Текст книги "Мятежный Инопланетянин (ЛП)"
Автор книги: Милли Тайден
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)
С насадкой в руке она направилась к эвакуационной комнате, потянув за собой шланг.
Хотя Сэйдж работал на Хасса Оле, который казался ужасным человеком, это не означало, что Сэйдж был плохим человеком. Просто имел в виду, что у него был отвратительный босс. А кого там не было? Черт, посмотри, кем был ее босс. Королева Бэй Этч. Циррус рассмеялась над собой за глупую игру слов.
Может быть, было бы хорошо быть с горячим мужчиной. Не было ничего плохого в том, чтобы спать с кем-то, за кем ты не замужем, верно? Учитывая последний раз, когда она была с парнем, ее мужем, отцом Поппи, Циррус забеременела. Черт, она даже не была уверена, что все это бы сработало.
Циррус определенно позволит ему смазать все ее части и убедиться, что они работают как надо. В животе у нее все перевернулось. Отлично, она возбудилась. Вела себя как отчаянная распутница. Ей придется довольствоваться мечтами о нем.
Сэйдж ни за что бы не заинтересовался такой, как она. Циррус была полностью вне его лиги – на несколько уровней ниже. Она вздохнула. Ну что ж.
В своей руке Циррус заметила, что носик отличается от того, что она видела. Не было никакой ручки, чтобы сжать, только повернутая ручка.
Поворачивая ручку, Циррус посмотрела вниз, чтобы увидеть, не перешли ли внутренние механизмы из ливневого потока в мощный струйный. Это мог быть один размер для всех, но тогда что делала ручка? Ей нужна была самая сильная установка, чтобы сорвать зеленую, пушистую дрянь со стен и пола.
Повернув кнопку, Циррус не увидела ничего, что указывало бы на более высокий или более низкий уровень. Она услышала голос Сэйджа, доносившийся из окна, но, прежде чем поняла, что он сказал, вода хлынула ей в лицо, и шланг вырвался из ее рук.
Повернувшись, как взбесившаяся змея, шланг мощной струей омыл стены спальни, потолок и опрокинул витрину с оружием.
– Выключи это! – закричала она, пытаясь схватить конец шланга. Но сила воды, хлынувшей из трубы, едва не сбила ее с ног. – Выключи!
Отказавшись от попытки схватить распылитель, Циррус пошла к веревке, протянутой через окно. Ее мокрые руки согнули трубку, чтобы создать излом, который остановил воду.
Циррус подошла поближе к окну. Сэйдж стоял в углу дома между краном и окном.
– Что ты сказала? – сказал он, когда Циррус высунулась.
Вода капала в ее глаза с промокших волос. Ее пропитанная рубашка цеплялась как вторая кожа.
Циррус указала головой.
– Подойди поближе.
Сэйдж прошел вдоль стены здания. Он замедлился, щурясь на нее.
– Ты что-то сказала?
– Подойди ближе, – повторила она.
Сэйдж подошел.
– Ты в порядке? Ты выглядишь...
Циррус направила на него носик и разогнула излом.
– Мокрой? – Циррус держала поток воды над ним. – Я выгляжу мокрой?
Сэйдж поднял руки, как будто это помешало бы ему намокнуть.
Он выкрикивал слова, но они были приглушены, когда он побежал вокруг дома. Циррус держала шланг в его сторону так долго, как могла.
– Я сказала ВЫКЛЮЧИ ЕГО!
Когда Циррус повернула ручку, подача воды уменьшилась, а затем полностью прекратилась. Она подняла руки и смотрела, как вода ручьем стекает на пол. Какой чертовский беспорядок. Слава богу, Хасса не было. Его не было в комнате с тех пор, как Циррус убрала ее вчера. Кровать все еще выглядела нетронутой, за исключением мокрого пухового одеяла.
Дергая, Циррус протащила шланг дальше внутрь. Чертова вещь была тяжелой, когда была наполнена водой. На полпути в ванную дверь спальни распахнулась. Сэйдж стоял там, создавая свою лужу на полу. Циррус хихикнула.
Его угрюмость углубилась.
– Думаешь, это смешно, а?
Циррус кивнула и заметила, что его рубашка приклеена к его груди. С таким же успехом он мог быть голым. Эта мысль заставила ее облизнуть губы, ее глаза скользили по его телу. Сэйдж вошел внутрь и закрыл дверь.
Его взгляд выглядел желанным, горячим.
– Ты мокрая, – сказал он.
Циррус фыркнула. Сэйдж понятия не имел, насколько она была мокрой. Когда он подошел ближе, она игриво нацелила на него шланг.
– Держись подальше, – предупредила она, держа пальцы на ручке.
Сэйдж рванул вперед и обхватил ее своими большими руками. Циррус рассмеялась, пытаясь отдернуть руку и одновременно включить воду. Эпический провал.
Бросив шланг в сторону, Сэйдж обнял ее и прижал к кровати. Это выглядело многообещающе.
14
– Скажи мне сейчас, если ты не хочешь этого.
Сэйдж бросил на нее горячий взгляд.
Циррус встала на колени на кровати, когда желание пронзило ее. Сэйдж стиснул зубы. Схватившись за края топа, она подняла его над головой и швырнула в него.
Его взгляд устремился на ее атласную грудь. Циррус поднесла руку к застежке на спине и расстегнула лифчик, все время наблюдая, как его глаза сверкают, как жидкое золото.
Сэйдж искал ее согласия, даже когда ему явно было трудно удержаться от нападения на нее. Мысль о диком сексе снова заставила ее киску дрогнуть. Циррус облизнула губы и поднесла руки к брюкам.
– Стоп. – Рычание было почти неразборчиво. Она знала, что ему нужно. – Пожалуйста, Циррус, скажи мне. – Его голос заставил огонь в ее крови вспыхнуть.
– Я хочу тебя, Сэйдж. Сейчас. Прямо сейчас. – Пламя лизнуло ее кожу. – Я никогда не хотела никого так, как хочу тебя.
Сэйдж снял с себя одежду, предсемя сочилось из его щели, скользя по бокам его огромной длины. Страсть охватила ее, выкинув все мысли из головы. Она нуждалась в нем.
Их губы встретились в отчаянном поцелуе, и Циррус захныкала от радости. Циррус провела руками по теплой мускулистой плоти его груди. Ее киска пульсировала и умоляла кончить.
Сэйдж обхватил ее грудь и сжал ноющие холмики. Прокручивая кончики между пальцами, он довел ее до предела здравомыслия. Сэйдж покусывал ее шею, ее губы, путешествовал вниз, пока не ухватился за сосок.
У нее перехватило дыхание, и она увидела звезды. Сэйдж скользнул руками по ее телу, к штанам, и толкнул их вниз по ногам, проводя языком по опухшему соску. Циррус застонала. Каждое прикосновение было шелковой лаской на ее горячей коже. Он оторвался от ее соска и заставил ее лечь на подушки на кровати. Штаны слетели вместе с трусиками.
Сэйдж сидел рядом с ней, его взгляд был темным, пронзительным и притягательным. У нее перехватило дыхание. Циррус лежала совершенно голая, распростертая, не обращая внимания на то, как выглядит. Желание и возбуждение заглушили в ней всякую настороженность, только мысли о нем заполняли ее, пока боль в утробе не прекратилась.
Циррус дышала неглубокими глотками воздуха, борясь, чтобы очистить дым похоти, захлестнувшей ее разум. Маленькое пламя целовало каждое место, где его взгляд касался ее тела.
– Такая красивая. Я буду есть тебя, пока весь твой мед не начнет капать на мой язык. Тогда я заставлю тебя кончить – и ты кончишь мне в рот, – обещал он хриплым голосом.
Циррус сжала одеяло в кулаках, когда Сэйдж поцеловал ее ногу. Резкие стоны сорвались с ее губ, когда возбуждение взлетело до небес. Сэйдж лизал, целовал и покусывал ее ступню, колено, бедро, пока не остановился на волосок от ее киски. Циррус застонала. Каждая его ласка ощущалась как теплое прикосновение к ее коже.
Возбуждение сжало его черты в жесткие линии и строгие углы. Боже мой, мужчина был еще сексуальнее с этим диким, почти потерявшим контроль, взглядом.
Сэйдж раздвинул ее ноги, освобождая место для своих больших, громоздких плеч, и обнял ее бедра. Его горячее дыхание поглаживало ее горячие складки. Циррус чуть не слетела с кровати, когда он уткнулся носом в ее киску.
– Моя, – прорычал он ей в губы.
Вибрации было достаточно, чтобы осколки удовольствия поднялись по ее позвоночнику.
– О боже, – простонала она и прижимаясь бедрами к его губам.
Сэйдж медленно лизал вокруг ее входа и клитор, каждое движение усиливало горящий огонь в ее крови. Он слизал ее сливки, как будто это был самый вкусный десерт в мире. Циррус сосредоточилась на его темной голове, пока он доставлял удовольствие между ее бедер.
Стоны и всхлипывания рвались из ее горла. Задыхаясь, Циррус откинула голову назад, когда внутри нее нарастало напряжение. Циррус извивалась и стонала. Сэйдж скользнул языком в ее скользкий канал и стал скользить быстрыми, безжалостными ударами.
– Сэйдж… Да, да, да!
Циррус вцепилась в одеяло, пока ткань не смялась под белыми костяшками пальцев.
Потребность свернулась в тугой клубок внутри нее. Сэйдж зарычал. Она знала, что в любой момент может упасть с обрыва. Он с силой пососал ее набухший клитор, и Циррус закричала. Удовольствие захлестнуло ее приливной волной дрожи. Она задохнулась, пытаясь отдышаться, когда Сэйдж скользнул своим горячим телом вверх по ее, остановившись, когда головка его члена поцеловала ее набухшую плоть.
– Я нуждаюсь в тебе.
Циррус запустила руки в его волосы и притянула к себе для поцелуя. Они целовались, почти пожирая друг друга глубиной своей похоти. Она обвила ногами его мускулистую задницу и заскулила. Твердая длина его члена лежала между ее ног, скользя по ее влажным губам. Циррус хотела, чтобы его твердый член был внутри.
Сэйдж потянул бедра назад и полностью вошел в нее. Ее киска затрепетала, хватаясь за его движущийся член, и она застонала от восхитительного трения.
– Боже мой.
– Ты такая тугая. Господи, как хорошо, но подожди секунду, – сказал он сквозь стиснутые зубы.
Что-то дикое и неукротимое овладело ею. Циррус впилась ногтями в его плечи и качнула бедрами. Она поцеловала его в шею, прикусив зубами пульс, и укусила за плечо. Он был таким вкусным. Циррус потянула его дальше в свою киску, соединив ноги вместе за его спиной.
Она продолжала кусать, и Сэйдж застонал.
– Я… я не могу удержаться…
– Тогда не надо. Просто... трахни меня... уже.
Сэйдж врезался в нее неоднократно. Циррус хныкала при каждом ударе его члена в нее. Снова и снова он толкался и отступал. Она задыхалась и держалась за него. Он стонал, и она стонала от каждого шлепка по коже.
– Да. Просто так. Жестко, быстро. Я люблю это.
Удовольствие пронзило ее и ее кровь в огненном порыве.
Его движения стали более дикими, удары резче, быстрее. С каждым скольжением его члена в нее она видела звезды.
– Черт, – голос его звучал напряженно.
Сэйдж просунул руку между их скользкими телами и потер пальцем ее клитор.
Волна сильного наслаждения сотрясла ее, и воздух застыл в легких. Циррус выдохнула его имя, когда ее тело задрожало под ним, ее киска сжала его член. Сэйдж замедлил толчки и напрягся над ней.
Сэйдж опустил голову ей на плечо, зарычал и лизнул ее пульс. Его член дернулся внутри нее, распространяя тепло и наполняя ее лоно своим семенем.
Циррус сделала несколько коротких глотков воздуха и попыталась заставить свой мозг работать, но все ее нервные окончания все еще гудели от счастья из-за того, что только что произошло. Он лег на кровать рядом с ней и быстро переместил ее в свои объятия. Сэйдж заставил ее тело превратиться в желе.
15
Сэйдж лежал, частично опираясь плечами на спинку кровати. На его коленях лежала самая красивая женщина, которую он когда-либо встречал.
– Циррус, расскажи мне о себе. Я хочу все знать.
Пока она говорила, ее голос звучал как музыка для его ушей. Ее волосы разметались на покрывале, его пальцы скользили по шелковистости.
– Что ты хочешь узнать? Я рассказала тебе немного о себе прошлой ночью.
– Что случилось с твоей семьей? Ты приехала прямо сюда с Земли или сначала отправилась в другие места?
Циррус засмеялась.
– Я немного путешествовала. Я была беспокойной. Что-то искала, но не знала что. Я знала, что найду это, когда попаду на правильную планету.
– Что на счет твоей семьи?
– Я расскажу о моей семье, но ты должен рассказать мне о своей семье в ответ. Я тоже хочу знать все о тебе, – сказала она. – Мои родители умерли несколько лет назад от эпидемии.
– Вот почему ты покинула Землю? – спросил он. – Нет другой семьи?
Циррус покачала головой.
– Моим родителям всегда было странно, когда я спрашивала о других членах семьи. Но да, там для меня ничего не осталось, поэтому я ушла.
– Странно это как?
– Ну, если бы я не знала ничего лучше, – ответила она, – я бы поклялась, что у нас был серийный убийца или какой-то ужасный человек, о котором они боялись говорить. Нечто связанное с семьей моей прабабушки. Это странно. Все в ней было закрыто. Ни у кого даже не было ее фото.
Циррус отвернулась от него.
– В любом случае, именно тогда я сбежала с Земли в заднем отсеке грузового корабля. – Она завозилась с одеялом, не встречаясь с ним взглядом. – Я слышала о работе здесь и пришла на собеседование. Это был день, когда я увидела тебя в комнате.
– Голым, – добавил он.
Ее щеки покраснели красивым розовым. Она была идеальной.
Циррус ударила его.
– Перестань смущать меня. Все, что я делаю рядом с тобой, это глупости.
Сэйдж притянул ее к себе, щекоча.
– Но ты так восхитительна, когда становишься стеснительной.
Ее щеки еще больше покраснели.
– Должны ли мы поторопиться и одеться? Ты боишься, что нас поймают?
– Мой босс на некоторое время ушел, – ответил он.
Она улыбнулась.
– Так же и мой.
Сэйдж щекотал ее больше.
Циррус засмеялась и прижалась к нему. Черт, она снова делала его твердым, вся эта сочная кожа терлась об него. Она устроилась под его рукой, положив голову ему на грудь.
– Как насчет тебя? Откуда ты? – спросила она.
Момент паники пронесся сквозь него. Что он должен сказать ей? Согласно тайным протоколам, он должен врать, как свинья. Но Сэйдж не хотел этого делать. Это было неправильно.
– Я вырос в маленькой деревне на планете, которой повезло иметь природный ресурс, который был востребован – пебелит.
– Никогда об этом не слышал.
– Он использовался в оригинальных коммуникаторах в качестве источника энергии, пока не появился фаралин. Но до того времени наш маленький городок был одним из немногих, добывающих материал.
– Звучит отлично, – сказала она. – Ты был богат?
Сэйдж фыркнул.
– Нет, мы не фокусировались на материальных объектах. Клановые традиции поддержали веру и семью как наиболее важные. Все дополнительные деньги, которые мы получили, отправили в другие деревни, не такие счастливые, как наша.
Циррус улыбнулась.
– Не удивительно, что ты один из хороших парней. С таким воспитанием, как ты можешь ошибаться?
Боль пронзила его сердце, точно помнив, что пошло не так. Он пожал плечами.
– Да уж.
Циррус минуту смотрела на него, затем сказала:
– Что ты не говоришь? Что случилось?
Сэйдж открыл рот, чтобы отрицать все, затем ее губы сжались в тонкую линию. Как эта женщина могла читать его как открытую книгу? Он был обучен и имел опыт работы под прикрытием. Тем не менее, она сломала его без проблем.
Сэйдж возился со словами, не придумывая оправдания, которое не звучало глупо, как дерьмо.
– Хорошо, – ответил он. Правда. – Когда мне было двенадцать, наша деревня была подвергнута нападению хорошо вооруженной группы. У них было оружие, которое стреляло лазерными разрядами, и взрывчатка, которая взрывалась при контакте. По сравнению с ними наше деревянное оружие казалось архаичным. – Он проглотил боль в груди, которая не покидала его с того дня много лет назад. – Еще не мужчина, чтобы сражаться, поэтому моя обязанность заключалась в том, чтобы приглядывать за женщинами и детьми, пока сражались мужчины, в том числе и мой отец. Моя мама была в нашей маленькой лачуге, и я схватил ее и направился к семье моей старшей сестры по соседству. Ее муж был с мужчинами, поэтому она и ее дочь должны были пойти с нами. Но, когда мы туда попали, там никого не было. Они были снаружи. Я сказал маме ждать там и выбежал на улицу в хаос.
Он никогда не забудет резню своей общины. Масса тел на земле, каждая с горящей дырой в своих телах или черепах. Зловоние плоти, поющей в кострах, проникающих через деревянные хижины. Из чего и делаются кошмары.
– Ты нашел свою сестру? – прошептала Циррус.
Сэйдж вернулся в настоящее с этим прекрасным существом на руках. Насколько ему повезло?
– Да, они были на фермерском рынке, когда началась атака. Ее муж пытался отвезти их в безопасное место, держа мою племянницу на руках, слезы текли по ее грязному лицу. Они шли ко мне, и я просил их поторопиться. Мы могли бы сбежать через лес к шахтам и спрятаться, пока все не закончится.
Видение заиграло в его голове, как и много раз прежде.
Дым клубился в воздухе, как голодные призраки, ищущие, кого бы пожрать. Во все стороны полетели красные лазерные лучи. Крики были оглушительными, сливаясь в один непрерывный визг.
Муж сестры дернулся в сторону, словно его дернули за веревку, и рухнул на землю. Его сестра повернулась и упала на них. Она беззвучно кричала сквозь густой воздух.
Сэйдж увидел дым, поднимающийся из спины его маленькой племянницы, когда лазер пронзил ее и шею ее отца, разрывая. Он наблюдал, как его сестра встала на ноги и побежала к человеку, который убил ее семью.
Сэйдж побежал за ней, крича, чтобы она остановилась. Но она не останавливалась, намереваясь добраться до убийцы. Здоровяк развернул оружие и прицелился прямо в нее. Он собирался убить и ее тоже.
Сэйдж выхватил длинное копье из рук мертвого крестьянина и метнул его в гигантского лысого врага. Примитивное лезвие рассекло его лицо, но не раньше, чем оружие выстрелило, поразив сестру в грудь.
Сэйдж стоял, ошеломленный тем, что мир вокруг него рушится. Захватчики начали отступать, собираясь вокруг Голиафа с перерезанным копьем. Он не знал, что произошло потом. Мать схватила его за руку и повела к пещерам, куда направлялись другие женщины и дети.
– После спасения всего, что мы могли, мы все забронировали поездку в систему, где мы знали о планете, принимающей беженцев.
– А как же пират? – спросила Циррус, по щеке катилась слеза. – Он умер?
Сэйдж потер каплю большим пальцем.
– Нет. Он выжил и захватил планету и ее пебелит. Мы ничего не могли с этим поделать.
– Ничего? – спросила она. – А как насчет воинов-хранителей? Почему ты с ними не связался?
С удивлением он встретился с ней взглядом.
– Ты знаешь о хранителях?
– Ну, вроде того, – ответила она. – Разве они не похожи на полицию Вселенной? Ловить плохих парней и сажать их в тюрьму?
– Они делают намного больше, – сказал он, быстро добавляя, – согласно тому, что я слышал.
– Что еще они делают?
– Они проводят секретные операции, сопровождают сановников в опасности, могут проводить стратегические атаки в больших масштабах. Защищать невинных и поддерживать справедливость.
– Так на Земле, – сказала Циррус, – они будут представлять собой комбинацию полиции, морских котиков, ФБР и секретных оперативных групп.
– Да, что-то в этом роде. Кроме того, я слышал, что они исключительно смелые и мужественные. – Интересно, уловила ли она эту часть, его бровь поднялась. Циррус глубоко задумалась. Думаю, нет.
– Как насчет дома твоей семьи? Вы смогли что-нибудь спасти?
Сэйдж вздохнул.
– Моя мама нашла несколько вещей. У меня есть фотография моей сестры и племянницы. Большинство людей, которые видят это, думают, что это мои жена и дочь. Я не против. Тогда они оставляют меня в покое, думая, что я скучный, потому что у меня есть семья.
– Где твоя мама сейчас?
– После захоронения тела папы, мама так и не стала собой. Она его так сильно любила. Вскоре после того, как мы добрались до Млечного Пути, она умерла от разбитого сердца.
Циррус подперлась локтем.
– Вы были в Млечном Пути? Вот где Земля.
– Да, – сказал он. – Я никогда не посещал ее из-за войны, но многие люди жили вокруг меня. Я многое узнал о культуре и выражениях Земли. На самом деле, Айронвин доставляет мне неприятности из-за того, что я похож на землянина.
– Кто такой Айронвин?
«Вот дерьмо. Глупо, глупо, глупо».
– Он друг, которого я вижу время от времени. – Скорее, как каждый день в учреждении хранителей. Черт, эта женщина заставила его сойти с ума.
Ему нужно было сменить тему на что-то менее опасное.
– Ладно, хватит об этом, – сказал Сэйдж, мягко целуя ее мокрое лицо. – Я голоден. Уже обеденное время?
– Обед? – сказала Циррус, на ее лице вспыхнуло выражение паники. – Черт возьми. Так много времени прошло? – Она скинула одеяло. – Я должна идти.
– Иди куда? – спросил он.
Сэйдж наблюдал, как Циррус надевает одежду на свое восхитительное тело, скрывая его от глаз. Он должен изменить это, как только сможет.
Циррус повернулась к нему, надев туфли.
– Было приятно встретиться с тобой, но я больше не увижу тебя.
С этими словами она поспешила к двери.
16
Циррус не могла поверить, что она забыла о своей дочери в кладовой. Это то, что сделал умопомрачительный секс, отключил большую часть мозга. Черт возьми. Даже отец Поппи не сделал того, что показал ей Сэйдж. Циррус никогда не знала, что ее тело будет так изгибаться.
После того, как она проверит Поппи и, возможно, пообедает, она вернется в спальню, уберет воду и закончит убирать ванную. Теперь я знаю какого быть отвлеченной.
Циррус поспешила по коридору так тихо, как только могла, молясь, чтобы Бэй не вышла из кабинета. Открыв дверь, ее рука почти соскользнула с ручки. Это привлекло бы внимание, которого она не хотела.
Поппи сидела на полу там, где Циррус оставила девочку, а рядом с ней сидел мальчик с дыхательной трубкой и маленьким баллоном. Они оба посмотрели на Циррус, стоящую в дверях.
Поппи улыбнулась.
– Мама, это Альбедо. Мы думаем, что у него та же проблема с дыханием, что и у меня. Он помогает мне с моим письмом.
Циррус ворвалась в комнату и закрыла дверь с едва слышным щелчком. Что за?.. Это не мог быть тот самый мальчик, о котором ее обширное исследование показало, что он вылечился. То, что она нашла, говорило, что он жив и чувствует себя хорошо. Но у него была дыхательная трубка. Так вылечился он или нет?
Вот почему она была здесь, чтобы помочь своей дочери, у которой не было много времени. Найти лекарство и убраться отсюда. Циррус нацепила фальшивую улыбку.
– Привет, Альбедо. Ты здесь живешь? – спросила Циррус.
Он кивнул.
– Да, мэм. Мой отец Хасс Оле.
Циррус заметила, как он сказал «отец», а не «папа». Ее интересовали отношения между мальчиком и его отцом. Она не могла представить себе жизнь с кем-то, кто убил бы кого-то по мановению волшебной палочки или тарелки супа.
Циррус села на пол, чтобы присоединиться к ним. Листы линованной бумаги с кривыми рукописными гласными и согласными были разбросаны по ней.
– Ух ты, милая, – сказала она, – вы, ребята, усердно работаете.
Поппи кивнула и ответила, но Циррус этого не услышала. Ей нужно было найти способ задать вопросы мальчику, не вызывая подозрений.
– Альбедо, ты принимаешь какие-нибудь лекарства в дополнение к своему консервированному воздуху?
– Нет, мэм, – ответил он. – С тех пор как я получил это, – он провел ладонью по бутылке, – мне ничего не нужно. – Он указал на полку. – У меня осталась одна бутылка. Мой отец приносит их с собой домой.
Ее сердце разбилось. Только одна бутылка. Как она могла взять последнею и обречь маленького мальчика на возможную смерть? Ну, это был выбор либо мальчик, либо ее дочь.
Ее решимость закалилась. Циррус боролась долго и упорно, чтобы попасть сюда. Она возьмет последнюю бутылку сегодня вечером и никогда не вернется. Надеясь, что этого будет достаточно, чтобы она была в безопасности. Если ей нужно больше, она разберется с этим позже. Ее дочь будет жить.
– Ребята, вы голодны? – спросила она.
Они оба сказали «да» одновременно.
– Ладно, сидите тихо, а я принесу нам поесть.
Циррус встала и направилась на кухню. Поскольку мужчины уехали, она не была уверена, что шеф-повар потрудился приготовить обед. После глубокого вдоха ее нос сказал ей, что это не так. Она прошла через распашную дверь.
– Нужна помощь сегодня, шеф?
В глубине комнаты она увидела вращающийся в воздухе нож.
– Нет, нет. Не сегодня. Возьми свою еду и иди.
Ее брови поднялись от его резкого тона, но, если бы ей пришлось работать здесь, она, вероятно, поступила бы так же.
Из шкафа Циррус вытащила три тарелки и сложила как можно больше на верхнюю. Вилки она положила в карман. Было так приятно снова есть горячую еду. Она так долго жила со своей семьей на Земле, что не знала, насколько тяжелой стала ситуация.
Теперь, в надежном и безопасном месте, Циррус поняла, что должна была попытаться покинуть планету раньше. Но с ее родителями сбежать было бы трудно. Засунуть ее и Поппи в грузовой контейнер и отправить с планеты было почти так же легко, как получилось.
Долгое время Циррус обвиняла насыщенный дымом воздух как причину проблем с легкими у своей дочери. Но лучше не стало с тех пор, как они покинули планету. На самом деле, состояние продолжало ухудшаться.
Когда Циррус шла к кладовке, воспоминания о вчерашнем происшествии в доме по уходу за детьми заползли в ее голову. Эта атака была еще хуже. Ее дыхание было настолько поверхностным, что она не знала, как девочка оставалась в сознании. Обещание большего количества консервированного воздуха удерживало ее дух от глубин тьмы.
За спиной она услышала, как что-то трется друг о друга.
– Циррус, – сказала Бэй Этч.
Циррус хотелось застонать. Она была так расстроена. Как мог кто-то не заметить достаточно еды для трех человек на ее стопке тарелок.
– Да, Бэй, – она должна была вспомнить, чем занималась до невероятного секса, – я закончу с хозяйской ванной после обеда.
Женщина хмыкнула.
– Так отвратительно. Хорошо. Я должна уйти кое-куда на пару часов. Думаешь, ты сможешь занять себя?
– Да, мэм.
– Хорошо.
Ее босс ушла, не сказав ни слова.
Циррус сдулась, как воздушный шар с дыркой. Она была так уверена, что ее уволят или найдут детей, до того, как она доберется до бутылки. Добравшись до комнаты, она прошла через дверь.
– Угадайте, что у меня есть, – пропела она.
При виде радостного выражения на лице дочери у нее навернулись слезы. Циррус сморгнула их, зная все, через что пришлось пройти ее девочке. Холодные ночи в бункерах, голодные дни, страх и тревога от осознания того, что сегодняшний день может стать последним.
Возможность давать горячую пищу казалась такой простой, но она не могла принимать это как должное. Завтра могут быть грызуны и раздача мусора.
Циррус хмуро посмотрела на Поппи, потому что она двигалась слишком быстро. Поппи закатила глаза.
– Я в порядке, мама.
– На этот раз да.
Они все сидели и наполняли свои тарелки. Во время еды она взглянула на бумаги с каракулем дочери. За исключением того, что каракули были разборчивы.
– Поппи, – начала она, – ты это написала?
– Да, мамочка. Альбедо хороший учитель. Он показал мне более простые способы нарисовать каждую букву.
Когда она взглянула на мальчика, его щеки покраснели.
– Я просто пробовал разные... вещи.
Циррус искренне улыбнулась мальчику. Он не был похож на своего отца ни умственно, ни физически. Мальчик, должно быть, пошел в свою мать.
– Спасибо, Альбедо. Мы ценим твою помощь.
Ребенок снова покраснел и уставился на свою тарелку.
Циррус услышала, как заскрежетала дверная ручка, и в проеме показалось тело. На мгновение ей показалось, что ее поймал босс, но это был Сэйдж.
– Что ты здесь делаешь? – спросила она.
Сэйдж улыбнулся.
– Я следовал за тобой из кухни.
Она раздраженно закатила глаза. Альбедо поднялся на ноги и поспешил к вошедшему.
– Сэйдж! Посиди с нами. – Мальчик схватил его за предплечье и потащил к группе. – Садись рядом со мной.
Мальчик сел и похлопал по полу рядом с ним. Альбедо сиял от счастья.
– Мама Поппи, ты знаешь Сэйджа? Он самый хороший взрослый, которого я когда-либо встречал.
Циррус была в шоке. Она знала, что Сэйдж хороший человек, иначе она не спала бы с ним. Но то, как глаза парня загорелись, увидев этого человека, можно было подумать, что Сэйдж был его отцом.
– Что вы делаете? – спросил мужчина.
Циррус сжала губы. Что он думает о ее дочери? Скажет ли он Хассу, когда вернется? Насколько Циррус могла ему доверять? Конечно, он был великолепен в постели. Она не подвергала свою дочь опасности. Но сейчас...
– Мы практикуем написание алфавита, – ответил Альбедо.
Сэйдж поднял страницу с пола.
– Кто бы это ни писал, у него все хорошо.
– Это я, – сказала Поппи.
Сэйдж улыбнулся, растопив сердце Циррус, зажигая ее огонь.
– А ты кто?
Ее сердце похолодело. Затем он подмигнул ей. Что это значит? Он уже знал? Циррус смотрела на свою дочь. Действительно посмотрела на нее. Циррус никогда не замечала раньше, но у ее дочери была улыбка, нос и глаза отца. Тонкие волосы ребенка были того же оттенка, что и у Циррус. Да, они определенно выглядели как родственники.
– Меня зовут Пенелопа Мунмист. Но все называют меня Поппи. – Ее крошечная рука вытянулась вперед.
Сэйдж тихо рассмеялся.
– Ну, мисс Мунмист, для меня большая честь встретиться с вами. – Его улыбка снова ослепила ее, а глаза дочери расширились. Впервые кто-то сказал ей что-то взрослое.
Поппи подвинулась к матери и наклонилась ближе. Громче, чем хотела бы Циррус, Поппи сказала:
– Мама, это тот мужчина, о котором ты сказала вчера вечером, у которого симпатичная задница?
