Текст книги "Двое непутевых. Русальная неделя (СИ)"

Автор книги: Надежда Сакаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)

Глава 9

Следующим уроком стояла сказочная ботаника, так что возможности вернуться к чтению у меня не появилось. Так я и мучилась до конца дня, терзаемая любопытством, а после отработки наказания, сразу поспешила в свою комнату, чтобы вновь приняться за морских русалок.

– Ты там часом не заболела, ущербная? – подозрительно прищурилась Соня, глядя как я устроилась на кровати с книжкой в руках.

– За собой следи, вобла, – отмахнулась, открывая учебник.

– Молодец, Мира, учиться всегда полезно, – поддержала меня Злата.

Она только этим (в смысле, учебой) и занималась в свободное время, ну еще и Жориком.

Русалка фыркнула и продолжила пилить ногти, больше не обращая на меня внимания, а я углубилась в чтение.

«Сирены отличаются темным, почти черным оттенком волос и хвостов. Природной магией обладают в среднем объеме, способны управлять только морской водой. Отличительной особенностью является магия очарования. С помощью своего голоса сирены способны завлекать людей и сказочников, располагая их к себе…»

Ага, про это я еще в школе слышала. Вот уж точно, как там говорил Миша? Все мифы правдивы.

Впрочем, я точно не сирена – голос у меня отвратительный.

«Морские девы обладают насыщено-синим оттенком волос, распространены во всех морях и океанах. На сушу выходят редко, живут на глубине. Уровень владения магией – выше среднего. Отличительные особенности зависят от места рождения и семьи…»

Опять непонятности. Хотя, волосы у меня вроде синие, но живу я явно на суше, а эти больше на героев мультика про Ариэль похожи.

«Нереиды предпочитают селиться вдоль берега, магией воды владеют на среднем уровне…»

Я листала и листала учебник, но ничего полезного не нашла. Ни упоминания о разноцветных русалках, ни о чем-то подобном. Разве что узнала, что сигилумы – это сказочники с хвостами тюленей, а хлюпики появляются в дождь.

Похоже, нам с Мишей так и придется совершить набег на библиотеку. Правда не факт, что это закончится чем-то полезным, но попробовать все равно стоит.

Всю следующую неделю, каждый вечер во время отработки наказания, днем на обеде и утром за завтраком я уговаривала Мишу пошуршать в библиотеке.

Противный оборотень, обычно легко соглашавшийся на всяческие авантюры, в этот раз мялся, молчал и увиливал от ответов.

– Миша! – в конце концов зажала его в угол я. – Ты волк, или пес? Что за дела? Почему ты сливаешься?

– Да ну тебя Мира, – нахохлился оборотень. – Это же Кощей, не хочу я к нему вламываться.

– Придется. Или ты одну меня отпустишь? – и я состроила наивные глазки.

Волк фыркнул, потом вздохнул, потом снова фыркнул и снова вздохнул, еще грустнее и печальней, чем прежде.

А после все же выдал:

– Ладно. Пойдем в эту субботу.

– Ура!!! – я порывисто обняла Мишу, и к моему удивлению, волк покраснел.

– Погоди радоваться, еще план надо придумать… – пробурчал он.

План придумался быстро и был, в принципе, прост – дождаться, пока Кощей уйдет, вскрыть замок библиотеки с помощью волос домового, быстро взять нужное и свалить. Теперь оставалось только раздербанить бороду нужного сказочника, и может неделю назад я бы и задумалась, где взять живого домовика, да только после отработки наказания…

– Ленивыч! – переглянувшись, хором воскликнули мы вместе с Мишей.

– Только он нам свою бороду просто так не отдаст, – почесал затылок волк. – У домовых борода это святое, а академический, к тому же, вредный безмерно…

– Тогда мы сами заберем! Где он прячется знаем, подкрадемся, кусок отрежем и убежим. Все равно он слишком ленив, чтобы погнаться за нами…

– Не недооценивай любовь домовых к своей бороде, – вскинул палец оборотень, но на предложение все же согласился.

И вот, в субботу утром, мы отправились на кухню.

* * *

Как-то раз волк с русалкой пришли к домовому и говорят…

Ладно, мы ничего не говорили, мы просто прокрались на кухню, подошли к печке…

– И где он? – спросил Миша, оглядев пустую лежанку.

– Без понятия, – ответила, спрятав ножницы поглубже в карман. – Давай искать.

– Кого это вы искать собрались? – раздался скрипучий голос откуда-то сверху.

Мы синхронно задрали головы – домовой сидел на трубе, разглядывая нас с некоторым подозрением.

– Спускайтесь, мы вам молока принесли, – ласково проговорил оборотень.

– А чего это у вас в руках? – прищурился домовой.

– Ничего, – я показала ладони. – Мы только хотели поблагодарить вас за поддержку в нашем наказании. Вы же здорово нам помогли.

– Я? Помог? Вы меня ни с кем не путаете?

Тем не менее, он спустился чуть ниже.

– Хватай его! – скомандовала я Мише, и оборотень попытался исполнить это.

– Ага, за бородой моей пришли! – закричал домовой, ловко отпрыгнув. – Фиг вам, а не борода!

Неприлично быстро вскарабкавшись на верхние шкафы, он принялся осыпать нас всякими съедобными запасами.

– О, еда! – довольный Миша поймал кусок хлеба, сунув его себе в рот.

– Хватит жрать, лови его давай! – хлопнула волка по рукам я, и тут же получила по голове буханкой недельной давности. – Ай, такой и черепушку проломить можно!

Вместо ответа на нас посыпалась манка.

– Я ж потом ее из волос не достану! – возмутилась я.

– Это ж сколько каши пропало, изверг, – в свою очередь возмутился Миша.

Следом пришел черед риса, гречки и…

– О, печеньки, – ляпнула, не подумав, схватив шоколадный кругляш.

– Мира! – взвыл оборотень, превращаясь в волка.

Домовой фишку Миши просек сразу, а после не преминул ей воспользоваться.

Следующие полчаса несчастный оборотень устал перекидываться, и все это под непрекращающимся градом из съестного, что сыпался на нас сверху.

Да уж, как-то непонятно даже, кто за кем тут охотится…

В финале (после картошки, кренделей и лапши) на нас высыпался куль муки, так что мы стали похожими на привидения.

– Ахахах, – тыча пальцем, бессовестно заржал домовой. – Будете знать, как пытаться мне бороду отрезать! И не таких обламывал!

Он так увлекся, что от смеха не удержался на высоте и рухнул вниз, прямо нам под ноги.

– Ага! – мы с Мишей кинулись на него, столкнувшись лбами, но все же кое-как сумели поймать.

Еще полчаса ушло на то, чтобы зафиксировать матюкавшегося домового и отрезать ему кусок бороды. При этом он покусал каждого из нас, а в Мишу и вовсе плюнул.

Наконец, мы выбрались в коридор, заперев злого, как черт, старикана в кухне, и переглянулись.

– Знаешь, Мира, – протянул волк, утирая муку с лица. – Что-то план у нас был дурацкий… если и с библиотекой так же выйдет, то мы академию закончить не сможем.

– Почему это? Нас исключат?

– Нет. Нас Кощей пришибет.

– Мишка, не трясись! – я хлопнула волка по плечу. – Его же там не будет…

– Ага-ага… а вдруг он прямо в библиотеке ночует?

Такой вариант мне в голову не приходил – разве кто-то станет спать в библиотеке? Впрочем, слова волка заставили начать волноваться, и поэтому, не давая себе передумать, я бодро фыркнула:

– Значит, мы тихонько, чтоб не разбудить. Идем уже.

Ну а о том, как мы, больше похожие на огромные нагеттсы, чем на живых сказочников, добирались до спален, лучше промолчать. Зато, будет что детям рассказать, если Кощей нас не убьет.

Или детям такое не рассказывают?

* * *

Ночь. Академ-библиотека. Мерцающий волшебный свет. В бликах луны – два человека. Пути назад у них уж нет.

– Чего ты там бормочешь? – волк прервал мой лирический настрой самым грубым образом.

Я не ответила – мы подошли уже близко и шуметь лишний раз не хотелось.

– Ну что, погнали, – без особого энтузиазма хмыкнул оборотень, толкнув деревянную створку.

Та открылась с легким скрипом.

– Это чего, мы зря что ли домового щипали? – не выдержала я. – Я ж эту муку так до конца с волос и не отмыла.

– Тише ты, – шикнул Миша.

Ну да, ему можно болтать – он же про себя. А я, значит, помалкивай… все же русалки не такие крутые, как оборотни.

Осторожно ступая, мы пробрались внутрь. Темно, ничего не разглядеть. Как тут нужные книги искать?

– Идем, – волк уверенно потянул меня за руку.

Ага, ночной хищник, в темноте все прекрасно и без специальных приборов видит.

Миша вел меня мимо книжных полок, пока, наконец, мы не остановились напротив внушительного шкафа, полного толстых фолиантов.

– Это запретная секция? – тихо выдала я, рассматривая золоченные буквы, тускло мерцавшие в темноте.

Совершенно непонятные буквы.

– Какая запретная? – удивился волк. – Тут нет запретных. Давай, выбирай, что тебе нужно, и пошли скорее. У меня нехорошее предчувствие.

– А как тут выбрать, если они все на тарабарском?

Действительно, вместо знакомых слов я видела лишь непонятные символы, похожие на древние руны.

– В смысле тарабарском? Они на общесказочном… а-а-а, точно, ты же у людей жила, – и оборотень хлопнул себя по лбу. – А как теперь быть?

– Давай возьмем что есть, а ты мне потом переведешь, – предложила единственный выход. – Выбирай про русалок. Кстати, почему учебники тогда на русском?

– Видать, Кощей тебе такие выдал, – пожал плечами волк, принявшись разглядывать книги и доставать их с полок.

Спустя минут десять мы направились обратно к выходу, нагруженные стопками толстых томов – на всякий случай волк взял всего и побольше.

Дверь темным полотном уже маячила впереди, когда из-за стойки донесся ехидный голосочек:

– А в карточку записать вы это не собираетесь? Непорядок…

Проклятье. Кощей.

Следом за голосочком раздался грохот – это Миша уронил книги.

– Мира, валим скорее, – раздался в голове его голос.

– Я же просил тебя говорить вслух, – недовольно нахмурился Кощей-библиотекарь, зажигая лучину.

В дрожащем свете огонька его лицо весьма отчетливо напоминало череп.

Ой, страшно-то как. И чем я интересно думала, предлагая такую авантюру?

– Простите, господин Кощей, мы комнаты перепутали, – произнесла заплетающимся языком, двигаясь к выходу.

– Ага, особенно с учетом того, что это единственная комната в коридоре.

Ну вот, он не поверил. Неудивительно, отговорка у меня вышла весьма посредственной, но это из-за того, что я очень нервничала.

– Что поделать, мы непутевые, – развела руками, а потом не выдержав, схватила Мишу и побежала к выходу.

Впрочем, далеко уйти нам не удалось – заветная дверь захлопнулась прямо перед нашими носами, и мы едва успели остановиться, чтобы не врезаться в нее.

Ну вот, кажется сейчас меня будут есть. Или что там Кощей со своими пленниками делал? А мы ведь даже никому не сказали, куда отправились. И кости наши искать в библиотеке никто не догадается…

– Только не ешьте нас! – прошептала я, зажмурившись.

– С чего мне вас есть? – удивился Кощей. – Вы, вон, тощие, смотреть страшно. Эх, вот раньше люди были… дородные! А сейчас что? Куда ни глянь, везде эти ваши ПП и ЗОЖ… тьфу!

Здорово. Есть нас не будут – просто сразу убьют.

– Та шо вы такие испуганные? – продолжил старичок, глядя на наши круглые глаза. – Идемте за стоечку, я вам чаю налью, заодно книги оформлю. Карточки-то свои взяли? Без карточек не положено.

– Я не взял, – пискнул вслух волк, заставив меня нервно расхохотаться.

Не, ну почему у него голос такой тоненький? Вроде возраст уже не детский, а говорит чисто как ребенок.

– А вот это, молодой человек, печально, – погрозил ему пальцем Кощей. – Все же в библиотеку пришли.

И как ни в чем не бывало, он развернулся и направился к своей стоечке. Мы собирались было пойти следом – выхода все равно не оставалось – но старичок строго добавил:

– Книжки-то соберите. Негоже им на полу валяться.

Это было очень странно – поднимать толстые фолианты, в то время, как главный злодей сказок заваривал ароматный чай и зажигал магические светляки.

– У меня тоже карточки нет, – произнесла я, когда мы закончили.

– Эх, безголовая нонче молодежь, – вздохнул Кощей. – Ладно, посмотрим, что тут у вас… а ты, девонька, разве на всеобщем сказочном читаешь? Березка говорила, тебя у людей растили, вот я и подумал…

– Не читаю, – призналась, взяв в руки горячую кружку, которую мне протянул библиотекарь.

Паранойя внутри подсказывала, что в кружке яд, и выпив чаю, я умру мучительной смертью. Здравый смысл в ответ шептал, что кажется, не так страшен Кощей, как его малюют.

– А чего тогда нахапала? – удивился тем временем старичок. – И почему днем не пришла? Тоже шо ли сплетен обо мне наслушалась?

И он как-то грустно вздохнул.

Миша помалкивал, хлюпая чаем. Разумно, с учетом того, что источником сплетен был именно он.

– Ладно, давай посмотрим, есть ли аналоги на русском, – выдал Кощей, так и не дождавшись ответа. – Что тут у нас? «Энциклопедия водных сказочников», «История русалок»…

Он пристально посмотрел на меня, но комментировать не стал, продолжив бормотать себе под нос названия взятых нами книг.

А я совсем растерялась.

Чего ждать-то от этого Кощея? Он тот враг, о котором родители предупреждали, или все же не он?

– Ладно, – наконец хлопнул в ладоши старичок. – Этого на русском нет, но думаю, волчонок вполне в силах перевести то, что тебе нужно. Ну, если хочешь, и я помогу…

– Спасибо, господин Кощей, мы пока сами попробуем, – покачала головой я, так пока и не решив, как к нему относиться.

– Какой же я господин? Зови меня деда Кош… пробуйте сами, а коль чего, то где меня искать вы знаете, – и поднявшись, старичок принялся убирать опустевшие чашки.

– Тогда мы это, пойдем, – Миша тоже встал, протянул руки к книгам.

– Куда? – хлопнул его по ладоням библиотекарь. – Завтра возьмете, чтоб я в карточки вписал. А то наберете, а потом где вас искать? Я их отложу пока…

Спорить с ним мы не стали, а лишь поблагодарили, попрощались и ушли.

– А почему вы не спали? – спросила я, уже стоя на пороге.

– Так я ж старый, у меня бессонница, вот и приходится ночи коротать, – Кощей потряс газеткой с кроссвордом. – Да и комната у меня прямо в библиотеке, чтоб на работу далеко не ходить. Ноги-то уже не те…

Глава 10

Кощей не соврал – он выдал нам стопку учебников, едва утром мы вернулись к нему с карточками. А кроме этого напоил нас чаем с булочками – чтобы успеть забрать все до начала занятий, нам пришлось пропустить завтрак.

– Заходите в гости, можно даже ночью, – улыбнулся библиотекарь на прощанье, а после мы отправились получать знания.

Следующий месяц пронесся незаметно. Днем я ходила на лекции, и в целом учеба в Академии Сказочных Созданий едва ли чем отличалась от обучения в моем родном университете. Разве что предметы тут были поинтереснее.

Например, на сказочной ботанике нам показывали всяческие растения с волшебными (и не очень) свойствами, на истории сказочного измерения – рассказывали про создание волшебного мира и переселение сюда всех магических созданий. А еще совсем скоро должна была начаться первая русалья практика по магии, но ее я ждала со страхом.

Мало того, что там мне, скорее всего, придется лезть в воду, так еще и все станут надо мной смеяться – ни контролировать хвост, ни возвращать обратно свои ноги я так и не научилась. И магией пользоваться тоже у меня не получалось – пару раз я сидела над бокалом воды, пытаясь заставить подняться наверх хотя бы каплю, но вместо этого вышло только до колик рассмешить Мишу.

– Не, ну ты бы свое лицо видела, – сказал волк в ответ на мой укоризненный взгляд. – Будто ежика выродить собиралась. Или нет, целого тюленя…

После такой характеристики желание пробовать повторно у меня начисто отпало, и оставалось лишь утешать себя тем, что возможно я никса, и мне просто нужен открытый живой источник.

Соседки по комнате тоже оказались, пусть и своеобразные, но совсем неплохие. Даже Соня, которая умела говорить одни лишь гадости, на деле всегда помогала Злате с ее жмапиком, а мне – с уроками по теории магии воды. Ее и просить не требовалось – она сама глядела на наши растерянные лица, закатывала глаза, обзывалась, а потом подходила и все делала.

Хотя, может как люди они были и хорошие, но как соседки все же оставляли желать лучшего. Каждое утро у меня начиналось со скрипучего рычания Жорика, который просил покушать. За рычанием следовало влажное чавканье, бодрящее не хуже будильника. Иногда чавканье перемежалось сюсюканьем Златы, иногда – скрежетом металла, который жмапику подсовывала Соня, а потом вздохами дриады.

Еще у нас в комнате постоянно пахло лаком для ногтей – русалка никак не могла определиться, какой цвет предпочитает: черный, или темно-синий. На мое замечание, что они абсолютно одинаковые, меня назвали «не только ущербной, но еще и слепой». А раз в три дня та же Соня любила натирать до блеска свои шипы на кожаных куртках, и на смену запаху лака приходил аромат солидола.

Впрочем, жаловаться мне было грех – я и сама часто по привычке разбрасывала вещи где ни попадя (но подальше от Жорика, который мог их сожрать). Еще подолгу сидела с книгами после отбоя, мешая остальным спать огоньком от светляка, и иногда храпела (но это со слов Сони). В общем, можно сказать, что мы с соседками прекрасно гармонировали, дополняя друг друга.

После занятий я, вместе с Мишей, шла отрабатывать наказание (проклятая щука) и торчала там до самого вечера. Впрочем, это было не так уж и плохо – мы с волком много болтали, смеялись и подкалывали друг друга.

Конечно, с куда большим удовольствием, я бы взялась за изучение книг, взятых в библиотеке. Но говорить об этом под пристальным взглядом обозленного домового, щеголявшего выстриженной бородой, не хотелось. Не, ну мало ли… он, может, и не особо похож на таинственного врага, однако вполне способен этому самому врагу обо всем докладывать…

В итоге выходило, что на самое важное времени у меня как раз-таки катастрофически не хватало, хотя Миша исправно приносил мне переведенные куски текста. Даже удивительно, как только успевал? Или волки просто не спят?

– Поздравляю! – улыбнулся оборотень, когда мы вместе намывали кастрюли, а я уже потеряла счет дням. – Сегодня все!

– Что все? – откликнулась не сразу, пытаясь оттереть особо упорный кусок пригоревшего мяса.

– Последний раз тут маемся! А после наше наказание закончится!

Новость об окончании наказания меня искренне обрадовала и дальнейшее мытье кастрюль пошло куда бодрее.

– Мы все! – радостно выдал Миша, когда время вышло.

– И слава Древним, – хмыкнул домовой. – Проваливайте, чтоб я больше вас тут не видел.

– С удовольствием, – фыркнула я и оставив тряпки, мы с оборотнем пошли в сторону спален.

– Как твои успехи в поисках? – спросил волк, бесшумно ступая по академическим коридорам.

– Пока никак, – развела руками я. – Из-за наказания у меня совсем не оставалось времени. Даже не представляю, как ты сам смог это перевести.

– Ну, я же оборотень, а оборотни сильные, выносливые создания, – улыбнулся волк.

Покраснел он, или мне показалось? Наверно показалось – с чего бы ему краснеть?

Миша проводил меня до самой спальни, пожелал спокойной ночи, неловко потоптался на пороге и развернувшись, ушел.

Пожав плечами, я отправилась спать.

Всю следующую неделю, каждый вечер мы с волком проводили, разбирая его перевод. Для встреч выбрали, как это ни удивительно, библиотеку – там можно было спокойно заниматься своими делами так, чтобы никто не мешал.

Кощей, напугавший меня в ту злополучную ночь, оказался вполне себе милым старичком. Он не прогонял нас, лишь цыкал, когда мы начинали смеяться слишком громко, а еще поил ароматным, безумно вкусным чаем.

По началу я опасалась, что он станет пытаться выяснить, чем это мы занимаемся, но деда Кош нас не беспокоил. Он мирно сидел за своей стойкой регистрации, разгадывая бесконечные кроссворды, и только иногда спрашивал у нас подсказок насчет того, или иного слова.

А еще задумчиво хмыкал, но помощь свою не навязывал.

– Это слово «русалка», или «бегемот»? – щурясь, спросила я в один из вечеров, разглядывая Мишины каракули.

Почерк у волка был совершенно отвратительным.

– Ну, если ты считаешь свой вид бегемотами… – задумчиво протянул оборотень и тут же айкнул, получив тычок под ребра. – Что? Ты сама так сказала. А я писал «русалка». Вот же закорючка.

Он склонился ко мне ближе, ткнув пальцем в незаметный крючок.

– Тебе срочно нужны курсы каллиграфии. А мне нужен переводчик с твоего непонятного языка, на котором ты пишешь, – я вскинула голову.

Лицо оборотня было в десяти сантиметров от моего, желтые зрачки поблескивали в свете магических огоньков.

– Мира… – тихо выдохнул он, прикрыв глаза и склонившись еще ближе.

– У тебя ресница упала. Левый, или правый?

– Что? – волк чуть отстранился.

– Говорю, левый, или правый? Ресница. Ау…

– А… левый, – он чуть тряхнул головой и снова покраснел.

На давление бы ему провериться, а то у него кровь слишком часто к щекам приливать стала.

– Не угадал, правый, – протянув руку, я сняла мелкий волосок и сдула его.

– Читай уже дальше, – пробурчал волк, отворачиваясь.

И чего это он какой-то странный?

Впрочем, «дальше» особых результатов не принесло – я так ничего и не узнала. Нет, то есть, узнала для себя очень много нового, но о русалках с разноцветными хвостами, или том, кто мог бы быть моим врагом, в переводе Миши не было ни единого слова.

Печально, с учетом того, что это была последняя книга. Значит, придется выдумывать что-то еще.

* * *

Время шло, а план никак не желал вырисовываться. И если честно, мне хотелось уже оставить все это, и просто жить студенческой жизнью – все равно в поисках родителей не было ни то, чтобы успехов, а даже каких-то подвижек!

Однако упрямство и любознательность не давали бросить дело незаконченным. Эх, знать бы еще, что именно искать и где.

Или хотя бы иметь точный список тех, кому можно доверять. Ведь будь у меня возможность расспросить обо всем у преподавателей, или на крайний случай, у Сони, дело бы пошло куда быстрее.

Впрочем, нет, у Сони точно спрашивать не стоит – она бы надо мной принялась издеваться и путного ничего бы не ответила.

– Добросельцева, вы меня слушаете? – отвлек меня от размышлений голос Березовой.

Что-то в последнее время я слишком часто витаю в облаках. Но с другой стороны, у меня для этого есть все основания – о своем прошлом пытаюсь узнать.

– Простите, профессор Березова, я задумалась, – призналась честно.

– Интересно, о чем? Впрочем, явно не о теме лекции. Соберитесь, Добросельцева и будьте внимательны.

Кивнув, я действительно постаралась сосредоточиться, и даже стала записывать материал, а не рисовать на полях цветочки.

– Еще одно значимое противостояние между сказочниками было около ста лет назад, – продолжила Березова. – В этот раз сторонами конфликта стали оборотни из клана волков и русалки. Причиной являлась борьба за Чистое озеро, находящееся на границе волчьих территорий. Русалки почитают озеро и часто проводят там массовые праздники, в то время, как оборотни не любят незваных гостей на своих землях. Сама вражда началась гораздо раньше, длившись почти полвека, но пик наступил именно в тысяча девятьсот тридцатом году, и тогда вмешались Древние, разрешив спор, однако неприязнь между волками и русалками сохранилась.

Чего?

Странно, во всех текстах, которые мне дал Миша, ни слова не было о вражде. Хотя история русалок с момента переселения, и даже обычай проводить праздники на Чистом озере там присутствовали.

Хм… но Березова бы явно не стала давать непроверенную информацию. Наверно, мне стоит слушать ее почаще…

И все же, почему в переводе Миши ничего подобного не упоминалось? Или, может, конфликт был не настолько масштабный?

– Соня! – подлетела я к соседке по комнате, едва дождавшись окончания лекции.

– Чего тебе, убогая? – меланхолично отозвалась та, разглядывая свой маникюр.

Один поэт сказал – «быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей», но Соня уделяла этому слишком много внимания.

– Скажи, а русалки правда не любят волков?

– Ага. Почему еще бы я называла твоего дружка псом?

– Потому что ты вредная по жизни и зовешь меня убогой?

– Хм… – Соня призадумалась. – Ну да, и это тоже. Но волки много нервов нам поистрепали. К тому же от них воняет псиной.

– Спасибо, – озадаченно покачала головой я.

Так. И что получается?

То ли Миша специально утаил эту информацию, то ли в тех книгах ее просто не было. И если второй вариант означает лишь то, что сказочные учебники составляют небрежные люди, то первый…

Из первого выходит, что оборотень хотел меня обмануть. Только зачем? Неужели он как-то связан с моими врагами?

И как теперь узнать правду?

Впрочем, ответ на последний вопрос в голову пришел почти сразу – нужно сходить к Кощею и попросить перевести его. Тогда все станет ясно.

В библиотеку я и направилась вместо ужина, надеясь, что все же виноваты составители учебников.

– Мира! – на полпути меня догнала Праша. – Ты разве не идешь ужинать?

– Нет, у меня дела, – я отмахнулась от кикиморы.

– Понятно, – загрустила та. – А что насчет девичника? Ты так и не надумала?

– Чего?

– Девичника. Мы же разговаривали с тобой на той неделе, но ты сказала, что занята и подойдешь позже… ой, наверно это некрасиво с моей стороны так навязываться… – и неловко улыбнувшись, кикимора собралась уходить.

Стало стыдно. Праша действительно несколько раз звала меня посидеть вечером в чьей-нибудь комнате, поболтать. Но мысли мои были заняты наказанием и переводом взятых книг, поэтому я лишь отмахивалась от нее, кормя завтраками.

– Нет-нет, прости, – остановила кикимору, взяв ее за руку. – Просто навалилось как-то все разом, да и учеба в академии…

– Да, я слышала, что ты жила среди людей, – тут же улыбнулась Праша. – А что навалилось? Может, смогу помочь?

На секунду я призадумалась, но все же отрицательно помотала головой:

– Знаешь, уроки и наказание не очень совместимы. Впрочем, сейчас наказание закончилось, и выходит мы сможем собраться.

– Сегодня?

– Нет, я хотела заглянуть в библиотеку и могу там задержаться.

– Составить тебе компанию?

– Не надо… – слишком резко воскликнула я, но тут же добавила, глядя на вытянувшееся лицо кикиморы. – Прости, это действительно может затянуться… давай завтра? Я как раз успею договориться с девчонками. Будет здорово!

– Хорошо. Только в этот раз без щуки…

– Обещаю!

Улыбнувшись кикиморе, я тут же выкинула ее из головы и продолжила свой путь.

Кощей встретил меня горячим чаем и плюшками.

– Что случилось, Мира? – спросил он, кутая ноги вязанным пледом и устраиваясь поудобней в своем кресле.

В ответ я только вздохнула.

Библиотекарь мне нравился, но можно ли ему доверять, пока так и не решила. В последнее время у меня было туго как с решительностью, так и с доверием.

Эх, жаль, что в Академии только Кощеи есть, а психологов нету… хотя, я и туда бы не пошла, чтоб не выдать свою тайну.

– С волчонком штоль поругалась? – прищурился дед.

– Не совсем… скажите, а тех учебников, которые мы в прошлый раз брали, точно нет на русском?

– Точно. А он так тебе и не перевел? Я всегда знал, что оборотни те еще лентяи…

– Нет, он перевел, просто не до конца… вы часом не знаете, упоминалось ли там про вражду между русалками и волками? – спросила, и затаив дыхание принялась ждать ответа.

– Конечно знаю, – довольно усмехнулся деда Кош. – Я, девонька, вообще много чего знаю. И если б ты мне сказала, что конкретно ищешь, то я бы книги подобрал, или сам бы рассказал… я на свете долго маюсь, слыхал такое, что другим и не снилось.

Идея была заманчивой, да вот только…

– Впрочем, я тебя не неволю, – тут же добавил Кощей, разглядев мои сомнения. – Дело твое… придешь, когда готовой поделиться будешь. А касательно твоего вопроса… да, вражда русалок и волков почти в каждой из тех книг упоминалась.

– Проклятье! – не сдержавшись, ругнулась я вслух.

– Ну-ну, не выражайся, – погрозил мне библиотекарь. – А что, Миша тебе не перевел эту часть?

– Нет…

Скрывать такое все равно смысла не было – Кощей ведь и сам уже обо всем догадался.

– Ой, дурак. Не знал будто, что вам это потом все равно расскажут. Шило в мешке утаить собрался.

И Кощей сухонько рассмеялся, блеснув лукавым взглядом.

– Но зачем? – нахмурилась я.

– Сама не догадалась что ли?

– Нет.

– Ну и я не скажу. Это из тех моментов, до которых своим умом дойти надо. Но зла ты на волчонка не держи. Он глупый, конечно, однако едва ли плохого тебе желает.

И Кощей улыбнулся хитро, будто знал куда больше меня.