Текст книги "Двое непутевых. Русальная неделя (СИ)"
Автор книги: Надежда Сакаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)
Глава 11
Вернулась в комнату я с довольно унылым настроением. Верить в предательство Миши не очень хотелось, да только все факты говорили против него. Ведь он один и знал, что я не просто выросла у людей, но считала их своими родителями, и что теперь хотела найти настоящих, выяснив о себе правду.
Однако, вместо ответов, я билась головой о стену, и это так же наводило на определенные мысли. Потому что, зная обо всем, Мише не составило бы никакого труда скрыть нужные факты. Особенно, с учетом того, что я ничего о сказочном мире не ведала.
– Что-то случилось, Мира? – спросила у меня чуткая Злата, опрыскивавшая водой своего жмапика.
– Да так… – пожала плечами, не желая ни грузить их своими проблемами, ни делиться правдой. – Неважно. Вы не против, если завтра я позову к нам Прашу?
– Кикимору что ли? – лениво отозвалась Соня. – Так ты же ее уже позвала…
– Откуда ты знаешь?
– Значит, угадала, – русалка поднялась с кровати, потянувшись. – Я согласна, если она принесет побольше гаек. Будем Жорика кормить. А то бедняжку держат на мясной диете, ему железа не хватает…
– Вот только давай без этого, – возмутилась дриада. – Бедный Жорочка после твоей последней кормежки еще несколько дней стружку отрыгивал…
– Зато какой он был довольный…
– Довольной была лишь ты!
Махнув рукой, я оставила девчонок препираться, а сама взяла полотенце и направилась в ванну. Включила воду и принялась ждать, пока наполнится емкость, чуть подрагивая от страха.
Миша, кстати, ухахатывался над этим – никак не мог понять, чего я боюсь, если утонуть теперь не смогу при всем желании. Однако фобии так просто не лечатся, а я давно откладывала первый шаг, но когда-нибудь мне бы все равно пришлось его сделать.
В конце концов, скоро начнется практика по магии, и опозориться перед всем курсом – не самая лучшая перспектива. А еще, возможно, оказавшись в воде, я смогу научиться управлять ей и это приблизит меня к разгадке.
Когда ванна была готова, в голову пришла еще одна идея, и я вернулась в комнату, принявшись рыться в вещах.
– Забыла что-то, убогая? – с любопытством спросила Соня, заглянув мне через плечо.
– Ага, забыла напомнить, чтобы сушенные воблы не лезли не в свое дело, – отмахнулась, наконец найдя нужную вещицу, а после унеслась обратно в ванную.
Так, Мира, была – не была!
С трудом сдерживая легкую панику, я залезла в теплую воду.
Тут же ноги слились, превратившись в сплошной хвост. Разноцветный хвост!
Да не может быть!
Я посмотрела на кулон, что оставили мне настоящие родители, и который теперь крепко сжимала в руке.
Погруженный в воду, он мягко сиял всеми оттенками синего и зеленого.
Прекрасно! Это уже что-то!
Хотя и странно, ведь ни в первый раз, в лесу, когда я встретила Мишу, ни после, дома, кулона у меня не было, а хвост и волосы все равно походили на микс красок. Ладно, об этом я подумаю позже, а пока – почему бы не попробовать применить магию?
От радости даже страх отступил, и я попыталась сосредоточиться, и вызвать воду так, как читала об этом в учебниках.
Закрыла глаза, почувствовав вокруг себя тепло стихии. Приняла ее, позволив пройти сквозь себя и ощутив покалывание в пальцах. Сама словно стала водой, растворившись в голубых каплях, струящихся вдоль тела.
Затем открыла глаза и взмахнула рукой, чувствуя себя не то аватаром, не то героиней сериала про трех русалок. Вот сейчас как подниму несколько капель и… ааааа!
Ладонь, которой я махала перед глазами, теперь выглядела так, будто сама состояла из воды – прозрачной и жидкой.
Как и вся я целиком.
Какого лешего?
Вот теперь пришло время паниковать.
Я стала водой. Водой! Которой все еще боюсь!
Никогда бы не подумала, что фраза «пропустить страх сквозь себя» может обрести столь прямой смысл.
Помимо прочего, махи руками не прошли даром, и сверху на прозрачную макушку мне полился целый водопад, в два раза больше того, какой я планировала вызвать.
Аватар блин. I’ve got a special power that i’m not afraid to use*.
Только вот я afraid и даже очень!
Впрочем, вопреки опасениям, меня не размыло, и даже не смыло в канализацию. Будучи жидкой, я оставалась целой, и притом умудрялась сжимать в кулаке медальон родителей.
Точно, медальон!
Разжав пальцы, выпустила разноцветный камушек, что с тихим плеском упал в воду, а после прикрыла глаза, стараясь успокоиться.
Вдох-выдох. Надо бы посмотреть, что там с моим телом, но очень страшно – а вдруг не получилось?
К счастью, когда я открыла глаза, вместо капель воды снова были вполне себе обычные кожа и хвост (причем последний стал однотонного, темно-синего оттенка).
Ух, хвост! Как же хорошо… и кто бы мне сказал неделю назад, что я хвосту буду радоваться – ни за что бы не поверила!
– Мира, у тебя там все в порядке? – раздался из-за двери обеспокоенный голос Златы.
– Да-да, – торопливо ответила, не желая, чтобы девочки заметили кулон.
– А чего тогда кричала? – с подозрением уточнила Соня.
Какая трогательная забота от нашей колючки.
– Воды испугалась, – призналась честно.
– Ты точно ущербная, – заржала русалка.
А после, судя по отдалившемуся голосу, она-таки нашла металл, который можно скормить Жорику. Возмущенная лекция дриады на тему правильного питания хищных растений эту догадку только подтвердила, и я вздохнула с облегчением. Теперь точно не зайдут.
Несмотря на случившееся, остро захотелось снова попробовать свои силы в магии воды. Потому что… ну ребят, это же МАГИЯ!
Поэтому я повторила все в точности так, как делала прежде, только глаз в этот раз не закрывала. Так, на всякий случай.
И снова получилось, хотя и гораздо слабее. Но тем не менее, тоненькая струйка воды заплясала вокруг моей ладони, и я зачарованно смотрела, как она блестит в свете огоньков.
Значит, точно русалка.
Нет, хвост и до этого как бы намекал, но вот так почувствовать свою силу, связь с природной стихией и возможность управлять ей… потрясающе!
Увлекшись, я принялась складывать из воды фигурки, и та послушно исполняла мои прихоти, словно была живой.
А вот пробовать повторить эксперименты с кулоном уже не рискнула – снова стать прозрачной мне вовсе не хотелось.
И что же выходит? По уровню моего владения магией, я не могу определить, к какому типу хвостатых отношусь.
Во-первых, потому что опыта у меня маловато, чтобы на всю катушку своим даром пользоваться. Ну, и во-вторых, потому что я, как минимум, не видела возможности других, и мне особо не с чем сравнивать.
Зато хоть на практике точно не опозорюсь.
Ну, и еще одна вещь, которую удалось узнать – кулон родителей явно увеличивает силы и делает хвост разноцветным. Уж не знаю, касается ли это всех русалок, или он настроен лишь на меня – проверять я такое явно не стану. Зато теперь у меня имеется возможность в любой момент смыться в унитаз. Причем, в самом прямом смысле этого слова.
Размышляя о том, что еще может этот медальон, я спустила воду, а когда в ванной не осталось ни капли, постаралась превратить хвост обратно в ноги. Сделать это одним усилием мысли не вышло, зато получилось собрать влагу с чешуи, чтобы конечности появились естественным путем. Уже прогресс.
– Мира, ты скоро? Я хочу зубы почистить! – застучала в дверь Соня.
– Иду, – откликнулась, и натянув халат, подхватила медальон, а затем вышла в комнату.
– Ну наконец-то… – пробурчала соседка и осеклась. – Мира?
– Да…
– Это еще что такое? – голос Сони зазвучал угрожающе.
Неужели я что-то подозрительное в ванне оставила?
– Ты какого лешего тут столько воды налила, убогая? – тем временем продолжила ругаться русалка. – А убирать за собой кто будет?
Выглянув из-за ее плеча, увидела, что весь пол действительно покрывала влага, превратив ванную комнату в подобие огроменной лужи. А я, занятая своими мыслями, этого конечно же не заметила.
– Прости, я уберу, если покажешь, как, – вздохнула, признавая свою вину.
Соня посмотрела на меня, на затопленную ванну, потом снова на меня, ругнулась и движением руки собрала всю воду разом.
Да, все-таки без кулона мне до нее еще плыть и плыть…
Весь следующий день меня так и подмывало поделиться своими открытиями с Мишей. Но я терпеливо молчала, лишь искоса поглядывая на него во время перерывов, когда наши факультеты пересекались.
– Мира, ты чего такая смурная? – первым не выдержал волк, подойдя ко мне после обеда.
– Не, все в порядке, – помотала головой в ответ. – Тебе кажется.
А про себя подумала, что с удовольствием бы высказала ему все, что о нем и его вранье думаю. Вот только, если Миша и впрямь имеет какое-то отношение к моим врагам, мне стоит быть предельно осторожной. Вдруг он и про родителей знает? И спугнув его, я упущу свой шанс их найти.
– Точно? – оборотень с сомнением прищурился. – Ну ладно… а что ты делаешь сегодня вечером?
– Эммм… а что ты хотел?
– Ну… – Миша залился ярким румянцем. – Мы могли бы сходить куда-нибудь вместе…
– Куда? Территорию академии покидать запрещено.
– И что? Тут и без того есть много интересного. Разве тебе у щуки не понравилось?
– А-а-а… ну я спрошу у девчонок…
– У девчонок? – волк нервно хихикнул. – Ну да, но вообще-то…
– Точно, мы же собирались устроить девичник, – я хлопнула себя по лбу. – Прости, не выйдет.
И хорошо – оставаться наедине с оборотнем мне сейчас не очень хотелось.
– Ладно, тогда в следующий раз? – как-то натянуто улыбнулся Миша, и не дожидаясь ответа, добавил: – Желаю повеселиться.
– Спасибо…
И все-таки, поведение волка сильно изменилось в последнее время. Неужели он заподозрил, что я что-то знаю? Или причина в другом?
– Ой, а мы сегодня все же собираемся? – захлопала в ладоши Праша, что слышала весь наш диалог.
– Конечно, – закатила глаза Соня. – Придется мне вас терпеть.
Впрочем, несмотря на показательное недовольство, было заметно, что она все-таки рада.
Вечером мы действительно собрались у нас в комнате вчетвером. Праша принесла кексы, которые умудрилась выклянчить у домового. Соня чудом раздобыла напитки, а Злата приодела Жорика в воротник-жабо. На растении это смотрелось довольно смешно, так что порыв девчонки оценили.
Первое время мы болтали, ели кексы и обсуждали профессора Березову. Затем тема плавно перешла к парням с нашего курса, и вот тут случился казус.
– Мира, а кто тебе нравится? – спросила Праша, розовея щеками.
– Та ясно, – хмыкнула Соня. – Пес этот…
– Миша? С чего вы взяли?
– Ну, как бы… – встряла скромная Злата. – По вам заметно.
– Ну уж нет! – фыркнула я. – Он мне только друг, и то уже сомневаюсь…
– Сомневаешься? Почему? Вы же были не разлей вода? – уточнила дриада.
– Ну… – замявшись, я перевела тему: – Скажите, а вы слышали что-то о русалках с разноцветными хвостами?
– А причем тут волк и наши хвосты? – напряглась Соня.
– Не причем… просто интересуюсь…
Русалка посмотрела на Злату, призадумалась, но в итоге все же выдала:
– Ну… разноцветные хвосты бывают.
Да уж, очень познавательно.
– Да? – Праша с любопытством придвинулась ближе к Соне. – И у кого?
– Ты кикимора, тебе такое знать не положено, – ехидно проговорила та.
– Но все же, расскажи! – попросила я, затаив дыхание.
Соня-то явно что-то знала о моей природе.
– А ты русалка, сама должна быть в курсе, – скривилась Соня с присущей ей вредностью. – Так что там насчет твоего пса? Вы и правда только друзья?
– Правда, – отмахнулась я.
Разошлись мы далеко за полночь, довольные проведенным вечером и друг другом.
*Я обладаю особой силой, и я не боюсь ей пользоваться – первые две строчки саундтрека сериала «Н2О. Просто добавь воды».
Глава 12
Следующая неделя прошла для меня в напряженном ожидании.
Уж не знаю, что именно ожидалось – объективно ведь ничего серьезного не происходило. Но все же, после первого использования медальона родителей, я была натянута, как струна, хотя пока и не решалась воспользоваться вещицей снова.
Меня нервировали всякие мелочи, на которые прежде и внимания не обращала. Мне казалось, будто сверху нависла тень, закрыв от меня солнце. И я бы не взялась точно сказать – было дело ли в реальной угрозе, которую моя магия научилась распознавать, или же просто я слишком загонялась из-за Миши.
Волк, кстати, так и продолжал вести себя странно, и казалось, чем больше я на него смотрю – тем страннее становятся его поступки.
Едва ли ни каждый день он подходил ко мне с предложением прогуляться, или посидеть в заброшенном крыле академии, или заняться чем-то еще. При этом он неизменно мялся, краснел и пугливо оглядывался по сторонам.
И каждый раз в итоге сознание рисовало мне картины того, как я соглашаюсь, а он уводит меня в кусты и передает неизвестным врагам. Не зря же он так нервничает? Небось следит, чтобы свидетелей наших разговоров не было…
Я, что характерно, отказывалась, придумывая себе сотню отговорок, и от этого Миша начинал злиться, краснеть и мяться еще сильнее.
Впрочем, несмотря на то, что мои подозрения обрастали все новыми явными доказательствами, как относиться к волку я пока решить не могла. Хотелось то ли ругаться, кидаясь обвинениями, то ли пытаться выяснить его планы, то ли все сразу.
– Мира! – оборотень в очередной раз подошел ко мне перед самыми выходными. – Нам надо поговорить!
Настроен Миша был крайне решительно – пальцы его то и дело сжимались в кулаки, глаза полыхали желтым пламенем. Да уж, надеюсь, он не рискнет меня прямо тут…
Что именно «тут» оборотень должен был сделать я додумать не успела, потому что Миша выпалил:
– Давай встретимся сегодня! Вечером, после ужина! Можем пойти в библиотеку, если хочешь…
– Я сегодня… обещала с Прашей погулять, – выдала в ответ, сделав шаг назад.
– Понятно… – лицо волка пошло красными пятнами. – Что ж, это был последний раз.
И развернувшись, он ушел.
Последний раз? Проклятье, надеюсь он не решит выкрасть меня прямо из комнаты.
– А мы сегодня собирались погулять? – растеряна захлопала глазами кикимора.
Она сидела неподалеку, а мы разговаривали слишком громко.
– Разве ты не хочешь? – искренне улыбнулась я.
К Праше отношение у меня было самое хорошее – скромная девчонка, не такая колючая, как Соня, и не такая повернутая на жмапиках, как Злата. Обычная, добрая, вполне милая. Думаю, с ней мы могли бы стать очень хорошими подругами со временем.
– Хочу, – кивнула кикимора. – Во сколько встретимся?
– Да сразу после ужина, – я пожала плечами. – У тебя ведь не было планов на сегодня?
– Никаких, кроме уроков. Тогда увидимся вечером.
Мы улыбнулись друг другу и разошлись, а вечером действительно увиделись
– Ну, куда пойдем? – спросила Праша, неуверенно дернув рукой.
– Не знаю… если честно, я не знаток академии, – пожала плечами в ответ.
Раньше Миша показывал мне все тайные уголки, но теперь я бы не рискнула остаться с ним наедине.
– Я слышала тут есть коридор, облепленный русалочьей чешуей. Говорят, один первокурсник держал там саламандру. Может посмотрим? – предложила кикимора.
Я согласилась, хотя и видела его прежде, а после мы весьма неплохо провели время.
Праша рассказала мне о жизни в своем болоте, о силах кикимор, да и вообще о том, о чем я раньше не знала. А еще мы много смеялись, обсудили мальчиков и профессоров – в общем, занимались тем, чем занимаются обычные подруги.
– А у тебя какие силы? – спросила Праша, когда мы уже возвращались обратно.
– У меня? – я призадумалась, решая, стоит ли ей знать о медальоне, но в итоге решила, что не стоит.
Меньше знаешь – крепче спишь.
– Ничего необычного, – пожала плечами, после минуты молчания. – Как и у остальных русалок.
– Не скажи, силы русалок значительно отличаются. Говорят, морские девы могут гораздо больше, но сама я не видела, да и на нашем потоке их нет.
– Мы жили среди людей, я не особо общалась с другими сказочниками… – ответила, чуть отведя взгляд.
Это, конечно, не было ложью в прямом смысле, но и правдой до конца тоже не было, а врать Праше мне не хотелось.
– Ладно, все равно посмотришь на других, когда начнется практика по магии, – улыбнулась кикимора.
– Ага, – грустно подтвердила я.
Практика начиналась с понедельника и ничего хорошего мне не обещала.
– Выше нос, Мира. Все будет замечательно, – ободрила меня Праша.
На этом мы и разошлись.
* * *
– Добросельцева, сосредоточьтесь! – строго говорил мне голос нашей преподавательницы по основам водной магии. – Вы русалка, или где? Расслабьтесь, позвольте стихии сделать дело. И прекратите паясничать!
Зеленоволосая ундина со звучным именем Урьюшка из рода Дивноречных глядела на меня сквозь толщу воды.
Ага, легко ей команды раздавать, когда она на берегу, а я в пруду.
– А-а-а… – задыхаясь, отозвалась в ответ, на краткие мгновенья вынырнув на поверхность.
Дернула хвостом, окатив преподавателя, вместе с остальными русалками, брызгами воды.
Как оказалось, сила у меня в хвосте крылась немалая, брызг получилось довольно много, так что некоторые студентки попадали, лишившись ног.
Недовольных взглядов в мою сторону поприбавилось.
– Убогая, это просто вода. Ты ведь даже утонуть не можешь, – закатила глаза Соня, приподнявшись на локтях.
Да, утонуть я теперь не могу. Но страх бывает иррационален, и тому, кто ни разу не сталкивался с настоящими фобиями, этого не понять. Потому что панической атаке все равно, что я русалка с жабрами.
Вообще, в моих планах было оставить свою боязнь воды в секрете (насколько возможно). Во-первых, она все же несколько уменьшилась после поступления в академию. Ну а во-вторых, не думала, что для управления водной стихией, мне придется в эту самую стихию лезть. С берега у меня бы куда лучше получилось.
Однако едва наш курс нестройной компанией пришел к пруду, как Урьюшка скомандовала:
– По очереди залезаем в воду и демонстрируем навыки силы, которыми владеете. Кикиморы первые.
– Простите, а с берега нельзя? – уточнила тогда я.
– Льзя. Но не сегодня. Сегодня мне надо оценить ваши способности.
И махнув рукой, она отправила в пруд первую кикимору.
Я же заняла место в самом конце очереди, надеясь морально подготовиться, но это оказалось в корне неверным решением. Потому что ожидание убивало куда больше – вскоре ладони стали липкими, а сердце застучало чаще.
И вот теперь, когда после десяти минут уговоров, Дивноречная не выдержала и просто зашвырнула меня в пруд, началось веселье. Не для меня, конечно, а для остальных.
Еще бы – русалка, а воды боится.
– Успокойся, Мира… – донесся до меня голос Праши. – Мы в тебя верим!
Ну вот, хоть кто-то в меня верит.
– Говори за себя… – а это уже Соня.
– Ну все, хватит! Добросельцева, ты срываешь мне занятие! – вскипела Урьюшка, считавшая такое поведение лишь придурью.
Махнув рукой, она попыталась выудить меня из пруда, и вот это стало роковой ошибкой.
Я и без того была перепугана – сердце колотилось, воздуха не хватало, а моя макушка то и дело скрывалась под поверхностью водоема. И когда вода вокруг забурлила, мне окончательно снесло крышу.
В груди вскипела неведомая сила, а уже спустя мгновенье я оказалась на земле.
Прийти в себя смогла не сразу – пару минут получалось лишь ошалело хлопать глазами, вдыхая во все легкие.
И только потом, откуда-то сверху, до меня донеслись редкие аплодисменты.
Стоп, а почему сверху?
Я огляделась, обнаружив, что нахожусь в какой-то грязной и очень глубокой яме, до верха которой было этажей пять, не меньше.
Только откуда здесь взяться яме?
– Поздравляю, Добросельцева! – склонившись над краем, крикнула преподаватель основ водной магии. – Ты только что осушила пруд и затопила академию. Вечером жду тебя у ректора! А сейчас придется идти за феями, чтобы вытащить тебя отсюда.
О нет… значит это не яма. Это злосчастный пруд.
Ну вот, Мира, приплыли.
Фей пришлось ждать долго. А когда они прилетели, то лица у них были… феячные. В смысле, кислые и недовольные, будто им под нос десяток тухлых яиц подсунули.
– Мы туда не полезем, – капризно протянула одна из них, блондинка с такими роскошными волосами, что ей в пору было бы сниматься в рекламе шампуня.
– Вам туда лезть не надо, вам надо студентку оттуда достать. И лучше бы это сделать, пока я ректора не позвала, – хмуро скомандовала Урьюшка.
– А зачем ее доставать? – возразила вторая, стриженная под каре. – Она академию затопила, отсюда и до ворот теперь болото сплошное, на радость кикиморам…
– И ее за это накажут. Только чтоб наказать, надо сначала достать, так что шагом марш!
Повздыхав над своей судьбой, феи послушались, и вскоре меня под руки схватило сразу четыре стрекозы. Еще столько же делали вид, что держат ноги, но по факту они лишь морщились и жалели свой маникюр.
Хотелось измазать их грязью – по доброй воле они бы мне никогда не помогли – но останавливал страх быть уроненной вниз. А я русалка, не кузнечик. Да и высота тут приличная.
Наконец, феи опустили меня рядом с Дивноречной, поклянчили себе освобождение от занятий до конца дня (мы устали, она такая тяжелая), были посланы к декану и удалились, недовольно фыркая.
Да уж, а я-то думала, что эти сказочные существа тонкие, звонкие и добрые. Машут крылышками, поют песенки, помогают зверушкам и могут пролезть в замочную скважину. Реальность оказалась суровой, а настоящие стрекозы могли пролезть разве что на подиум – с таким ростом и худобой их бы там с руками оторвали.
– Студенты, все свободны. На сегодня практика по магии окончена. А ты, Мирабелла, за мной, – и развернувшись, Урьюшка упругим шагом двинулась в сторону академии.
– Поздравляю, Мира, мое уважение, – хлопнула меня по плечу Соня, прежде чем я пошла следом.
– Ой-ой, надеюсь, тебя не сильно накажут, – пискнула Праша, сверкая круглыми глазищами.
Да уж, я тоже на это надеюсь, но чувство здравого смысла твердило сейчас об обратном.
Хотелось верить, что говоря про болото, феи преувеличили масштабы катастрофы, но они их преуменьшили.
Теперь территория, по которой мы шли, больше напоминала прибрежную зону после цунами – вода хлюпала под ногами, вокруг валялись ветки, обломки кустов и разный мусор.
Когда мы поравнялись с волчьей чащей, оттуда вышла толпа недовольных, насквозь мокрых оборотней – у них как раз начался практикум по укрощению зверя.
– Мира, ты в порядке? – к нам подбежал Миша.
Растрепанный, с блестящими от влаги волосами и мокрой майкой, облегавшей худое тело, он сейчас выглядел, как воробушек после дождя. А тонкий голос – Миша говорил вслух – дополнял образ.
– Она-то в порядке. По крайней мере, до встречи с ректором, – язвительно выдала Урьюшка.
Я промолчала, стараясь на волка не глядеть – все же успела к нему привязаться и осознавать его предательство было больно.
– А… – протянул Миша. – Ну и ладно. Теперь, Мира, тебе хоть не придется придумывать отговорки, потому что ты будешь занята наказанием.
И он вернулся к своим.
Дивноречная посмотрела ему вслед, пожала плечами, но ничего не сказала.
А из окон академии уже выглядывали студенты. Надеюсь, я само здание хоть не затопила? А то отсюда непонятно что-то.
– А я думал, что после Велесовой этому месту ничего не страшно, – заметил высокий мужчина, стоявший на крыльце, скрестив руки. – Это у нас…?
– Мирабелла Добросельцева, драко Змий, – кивнула ему Урьюшка.
– Даже имена на одну букву, только Маша нас спалить пыталась… – хмыкнул мужчина. – Я постарался подсушить коридоры, однако сыростью все равно тянет. Возьмите русалок и как освободитесь, оттяните воду сколько сможете.
– Хорошо, драко Змий, только сначала доставлю виновницу к ректору.
Мы вошли внутрь академии, зашагав по мягким коврам. Кем бы ни был драко Змий, он оказался прав – сыростью тянуло нестерпимо. Это ж сколько воды в том пруду было? И как я ее раскидала?
– А кто такая Велесова? – рискнула спросить я у хмурой Урьюшки.
– Его жена, – коротко бросила та.
О как. А он красивый и молодой, я бы с таким познакомилась…
Наконец, мы остановились перед массивными дверьми, возле которых висела золоченная табличка «господин Влад III, бывш. госп. Валахии, ректор».
– Мира, – остановившись, Урьюшка развернулась ко мне. – Ты говорила, что берегиня, но у берегинь не бывает таких сил. На подобное способны разве что морские девы. Почему ты сразу не сообщила мне об этом? Тогда я бы не стала загонять тебя в пруд…
Вот и что сказать? Простите, я не знала?
Ну, хоть одно хорошо – теперь точно известно, кто я такая. А значит, у меня есть направление для поисков.
– Я… – вздохнув, опустила глаза. – Мы жили среди людей, а родители не обсуждали со мной сказочные вещи. Я просто и сама не знала.
Урьюшка пристально посмотрела на меня и наконец выдала:
– Ладно, надеюсь больше в тебе нет сюрпризов. Если что-то понадобится, можешь спросить у меня. Я расскажу.
– Хорошо.
Покачав головой, Урьюшка толкнула дверь.
Бессменный ректор академии, бывш. госп. Валахии оказался бледен, темноволос и худощав. Глядя на него становилось ясно, откуда Брэм Стокер списал своего вампира, да и лицо это я прежде видела на портретах, в учебниках истории.
Страшненько, однако. Но и немного любопытно – еще бы, ведь если я правильно поняла, то это и есть тот самый Дракула.
Впрочем, не так страшен вампир, как его малюют.
– Ну-с… – протянул ректор, внимательно оглядев меня. – И как могла одна берегиня устроить такой потоп?
– Она оказалась морской девой, – пояснила Урьюшка. – Но сама об этом не знала.
– Что ж, я бы сказал, что ей стоит устранить беспорядок, но если она не умеет пользоваться силой, то выйдет только хуже. Профессор Дивноречная, проведите с ней дополнительные занятия, чтобы такого больше не повторилось.
И он махнул рукой, дав понять, что прием окончен.
И все что ли? Такое чувство, будто не меня, а Урьюшку наказали.
– Ладно, Мира, жду тебя сегодня вечером, – проговорила Дивноречная, когда мы вышли.
В комнате меня уже ждали девчонки – Соня с Прашей и Злата. Занятия у дриад тоже пришлось отменить из-за потопа, а старшие курсы были направлены на ликвидацию последствий, так что подруги оказались рады внезапно полученной свободе.
– Молодец, Мира, уважаю! Не такая уж ты и убогая! Это надо было так ловко сорвать все уроки! – хлопнула меня по плечу Соня, счастливо улыбаясь.
– Откуда у тебя такая сила? – уточнила Праша.
Впрочем, отвечать не пришлось – за меня это сделала другая русалка.
– А вот кикиморам знать наши секреты необязательно! – одернула девчонку Соня.
– Ну ты чего так сразу? – возмутилась я, видя, как Праша расстроилась.
Ситуацию спас громко рыгнувший Жорик, которого Злата кормила мясом.
Впрочем, обстановка разрядилась не до конца – вскоре Праша засобиралась уходить.
– Извини ее, она просто всегда такая вредная, – проговорила, провожая кикимору.
– Да ничего, – улыбнулась та, махнув рукой. – Мне всего лишь интересно, но если это действительно секрет…
– Как выяснилось, я не берегиня, а морская дева, – пояснила в ответ. – Только сама об этом не знала.
Едва ли это теперь было тайной – весь курс водных сказочников видел мою силу.
– Расскажешь как-нибудь мне подробней, почему так вышло?
– Обязательно.
Распрощавшись с Прашей, я не стала возвращаться в комнату, а направилась прямиком к Кощею. После всего случившегося очень хотелось с кем-то поговорить, лакомясь травяным чаем, а еще услышать «не переживай, девонька» – деда Кош говорил это с какой-то особой заботой. К тому же сердце подсказывало, что ему можно доверять.
