Текст книги "Право на жизнь (СИ)"

Автор книги: Миято Кицунэ

Соавторы: Милисса Романец
сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 16 страниц)

Из оружия при себе у неё имелся только подаренный папой-Богданом нож с рукояткой в виде трёх переплетённых голов Горыныча, который она носила за голенищем. Но в форте точно должен был остаться небольшой запас еды, а ещё на территории бил маленький ключ, так что водой они точно обеспечены в этой «осаде».

Василиск больше не ярился и не «танцевал», скорее от него чувствовалась настороженность и, наверное, удивление. Ожега представила, что сейчас тот думает о том, куда делась та прекрасная «сильная самка», с которой он заигрывал, и почему вместо неё появилась худосочная маленькая людка, и нервно усмехнулась. Красные глаза, горящие в темноте как угли, кажется, не оставляли её без внимания, пока она ходила и проверяла запасы.

– Я – Ожега. Ты помнишь меня? – она протянула руку ладонью вперёд.

Раздвоенный язык тронул несколькими быстрыми касаниями её пальцы, и исполинская голова приблизилась вплотную, позволяя погладить тот «клюв», который оказался тёплым и плотным, на ощупь похожим на рог. Василиск снова что-то клекотнул и опять лизнул её.

– Красавец, – улыбнулась Ожега. – Я видела василисков на картинке, но эти рисунки не имеют ничего общего с реальностью. Ты намного красивее. Очень-очень красивый.

Василиск издал новый урчаще-курлыкающий звук, сложил и вновь разложил гребень, словно намекая на своё украшение. Ожега хмыкнула, в мифологии Яви почему-то считали, что василиски – это существа, высиженные жабой из петушиного яйца. С большой натяжкой можно было сказать, что издалека и с поднятым гребнем морда василиска отдалённо напоминала петушиную, но лишь очень издалека. Разве что звуки, что издавал Яровзор, и правда немного похожи на птичий клёкот. Впрочем, очень сомнительно, что кто-то в Яви успел бы разглядеть василиска или просто вообще его видел. Это и в Беловодье крайне редкий Зверь. Сам Хранитель.

Василиск дёрнул головой, подставляясь для почесывания вдоль челюсти, и обполз, забирая в кольцо, всё чаще опуская и поднимая гребень.

– И что теперь? – посмотрела Ожега из образовавшегося «колодца» вверх, откуда на неё уставился василиск. А потом поняла, что так гораздо теплей. В форте не предусмотрено отопление. Разве что имелся небольшой запас дров, чтобы приготовить первый обед по возвращению летом, и собрано что-то вроде каменного костровища. Но… непонятно, сколько им придётся просидеть здесь, пока Яровзор сможет вернуться в родное тело.

Она потрогала твёрдую шкуру с плотно прилегающими чешуйками и поняла, что тот очень даже теплокровный.

– Я и правда немного замёрзла, – Ожега погладила чуть встопорщенные чешуйки возле гребня. – Предлагаешь мне чуть отогреться?

Василиск медленно покачивался, поднимая гребень, но и не думал сжимать кольца, наблюдая за ней сверху. Ожега села и прислонилась спиной к тёплому боку.

– Ну как ты, красавец? – спросила она. – Интересно, ты меня хоть немного понимаешь? Думаю, мне надо помедитировать, чтобы быстрей собрать растраченную магию. Так я хотя бы смогу обратиться и разговаривать с тобой.

Василиск ответил что-то вроде «гр-р-р-гр-гы-кур-глык», так что Ожега решила, что это одобрение плана, и прикрыла глаза, настраиваясь на природное слияние.

Она дышала и вспоминала, что в прошлом году на «раскрытии Дара» им объясняли, как для начала входить в резонанс со своим Зверем. Предмет подразумевал вбирание и использование магии Зверя в людском облике. И в принципе она и так умела делать нечто подобное, потому что с развитием оборота научилась использовать мёртвую воду во время сражения. Но сейчас, когда она буквально находилась почти внутри василиска, пришла идея, а почему бы не попробовать совершить слияние с ним. Возможно, таким образом она сможет дозваться до Яровзора или поговорить с его Зверем. Непонятно, как много зелья было на губах Юли. Ожега не сильна во всяких целительских штуках, но даже она слышала про «озверин» и то, что давали его буквально понюхать. Под воздействием большой дозировки Яровзор мог пребывать в теле Зверя недели, а то и месяцы. А учитывая его проблемы со Зверем в принципе, отсутствие какого-то контакта и якоря, да и такое недобровольное открытие сил с убийством брата, вполне реально заточение в теле Зверя и на годы. Потому что совершенно непонятно, что происходит во время принудительной трансформации.

Впрочем, бросать Яровзора одного в таком состоянии она не собиралась. Рано или поздно зелье перестанет на него действовать, и тогда они вместе вернутся в Академию. Ожега не позволяла себе думать об ином исходе. В раздумьях и медитации Ожга не заметила, как завершился день, а она уснула, пригревшись в тёплом коконе колец василиска.

* * *

Разбудил Ожегу шипящий клёкот, гагаканье и в целом очень странные и необычные звуки. Она проснулась и не сразу поняла, где находится. Вокруг были какие-то круглые чёрные брёвна, и она наконец всё вспомнила.

– Модя? – встрепенулась Ожега, сообразив, что гагакать может только коловерша, который как-то её нашёл. Она выбралась из «колодца» колец и зябко поёжилась. Из таверны она выскочила без тёплого плаща, потому что успела раздеться. Внутри её созданного убежища оказалось очень даже тепло, тогда как снаружи – не очень.

Василиск, как оказалось, не размыкая колец, пощёлкивал клювом и лениво пытался достать Модю, но в то же время не навредить ей. А вот когда она вылезла и показалась, василиск уже всерьёз нацелился на кричащего гуся, который, завидев её, ринулся под ноги.

– Яровзор, не тронь, это мой зверёк! – закрыла собой Модю Ожега, и василиск, что-то пророкотав, потерял к Моде всяческий интерес.

«Тебе передали одежду и еду», – сказал Модя мыслеречью.

– Давай! – обрадовалась Ожега, особенно тому, что, хотя из коловерши достать может только кровный хозяин, отдать коловерше что-то могут и связанные узами сёстры. И они подумали о ней и передали что-то поесть.

Модя выдал ей её же тёплый плащ, а также корзинку с тёплой едой, в которой был и термос с горячим травяным чаем-взваром. Его Ожега выпила в первую очередь. Оказалось, что очень хотелось пить и согреться изнутри, а то от переживаний словно всё выстыло.

Следом на браслет пришёл посланник от Озары, в котором сестра просила продержаться ещё немного и потерпеть, они с Оляной и Юлей пока ещё разбираются во всём. А ещё, что к ним скоро могут наведаться Прут Буреславович и Муреш Арджешевич, чтобы проверить состояние Яровзора и в чём-то убедиться. Некоторая недоговорённость в послании сестры Ожегу ничуть не успокоила, а наоборот, заставила занервничать.

А что, если преподаватели решат, что он кругом виноват? Или кто-то всё-таки пострадал? Мало ли под тем завалом кто-то был. Возможно, и жертвы. Бейлор могла потребовать виру. Или просто кланы погибших – с Аспидов… В общем, ничего хорошего.

Ожега выглянула в бойницу и убедилась, что вчерашние пауки никуда не делись. За спиной раздалось урчание, но в этот раз оно было иным, не курлыкающим, а будто…

«Он голоден», – сказал Модя.

– Ты голоден… – и сама догадалась Ожега, взглянув на заинтересованно принюхивающегося василиска.

Глава 9
Предположения

– Я получила посланника от Ожеги, – выдохнула Озара. – Кажется, они с Яровзором укрылись в форте, где была их летняя практика.

– Ох… Хорошо… – вымученно улыбнулась Оляна, суетно поправив одеяло у так и не пришедшей в себя Юли.

– Я помню, где это, – сказал Кадмаэль, который с момента помощи ещё в деревне оставался поблизости, обосновав это тем, что к нему могли быть вопросы насчёт его магии воздействия, которую он использовал. – Они жили чуть северней нас за лесом.

– Да? – переспросила Озара.

– Да, я тоже знаю, где это, – кивнул Стремглав, который остался рядом, возможно, боясь упустить из виду Кадмаэля.

– Тогда нужно сказать об этом Пруту Буреславовичу, – предложила Озара. – Его назначили главным в… разбирательстве. Да… Я пойду, скажу ему…

Она вышла из пещеры, которую определили как лазарет, и поспешила к преподавателю по воинскому искусству.

Пока они доставили Юлю в Змейлор, чтобы той оказали помощь, прошло немало времени. К тому же те девчонки и несколько парней, кто успел сбежать от василиска в таверне, оказались в Академии первыми и успели обвинить во всём Юлю и Яровзора. Так что разбирательства у ректора нервов Озаре точно не прибавили. И из-за них были потеряны драгоценные часы. Пока с Юли сняли тот ошейник, пока опросили свидетелей, пока отправили кого-то в деревню, чтобы всё разузнать у местных. Время уходило.

Юля тоже ещё в себя не приходила, и Кадмаэль, который предупреждал, что может всё испортить своим вмешательством, караулил в лазарете. Но там правда иного выхода не имелось.

Идея насчёт использования любовной магии, кстати, исходила от Стремглава, и хотя это и сработало, по крайней мере, они быстро узнали, в чём дело, Озару всё равно грызло чувство вины. Подруга так и не пришла в себя, да и пропавшая Ожега заставила понервничать. Хорошо ещё, что сестра догадалась оставить посланника.

Связи с родными, чтобы испросить совета у них, не стало с началом учебного года. Последними письмами они обменялись летом и осенью. Сейчас предстояло действовать на свои разумение, страх и риск. Озара глубоко вдохнула и попыталась структурировать то, что знала, что им потребуется и что делать.

Во-первых, следует убедиться, что точно никто не пострадал, а также проследить, чтобы их не оговорили, как это случилось почти сразу, что весь Змейлор гудел. Сплетни среди студентов тут разлетаются со скоростью степного пожара. Показалось даже, что этот степной пожар нарочно кто-то раздул, чтобы замести следы, ведь они так и не узнали, кто заколдовал Юлю. Во-вторых, естественно, надо узнать, кто надел на Юлю этот ошейник, который забрал для изучения Муреш Арджешович, найти и наказать виновных. Конечно, может оказаться, что кто-то действовал и не против них, а против Яровзора. У того в силу сложного характера и ещё более сложного Зверя вроде как появились некоторые недоброжелатели, но тот, кто такое сотворил, явно не догадывался, к каким последствиям это могло привести… В таверне находилось, наверное, людов сорок, да и время как раз к обеду. Тут всё указывает на Радомиллу: она могла не знать, что Яровзор именно василиск, а Юлю подкараулить ещё в Змейлоре, та вчера упоминала, что хочет с утра пойти в деревню. То есть вообще непонятно, что Юля делала со вчерашнего позднего вечера и до обестины, когда оказалась в таверне. И живёт она одна почти… Но Добрынка-то точно встаёт ни свет ни заря и работает то на кухне, то ещё где, в общем, можно подкараулить. Или в общежитии или на тропе…

Тот ошейник, когда Муреш Арджешович его снял, показался знакомым: что-то похожее на чёрных вылвах надето, даже кошачий глаз – управляющий элемент – точно такой же. Значит, допустим, эту штуку с вылвы и сняли. Кто мог сделать это незаметно? Да кто угодно на самом деле. Вылвы, конечно, сидят стаями, но они почти не разумны, и сцапать кого-то одного с краю спокойно можно. Вой не поднимут, если тихо или ночью. Они же тоже спят. А вот как-то перенастроить ошейник? Кто на такое способен? Кто-то, кто обучается искусничеству? Ну, у неё, к примеру, были и домашние уроки, и кое-что она и так умеет и знает. К тому же она сама этот ошейник в глаза не видела и не знает, насколько сложно изменить его настройки. Может, с этим справится и первокурсник… Или, например, Стремглав, который делал неплохие успехи в искусничестве на первом курсе и спелся с Радомилой на втором. К тому же именно Стремглав сразу «понял», что такое с Юлей, и посоветовал использовать силу Кадмаэля. Озара сама дала ему разрешение и уговорила. А что, если на это и расчёт? Например, подставить Кадмаэля? У Стремглава точно на его счёт оставались нездоровые мысли. Что, если вмешательство Кадмаэля погубит Юлю? Или просто оборвёт все ниточки связи Стремглава с артефактом? Ведь Стремглав крутится с Радомилой, а у той явно задание следить за ними, отбивать от них ухажёров… А Юлю Радомилла всегда недолюбливала, впрочем, учитывая тот случай с оборотнем, скорее уж ненавидела. Тут получается одним выстрелом и насолить Кадмаэлю, и избавиться от Юли, и убрать поклонника Ожеги. Всё сходится…

* * *

– Что тебе сказали? – спросила Оляна. В лазарете прибавилось народу, и рядом с сестрой находились также Хэй и Бай. Судя по всему, Юля в себя так и не приходила.

– Что… Группа усмирения василиска выдвинется в форт завтра утром, – ответила Озара. – Я… сказала, что Стремглав хороший следопыт и что можно взять его с собой, мало ли…

– Отлично, – улыбнулся ей Стремглав, – я буду рад помочь.

– И что Кадмаэль нам очень помог и… в общем… – отвела взгляд в сторону Озара. – В общем, ты тоже в группе, если не возражаешь.

– Не возражаю, – коротко ответил Кадмаэль.

Озара кивнула. Она выложила свои догадки и предположения Пруту Буреславовичу, и тот предложил взять обоих парней с собой, чтобы проследить за ними и понять, в чьих интересах они действуют. Ну и чтобы на виду были.

– Тогда…

– Надо снарядить Модю к Ожеге, – предложила Оляна. – Когда вы ещё до них доберётесь. А она вчера вроде бы даже без своего плаща была. И в форте, хотя и есть припасы, вряд ли она будет успевать что-то готовить. Ещё неизвестно, как на тот же огонь отреагирует озверевший василиск.

– Да… Точно, пойду поищу его и прослежу насчёт припасов, – кивнула Озара, радуясь, что ей есть чем заняться и не надо думать о предательстве люда, которому она доверяла.

* * *

Когда они спустились в деревню и снова поговорили с местным старостой, выяснилось, что всё-таки от действий василиска никто серьёзно не пострадал. То есть смертельно или необратимо: хозяйка сломала руку, и у парочки работников ушибы разной степени тяжести. В самой таверне крышу проломило и мебель попортило. Но это дело решаемое: зелья для лечения и несколько людов из Змейлора, в основном, кажется, из клана Змеу с вышивками воды и гор на рубахах, уже помогали с восстановлением и закрывали большую дыру в потолке.

– Привет, вас что, отправили василиска искать, или чего вы тут? – чуть прихрамывая, приблизился к Озаре какой-то парень из тех, кто помогал местным, когда Прут Буреславович отошёл вместе со старостой, чтобы решить вопросы по лечению пострадавшей хозяйки и по строительным материалам. Она даже подумала, что тот тоже из пострадавших.

– Да, с ним моя сестра, – кивнула Озара. – А вы тут…

– Решили помочь, – пожал плечами парень. – У нас сегодня есть окна, так что мы объединились, а богиня разрешила выйти на помощь. А в третейник, в выходной, ещё придут желающие – их тоже отпустят на восстановительные работы, так что к следующей неделе всё должно быть готово. Будут вновь студенты приходить, чтобы пропустить стаканчик пива или сливовицы.

– О… это классно, – смущённо ответила Озара. Из-за отсутствия связи она даже не могла попросить помочь с какой-то компенсацией.

– Ну что поделать, если этот Василиск окончательно кукухой поехал и поэтому обратился в самом людном месте? – пожал плечами парень. – Он и до этого не отличался благоразумием и нормальностью, а теперь и вовсе… Удивительно, что никого не покусал или не окаменил.

– Это неправда! – нахмурилась Озара. – На нём применили зелье принудительной трансформации.

– Может быть, конечно, – снова пожал плечами парень. – Но не в первый раз у Яровзора крыша едет, и он на людов кидается. Так что надеюсь, что вы его найдёте, и его накажут как должно.

– Не в первый? Что ты имеешь в виду? – присоединился к разговору Стремглав, который стоял рядом и слушал их беседу.

– Да были случаи же, – удивлённо ответил парень. – А, ну вы явно из молодняка, может и не знаете. Он весь свой первый и второй курсы на всех кидался. Ладно, мне работать пора, бывайте.

– А ведь насчёт зелья нам так и ничего не подтвердили, – тихо пробурчала под нос Озара. – Когда мы Юлю в Змейлор притащили, там уже на её губах ничего не нашли. Столько времени прошло, да и стоит пару раз облизнуться…

– Я чётко слышал, что она мне ответила, она не могла соврать, – сказал Кадмаэль. – Если понадобиться, я стану независимым свидетелем.

– Приму помощь с благодарностью, – кивнула Озара. – Хотя надеюсь, что этого не понадобится… Не нравятся мне эти слухи, что вокруг Яровзора ходят.

– По правде, я тоже что-то такое про него слышал, – смущённо сказал Стремглав. – Вроде он на какого-то Змеу со своего курса напал или вроде того.

Озара поморщилась, но ничего ответить не успела, так как вернулся Прут Буреславович.

– Мне передали подтверждение, что стражи границ караулят кого-то возле северного форта, так что всё совпадает. Выдвигаемся туда.

* * *

До северного форта пришлось пройти пешком. Это заняло несколько часов, так как оборачиваться из всей группы могла только Озара. Остальные если и не впадали в спячку на зиму, то жили в более тёплом климате. Она тоже предпочла сберечь магию до встречи со стражами границ, не ясно, кто это вообще такие.

В их команду «усмирения» взбесившегося василиска, которая оказалась и чем-то вроде расследовательской комиссии, возглавили Прут Буреславович – преподаватель воинского дела, но с ним отправились Сомеш Буреславович, который вёл оборот, и целитель Муреш Арджешович – поклонник Благи. Правда непонятно, когда они с ней вообще встречались, учитывая погружение в Навь. Но в общем, вчера Муреш Арджешович весь день провёл с Юлей, но сегодня с утра сказал, что опасность миновала, и Юля должна прийти в себя через какое-то время – пара дней, не больше, прописав курс восстанавливающих зелий. Тем не менее из целительского лазарета Юлю пока не отпустили, и с ней осталась Оляна и присоединившаяся к дежурствам Ягира, ну и Добрынка. Несмотря на то, что Стремглава Озара увела с собой, в Змейлоре ещё бродила Радомилла и был не нулевой шанс, что та попробует как-то замести следы. Оляна сказала, что постарается переместить Юлю в более безопасное место, хотя бы в свою комнату. Хэй и Бай тоже вроде бы соглашались быть на подхвате. Хотя особого доверия Озара к ним не испытывала, так что попросила Борща за ними приглядывать. Борщ, который оказался троюродным братом Яровзора, порывался помогать и хотел отправиться с ними, но Озара выдала ему задание по силам.

– Я что-то уже и забыла, насколько далеко этот форт от Академии, – пробормотала Озара на привале, жадно напившись из походной фляги, которую ей передал Кадмаэль.

– Летом-то почти целый пеший дневной переход, а зимой идти ещё сложней, хотя снега не так и много… – ответил Стремглав, перебив возможные слова своего «соперника».

– И да, зимой путь только длинней и тяжелей. И день значительно короче. До темноты нам к форту точно не успеть, – всё-таки взял слово Кадмаэль. – Учитывая, что стражи Бейлор изолировали василиска, думаю, наставники считают, что княжне Ожеге ничего не угрожает. Так что, вероятно, мы переночуем в ближайшем отсюда месте.

– О, точно, мы летом проходили мимо какого-то охотничьего домика, – вспомнил Стремглав. – Да и логично это, – он кивнул на их провожатых.

В их группе было восемь людов, точней, шесть людов и двое людей: кроме наставников и Стремглава с Кадмаэлем с ними из деревни отправилась ещё парочка вооружённых луками и стрелами местных охотников, которые показывали зимние тропы.

Так и случилось. Они дошли до упомянутого парнями охотничьего домика и заночевали там. Им объяснили, что зимой в приличного размера амбарной пристройке хранили убитую дичь, которую потом доставляли на кухню Академии, а осенью – сушили и вялили мясо, из которого готовили ту самую сытную гороховую похлёбку со специями, которая многим нравилась. Даже с собой им выдали «паёк» как раз с таким вяленым мясом – хочешь так жуй, хочешь – вари.

Охотничий домик представлял собой буквально печку по центру и спальные полки-полати в два ряда по трём стенам. Одному из их охотников удалось подстрелить подсвинка. Так что поужинали они дичью.

Озара только порадовалась, что они отправили Ожеге Модю с утра пораньше. Стояли самые холодные и тёмные дни года, так что она надеялась, что в форте нашлись дрова и хоть немного еды.

Магические змеи, к которым относились и аспиды, и василиски, вообще-то, как и обычные немагические сородичи, способны долго терпеть голод, ну и долго переваривать то, что съели, но насколько там вменяем Яровзор – тот ещё вопрос. В Моде должны были быть и оружие, и охотничьи принадлежности сестры, так что Озара надеялась, что та как-то сможет прокормить василиска, которого загнали в форт. А там и они подтянутся.

Поразмыслив, она решила не отправлять ещё одно сообщение за день, чтобы мало ли Ожегу от чего-то не отвлечь. Вот будут они на подступах – предупредит.

– Озара, есть разговор, – шепнул Стремглав, когда Озара уже собиралась залезть на полать, чтобы отдохнуть и поспать. Ей, как единственной девушке, определили самый дальний угол, да ещё и за потрёпанной, но занавеской. Последние дни выдались выматывающими и суетными, давила на нервы неопределённость, а вчера она почти не сомкнула глаз, размышляя над тем, как всё так вышло и что им делать.

– Что ты хотел?.. – спросила Озара, когда они вышли и отошли от домика.

– Я тут вспомнил… что недавно кто-то выспрашивал у Радомиллы о вас с сёстрами и Юле. Она не уточнила, кто это был, только возмущалась, что всем есть до этого дело, – криво усмехнулся Стремглав.

– Интересно… – хмыкнула Озара. – Значит, это не Радомилла?

– У неё мало знакомых в Змейлоре, – покачал головой Стремглав. – И она стремится действовать самостоятельно, а не через посредников, и больше зациклена на соперничестве с вами тремя.

– Соперничестве? С нами? – удивилась Озара. – Правда? И в чём?

– Во всём. В происхождении. В красоте. Да и я её заинтересовал, потому что с тобой… то есть из вашей компании. Кажется, какой-то пунктик из-за неуверенности в себе. Такие заблуждения довольно забавны, – вновь усмехнулся Стремглав.

Озаре же подумалось, что в стремлении «заслужить» чьё-то признание и любовь Радомилла также очень напоминает самого Стремглава периода его пребывания в клане Оперённых змей, и это, возможно, послужило их сближению. Стремглав просто не мог не реагировать на похожие триггеры. К тому же сказанное прозвучало не слишком убедительно, а как попытка обелить и выгородить Кикимору.

– Если это не Радомилла, то кто?.. – посмотрев прямо в лицо Стремглава, спросила Озара.

– Ну… не обязательно же, что целью были вы с сёстрами или Юля. Возможно, и сам Яровзор. Его многие недолюбливают и боятся, – как будто смутился её взгляда Стремглав. – Тот парень в деревне сказал, что Яровзор до этого на кого-то там нападал. Мало ли, старые счёты.

Озара хмыкнула, но решила не исключать и такую версию. Хотя, конечно, такие «счёты» могли быть с огромным количеством жертв. Если бы Яровзора и так не боялись, если бы он не предупредил, если бы Ожега не ринулась в таверну… Как-то слишком много «если». Плюс, почему тогда раньше никто не мстил, а именно тогда, когда Радомилла появилась внезапно «звёзды сошлись»? Хотя и Стремглаву поверить хотелось. С другой стороны, он говорил только о невиновности Радомиллы, точней, о том, что лично та вроде как не участвовала. Или он об этом не знал. К тому же про себя он не сказал ни слова. Опять же, если Озара спросит его напрямую об этом, а Стремглав и правда не виноват, это будет концом всей их дружбы. Так что Озара пока решила смолчать и собрать чуть больше сведений для каких-то обвинений.

– Я обдумаю и такую версию… – сказала она. – А теперь стоит всё-таки отдохнуть.

– Да… конечно, – показалось, что Стремглав что-то хотел ей сказать, но передумал.

Озара кивнула, вернувшись в охотничий домик, а когда вошла, наткнулась на пристальный взгляд Кадмаэля, от которого внутренности опалило огнём. Озара привычно проверила науз, но тот работал исправно.

Уже не в первый раз Озара думала о том, почему, несмотря на науз, продолжает чувствовать себя так уязвимо рядом с Кадмаэлем. В тот самый первый раз она испугалась потерять себя. Смогла отстоять свой разум буквально чудом. И каждый раз, когда Кадмаэль находился поблизости, страх вновь и вновь овладевал её существом.

Возможно, она даже немного избегала Оперённого, несмотря на то, что собеседником тот был интересным: она имела возможность в этом убедиться во время учёбы и полевой практики. Впрочем, убеждалась не так и часто, потому что… избегала.

Сейчас в голову пришло, что нечто подобное она ощущала в совместном обороте: страх потерять себя и раствориться в чувствах. Она точно также боялась в слиянии с сёстрами. И даже после двух месяцев тренировок именно она тормозила их прогресс в этом направлении. Также она боялась и магии Кадмаэля, которая всё равно каким-то непостижимым образом немного на неё действовала.

Озара тряхнула головой, собираясь с мыслями. С этим стоило разобраться попозже, а сейчас и правда стоило отдохнуть и набраться сил.

И всё же, поразмыслив над словами Стремглава, утром на свежую голову Озара отправила посланника Оляне с вопросами, как там Юля, и что говорят в Змейлоре, и не слышал ли кто про «нападения» Яровзора на кого-то.

Ответ от Оляны пришёл незамедлительно: Юля пока не очнулась, но стабильна, а сплетни про Яровзора ходили ещё на их первом курсе: василиск повздорил с одним Змеу и лишил его Зверя. Озара тогда чуть не разбила себе лоб в «фейспалме»: она же знала про этот случай. Именно из-за него они узнали о таком свойстве яда василиска, и одним из их планов по спасению от Ящера полтора года назад было лишить одну из них Зверя. Её и лишить. Ожега тогда же всё рассказала Яровзору, и тот предложил им свою помощь как василиска. Но ещё тогда, вообще как-то получше узнав Яровзора, Озара отмела те обвинения и придумала им оправдания, а сейчас и не вспомнила, несмотря на всю свою замечательную память. Впрочем, она просто не любила собирать сплетни про своих друзей. Про яд запомнилось, а что этому предшествовало – вообще нет.

– Как же его звали? – напрягала голову она, но имя так и не всплыло. Лишь родовая принадлежность, и то потому, что та совпадала с погибшим во чреве Бейлор однокурсником – Иштаном Олтом. Значит, какой-то Змеу из рода Олт. Змеу… которых больше всех в Академии, включая и почти всех учителей, которые являются по совместительству и родоначальниками клана. Как-то… не очень обнадёживающе.

Она посмотрела из окошка на Прута Буреславовича и Сомеша Буреславовича, которые о чём-то говорили, дожидаясь их снаружи охотничьего домика.

– М-да… – пробормотала Озара, размышляя, будут ли этого предположительного злодея Олта всячески выгораживать или всё же учтут в раскладе? И стоит ли ей вообще делиться своими предположениями с ними или какими-то другими преподавателями? Действовал ли этот Олт один или снюхался с Радомиллой? Или вообще ни при чём?

* * *

Подход к форту окружило полчище каменных пауков. Но на их группу те никак не реагировали. Слишком приближаться они не стали, не желая нервировать василиска. К тому же дальность его убийственного взгляда оценивалась на полсотни метров.

– Судя по следу, Яровзор и Ожега внутри, – издали взглянул на форт Стремглав.

От того, что сестра на расстоянии пары сотен саженей, Озара совсем извелась. Первыми к форту пошли Сомеш Буреславович и Муреш Арджешович. Даже издали было слышно, как шипит и бьётся внутри василиск только от ощущения чужого присутствия.

Озара нервничала всё сильнее и часто поглядывала на науз. Отвлекать сестру посланником сейчас точно не самая лучшая идея. А за своими раздумьями от новых открывшихся обстоятельств она даже не предупредила об их появлении, как хотела.

– Муреш Арджешович обследует Яровзора, и тогда станет понятно, что делать дальше, – рядом раздался голос Кадмаэля, и Озара заторможено кивнула.

– Да, всё будет хорошо, – вторил ему Стремглав. – Наверное, Ожега нашла к нему подход. Так что они справятся.

Чуть удивило, что Стремглав и Кадмаэль не пытаются на этот раз избежать общества друг друга и как будто вместе решили её поддержать. Или просто опасались нападения василиска?

Возня внутри форта затихла, и Муреш Арджешович и Сомеш Буреславович всё же зашли. Ожидание спиралью вышло на новый круг. Наконец их целитель и наставник по обороту выскользнули из форта, и дверь за их спинами закрылась. Озара выдохнула, только теперь понимая, что задерживала дыхание. С Ожегой всё в порядке.

– … концентрация зелья слишком большая, он ещё долго не придёт в себя, – чуткий слух уловил разговор приближающихся наставников, и сердце заколотилось сильнее. – Нужно принести как можно больше дичи. Княжна каким-то образом смогла доставить в форт несколько оленей, но этого мало, – Озара подумала, что в этом без Моди не обошлось. – В спячку василиск должен уйти не просто сытым, а буквально обожравшимся. При лучшем раскладе княжна Ожега убедит его добровольно залечь, или нам придётся усыпить его магически, так как он останется таким ещё минимум до весны. Но тогда доверие, достигнутое со Зверем, может быть утеряно…

Посовещавшись с Мурешем и Сомешем, Прут Буреславович отдал распоряжение парням и охотникам раздобыть побольше дичи. Чтобы не сидеть в снегу без дела, Озара решила стать змеем-загонщиком и с высоты отследить какое-нибудь подходящее стадо.

* * *

В целом всё оказалось не так страшно, как Озара успела нафантазировать.

Их группа заняла соседний форт. Иногда они общались с сестрой через посланников. Озара старалась поддержать Ожегу, которую не видела уже несколько дней. Они почти всё время охотились, набивая дичью, как оказалось, весьма прожорливого василиска, а ещё заготавливали дрова, вырубая сухостой, чтобы согреться в своём временном пристанище, в котором они просыпались покрытые инеем. На второй день Озара сама забралась между Стремглавом и Кадмаэлем, чтобы было теплее. Точней, чтобы согреть своим внутренним жаром слишком мёрзнущих теплолюбивых парней, страдающих от холода. Никто из них не возражал.

– Хозяйка Бейлор открыла пещеру для спячки василиска. Стражники выстраиваются, чтобы создать живой коридор, – сказал Прут Буреславович, к которому явился посланник ректора. – Скоро всё закончится.

Озара увидела, как под снегом вокруг зашевелились исполинские каменные пауки. А потом – издалека, как по живому коридору ползёт чёрный василиск с алым гребнем на голове. Ожега, которая ехала на его спине, казалась крошечной.

Прошло всего пять дней с той поры, как они добрались до северного форта, но Озаре они показались вечностью. Ожегу она не сразу и узнала: сестра выглядела откровенно паршиво. Бледной, уставшей и какой-то потерянной. Озара обняла её, молча предлагая свою поддержку.

– До весны нам тут делать нечего. Бейлор закрыла проход в пещеру, – глухо сказала Ожега.