Текст книги "Домой хочу! Или как выжить?"

Автор книги: Надежда Михайловна

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

   В отдельном месте расположились кружевные шарфики, воротнички и беретики, сделанные местной мастерицей Дираной, которая искусно вязала всякие салфеточки, но спроса на них почти не было, а у нас резко появилась нужда в кружевнице, когда Юллис очень сильно злился и орал, что просто белый воротник на учебном платье выглядит убого. Тогда-то и стукнуло мне в голову, что воротничок, обвязанный кружевом, будет то, что надо, если найдется вязальщица. Дирана, жившая скромно, если не сказать, бедно, с радостью согласилась, и всю седмицу, не поднимая головы, вязала все эти вещи для выставки.

   Когда на крыльце появились Юллис, Дирана и Мелина, над дверью нашего домика зажглась магическая надпись 'Швейный дом!' и высветился магический знак мастера-швея, народ зашумел и захлопал, а наши мастеровые пригласили желающих заходить внутрь. Паломничество было весь день. Вилик, сидевший за столом заказов, не успевал записывать желающих пошить своим деткам такие же вещи. А когда мы подарили Юллису альбомы, то образовалась нешуточная очередь их посмотреть.

   Особенно долго рассматривали и выбирали фасоны, конечно же, женщины.

   Эту суету и выбрала 'наша заклятая подруга' Лиша – забежав, с разбегу кинула в Юллиса какую-то дрянь, узнав которую, ахнула Каллен:

   – Магическая несмывающаяся краска!

   Как в замедленной съемке все замерло. Вот пакет с гадостью летит в лицо Юллиса, вот вскакивает и кричит Каллен, и в ужасе замолкают люди, и внезапно пакет как бы впечатывается в невидимую стену перед Юликом, а затем начинает двигаться назад в направлении злорадно улыбающейся Лиши. Та, заорав, выскакивает на улицу, и там догнавший её пакет смачно впечатывается в её одежду и разливается по ней, распространяя вокруг отвратительный запах. Подскочившие служивые, которые уже бежали к домику, тут же потащили её в местную кутузку.

   – 'Бумеранг!' – сказала я коту, ай да Антипа, какую защиту сделал на домик! Подойдя к ближайшей стене, ласково погладила её. – Спасибо тебе, милый, не дал гадости свершиться! – и с удивлением ощутила в ладони ответное тепло.

   Что-то я уже и удивляться перестала всем «энтим магическим штучкам», человек ко всему привыкнуть может, похоже.

   – Шевелись, нам пора к кмету! Юлик, мы уходим, вечером все трое в нашу новую беседку приходите, отметим событие, – скомандовал кот.

   У кмета нас ждали – миловидная, уютная такая, пухленькая жена и высокая симпатичная с внимательным взглядом дочь, и накрытый стол.

   Кот мой церемонно раскланялся, чем сразу же обаял женщин кмета, а нахвалив приготовленное, стал самым желанным гостем в любое время, а если ещё и кошечку ихнюю уважит и приплод будет... Танния, жена кмета, многообещающе улыбнулась. Естественно, Степа тут же сделал стойку и пообещал, что приложит всяческие усилия и старания в таком нелегком деле, как обольщение.

   -Ты только песни кошачьи замени на человеческие, уж больно противно вы и свои кошачье-народные исполняете, – шепнула я ему.

   – Можно подумать! – возмутился кот.

   – А что это вы шепчетесь, секреты какие? – спросила дочка Дэллия.

   – Мы... э-э-э... обсуждаем репертуар песен в моем исполнении, – кот скромно потупил глазки, и все засмеялись.

   С женой кмета сразу же нашли общий язык, она очень любила готовить, и мы с ней обменялись рецептами к обоюдному удовольствию, дочка же скромно помалкивала, но внимательно слушала разговоры.

   Винг пригласил нас в кабинет для разговору и там выдал:

   – Я был вызван в Унгар, к личному советнику Ардиону, он собрал всех кметов небольших городов и озвучил повеление Его Величества, кмет достал какой-то лист и зачитал: «В связи с выбором постройки дороги к побережью, для улучшения связей с Рудией и княжеством Мачор, объявляется наше повеление: всем кметам городов, находящихся в районе предполагаемого строительства, в течение месяца предстоит создать наилучшие условия для отдыха проходящих или проезжающих через эти города. По истечении месяца, после проверки всех городов, будет решено, по каким городам пройдет означенная дорога».

   – Так что, на вас вся надежда. Подскажите и помогите сделать нашу Тилью лучшей.

   – Ух, ты! Вот развернемся мы, – кот потирал лапы, – перво-наперво убирать этот притон 'Сдохни', улочки замостить камнем, его у вас от разрушенного храма полно, про пустырь эффирский и прочее тебе Зинуша обскажет.

   – Я дочку позову, она у меня Магвер заканчивала, пригодится ещё одна свежая голова.

   – А чего тогда жену обижать, девочки, идите сюда, – кот высунул морду в коридор. – Давай, Зинуша, не подведи наших!

   – Значит, так, в центре есть свободное местечко, напротив кметства. Сделать там детскую площадку и сквер с лавочками. Убрать все эти ужасные вывески, если нет здесь умельца, заказать в столице. Вдоль вымощенных улиц посадить цветы или кустики небольшие. У пустыря, неподалеку, сделать спортивную площадку для самых простых игр: футбола, волейбола и баскета. В пустующем заросшем здании, что за домом тирры Сталл, после приведения его в порядок, собрать интересные вещи, старину – картины, всякие работы местных умельцев, – сделать выставку. Открыть пару летних кафешек на тройку-пару столиков с выпечкой и напитками, вот примерно так.

   Дэллия, сидевшая с загоревшимися глазами, тут же сказала:

   – Выставку точно сумеем, у нас много интересных вещей можно найти по домам, а про площадки поподробнее расскажите.

   Пока рассматривали, решали и прикидывали, как лучше все организовать, наступил вечер, и мы поторопились домой, договорившись завтра начать обустраивать городок. Гости уже сидели в беседке, попивая отвар и квасок, заедая все плюшками.

   Антипа не стал томить гостей ожиданием:

   – Раз у кмета задержалися, сурьёзный значицца разговор ведется, я Зинушу знаю, заздря сидеть тако долго не будет!

   Посидели славно, но засиживаться не стали, с утра предстояло много дел, перво-наперво 'детишков' проводить. С утра без слез не обошлось, но это были не горькие слезы, на наших, поправившихся и принаряженных деток смотреть было радостно, расцеловавшись с ними, пошли в кметство, и началось...

   * * *

   Сумасшедший месяц. Мы с первых дней четко распределили, кто за что отвечает, чтобы не было неразберихи. Первые дни катастрофически не хватало народу, горожане все вышли на улицы, но все равно не успевали, кмет проехался по окрестным селам и потянулись люди и нелюди на 'стройку века' как с легкой Степиной лапы, стали звать нашу работу по благоустройству города.

   Через седмицу город начал преображаться. Одни вымощенные улицы уже придавали ему благородный вид, вдоль всех улиц приживались цветы, высаженные в виде всяких фигур. Наконец-то снесли рыгаловку! Антипа, посетивший дом, сказал, что его не спасешь, «душа дома умерла и лучше его снесть, путя тута не будет!»

   Еще он долго кривился и плевался возле дома Лиши, которую отправили в Унгар, там очень заинтересовались происхождением магической гадости.

   – От ить, злобство какое терпел дом-от, како и выжила душенька его в такой обстановке, пущщай годик отдохнет, снаружи только его надоть образить, а тама он сам отдохнет, и полечим его.

   Антипа приходил не один, а 'с группой своею, что ведовые будут, како отучатся'. Ведовые, все мальчишки, слушали Антипу беспрекословно и очень старались, и вскоре в городке все дома были ими обследованы, что дополнительно давало повод Тилье гордиться. Молодежь местная с таким желанием пропадала на работе, что пришлось организовать передвижную кормежку, никто не хотел надолго бросать начатое дело, и Танния, ставшая главной по питанию, смеясь, готовила, что забросила домашние дела. Ещё через седьмицу были готовы площадки – и детская, и спортивная, которые были приняты на 'Ура!', особенно счастливы были маленькие тильянцы, вот кто с ревом уходил домой уже довольно поздним вечером. На спортплощадках по вечерам было жарко, все рвались поиграть, пристроили ещё пару площадок для местных игр, одна напоминала наши 'городки', а другая что-то из борьбы была. Болельщики, как и в нашем мире, орали, свистели, спорили. Кмет с вострогом сказал, что появились желающие переехать на жительство в Тилью. Городок напоминал теперь разворошенный муравейник. Арди, через Коську передал документы на право постройки гостинного двора – доверителем и распорядителем является Зиналия Руш, в общем, домой являлись только спать.

   – Вот, а ты хотела тихонько отсидеться здеся, ить свойство характера не такое у тебя, а и задумок-от ещё много есть у тебя, ить предполагаю тако.

   – Пока отдышаться бы!

   – И то, и то верно, совсем светисси, ужо я кмету выскажу!

   – Да кмет тоже штаны веревкой подвязывает, чтобы не спадали, горячая пора, сам знаешь.

   Одному Степе все было нипочем, он успевал везде, кошечка кмета была на сносях, вечерами пропадал на спорткомплексе, выбился в судьи, вместо свистка противно мяукал при нарушениях, что приводило болельщиков в восторг. Одно его печалило – подросли котики, надо было забирать на воспитание и дрессуру, а времени пока не было, оставалось пять дней до окончания срока. Все силы были брошены на гостиный двор, в котором уже начали обставлять комнатки, завезли мебель для ресторации. Кузема с другом спешно доделывали плетеные стулья для уличной кафешки под навесом. Местный кузнец расстарался на красивые кованые решетки, от пустыря оставалось только название.

   – Да, не будь магии, за месяц только фундамет бы и сделали, а тако глянь, какой красавец случился, ай славный у меня зять будет, рыжий правда и хитрюга, но хорош!

   Рыжий хитрюга, Таши неделю провел на стройке нашего двора и результат превзошел все мои ожидания, великолепно было выполнено все.

   Надо ли говорить, что мандраж в день появления проверяющих зашкаливал у всех жителей Тильи? Вычищенный, выскобленный город радовал глаз, принаряженные жители кучками собирались у самых любимых теперь мест – в сквере, на детской площадке звенели детские голоса, молодежь кучковалась у спортгородка, мы со Степкой торчали у гостиного двора, ждали....

   После обеда из перехода наконец-то показалась высокая комиссия, в которой были знакомые лица – Арди, Коська, какие-то тирры, важный военный, пара мужиков в магических мантиях, еще кучка важных мужей – похоже, кметы других городков, судя по их вмиг вытянувшимся лицам... мы же дождались.

   Кмет наш не спасовал. Похудевший, постройневший, в новомодных брюках типа джинсов, (не было тут джинсовой ткани, подобрали самую плотную, черного цвета, но получилось классно) он подробно рассказывал, как и что, показывал все, ничего не скрывая, всех заинтересовала детская площадка, кметы принялись зарисовывать все эти качели-карусели-горки.

   На спортплощадке зависли все, наша молодежь как раз сражалась в баскет, а болельщики свистели и кричали, на верхотуре в корзине, специально сплетенной Кориком – нашим плетельщиком, для 'судьи' важно восседал кот, периодически завывая при нарушениях. Коська неприлично ржал, глядя на Степку, улыбались все, даже Арди, улыбка которого в Лиарде была большой редкостью.

   Гостиный двор же подвергся самому тщательному осмотру. Проверяющие облазили все помещения, даже подвал и кладовка не остались без пристального внимания. Тут уж кметова супруга не упустила своего – усадив всех за столы , начала потчевать «чем Богинюшка послала».

   – Похоже, мы выигрываем, – шепнул мне прибежавший после судейства кот, – глянь, какие кислые физии у соседских кметов?

   – Сплюнь, не сглазить бы!

   – А чё-то ты сбледнула, а?

   – Да не знаю, с утра мутит, как-то неважно себя чувствую. Переутомилась, похоже. Я потихоньку свалю, пойду, отлежусь, а ты потом все расскажешь, что и как.

   По дороге стало совсем паршиво, и к дому подходила, держась за штакетник, кой-как добрела до диванчика, присела, вытирая пот, и отключилась. Выплывала из какой-то мути с трудом, слыша, как сквозь вату, вопли кота:

   – Я же предупреждал! Зина, Зинуша, ну очнись же!

   В глазах начало проясняться, и увидела два лица Таши.

   – Двоится все, – прохрипела.

   Таши, приподняв мою голову, начал поить меня какой-то жутко невкусной жидкостью.

   – Пей всю, это поможет быстрее прийти в себя!

   Выпила, проморгалась и попала под раздачу:

   – А, идиотки кусок, зачем надо было себя доводить до обморока?! Я сколько раз должен тебя вытаскивать?! У меня что нервы железныЙ?

   – Чего орешь, как потерпевший, – разозлилась я, – подумаешь, переутомилась.

   Таши взял кота на руки и вынес за дверь.

   – Иди, «дипломат», погуляй, я сам поговорю с Зинушей и объясню ей все. Боюсь, если ты так будешь ей объяснять, то из её обморока долго придется выводить.

   – Пожалуйста, выслушай меня без истерик, – начал он,– как бы тебе помягче все объяснить...?

   – Да уж говори как есть, чай не маленькая, что серьезная болячка?

   – Серьезная, но не болячка. Дело в том, – он замялся, потом, решившись, сказал, – вся твоя худоба и неважное самочувствие от того, что ты беременна.

   – Чего? Да ладно! Таши, ты пошутил, этого не может быть, потому что у меня детородный возраст да-а-авно закончился, неправда ваша.

   – Правда, и я вижу у тебя две ауры, двойняшки, – припечатал он.

   И вот тут я подвисла:

   – Но я же... блин... Пол, убью! Гад гадский, вот почему темнил и тянул с моим возвращением! – в окно всунулась любопытная морда:

   – Чё, скажешь, Пол тебя уважил?

   Я запустила в него кружкой, что так и держала в руке, он с мявом отскочил.

   – И тебе, котик, лучше на глаза не попадаться!

   – Зин, все дело в том, что твой организм полностью не перестроился, ты иномирского происхождения, а дети лиардские, беременность может плохо закончиться. Можешь их не выносить. Судя по аурам, у тебя разнополые дети, одна много больше и ярче другой, роды будут трудные. Я вот удивляюсь, что ты два с половиной месяца без видимых осложнений при таком бешеном ритме отходила, а деткам тоже сложно, особенно в первые дни в твоем организме пришлось.

   Из-под окна раздалось:

   – Я что зря к животу прижимался и мурлыкал, я их просил не вредничать, а приживаться в тебе, чтобы вам всем было комфортно. Кто ж знал, что некоторые упертые будут без передышки мотаться по этой Тилье. Она думает, что только ей лихо, я, между прочим, им тоже не чужой и, в отличие от некоторых, в обморок от такого известия не падал, а сразу обрадовался, что у нас детки будут. Подумаешь, пошутил про Пола, так сразу по морде, спасибо что не чайником. – Кот всхлипнул, – везде мной восхищаются, а я дурак, терплю гонения, эх, жизнь моя – жестянка, пойду, утоплюсь!

   – Таши, кто ещё знает об этом?

   – Пол, Степка и я.

   – Надеюсь, это от вас не выйдет?

   – Могу дать клятву!

   – Пока оставь меня одну, мне подумать надо, и этому страдальцу скажи – пусть идет, куда подальше... вот, свих котиков забирать отправляется, пару дней, чтоб я его не видела.

   -Я оставлю тебе питье, постарайся поменьше ходить, полежи , подумай, а утром я приду.

   Оставшись одна, долго сидела без единой мысли в голове, они все сбежали, похоже. Посидев бездумно какое-то время, да уж, вляпалась по самое не балуй... собралась с мыслями. То, что деток буду рожать – однозначно, они совсем не виноваты, что их старая по земным меркам маман не подумала о последствиях. Опять двойня, только теперь разнополые – 'Божий подарок'.

   Самый главный вопрос: смогу ли выносить с этими иномирскими заморочками, а если нет, то кто сможет их вырастить, если меня не будет? Думала-думала, перебирала всех своих друзей.

   Пол? Нет, однозначно, деткам в компании с лешим местного разлива не самое хорошее место проживания.

   Антипа? Этот детушек не бросит, но сколько у него сейчас того свободного времени? Почти нетути, ему всю ведовскую диаспору надо учить.

   Коська, Таши – тоже нет, они по уши в государевой службе.

   Да, ситуёвина, и помереть никак нельзя, остается только сухарь Арди, хмыкнула про себя. А потом задумалась, а может и правда, Арди? Судя по рассказам Антипы, опыт обращения с малышами у него имеется – биологического папаню с пеленок вырастил, а детки будут как бы не чужие. Опять перебрала всех, и получается, что Арди, если что, самая подходящая кандидатура, м-м-м-да... Только вот, нужно ли ему такое счастье?

   А может, я в силу своей упёртости, на одной вредности выживу и рожу нормально? Хотелось бы, на земле-то, помнится, даже коровий укол не помог, вспомнила, улыбнулась, а потом опять крепко задумалась – надо завтра у Таши все дотошно выспросить, выбирать между мной и детками точно не буду – они должны жить. Вот на этой завершающей мысли и уснула, как в яму провалилась.

   А под утро Багира в сон пришла, недовольная такая: «Что ты так плохо обо мне думаешь? Этих деток я очень долго ждала, они всему Лиарду нужны! Зачем младшего моего сильно обидела?» – кошища, недовольно ворча, махала хвостом. – «Делай, как должно быть, и принимай все, как оно есть!» – фыркнула на прощание пантера и исчезла.

   Спозаранку прибежал Таши:

   – Как спала, как самочувствие, что надумала?

   – Расскажи-ка мне, что грозит и мне, и деткам?

   -Ты их оставляешь?

   -Таши, я на земле внука и своих двух близнецов потеряла, неужели ты подумал, что я соглашусь на вариант избавления от малышей?

   – Мне надо знать, кто отец, чтобы сопоставить, чья кровь сильнее, и плясать от этого.

   – А вот теперь, пока не будет клятвы – не скажу.

   – Так серьезно?

   – Более чем!

   – Я, Ташикон Сараф, именем Богини Бастики клянусь нигде и никому не разглашать сведений, полученных мной от Зиналии Руш, именуемой Зинаидой Пинич в мире Земля. – Он сделал какой-то пасс, и его на мгновение окутало мерцающей дымкой, которая распалась на мелкие блестки и впиталась в его лицо и руки без следа.

   – Богинюшка подтвердила мою клятву!

   – Да, неприятно так рассказывать, но... отец биологический – Димандан!

   – Кто? Дим? – ахнул Таши, – но... а, понял, понял, это когда он после нападения твари на озеро вывалился, но почему он об этом не знает, или не должен знать?

   Пришлось вкратце объяснить, сказав, что подробности пусть спрашивает у Пола.

   – Но, Зина, Дим не женат, детей у него нет. Почему бы ему об этом не сказать?

   – Таши, ты придуряешься? Человек был в состоянии горячки или лихорадки, ничего не помнит, и тут является какая-то безродная, никому неизвестная чужестранка и выдает Первому лицу государства о том, что беременна от него! Как думаешь, кто-то меня допустит пред его светлы очи? Пинка под зад, а то и в каталажку загремлю. И даже если допустить невероятное, ну, признает он деток, меня по-тихому где-нибудь прикопают, кому нужно напоминание об ошибке? Клеймо «бастарды» на них всю жизнь будет, и что ждет моих деток в том гадюшнике, где обитаются все эти лизоблюды и интриганы? Использовать их в борьбе за власть? Женится ваш Повелитель на какой-то знатной даме, пойдут свои детки, и что? А так, ну, погиб их отец на границе, и что? Зато вырастут в нормальной обстановке, даже если я не выживу. Надеюсь, найду, кто позаботится о них!

   Таши офигел:

   – Ты, ты соображаешь, что говоришь?! Кто их бросит из нас? Да и я надеюсь, что ваша с Димом совместимость будет подходящей, и родишь ты их, только вот роды будут сложными, заранее говорю.

   Глава 9

   – Ты у нас иномирская, антимагическая, значит, помочь тебе облегчить боль не получится при родах, наша магия бессильна, на тебя и Степку она не действует.

   – Откуда ты знаешь?

   – Маг я или где? Я в первую же встречу попробовал магически вас прощупать – и ничего, да и та жуткая тварь, – он передернулся, – её воздействие на простых лиардцев оччень нехорошее, она их полностью обездвиживает, они даже вздохнуть не могут. А ты орала как потерпевший. Знаешь, ваши иномирские словечки так органично вписываются в речь, у нас молодежь просто гоняется за такими выражениями.

   – Да уж, великий и могучий – он и в ином мире таким остается. – Хмыкнула я. – Таши, коль уж ты стал моей 'жилеткой', давай вместе подумаем, как быть и кто ещё может знать всю эту ситуацию?

   – Антипа, Арди, Коська, – не задумываясь, выдал Таши.

   – Однако я вчера сидела, думала обо всем этом и точно такие же имена про себя называла. – Я рассказала ему, что и как надумала, в случае неблагоприятного исхода, объяснила, что такое 'кесарево сечение'.

   Он долго спорил со мной, но я стояла насмерть – спасать деток в первую очередь.

   – Вот что ты споришь, отец деток, – я непроизвольно дотронулась до живота, – явно магически силён, вон как этого монстра уделал, значит, деткам что-то передалось от него, не зря же Пол меня так сильно с первого дня появления «сильно возлюбил», уж с его-то многовековым опытом он вряд ли ошибся. Думается, он, гад, и поспособствовал всему этому. Только вот, ну никак не пойму – почему я? Столько у нас на Земле молодых, красивых, продвинутых, умеющих все на свете, и вдруг я, пенсионерка?

   Таши вздохнул:

   – Раз пошла такая пьянка, как скажет Степка, без вмешательства Богини вряд ли обошлось, это она на нас обижена, а Лесной хозяин у неё всегда в фаворе был. Да и во время бунта ни одна сволочь, зашедшая в его владения, чтобы сократить путь, оттуда не вышла, бесследно исчезли, и таких, поверь, немало было. А Богиня ошибиться не могла, тем более, Пол давно и упорно ждет, что будет у него преемница, и, судя по тому, что у тебя две разные ауры, девочка твоя и есть его долгожданная. Ты представить себе не можешь, что это значит для него.

   – Так, а он тоже видит, что дети разнополые?

   – Нет, это только Тахирон может определить, Пол же точно знает, что ты беременна и надеется, что девочка.

   Я потерла руки, оживляясь:

   – Юху-ху! Вот и мстя моя, страшная!!! Я ж его, гада гадского, до самых родов буду терроризировать рассказами о сыночке!

   – Зин, Степа же знает. Он ещё в начальной стадии нюхом кошачьим определил, что у тебя там 'пацан и девка'. Он же меня и озадачил твоим состоянием, взяв с меня жуткую клятву, что-то там про 'зуб даю', и ты с ним помягче, он же тебя безумно любит и переживает.

   – Именно, что, любит. «Така любовь, така любовь», ладно. Когда большой совет соберем?

   Таши подумал, что-то прикинул и, просияв, сказал:

   – А вот в неделю (по-нашему воскресенье) и соберемся все, я извещу наших. Так, моя дорогая пациентка, никаких тяжестей, много витаминов, гулять побольше и отоспаться. Там отварчик, он невкусный, но пользительный, по утрам пить обязательно. Да, забыл, мы с Вирушкой через месяц под венец пойдем, сможешь для Вирушки придумать какое-то необычное платье? Юллис парнишка хваткий, так хочу любимой своей ведовушке сюрприз преподнести, чтобы все ахнули, увидев мою лебедушку.

   – О, даже не сомневайся!

   Таши засиял.

   – Таши, ты такое солнышко, я очень рада, что ты есть у нас!

   – Солнышко – это, я понимаю, светило?

   – На Земле Солнце, а ласково это – солнышко. Рыжих так зовут у нас, – и напела ему из мультика: «Рыжий, рыжий, конопатый», – он прицепился, что и как. Сказала, если не во вред, пусть сам в голове моей, как в телике посмотрит.

   Он аккуратно положил руки на голову мне, я просто вспомнила этот мультик. Таши увидел, пришел в восторг, заливисто и долго смеялся.

   – Ты такая сильная, другая бы истерила и требовала чего-нибудь немыслимого, а ты... – он задумался, подбирая слово.

   -Таши, первое и главное сейчас – определить совместимость нашу и доходить до родов. Сколько, кстати, ваши женщины ходят беременными?

   – Семь месяцев, но ты вряд ли столько будешь ходить. Минимум полгода.

   – Значит, совсем скоро? Пеленки-распашонки надо начинать готовить.

   – По этой части твои и Антипины эффирцы мастера, посмотрим, если у вас с детками все более-менее нормально, то переходом сбегаем в Эффирию, на пару дней – по дорогам трястись категорически нельзя, да и долго караван будет идти, седьмицу. Дай пальчик, кровь возьму, чуток. – Уколол, пару капель капнул на какую-то бляху. – Все, я убежал, мне ещё у Дима надо придумать, как кровь взять. С котом миритеся ужо!

   Сижу в беседке, малость кисну и сама себя успокаиваю: «Не кисни, тыква, не кисни, второй шанс тебе выпал, малыши», но так все запутано и, если честно, страшновато – не за себя, за малышей.

   И тут сзади -тихий такой вздох, и на плечо ложится Муськина морда. Поворачиваю голову и натыкаюсь на такой сочувствующий взгляд лошадиных глаз.

   – Мусь, какая ты у нас умница!

   Умница тихонько толкает меня мордой, чтобы я развернулась к ней лицом, и начинает меня потихоньку обфыркивать, обдавать теплым своим дыханием, как бы говоря: «Все будет нормально, не переживай!» Обняв её за шею, прижалась лицом к ней, она же успокаивающе пофыркивала мне в щеку.

   Тихонько стукнула калитка, и раздался Степкин голос:

   – Быстро построиться! Так, молодцы! – кот кашлянул, кхе-кхе, позвольте разрушить ваши интимные объятия и представить...

   Подняла голову и офигела: на дорожке ровным рядком сидели котишки с важным выражением на мордашках, пять штук, все разные, но такие славные!

   – Ой, какие хорошенькие!

   Кот приосанился:

   – Представляю по старшинству: Вася – черный, (вылитый Степка, кивнул мордахой и, отставив одну лапу, вроде поклонился), Тигр – котишка и правда был похож на тигренка, Рыжик – кличка была самое то, Тимоха – у этого была такая разгильдяйская рожица и интересная расцветка, как у бенгальской породы, и Мурзик, трехцветный. Мальчики... – кот мявкнул, и мальчики синхронно склонили мордашки.

   – Идите уже ко мне, малыши, дайте я вас поглажу! – Котишки построились в рядок и подошли ко мне, Степа выжидающе смотрел на меня. – Иди, гад, сюда! «Главнокомадующий», мявкнув, прыгнул на колени и полез обниматься, а за ним и остальные котишки тоже забрались на колени. Картина получилась маслом – я, кот, вставший на задние лапы, передними обнявший меня за шею, на коленях котишки разных расцветок, на плече Муськина морда...

   Вот такую идиллию и застал кмет, вихрем залетевший во двор:

   – Зинуша, мы... о, какая нежная картина. Зинуша, Степан... наша Тилья признана лучшим городом! И Его Величество дал повеление: через наш город пройдет главный путь к побережью, – он подхватил меня и закружил, – я так рад, в городе все обнимаются, счастье какое, что вы с котом решили в нашем городе жить!

   И пошло-поехало. За ним явились Каллен с женой и дочкой кмета, сияющие Кузема и Корик, наобнимавшись потащили нас на главную улицу, которая была полна народа.

   * * *

   Утро воскресенья началось... с Муськи, едва я проснулась, её морда с грохотом всунулась в открытое окно.

   – Мусь, ты чего с утра... – я замолчала, увидев в зубах большой букет цветов, да ещё перевязанный ленточкой. – Это мне?

   Невозможная полулошадка кивнула и осторожно, вытянув шею, положила его мне на постель.

   – Спасибо, моя хорошая!

   Ещё раз кивнув, Муська удалилась.

   – Чудеса!– одевшись, вышла из комнаты и сразу попала в объятья Антипы.

   – С рождением тебя!! Здоровьица и долгия лета! Ить мы со друганом постаралися тебе праздник-от устроить, оценивай от!

   Празднично украшенную горницу пересекала широкая полоска материи на которой яркими большими буквами – Русскими! – было написано: С ДНЕМ РОЖДЕНИЕМ!

   Я зависла, прикидывая, так ли? О, и правда, мне же сегодня по земному аж шестьдесят один годик.

   -Так ить сколь не случися, а рождение, – облапил меня Антипа, – я дай-кось тебя облобызаю! – Расцеловав меня в щеки, отправил красу наводить.

   А выйдя на крыльцо, заулыбалась. БКС в полном составе сидели и очень слаженно замурлыкали на кошачьем, типа: 'С днем рожденья тебя!'

   Генерал же мордой толкал ко мне большую коробку – От России и Лиарда, с любовью!.. обнимай уже меня скорее!

   – Чё деется, коты в служивые записалися, а и красивые же они, от ить папаня постаралсси! А и надоть корифану энто БКС заиметь, глянь-кось, како важно выёживается! Ну, пусть его, ай и правда пользительно будет. Скоро наши придут ужо, а у меня и конь не валялсси, пойду ужо приготовкой заниматьсси, а ты к Юллису-то хотела дойти, ить ждет поди, не долго тама и коробку-то глянь ужо, ить старалися.

   В коробке лежали... босоножки... легкие изящные и моего размера. Не удержалась, померила... Супер!

   – Вы где их взяли, у вас ведь такого не носят?

   – Секрет ить, фирмы, Степа сам тебе обскажет.

   – Я вас обожаю!

   Пошла к Юллису, привычно отметив, что за мной увязались два котишки – «котоохрана», которые теперь поочередно сопровождали меня везде.

   – Кто на кошек сильно внимание обращает? Ну, бегают поблизости и бегают, никому же в голову не придет, что они на задании, – важно объяснял мне кот. – Пока малышня появится, я их, ух как, натаскаю, ты-то сама за себя сумеешь постоять, а мелкие, пока ещё подрастут...

   У нас с ним был долгий разговор, на перспективу. Итог подвел Степа:

   – Короче, они не только твои дети, но и мои, и я тебе так скажу, буду учить их всему, даже если в меня кружки и тапки будут кое-кто кидать! – он театрально вздохнул. – Судьба моя такая, трагическая!

   – Артист в тебе пропадает!

   – Да я уже с Дэллией на эту тему перетёр, задумали местный театр организовать, начнем с маленьких сценок, а там, глядишь, и развернемся.

   – Вот такие планы грандиозные у обычного кота. Похоже, мы, правда, не одну жизнь проживаем, а у тебя, Степ, точно какая-то из жизней была в человеческой ипостаси, то ли актера, то ли афериста.

   – Спасибо, приласкала, как и всегда.

   У Юллиса все кипело и крутилось, Каллен, тирра Сталл, не стала оставаться в стороне, а смело взяла на себя принятие заказов, снабженческие функции и счетоводные дела. Приняли ещё трех швей из сел, всему городу срочно понадобились обновки из «журнала мод». Юллис теребил меня – давай новые фасоны, вот я и вспоминала все. Сегодня же мы с ним свадебные платья собирались 'придумать', у Дэллии оказался неплохой дар к рисованию, вот и сделаем ещё один журнал. Замуж-то не перестанут выходить, пусть будет возможность поразить всех окружающих красотой невесты.

   Увлеклись, платьев навспоминала прилично, и набросков получилось много, азартную работу прервал Степа:

   – Домой пора. Гости собрались, а хозяйка где-то блудит. Ну-ка дайте глянуть, что у вас вышло... неплохо, неплохо... Зин, а чего ты про те платья не вспомнила, ну в них девочки пели это... – кот завилял задом и пропел: «а у меня самая, самая красивая попа», – вызвав дружный смех.

   – Такие платья здесь вряд ли кто решится надеть, не провоцируй!

   Но Юллис привязался, пришлось набросать – длинные платья с весьма шокирующими вырезами на спине и по бокам.