Текст книги "Сиротка хочет замуж. Любовь не предлагать (СИ)"

Автор книги: Надежда Соколова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 29

Внутри трактир из мира дриад был удивительным переплетением природы и простоты, сохранившим дух средневекового земного собрата. Стены были выполнены из массивных бревен, что создавало уютное и теплое пространство, словно обнимающее каждого гостя. На потолке витиевато переплетались толстые корни и ветви деревьев, поддерживая лёгкие птичьи гнезда, из которых доносились мелодичные звуки, похожие на далёкую музыку. Из окон открывался вид на цветущий лес, а солнечные лучи свободно проникали внутрь, заливая трактир мягким светом.

Мебель, выполненная из грубо обработанного дерева, была весьма удобной, несмотря на свою простоту. Столы и скамейки, сделанные из широких досок, имели круглые углы и были украшены резьбой, изображающей лесные мотивы: листья, цветы и даже изображения дриад с белыми крыльями. Все предметы в трактире – от кружек до тарелок – были выполнены из дерева, создавая гармонию с живой природой. Здесь не было и следа стеклянной посуды; каждая деревянная кружка была расписана уникальными орнаментами, а тарелки и плошки выглядели так, будто сами деревья отдали свою душу, чтобы накормить гостей.

Когда к нашему столику подошла молодая дриада-официантка, я не могла не восхититься её внешностью. Её длинные волосы, словно свежие побеги, заканчивались нежными зелеными кончиками, а кожа имела легкий золотистый оттенок, как солнечный свет, пробивающийся сквозь листву. На ней было легкое платье, сшитое из ткани, напоминающей кору дерева, с украшениями из живых цветов и мелких листьев.

Принимая наш заказ, дриада излучала обаяние, ее голос был мелодичным и мягким. Она поинтересовалась, что мы хотим попробовать. Мы решили заказать по тарелке лесного супа с грибами и кореньями, которые были характерными для этой местности, и небольшой пирог с ягодами, собранными в лесу. Дриада улыбнулась, записав наш заказ на небольшой дощечке, и вскоре вернулась к нам с нашими угощениями.

Мы ели молча. Я старалась запомнить как можно больше подробностей того, что нас окружало. Ну и заодно – насладиться едой.

В моей голове уже зрели мысли о том, как все это использовать в дальнейшем. Возможно, я закажу служанкам изготовление этнических браслетов с листьями и элементами дерева. Ну а портнихе покажу, какое платье хотела бы носить летом.

Не знаю, о чем думал Леонард, но он тоже не стремился разговаривать. Молча отправлял в рот ложку за ложкой, изредка кидая на меня внимательные взгляды.

Как будто следил за мной. Ну или подозревал меня в чем-то. Впрочем, с него станется.

Еда дриад буквально таяла во рту. Я успевала и есть, и обдумывать свои возможные действия в будущем. В трактире было не так уж много клиентов, но те, кто заходил, неизменно привлекали внимание своими необычными нарядами. Я заметила пояса из листьев, которые обвивали талии, и напыление, имитирующее кору, очерчивающее силуэты. Цветы, используемые в качестве украшений на лифах и юбках, будто пробуждали всю красоту дикой природы. Всё это я непременно запомнила: когда мы с её величеством решим создать этническую коллекцию, мне срочно понадобятся все эти идеи.

Еда закончилась. Наши тарелки оказались пустыми. Леонард кинул на столешницу несколько серебрушек, подал мне руку. Мы вышли за дверь трактира. Прикрыв глаза от яркого солнечного света, я почувствовала, как в воздухе заиграли ароматы леса: сладкие фрукты и свежескошенная трава.

Открыв портал, мы вернулись во дворец, и я мгновенно ощутила контраст: прохлада мраморных стен словно сдерживала жар лета за пределами.

– И о чем же думала моя жена, когда наблюдала за дриадами в трактире? – насмешливо спросил Леонард, его тон был легким, но в глазах читалась искорка озорства. – У тебя было такое кровожадное выражение лица, что мне стало жаль тех дриад.

– Напрасно, – мило улыбнулась я. И с легкостью соврала, чтобы понаблюдать за реакцией своего ненаглядного супруга. – Я, наоборот, размышляла над возможностью переселения сюда нескольких жительниц того мира.

Его выражение лица немедленно изменилось. Он нахмурился, внимательно смотря на меня, как будто пытался разгадать сложную загадку.

– Для чего? – поинтересовался он, и в его голосе зазвучала серьезность. – Там нет аристократов. И в этом мире дриады будут лишь слугами.

– Мне все равно, каким будет их статус, – пожала я плечами, не в силах сдержать едва уловимую усмешку. Вот же сноб – статус ему важен. – Они мне нужны не из-за него.

– А из-за чего же? – поинтересовался он, его бровь приподнялась, и я заметила, как он наклонился ближе, искренне желая узнать правду.

– Секрет, – произнесла я, наслаждаясь интригой.

– От меня? – приподнял бровь Леонард. – От своего мужа?

– Именно, – кивнула я, не отводя взгляда. – Если ты помнишь, в договоре прописано личное пространство каждого из супругов. Ну так вот, это – мое личное пространство.

Я не знала, чем закончилась бы наша перепалка, но вдруг к Леонарду подбежал слуга, тут же прервав наш разговор:

– Простите, ваше высочество, но во дворец прибыла делегация гномов для согласования налоговых пошлин.

– Мы договорим вечером, – бросил он мне на ходу, уходя навстречу с гномами. Я наблюдала за его фигурой, пока он не скрылся за углом коридора.

«Мечтатель», – фыркнула я про себя. Пусть верит, что я расскажу ему о своих планах. Мечтать, как говорится, не вредно.

И отправилась в свою спальню. Я собиралась вызвать придворную портниху и обсудить с ней увиденное у дриад. Пусть подскажет, как лучше применить те мотивы в местных нарядах. Все же у нее опыта больше. Да и знаний – тоже.

Глава 30

Вечером договорить не получилось, просто потому что ее величество пожелала увидеть меня после обеда. Мы провели несколько часов в разговоре, обсуждая нравы и обычаи разных стран Земли, делясь мыслями насчет моей этнической коллекции и обсуждая наши с Леонардом отношения. Ее интерес к тому, как мы живем, был искренним и не требовал притворства с моей стороны, что меня радовало.

Помешал нашему общению тот самый Леонард. Он с руганью вломился в гостиную, в которой мы сидели, вытащил меня из кресла и уволок в нашу с ним спальню. Собственник, угу. Ревнивец. Женщина просто обязана сидеть в спальне в ожидании собственного мужа. Шаг влево-шаг вправо – расстрел. Именно это он и выговаривал мне в нашей с ним комнате. Я выслушала, покивала, легла в кровать и уснула. Перед самым его носом. Лишила ненаглядного супруга постельных игр.

Спала я в полной безмятежности всю ночь, не ведая о происходящих вокруг событиях.

А утром проснулась, вызвала служанку и от нее узнала, что у Леонарда случился оборот. Да-да, тот самый, который должен был произойти в его далеком детстве. Вторая сущность проснулась. Дракон расправил крылья.

– Ах, ваше высочество, мы так испугались, так испугались, – трещала без умолку Лика, моя персональная служанка. Параллельно она старательно мыла меня в большом чане, наполненном горячей водой. Её глаза блестели от волнения. – Вы как уснули, его высочество позвал меня, приказал вас переодеть, спящую. А сам к своей матери бросился, аж бегом. Он так кричал, так кричал! – Лика задорно взмахнула рукой, как будто представляя тот момент. – Служанки ее величества рассказывали, он обвинял ее, что она вечно вмешивается в его личную жизнь. А потом... Крик, шум, гам, и дракон! Ну, на месте его высочества, – добавила она, словно это было самым обычным делом. – Огромный такой, красно-коричневый дракон! Он же весь комнату разрушил, ее величества. Все разнес! Ни мебели, ни стен – ничего не осталось!

– А его высочество? – уточнила я с любопытством. Комната – понятно. Куда делся этот психованный недодракон?

– Так его высочество вверх взмыл, прямо с места и улетел! – в её голосе звучало восхищение, словно она сама была свидетелем захватывающего шоу. – А вернулся уже под утро, злой, уставший. И, представьте, пошел спать – в дальнюю спальню. Приказал не трогать его, пока сам не проснется и слуг не вызовет.

М-да. Какие события я проспала. И ведь орали тут, должно быть, неслабо. А я спала.

– А меня почему никто не разбудил? – уточнила я.

– Так его высочество запретил. Он вас, комнату всю, куполом накрыл, когда уходил, чтобы вам спать не мешали.

Ах, вот почему я не слышала ничего. Купол, значит, спасибо за заботу, супруг.

Вымывшись и стряхнув с себя остатки сна, я переоделась в одно из новых платьев, которые сшила для меня придворная портниха. Платье было из легкой ткани, приятно обнимавшей фигуру. Нежный небесный цвет подчеркнул мои глаза, а кружевные вставки добавляли моему внешнему виду романтики. Удовлетворенная своим внешним видом, я отправилась вниз, чтобы позавтракать и заодно разузнать последние сплетни. Дворец гудел, как улей, и я знала, что не смогу уйти от обсуждений о Леонарде. Слуги и придворные, перешептываясь, буквально кипели эмоциями по поводу его оборота. Их сплетни звучали с изрядной долей шутливого сочувствия к моему супругу: «Как же его жена достала, если он в свои годы вдруг обернулся?» Я не могла не усмехнуться про себя при мысли о ценностях, принятых в нашем обществе.

Сам Леонард к завтраку не спустился, что, впрочем, было неудивительно. Еще бы: пролетать как минимум часть ночи. Как он вообще смог в воздух подняться, с непривычки-то? Это ж надо было сильно распсиховаться, чтобы оборот произошел. В смысле, сильнее обычного. Этот псих и так не жалеет нервы, ни свои, ни окружающих. Но здесь… Что ж его так раззадорило? Наша очередная встреча с императрицей или мой крепкий сон? А может, первое наложилось на второе? Но все равно… Его ж целенаправленно выводили из себя все эти годы, чтобы сущность пробудить. Не вывели. Не смогли. Не получилось. А тут вдруг, после моего вполне невинного разговора со свекровью, и оборот.

В общем, что-то тут не то…

Пока размышляла, я дошла до обеденного зала. Поздоровавшись с императорской семьей и находящимися в зале придворными, я уселась на свое место. Шумный разговор, смешанные голоса, звуки ножей и вилок – все это сливалось в моем сознании. Народ принялся за еду, обсуждая что-то, пытаясь заманить меня в беседу. Я отвечала на автомате, не слушая, и продолжала размышлять о причинах случившегося.

– Ваше высочество, неужели вы совсем ничего не слышали? – внезапно отвлекла меня от дум герцогиня Арисса горт Жаранская, первая фрейлина императрицы. Она была высокой, плотной брюнеткой в темно-фиолетовом платье, которое оттеняло ее яркие черты лица. Арисса обращала на себя внимание не только своим внешним видом, но и авторитетом – она собиралась выдавать замуж трех дочерей и искала жен своим четырем сыновьям. Поговаривали, что ее семья считалась одной из самых богатых в империи, и многие аристократы мечтали с ней породниться.

– Увы, ваше сиятельство, – совершенно искренне вздохнула я, разводя руками. – Если бы слышала, обязательно полюбопытствовала бы, что же происходит. Но я спала, защищенная от любого вмешательства магическим куполом.

На этих словах за столом послышались смешки. Дерек, супруг Ариссы, кажется, нашел особую прелесть в этой ситуации. Худощавый, с высокими скулами и уставшими глазами, он прикрывал ладонью рот, чтобы скрыть зевоту, но его улыбка явно выдавала его чувства.

– Самое верное решение в последнее время, – буркнул он с юмором в голосе. – Ваше высочество, вы поступили очень благоразумно.

За столом послышались смешки.

Глава 31

Ненаглядный муженек появился после обеда. Пришел в нашу с ним спальню, как обычно хмурый и чем-то недовольный. Вот интересно, чем? Вот чем в его положении можно быть недовольным? У него ведь все есть, включая, теперь уже, вторую ипостась! Но нет, все равно брови хмурит!

Ну, я, в отличие от него, была просто неприлично счастливой – только что поела, напилась компота из малины и готова была к новым свершениям. Мой настрой был как весеннее утро, полное надежд и легкости.

– Доброе утро, – лучезарно улыбнулась я, ощущая, как улыбка растягивает на щеки. – Как спалось?

– Отвратительно, – проворчал Леонард, словно утро стало его личной катастрофой. – Ты почему улыбаешься? Что опять успела натворить?

Нет, ну вообще, нормально, а? Я тут изображаю радость при встрече с любимым супругом, а он сразу обвиняет меня во всех смертных грехах!

– Улыбаюсь, потому что все нормальные существа обычно радуются жизни! И умеют улыбаться, – ответила я, стараясь на протяжении этого короткого диалога не выходить из равновесия. – Это только некоторые не совсем нормальные особи мужского пола ходят по коридорам дворца с насупленным видом, пугая прислугу.

– То есть я, по-твоему, ненормальный? – как всегда, вычленил что-то свое этот умник. – Ты часами общаешься с моей матерью, не думая о муже, а я – ненормальный?

– Ты нервы лечить не пробовал? – парировала я, не видя смысла оправдываться или что-то объяснять. – Или их у тебя уже не осталось? Потому и бесишься постоянно, да? И не надо так глазами сверкать, молнии из них выпускать. Я и похлеще спецэффекты видела, была такая возможность. Лучше давай, в дракона превратись. Покажи жене, как ты умеешь… Эй! Куда?!

Этот гад сбежал! Взял и сбежал! Ну предварительно хлопнул дверью спальни, конечно, но это, похоже, у него уже в привычку входит. Совсем имущество не жалеет!

– Ну и кто тут о ком не думает? – проворчала я, повертев пальцем у виска. Пока, к сожалению, у своего. Эти ненормальные мужские выходки реально сбивали с толку. Бегают тут всякие, мешают жить. – Нет, ну псих же! Самый натуральный псих! И не лечится! Вот какие от него дети получатся, а? Правильно, тоже нервные!

Ладно, муженек сбежал. Пусть попсихует в другом месте. Я же пока собиралась заняться делом – подумать над эскизами новых нарядов, возможно, придумать новые украшения, в том же этническом стиле. В общем, поработать. А этот недодракон пусть себе психует. Глядишь, успокоится к ночи и нормальным вернется в супружеское ложе.

Сказано – сделано. Я перебралась к своему письменному столу, обложилась листами бумаги и яркими карандашами и с головой погрузилась в творческий процесс. Каждая линия, каждый штрих приносили мне удовлетворение. Я смешивала свободные земные модели с местными консервативными образами, добавляла в свои рисунки элементы этники дриад, украшала наряды драконьими крыльями, словно подчеркивая, кто является моим основным вдохновителем и, в конце концов, самым авантюрным покупателем.

Увлечение заняло меня целиком. Я настолько погрузилась в создание новых образов, что не заметила, как пролетело время. Весь мир вокруг себя я полностью забыла и не услышала шагов, приближающихся сзади. Очнулась я лишь от полузадушенного хрипа за левым ухом, словно кто-то пытался набрать воздуха, задыхаясь от смешанных чувств.

Повернулась. И увидела Леонарда, хватавшего ртом воздух. Задыхался болезный. Видимо, от переизбытка чувств. А вот нечего подглядывать за мной, когда я творю.

– Добрый вечер, – любезно поздоровалась я, стараясь сделать свой голос как можно более нейтральным. – Ты уже вернулся? Я думала, ты позже придешь.

Леонард обжег меня злобным взглядом, этот огненный свет в его глазах, казалось, мог спалить кожаную обивку мебели. Затем, с совершенно неприличной настойчивостью, он ткнул пальцем в мой рисунок.

– Что это?!

– Где? – не поняла я.

– Вот!

– Руки, – пожала я плечами. – А что, не похоже?

– Почему они открыты?!

– Потому что лето.

– Какая разница?! Женщина должна быть скромной и целомудренной в любое время года!

Боги, эк его плющит-то. Нет, теперь-то я, конечно, начинаю понимать, почему у него появилась вторая ипостась только после брака со мной. Думаю, до нашей встречи он так сильно не психовал. А тут… Стресс, шок, прочие эмоции… Вот и обернулся. И даже полетел. Исключительно от переживаний, угу.

Но кондрашка его все равно может хватить в любой момент. Похоже, надо в него принудительно успокоительное вливать. А то появится первый в этом мире лежачий дракон.

– Тебе напомнить, что у нас написано в брачном контракте? – хмыкнула я, даже не пытаясь прикрыть «непотребства» на рисунке. А нечего подкрадываться к художнику во время его вдохновения! – Ты не заставляешь меня подстраиваться под местные законы. Есть такое? Есть, есть. Не нужно молнии из глаз пускать. Так вот, твои крики сейчас – это не что иное, как попытка заставить меня подстроиться под твои хотелки и диктат местных законов. А контракт-то магический. Не боишься, что тебя магия приложит, если начнешь настаивать на своем?

– Архарантарос гортанар Щартанасар!

О, как завернул. Хоть бы перевел, ну, ради разнообразия. Должна же я знать, куда он меня послал. И с кем. Ну и по какой причине.

А то стоит, глазами сверкает. Из ноздрей пар пускает. А куда идти мне, бедной, и не понять.

Глава 32

Закончилась наша ссора так, как и прежде, неожиданным и бурным примирением в постели. Мы раз за разом познавали друг друга, выплескивая наружу свои эмоции, словно искры, разлетающиеся в разные стороны, укутываясь в теплые объятия, через которые постепенно уходило напряжение, уступая место нежности и теплу. Над нашей головой мягко светились магические шары, создавая атмосферу покоя и умиротворения, о которой так давно мечталось.

– Завтра я отправляюсь в усадьбу, – сообщила я, когда мы, прижавшись друг к другу, приходили в себя после страстных игр. – После завтрака уйду порталом, а вернусь перед ужином. На обеде меня не будет. Не нужно переворачивать дворец вверх тормашками, чтобы меня найти.

– Ты недавно была в усадьбе! – выдал этот смертничек.

Ну вот ничему некоторых жизнь не учит. Была, ну и что? Если надо будет для дела, я туда жить переберусь. Я повернулась к нему, приподняв бровь.

– Милый, ты же не хочешь, чтобы я скучала во дворце и от скуки придумала какие-нибудь необычные развлечения? – вкрадчиво спросила я. – Из моего бывшего мира? Уверен, что тебе понравятся мои выдумки?

Леонард раздраженно сверкнул глазами.

– Шантажистка!

Угу. Чем и горжусь.

– Есть такое, – согласилась я. – И ты знал, на ком женишься. Скажи лучше: вот ты научился оборачиваться в дракона, теперь и летать можешь. По небу, то есть. Ты меня теперь покатаешь на себе? Ну там, под облаками? В образе дракона?

На этот раз Леонард поперхнулся воздухом и долго кашлял, его лицо стало бледным, в глазах появилось недоверие, а может, даже ужас.

– Издеваешься?! Только не говори, что ты серьезно! Я – гордый дракон! Я – принц драконов! Мы никого не катаем на себе! Это ужасно! Это унизительно!

Нет, ну ящерица-переросток! Получил благодаря женитьбе на мне вторую сущность, о которой так мечтал, и туда же: «Это унизительно!»

– Ой, да пожалуйста, – фыркнула я недовольно. Вот взял и все настроение испортил! – Попрошу кого-нибудь другого. Твоего брата, например. пусть он меня покатает. Думаю, он согласится. Не пойдет против воли богов.

– Архарантарос гортанар Щартанасар! Женщина! Не смей никого просить! Ты вообще понимаешь, что говоришь?! ТЫ моя жена! Жена, слышишь?!

– Слышу, – я демонстративно тряхнула головой. – Можешь не орать так. – Жена. Твоя. И что? Почему я не могу пойти к твоему брату с просьбой покататься верхом?

– Архарантарос гортанар Щартанасар!

Да, похоже, кого-то заклинило.

В общем, в ту ночь я ничего, считай, не добилась. Леонард поругался всласть и сбежал с супружеского ложа. Куда – не знаю. Да мне и все равно было. Пусть бесится где-нибудь подальше от меня. Я же хорошо так выспалась одна на кровати, отдохнула, к нужному времени спустилась в обеденный зал и позавтракала в компании теперь уже и моей родни. Ну и придворных, конечно, от них вообще никуда не деться.

Леонард, кстати, за столом не присутствовал. То ли спал, то ли ел отдельно, не желая со мной встречаться. Ну, то был его выбор.

Я же, едва набив живот и выйдя из-за стола, перенеслась прямо из холла порталом в усадьбу.

Найра Патрисия лежала с мигренью, как сообщила встретившая меня местная служанка. И потому я прямиком направилась к своим работницам – смотреть, что они успели сделать за отведенное им время.

Все девушки трудились в выделенном им помещении. Кто-то шил, кто-то вышивал, кто-то вязал. При виде меня они, как одна. Подскочили со своих мест и согнулись в поклонах.

– Садитесь, – махнула я рукой. – Есть уже готовые экземпляры?

– Да, ваше высочество, – почтительно откликнулась одна из них. – Два воротничка, пара браслетов из деревянных бусин и небольшая вязаная салфетка.

– Покажите, – приказала я, чувствуя, как во мне нарастает любопытство.

Девушки с поклонами принесли мне готовые изделия, и я с интересом начала их осматривать.

Первый воротничок был выполнен из тонкой ткани, напоминающей кору дерева, с изящной вышивкой, изображающей лесные мотивы: листья, цветы и даже маленькие дриады, словно ожившие из сказки. Вышивка была выполнена яркими нитками, которые контрастировали с основным цветом, придавая воротничку живость и оригинальность, словно сама природа вдохновила мастеров. Каждый стежок был тщательно продуман.

Второй воротничок был более сдержанным, выполненным в пастельных тонах, с легким блеском, как будто в нём запечатлены солнечные лучи. Он был украшен мелкими бусинами, которые переливались при каждом движении.

Затем я обратила внимание на браслеты. Первый был сделан из гладких деревянных бусин, аккуратно отшлифованных до блеска. Каждая бусина была уникальной, с различными оттенками коричневого и золотистого, что создавало эффект живой природы. Браслет был обвит тонкой нитью, украшенной маленькими листьями, которые придавали ему особый шарм, вызывая ассоциации с утренней росой на зелёной траве.

Второй браслет был более смелым: он состоял из крупных бусин, каждая из которых была украшена резьбой, изображающей лесные узоры.

Наконец, мне показали вязаную салфетку. Она была выполнена из тонкой пряжи, и её узор напоминал переплетение ветвей деревьев.

– Все забираю, – кивнула я. – Новости есть?

– Ваше высочество, местные служанки спрашивают, можно им на вас тоже поработать?

– Почему нет, – пожала я плечами. – Я появлюсь здесь через три-четыре дня. Пусть покажут к тому времени, что они умеют делать. Ну и договорятся с найрой Патрисией о дополнительной работе на меня.

Служанки в очередной раз поклонились. А я забрала все готовые изделия и активировала портал. Пора было возвращаться во дворец, к одному наглому и излишне скандальному дракону.