Текст книги "Академия взрослых (СИ)"

Автор книги: Мира Соль

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

Глава 20. Карамельная пленница

– Лекса, почему ты так уверена, что я так просто тебе её отдам? – оскалилась я, пристально изучая прелести Виллы.

Синеволосая даже не пыталась подняться. Игриво положив голову набок, она наблюдала за нами и внимательно слушала.

– Но, Ри… – возмутилась белокурая нимфа. – Позволь мне тоже доставить ей немного радости.

– Ты разве не видишь, что она прекрасно справляется без нашей помощи?

Вилла и вправду, удостоверившись, что сейчас мы с Лексой заняты обсуждением её участи, воспользовалась ситуацией и решила, что мелкую шалость никто не заметит. Удар девятихвосткой привёл её в чувство, а крик от неожиданной боли заставил Лексу улыбнуться.

– У меня есть идея, – сказала я, разматывая верёвку. – Сейчас, так уж и быть, дам тебе волю. Лови.

Блондинка резво схватила один конец, потянув на себя и прикидывая, каким образом связать Виллу.

– Не забывай, что Королева любит эстетику, – предупредила я светловолосую бестию, усаживаясь на мягкий трон. – Совсем забыла…. У тебя на всё двадцать минут. Поторопись.

Песочные часы встали на стол рядом с креслом. Каждое мгновение, утекающее сквозь тонкую перемычку, заставляло Лексу поторапливаться. Как я и ожидала, она связала Виллу максимально унизительно: безобразно, подозреваю, даже болезненно стянутые за спиной руки, плотно прижатые к туловищу ноги и выставленные напоказ прелести в ложбинке беззащитной, покрасневшей попки. В завершение Лекса создала красивейшее плетение вдоль позвоночника. Она окинула взглядом свою работу и осталась довольна результатом.

– Не переживай, Вилла, я буду нежна.

Я приглушила свет – яркость в таких делах ни к чему. Вдоль стен комнаты начали по одной загораться свечи, делая таинство интимным, прячущим многие детали даже от нас – его участниц.

Воительница клана «Рагнара» безысходным ожиданием смотрела куда-то в угол: лежать таким милым личиком на полу, да ещё и в беспомощном состоянии ей наверняка страшно. Но Лекса своё дело очень хорошо знала, и, даже имея на синеволосую зуб, не стала причинять лишних неудобств.

Нежные пальчики блондинки прошлись по густой гриве Виллы, медленно, деликатно лаская острыми коготками каждый сантиметр: голову, плечи, руки. Любую царапину Лекса сопровождала шёлковым поцелуем пухлых губ. Она чуть-чуть задержалась на упругой попке Виллы, заставляя синеволосую постанывать в ожидании и мучиться, не имея возможности подставить места, требующие особого отношения.

Лекса, хорошенько раздразнив свою жертву, наконец впилась во взмокшую, готовую к ласкам киску Виллы, вызвав у той непроизвольный крик. Лёгкие, будто сотканные из ветра, пальчики блондинки быстро сновали, готовя тугие дырочки к предстоящему блаженству.

Я встала, ногой подтолкнув к Лексе коробку с игрушками: обзор меня не устраивал, да и интуиция подсказывала, что разбавлять накал слишком долгими поисками нужного блондинка не собиралась.

Немного помедлив, а затем, снова набрав обороты, Лекса заставила Виллу перевернуться, и, встретившись с ней взглядом, хищно, с долей хитринки в глазах, улыбнулась. Синеволосая жаждала продолжения банкета.

– Ри, есть монетка? – невинно спросила Лекса, решив отдать выбор на волю случая.

Я молча бросила ей серебряную крону.

Белокурая бестия, не переставая ласкать Виллу, подбросила на ладони ценный кругляш.

– Решка, – с придыханием бросила Лекса. – Значит, сейчас мы будем трахать тебя в попку. – Голос звучал приторно, заигрывающе и… выглядел как угроза.

Синеволосая вздрогнула, испуганно косясь на меня, но… что может поделать Королева? Правильно! Контролировать, чтобы всем было хорошо, и ей в том числе.

– Поосторожней с ней, – предупредила я. – Она – новенькая.

– Да, Толлин рассказывал, – хмыкнула Лекса, по всей видимости, желая поддеть воительницу, но тут же добавила: – Хотя сам он мало что понимает в настоящем удовольствии, как и большинство парней. А вообще, все мы эгоисты, в большей или меньшей степени.

Смазка тягуче падала на член, обволакивая бездушную резину, оживлённую руками Лексы. Головка осторожно уткнулась в сжавшуюся, тугую дырочку Виллы. Лекса нежно подкрутила головку и начала отвоёвывать миллиметр за миллиметром нежной, розовой плоти. Вилла, закусывая губы, из последних сил держалась, но когда белокурая бестия, управившись с первоначальными препятствиями, задействовала язычок, воительница сдалась. Стоны, на которые провоцировала блондинка синеволосую, отдавались в моих ушах сладостной мелодией. Да и вообще мне всегда нравилось, когда девочкам хорошо.

Я не смогла остаться в стороне и присоединилась, затыкая рот Виллы поцелуем. Её беззащитность делала ситуацию в разы пикантнее. Мои губы спустились к шее, ключицам, потом чуть ниже. Грудь из-за частого дыхания воительницы вздымалась: чем не повод поиграть с её аккуратными, твёрдыми сосками?

Покусывая, заигрывая губами, пальцами и леденцом с грудью Виллы, я вспомнила о её любви к сладкому.

– Как насчёт карамели, дорогая? – Восхитительно-приторная, густая карамель, падая на пол, легла плотным слоем на мою киску, делая её похожую на пирожное с тремя крупными спелыми вишенками внутри. Правда, чтобы их достать, Вилле придётся постараться.

Я встала на колени над синеволосой куклой, давая ей возможность удовлетворить её животную страсть к сладкому. Воительница, перестав стонать, вовсю увлеклась ласками и поглощением карамели, осторожно нащупывая местонахождение ароматных, кислых вишенок. Я прикрыла глаза, блаженствуя и наблюдая за тем, как Лекса методично и сосредоточенно трахает пленницу в попку, изредка уделяя внимание остальным местам.

Член скользил так пикантно, что я, блаженствуя от нежных губ Виллы, решила немного помочь белокурой. В прошлый раз леденец воительнице понравился. Почему бы не повторить пытку особо приятными методами?

Из груди синеволосой вырвался вскрик, когда головка леденца начала притрагиваться к киске и влажной, набухшей горошинке.

– Молчи! – Я плотнее уселась, чтобы Вилле было проще дотянуться до лакомых сюрпризов, и почувствовала, что через полминуты она потянула на себя первую вишенку.

На этот раз застонала я, в отместку вставив в Виллу леденец на всю длину, и толкая его в такт ласкам Лексы.

Белокурая потянулась ко мне, чтобы урвать поцелуй, в то время, как мои пальцы, поглаживая киску Виллы, утопали в её влаге. Липкие, тёплые, быстрые и такие… Деликатные.

В воздухе витал насыщенный, сладковатый аромат смазки.

Вилла вытащила вторую вишенку.

Я, чуть не потеряв равновесие от неожиданного блаженства, отстранилась от Лексы, но чертовка не хотела меня отпускать. Её зубки начли вовсю резвиться на моей шее, поднимаясь выше, потом снова опускаясь, пока не нашли самую чувствительную цель. Даже две… Попеременно то лаская, то касаясь острыми клыками, Лекса доводила меня до истерии разными, слишком острыми ощущениями. В воздухе витал густой, щекочущий ноздри аромат пряной, с нотками мускуса, смазки.

Мои пальчики утопали в киске Виллы, поглаживая нежные, розовые губки, на грани которых двигался сладкий, красный леденец.

Синеволосая дрожала. Это чувствовалось даже в движениях её язычка, слизывающего с моей киски тягучую карамель. Ещё немного, и она кончит…

Я почувствовала, как Вилла, нащупав черенок третьей вишенки, медленно, растягивая удовольствие, потянула ягодку на себя. Взрыв где-то внизу живота, распространился пульсирующими волнами по моему телу. Я закричала. Лекса, ловя момент, прильнула ко мне губами, и мы слились в долгом, наполненном блаженством, поцелуе, сопровождающемся дрожью поневоле кончившей вместе со мной Виллы.

Когда я немного отошла, и будоражащий сознание туман отступил, заметила, что Лекса, вопреки правилам, тоже начала себя ласкать.

– Ну и что мне с вами делать, негодницы??!

Хотя, зачем я спрашиваю? Всё идет по намеченному плану…

Глава 21. Качели правды

Обе, как и предполагалось, любили нарушать правила, что напрямую говорило о том, что я для них авторитетом не являюсь. Обидно это осознавать, но всё же меня хотя бы совесть будет мучить на порядок меньше.

Я развязала Виллу, предупредив, что у них с Лексой есть несколько минут, чтобы сходить в душ или выпить кофе, после чего обе девчонки будут отрабатывать мелкие грешки.

Глядя на свитки и книги, хранящиеся на полке, я думала о том, что ведьма, создавшая порошок правды, на самом деле имела большое будущее. И что странно, к тетради с записями имели доступ почти все ученики.

Как уверяло пояснение к рецепту, после получения организмом достаточной дозы у допрашивающего будет около десяти минут ожидания и получаса шокирующих откровений, а потому настоятельно рекомендовалось составить список тем заранее.

Девчонки вернулись румяные и весёлые; розовые от горячей воды и ароматные от коллекции моих притираний, которых в ванной комнате находилось поистине царское изобилие.

– Продолжим? – спросила я, намекая им, что пора бы готовиться к следующему заходу.

– Ри, дай хоть кофе допить, – скривилась Лекса, протягивая руку к своей чашке.

Вилла промолчала, но повторила жест блондинки. После карамельного ужина ей явно хотелось пить. Опустошив свою порцию, я неспешно начала готовить следующий аттракцион. Расчертив на полу под недоумённые взгляды девчонок два круга, пустила по кольцу живые огоньки. Небольшие, но жгучие сгустки плазмы весело заплясали, закружились в беспорядочном хороводе. Они не смели выходить за границы дозволенного им пространства, но пусть бережётся тот, кто туда попал. Магия относилась к простейшей стихийной, но Вилла присвистнула. И это третьекурсница, которая априори должна была знать и уметь больше меня в разы!

– Ри, я за всё время наших с тобой стычек так и не поняла, что у тебя за специализация?

– Если мыслить широко, то я – артефактор. – Тут даже челюсть Лексы поползла вниз, не говоря уже о синеволосой. – Если тебя интересует боевая составляющая, то пока я умею только материализовать взрывные кристаллы, да и то с горем пополам. Далеко не всегда получается рассчитать силы. Ну и… уши, когти и зубы. С моей физикой, Вилла, ты уже успела познакомиться.

– Ты ни разу не использовала на мне магию?

Я пожала плечами. Зачем рассказывать Вилле свою философию, которая будет скучна и не интересна?

Сосуд Силы может опустеть, а гибкость и реакция навсегда при мне. Да и случайно убить кого-нибудь в потасовке или на арене тоже не самые приятные вещи. Как бы я не презирала членов других кланов и людей в целом, но пока ещё от моих рук никто не погиб. Вылетел из школы – да. Был вырублен либо находился на грани жизни и смерти – вполне. Но не умерщвлён.

– А зачем? Настучать по голове я могу даже голыми руками, – ответила я, подвязывая две качели под самый потолок. Лекса и Вилла с придыханием следили за моими действиями. – Готовы?

На связывание у меня времени не оставалось. Прочтя простое заклинание, я заставила девчонок в несколько секунд взвыть от неожиданности, оказавшись скрученными на манер бельчат. Они плавно расположились на качелях, а в возможностях движений были очень ограничены: максимум, что могли себе позволить Вилла и Лекса – это коснуться друг друга кончиками пальцев либо коленками. Завершающими штрихами стали маски, заставляющие чувствовать партнёршу только на ощупь. Хотя вру: соски Лексы я обрамила милыми, но очень неудобными прищепками, цепочки от которых тянулись к колечку во рту Виллы. Одно неосторожное движение головой: и блондинка будет выть от удовольствия.

Огоньки, блуждающие по кругу, не позволят девчонкам сильно раскачаться. Как только попка или спина выйдут за границы дозволенного, их будет ждать сильный жар. Я потирала руки в предвкушении. Девчонки, которые не могли видеть моего настоящего выражения лица, дрожали, ожидая, что я с ними сотворю.

План очень прост. Первой, Вилле, беруши легли в симпатичные ушки. Лекса же осталась открыта к диалогу со мной.

Длинный, вибрирующий, полуметровый член лёг между девчонками. Они томно, в унисон вздохнули, а я взяла плеть, чтобы немного их расшевелить. Чем глубже член погружался в каждую из них, тем сильнее чувствовалась вибрация. Долго на одном месте они пробыть не могли. Заскучать или сфилонить не дам я, да и игрушка не заставит долго ждать результат. Если они обе застынут, то будут кончать каждую минуту, как две сучки, пока не потеряют сознание. Слишком далеко друг от друга они тоже не смогут находиться: живые огоньки мигом накажут нарушителя границ.

– Ну что, Лекса, поговорим?

– Ты о чём? – Блондинка не подозревала, насколько она близка к выдаче всех паролей и явок.

– Ну, например, не хочешь рассказать мне о том, зачем ты здесь? – Удар плетью придал моим словам особый вес.

Лекса взвизгнула, но не в силах пошевелиться лишь оттолкнулась от ничего не подозревающей синеволосой, чтобы немного сбросить накал пульсирующего внутри неё члена.

– Мне страшно говорить тебе об этом.

Итак, порошок начал действовать. Сначала жертва начинает озвучивать свои эмоции. Согласно рекомендациям сейчас Лексе требуется разгон – пробный шар, способный потянуть за собой всё остальное.

– Как ты себя чувствуешь сейчас? – спросила я, поочерёдно охаживая лёгкими ударами обеих.

Девчонки ёрзали, не понимая, где же находится идеальная точка. Ответ прост: её не существовало. Ловушка моего собственного изобретения не предназначалась для отдыха. Чем ближе друг к другу, тем сильнее зверствовал член, чем дальше, тем горячее от блуждающих огоньков. Вилле сейчас достались тишина и покой лишь в формальном случае. Чуть сильнее оттолкнувшись друг от друга, чем следовало бы, они синхронно получили немного жара на свои округлые, беззащитные попки.

– Ай! – взвизгнула Лекса, тут же попытавшись остановить движение насовсем.

Естественно, ничего у неё не вышло.

– Ты будешь со мной говорить или нет?! – озлобленно осведомилась я.

– Буду! – выкрикнула блондинка, прижатыми к телу ладошками стараясь удержать Виллу от следующего толчка. – Что ты хочешь знать?!

– Расскажи мне, как ощущения? – улыбнулась я, удовлетворённая её ответом.

– Будто сейчас кончу…

Глава 22. Раз вопрос, два вопрос… Эротический допрос

– … Чувствую, будто сейчас кончу, – фальцетом пропищала Лекса.

Я подошла ближе и приобняла обеих так, чтобы они не смогли двинуться. Вилла, беспомощно перебирая пальчиками, закусывала губы и вертела головой, стараясь хотя бы ненамного уйти от таранящего их обоих члена. Колечко во рту синеволосой двигалось вместе с ней, увлекая за собой тонкие, но крепкие, серебряные цепочки, держащие соски Лексы.

Блондинка в отличие от воительницы, кричала в голос, сжимая руки до следов от коготков на ладонях и каждый раз кривясь, когда Вилла излишне резко дёргала колечко.

Напряжение нарастало. Я им немного помогла, раскачивая совсем немного, но достаточно для того, чтобы они получили максимум удовольствия.

– Ри, я не могу так больше! Отпусти! – взмолилась Лекса, но я сделала ровно наоборот.

Эта дрянь должна полностью прочувствовать эпичность момента и целовать мои стопы!

– Моей сладенькой Лексе не нравится? – Я краем глаза наблюдала, как корчится Вилла, стараясь слезть с члена. Девчонка дёргалась, доставляя неудобства не только себе, но и блондинке.

– Я прекращу, как только ты мне всё расскажешь.

– Что тебе нужно?! – с вызовом прокричала Лекса, подвывая, на особо острых моментах.

Я ударила её плетью. Нечего орать на меня на моей же территории! Светловолосая бестия дёрнулась, но всё поняла.

– Расскажи мне про своего покровителя, – начала я, ожидая, что всё окажется не так просто, как хотелось бы.

– Его нет. А-а-а-а-а! – Вилла опять потянула колечко, а Лексе осталось только страдать.

– Всё говори! – прикрикнула я, добавляя ощущений ударом девятихвосткой. Звук сочного удара отразился от стен.

– Нет у меня покровителя! Не было и нет! – Лекса начала плакать. Повязка на её глазах постепенно мокла.

– Тогда как ты избежала арены в прошлом году? Кто тебе помогал? – Мои пальцы мягко прошлись по её клитору, немного разбавляя боль острыми, чувствительными спазмами.

– Чёрные менталисты. Они пригласили меня стать членом клана в начале прошлого года. – Голос блондинки дрожал, выдавая действенность моих приёмов.

Я мысленно присвистнула. Оказывается, в школе образовалась новая подпольная группировка. Без ведома Высшего совета? Сейчас и спросим…

– Вы не зарегистрированы? – Мой язычок после заданного вопроса прошёлся по шее Лексы, опустился в ложбинку между ключиц, затем прошествовал чуть ниже, к груди; края зубов начали на ощупь искать, куда бы укусить, чтобы выжать максимум правды.

– Нет, – коротко ответила Лекса, предвосхищая мои ожидания. – Не надо кусаться, прошу…

Так я её и послушала. Отметины моих острых зубов покрыли её белоснежную, с аккуратными розовыми сосками грудь. Лекса всхлипывала, но молчала, ожидая следующего вопроса.

– Тогда кто вас прикрывает? – Я с довольным видом оглядела результаты своих стараний.

Девчонки были прекрасны в своей беспомощности и сладких страданиях. Я приблизила их вплотную друг к другу, разгоняя хитрую игрушку между ними до предела. Обе руки деликатно коснулись их мокрых кисок, наглаживая розовые, отзывчивые губки.

– Сами члены клана стараются не распространяться о нашем существовании. Формально у нас круг по интересам, – выдохнула Лекса, изо всех сил стараясь оттолкнуть меня. Но много ли получится, если связана по рукам и ногам?

– А по факту? – Вилла продолжила получать ласковые прикосновения, расслабляясь и громко вздыхая, а Лексе подобной роскоши никто не оставил. Я начала издеваться над её влажным клитором, мягко выводя коготком причудливый ритм.

– По факту мы стараемся уничтожить или ослабить каждого боевого мага, который будет выступать на арене против члена нашего клана. Хватит!!! – Её слёзы, окончательно пропитав повязку, катились по раскрасневшимся щёкам извилистыми ручейками.

– Как тебя скрыли с арены в прошлом году? – Такие прозрачные, чистые, наверняка горьковато-солёные слёзы. Я потянулась к щеке блондинки и прошлась языком вдоль дорожек. – Не плачь… Здесь тебя хотя бы не убивают. Повторю: каким образом вы одурачили всю школу?

– Я была слишком слаба для битвы. У нас есть люди в пищеблоках и на кухне Высшего совета. Мы сварили зелий на всех в этой чёртовой школе. Избежала арены не только я. Ещё пара девчонок из параллельной группы и один парень. Нам дали шанс выжить, – разразилась тирадой Лекса и закусила губу, чтобы снова не получить плёткой за неуместный вой.

Оправданы ли были риски? Отмазать четверых – это достаточно лихо, судя по масштабу аферы.

– Кто из Чёрных менталистов в Высшем совете? – Я приобняла девчонок, раскачивая их навстречу друг другу с новой силой. Не за спокойствием же они ко мне пришли?

Вилла в прямом смысле текла от каждого покачивания маятника и громко стонала, прерываясь лишь на возмущённые вскрики от ударов плетью по нежной попке. Хорошо, что она ничего не слышит. Для её же блага.

Синеволосая, будто кожей чувствуя, что на неё смотрят, мелко задрожала и напряглась. Сжав зубы, она, насколько это вообще возможно в её позе, выгнулась дугой и сжала кулачки. На пол потекла тонкая струйка, и воительница, ещё какое-то время вздрагивая, расслабилась.

– Никого. Шесть преподавателей и два куратора. Это наше руководство. – Отвлёкшись от Виллы, я вновь обратила внимание на Лексу.

Хм… Да там, оказывается, целое змеиное гнездо под свисающей над ними гильотине. Интересно.

Блондинка, не в силах терпеть издевательства, умудрилась прокусить себе губу, протаранив нежные пухлые губки острыми клыками.

– Кто из преподавателей? – Мой палец аккуратно прошёлся по ранкам, размазывая алые отметины, делая рот Лексы призывно-красным.

Она высунула язычок, облизнувшись, и ответила.

– Ава с кафедры Красной магии, Цукер. Из тех, кто у нас не ведёт: Нокс, Рихтенштейл, Шаллем и Каррия.

– Хорошо. – Я отвлеклась на её напухшую от напряжения и ожидания оргазма горошинку. – Кто из кураторов?

Лекса было открыла рот, но из горла вырвался сдавленный хрип. Видимо, кураторы-то как раз о своей безопасности позаботились. Что не исключает той версии, что кое-кто из Высшего совета в их рядах всё-таки присутствует. Просто такая шваль, как Лекса и другие ученики, об этом ничего не подозревает. Для их же блага.

– Вы знаете, что по вашему следу идёт инквизитор? – Мои руки, устав скользить по давно уже изученному материалу, коснулись другой дырочки. Лекса напряглась и тут же выдала ответ.

– Да. Кураторы боятся его.

Я улыбнулась. Если боятся, значит, основания для страха у них действительно есть. Следовательно, магией древнейших пользуюсь не одна я.

– Зачем ты прицепилась ко мне? Что вам нужно? – Два пальца аккуратно, неглубоко вошли в попку Лексы. Она охнула и скороговоркой произнесла:

– Ты – серьёзная угроза. Мы ещё не понимаем, почему, но ты постоянно встаёшь на пути и рушишь планы.

– Подробнее… – Пальцы проследовали ещё глубже и медленно начали скользить.

Периодически я смачивала их во влаге, упорно не желающей покидать розовые губки Лексы, которые так красиво растянуты по границе вибрирующего члена. Лекса снова начала постанывать, отвлекаясь на свои ощущения. Чёртова эгоистка. Я схватила её за клитор и прошипела:

– Говори!

– Я не знаю. Мне сказано лишь находиться возле тебя постоянно и наблюдать. Совсем недавно ты помешала ритуалу удалённого уничтожения. Чёрные тебя не любят. И их неприязнь постепенно перерастает в ненависть.

Это уже что-то. Одна загвоздка: мне немного страшно оставлять Лексу в таком состоянии. Она на взводе, и если её пытка не превратится в оргазм, то в оставшейся памяти могут появиться нестыковки… Пора заканчивать.

– Как ты относишься к Вилле? – Я ритмично начала доводить Лексу до пика, сознательно игнорируя Виллу и слишком громкие крики обеих.

– Эта сучка вечно путается под ногами. Она мне мешает. А-а-а-а-а! – Тело светловолосой бестии начало мягко поддаваться моим манипуляциям. Она начала двигать бёдрами в такт моим движениям, будто стараясь помочь, хотя помощь здесь требовалась только ей.

– Я… Я… Я… – Она задыхалась, ловя ртом воздух и сама не понимая, что ей сейчас нужно.

Зато я прекрасно это знала. Чуть сместив Виллу, аккуратно вынула из неё член, чем заслужила недовольное рычание синеволосой, оставшейся без внимания.

Нехорошо это. Взгляд скользнул по лежащей неподалёку в гордом одиночестве бабочке, которая через секунду уже сидела на клиторе воительницы, даря той сладость влажных утех и провоцируя жмуриться от удовольствия, несмотря на повязку.

Я встала между Виллой и Лексой, вплотную занявшись блондинкой. Чтобы её удовлетворить, мне даже игрушек не потребовалось: пальцев двух рук и шустрого язычка хватило с головой, чтобы за полминуты довести блондинку до исступления.

Я выпытала имена всех членов Чёрных менталистов, которые известны Лексе. Хоть она и была низшим звеном, сейчас любая информация на вес золота.

Больше не было слёз, прокушенных губ и отрицаний вроде «Отпусти!». Я планомерно вела её к пику удовольствия. Короткий вскрик – и Лекса, напрягшись, как и Вилла некоторое время назад, тоже залила мой любимый многострадальный ковёр.

Пока Лекса рефлексировала, я с некоторой грустью во взгляде посмотрела на Виллу.

Очень интересно, моя синеволосая подруга, разочаруешь ли ты меня сегодня?