Текст книги "Сказки Вайоры. Милана (СИ)"

Автор книги: Мила Милашевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)

– Заводись жестяное корыто!

Прислушалась. Пение птиц, легкий ветерок. Запах хвои и трав. Осмотрелась. Мы в лесу!

– А где космопорт? – сонно спросила я.

– Нам подсунули бракованный транспорт, и я пока не могу найти способ починить его, мама Лана, – сообщил Лизуш, – до космопорта около четырех часов пути пешком, если не починю флаэр – насладимся видами флоры и фауны Вайоры, – мрачно пошутил Лизуш.

Наконец настало время задать некоторые вопросы:

– Откуда ты знаешь, как управлять флаэром? Как ты меня забрал из таиры? Почему нас не ищут?

– Мне было скучно, док разрешил пользоваться базами знаний. Кажется, он и сам не знает, что в базах есть тестовые задания, почти с полным погружением. Ты повторяешь последовательность действий раз за разом, пока запуск флаэра, или типичные поломки прочно не закрепятся в мозгу. Конечно, это не отменяет реального навыка пилотирования. Но я все же рискнул.

Что касается как я тебя вытащил из таиры – все просто – захватил в заложники дока. Он оказал тебе помощь и вывез нас из таиры.

Я за оглядывалась:

– А де он сам?

– Я высадил его в пустыне в двадцати минутах ходьбы от имения придурков-вайоров.

Помотала головой:

– Они, не придурки, в целом очень даже не плохие ребята…

– Угу, только их мамаша имеет беспрепятственный доступ в таиру и они допустили, чтобы эта ущербная посмела избивать беременную женщину.

Я замерла от его последних слов.

– Чего?

– Ты беременна, мамочка, а идиот что заделал тебе ребенка не смог обеспечить тебе безопасность.

Я открыла рот. Закрыла, снова открыла:

– Откуда ты знаешь?

– Расшифровал показания твоего хтэ, – и видя, что мои глаза чуть ли не вылезли из орбит от удивления, – добавил, – мне было скучно, Кууарех не знал, по каким его базам лазил и какие обучающие программы я изучал. Ставил все, что я просил, лишь бы я не мешался и не ныл.

– Офигеть! Ты вскрыл базу данных дока?

– Чё там вскрывать было?! – удивился Лизуш, – в общем твой хтэ уже какое-то время переливается разными цветами. Изучил настройки, кстати, ты знала. Что док мог влиять на настроение через хтэ? То, что это следилка за тобой, показывающая твое местоположение, ты уже итак знаешь. Изучил цветовую индикацию. В общем, пока ты не избавилась от хтэ он показывал, что ты беременна. И беременность многоплодная.

– Э…, – протянула я, – то есть у меня будет несколько детей? А сколько?

Это не укладывалось в голове.

– Это только док определит со специальными приборами.

Мы брели между деревьев, взгляд выхватил наши, земные березки, такая же белая кора, поперечные черные полосы, такие же тонкие плетистые ветви, вот только листья были тонкие, продолговатые, длинные. Лизуш ушел вперед, предупредив, что разведает дорогу. Я осталась ждать его, сидя под густым кустом диурлы. Из базового курса ботаники Вайоры, я знала, что у этого довольно низкорослого куста много тонких побегов, а вот листья толстые, мясистые. Мне требовался отдых. Да, только теперь я поняла, почему последнее время я норовила то присесть, то прилечь отдохнуть. Вот и этой передышке я была рада.

Внезапно рядом раздались голоса, очень знакомые голоса. Голоса, которые я мечтала забыть, голоса, которые я ненавидела всей душой. Илинианцы! Прекрасные ликом, черные душой существа.

– Она где-то здесь, – сообщил Валиниэль, – датчик показывает, что она на расстоянии двадцати метров от нас.

– Придурки-вайоры, даже не удосужились проверить, есть ли на ней передатчики, – сообщил второй до ужаса знакомый голос.

Я осторожно, стараясь не издать не звука на четвереньках поползла прочь от этих тварей. Прочь! Подальше от этих ублюдков! Через пару сотен метров я вскочила на ноги и помчалась в сторону космопорта. Дождусь Лизуша там, в безопасности. Я неслась словно лань, словно пуля, и никак не ожидала, что кто-то схватит меня за талию и довольно сообщит:

– Добегалась?

Я, не думая, со всей силы отвесила оплеуху остроухой твари. Пару секунд смотрела как на скуле набухают кровью четыре кровавых полосы от моих ногтей, а сам обладатель острых ушей и длинных платиновых волос согнулся от удара моей ноги по илинианским яйцам.

– Отработаешь за это, Мясо! – прошипел он.

– Отсоси у своего братца, Лиониэль.

– У обоих будешь сосать, Мясо, одновременно.

Я просто впечатала ногой в эту ухмыляющуюся рожу пяткой и понеслась, не разбирая дороги дальше.

Не знаю сколько я бежала уже не разбирая дороги, хотела оказаться как моно дальше от этих мерзавцев, но внезапно я споткнулась и кубарем покатилась, попыталась встать, но меня с силой что-то придавило к земле.

– Ты очень быстрая и выносливая, твой вайор неплохо тебя усовершенствовал, теперь наши игры могут длится дольше, намного дольше, чем было до твоего усовершенствования. Пощады, Мясо, не будет!

Я завизжала:

– Ненавижу вас!

На меня навалилась тьма.

Очнулась я обнаженная, руки и ноги были привязаны веревками в разные стороны. Задергалась.

Тут же ко мне подошел зверь в обличье ангела, он ухватил за кольцо, вдетое в сосок и больно потянул к себе. Я, не выдержав застонала, тут же два пальца вторглись в мой рот и сделали несколько возвратно-поступательных движений.

Я мычала, дергала головой, пыталась укусить пальцы, но мучитель все также тянул за кольцо. Я зашлась в крике.

– Вот так, Мясо! Вот так ты будешь кричать всякий раз, когда мы имеем тебя. Каждый день, пока Дилара не найдет тебе нового покупателя.

Сзади потерлись чем-то горячим, я испуганно заскулила. А голос из-за спины на ухо прошептал:

– Мясо, первое время от напора таких горячих мужчин, как мы бывают разрывы…, но не переживай, к боли со временем привыкаешь, да и Жииарх – специалист по таким травмам.

Слезы потекли по щекам. Но откуда-то пришла мрачная уверенность ее словно кто-то подсказал изнутри:

– Вы оба сдохнете, белобрысые уродцы, если тронете меня.

Братья бархатисто рассмеялись, если бы я не знала, какие это твари на самом деле, то слушала и слушала бы этот приятный мужской смех идеальных казалось бы существ.

Ненавистные губы втянули сосок в рот, а ягодицы раздвинули чьи-то руки, и наглые пальцы прошлись по промежности. Я задергалась.

– Нет! Нет!!!

Внезапно раздался голос:

– Отпусти ее, илинианец!

Лэн!

У входа в пещеру, где меня хотели изнасиловать, стоял Лэн, а рядом с ним…рядом с ним жуткое чудовище – высокий ящер, стоящий на двух ногах, встопорщенный гребень спускался от макушки до копчика, а мощный хвост украшали шипы. Длинный, раздвоенный язык то и дело облизывал ноздри. Желтые глаза не мигая смотрели на меня.

Валиниэль лениво посмотрел на Лэна:

– А иначе что?

– Иначе будешь умирать долго и мучительно.

– Твоя зверушка что ли будет убивать меня долго и мучительно?

Лэн оставался спокоен. О да, я уже выучила этот взгляд. Он уже все просчитал, взвесил, и принял решение. Он ободряюще улыбнулся мне. Это почему-то взбесило Валиниэля, и он попытался уесть Лэна:

– Ну ладно, допустим ты меня убьешь, а что сделаешь с той черноволосой девкой, что пустила нас в твой дом?

Чтоооо? Почему-то я сразу поняла, о ком он. Ирин! Лэн побледнел и сжал губы. Зверь рядом с Лэном издал низкое рычание, но Лэн не испугался, он только обратился к ящеру:

– Еще не время, Кай.

Чтооо? Кай?! Это Кай?! Сердце бешено стучало. Как?! Захотелось приложить руки к животу. То есть сейчас у меня внутри растут вот такие ящерки? От ужаса во рту стало горько и меня стошнило прямо на спину илинианца. Лиониэль, стоящий за моей спиной, дернул меня за волосы, заставляя приподнять голову и насмешливо спросил меня:

– Смотри, мясо, а ты оказывается трахалась с животным... А была вся такая недотрога… Ну и как, член этой ящерицы изо рта не высовывался, пока он драл тебя сзади?

Ублюдок, дразня Лэна и Кая, прижался плотно ко мне, скользнул рукой, так чтобы все его движения были отчетливо видны, вниз по моему животу и погрузил пальцы внутрь, сделал пару резких движений, затем достал пальцы. Я только услышала, как он втянул воздух:

– Слааадкая…

Больной ублюдок!

Кай бросился на илинианцев, а Лэн – он стремительно обращался. Моргнула – вот Лэн стал выше ростом, сильно раздался в плечах, секунда и его лицо стало мордой ящера, еще одна, появился хвост, чешуйки, острые когти на лапах.

Я судорожно задышала. Нет! не верю! Такого не бывает! Такое – придумки авторов женских романов, про оборотней! Нет! Нет! Что-то горячее брызнуло на меня, и что-то неправильное было в одном из тех, кто похитил меня. Он был какой-то не такой… он стал невысоким. Он крича полз ко мне, на обрубках ног, секунда и его голова покатилась прямо мне под ноги. Рот был открыт, глаза моргали, илинианец еще не осознал, что умер… Я так больше не могу… Благословенная тьма накрыла меня.

Лэн

Когда я увидел, как второй белобрысый хаовой облизал пальцы, только что побывавшие внутри моей самки, мир изменился. Он стал ярче звуки громче и отчётливее. Обзор улучшится, кажется, теперь мой угол зрения двести семьдесят градусов. Захотелось крикнуть: убью! Но из горла вырвалось урчание. Внезапно я услышал, как стучит сердце Миланы, как стучат еще два сердца внутри нее. Сердца детенышей! Да мы уже знали, что наша самка беремена! Именно этот запах и вел нас, звал нас. Но что детей будет двое мы не подозревали! Обоняние подсказало мне, что один ребенок – это ребенок Кай, а второй – мой. Как это возможно – спросим у дока, но мой нос – не врет.

Восторг от того, что в нас проснулась кровь предков не заглушил голос мести. Никто не смеет трогать наше! Мы бросились на илинианцев, что посмели задеть нашу самку. Они сопротивлялись ожесточенно. Отличные бойцы, они умело прикрывали спины друг друга. Оружие в руках илинианцев сюрпризом не стало. Вот только куда им до нашей силы и реакции. Миг и один из них лишился ног. Острые когти Кая полоснули по коленям, илинианец упал, крича, этот крик раздражал мои ставшие чуткими уши, я с силой махнул лапой, и эта кричащая голова катится в сторону нашей самки. Она, закатив глаза, обвисла на веревках. Кай загнал в угол пещеры второго ушастого, тот оборонялся до последнего, но не хватило скорости, в какой-то момент, брат схватил его и за секунду от илинианца остался кричащий от боли кусок плоти. Руки, ноги, отсутствовали, мгновение, и брат в ярости бросил этот кусок мяса на пол пещеры и с силой встал лапой на голову. Та раскололась, и мозг этой твари брызнул в разные стороны. Настала тишина, прерываемая только нашим урчанием.

Наша самка! Ей нужна помощь! Как только подумал об этом, мир снова изменился. Исчезли оттенки запахов, звуки стали тише. Я бросился к Милане, быстро развязал веревки, захотелось снова заурчать от злости – на нежной коже выступили синяки. Крикнул брату:

– Помогай!

Кай, все еще в боевой трансформации ринулся мне на выручку. Он подхватил Милану и понес к выходу из пещеры.

К сожалению, о транспорте мы не подумали. Ворвавшись в таиру мы оба почуяли запах беременной самки. Беременной от вайора. Но нашей самки в таире не оказалось. Там оказалось множество существ, от которых хотелось чихать с нашим совершенным обонянием. А вот след самки вел куда-то в пустыню, прочь от таиры. Мы оба внезапно трансформировались и вынеся ворота таиры бросились вслед за нашей сбежавшей женщиной. Мы бежали всю ночь, ведомые самым желанным запахом на Вайоре – запахом беременной самки.

– Кай, трансформируйся, она испугается, – фыркнул я, когда мы вышли в лес. Брат что-то проурчал и осторожно передал мне Милану. Он встал, опустил верхние лапы, это поза сосредоточения? Буду думать так. Ничего не произошло. Он слабо заурчал и растянулся на земле, замерев. Надеюсь это поза расслабления. Снова ничего не произошло. Кай вскочил, в ярости заурчал и когтистой лапой стукнул по дереву, на стволе которого остались глубокие царапины.

Милана на моих руках зашевелилась.

– Тихо, брат, иначе испугаешь нашу Милану, – негромко позвал я Кая. Тот умолк. Милана открыла глаза и улыбнулась:

– Лэн! Мне снился отвратительный сон!

Она сонно моргала, но вот ее взгляд стал осмысленным. Она повернула голову в сторону, и ее взгляд уперся в Кая. Она часто задышала и уже открыла рот чтобы что-то спросить, но я опередил ее:

– Лана, Кай пока не может вернуться. Ты можешь помочь?

И Милана собралась. Не смотря на наготу, она потребовала опустить ей на землю, она осторожно подошла к Каю и не глядя на меня спросила:

– Илинианцы…они..?

– Они больше не побеспокоят тебя, эйхами.

Её лицо…её лицо стало таким необыкновенным, как будто она сбросила какой-то груз. Лана подошла к замершему Каю, погладила ладонью его щеку, провела по носу. Кай фыркнул, ему было щекотно, а Лана засмеялась. Потом она провела ладонями по могучим плечам, прошептав:

– Ты такой теплый, такой сильный, – она прижалась к его торсу щекой и тихо попросила, – вернись ко мне, Кай… я хочу поцеловать тебя, хочу зарыться руками в твои волосы, хочу, чтобы ты взял на руки наших детей, когда она появятся на свет…

Во время оборота Кая я кажется, моргнул. Потому что еще секунду назад Лана обнимала огромного ящера, а сейчас уже самозабвенно целовалась с Каем, который снова стал вайором. Я шагнул к ним, вжался в нашу Лану, она повернула голову и поймала своими губами мои губы.

Не знаю до чего бы дошло, если бы мы не услышали сдавленное мычание.

Мне стоило неимоверных усилий удержать себя от трансформации. Каю тоже. Мы двинулись ко входу в пещеру и заметили рядом с ним связанного Лизуша. Он мычал, пытаясь освободиться от пут. Когда мы его освободили, он ехидно спросил, картинно осматривая голых меня и Кая (обнаженную Лану мы закрыли собой):

– Ну и как мы будем возвращаться?

Глава 11

Оглушительно грохочет музыка, я высматриваю его, того, кто так круто развернул мою жизнь, того, кто устроил мое безбедное, полное приключение и любви самых замечательных парней во Вселенной. Посмотрела на вайоров. Как только их вторые сущности избрали меня своей женщиной, они перестали выделять феромоны, из-за которых женщины готовы были изнасиловать их. Девчонки в клубе чуть ли не из одежды выпрыгивали, глядя на моих Кая и Лэна. Страстно желаю отблагодарить благодетеля, что так беспощадно втолкнул меня в незнакомую, полную ужаса жизнь. Заиграл медляк. Кай протянул мне руку. За те вечера, в течение недели, что мы проводили в этом клубе, Кайерлик и Бикайлэн в совершенстве изучили эти перетоптывания на месте, слегка раскачиваясь из стороны в сторону.

Я улыбнулась, протянула руку мужчине, который мне очень нравился и мы вышли на танцпол. Кай обнял меня, я положила голову ему на плечо и чуть прикрыла глаза…

***

Без смеха вспоминать то, как мы добирались обратно в таиру вэр Ниар, я не могла. На границе того леса, где нас с Лизушем нагнали илинианцы, стоял полностью разряженный флаэр. Кай, став снова ящером, легко приподнял ставшее безжизненным транспортное средство, а Лэн негромко матерясь, пытался оживить движок. Я сделала один шажок к Каю, второй. И осторожно провела рукой по руке с чешуйками. Огромный ящер прикрыл глаза и довольно заурчал.

– Кай, – раздалось из-под флаэра, – меня сейчас раздавит!

Кай заурчал снова, но кажется, сейчас недовольно. Он снова поднял вверх флаэр. Еще минут через сорок, Лэн расписался в бессилии:

– Не знаю в чем дело, все системы в норме. Но движок не откликается и все.

Позади послышалось бурчание Кая:

– Держи теперь ты, через минуту заведемся и наконец-то улетим отсюда.

Теперь уже ящер-Лэн держал флаер. Кай высунулся из-под него и мрачно сообщил:

– Никуда это корыто не полетит. Расплавилась управляющая плата, – она грозно посмотрел на Лизуша, – когда ты менял наш флаэр на это дерь…, – она осёкся глядя на меня, – на это старье, – не мог проверить ресурс плат? Они исчерпали его еще пару десятков лет назад.

Лизуш огрызнулся:

– Не мог. Сбегали от вашей мамаши.

Я затряслась от ужаса:

– Ваша мать… она… она все ещё в таире? – и я замотала головой, – нет! Нет, я туда не вернусь, пока она там! Я сбегу снова! Я найду способ!

Уже ставший обычным вайором, Лэн вздохнул и сообщил:

– Мама покинула имение.

Я молча кивнула, не могу обсуждать это, слишком живо воспоминание, как эта женщина избивала меня. Тут встрял Лизуш:

– А я знаю, как доставить, – он посмотрел на меня, – мамочку домой.

Кай и Лэн заинтересованно посмотрели на него.

– Белобрысые уродцы очень качественно связали меня, потратили много жгута. Думаю, что вы оба довольно легко потащите флаэр с мамочкой, находясь в одной упряжке.

Сначала до парней не дошло, что он имеет в виду, а затем они почти мгновенно стали ящером и двинулись к моему приемному сыну. Я встала перед ним, закрывая Лизуша, и стараясь не смеяться, грозно спросила:

– Знаете способ лучше?

Оба ящера остановились, раздражённо заурчали, а потом шагнули к флаэру и встали спиной к нам. Лизуш деловито привязал к флаэру веревки, а концы сунул в лапы братьям.

Мы уже давно двигались по пустыне, углубившись неё. Передвигаться было очень некомфортно. Двигатель флаэра обеспечивал не только перемещение над поверхностью, он еще обеспечивал питанием системы, отвечающие за защитный купол, кондиционер…

В пустыне было жарко. Очень жарко. Ублюдки илинианцы мою одежду превратили обрывки, мне нечем было укрыться от беспощадного светила. К концу путешествия от меня останется хорошо запечённый гуманоид, покрытый коричневой корочкой. Лэн находясь в боевой трансформации, чуть повел острым черным когтем по сидению флаэра и у меня в руках оказалась искусственная ткань. Как могла, укрылась от жгучего солнца, и мы помчались дальше. Вечерело. Стало прохладно. Парни выбились из сил. Мы остановились рядом с чахлым кустиком. Пошатываясь я прошлась по остывающему песку. Голову кружило. Хотелось есть. Кай стал вайором и быстро сообщил:

– Завтра днем будем дома, но заночевать придется тут. В пустыне ночью холодно, Лана, нам придется остаться ящерами, и обнять тебя.

Я кивнула. Почему-то я совсем не беспокоилась, что парни, находясь в боевой трансформации могут повредить мне. Кажется, в их инстинкты просто вбито защищать детей, мать детей. Откуда-то пришло знание, что они умрут, защищая меня и малышей.

– Почему мы не дожались вечера? – спросила я, – ночью передвигаться легче, не так хочется пить. Как только я произнесла слово «пить» жажда накатила с утроенной силой. Последние капли воды я выпила еще три часа назад.

– Когда температура понижается, наши мышцы в боевой форме сковывает, мы еще, – Кай ухмыльнулся, – мы молодые самцы, мы пока много чего не умеем, не умеем регулировать температуру тела, распределять силы, не умеем удерживать влагу. Боевая трансформация имеет много преимуществ, но чтобы ими пользоваться, надо тренироваться.

Я забеспокоилась:

– Но ведь ночью станет совсем холодно…

– Для нас – да, для тебя – нет.

Я замотала головой:

– Не понимаю…

– Они будут отдавать накопленное за день тепло тебе, – встрял Лизуш.

– Примерно так, – улыбнулся Кай и принял боевую форму. Ящеры легли так, чтобы ни одна часть моего тела не попала на стремительно остывающий песок, положили лапы друг на друга. Получилось что-то вроде патио. Я, хихикнув от странности моего сегодняшнего ночлега, забралась к парням. Они оба довольно заурчали. Сон сморил меня почти мгновенно.

Лэн

Это очень странное умение – общаться мысленно. У нашей расы нет предрасположенности к чтению мыслей, индивиды, с отклонениями в развитии – не в счет. Такие есть у каждой расы. И их стоит пожалеть, ведь почти всегда эти существа становятся научными сотрудниками, над которыми другие научные сотрудники производят эксперименты. Кода, я впервые услышал мысли Кая, то подумал, что сошел с ума. Мысль о том, что у меня чешется правая пятка, хотя я, точно знал. Что чешется нос – меня поразила. Я уставился на Кая и потянулся к пятке, а он – к носу. Захотелось застонать. Это что всегда так будет? Женщину хочет Кай, а встает мой?

«Думаю, это придет с опытом или тренировками» – раздался в голове ехидный голос старшего братца, и тут же последовал приказ, – «отдай Ирин мне, я обещал, что накажу тех, кто повинен в смерти Фэй».

«Да сколько же можно рыться в моей голове?» – заорал мысленно я.

«Ты громко думаешь», – ответил брат, – «это отвлекает».

Кажется, и я уловил мысли Кая. Он думал, как отдаст Ирин нашим наемникам. После того, что она сделала я не смогу больше коснуться ее. Не смогу выносить ее присутствие. Предательство Ирин почти убило меня, пока мы бежали по пустыне, я прокручивал в мозгу способы её наказания. Ни один из них не была связан с телесными повреждениями. Я не желал убивать женщину, которая делила со мной постель, к которой когда-то тянулись все мои мысли. Еще несколько недель назад я думал, что, не смотря на то, что у нас так и не появились дети, она понимает меня… Возникла идея…

«А ты более изощрен в мести, чем я» – тут же вклинился в мозг голос брата, – «да, Ирин пойдёт на пользу освоение холодного мира».

По прибытию я собирался предложить Ирин два варианта: или я ее высажу в центре пустыни, и пускай добирается до космопорта или поселения, или я ее снабжаю всем необходимым, даже кредитами и она летит с колонизаторами осваивать очень холодную планету, где имеются залежи никлазов. Главе колонизаторов будут даны четкие указания: Ирин должна быть задействована непосредственно в добыче минералов, если эта женщина решит связать свою судьбу с кем-то из колонизаторов, я буду не против, но проведу тщательное расследование, с наказанием, вплоть до казни, если Ирин будет изнасилована.

Кай

Хоть младший и пытался скрыть свои мысли, но в какой-то момент я уловил, что эйхами нравится и моему брату. Хотя эта симпатия возникла сперва на основании деловых отношений. Кто бы мог подумать, чтобы женщине зацепить Лэна, просто нужно вскользь спросить, почему в модной индустрии не используются отходы производства таких замечательных никлазов. И так как никто и никогда до Ланы не интересовался, чем живет и дышит мой младший брат – ботан Лэн, получивший научную степень, растаял. Я просто уверен, что наша женщина, наша самка, сподвигнет его на новые исследования в его любимой области – разведка и добыча никлазов. Странно, ревности я не испытывал, я уже понял, что сто для Ланы мы неотделимы друг от друга. Кажется, она думает, что мы дополняем друг друга. Как ни странно именно эта инопланетчица нас сплотила. Впрочем, мы никогда не враждовали, но общих интересов было мало.

Повел носом. Милана спит. Два крохотных сердца внутри нее, на уровне живота бьются равномерно. Пора и мне подремать. Завтра длинный переход и к вечеру мы будем дома. Осталось одно незавершенное дело.

Пару месяцев назад я все же отдал ту запись, где наша женщина добровольно подписывает свой рабский договор, специалисту. Тихоня – ихториец, который некогда служил на моем флагмане криптографом, и который получил сильные увечья в том моем последнем бою в чине адмирала, не пропал во вселенной, на его умения был спрос, правда и расправиться с ним обещало не мыло разных существ. От криминальных воротил до известных в нескольких секторах вселенной политиков. Четыре раза я успевал вытащить его задницу с корабля, станции, гравитационного колодца, за минуты до того, когда обещания всех его недоброжелателей успеют исполниться. Когда ихториец спросил, что ищем в записи, я ответил:

– Не знаю. Ищи что-то, чего быть не должно.

И перед самым шоу, после которого все так быстро завертелось, пришел ответ от криптографа, но посмотреть я его не успел.

Милана

К концу путешествия я мрачно смотрела на ползущие мимо дюны, и мечтала поспать, желательно в бассейне. Жажда мучила все сильнее и сильнее. Кажется, я задремала, проснулась, когда меня подхватили на руки и куда-то понесли. Я вздрогнула и сжалась, снова илинианцы! А потом окончательно проснувшись, поняла, что я в таире, и что меня несут куда-то мимо гарема.

А на ручках то удобно. Над ухом раздался голос Кая:

– Куда сначала?

– Пить, в душ, поесть, потом нам надо поговорить, и только потом к доку.

Меня поставили на ноги, вручили стакан с прохладной водой, которую я выпила не торопясь, а затем осмотрелась. Эту комнату я не узнала, никогда не бывала тут. Огромная кровать, светлые стены, на окнах кофейного цвета тяжелые занавески, у окна небольшой диванчик на резных ножках и два таких же кресла, между ними расположился стол. Пол из темного дерева чуть поблескивал. Так и хотелось пройтись по нему босыми ногами. В комнате было красиво, но как-то безлико.

– Где мы?

– Это твоя комната.

Глаза вмиг заполнились слезами. Ну, спасибо, выделили, значит мне комнату, зная как, я ненавижу эти звуки из гостевой спальни? Я быстро кивнула и пошла в сторону двери. Надо смыть с себя песок. Кажется, он забился в каждую пору моего тела. Рванула ручку двери – оказался шкаф для одежды. Вяло отметила про себя, что там висит одежда – та, в которой я путешествовала с Каем и Лэном по Вайоре, когда путешествовала с каждым из них.

– Ванная комната там, – Кай показал на скрытую панелями дверь. Он нахмурился, видя мои слезинки. Я шагнула внутрь, если бы не горечь, что разъедала меня сейчас изнутри, то я оценила бы помещение, которое открылось перед глазами. Ванной комнатой назвать это роскошество было нельзя. Это была какая то… какая-то банная зала. Неглубокий бассейн с пузырьками, в алькове (да в зале оказался альков) стояла большая ванная на ножах, и нет, ножки были не львиные, а кажется птичьи. Альков можно было скрыть от остальной купальни шторами, поставить на столик рядом с ванной бокал вина, и, слушая, как шуршат пузырьки пены, наслаждаться чтением или покоем. Вот только покой мне и не снился. Я не могла больше с равнодушием относиться к тому, что Лэн и Кай будут и дальше ставить свои эксперименты, стараясь оплодотворить как можно больше женщин. Не пускать их к себе в спальню? Думаю, это легко, пока я беременна, скажу, что док не разрешил или это особенность моей расы, а потом? Эксперимент ведь, я сглотнула слезы, удался. Я прошла к душевой кабине, хотя это скорее кабинет, чем кабина. И тут тоже места с избытком. Вспомнилось, как мы втроём занимались сексом, также в душе, я помню, как было тесно, и вот такие размеры они выбрали, думая, что будет повторение? Как ни странно, я почти мгновенно почувствовала желание, вспомнив ту ночь. Включила душ и встала под воду. С потолка полился дождь. Этот теплый дождь смешивался с моими слезами. Слишком все внезапно произошло. Я не желала беременности от чужого мне мужчины, но я сблизилась с обоими, и как теперь выбирать? Наверное, придется выбрать того, кто отец моих детей? На секунду закралась убойная мысль, а может сказать, что один ребенок от Кая, а второй от Лэна? Я точно помню, что и тот и другой кончили в меня, правда, с промежутком во времени. Сообщу им, что это особенность моей расы. Но я не хочу одного, мне нужны оба! Эта мысль настолько изумила меня, что я перестала реветь и прислушаюсь к себе. Необычайное воодушевление возникло в душе, когда я подумала, как мне хорошо с обоими братьями. Ну и как я им это буду объяснять? Что я хочу обоих?

Внезапно передо мной возник Лэн, я испугалась и отступила назад, вжавшись в чьё-то тело. Кай! Дикое счастье наполнило меня. Они пришли! Они пришли ко мне, а не к своему гарему! Я потянулась к губам Лэна, но он подставил щеку, я потянула руку Кая к своей груди, но он только крепче обнял меня за талию. На глаза снова навернулись слезы.

– Ах да… ваш гарем, – ядовито процедила я.

– Эйхами, мы почувствовали, как тебе плохо, наше обоняние сообщило, что ты хочешь нас и мы пришли, – ответил Лэн, и, целуя мою шею, он хрипло сообщил, – пока доктор не разрешит, никаких постельных игр.

– А не постельных? – я коварно улыбнулась, и, глядя в глаза Лэну, потянула свою руку вниз, задела пальцами уже давно сладко пульсирующий бугорок, откинула голову на плечо Кая, и в несколько движений довела себя до оргазма.

Но ни один из них не притронулся ко мне. Глаза Лэна полыхали зеленым. Повернула голову и посмотрела на Кая. Он смотрел куда-то сквозь стекло душевой кабины. А я снова заплакала.

– Как же вы меня бесите!

Я дернулась к выходу, но меня не отпустили. Голос, который как обычно пробирал до мурашек, из-за спины сообщил:

– Твоё желание, эйхами – самый прекрасный аромат во вселенной, нам, молодым самцам, кто только недавно смог обернуться, очень тяжело сдерживать себя. Мыхххх, – Кай перешел в шипение, – очень хххотим теебяххх. Но насххх, отсанавливаютххх детхххи.

Я скосила глаза вниз, на руку, то есть чешуйчатую лапу, что сейчас лежала на моем животе, и рванула из душа. Схватив полотенце, обмотала его вокруг груди, бросилась прочь из этой спальни. Но вот дверь оказалась блокированной. Я заметалась по комнате, соображая, куда бы спрятаться. Я не буду спать с этими чудовищами! Нет!

Окно! Бросилась туда, пытаясь сообразить, как открывается запорное устройство и, коря себя, что не удосужилась узнать об этом заранее. Какая-то сила оторвала меня от окна. Я заорала, болтая ногами в воздухе, старясь ущипнуть, стукнуть, укусить держащего меня. Я была уверена, что держит меня ящерица.

– Отпусти меня!

Раздался растерянный голос Лэна:

– Док предупреждал, что беременные женщины страдают от буйства гормонов, неужели это их проявление?

Голос был нормальным, не шипящим и я затихла. Покрутила головой: рядом стояли оба мужчины. В обычном своем виде. Меня осторожно поставили на ноги и протянули халат.

– Эйхами, – мягко позвал меня Кай, нам надо поговорить. Он кивнул в сторону столика, уставленного едой, я различила среди блюд пиццу и рот тут же наполнился слюной. Я, шокированная таким резким изменением настроения, упала в кресло и схватила большой кусок пиццы. Откусила и закатила глаза.

– Мммм!

Открыла глаза и вжалась в кресло. Руки моих мужчин становились то нормальными руками, то лапами, а глаза хоть и были обычного цвета, но имели вертикальный зрачок.

– Мамочка! – пискнула я от страха.

Пани от этого звука стали обычными.

– Не бойся. Мы…, – Кай замялся, – они…, – он подбирал слова, – наши вторые сущности не сделают ничего плохого. Но пока они очень молоды, им…, нам… сложно контролировать оборот. Они и мы будем всегда защищать тебя и наших детей.

– И даже когда дети появятся на свет, мне тоже ничего не угрожает?

Тут улыбнулся Лэн:

– Они выбрали тебя своей самкой, – я поморщилась от этого слова, – они никогда не причинят вред своей самке, они никогда не взглянут на другую самку, они будут хотеть только одну, ту, что выбрали.

И вот тут я зависла, а потом спросила:

– То есть вы не сможете спать с девушками из гарема?

– Не встанет, – доходчиво объяснил Кай, а Лэн сообщил:

– Большая часть женщин из нашего гарема пахнет теперь для нас неприятно, и только пара из них имеет нейтральный запах, который не возбуждает.