Я намерен обладать ею. Полностью.
«Моя Грейс».
Глава 13
Моря соблазна
Сефер
Она стонет моё имя. Поднимаясь вверх, я стону в ответ, когда член в очередной раз входит в неё, желая почувствовать ее влагу по всему моему телу. Отводя воду своей силой, я давлю на её торс, пока её локти не поддаются, и она не погружается в мягкий влажный берег, поднимая нижнюю часть тела вверх, широко раскинув ноги по обе стороны от моих бёдер.
При следующем моём толчке она снова стонет, и я вжимаю её глубже в песок. Теперь, полностью нависнув над ней, упираюсь локтями в землю и прижимаю всё своё тело к её, расплющивая её, скользя всё быстрее и мощнее. Я меняю наклон бёдер, делая угол острее, наслаждаясь тем, что она подо мной. Пока я трусь членом об её влажную плоть, поясницу начинает ломить от нужды вонзиться в её шелковую оболочку, и, наконец, с тяжелым стоном погружаюсь внутрь.
Мой хвост выгибается позади, мышцы содрогаются от ощущения того, как её податливое лоно принимает тупую головку моей эрекции, прежде чем она сама сдавливает меня своими внутренними мышцами. Наслаждение разливается по телу, когда она сжимается, её прерывистые вздохи звучат в ушах, словно песня. Она царапает и сжимает меня, толкает и тянет, её ноги взлетают вверх, так что пятки иногда ударяют по моему хвосту и плавнику. Это тоже приносит блаженство.
– О, боже, о, боже, – тяжело дышит она.
– Я совсем не похож на него, – заверяю я, с трудом выдавливая слова, пока проталкиваюсь в неё еще глубже.
Её ногти впиваются в мою плоть, скребут по рукам и спине, оставляя за собой жгучие полосы. Это лучше всего, что я когда-либо мог себе вообразить. Грудь сдавливает теснота, когда глубокий, приносящий облегчение стон вырывается из моих легких. Грейс божественна – и телом, и душой. Прижавшись лицом к её шее, я провожу по ней языком, пробуя на вкус её трепещущий пульс. Она вжимается грудью в меня с пронзительным звуком, дёргаясь так, словно я её щекочу. Я лижу её ещё сильнее.
Её киска принимает последние сантиметры члена, когда я в очередной раз подаюсь вперёд, и ещё один мрачный звук вырывается из моего горла – давление внутри меня доходит до точки кипения. Всхлипывая, она просовывает пальцы между нами к клитору. Её костяшки ударяются об меня, и я приподнимаюсь, выпуская два верхних щупальца, чтобы отвести её руку в сторону.
– Не трать руки на то, чтобы трогать себя. Используй их, чтобы держаться за меня. Тебе это понадобятся, – рычу я.
Она дрожит вокруг меня, позволяя моим щупальцам взять всё на себя, пока сама ведет ладонями вверх по моей груди. Торжествуя, я подаюсь назад, вытягивая член до самого края её входа, чтобы тут же вогнать его обратно до самого основания.
– Сефер! – выкрикивает она, но звук гаснет, приглушённый моей ключицей.
За глазами взрываются звёзды. Я выгибаюсь над ней, толкая верхнюю часть хвоста вперед, погружаясь так глубоко, как только позволяет её тело. Её бедра взлетают навстречу моему следующему толчку, и она снова выкрикивает моё имя.
Извиваясь в быстрой последовательности вперёд и назад, я начинаю трахать её безжалостно, её крики превращаются в стоны, которые в такт вторят заданному мною яростному темпу. Мокрый песок просачивается в её дикие, рассыпавшиеся нимбом волосы, облепляет её бока, пока я вбиваю её всё глубже. Она дёргается и извивается подо мной, колотя пятками по моему хвосту.
Сквозь туман собственного наслаждения я осознаю, что её стоны становятся громче или тише в зависимости от угла каждого толчка. Пока я испытываю наши тела, практикуясь и играя на ней, изучая это пьянящее новое чувство между нами, её прикрытые веками глаза смотрят на меня в великолепном гипнозе. Её бедра продолжают выгибаться вверх при каждом экспериментальном толчке, принимая их, когда она может.
– Сефер, пожалуйста, – хнычет она, пока её грудь колышется. Белый свет начинает двигаться под её кожей, становясь всё отчетливее, чем сильнее и быстрее я двигаю членом. Сияние искрит на кончиках её пальцев и расходится от груди. Я с благоговением наблюдаю, как её всхлипы перерастают в крик, а тело начинает биться с внезапной силой, наваливаясь на меня и принимая меня, вжимаясь своим нутром в меня так же сильно, как я давлю в ответ. Удерживая меня глубоко в себе, она дико мечется, быстро раскачивая бедрами.
Давление внутри меня взрывается.
– Позволь мне дать то, что тебе нужно, – цежу я сквозь зубы, высвобождая всё – заполняя её семенем до краев.
Её животные стоны наполняют уши, пока её внутренние стеночки ритмично сокращаются. Свет в её венах туго стягивает её тело. Её прелестный рот приоткрывается, прежде чем замереть в судороге экстаза, сияние вспыхивает за её глазами, вырываясь из них наружу.
Ослепительно яркая магия растёт и взрывается, ловя меня в своё перекрестье, пока я продолжаю хаотично толкаться. Её дрожащее лоно сжимает меня так же сильно, как и борется со мной снова, но я знаю, что моё семя не остановится ни перед чем, чтобы овладеть её человеческими яйцеклетками. Теперь я владею ей – она моя, и я продолжаю заливать её каждым толчком, на который способна моя плоть. С моей кровью в её теле... я сделал её достаточно сильной, чтобы выносить моё потомство.
Собственнический рык вырывается из горла, когда я валюсь на неё. Я не ожидал, что когда-нибудь стану отцом, но я также никогда не ожидал Грейс.
Опустошённый, я опускаюсь обратно на свою пребывающую в оргазме ведьму и, прижимаясь к её наэлектризованному телу, упиваюсь её острой магией и силой, которую она несёт, уже чувствуя зависимость.
