Текст книги "Двое непутевых. Русальная неделя (СИ)"
Автор книги: Надежда Сакаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)
Подумать только, я нашла человека, встречавшего моих родителей! Теперь я хотя бы знаю, кем они были, и как их звали, но в голове все равно еще целая куча вопросов.
Что делать дальше? Как вывести недругов на чистую воду, и получится ли у меня это? У родителей вот не вышло, а что могут непутевые русалка с оборотнем, да старик-Кощей?
Но самое главное, где искать отца и мать? Ведь они живы, и теперь я точно это знаю.
– Кхм-кхм… – кашлянул Кощей, нарушая тишину. – Такого я, признаться, не ожидал… ну что ж, значит будем думать.
Думали мы почти до самого утра, но так ничего путного и не надумали.
Кощей не знал, кем были враги моих родителей. Я и Миша – тем более, поэтому решили перебрать все варианты.
– Это точно не волки, – говорил библиотекарь, прихлебывая чаю. – Так шо дружка своего больше не стращай…
И он кивнул на Мишу. Миша довольно улыбнулся, а потом показал мне язык. Я показала в ответ.
– И не темные эльфы, – продолжил Кошей, неодобрительно глядя на наше баловство. – Они с русалками проблем не имели, а сейчас ужо и некому иметь. Король в темнице, принц в нави. Они нынче борьбой за трон куда больше заняты…
– И кто тогда? – спросила, исподтишка пнув Мишу, что продолжал корчить рожи.
Погляди-ка на него! Мы тут вообще-то о серьезных вещах разговариваем…
– Так знал бы – еще тогда помог, – печально вздохнул Кощей, разводя руками. – Но я Академию давненько не покидал, что в мире творится сейчас не ведаю. Однако кто бы на тебя охоту не вел, раз он здесь, то мы его найдем обязательно. Отсюда не сбежать, только если в Темные земли, но туда в своем уме никто не сунется.
– А преподаватели в этом могут быть замешаны? – уточнила, склонив голову набок.
Кощей призадумался, пожевал нижнюю губу и наконец выдал:
– Вряд ли… Они в Академии все давно уже, да и слишком темных среди них нет… эх, жаль, что драко Змий в отъезде. Он бы помог, он мысли читать умеет.
Уже третий раз про этого Змия слышу… а еще и видела его вроде не так давно…
– Так он же вернулся, – выдала, напрягая память. – Когда я пруд наружу вылила, мы с Дивноречной его встретили…
– Он ненадолго заезжал, но потом снова отбыл, – вздохнул Кощей. – Но я ему напишу обязательно, все же хранить покой Академии – это его задача. Тем более, когда тут лиходей расхаживает. А пока не ответил – вы должны поостеречься. Сейчас.
Порывшись в ящике стола, библиотекарь что-то извлек из его недр.
– Вот, возьми, девонька. Ты непутевая, тебе такое пригодится, – и он протянул мне неприметный браслет, походивший на простую веревочку.
– А что это? – спросила, разглядывая подарок.
– Обережка, мной лично деланная, – улыбнулся деда Кош, сверкнув крепкими еще зубами. – От смертельного не спасет, но силу тебе под контроль взять поможет, и научит опасность чуять.
– Спасибо, – искренне улыбнулась в ответ. – Поможешь?
Я обернулась к Мише, протянув ему руку. Тот взял веревочку, завязал ее на моем запястье. При этом пальцы его подрагивали, а щеки до самых ушей залил яркий румянец.
– И тебе волчок, – Кощей достал второй, почти такой-же браслет. – Если она в беду попадет, то ты об этом сразу узнаешь. А коль захочешь – надорви одну из ниток, и тогда к ней часть твоей силы потечет. Только, смотри, осторожней, всю веревку порвешь, и силу всю отдашь, себе не оставишь.
– Спасибо, – буркнул Миша, снова краснея, когда уже я закрепляла на нем обережный артефакт.
– Послушайте, деда Кош. А почему на моих родителей вообще охотились? – спросила, закончив с браслетом. – В смысле, понимаю, король с королевой, но… что такого они умели?
– Морские царь с царицей – оно не просто титул, девонька, – покачал головой Кощей. – Это еще и власть над всей водой мира, и водными сказочными созданиями. Абсолютная власть, которая не должна попасть в дурные руки.
– Так как она попадет, если передается по наследству? Или не передается? – совсем запуталась я.
– Вот тут-то и есть один нюанс, девонька. Сами по себе Ритон с Финой могли только русалками управлять, на путь истинный их наставлять, споры решать, магию раскрывать. Но благодаря царским регалиям их власть и на других водников начинала действовать… впрочем, они ей никогда не злоупотребляли. Лишь решали вопросы особой важности, людям, может, иногда помогали со слишком разбушевавшейся стихией сладить, да следили, чтоб каждый был на своем месте. Они даже в конфликт русалок с волками не вмешивались, потому что это не особо их касалось…
Регалий? Неужели…
– С помощью трезубца что ли? – уточнил Миша. – Вроде слышал, что морской царь везде с трезубцем ходит.
Ого, так в мультике не соврали? А я уж подумала, будто речь о моем кулоне.
– Трезубец лишь бутафория, – хихикнул Кощей. – С ним Ритон смотрелся солиднее, вот и таскал везде с собой. А истинная власть была в медальоне Фины.
Ага, значит, все же правильно подумала.
– А медальон такой, на каплю похожий, маленький и светится? – спросила, затаив дыхание.
– А ты откуда в курсе, девонька? – вскинул брови Кощей. – Впрочем, не отвечай, мне этого точно знать не надобно. Да, маленький и светится. Вот, смотри.
Из того же ящичка он достал маленький рисованный портрет.
На нем были изображены мужчина и женщина, что обнимали друг друга, улыбаясь. Шею женщины украшал медальон, выглядящий точь-в-точь, как мой.
Пальцем я провела по бумаге, погладив лица родителей. У меня были папины глаза и мамина улыбка.
Что же с ними стало и как их теперь найти?
Впрочем, о последнем пока думать особого смысла нет – территорию академии покидать запрещено, значит, в любом случае придется ждать лета.
– Я возьму? – спросила, прижав портрет к груди.
– Забирай, – кивнул Кощей. – Тебе оно все равно нужнее.
– Спасибо…
– Не понимаю… – покачал головой Миша. – Как их смогли достать, если они были такими сильными?
– Так ведь с врагом можно бороться, когда знаешь его в лицо, – пояснил Кощей. – А коли неведомо, откуда беды ждать, то и удар внезапным окажется.
– Но зачем кому-то понадобилось их… – уточнила я.
Произнести слово «убивать» не смогла, поэтому лишь махнула рукой. Впрочем, старик и так все понял.
– Месть, как вариант, – вздохнул он. – Ритон с Финой за все годы правления много кому дорожку перешли… уж очень честными были. А еще власть. Способности, которые медальон дает, это не шутки.
– А им может воспользоваться любой?
– Хмм… – Кощей почесал подбородок, призадумавшись. – Волшебные артефакты вещь капризная, с характером. Если я правильно помню, то лучше всего медальон действовал у членов королевской семьи, затем – у простых русалок, далее шли все водные духи, ну и потом остальные сказочники…
– Так чего мы тут про оборотней с эльфами рассуждали? – нахохлился Миша. – Ясно ведь, что враг среди русалок затесался.
– Не торопись, волчок, – пальцем погрозил ему Кощей. – Русалки против своих правителей пойти едва ли смогут, да и остальным водникам это сложно сделать. Зато какой-нибудь условный леший без вопросов мог бы Ритону с Финой напакостить, потому, что клятвой и магией с ними не связан. А медальон, даже в руках того же самого лешего – сильный артефакт. Значит, искать надо того, кто захотел бы власть над водными созданиями себе получить, и долго шел к этому, раз двадцать лет назад каша заварилась.
– Ну тогда мы в полной ж… – резюмировала я, словив неодобрительный взгляд Кощея за ругательство. – Студенты двадцать лет назад еще слишком малы были, преподавателям, как вы сами сказали, доверять можно… выходит, что враг как бы есть, но его как бы нет, потому что под описание никто не подходит. Враг Шредингера, честное слово.
– Вот что, Мирка, – Кощей вздохнул. – Ты пока не суетись. Учись, на лекции ходи, Березову слушай и по сторонам гляди. Да чуть что – меня на помощь зовите, я может и старик, но много умею.
– И что мне, просто ждать, пока меня убьют?
– Не пока тебя убьют, а пока себя не выдадут, – поправил меня Кощей. – Нам сейчас другого и не остается. А потом Змий приедет, поможет… тогда во всем и разберемся. Сейчас его главное дождаться и глупостей не делать.
На том и порешили.
Глава 16
К удивлению, следующие полтора месяца прошли в абсолютном спокойствие.
Я ждала нападений, оставаясь начеку, но их так и не последовало, будто таинственный злоумышленник решил взять паузу на подготовку к рождественско-новогодним праздникам.
Кощей пытался разыскать новую информацию, но толку от этого не было, а таинственный Змий отвечать ему не спешил, и на связь не выходил.
– Как сквозь землю провалился, – жаловался нам библиотекарь. – Или в другой мир канул, что более реально… надеюсь, до Йоля вернется, иначе, кто Охоту проводить будет?
– До Йоля? – уточнила я.
Хотелось еще и про другой мир спросить, но не рискнула, побоявшись, что информация окажется не для моей нежной психики. Я тут едва с существованием сказочных созданий справилась, не хватало еще и о каких-нибудь параллельных реальностях вдруг узнать.
– Праздник такой, – пояснил Кощей. – Новогодье. Период, когда исход Древних произошел… ну, вы на лекциях по истории это наверняка проходили. А Охота – старая традиция. Ночь, когда студентам разрешено покинуть Академию и выйти в людской мир.
– Ага, понятно, – кивнула я, ничего не поняв.
Впрочем, Кощей ошибся – Йоль приближался с каждым днем, а Змий все равно не вернулся.
Похолодало, выпал первый снег, что через пару недель сменился пушистыми сугробами. От замка до самых необходимых мест, вроде теплиц, расчистили тропинки, но вся остальная территория Академии утопала в белой непролазной вате.
Соня недовольно ворчала о том, что пруды давно бы пора прикрыть навесом – несмотря на всегда теплую воду, температура воздуха на улице стремительно уходила в минус, и русалки залазили туда с неохотой, лишь по особой нужде. Зато для меня в этом был хороший момент – Урьюшка прекратила мучить меня на дополнительных занятиях (и мучиться на них самой).
Тонкокостные феи тоже негодовали, вспоминая добрым словом свое родное королевство – за пределами замка их крылья моментально покрывались инеем. Стрекозы кутали их в шарфы, выглядя при этом уморительно, но помогало такое мало.
Одни только оборотни радовались, каждую свободную минуту играя в снежки и резвясь в волчьей чаще в своем зверином обличие. Теплые шкуры защищали их от холода, а будучи людьми они так носились по сугробам, что не успевали замерзнуть.
Ну и гномы, может, еще не так страдали – толстокожие от природы, с густой растительностью на лице (причем вне зависимости от пола), они бурчали больше из вредности, чем из-за реальных проблем.
Накануне самой длинной ночи в году, открывавшей рождественские праздники, замок украсился еловыми венками, шариками и пучками омелы, превратившись в настоящую сказку.
– Иди к ним, если хочешь, – проговорила я Мише, ткнув пальцем в сторону улицы.
Сейчас мы впятером – я, девчонки, волк и водяной-Вася – сидели в коридоре Академии возле окна.
– Не хочу, – поморщился оборотень.
После разговора с Кощеем он взял на себя роль телохранителя, и одну меня отпускал разве что в туалет да спать. И то, иногда ночами мне казалось, будто я слышу под дверью волчий скулеж.
– Тогда и рожу такую кислую не делай, – фыркнула Соня. – И вообще, меня от тебя уже тошнит. Ущербная! Я понимаю, любовь-морковь, но вы хоть на секунду разлучаетесь, а?
После ее слов Миша густо покраснел, но промолчал.
– Да ладно тебе, – добродушно усмехнулся Вася. – Оставь его в покое.
– А, по-моему, это очень мило, – мечтательно заметила Злата. – Не обращай внимания, Мира, вы такая красивая пара.
Теперь пришел мой черед краснеть, но я тоже промолчала – разубеждать девчонок смысла особого не было. Рассказывать им про охоту на мою семью мне не хотелось, а так ни у кого не возникало лишних вопросов.
Считают, что мы пара? Ну и ладно. На самом деле-то все не так, и Миша мне просто друг.
– Ага, очень… – закатила глаза Соня. – Как я и говорила, до тошноты.
Задрав голову, она показала характерный жест, сунув себе пальцы в рот, но тут же замерла.
– Что там? – Злата тоже посмотрела наверх и улыбнулась. – О, омела… целуйтесь, голубки.
Целоваться?
Нет, я конечно понимаю, что это типа традиция, но…
Окончить мысль мне не дал Миша – он вдруг с какой-то отчаянной решимостью прижал меня к себе, зажмурился и поцеловал.
Это оказалось слишком внезапным, так что воспротивиться я не успела. Да и смысла особого при девчонках сопротивляться не было – еще потом вопросы задавать начнут, всякое такое…
Целоваться Миша совсем не умел – он действовал как будто с нарочитой грубостью и наглостью.
Но и абсолютно неприятным происходящее назвать не могла – внутри меня что-то отозвалось на его движения.
Прикрыв глаза, я закинула руки на плечи парня. Миша вздрогнул, словно не ожидал этого. Отстранился, заглянув мне в лицо.
Ну вот, а у него только начало получаться…
Зрачки волка, как и всегда, горели желтым, и выглядел он сейчас довольно мило – раскрасневшийся, немного растерянный, но при этом жутко довольный.
– Фу-у-у… не могли сначала предупредить? Мне теперь кошмары сниться будут, – скривилась Соня.
– А не надо было смотреть, – заявил Миша, улыбаясь и сияя, как только что начищенный медный таз.
– Ну тебя, Злюка, это было очень мило, – заметила добродушная Злата.
Я промолчала.
Соня собиралась было добавить что-то еще в своем едко-насмешливом стиле, но ее опередил Вася.
– Слыхали, сегодня вечером Охота будет? – перевел тему он.
– Конечно слышали, весь замок на ушах стоит, – фыркнула Соня. – Только нам с этого что? Первокурсников все равно ни туда, ни к людям не пускают. Да и вести ее вроде не драко Змий будет, а кто-то другой, и значит, Охота без короля останется…
– А жаль… – мечтательно прищурился Миша.
– Ничего, в следующем году побываешь, – утешила я оборотня.
Действительно, в первую ночь новогодних праздников, длившихся почти две недели, всем студентам разрешалось покинуть пределы Академии и наведаться домой. Или отправиться в мир людей, присоединившись к Дикой Охоте.
Ни то, ни другое меня, если честно, не прельщало. Среди сказочников друзей у меня имелось мало, а те, кто и был, находились здесь же, в Академии. Что же насчет Охоты… ну какая радость по морозу носиться, да людей пугать?
Впрочем, судя по горящим глазам некоторых старшекурсников, радость в этом они все же находили.
– Да уж надеюсь, – вздохнул волк. – Мне дед столько всего интересного про нее рассказывал… говорит, очень весело было.
– Зато завтра обещали торжественный ужин, – перевела тему я, чтобы отвлечь волка.
– Так то завтра, а сегодня обычный, – покачал головой оборотень, явно не желая отвлекаться.
– Врал все твой дед, – фыркнула Соня. – Мне мама тоже рассказывала, говорит все жабры себе отморозила.
– А мой дядя говорил, что ему понравилось, – возразил Вася. – Холодно, это да, но зато потом столько эмоций…
Так мы и обсуждали Дикую Охоту, сидя возле окошка, пока во дворе не стали собираться студенты, желавшие принять в этом участие.
– Это Прашка что ли? – Соня ткнула пальцем в стекло. – Я думала, кроме тебя, у нее друзей нет…
Я пригляделась. Действительно, во дворе стояла моя подруга-кикимора, отчего-то разонравившаяся соседкам. То и дело дергая себя за косички, она болтала с каким-то парнем, вроде из эльфов.
– Так это не друг, а жених, – авторитетно заявил Вася, когда, привстав на цыпочки, девчонка обняла эльфа.
– Тем более… – поджала губу русалка.
Праша тем временем помахала эльфу и отправилась в сторону замка.
Странно, почему она мне не рассказывала прежде о своем знакомом? Интересно, кто это? И насколько у них все серьезно?
– Ладно, погнали, а то на ужин опоздаем, – хмыкнул Миша, и мы дружной гурьбой направились в столовую.
Несмотря на то, что большая часть студентов сейчас толпилась во дворе, ожидая отправки в людской мир, академия не пустовала. Здесь остались все первокурсники и многие из природных сказочников. Соня правильно заметила – русалкам хвосты морозить не хотелось, зато оборотни с гномами почти все свалили.
В общем, в столовой хоть и оказалось потише обычного, да все равно народ присутствовал. Вон, например, русалка с почти таким же ехидным лицом, как у Сони, а рядом полненькая девчонка. Обе на вид уже курсе на третьем, хотя девчонка ни на дриаду, ни на кикимору не похожа. Может нимфа? Ну нет, тоже вряд ли…
– И что ты там ищешь, убогая? – спросила Соня, грохнув подносом об стол так, что я вздрогнула от неожиданности. – И почему он тут?
Русалка кивнула на Мишу. В связи с наличием свободных мест, сегодня волк решил есть с нами.
– Чтоб ты спросила, – оскалился тот. – Тебе не говорили, что от вредности кожа портится?
– Кожа от наглости портится, – фыркнула Соня. – Например, если ты будешь и дальше наглеть, то я тебе ее расцарапаю.
И она помахала перед лицом волка рукой, с накрашенными черным лаком ногтями. А может, темно-синим – как по мне, так они у нее ничем не отличались.
– Ну что ты за русалка такая противная? – покачал головой Миша. – К феям пойти не пробовала? Они тебя точно за свою примут.
– Да ладно вам… что вы, как кошка с собакой? – миролюбиво заметил Вася.
– Ну, положим, он и есть собака натуральная…
– А ты что, думаешь, кошка? – фыркнул волк. – Так, селедка недосоленная…
Эх, хорошо, когда не тебя подкалывают.
Глядя на перепалку Сони и Миши, я молча кушала, изредка улыбаясь каким-нибудь особенно смешным определениям. И хоть в словах ребята ничуть не стеснялись, но было видно, что ругаются они не всерьез, а скорее для отработки навыков язвительности.
– Слушай, а где твоя подружайка? – наконец угомонившись, вскинула брови Соня.
– Какая подружайка? – несколько растерялась я.
– Кикимора эта болотная. Удивительно, что она с нами тут не сидит, – пояснила русалка.
– Праша? Не знаю…
Привстав, я оглядела столовую. Действительно, куда она подевалась? Мы ведь ее недавно во дворе видели, но на ужин она не пришла.
– А может, она на Охоту отправилась? – предположила Злата.
– Какая Охота, она ведь тоже первокурсница? – хмыкнул Миша. – Наверно уж со своим эльфом где уединилась…
Нет, надо точно об этом парне потом у Праши подробней расспросить. А то что за дела? Она там с кем-то познакомилась, а я даже не в курсе.
Закончив есть, мы направились к выходу, и уже в дверях встретили кикимору.
– Привет, – улыбнулась та, теребя свою косичку.
– Тааак, Праша, и кто это был? – тут же спросила я.
– Девчат, я пошел, – махнул рукой Вася, видимо не пожелав участвовать в женских разговорах.
А вот Соня со Златой остались, хоть и стояли молча. Миша тоже остался, но судя по лицу, предпочел бы смыться.
– В смысле? – захлопала глазами Праша.
– Эльф. Во дворе, – пояснила я, нетерпеливо мотнув головой.
Нет, ну не все же девчонкам меня с Мишей обсуждать, верно?
– А-а-а… – протянула кикимора, и глаза ее забегали. – Да это так, просто знакомый…
– Вот как? И что между вами? Вы встречаетесь?
– Нет, ты что! – Праша замахала руками. – Просто я его попросила мне кое-что из мира людей принести…
– Точно?
– Точно. Ладно, прости, Мира, но я жуть какая голодная, – и Праша неловко улыбнулась, будто извиняясь, а затем обошла меня.
– Ты вечером к нам зайдешь? – спросила ей вслед, словив неодобрительный взгляд Сони.
Ну да, она ведь просила меня кикимору больше в гости не звать, а я совсем об этом забыла…
– Нет, я спать сегодня хотела пораньше лечь, – взгрустнула Праша. – Может, в следующий раз?
– Договорились.
– Мира, и что это было? – прошипела Соня, едва мы отошли подальше.
– Да ну тебя… уверена, Праша нас Березке не сдавала, – фыркнула я.
– А кто тогда сдал?
– Да никто не сдавал, просто нам не повезло.
Аргумент на Соню не подействовал, и остаток дороги до комнаты мне пилили мозги. Миша, конечно, пытался заступаться, и переводил огонь на себя, да куда непутевому волку с вредной русалкой справиться?
Уже возле самой комнаты я запнулась, остановившись. Сердце внезапно сковало тревогой, браслет Кощея обжег кожу, а все чувства внутри буквально завопили: «беги отсюда как можно дальше!».
Девчонки ушли на пару шагов вперед – они явно ничего не чувствовали.
– Ребята! – закричала я им вслед.
Если бы была одна – уже бы точно давно побежала, настолько меня поглотила паника. Но не оставлять же друзей в опасности?
Это меня и подвело.
Спустя секунду тело окутал густой дым, уши заложило, а сама я будто очутилась глубоко под землей.
Проклятье. Кажется, таинственный недоброжелатель решил проявить активность в самый неподходящий момент. Ведь именно сегодня я позволила себе немного расслабиться – и нате, распишитесь. Тут же на меня свалилось… кстати, а что это?
Судя по пульсации обережки, выданной Кощеем – явно опасное. Скорее всего, даже смертельное.
– Эй, что случилась? – прокричала в пустоту, и тут же закашлялась.
Навалилась слабость, но не такая апатичная, как в прошлый раз, когда меня схватил плотоядный плющ, а больная – кожа воспалилась, кости словно превратились в кисель.
Глаза выедал едкий черный туман, легкие саднило. Никого из друзей я рядом не видела, так что оставалось лишь надеяться, что с ними все хорошо.
– Мира! Где ты? – раздался в голове голос Миши спустя бесконечно долгое время, показавшееся мне целой вечностью.
Какое счастье. Вот уж не думала, что буду радоваться голосам в голове, но сейчас услышать его оказалось большим облегчением.
– Я не знаю! – снова прокричала, понадеявшись, что так мои слова дойдут до волка.
– Соня и Злата в порядке, – не в кон ответил Миша. – Они кое-что придумали, а пока держись. Я рву веревку.
После его слов мне стало легче – тело наполнила сила, глаза перестало жечь, хотя я по-прежнему ничего не видела…
Стоп, рву веревку? В смысле, талисман Кощея? Но почему тогда веревку, а не нитку? Проклятье, надеюсь он не решил отдать мне все? Потому что если он пострадает, я сама его убью!
А ведь этот дурак может – он такой… слишком бесшабашный и честный. А еще привык к своей регенерации, и думает, что все ему нипочем!
Волк-идиот… глупый оборотень…
Мысли в голове стали путаться, я снова начала задыхаться. Силы покидали меня с каждой секундой, и даже помощи Миши теперь не хватало.
Когда уже почти потеряла сознание, попрощавшись с этой жизнью – все закончилось так же резко, как и началось. Мгновение – и я лежу на каменном полу, с колотящимся сердцем, но без боли.
– Мира, ты в порядке? – словно сквозь вату раздались голоса девчонок.
Я попыталась открыть глаза, однако вдруг осознала, что они уже открыты, просто это мне ничего не видно.
– Мира, ты меня слышишь? – с тревогой произнесла Соня, коснувшись меня своей прохладной ладонью.
Вот уж не ожидала от нашей русалки такого тона. Видимо, сейчас я и впрямь фигово выгляжу… только почему ничего не вижу? Что с моими глазами? И отчего их жжет огнем?
– Не шевелись, я сейчас, – а это уже Злата.
Дриада вернулась действительно быстро (если она куда и уходила). Спустя несколько секунд глаза наконец перестало жечь, а зрение начало возвращаться, хотя и расплывчато.
– Ну и напугала ты нас, убогая, – выдохнула Соня, возвращаясь к своему привычному насмешливому тону. – Мы уж думали все, придется объяснять Березке, почему ты исчезла.
– Я исчезла? – переспросила с удивлением, ничего не понимая.
– Да, а когда появилась, глаза у тебя были черные, и ты будто ничего не видела.
– Потому что она ничего не видела, – вставила Злата. – Хорошо, что у меня были капли остроглаза, которые от всего подобного помогают.
– Да уж, повезло, – хмыкнула я, потирая голову. – А что это было, и как вы меня вернули? Это ведь вы вернули?
В горле пересохло, да и в целом состояние оставляло желать лучшего, но теперь хотя бы кости не болели, и дышать я могла вполне свободно. А еще видеть… однако, как же мало надо для счастья.
– Мы, хотя и удивительно, что живую, – протянула Злата.
Кажется, она понимала в случившемся больше нас всех.
– Почему? – снова спросила я, пытаясь растормошить ошарашенную подругу.
– Потому что ты попала в капкан к мракотворцу, а оттуда редко возвращаются, – нахмурилась дриада, и потом рассказала нам все, что знала.
Оказалось, мракотворец – это редкое и очень опасное растение, которое сейчас водится только в Темных землях. Выглядит оно весьма непримечательно (и от того становится еще более опасным) – маленький кустик черного цвета. Но если на него наступит хоть что-то живое, то он тут же это «что-то» скрывает от посторонних глаз, и быстро высасывает энергию. Особо ему нравится питаться страхом своей жертвы.
И что примечательно, даже маленький листик мракотворца еще какое-то время сохраняет свои способности, и может вырасти в целый куст, если поймает достаточно жертв. А еще его можно натравить на определенного человека, если перед этим дать попробовать какую-то его вещь, или каплю крови, или даже волос.
– Раньше мракотворцы росли на глухих болтах, но из-за опасности, а еще того, что их использовали для нацеленных убийств, было принято решение растение уничтожить, и теперь оно осталось лишь в Темных землях, – закончила Злата.
– А откуда ты все это знаешь? – вскинула брови Соня.
– Так Жорик же жмапик… поэтому я весьма подробно изучала флору Темных земель, – растерялась дриада.
– Но если мракотворец так опасен, то почему я еще жива? – спросила, наконец сумев встать на ноги.
И тут же осознала масштабы произошедшего. Повезло, что у меня в подругах есть дриада… будь здесь одна Соня – мне бы наверняка пришел кирдык.
– Без понятия, – смущенно развела руками Злата. – Нет, то есть справиться с мракотворцем помог Жорик, ведь среди флоры Темных земель они естественные конкуренты за еду…
И дриада потрясла горшком, в котором чавкал челюстями жмапик. Что ж, если своей жизнью я обязана ему, то похоже, придется купить пару килограмм мяса в знак благодарности…
– Но если честно, ты провела в капкане мракотворца слишком много времени, – продолжила дриада. – Чудо, что ты не только осталась жива, но и сохранила зрение… глаза – это первое, что страдает…
– Ага, чудо… – покивала я.
А потом до меня дошло. Мрак и Миша, кричавший про то, что разорвет веревку.
Стоп, а где же он?
Я огляделась, проклиная себя за то, что не сделала этого раньше. Ох, Мира, ну и хороша же ты – сидела тут, про растения-цветочки слушала. А о том, что стало с оборотнем – даже не подумала…
Впрочем, меня оправдывало то, что я чуть не умерла за пару минут до этого. К тому же ноги мои до сих пор дрожали, и я продолжала сидеть на полу, не в силах подняться.
Мишу увидела почти сразу – оборотень лежал в десятке шагов от меня. Вид у него был очень нездоровый: кожа бледная, руки раскинуты…
Я подскочила, но тут же рухнула обратно – ватные конечности отказывались работать.
– Осторожней, – Злата подхватила меня под руку. – Не волнуйся, с ним все должно быть в порядке. Он под действие мракотворца не попал, да и регенерация оборотней…
Соня встала с другой стороны от меня, подставив плечо.
– Не было у него никакой регенерации, он ее мне всю отдал, – прошептала, чувствуя, как щеки стали мокрыми.
Проклятье, неужели волк пострадал из-за меня? Или и того хуже…
Нет, об этом лучше не думать! Он крепкий, он должен был выдержать! Иначе я его с того света достану и покусаю…
Опираясь о девчонок, я кое-как доковыляла до Миши, опустилась на колени рядом с ним. Вблизи волк выглядел еще хуже – губы пересохли, сливаясь с лицом, а вокруг глаз залегли черные тени, будто он не спал неделю.
Злата с Соней отошли в сторонку. Вид оборотня их тоже впечатлил – дриада испуганно прижимала ладони ко рту, а русалка грызла ногти.
Я приложила ухо к груди волка, и слезы брызнули в разы сильнее – там была гулкая тишина.
Миша… нет, быть того не может.
Сердце наполнилось такой болью, что я едва снова не потеряла сознание.
Как же так? Не верю…
В груди застрял огромный ледяной ком, не позволявший ни вдохнуть, ни выдохнуть. А еще внезапно пришло осознание того, что я привязалась к Мише куда больше, чем думала сама. И что он смог проникнуть в мое сердце гораздо глубже, чем просто друг, хотя раньше я и отказывалась принимать этот факт…
– Да вставай ты, волк позорный! – в бессилии ткнула оборотня в плечо, уткнувшись ему в грудь. – Вставай, слышишь! Я ведь без тебя не смогу!
Бесполезно.
Миша даже не шевельнулся, хотя я насквозь промочила его футболку своими слезами.
– Ты, может, и непутевый волк, но зато мой, родной… – всхлипнула я, и добавила, совсем тихо: – Любимый…
– Любимый? – хрипло произнес Миша, открывая глаза. – Значит, и без омелы поцелуешь?
– Ты что, притворялся? – возмутилась, принявшись бить волка кулаками в грудь. – Да я же чуть не умерла от страха! Гад! Псина сутулая!
А потом заплакала с новой силой, и склонившись, поцеловала его.
– Мне трудно дышать… – прохрипел волк, когда отстранилась. – Хотя ради такого стоило потерпеть.
– Тебе больно? – встревожилась я, сразу перестав ругаться, и принялась разглядывать парня на предмет повреждений. – Может Злата даст тебе какую-нибудь настойку?
– Забыла, что ли? Регенерация оборотней лучше любых настоек, – гордо расправил плечи Миша. – Хотя еще от одной игры с щукой я бы сейчас не отказался, чтоб стресс снять. Я безумно напугался за тебя, Мира…
И подняв руку, он большим пальцем погладил меня по щеке с непередаваемой нежностью.
– Кхм-кхм, кончайте голубки, – сбоку раздался недовольный голос Сони. – И может кто-нибудь объяснит мне, почему на тебя, убогая, натравили мракотворца? Его ведь явно натравили, иначе попались бы все…
– Натравили, – согласно закивала Злата. – Но судя по оберегу, Мира ожидала чего-то подобного, и теперь мне интересно, кто же она такая, и почему из-за простой русалки по академии разбрасывают смертельно-опасные растения?
– А может сперва в комнату переместимся? А то пол тут холодный и жесткий, – предложил Миша, поднимаясь на ноги.
Девчонки согласно кивнули, помогая подняться и мне. Волк тоже в помощники рвался, но его самого пока что шатало.
– Готовилась потому, что это уже второй раз… до этого был плющ какой-то стремный… – поглядев на подруг, протянула я, когда мы оказались в спальне.
А потом все им рассказала – о покушениях, о родителях и прочем. В конце концов, они меня спасли (вместе с Мишей). Как после этого я смогла бы их обманывать?
– Во дела, – почесав затылок, выдала Соня, растеряв всю свою вредность. – Так ты, выходит, принцесса морская?
– Ну, видимо так, – развела руками я.
Принцессой – ни морской, ни обычной – себя явно не ощущала. Скорее уж непутевой девчонкой, случайно занявшей чье-то место.
– Можешь меня казнить, но звать тебя «Ваше Величество» я не стану, – фыркнула русалка, уже взяв себя в руки.
– И не надо.
– А у лесных созданий такого нет, – заметила Злата. – Правителей, в смысле, нет. Каждый сам по себе. И про морского царя я только на лекциях слышала, и то мельком.
