Текст книги "Ни сегодня, ни завтра, никогда! (СИ)"

Автор книги: Милана Грозовая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 23 страниц)

– О, и точно, извини, – усмехнулся стражник, – не посмотрел. Проходи, – и он открыл ему одну дверь.

Амикум вошел и замер. Это замок самого наместника, а тут из охраны только несколько лучников.

– Привет, – Кардамон спускался по лестнице, – ребята сказали ты у нас кадет. Самый первый! Значит приглянулся королю, – улыбнулся Майк. – Ты уверен, что в отряд хочешь? Можно попробовать себя в хозяйстве или строительстве.

– Спасибо, но я лучник.

– Тогда пошли, я тебе все покажу. Ребят я ушел, – обратился он к показавшимся тут же отовсюду лучникам, что до этого занимали скрытые позиции по всем углам. – Галея, пойдем с нами.

– Иду, наместник! – одна из лучниц ловко перепрыгнула через перила лестницы и предстала перед ними. Она подмигнула Амикуму и протянула руку, приветствуя.

– Ты очень красивая, – пожимая ее ладонь, выдал Амик, а Галея засмеялась:

– Спасибо, ты тоже ничего!

Кард стукнул его по спине, так, что мозги сразу встали на место, и Амикум посерьезнел.

– Пошли, ловелас!

Натиэлль вошла в сарай и охнула:

– Вот это тут куча!

Венера взяла в руки одного грифона, и они вышли наружу. Дева держала в руках маленького птенца, размером не больше двух ладоней. Голова как у птицы, а вот тело кошачье. Орленок, бегающий на четырех когтистых лапах. Длинный тонкий хвост и большие крылья, сложенные на спине. Он был шоколадно-белый; довольно необычный и красивый окрас.

– Ну ладно, – Натиэлль сосредоточилась на грифоне.

Перед ней открылась его пустая полоса хитов, но в мане зиждилось немного очков.

«Так он переводит свою магию в хиты, прямо как я».

Она, на всякий случай, активировала это умение.

– Энергетический прорыв.

Золотистое сияние, словно шелковая лента, потянулось к существу и закружилось вокруг него. Полоса жизни грифона стала наполняться, а вот полоса жизни Натиэлль полностью опустошилась и даже стянула десять процентов из маны.

– Вот это он черпнул, – нахмурилась Сашка, смотря сквозь поалевший экран предупреждающих оповещений. Но мана покрыла опустевшую полосу жизни, и королева шумно выдохнула, придя в себя от временного помутнения.

Птенец тоже встрепенулся, подскочил и, распахнув свои крылья, громко завопил. Натиэлль поглядела на это маленькое яростное создание и поманила к себе.

– Гляди, – у нее в руке оказался пряник.

Крылатый поглядел на еду, вспорхнул и приземлился на ее ладонь. Клюнул угощение, еще клюнул и съел полностью.

– Вот молодец, – улыбнулась Натиэлль и погладила грифона. Тот довольно зафырчал то ли как птица, то ли как кот и сложил крылья, оставшись сидеть на ее ладони совсем по-кошачьи.

– Пойдем, покажем тебя королю, – аккуратно взяла она его в две руки и направилась в замок.

Лациф, полностью погрузившись в себя, сидел на кресле в гостиной. Его глаза застыли, словно неживые, а сам он блуждал в просторах поисковиков. Натиэлль осторожно позвала, и он, часто заморгав, тряхнул головой и вернулся в реальность:

– Что-то случилось?

– Вот, – поднесла она к нему сидящего на ладони птенца.

Тот недоверчиво уставился на гомокула перед собой и злобно зашипел. Лациф фыркнул и зашипел в ответ, оголив два длинных клыка. Птенец притих. Король протянул ему свое запястье, и тот без всяческого желания и показушно неторопливо, все же прошагал на него. Внимательно уставился на Лацифа и, звонко завопив, клюнул в нос, а затем недовольно зафырчал.

– Что, невкусный, – засмеялся король. – И сколько он взял?

– Все и 10 процентов маны.

– И это птенец, – подытожил Лациф. – Вот туша непробиваемая вырастет. Хотя РИЯ говорил, что для этого им надо жрать человеченку, видимо, с ней они хиты и поедают. Так себе питомец, – нахмурился король, глядя на это маленькое существо. Это создание – дитя грифона, что напал на замок, пытаясь поглотить все, что видел. Как же сделать так, чтобы он не стал таким же прожорливым как его мать? – Нужно узнать о них побольше. Оживи еще одного. Этого возьму себе, второго тебе. Поставим эксперимент. Я буду кормить мясом, а ты из своего сделай вегетарианца. Посмотрим, что получится.

– Хорошо, – кивнула Натиэлль и снова отправилась в сарай.

Алая дева тоже поплыла за ней, но Лациф остановил ее:

– Венера, у меня есть для тебя другая работа.

«Что нужно сделать?»

– Полетай, послушай. Ты голодна. Народ встревожен. Помогите друг другу.

«Да, король», – склонилась дева и исчезла в окне, а он, вслед за ней, растворился в фиолетовом сиянии, усадив птенца поудобнее на запястье правой руки.

Лациф появился в комнате для новичков, и семеро Темных, что до этого сидели на полу подскочили.

– Давайте поговорим, – он сел на единственный стоящий там стул. – Зачем пришли? Мне доложили, что мира вы не жаждете, а буйные эльфы мне тут не нужны. Вы объясняете все как есть или отправляетесь отсюда обратно в Старый город. Только скажите и я тут же провожу вас за ворота. Позволю уйти живыми. Я обещаю.

Темные были напуганы, голов не поднимали, но двое из них переглянулись. Лациф тут же это заметил. Его брови поползли вверх.

– Пронумерованные! Думали, если титулы попрятали я не узнаю! – демон явил себя в синем сиянии, что окутывало поднявшегося на ноги короля.

Между тем, птенец впился покрепче своими острыми коготками в руку гомокула, пустив ему крови. Тот зло глянул на него, и грифон расслабил хватку, напугано пискнув.

– Нет! Нет! Мы с миром! – пронумерованные подняли дрожащие руки вверх. – Мы тоже хотим уйти.

– Скольких вы убили, чтобы получить свои титулы?

– Мы…

– Сколько?

– Несколько десятков.

Перед ним стояли Девятый и Десятый. Демон рвался наружу. Лациф сам не знал почему до сих пор их не убил. В этом мире совести не место, только сила и холодный ум. Руби врагов и проблем будет меньше.

– Сука, – выругался он от злости на самого себя, и снова обратился в гомокула. – Я не пущу вас к остальным. Я понятия не имею чего вы хотите и пока не пойму, не обращу. Не хотите возвращаться, докажите, что можете остаться.

Девятый заговорил первым:

– Я сделаю все, что прикажете.

– А если я прикажу убить этих, – указал он на остальных Темных, и те напугано вжались в стены.

– Вы король и ваши приказы не обсуждаются.

– А что остальные?

Все неуверенно присоединялись к Девятому, кроме одной девушки. Убийца, со слезами на глазах, прошептала:

– Я не смогу. Я не смогу… Прошу, – она сложила руки умоляя, – не убивайте моего брата.

А ее братом оказался Десятый, что стоял со склоненной головой.

– Вот как, – Лациф разочарованно хмыкнул, глядя на преклоненных, и кивнул девушке. – Ты со мной. Назначаю тебя личным рекрутом генерала Галиша.

«Посмотрим, как он с ней управится», – Лациф взмахнул рукой и открылся портал.

– Все на выход!

Темные напугано поплелись в арку. Они вышли на центральной площади Лораса, где тут же появился наместник.

Верный Мирга склонился перед своим королем и поприветствовал его.

– Этих тебе, – указал король на десяток Темных, стоящих позади. – Снимайте гильдию, – скомандовал он, и над ними исчезли надписи: «Божьи слуги». Лациф проверил их анкеты и кивнул. – Пока будет так. Как только Мирга скажет, что может за вас поручиться, посвящу и дам жилье. А сейчас, добро пожаловать в казармы. Мирайя! – король взглянул на небо, и богиня отозвалась, осветив его фигуру ослепляющим золотом. – На колено, – приказал Лациф девушке, и та мгновенно рухнула. – Айяда, отныне и покуда не решишь уйти, ты будешь Бессмертной! Нарекаю тебя личным рекрутом генерала Галиша!

И на глазах у всех свершилось чудо: солнце залило площадь и перед всеми предстала прелестная девушка, с длинными розовыми волосами и ярко-бирюзовыми глазами. Она удивленно глядела на себя, а остальные Темные ошалело смотрели на нее.

– Проявите себя и тоже станете прежними, – отчеканил Лациф, открывая портал для себя и нового рекрута.

Мирга тут же склонился, и остальные последовали его примеру.

– Ты иди к Доссу, он выдаст тебе оружие и одежду, – указал он эльфийке на новый портал, когда они уже стояли во дворе замка. – Пока поживешь при вулкане с остальными воинами. Если Галиш признает тебя доверенной станешь полноценной частью Бессмертных.

Девушка поклонилась и исчезла в мутной арке. Между тем, Лациф набрал в легкие побольше воздуха и перенесся к дверям темницы.

«Еще немного», – успокаивал он сам себя, шагая по темному коридору.

Король повернулся к решетчатой двери и громко выругался. Перед ним стояло четверо пронумерованных: Четвертый, Шестой, Седьмой и Восьмой.

– Да вы издеваетесь.

Галиш стоял у небольшого домика в Занкии. Он выпросил его у Дард специально для Тери. Не богатый, но очень уютный, со всем необходимым. Куда комфортнее, чем комнаты для одиночек. Да и к нему прилагался, пусть не обработанный, но все же, свой клочок земли. Это место идеально подойдёт, чтобы начать сначала.

Их уже посвятили и сейчас она должна была выйти из портала. Галиш нервно стучал ногой об землю, когда арка распахнулась и появилась Дардион, а следом за ней и она. Тери выглядела иначе. Раньше ее кожа была темной, а волосы зелёные, как изумруд. А теперь, она была бела как снег, а глаза и кучерявые пряди стали схожи с сочной свежей травой.

Он тут же выпрямился и позвал ее. Эльфийка настороженно подошла, а Бредли онемел. Он столько думал, что ей сказать, а теперь не знал с чего стоит начать.

– Генерал? – девушка тревожно смотрела на него.

– Тери…

– Вы что– то хотели?

«А может не стоит? Он не может ей ничего объяснить. И дать он ей тоже ничего не может. Для нее здесь вся жизнь, а он…он, в общем-то, играет».

– Генерал?

– Хотел поздравить с переселением, Тери. Это твой новый дом. Надеюсь, здесь тебе будет хорошо, – улыбнулся он и пошел прочь.

Лациф смотрел на четверых пронумерованных через прутья камеры в темнице.

– Мне любопытно, а вы что здесь делаете? – его уже начало забавлять происходящее. – А в Старом городе кто-нибудь вообще остался?

– Да, и теперь за главного там Второй, и я сочувствую тем, кто остался, – это произнес невысокий юркий эльф с короткими коричневыми волосами, над которым значился титул «Седьмой».

– Зачем явились? Почему буянили? Почему наврали старику?

– Он спросил, и мы ответили. Что нам нужно было сказать? Что мы пришли даже несмотря на то, что ненавидим тебя и твой народ? Это? Да нас бы сразу вышвырнули.

Хватило секунды, чтобы король просунул руку между решеток и притянул Темного к себе, зажав его лицо между прутьев.

– Какого хрена ты тогда явился сюда ко мне и к моему народу?

– Просто… – попытался тот освободиться, – лучше тут умереть, чем там жить…

Лациф, наконец, понял причину их прихода и отпустил его. Седьмой рухнул на землю, торопливо отползая подальше.

– Так вот оно что. Ваш Создатель не дарит вам смерти.

– Это невозможная жизнь. День ото дня болтаться на том чертовом дереве, а если не хочешь, то вешай других. Как так вообще можно жить? А ты… о тебе говорят, что ты можешь убить, лишь взглянув.

– Значит за смертью ко мне пришли, – Лациф счастливо осклабился. – Как же здорово это слышать. Но говоришь только ты, а что думают остальные?

Седьмой оглядел стоящих чуть позади него Темных, готовых в любую секунду ринуться в бой.

– Думаешь мы умолять пришли? – навострил он острые уши. – Ты же ненавидишь нас, так просто убей!

– Закрой свой рот и дай сказать другим! – взревел король, и оранжевый всполох злобы рассек темноту коридора. Грифон на руке Лацифа недовольно зафырчал, потоптавшись по запястью.

Четвертый, тревожно глядя то на крылатого, то на короля пробормотал:

– Будь здесь моя жена, я бы возможно и просил о жизни, но я тут один. Вы отобрали ее и куда– то увели. – И вдруг он громко закричал, яростно стукнув руками о стену своей темницы. – Вы обещали, что не тронете невинных!

– И я не тронул. Они все живы и все при месте.

– Тогда позволь мне ее увидеть!

– Как ее зовут?

– Айяда.

Лациф довольно хмыкнул и отписался Алексу.

– Девушка убийца?

– Да, – Четвертый напряженно смотрел на короля.

– Не эта ли? – он поманил к себе девушку, которая показалась на крыльце вместе с дворецким.

– Айяда? – номерной было кинулся на решетки, но она тут же вскинула клинки.

– Не может быть, – прошептал он, глядя на побелевшую эльфийку. – Ты за него? Мы ведь договаривались, что идем на смерть!

– Но король предложил жизнь, – тихо ответила она. Дева сейчас выглядела как настоящая убийца. Кожаные доспехи, два блестящих клинка и тканная маска, что закрывала половину лица.

– Нет. Посмотри! Он что-то сделал с ней! Он околдовал ее! – стал нагнетать Седьмой. – Твоя жена никогда бы тебя не предала! Он заставил ее!

– Нет! – девушка спрятала оружие и стянула с себя маску. – Все не так. Посмотри, ведь я снова прежняя! Ты, наверняка, уже и позабыл мои глаза! Король вулкана дал нам шанс! Почему все им воспользовались, а мы не можем?

– Айяда, а как же наше решение?

– Это было решение Седьмого, а я лишь желала жить как прежде с тобой и братом. Чтобы мы больше не голодали, чтобы больше не страдали от рук Создателя!

Лациф внимательно смотрел на открывающуюся перед ним историю и ждал. Наконец, Четвертый все решил для себя и спустился на пол, сев на колени.

– Я буду верно служить тебе…король, покуда она будет жить.

Восьмой тоже рухнул, а вот Седьмой и Шестой остались стоять.

– Вы все решили, – изрек Лациф, глядя на них. – Умрите!

Бредли снял шлем и устало вздохнул.

Он так и не сказал ничего Тери, а что он может ей сказать. Я чувак из другого мира, который насоздовал себе тел; именно с одним из них ты, милая, и спала. А вот тебе другое тело. Бери и радуйся, а главное не забывай, что за ними есть третий я, тот самый, который настоящий, и которого ты никогда не увидишь.

У Бредли голова кругом шла. Он и не думал, что это окажется так сложно. Да и, наверное, лучше действительно оставить ее. Пусть начинает с нового листа без Брута и без Галиша. В общем, без него.

Парень потер уставшие глаза, поморгал и снова надел УВВИ.

А еще у него теперь трое безгильдийных Темных, за которыми только глаз да глаз. Однако, с ними не может быть каких-либо проблем. У них слишком много ограничений, пока они не Бессмертные, и они полностью зависимы от воли Галиша. Глава явно наградил его этим обозом неспроста. Да еще и разговоры об учебе и планах на будущее. Не разберешь, что на уме у короля.

Голубая полоса загрузки протянулась через экран, и Темный эльф проснулся в небольшой затхлой комнате ночлежки. Брут поднялся, размял кости и неторопливо вышел из комнаты, пошел по коридорчику, спустился на первый этаж и задумчиво огляделся. Вокруг царила странная пустота. Ни хозяина ночлежки, ни других посетителей, кроме дремлющего пьянчужки за одним из столов. Брут стукнул его по плечу и спросил:

– Эй, эльф, а где все?

Тот поднял на него свои хмельные глаза и оскалил беззубый рот:

– Ушли они.

«Ну понятное дело. Но ведь кто-то остался и здесь».

Он вышел на улицу и понял, что осталось совсем не мало, а точнее, даже большая часть. И все с оружием. На улицах царил бардак и хаос. Все резали друг друга и тащили к дереву. Тот, кто оказывался слабее, орал, пытаясь вырваться, тот, кто смог победить, не обращал на его мольбы никакого внимания и связывал, как овцу. Темные кидались друг на друга, словно дикие звери. Повсюду прах, кровь, тела тех, кто еще не успел переродиться. Все это перемешалось с мусором и грязью, тошнотворно смердя и сжигая глаза.

– Да что происходит? – только и успел сказать Бредли, как почувствовал резкую боль. Он поглядел на занывшее место и обнаружил, что в боку торчит изогнутый в зигзаг клинок. – Чего? – голова закружилась, земля пошла из-под ног, он поднял глаза и увидел перед собой его. – РИЯ…

Рожа довольно осклабилась; рука в золотой перчатке выхватила клинок из печени Брута и резкий удар рукояти прилетел по лицу эльфа. Бредли хотел выйти из игры, но не смог сосредоточиться. Консоли не поднимались, изображение размывало, и парень выдохнул, падая на землю: «Вот же черт…»

Элионор, одетая в униформу техперсонала, по-воровски торопливо, шагала по коридору корпорации.

«Этим самонадеянным идиотам нужно было отправить ее в тюрьму. Но они подумали, что она и так не представляет для них угрозы. Заморозили счета, активы и решили, что она стала беззащитной. Кретины. Не стоит играть со спичкой, если сера на ней еще тлеет. Не подожжет, но неприятный шрам оставит».

Женщина осмотрелась и крайне спешно прошла в техническую комнату, благо сделать такой пропуск с ее знаниями и умениями проблемой не было. Она вбежала на склад, где хранились старые производные ИИ и, постоянно осматриваясь, быстро полезла за стеллажи. Холодный пот выступил на ладонях, но Сайчел и не думала отступать.

«Она им всем покажет и пусть место в корпорации ей больше не светит, и эта история, скорее всего, утянет ее на дно, но Лацифа она непременно утащит за собой. Ее РИЯ будет жить и властвовать на просторах Цивитаса вместо нее. Ее детище не сгинет и не забудется».

Она шарила рукой по стене, пока не нашла кнопку и, нажав на нее, за стеллажом открылась небольшая полость в стене. Элионор радостно оскалилась и, отодвинув несколько коробок, чтобы был виден кодовый замок, набрала нужную цифровую комбинацию. Замки разблокировались, и толстая дверца сейфа открылась.

Сайчел достала виртнакопитель, похожий на жесткий диск и жадно улыбнулась:

– Конец близок, СИЯ. Скоро ты исчезнешь.

– Кто-нибудь видел Галиша? – Лациф в очередной раз посмотрел на пустующий стул. Уже четыре дня прошло, а парня нет. Он конечно сам ему отгулы дал, но Галиш уверял, что все дела решил. Так где он? – Как зовут нашего генерала?

– Бредли Малрони, – отозвался Верммут. – Детройт.

– Ясно, – Лациф погрузился в поисковики.

«Детройт, происшествия. Сегодня, вчера, позавчера. А вот и Малрони.

Тело молодого человека было доставлено в больницу…в данный момент находится в коме…причины неизвестны…»

– Какого хрена?! – Лациф поверить не мог. Парень болел? У него случился какой-то приступ? Что произошло? Просто нашли за виртом без сознания. Бред! Его здоровье здесь не при чем. Но если он в коме на той стороне, значит он влип во что-то нехорошее на этой.

Лациф отправил сообщение Хомгеру и осмотрел всех присутствующих:

– Нам надо найти его аватар!

Хью Гарден, широко улыбаясь и покачивая в руке бокал с дорогим вином, болтал о делах совершенно неважных, но положенных этикетом. Мол, погода прекрасная. А как ваши дети? Ах, старший уже поступил. Вы женились, вы вышли замуж, и прочие разговоры, которые мало его интересовали. Но если не хочешь выпасть из обоймы, держись покрепче. Поэтому, нацепив на себя шарм английского джентльмена, он флиртовал с очередной дамой из сливок Нью-Йорка, когда на телефон пришло сообщение.

Боб в лице изменился:

– Какого?

Женщина, стоящая перед ним, встревоженно захлопала ресницами, но Хомгер и думать про нее забыл. Его парни узрели кого-то на камерах возле техкомнаты и это явно женщина. Вошла и вышла. Засекли этот момент, когда сдавали недельный отчет. Боб забыл про весь этот бал маскарад и, стягивая на ходу давящий его глотку галстук, понесся к машине.

Он торопливым шагом вошел в мониторную.

– Как вы могли просмотреть чужака?!

– У нее был пропуск. Это было во время пересменки. Мистер Хомгер, вы ведь знаете эти десять минут…

– Кто это был?

– Лица не видно.

– Покажите мне, – Хомгер сел на кресло охранника и перед его глазами всплыло изображение с мониторов. И хотя камера была боковая, а на голове незваного гостя кепка, Боб сразу узнал эту дамочку. – Сайчел! – Телефон снова запищал. И без того раздраженный Боб глянул на входящее сообщение и чуть не взвыл. – Детройт? Серьезно?

Глава 15

Бредли чувствовал себя отвратительно. Его взгляд апатично бродил по воздуху, и, хотя, он все видел, но ничего не понимал. Вот перед ним вроде человек, но в другой момент это оказалось дерево, а возможно вообще эльф? Он на улице или в помещении? Или же он снова в той дрянной пещере, как несколько лет назад. Тогда ему тоже было также плохо, только он не чувствовал себя настолько странно. Тогда он вообще ничего не чувствовал.

Брут часто дышал. Нос, странным образом, сильно чесался, ему хотелось глубоко вдохнуть, но, казалось, будто собственные легкие не слушались и получались лишь мелкие прерывистые вдохи. Он будто спал наяву. Во рту жутко сохло и губы хотелось облизать, однако, Бредли не понимал получается у него это или нет. Иногда хотелось смеяться во все горло, но он не осознавал с чего это, ведь, на самом деле, нужно волноваться. Мысли сбивались и терялись в нескончаемом потоке меняющихся картин, бегущих перед глазами. Время от времени он приходил в себя, но тут же снова улетал и рассыпался на хаотичные несвязные части.

Темный эльф висел посреди центральной площади Старого города, привязанный к столбу. Его руки и ноги были скреплены синей веревкой, а вокруг царил ад. Крики, вопли, визг, и оры, грязь и пепел, все смешалось в единый нескончаемый хаос. Он стал жертвой, на которую всем Темным было наплевать. Их спустили с цепи, и они рушили свой мир собственными руками.

Бредли пытался поднять голову, но у него получались только вялые мотания из стороны в сторону.

– Неужели не нравится? – послышалось где-то вдалеке.

«Голос незнакомый или попросту забытый?»

– Видишь ли, твой король совершил непростительную ошибку, когда решил влезть в мой мир. Он стал устанавливать свои правила, решил, что может отобрать у меня Цивитас. А ведь я восхищался им. Мне казалось, что из смертных он самый непредсказуемый и интересный. Я многому у него научился. Но он, как и все, разочаровал меня. Ты считаешь своего короля каким-то особенным, но зря. Второй желает силы! Однако, за это я ему даже благодарен, ведь чем сильнее он, тем сильнее я. Такая ирония! Эти людишки, что приходят в мир, созданный МНОЙ думают, что им все можно, но только я имею право решать, как будут развиваться события! Твой королек с этим не согласился. Он такой же, как и я! Хочет власти! Он убил не меньше моего! Он не прощает предательств и вмешательств, также, как и я! Он идет по головам и не обращает внимания на тех, кто бесполезен, также как я! Так почему его мир процветает, а мой рушится? Почему вы там? Даже мерзкие людишки и те покидают меня! Что есть в нем, чего нет во мне?

Бредли даже сквозь дурман почувствовал яростное отчаяние рыцаря и пьяно ухмыльнулся:

– Душа.

Удар. Щеку зажгло, а челюсть заломило.

– Надеюсь, твой королек скоро явится, потому как времени у тебя немного.

Лациф сидел в пустом зале совета. Хомгер доложил, что Сайчел что-то делала на складском хранилище. Что она взяла? Файлы? Документы? Да там может быть что угодно. Но это однозначно то, чего стоит опасаться и игнорировать это нельзя. Лациф рвался на части, желая отправить Хомгера в больницу к Бредли, но последние известия поменяли планы. В Детройт поехал Кевин, а вот Боб получил другой приказ. И что уж говорить, он был ему безумно рад.

Лациф поглядел на грифона, что с умным видом вышагивал по полу, карябая его своими отросшими когтями. Птичка явно подросла. Теперь он был размером с годовалого ребенка и это спустя неделю. Кушает он тоже, будь здоров. Правда, Лациф не дает ему ничего кроме мяса горных козлов и пум, которых ребята отлавливают для приготовления еды. И если, по началу, грифон этим обедам не доверял, то теперь слышал свою будущую жертву еще у ворот.

Вот и сейчас, он замер, вслушался, расправил крылья и кинулся к выходу.

– Куда?! – рявкнул Лациф, и грифон, исподлобья глянув на него, зашипел и сложил крылья. – Пойдешь, когда я позволю.

Тот, словно кошка на охоте, зло зафырчал, прыгнул на стол и ринулся по нему прямо на Лацифа, но желтые глаза угрожающе впились в него и грифон, напугано завопив, стал тормозить, сбивая лак со стола.

– Томас с Алексом тебя живьем зажарят, крылатый, – поднялся король и глянул в окно, что выходило во двор. Никого, кроме стражи, детей да Сашки с грифоном. Все Бессмертные ищут генерала. Лациф громко вздохнул и почувствовал, как грифон клюет его в ногу. – Иди.

Тот взмахнул крыльями, что были уже по пол метра каждое, и вылетел из зала совета.

Грифон Натиэлль был гораздо меньше и хилее. Видимо, трава им не подходит. Лациф вздохнул: «Жалко живность», и отправил сообщение Натиэлль, мол накорми мясом и своего.

Повелитель Цивитаса неторопливо шел по широким коридорам замка вулкана и смотрел по сторонам. Галиша нет на картах. Такое уже случалось, их уже крали и держали в плену. У РИЯ есть что-то вроде оков Кролуса, другого объяснения нет. Отчеты шли не прекращаясь. Темного под ником Брут на наших землях нет. Что же, этого нужно было ожидать, однако проверить все же стоило. В чате пропищало сообщения от одного из игроков, что отправился к вражеским землям твином: «В Старом городе творится кошмар, как в фильме ужасов. Тут все в крови. Повсюду крики. Они навешивают друг друга на дерево. Кажется, непись сошла с ума».

Лациф тяжело вздохнул, а перед глазами распахнулось входящее сообщение нового типа:

«Подключиться к локальной сети РИЯ?» – и обратный отсчет.

Король нахмурился и подтвердил запрос:

– А вот и он.

«Приходи. Твой генерал ждет тебя. Шестьдесят минут», – и сообщение исчезло вместе с мигающими цифрами отсчета.

Лациф глянул в окно.

Дети носятся, как ошалелые. Девчата смеются. Натиэлль с Бетти о чем-то болтают.

– Гаут, – тихо позвал он.

«Тут я», – тонкая желтая нить завилась по факелам коридора.

– Пошли, друг, – вздохнул Лациф, продолжая смотреть в окно. – Кажется, вариантов не осталось.

«Только вдвоем?»

– Он ждет меня. Другим нельзя.

«В капкан добровольно?»

– По-другому Галиша не забрать. Он хоть и молодой, но нельзя долго держать его в таком состоянии. Нужно вернуть.

«Обязательно нужно. Ведь Крис так и не очнулась, даже когда он отправил к ней Хомгера. Но если она его мало волновала, то Галиша он оставить не мог. Парень, по его милости, уже во второй раз попадает в такую дрянную ситуацию. Однако, если тогда он мог хотя бы выставить его связи на нуль, то теперь Бредли в полной власти РИЯ. Еще тогда Лациф задумывался над тем как Сияющий удерживает игрока. Но потом появились оковы Кролуса и прочее, и он подумал на них. Однако сейчас оков у РИЯ нет, тогда почему Галиш не уходит?»

Он взглянул на лаву, что обтягивала его руку от пальцев до плеча.

– Ты помнишь мой приказ, Гаут? Если я погибну, ты уйдешь следом, как слуга, что не смог сберечь своего короля. У тебя один выход – поглоти меня. Тогда спасешься сам и спасешь остальных.

Гаут фыркнул:

«Не бойся, я ничего не забыл».

Портал открылся прямо в коридоре, когда на спине Лациф почувствовал острые когти.

– Крылатый, со мной собрался?

Зверь распахнул крылья и гортанно завопил.

– Маленький еще, – погладил он коричневые перья на орлиной морде, с которой на него заискивающе смотрели два черных глаза. – Твои же тебя и пожрут. Ты лучше местных береги, а я тебя за это на равнину пущу, там много вкусной добычи водится.

Грифон спрыгнул на пол и уставился на короля. Тот улыбнулся крылатому своей однобокой улыбкой, и они с Гаутом исчезли в портале.

Сайчел сидела за аппаратом. Вирт работал, устанавливая программы в игровые файлы. До окончания процесса осталось тридцать процентов, как в дверь позвонили. Элионор проигнорировала пришедших и продолжила ввод ключевых данных. Снова позвонили.

– Да что же это?!

Она подошла к дверям и глянула в видеофон:

– Хомгер? Какого тебе?

– У меня есть кое-что, что поможет тебе вернуть корпорацию в свои руки, – покрутил он в руке виртпад.

– Врешь.

– И не думал. Есть деловое предложение.

– Ты меня развести пытаешься? Убить меня решил? Да вот хрен тебе!

И она свернула экран видеофона. Снова отправилась к вирту:

«Нужно поторопиться. Эта гнида явно за ее головой пришел. Она догадывалась, что акционеры или СИЯ непременно захотят от нее избавиться, но надеялась, что ей хватит времени».

Элионор заблокировала лифт, ведущий в ее дом, и застыла над виртом:

«Процесс установки прерывать нельзя. А еще тридцать процентов. Выход из дома остался только по пожарной лестнице. Сколько у нее времени пока он не вошел?»

Хомгер устало вздохнул. Он надеялся узнать у нее хоть что-то полезное, а теперь ничего не выйдет. Еще и догонять поди придется. Благо его ребята стоят в округе.

– Вот ведьма, – Боб ключ-картой разблокировал лифт. Его работа, его связи и, вуаля, можно открыть любую частную дверь.

Неторопливо шагая и натягивая на руки перчатки, он подошел к ее квартире. Секунда, ключ-карта снова отработала, и дверь открылась. Сайчел напугано вскинула брови и попятилась, но не к запасному выходу, а боком, прикрывая работающий вирт.

– Ты чего там прячешь? – недовольно нахмурился он и, быстро подойдя, резко толкнул ее в сторону, так, что блондинка рухнула на пол. – Мать ити, это что?

На экране вирта неслись какие-то коды, происходило сразу несколько процессов, но из всего этого непонятного мусора Хомгер понял только одно.

«Вирус».

– Ты что творишь?! – он вытащил из кобуры пистолет и ткнул им прямо в лоб лежащей на полу Сайчел. – Выключай!

– Это уже не выключить, – счастливо осклабилась она и безумно захохотала. – Твоему Лацифу пришел конец!

– Помнишь я говорил, что у меня два плана, как получить твои деньги? Ну так вот, это второй! – «БАХ» раздался приглушенный звук выстрела. – Все-таки ты тупая баба, – выплюнул Хомгер, глядя как алая лужа расползается под блондинистыми прядями.

Он протер пистолет платком и аккуратно вложил в ее руку, а потом положил рядом, будто выронила. Боб прекрасно знал где обычно в таких ситуациях находится оружие, да и позы всех суицидников были похожи.

– Как же я рад, что ты, наконец-таки, сдохла.

Хомгер напряженно посмотрел на вирт. Он противно запищал.

«Процесс внедрения окончен».

«А может и хрен с ним? Помрет и дело с концом. Уж, наверняка, его счета можно будет разморозить без контроля Лацифа, – Хомгер кивнул сам себе и направился к выходу, как вдруг замер, положив пальцы на дверную ручку. – Правда там и парней столько, да и дети эти его. Да и после убийства Сайчел, ему самому немало перепадет».

– Чертов ты упырь, – взвыл Хомгер и вернулся в гостиную. Сделал фото экрана вирта, схватил накопитель и почти бегом кинулся в ближайшее интернет-кафе.

Лациф и Гаут оказались на площади, прямо в эпицентре происходящих убийств.

– Давай.

Из вулкана, через портал, который открыл Лациф, стала вытекать лава. Пока все соображали, что происходит она собралась в десятиметровую тушу и змеей ринулась по площади. Лациф, не закрывая портала, из которого продолжал набираться Гаут, пошёл к дереву. Пару взмахов руки и он проделал себе ледяную тропу по краям которой застыли Темные.

Король остановился возле распутного генерала и виновато прикрыл глаза. Его руки и ноги были связаны синей клаусой.