Текст книги "Упс! Я призвала демонического тритона (ЛП)"

Автор книги: Наоми Лукас

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 8 страниц)

Глава 9

Купальные желания

Грейс

Затащить Сефера в ванную оказывается еще труднее, чем просто развернуть его. Я раз пять падаю назад и едва не напарываюсь на его рога каждый раз, когда наклоняюсь, чтобы подтянуть его. Оказавшись внутри тесной комнатки, мне приходится ждать его помощи, чтобы он сам завел свой хвост внутрь и втиснул его в узкое пространство.

Какой же это кошмар.

Откинув волосы назад, я распускаю хвост и перевязываю его заново, глубоко вздыхая и наблюдая за тем, как он в недоумении извивается.

Его плавники мелькают перед моим лицом, опрокидывая настольное зеркало на тумбе; я отступаю на шаг, чтобы уклониться. Плавники расправляются вдоль стены, пока он втискивается глубже, по пути сминая висящие полотенца и сбивая картины с крючков.

Глядя на упавшие полотенца, я замечаю тень ухмылки на его губах и озорной блеск в глазах.

Стиснув зубы, я снова подхватываю его под руки и тащу к ванне, бесцеремонно бросая его там.

– Остальное сделаешь сам, ты, большая вредная туша.

Он кряхтит, ударившись о пол, и ухмылка исчезает с его лица. Схватившись рукой за край ванны, он смотрит на меня, и улыбка возвращается.

– Ты находчива и сильна. Я в восторге от тебя, маленькая ведьма.

– А ты доводишь меня до белого каления, демон-тритон, – фыркаю я, прислонившись к стене рядом с унитазом и пропуская волосы сквозь пальцы. – Я не маленькая ведьма. Я Грейс, просто Грейс.

– Да, но ты также нечто гораздо большее.

Я моргаю, глядя, как он перебрасывает тело через край ванны. Его бицепсы вздуваются, мышцы напрягаются под бархатистой кожей и черным хвостом, демонстрируя свою мощь. Когда он оказывается внутри и опускает торс в воду, я пытаюсь отвести взгляд, чтобы не нарушать его личное пространство, хотя это трудно, когда видишь, как вода плещется вокруг его члена.

– Большее? – я пристально смотрю на него, вспоминая то, о чем забыла раньше. – Я думала, демоны не называют свои имена. Разве это не опасно?

Он ведет плечами, устраиваясь в ванне.

– Меня не заботит, что делают другие. Так или иначе, я открыл свое имя тебе и рассчитываю, что ты сохранишь его в тайне. Опасно ли это? Зависит от обстоятельств. Ты могла бы легче призвать меня, зная мое истинное имя, – это верно, но, увы, я и так уже здесь. Не говори его больше никому, – предупреждает он.

– Я… – я замолкаю и вглядываюсь в его лицо, все следы дьявольского веселья сменились смертельной серьезностью. – Я не скажу. Зачем же было называть его мне, раз это проблема?

– Мне не понравилось, когда меня назвали «демоном-тритоном», это звучит оскорбительно.

– Демон-тритон, – тут же повторяю я.

Он награждает меня ровным, не впечатлённым взглядом, заканчивая погружение в воду.

– Это меньшее, что ты заслуживаешь за то, что называл меня «маленькой» и «ведьмочкой».

В его глазах отражается блаженство, когда он уходит под воду. Прикрыв веки, он смотрит на меня, откидывая голову назад так, что острые кончики его рогов едва не царапают стену.

– Оба прозвища я дал тебе из нежности.

Вокруг него поднимается пар, клубясь вокруг мышц и темных тонов его тела. Уровень воды едва доходит ему до середины груди. Большая часть хвоста свисает из моей старой ванны, он настолько огромен, что выглядит нескладно в сравнении с ней. И всё же я не могу отрицать, как он привлекателен.

Моя кожа горит, влажность становится удушающей. Оторвав взгляд от него, я поворачиваюсь к окну, отпираю металлический цветочный замок и распахиваю створки. Свежий порыв воздуха с озера Коббин врывается в комнату, обдает лицо, немного сбивая жар. Несмотря на это облегчение, по всему телу пробегает дрожь.

Я оборачиваюсь и, встретившись с его пристальным взглядом, замечаю, что зелень в его глазах вернулась, становясь ярче и подсвечивая его темные черты.

– Ты подозрительно притихла. Что, язык проглотила? Побудь со мной, Грейс, чтобы я мог попробовать прочитать твои мысли.

Я в тревоге выпрямляюсь.

– Только посмей.

Он пожимает плечами, отчего его мощные плечи кажутся еще шире. От резкого движения его член начинает твердеть прямо посередине воды. Жидкость плещется вокруг его тяжелого яичка, когда он ёрзает вверх, чтобы опереться спиной о стену.

Внизу живота всё предательски сжимается, мои глаза расширяются от удивления, мечась между его лицом и растущей эрекцией.

«У него снова встает».

Порочная улыбка кривит его губы, вызывая невыносимое давление между моих ног.

– Ну, ты получил свою воду… – начинаю я.

Молниеносно его черные щупальца разворачиваются и обвиваются вокруг меня, прижимая мои руки к бокам прежде, чем я успеваю отступить. Я вскрикиваю, когда он втягивает меня в ванну прямо на себя.

– Что ты делаешь?! – я дергаюсь, снова сражаясь с путами. Твёрдый член упирается мне в живот, пока я барахтаюсь, а платье задирается, открывая мои теперь уже влажные черные трусики.

– У меня нет моей воды, – рокочет он мне прямо в ухо. – Но теперь я получу ее и вдоволь насыщусь. Какая же ты прелесть: призвала меня сюда, по всем правам, лишь для того, чтобы я мог испить из твоего тела, – он лижет кожу за ухом, и мой позвоночник выгибается в ответ, теперь я борюсь с ним лишь вполсилы. – Теперь мне ничего не мешает.

– Ты не можешь просто забрать её у меня, – огрызаюсь я, дёргаясь из стороны в сторону, когда щупальца отказываются ослабевать. – Я должна сама её отдать.

Он приподнимает меня в воздух, одно щупальце туго стянуто под грудью, отчего мои груди вздымаются при каждом вдохе, угрожая выскочить из тесного маминого платья. Но он смотрит не на них.

– Тогда дай мне её, – стонет он, глядя на мой рот, а не в глаза. Он опускает меня обратно на себя, на этот раз медленно, намеренно заставляя меня раздвинуть ноги и сесть на его бёдра. Мои колени упираются в теплую воду между ним и стенками ванны по обе стороны от его узкой талии. Когда член касается моего паха, я быстро подаюсь вперед, отстраняясь, боясь, что начну тереться об него, если не сдвинусь.

– Убери щупальца! – требую я.

Он отбрасывает волосы с плеч и снова улыбается, соблазнительно углубляя складки в уголках рта.

– Поцелуй меня, и я их уберу.

Он приближает лицо к моему, но замирает в миллиметре от моих губ, ожидая, когда я уступлю. Нас разделяет миллиметр, мне нужно лишь вытянуть губы, чтобы поцеловать его. Они приоткрываются против моей воли, желание поцеловать его становится почти непреодолимым, но я стараюсь не терять голову.

– Поцелуй меня, маленькая ведьма, – шепчет он, и его глаза, всматриваясь в мои, подначивают. – Поцелуй меня, Грейс, и дай мне то, чего я хочу. Ты тоже этого хочешь. Я чувствую, как дрожит твоё тело, как напряжены твои мышцы, я чую аромат твоей киски в воздухе между нами. Аромат, который ты источала с того момента, как обхватила меня руками в спальне. Сначала я не понимал, что это за запах… этот сладкий аромат, такой похожий на твой вкус, и в то же время иной… пока он не расцвёл здесь, в ванной. Так поцелуй же меня, Грейс. Почему нет? Я не могу причинить тебе боль и не стану этого делать. Не будет никаких последствий, кроме наслаждения, которым я одарю твоё тело.

– Нет, последствия будут, – шепчу я. – Они всегда есть.

Он вскидывает бровь.

– Тогда просвети меня, каковы же они.

– Я могу тебя убить.

Он взрывается смехом.

– Прошу, попробуй! На самом деле – давай. Убей меня и считай это прелюдией.

Раззадоренная и разозленная его наглым безразличием, я подаюсь вперед и прерываю его смех своим ртом, надеясь застать его врасплох.

– Я могу отказать тебе, – угрожаю я, делая ровно обратное – целуя его в открытую и прикусывая его нижнюю губу. Раскрывая его рот своим, я высовываю язык и провожу по его губам, следом проскальзывая между ними. Его язык тут же встречается с моим, и в тот момент, когда он притягивает меня к себе, крепко сжимая руками, щупальца на моём теле расслабляются и опадают.

Вскинув руки, я цепляюсь за его плечи, пока его язык скользит по моему, проходясь вверх и вниз по всей его короткой длине и проникая ещё глубже мне в рот.

Я открываюсь ему навстречу, позволяя его губам раздвинуть мои, а языку – исследовать всё внутри. Напрягая мышцы горла, я сглатываю слюну, и он жадно стонет.

Я забываю о причине, по которой всё это начала, и прижимаюсь грудью к нему, нуждаясь в том, чтобы чувствовать его тело еще сильнее. Много лет назад я смирилась с тем, что у меня больше никогда не будет секса с мужчиной, но ведь Сефер – не мужчина, верно? Он – шанс. Если он готов играть со мной в игры, что он сделает, если я начну забирать у него, а не отдавать? В конце концов, это я его призвала. Разве это не даёт мне право им командовать?

Я вонзаю ногти в плоть его плеч, разминая подушечками пальцев перекатывающиеся под кожей мышцы. Он стонет, и я делаю это снова, сильнее, проверяя, как много он позволит мне себе позволить…

Его рука скользит вверх по моей спине и крепко сжимает затылок, фиксируя меня для полного господства его языка.

Затем он начинает легонько сосать.

Я резко отстраняюсь, когда это сильное ощущение пронзает меня, открываю глаза и встречаюсь с его затуманенным взглядом. С такого расстояния я вижу, что его глаза обрамлены иссиня-черной кожей, что создает видимость ресниц. Но это иллюзия, просто тени и пигментация.

Вблизи его жутковатые зелёные радужки завораживают ещё больше.

Я осторожно выпрямляюсь, и он отпускает меня. Я смотрю вниз на воду между нами. Я опускаю ладони в небольшое углубление и зачерпываю жидкость. Он с любопытством наблюдает, как я подношу воду к лицу и выливаю её на рот и грудь, увлажняя кожу и лиф платья. Жидкость стекает вниз, и я руками втираю её в грудь, пока ткань не пропитывается насквозь. Он одобрительно гудит, скользя по мне взглядом.

За окном поют птицы, и мягкий шелест волн на озере наполняет слух, сливаясь с довольным ворчанием, когда он снова притягивает меня к себе.

– Ты слишком наивна, слишком соблазнительна.

Сефер прижимается своим изогнутым ртом к моей коже и буквально выпивает меня, облизывая и прихлебывая, лакомясь собравшейся и стекающей водой. Его губы скользят по подбородку и вдоль челюсти; он целует меня, жадно втягивая в себя каждый сантиметр плоти, пока его шершавый язык движется всё ниже.

Опьяненная желанием и ощущением его пульсирующего под моим телом существа, я роняю голову набок, прижимаясь к его плечу. Он приподнимается, обхватывает мой подбородок и вытягивает мою шею, чтобы продолжать целовать. Теперь, когда юбка мокрая и облепила ноги, я поднимаю колено, устраивая ногу над его членом, затем тянусь вниз и осторожно кладу руку ему на грудь, проводя ладонью по кубикам пресса и животу, на мгновение замирая там, где у человека был бы пупок.

Он напрягается, перехватывает мою руку и поднимает голову, чтобы посмотреть на меня.

– Маленькая ведьма… Я бы предпочёл пировать на твоей плоти своими губами и языком, раскрывая твои секреты там, где у меня было бы достаточно места и свободы движений, но я понимаю наши ограничения – мои ограничения – и возьму то, что смогу. Теперь ты уже не так боишься последствий, не так ли?

– Последствия касаются тебя, а не меня. И если ты не беспокоишься о своей жизни, то почему должна я? Давай, – на этот раз я сама подначиваю его, – делай, что хочешь.

Он смеётся, и его резкое лицо озаряется тёмным весельем, которое чертовски притягательно.

– Похоже, ты не осознаешь один важный факт, так что позволь мне просветить тебя. Демонов чертовски трудно убить. На самом деле, я не думаю, что кто-то из нас когда-либо умирал, хотя не могу утверждать это с полной уверенностью. Меня никто не интересует, кроме самого себя.

– Это очевидно.

Он вскидывает бровь.

– Позволь мне поправиться. Меня не интересовал никто, кроме самого себя… до встречи с тобой, – он нависает надо мной, и его зелёные глаза вспыхивают изумрудными искрами. – У тебя божественный вкус, – шепчет он, прежде чем его рот накрывает мой, а язык вновь врывается внутрь.

Застигнутая врасплох внезапным возвращением его власти, я хватаюсь за его руку, чтобы удержаться, понимая, что стремительно теряю контроль над ситуацией.

Его язык ласкает мой убаюкивающими волнами, но с каждым требовательным толчком и отступлением его руки скользят всё ниже по моей спине, к талии и бёдрам. Он обхватывает меня и прижимает к своему огромному выступу. Я позволяю ему с силой вдавить мой зад в член, гадая, как далеко он готов зайти. Кровь кипит, и годы подавленного вожделения стремительно вырываются наружу; на этот раз я прикусываю его нижнюю губу еще сильнее и отстраняюсь, увлекая её за собой.

Его глаза распахиваются, когда он тянется за моими губами, но обнаруживает, что я отодвинулась еще дальше.

Освободив его губу, я хочу что-то сказать, но из его горла вырывается рык; он буквально вышвыривает меня из ванны, только чтобы тут же приподняться, извернуться подобно змее, втащить меня обратно и прижать к самому дну. Вода разлетается брызгами, когда я падаю, окончательно пропитывая платье и тело. Вскрикиваю, но звук едва успевает сорваться с губ, как он уже нависает надо мной, упираясь руками по обе стороны от моей головы.

– Хватит дразниться. Я хочу большего. И теперь я это получу. С меня хватит ожиданий.

Он тянется вниз, хватает мокрую ткань платья и тянет его вверх по телу. Кожа покрывается мурашками, пока он сминает свободную ткань руками, обнажая промокшее белье.

– Сефер, – произношу я, прерывисто вздыхая в предвкушении.

Он собирает юбку в руках, и я помогаю ему снять платье через голову. Он сминает ткань в комок и выжимает над собой, откидывает голову назад, приоткрыв губы, и жадно пьет стекающую воду, облизывая губы, когда падают последние капли.

Я смотрю на него с открытым ртом, пока его внимание снова не переключается на меня. Его мимолётный, оценивающий взгляд заставляет мои щеки вспыхнуть румянцем.

Я пытаюсь сесть в воде, но он возвращается и нависает надо мной, награждая предостерегающим взглядом.

– Я поймал свою добычу. Твой шанс сбежать упущен. Теперь перед тобой только я и мои прихоти.

Напуганная, но возбуждённая настолько, что внутри всё полыхает, я могу лишь кивнуть.

Глава 10

Сила воли

Грейс

Его разгоряченный взгляд смягчается при моем согласии, и, добровольно опускаясь в остатки воды в ванне, я расстегиваю лифчик, снимаю его и протягиваю ему.

Его глаза скользят по моей груди и соскам, а по коже пробегают мурашки. Я хочу, чтобы ему понравилось то, что он видит, несмотря на все наши различия. Его любопытный, голодный взор впитывает мой вид, и в этот момент я больше всего на свете хочу знать, о чем он думает.

Его внимание переключается на лифчик. Изучив чашечки в своих руках, он окунает их в воду, отпивая ту каплю, что каждая из них способна собрать. Он проделывает это несколько раз, прежде чем выжать лифчик точно так же, как до этого платье, окончательно его испортив.

«Я знаю его всего несколько часов, а он уже готов пить воду из моей ванны».

Покончив с лифчиком, он отшвыривает его в сторону и снова смотрит на меня, опуская взгляд на мое белье.

Мое тело сжимается в ответ, пальцы ног подгибаются, зубы стискиваются.

Конечно, ему нужны мои мокрые трусики.

Но он не ждет, пока я их сниму. Он забирает их сам.

Погрузив руки в воду, он тянется вниз и хватает их по бокам.

– Теперь это, – рычит он. Его пальцы цепляют и рвут ткань, сдирая трусики прямо с меня, вместо того чтобы стащить их вниз по ногам. Он тут же сминает их в кулаке и подносит ко рту; всё его тело вздрагивает, когда ткань касается губ и носа. Он крепко зажмуривается, пока пальцы сжимают клочок ткани, и снова откидывает голову назад.

Выдавливая из них воду, он заглатывает каждую последнюю каплю. Затаив дыхание от его интенсивности и подлинной первобытности, я возношу короткую молитву о том, чтобы не оказаться в Аду за всё это.

Скользнув пальцами между ног, я застенчиво касаюсь себя, готовясь, пока он натирает моим бельем всё лицо. Стоит мне сделать пару движений, как он отшвыривает ткань в угол; его лицо влажное и блестит.

Я замираю, когда его взгляд прослеживает за моей рукой туда, где пальцы ласкают клитор.

Он облизывает губы, и мои глаза расширяются.

– Это я тоже заберу, – рокочет он, хватая меня за колено и разводя ноги, перекидывая одну через край ванны и разворачивая меня к себе.

– Что? – ахаю я. Пока мои ладони скользят и мажут по поверхности в поисках хоть какой-то опоры, он с легкостью заканчивает мой разворот, вскидывает мои бедра вверх и устраивает их широко на краю, выставляя мои самые сокровенные, чувствительные места на его обозрение. Вскрикнув от шока, я пытаюсь удержаться над водой и одновременно сомкнуть ноги, но его щупальца поднимаются, чтобы держать меня раскрытой, пока сам он упирается руками в края ванны.

Он ныряет мне между ног.

– Сефер!

Его язык несколько раз слизывает всё снизу вверх. Я дергаюсь, ноги брыкаются, удовольствие и смущение одновременно вспыхивают во мне.

– Сефер, – снова вскрикиваю я, уже чуть менее возмущенно, когда он раздвигает мои половые губы пальцами и проводит своим кошачьим языком по складочкам.

– Восхитительно, – стонет он в меня, и, хотя мои плечи почти лежат на дне ванны, а волосы распустились и запутались в воде вокруг, я содрогаюсь от наслаждения.

– Скажи это еще раз.

Он замирает возле моего лона и толкает язык вперед, дразня кончиком, тычась в мой вход.

– Восхитительно, – повторяет он.

Я стону, млея от его комплимента, трепеща от восторга.

– Такая мокрая, гораздо мокрее, чем твой рот. Как это возможно? – бормочет он, всё быстрее водя языком вокруг входа, жадно и снова и снова целуя его губами. – Вот откуда я должен пить, вот откуда я должен пить всегда.

Мои бедра дергаются, левая нога брыкается – я дрожу от ощущений, вызванных его языком, и от резких приливов и отливов его темпа. Это хаос, но он и сам – хаос.

Обоими большими пальцами Сефер раздвигает мои губки, не оставляя для своего взора никаких тайн. Приподнимается и смотрит на меня сверху вниз, на всю меня, властно блуждая по мне горячим взглядом. С растущей в глазах темной похотью он проводит пальцами по моим скользким бокам к центру, пробуя его кончиками.

– Моя вагина, – шепчу я, задыхаясь, то поджимая стопы к нему, то отстраняя их. Не знаю, почему я говорю это так, будто отвечаю на невысказанный вопрос, просто говорю. – Это туда твой...

– Я знаю, как трахаться, – фыркает он, и его дыхание обдает меня жаром, заставляя дергаться и выгибать спину, борясь с путами его щупалец. Но его голос звучит глубоко и насмешливо, когда он добавляет: – Я только знакомлюсь.

– Сефер, пожалуйста, – я дергаю бедрами, лишь наполовину вслушиваясь в его слова, отвлеченная его исследующими касаниями, тем, как подушечки пальцев по-разному перекатывают и пощипывают мой клитор. – Мне нужно двигаться...

Это пытка. Я пытаюсь прижать свои бедра к нему, но он не дает мне пощады, полностью сосредоточившись на новой игрушке перед ним: моей киске.

Его рот приникает ко мне, а руки скользят назад, обхватывая ягодицы и сильно сжимая их, пока он одновременно вонзает язык глубоко внутрь. Мои ноги бьются, за веками взрываются фейерверки. Я кричу от этого внезапного вторжения, от грубого напора его языка, который воспламеняет меня удовольствием. Он раскрывает меня ладонями, пока его рот усиливает давление, а губы плотно смыкаются вокруг входа. Сжимаясь вокруг исследующего, пронзающего стержня его языка, я чувствую, как все четыре конца его щупалец скользят по моей коже.

Жестко трахая меня языком, Сефер облизывает внутренние стеночки, кряхтя и слегка посасывая губами. Пока он ввинчивается в меня, два его щупальца обвиваются выше вокруг моих ног и коленей, в то время как другие два скользят по груди, проскальзывая между ними. Концы первых двух достигают моих стоп и сжимаются вокруг них, а вторая пара начинает прощупывать и скользить по моему заду и клитору, и я содрогаюсь всем телом, подавленная мириадами ощущений.

Дрожа, я вцепляюсь в края ванны, пока мое нутро сжимается всё сильнее и быстрее. Пронзительные, электрические разряды гудят во мне, и меня начинает слегка бить в конвульсиях; ногти скребут по стенке ванны, а тело каменеет и вытягивается. Голова идет кругом от наслаждения – его язык, пальцы и щупальца ласкают каждую нервную точку одновременно.

Я трепещу, покоряясь этому. Хватка Сефера на мне только усиливается.

Он глубоко проникает внутрь и жадно проходит языком по неровной стеночке моего самого чувствительного места. Крик вырывается из моего горла в ту секунду, когда его язык с силой упирается в него.

– Сефер! – кричу я. Свет вспыхивает подо мной и надо мной, разрываясь наружу запахом дыма и огня. Наслаждение каскадом обрушивается в неистовых взрывах, мои ноги вскидываются и падают обратно, сгибаясь над его плечами. Напрягаясь, я приподнимаюсь из ванны прямо на его лицо, с силой вжимаясь бедрами в него, пока всё вокруг содрогается.

Он дергается в ответ, его глаза закатываются. Схватившись за его рога, я кричу еще раз, пока экстаз продолжает нарастать и разбиваться волнами, а мое тело наполняется сверхъестественной силой.

В один миг он исчезает, и меня откидывает на пол. За глазами вспыхивает белый свет, а затем – пустота.