Текст книги "Долг человечества. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц)

Борис тоже проснулся, и вид его был мрачнее тучи. Поздоровался со мной легким кивком и тоже пошел к умывальнику.

– Черт! Вода замерзла! – Выругалась Катя.

Судя по дальнейшей обстановке, ребята решили разводить огонь под чаном. Пусть. Однако тот факт, что температура длительное время находится ниже ноля это плохо. Как минимум потому, что чан для сбора воды больше не будет пополняться по дренажу. С другой стороны, снег – тоже своего рода вода. Это в какой-то степени даже упростит задачу, ведь его можно растопить.

Последней наружу из шалаша вышла Женя. Глаза ее были красными, а вид еще более усталым, чем вчера. На ее плечах сейчас была мантия, которую я ей вчера подарил, а голова укрыта капюшоном. Она хотела было пойти к мужу, который уже стоял на краю пригорка, но остановилась прямо рядом с бревном, на котором я сидел.

– Спасибо тебе большое, Марк, за все, будь осторожен. Я верю, что у тебя получится отыскать супругу. Ей очень повезло с мужем, я в это верю. – Сказала она слабо и едва-едва слышно, так, чтобы только я понял смысл ее слов.

– Берегите себя. – Кивнул я ей, улыбнулся, а вынутая связка из пятидесяти болтов легла в мою руку. Девушка взяла эту вязанку, забросила ее в инвентарь, еще раз кивнула и поспешила к троице мужчин.

Ушли они не попрощавшись, спустились с юго-восточного склона и быстро скрылись в деревьях. Что ж, вот нас и осталось четверо. Я, Боря, Варя и Катя. Ну и девчонка в довесок.

Я посмотрел вокруг, выискивая глазами Катю, но найти ее уже не смог. Скрылась, значит, и последовала за уходящими. Не то чтобы я сильно горел желанием узнать, куда они отправились, но то, что у них есть весьма конкретная цель я понял отчетливо.

Вскоре, двое оставшихся в лагере ребят присоединились к моим утренним посиделкам у огня. Мерзли все, так что, надо бы обсудить план дальнейших действий. И, раз уж Кати нет, то и ягодный отвар заварить некому. Поэтому, эту роль взял на себя я – купил воды, набрал котелок, закинул туда ягод и сахара. Так она, вроде бы, делала.

– Варь, что там у девочки? Женя не рассказывала? – Начал я, предложив ей напиток.

– Мы поговорили вчера с Женей, она выражает робкую надежду на то, что подросток поправится. Воду она пьет, бульоны тоже, но еще как минимум сутки ей нельзя ничего тверже пюрешки. Она говорит, хотела попросить тебя, чтобы ты превратил в жижу орехи и ягоды, это Лиза ест с удовольствием и не срыгивает.

– Сделаю, конечно. – Тотчас сказал я и поспешил исполнить просьбу. Взял нужный набор, положил содержимое в миску, размолотил в пыль, добавил каплю воды. – Что-то еще надо? – Протянул я готовый «завтрак» для нашей больной.

– Ей ходить надо, что-то делать, чтобы организм восстанавливался. Но все это займет месяцы, ведь как я поняла, проблема голодания с ней приключилась задолго до попадания сюда.

– Понял… попробуешь ее как-то, ну не знаю, смотивировать двигаться?

– Да я бы и с радостью. – Послышался мне едва знакомый голос из лазарета. – Но только тут очуметь как холодно!

– О, значит, проснулась. – Глянул я на бледную, тощую мордашку девчонки, высунувшуюся из лазарета. – Завтрак. – Я встал с бревна, прошел к палатке, где отлеживалась Лиза, протянул ей миску, присел на корточки.

– Спасибо, э-э… Марк, да? – Смутилась девчонка, да только порозоветь не сумела, была слишком бледна.

– Ага. – Кивнул я, затем отвел взгляд, переключившись на вкладки магазина достижений. – А ты Лиза?

Экипировка, далее, одежда, верхняя одежда… да, действительно, мантия, которую я отдал Жене, есть в каталоге. Десять очков. Берем не раздумывая, причем сразу пять. Охотиться на ржавых волков, потом дубить кожу сколько-то дней, шить накидки? К черту. Холодно сейчас. Хотел потратить эти деньги на что-то полезное – вот и потратил. А оставшихся девятнадцати хватит на первое время.

– Это тоже тебе. – Протянул я один из экземпляров. – Бери.

Девушка накидку взяла, и с полными руками скрылась за ширмой. Мне стало как-то тепло на душе, от той мысли, что она поправляется. Пусть я ее не знаю, но детям в муках умирать ни за что не позволю.

Одну мантию отдал Варе, вторую – Борису. Третью нацепил на себя. А последнюю забросил в шатер Кати, пусть пользуется, когда вернется. Эх, надо было сразу так сделать, сейчас ей наверняка не очень комфортно преследовать наших бывших союзников.

– Ничерта себе, что за щедрость такая, сегодня что, Новый год? – Съязвила Варя, но скорее уже просто по инерции, рассматривая мантию.

– Можешь считать и так. – Улыбнулся я и уселся обратно к огню.

– Полагаю, раз ты закинул в Катин шатер мантию, тебе известно, где она прохлаждается? С утра ее видела, а сейчас как сквозь землю провалилась. – Поинтересовалась волшебница.

– Известно. Скоро придет. – Ответил я уклончиво, но тоном успокаивающим.

– Жаль, у меня день не начнется, пока я ее как-нибудь не задену.

– Вы больше не ругаетесь, а теперь шутите друг над другом? – Спросил Боря удивленно.

– Да, толстячок, нечего нам делить. Характеры свои в трубочки посворачивали и в причинное место запихали, потому что умирать не хочется. – Печально улыбнулась волшебница.

Пятью минутами позже мы наблюдали следующее. Лиза, тоненькая, словно осина, замоталась в мантию, как в рулет, выбралась из лазарета, озираясь по сторонам, медленно подошла к Варе и наклонилась к ней, чтобы что-то прошептать на ушко.

Варя улыбнулась широко, а затем шепнула что-то в ответ. Поднялась, ничего нам не сказав, и ушла куда-то с девочкой.

– Борь, мы с тобой двое тут остались, нам придется работать за пятерых. – Обратился я к парню, уже допившему свою порцию напитка и тянущемуся за следующей.

– Я работы не боюсь, шеф. Надо, значит надо, будем трудиться. – Уверенно заявил он.

– Будет холодать все сильнее. Я хочу сделать отопление в домах, и мне нужно будет много помощи. – Начал объяснять я свою задумку, не желая потратить весь день на сидение у костра.

– Как? Что надо делать?

Я поделился своей идеей, и большую часть задумки слышали и быстро вернувшиеся девушки. Решил сначала закончить мысль, а затем поговорить с Лизой.

– Я подумал о том, чтобы сделать от нашего большого костра трубы к домам, чтобы пол нагревался и в них было тепло. – Рассказал я, показывая на пальцах, что именно собираюсь сделать. – Вот так выкопали, траншеи переложили камнями и замазали глиной и закопали. А под шатрами будет скапливаться теплый воздух. А чтобы терять меньше жара, можно сделать еще трубу к костру, чтобы создать тягу.

– А может просто печки построим?.. – Почесав затылок изрек Боря.

Ну, можно и печки. Простая и по своему гениальная идея, ведь и мороки меньше, и у каждого свое индивидуальное отопление. Жарко – не подбрасываешь дров. Холодно – подбрасываешь. А с учетом моих навыков и возможностей, это будет не так уж и долго. Если не будем лениться, к вечеру уже в каждом шатре будет своя печка.

Закончив обсуждение проекта на сегодняшний день, мы договорились с Борей, что начнем работы. Он с готовностью согласился, и даже предложил несколько интересных инженерных решений. Например, трубы для выдува дыма сделать из коры и глины.

– Я как-нибудь могу помочь? – Спросила Варя, слушавшая все это время наши идеи.

– У меня большие планы на твой огонь, но не сейчас. Пока не делай ничего такого, тебе надо полностью восстановиться и выйти наружу, прокачаться. – Объяснил я.

– А я? – Спросила Лиза.

– Тебе тем более. – Усмехнулся я. – Слушай, Лиз, а какой класс ты выбрала, когда общалась с манекеном в самом начале?

– Я выбрала заклинателя школы трансмутации… – Потупила взор девочка, явно считающая, что ее школа магии бесполезная.

Глава 10

– Здорово! Марк у нас тоже трансмутатор, да? – Поддержала разговор Варя, обратившись к девочке.

– А я целитель. – Широко улыбнулся Боря и ткнул себя большим пальцем в массивную грудь. – Если будет что-то болеть, или вдруг поранишься, я тоже смогу тебя лечить магией, как Женя.

– А… а почему она ушла? К ней мужик ее заперся, я вроде как спала, наехал на нее вдруг, такой кринж, я б его послала. – Стала рассуждать вслух девочка. – А тебе спасибо! – Перевела она взгляд на Борю и кокетливо намотала локон короткой стрижки на палец. – Знаешь, ты такой красивый!

Стоило нашей новенькой озвучить свой класс, у меня в голове возникло сразу несколько идей, каждая из которых требовала больше информации. Потому, взяв несколько секунд, чтобы подумать, я перебирал варианты и слушал возникший диалог, особо не вникая в его суть. Тем не менее, тоже подключился, отложив гипотезы пока в сторонку.

– Лиз, расскажешь нам, что с тобой было? – Решил я начать издалека, и иметь представление о том, что она вообще за человек.

– Ой, да что я, ну, я на первый курс в колледж пошла, но Степка сказал что у него дядя админ в пиццерии, и что подработать можно, во-о-от, пиццу крутила, – она показала руками, как будто подбрасывает блин теста, – шух, шух, вот так.

– Работа – это хорошо. – Кивнул я, и ненароком бросил взгляд на залившегося пунцом Борю. – А когда… когда все началось. Помнишь события?

Я задавал эти вопросы опираясь только на желание восполнить пробелы в знаниях. Появление Леонида и его рассказ позволили мне сделать определенные выводы, но чем больше я соберу таких разрозненных кусочков фактов, тем яснее будет складываться мозаика, и тем ближе я буду к спасению своей супруги.

Девочка помрачнела, и задорная, пусть и натужная улыбка, сползла с ее худощавого лица.

– Мы ж не всегда у печек, иногда выходим… – Принялась она рассказывать, глядя как будто на меня, но я явно чувствовал, что смотрит она насквозь. – Покурить, размяться, иногда заказов немного, перед обедом обычно завал начинается. Ну и вот, я вышла, Степка с дядей о чем-то на кассе трепался, ждала его, и админа телефон отвлек, ну и он вышел, а потом голова заболела сильно, перед глазами фигня эта, голос жуткий. Степка меня за руку схватил, обернулся, чтоб обратно через служебный меня затянуть внутрь, но не успел. Глянул только, как пиццерия прямо перед носом у нас исчезла, вместе с дядькой его… И тогда эти стрелки на земле появились, и там этот говорил, мол, жить хотите – не так извернетесь, и типа бегите. Я забоялась сильно, хотела позвонить папе, но телефон тоже тю-тю, и мы побежали.

Я слушал, слушал. Старался вообразить картину ее глазами, представить, как оно было. Речь девочки была либо нарочито такой странной, либо я просто давно не общался с молодежью. Тем не менее, Варя, слушая этот рассказ, даже будто растрогалась.

– Когда эти палки из земли вылезли недалеко от парковки и все вокруг уже в эти кубики жуткие скомкалось, мы увидели эту штуку, которая портал называется. Мне Степка потом долго рассказывал, что тут вообще, ну короче, и мы вот забежали. – Закончила она, и села смирно, словно я вытянул из нее все силы.

– Ты молодец. Что-нибудь еще помнишь? Например, успел ли кто-то еще из людей рядом зайти в портал? Или видела кого-то, кто заходил в другой портал какой-нибудь, рядом? – Задал я уточняющие вопросы.

– Ага, я видела! Да, справа от парковки, – она махнула рукой в гипотетическое «право», – дальше, не знаю сколько метров, но далеко, было три человека, гопники какие-то, которые возле автомата с кофе торчали. Не знаю, почему их запомнила, наверное потому что один из них толкнул другого и тот упал, и больше не вставал. Когда они в портал бежали типа.

– А когда вышла уже здесь, после общения с тем белым человеком, ты снова видела тех парней? – Спросил я, ведь от ее ответа сейчас зависело очень многое.

– Нет… – Покачала она головой и повесила нос. – Мы появились вдвоем со Степой на лужайке.

– Марк, может быть Лиза устала? Ты как? – Прервала мои расспросы Варя, а я сконфузился, вдруг это и впрямь стало похожим на допрос?

– Не, все хорошо, я ж не дура какая, взрослые пытаются же нас домой вернуть, да? Если надо рассказывать, буду значит рассказывать. – С готовностью продолжить, она взглянула мне прямо в глаза взором, полным уверенности.

Несгибаемый ребенок.

– Расскажи, что тебе говорил человек на собеседовании? – Продолжил я, получив на то согласие, и Варя успокоилась. Неужели материнский инстинкт проснулся?

– Спрашивал опыт работы, работала ли я на кухне, есть ли у меня медкнижка и готовность ее сделать… – Стала она перечислять, но совсем не то, что нужно.

– Нет, прости, я не так выразился. После перехода в портал, тебя встретил кто-то, похожий на человека? Задавал вопросы? Предлагал выбрать класс и экипировку?

– Ой! – Кривенько улыбнулась Лиза и отвела глаза. – Да, спрашивал всякое.

– Что-то конкретное можешь припомнить?

– Простите… Помню лишь, что у меня чуть сердце от страха не остановилось, потом голос в голове сказал что-то о критической чего-то там и я моментально успокоилась, но и почти все забыла. Знаю лишь, что выбрала класс трансмутатора, хотя даже не знаю что это такое. – Пожала девочка плечами.

– Хм… А какой у тебя стартовый навык? – Я потер уже сильно заросший подбородок.

– Элементарное упрочнение, так он называется. – Ответила она.

Бинго! Значит, пусть это пока и гипотеза, но трансмутаторы все получают этот навык в самом начале. Значит, если я соберу вокруг себя несколько таких же, обучу своим фокусам, вместе мы могли бы стать грозной силой. Мне, по правде говоря, банально не хватает рук на воплощение всех идей и тушение возникающих пожаров.

– Вы со Степой охотились? – Спросила Варя вместо меня, при этом опередила, ведь я хотел спросить тоже самое.

Девушка лишь быстро покачала головой из стороны в сторону.

Итак. Очередная история сложилась в картинку. Входящие в один и тот же портал вместе оказываются рядом и с этой стороны. Время, затраченное на собеседование у манекена, у всех плюс минус равное. А вот те, кто оказываются в другом портале, пусть и близко расположенном, здесь, на полигоне, появляются неизвестно где. Прямой корреляции нет.

Стало быть, Ульяна может быть где угодно. А мысль, что червячком грызет мою уверенность, я ежедневно отгоняю. Буду искать. А если не найду здесь, испытание рано или поздно закончится, и я спрошу тех, кто будет ждать нас снаружи.

Но есть еще одна гипотеза, которую я считаю пока именно гипотезой, однако внутренняя чуйка подсказывает, что так оно, скорее всего, и есть. Если нас на конкретно этом полигоне тысяча, а речь идет обо всей земле, то я ни за что не поверю, что нас осталось так мало. Другие могут проходить сейчас точно такое же испытание в других версиях полигонов, со своей «тысячей». Тот факт, что я встретил уже второго инициированного не из первоначальной группы, но из нашего города тоже о многом говорит.

– Спасибо тебе за твой рассказ. – Выдохнул я. – Ты дала нам много ценной информации.

– Степка тоже говорил, что тут не все чисто. – Вдруг заявила она.

– Что он имел ввиду. Он объяснил? – Вскинул я бровь удивленно.

– Он считает, что мы в каком-то данже, вроде как в симуляции, и за нами наблюдают постоянно. Как в сериале, блин… не помню название. Когда людей заставляли драться друг с другом за жизнь и еду, типа, и он прямо уверен был, что у нас так же. – Пустилась в объяснения девочка.

– А что такое данж? – Спросил Боря, вклинившись в разговор.

– Ну, типа, в игре место такое… эх, как же объяснить! – Замялась девочка.

– Борь, есть игры, в которых ты игровым персонажем управляешь, убиваешь монстров и повышаешь навыки и уровни. И там места есть, где и враги сильнее, и награда лучше. Данж называется. Это если коротко. – Попытался я буквально на пальцах объяснить интересующемуся.

– А-а-а… Я в основном во всякие пасьянсы играл или там три в ряд. – Протянул он, почесался, но я по лицу понял – не понял.

– Я тебе потом подробно объясню. – Кивнул я ему, и перевел взгляд на девочку. – Интересное сравнение. Он как-то обосновывал свою мысль?

– Он там получил какой-то кандидат, че то типа того, и выяснил, что его мысли читали, потому что какие-то там параметры у него менялись в зависимости от того, о чем он думал. Он так заумно объяснял! Нифига не поняла.

– Степа был очень, очень умен… – Мрачно выдохнул я. Ведь я пришел к подобным выводам совсем недавно.

– Да… – Загрустила девочка. – Я когда поправлюсь, хочу… хочу пойти к нему.

– Лиз, не знаю, расстроишься ты или нет, но я у него уже был. Я похоронил его. – Объяснил я честно, во-первых считал неправильным скрывать, во-вторых желал избежать спонтанных побегов.

Она помолчала. Глаза намокли, забегали. Потом она встала, подошла ко мне, и крепко обняла за шею.

– Он умер, защищая меня. Я, тупица, споткнулась об яму и вскрикнула, ударившись. И тогда, тогда… – Она заплакала, а я, каждый раз теряя самообладание от слез женщины, не знал, куда себя деть. Кровью сердце обливается, и ведь ничего не поделаешь уже. Потому, все что я мог, это осторожно прикоснуться к хрупкой спине и позволить выплакаться.

Боря сжался в комок, изучал носки своих ботинок, а Варя присоединилась к утешениям, прильнув к девчонке по левую руку от меня.

Получасом позднее, когда Лиза взяла себя в руки и попросилась уйти отдыхать, мы остались у очага втроем. Помолчали немного, думая каждый о своем, но вот так праздно провести день точно не выйдет, надо браться за работу. Это я и решил озвучить.

– Так, ребят, работа не волк. – Резко распрямился я и встал.

– Ничто не волк. – Прыснула Варя. – Только волк – волк.

– Отставить заумь. Помогать будешь? – Уточнил я у девушки.

– Как будто у меня есть выбор. – Выдохнула она.

– Вообще-то есть. Если ты чувствуешь себя неважно, заставлять тебя работать я не буду. – Ответил я, понимая ситуацию.

Варя, вместо того, чтобы ответить, распахнула полы накидки, открыв нам свою мантию волшебницы, а затем стала ее задирать вверх, оголяя ноги. Подняв ее неприлично высоко, она кивком показала свои раны.

– Я почти зажила. – Прокомментировала она.

– Но все равно… – Усомнился Боря, глядя на распаханную мышцу.

– Женя сделала все, чтобы я могла ходить. Ко мне почти вернулась чувствительность, и хожу я уже почти всегда без костылей. Устаю только сильно. Но если есть что-то мелкое, или кропотливое, я готова помогать. – Уверенно заявила Варя.

– Тогда хорошо. – Согласился я, и внутри порадовался. Как будто, когда нас стало меньше, в лагере и атмосфера изменилась, на какую-то более дружелюбную, что ли.

Краткосрочную идею я уже обозначил, и мы с Борисом уже даже распределили обязанности. Осталось включить в работы жаждущую деятельности волшебницу. Будет промазывать глиной сформированные печи и запекать их снаружи своей огненной магией, так выйдет быстрее. А изнутри глина пропечется естественным образом.

Я же займусь трубами. Так и порешали. Борис направился за подходящими камнями и палками, Варя занялась перетаскиваением к рабочей зоне сухой травы со склада и распалила огонь под чаном с водой, которая опять успела замерзнуть.

Мне же предстояло прежде, чем я пойду делать трубы, накопать материала. Почва у нас глинистая почти везде, так что проблемы поисков не возникнет, но я хотел продумать еще одну деталь, которой сильно не хватает современному человеку в первобытном времени.

Когда случается зов природы, люди в нашем лагере его покидали и уходили в тень деревьев. А это – совершенно неприемлемо. И раз уж мне нужна глина, то побочным явлением будет яма. А если так, то пусть она будет в определенном месте, которое еще предстоит оборудовать. Словом – это проект не очень далекий, но пока не самый важный. И если я могу не делать какую-то работу впустую, я предпочту ее не делать.

Спустившись южнее со склона, я решил даже рук не пачкать – копал яму взглядом. С высоты моего роста я ощущал, что навык работает в примерно половину своей силы, тем не менее, увеличившаяся интенсивность от повышения уровня позволяла мне не прикладывая никаких усилий, кроме стопроцентно ожидающего меня к вечеру магического истощения, копать примерно метровую сферу.

Раз – и земля, камни, корни и глина превращаются в пыль. Вернее, в грязь. Вот ее-то мне и надо. Эдакий саман, который из-за высокого содержания белой и голубой глины обещает быть очень прочным. Тут-то рукава пришлось закатить и лопатой перекидать материал наверх.

Пока я возился, Борис закончил сбор нужных камней и пошел выполнять следующее поручение. Вернее, это вообще-то его идея, так что поручением это сложно назвать. Он пошел воплощать собственный проект. Взял каменный нож, отправился к наваленному складу бревен от прошлых лесозаготовок, и снимал с не самых толстых деревьев молодую и тонкую кору, сохраняя ее первоначальную форму.

Облепить такую заготовку глиной и запечь, выйдет отличная труба. И пусть сама кора сгорит в процессе, именно глина обеспечит отвод углекислого газа из жилищ.

– Первый этап закончен, ресурсы мы подготовили. – Озвучил я очевидное, уперев руки в бока посреди лагеря, глядя на гору наваленных материалов. – Борь, займись формированием печей, Варь, помоги ему их промазать и сделать форму. Глина здесь, надо только воды чуток, чтобы мазалась проще. А я соберу трубы, чтобы приладить в конце.

– Поняли. – В унисон ответили мне ребята.

– Чей первый шатер будем делать? – Спросил я и окинул взглядом людей напротив.

– Думаю, лазарет? – Предложил неуверенно здоровяк.

– Надо тогда попросить Лизу посидеть немного у костра, пока мы там занимаемся. – Ответила Варя, приняв идею.

– Давайте, начнем помаленьку, а то до темноты не успеем. – Тоже согласился я.

Однако, я не спешил приступать к формированию примитивных буржуек, потому что усиливающийся снег вносит свои коррективы. Греллины, предыдущие владельцы этих жилищ, были покрыты шерстью, а мы, люди, голые обезьяны, с наступлением холодов будем неминуемо болеть. Сама конструкция по форме вигвама не отвечала нашим текущим требованиям, потому я объяснил, что мы будем заниматься перестройкой наших шатров.

Сделать это было несложно, учитывая имеющиеся у нас «инструменты». Меня. И мускульную силу Бори, который любит помахать лопатой. В качестве примера мы демонтировали лазарет, банально разобрав его на панели из палок и кожи. С каждого шатра выходит по пять панелей.

На том месте, где шатер стоял, я выкопал навыком разложения ямы, углубив будущее место под углом где-то в тридцать пять градусов в землю. Получился покатый вход лицевой стороной к центральному очагу, а задняя часть будущей землянки тоже скруглялась и уходила под землю, расширяя жилое пространство и позволяя снизить влияние ветров на сохранение температуры.

Да уж. Понятия не имею, что бы мы делали без моего навыка, ибо копать всё это вручную – просто жуть. Никаких сил не хватит.

Пока панелей не было, в задней части землянки мы собрали печь – сложили нужной формой камни, промазали щели глиной, Варя ее запекла, чтобы придать устойчивости, а я установил трубу, которая теперь выглядывает на несколько десятков сантиметров над ямой. И потом мы сложили панели друг на дружку, зацепив одну за другую, по форме двускатной крыши. Пятая панель оказалась лишней, но и ей найдется применение.

Накидав на возникшие зазоры глины и мха, мы с удивлением обнаружили простоту и разительное изменение качества жизни – пространства стало больше, холод больше не задувает со всех сторон, в основании крыши предыдущего типа жилищ был естественный зазор для отвода дыма, а новая конструкция была лишена этого недостатка, и внутри стало сильно теплее, даже до того, как мы запалили первую печь.

Перестройка жилища заняла час, и первый тестовый пуск буржуйки мы сделали примерно в послеобеденное время, если опираться на наши биологические ритмы. И стояли, в полный рост стояли внутри этой землянки, глядя на огонь! Не нужно больше нагибаться, с крыш больше не будет течь вода, гораздо больше пространства для новых идей, мебели и удобств!

– Восхитительно… – Прошептала Варя, глядя на трещащие в новом доме в новой печи дрова, которые я специально прикупил для этого момента. – Вот тут можно крючок сделать, одежда под рукой, а вон там полочку, складывать что-нибудь. На печке можно чайник греть, прямо не выходя из дома! Вон там можно сделать подвесные сушилки для… – Пустилась она в рассуждения, полностью охваченная идеей.

– Лиз! – Выглянул я наружу. – Мы доделали, загляни.

– Иду! – Отозвалась она, отставила стакан с ягодным напитком, который ей очень понравился, и шагнула в свою землянку. – Мамочки…

– Что? Все так плохо? – Усмехнулся я.

– Не-е-ет! После того, где я спала всю неделю, это выглядит как особняк! – Воскликнула она. – Шкуру вот тут можно уложить? – Указала она в противоположную часть от печки жилища.

– Конечно. Пусть это будет не лазарет теперь, а твое место. – Подумал я вслух. – Все равно перестраивать тут всё придется. Так что располагайся.

Убедившись, что глина на печи запекается как надо, тепло удерживается, а дым отводится наверх, мы выбрались наружу, оставив Лизу внутри одну. Пусть раскладывается.

– О, а дверь? Марк, куда последнюю стену поставил? – Спросил меня Боря.

Я кивнул ему на склон крыши по правую руку, там ее пока бросил. Здоровяк эту панель взял, приладил ее ко входу, пока просто приставив, и горделиво подбоченился.

– Вот и нашлось применение пятой части. Дверь же нужна! – Улыбался он.

– Да, особенно тебе с Катей. – Подколола Бориса Варя, но совершенно беззлобно, и я тоже усмехнулся. – Придурки они, кто свалил отсюда. Марк, ты гений!

– Давайте не будем расслабляться раньше времени. Сегодняшний день нам нужно сделать так еще четыре раза. – Я хоть и был рад, но представлял, сколько еще труда нам предстоит.

Когда на лагерь опустился сумрак и снег усилился, мы закончили. По-честному валились с ног, все трое. Варя схватила магическое истощение на третьей запекающейся снаружи печи и трубе, а я уже на второй выкопанной землянке чувствовал себя не очень. Но мы – закончили. Пять полноценных землянок с индивидуальными печками, которые, как показала практика, потрясающе отдавали тепло и не пропускали ветер.

Я был почти на сто процентов уверен, что какие-то конструкционные недочеты мы допустили, но невооруженным взглядом их было не видно. Делали на совесть, замазывали саманом каждую щель, укрепляли панели, которые стали крышами новых жилищ. Я чувствовал удовлетворение от того, сколько труда мы сегодня вложили, и радовался этому. Вот Катя удивится, когда придет. И, кстати, что-то она задерживается…

– Поужинаем сегодня чем-то из магазина? – Предложил я, усевшись на бревно у огня, где уже отдыхали остальные.

– На готовку не рассчитывайте, сил вообще нет, так что закупаемся. – На выдохе сказала Варя, запрокинув голову. – А может, поедим, нагреем воды?

– Зачем? – Спросила Лиза, отогревая белеющие костяшки тонких пальчиков у огня.

– Марк нам тут душ построил несколько дней назад, а мы, вонючки, всего по разу помылись. – Усмехнулась волшебница.

– Я могу снега накидать, чтоб растопить. – Вызвался добровольцем Боря. – Только у меня очков больше нет, я на еду все потратил, а дрова нужны.

– Большому человеку с большим сердцем надо много кушать, да? – Улыбнулась Лиза.

Борис вновь замер в ступоре, не зная, как ему реагировать, поэтому просто сконфуженно кивнул, поднялся и удалился прочь. Опять махать лопатой, только в этот раз сгребая снег, которого навалило уже сантиметров семь, может десять.

– Неплохая мысль, я чумазый, как шахтер. – Согласился я. – Душ точно не помешает. А представьте, какой кайф, пробежать по холоду в теплый дом… – Мечтательно я добавил.

– Настоящий мужик должен быть могуч и вонюч. – Прыснула Варя, ее смешок подхватила юная магичка.

– Бритву бы. – Высказал я мысль вслух. – Но пока не придумал, как ее сделать. – И, закончив, потер отросшие волосы на лице, уже откровенно мешающие.

– Это точно… – Протянула Варя.

– Снег набросал! – Махнул нам рукой Боря.

Я сверился со своим магазином и балансом в нем. Траты на дрова и еду свели мой баланс к трем единицам. Вот и закончилась богатая жизнь. Не жили хорошо, нечего и начинать. Истратив два пункта из трех, я отнес под чан со снегом и льдом свежие и сухие дрова и запалил их с помощью трута и искры.

– А мне тоже можно купаться? – С надеждой в голосе спросила девочка, стоило мне вернуться к огню.

– Разумеется, какие проблемы? – Удивился я.

– Если вдруг что, ты мне говори, я тебе помогу. – Положила свою ладонь на спину девочке Варя. – Ну, покажу хотя бы, как там что работает.

– Спасибки!

Перекусив, я принялся за работу по проектированию следующего нашего шага. То, что мы улучшили свое жилье многократно, это, конечно, хорошо. Но надо определяться со следующим этапом. Экспедиции нам пока не светят из-за недостатка людей, а вот укрепляться можно и дальше, благо мы в лесу, и богатств тут хватает, главное знать, как ими воспользоваться. Потому выписывал в книжке те мысли, которые требовали более углубленного обдумывания. Стены, шар, нужник.

– Марк! – Глянул ко мне в землянку Боря, отодвинув дверь. – Катя вернулась! Быстрее, там что-то срочное! – Глаза его были выпучены, а голос срывался на панику.

Я тотчас отбросил письменные принадлежности и выскочил наружу. Сон, накрывающий меня своей тяжеленной лапой и мешающий работать, мгновенно отступил. Я быстро осмотрелся по сторонам, выискивая нашу разведчицу, и наконец увидел ее. Синюю, заледеневшую, со спутанными грязными волосами и потеками крови на голени правой ноги. На нее же она и прихрамывала.

– Что стряслось? – Поспешил я к Кате. – Сядь, давай, садись! – Помогли мы с Борей кинжальщице и он, заодно применил навык исцеления.

– Ох, еп вашу налево, знала б я, что такое будет… – Пожаловалась она, скривилась, когда садилась, затем продолжила. Мы расселись вокруг, внимательно слушая.

– Докладываю. В охренеть скольких часах пути отсюда четко на юго-восток есть чужой лагерь. Человек пятьдесят, не меньше, они заняли искусственные руины, размером с… черт, не знаю, как будто это была какая-то средневековая крепость. Когда-то. Строили ее точно не они.

Я слушал внимательно, стараясь подметить каждую деталь. Это было сделать довольно сложно, потому что у девушки зуб на зуб не попадал, она дрожала, как осиновый лист, кутаясь в мантию с мехом.

– Я просидела в засаде несколько часов, стараясь запомнить и увидеть как можно больше. Там куча мужиков с дубинами, копьями и луками, кое-кто с мечами и топорами, и человек пятнадцать… боже, я… человек пятнадцать девушек и женщин, которых они… они… – Плечи Кати затряслись сильнее.

– Антон и Дима пошли туда? – Меня распирало от подступающего гнева.

– Да. Да, этот чертов Лёня их туда привел. Он знал, куда идти! Это точно не случайность! Марк, там ужас… У них клетки, они держат людей в них… как скот!