Текст книги "Долг человечества. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Я с самого начала старался вести себя тихо и незаметно. Не вспоминайте, что я когда-то, в прошлой жизни, был руководителем. Вся моя работа состояла в том, чтобы продажи не падали. Я нихрена не знаю об этом изменившемся мире, и точно так же, как и вы, иду вперед вслепую, не понимая, что меня ждет. Но я открыт к диалогу, и напомню – мы договаривались спорные моменты обсуждать вслух и принимать решения исходя из общих интересов. Но я, почему-то, считал, что главным образом все хотят выжить. Если кому-то не сидится на месте, скажите, я удерживаю кого-то?

– Нет, но… – Катя замялась.

– Что «но»? Прокачка, сила? Мы выбрались с Антоном на разведку, видели чудовищ, против которых нам не выстоять. Едва не погибли сами, хотя в принципе не планировали вступать в битву с кем-либо. Или ты забыла, что такое кровь и смерть? – Я старался говорить сдержанно, но под конец немного отпустил ситуацию и позволил себе звучать иначе.

– Я не призываю к безрассудству, Марк! – Воскликнула кинжальщица. – Только предполагаю, что будет, скажем, через месяц.

– Хорошо, я предлагаю поступить так, – примирительно вскинул я руки, – определимся, что делаем с Леонидом, затем обсудим тактику.

– Я думала, ты злее на этот мир, Марк. – Ответила девушка разочарованно.

– Не позволю злости затмить мой разум. – Потер я виски. – Я хочу выжить. И если посчитаю верной стратегию вырыть бункер – я это сделаю.

– А что насчет людей, которые тебя окружают? Мы только способ достигать твоих целей? – Спросила она, но тон ее был таким, словно вопрос риторический. Тем не менее, я решил отвечать:

– Мы оказались в одной лодке почти что случайно. И пока что действуем исходя из интересов группы, несмотря на то, что система устроена таким образом, чтобы взращивать эгоистов. – Разложил я на пальцах. – Но посмотри вокруг: все, что нам сейчас угрожает, это не только монстры или другие инициированные, а еще и банально окружение.

– Что ты имеешь ввиду? – Задумалась кинжальщица.

– Кто нам встретился? Летающие нетопыри, или как их там, которые передвигаются совершенно бесшумно до атаки. Кто защитит одиночку, когда он спит?

В ответ тишина. А я продолжил:

– Мы с Антоном видели чудовищ, которых мы все, если объединимся, и даже прокачаемся, вряд ли когда-то одолеем. Но это все! Мы понятия не имеем, что нас окружает. И ладно если враги будут из крови и плоти, с этим можно бороться, а что ты будешь делать своими кинжалами, если встретишь какое-то магическое существо?

– Но ведь не доказано же что они есть…

– А вот хренушки! Магия, Катя! Мы у сраных инопланетян на тестовом полигоне. Захотят – подсунут нам каких-нибудь едких слизней, которых оружие не берет! Вот и схарчит тебя такой, косточками твоими не подавится, что делать тогда?

– Ну можно же придумать что-то! – Возмущалась Катя.

– Вот именно, что ты предлагаешь действовать сумбурно и на удачу. Хватит с нас этого, будем действовать обстоятельно. Но ладно, враги – это еще пол беды. Ты не заметила?

– Что?..

– Холодает, Катя. Мы на стыке наших земных сезонов, между поздней осенью и ранней зимой. Каждое утро все более холодное, а наша грязь лагерная становится все гуще. Не успеешь оглянуться, как она покроется коркой льда.

– Но ведь все можно купить в магазине! – Запротестовала ловкачка, а я чувствовал, как мне наскучил этот спор. У нее слишком… слишком нереалистичное видение происходящего.

– Кать, ну вот заболеешь ты завтра. Холодно же, спим на земле. Или подхватишь грибок, пневмонию, оцарапаешься о неизвестный ядовитый плющ. Здесь мы можем приглядывать друг за другом, выстраивать оборону, систему сигналов, готовить пищу и лекарства. Многое ты купишь в магазине, если там ничего кроме зелий регенерации по баснословным суммам и нет? Даст бог, будешь в ноль выходить. Усталость еще, разделение обязанностей и труда. Надолго тебя хватит подряд бессонных дней и ночей? Ну на неделю, может быть, и каюк тебе, золотая рыбка.

– Черт… Ты меня бесишь, Марк, но ты прав. – Выдохлась она, села обратно, насупила носик.

– Вот и славно. Можешь как угодно ко мне относиться, мне фиолетово, главное выполняй работу. Наше общее благополучие и выживание зависит от того, кто вкладывается.

Спор затих сам собой. Я понимал Катю, ее рвение к тому, чтобы заполучить как можно больше очков, чтобы развиться. Эдакая неудовлетворенная жажда безопасности, но не от жилища, а от собственных возможностей. Что же она пережила в своей жизни, что сейчас так яростно жаждет иметь собственную силу, а не разделить ее с группой? Но, как я и говорил ранее, чужая душа – потемки. А спрашивать я не буду, неважно это.

Тем не менее, ее слова о необходимости развития я без внимания не оставлю. На собственном опыте я осознал, насколько это важно. Два моих навыка трансмутации делают меня куда более гибким в разрезе моего класса. Что касается призванной лягушки – пока она выглядит как пятое колесо к телеге, но, вероятно, я смогу получить с нее гораздо больше толка, прокачав уровень навыка? В любом случае, навык архиполезный хотя бы тем, что он спас нам с Антоном жизнь и позволил вернуться в лагерь, иначе кто знает, куда бы мы забрались без умения ориентироваться по лесу.

Но нужно действовать разумно, дальновидно. Нам нужно прокачать лекарей, Женю и Борю. А значит, нужно сделать так, чтобы именно они добивали раненных или скованных существ. Нужна их сила, заключающаяся в лечении, чтобы при случае они могли не царапину заживить, а что-то посложнее, например прирастить оторванную руку, что учитывая творящийся вокруг бардак – вполне вероятно. А это сложнее, чем силами наших боевых классов просто вычищать врагов. При таком раскладе дисбаланс сил и уровней будет только расти. Я уже четвертого уровня, в то время как остальные не выше третьего, а трое из семерых и вовсе – первого. Этим нужно будет заняться в первую очередь.

Потому я и хотел выждать, чтобы Варя полностью поправилась и могла хотя бы нормально ходить. Но из-за той гипотетической угрозы, что озвучил Леонид, я теперь пока не знаю, что делать. И мне мешает этот чертов мажор! Все мысли расплываются и формируются только вокруг того, как мы с ним поступим.

Не заметил, сколько времени я просидел погруженный в раздумья. Не знаешь, за что хвататься, особенно учитывая нехватку информации. В реальность вернулся лишь тогда, когда краем уха услышал падающий в круг камешек.

– Ребят, я принял решение. – Сказал Дима, стоя над нами мрачнее тучи, словно оплеванный.

– Не вижу на твоем лице облегчения. – Прокомментировал его вид Антон.

– Да откуда ж ему взяться. Ведь от того, что я решил, может очень многое зависеть. – Совсем сник он.

А я пересчитал камешки в кругах. В первом их оказалось три, что означало – Леонид будет жить под присмотром.

– Дим, ты ведь во время первых наших вылазок получил статус Кандидата? – Спросил я.

– Да, получил… – Удивленно ответил воин.

– Не подскажешь, случайно, приняв решение сохранить ему жизнь, ты не получил пунктов социального ранга? – Я смотрел исподлобья, но улыбался. В свете огня и теней это могло выглядеть жутко, но я был рад! Человечество не уничтожит само себя.

– П-получил… Откуда ты все знаешь⁈ – Рукоплескал он в удивлении, словно сокрушался, ведь ничто не способно уйти от моего взора.

– Я ясновидец. – Улыбнулся я еще шире.

Глава 3

Если быть абсолютно честным, я просто угадал. Ну, насчет Димы. Ведь он в действительности ранее принимал решения за группу, что непременно должно было отразиться на его социальном статусе. Тут я не прогадал. Что касается его решения оставить Леонида в живых – тоже лишь догадка, причем весьма смутная, но то, что она подтвердилась, многое рассказывает о тех, кто эту Систему настраивал.

– Хорошая работа. – Кивнул я ему. – Как насчет всем выспаться сегодня? Утро вечера мудренее, там и фронт работ обозначим.

– Да, что-то день тяжелый выдался. – Согласился со мной Антон. – Завтра тогда и впрямь многое нужно будет обсудить.

– Осталось решить, кто заступит на ночное дежурство. Есть добровольцы или будем тянуть соломинки? – Предложил я варианты, поднимаясь и забирая с собой копье. Мне нужно сделать еще пару дел сегодня.

– Я подежурю, шеф. – Вызвался Дима. – Сон напрочь отбило.

– Буди если что, правила знаешь. И это, – сказал я тише, – присматривай за ним.

– Само собой. – Подтвердил он понимание ситуации.

Мы посидели еще немного, потратив минут десять на пустопорожнюю болтовню. Надо было переключиться слегка, стереть из памяти прошедший час. Ну а там и зевота пришла, прокатившись волной по жильцам лагеря.

Меня тоже пробрало, потому, распрощавшись со всеми, я отправился к Леониду.

– Ну… ну что там? – Как-то жалобно пискнул он, но глаза его говорили иное. В эту секунду для него не существовало никаких исходов кроме тех, что он сам себе придумал. Свобода или борьба, вот что мне удалось прочесть в его взгляде. Но, пожалуй, все это может быть лишь моей фантазией.

Я наклонился ниже, чтобы снять с пут заклинание укрепления, а после и вовсе их развязать. Я не боялся, что он сейчас попытается напасть или начнет драпать, думаю, порядки он успел усвоить. А также и то, что церемониться с ним никто не будет.

Хотя, с последним утверждением есть сложности. Мы кичились своей хладнокровностью и злобой, выпячивали напоказ агрессивный настрой. В действительности же, побеги он сейчас, я не уверен, что моя рука не дрогнет метнуть ему копье в спину. Хорошо это, или плохо, в сложившихся обстоятельствах? Сейчас я где-то посерединке, но чем дальше в лес, тем толще греллины. Рано или поздно чаша весов качнется в сторону первобытного насилия, оставив мораль и законы нашего мира позади.

Так вышло, что ждать ответа я заставил довольно долго. Нехорошо так поступать, он же до сих пор не знает свою судьбу. А еще я тут, с оружием наперевес.

– Совещанием мы решили, что ты отныне наш пленный. – Чуть приукрасил я.

– Значит, буду жить? О, мамочки родные, облегчение-то какое. – Схватился он толи за сердце, толи за свою рану на груди.

– Сильно не расслабляйся. Пленный же. Будешь работать на благо лагеря, и свою миску супа заработаешь. И шалаш, – я вскинул острие копья, блеснувшее огненным отблеском от костра, – вот тот, например, сможешь облюбовать.

– То есть, своим вы меня не сочтете, да? – Глазенки его мерзко забегали.

– Придется постараться сделать так, чтобы люди начали тебе доверять. Я начал доверять. Ведь спор о том, как с тобой поступить, был чертовски жарким.

– Я понял. О-о-о, поверь, Марк, я сделаю все что в моих силах, и даже чуточку больше. Копать вот отсюда и до заката? Могу, умею. Или там, ну чего надо, воды натаскать? Плевое дельце, где у вас тут колодец? Ай, чего мелочиться! Камни могу носить! – Не затыкался Леонид, вставая на две ноги и разминая затекшие после пут запястья.

– Не беги впереди паровоза. Слушай, что тебе говорят, не слушай, если не говорят. Делай работу и не докучай никому, а там посмотрим, время у нас поговорить еще будет. Дуй в тот шатер и спи. Утром начинаем приобщать тебя к задачам в лагере.

Так мы и распрощались. Я кивнул Диме, указав, что пленного определил в относительно комфортное место. Почему относительно? Спать в позе полусидя, обдуваемый всеми ветрами, омываемый дождями, с руками, наглухо привязанными к толстенному столбу – маловато комфорта будет. А так уже лучше.

Воин, обнимая сейчас у костра свою секиру, как-то мрачно на меня взглянул, кивнул, что понял, и уставился в пламя. Мда уж, надо бы ему это переварить, не буду сейчас лезть с нравоучениями, а отправлюсь спать. Самый лучший выбор в текущей ситуации.

Утром мы снова месили грязь. Ночь пролила небольшой дождик, чан с водой наполнился едва ли наполовину. Дубак снаружи стоял такой, что зуб на зуб не попадал. Надо поддать огня, позавтракать, заодно и собраться всем.

– Как ночка? – Окликнул я Диму, который дежурил на верхотуре. Освоился, даже проникся преимуществами наблюдения со смотровой вышки за окрестностями. Хотя, сейчас это было явным излишеством – темно ночами, как в бездне, а местная луна, в те редкие моменты появления на небосводе, давала света меньше, чем наша, земная.

– Подушку-б сюда какую. – Потянулся воин.

– Жаловаться – это к маме. – Выдал я, совершенно не ожидая от самого себя фразу, которой часто обрывал поток нытья от своих подчиненных.

Сделка сорвалась? Маме жалуйся. Дежурство выпало на выходной? Туда же.

– Вона как заговорил, шеф. – Подметил он мой ответ. – Ну да не суть. Нормально, все равно не видно нихрена, – подтвердил он мои доводы об освещении, – но ни звуков, ни шебуршаний не было.

– Иди отдыхать, я тебя сменю. Поработаю немного, пока остальные спят. – Сказал я ему снизу вверх, а сам, как будто секретным сигналом, кивнул в сторону шатра, который я определил как жилище Леонида.

– Да, спускаюсь. – Считал он мой взгляд и принялся пытаться попасть ногой в лестницу. Наконец, ему это удалось, и он продолжил уже стоя напротив меня: – Все нормально. Я не спал, одним глазком присматривал.

– Будем надеяться. – Хлопнул я парня по плечу.

– Я ошибся, шеф? – Глянул он на меня, а утреннее марево подсветило его темные, заплывшие мешками глаза.

– Нет, просто у нас теперь еще больше ответственности. Гляди в оба, лады?

– Угу. – Кивнул он и ушел в свой шатер.

С недавних пор все спали индивидуально, Варя переехала в отдельное место, которое ей подготовили заранее, а лазарет стал по совместительству еще и спальней Антона и Жени. Непрактично, конечно, но все уже так привыкли, что вряд ли изменение порядков в этом плане дало бы хоть какой-то плюс.

Боря больше не делил спальню с Димой, тот съехал, а я с самого начала был один. Лишь Катя, змеюка эдакая, сновала по шатрам туда сюда, словно не слышала ничего о понятии личных границ и собственности.

Я прошлепал по свежей грязи к чану с водой, вынул из инвентаря свою щетку, а миска с пастой стояла под крышей, достаточно просунуть руку. Чистил зубы. Задумчиво, выполняя вращательные и поступательные движения. И думал.

Кого брать в первую очередь в сегодняшнюю экспедицию? Исходя из того, что нам рассказал вчера Леонид, где-то на юге обосновался огромный лагерь греллинов. Они еще не нашли нас? Тогда что это была за крошечная стоянка, которую мы сейчас облюбовали? Что-то вроде перевала, или лагеря каких-нибудь собирателей или поденщиков?

Все эти вопросы рвали голову изнутри. Ошибусь с составом – могут случиться потери. Но мы должны исследовать близлежащие территории. Возможно, найти этих греллинов, либо убедиться в том, что Леонид фантазер.

Дима сегодня точно никуда не пойдет, потому что местные длинные ночи, проведенные на дежурстве, вытягивают все силы. Ему надо отоспаться. Антон ранен, и к тому же он мне нужен здесь. Леонида я планирую напрячь тяжелым физическим трудом, чтобы и не помышлял ни о чем, а молился дожить до вечера. Такова теперь его участь.

Варя, пусть она и маг огня, все еще передвигается на своих ходулях. Нет, я видел как-то, что на минуточку из шатра она выходила уже на своих двоих, но все еще хромает. Слишком много мышечной ткани было перебито, слишком глубоко. Когда мы ее принесли, у меня в памяти не отпечаталась эта картина, но сейчас, стоило мне подумать, возникла так живо, будто это было вчера. Желтоватая бедренная кость была полностью открыта. Немудрено, что заживление вызвало столько трудностей. И вот как ее брать с собой на разведку?

Очевидно – никак.

Стало быть, со мной пойдет Катя и двое лекарей. Для Жени особенно нет больше срочной работы, а Боря слишком безынициативный, его нужно направлять и наставлять. Решено.

Окатив себя холодной водой и поправив волосы, которые давно следовало бы обрезать, я окончательно разлепил глаза, проснулся и прошел к костру. Эх, Дима, проснись я на час позже, последнее полено бы истлело, и пришлось бы заново ломать голову с разведением огня.

Докинув заготовленных деревяшек, я придумал, чем озадачу Леонида. Тупой монотонной работой. У нас тут есть волокуши, и десятки валяющихся вокруг лагеря бревен, которые мы срубили накануне, расчищая поле зрения вокруг лагеря. Надо навести тут порядок.

Усевшись у вновь разгорающегося костра, я набросал схематичный план, по памяти, где именно мы можем находиться. Вот тут поставил точку, примерно в центре, наугад – гипотетическое место нашего возникновения в испытании. Поставил метки – север, юг, запад, восток. Мы двинулись вначале, кажется, на юг, если судить по вновь созданным нами ориентирам.

Затем переночевали в расселине. От нее, вдоль скал, двинулись на запад, и там набрели на этот лагерь. И в прошлой вылазке с Антоном наткнулись на высоченные скалы на северо-западе. Там же и встретили тех монстров. Стало быть, где-то западнее нас сейчас бродит то чудовище, а с юга нас поджимают пока существующие лишь в гипотетическом мире греллины.

Закрыв книжку, я убрал письменные принадлежности в инвентарь. И пока все спали, пошел к обрезкам бревен, которые мы вчера кучей свалили возле дозорной башни. Хочу сделать одну вещь, которая в принципе будет полезна почти всем в лагере. А в особенности – мне.

Из-за того, что поваленные нами деревья были разной высоты, сформировались различные кучки веток и лишних кусков стволов. Вот один из таких кусков, около полутора метров высотой, я и вытянул из кучи, не без труда, но все же. Тяжесть разогнала кровь по мышцам, и я быстро перестал мерзнуть.

Единственной подходящей площадкой для моей задумки мне виделся участок по правую руку от входа в складской шатер. Туда я эту толстую деревяшку с сучьями и отволок. Бросил. Примерился. Навыком разложения, в пол силы, размолотил землю. В жидкую и податливую кашицу запихал это бревно, поставив его вертикально, а сформировавшиеся в основании пустоты засыпал камнями и грязью с округи.

Стоит, вроде бы, прочно. Как земля усядет – будет совсем хорошо.

Что же я построил? Манекен, для отработки ударов. В сущности – просто вкопанный в землю пень. Памятуя события, когда мы с лучником чуть не стали закуской стаи бешеных рыжих псин, я тогда сетовал на кривизну рук греллинов, которые подсунули мне одноразовое копье. Невольно, конечно же, но то, что оно сломалось после второго удара – это факт. Но не мастерством оружейника единым я костерил этих шерстяных.

Мне не стоит забывать и о себе.

Весь мой жизненный опыт в обращении с подобного рода вещами скукоживался до снегоуборочной лопаты, кочерги для перемешивания углей в мангале и беготни с палками в раннем детстве. А копье, которое я выстрадал, требовало… иного отношения.

Потому, сейчас мне предстоит принять и перенять опыт тысяч лет воинов, сражавшихся копьем, чтобы быть эффективнее. Так я и начал свою тренировку.

Раз! Шаг вперед, укол. Два! Отбив влево, взмах, укол! Три! Отбив вправо, взмах, укол! Повторить! Потом назад! Укол, отбив, взмах, укол! Укол, отбив, взмах, укол!

Мне было без разницы, что рост манекена составлял после посадки его в землю жалких метр с копейками. Мне важно было привыкнуть к весу, к дистанции атаки, к тому, насколько вообще мое тело было способно на подобные движения. Мне нужна была точность, а не идеальная шлифовка навыков, которых в помине никогда не было.

За сим я и убил около часа с редкими перерывами, по исходу которого мог сказать, что в атаке радиуса не более десяти сантиметров я теперь меток. Было бы здорово сделать еще мишени для лучников, а еще круче было бы, чтобы весь лагерь научился стрелять, а еще арбалеты бы пригодились.

«Арбалеты!!!» – пронеслось у меня штормом в сознании.

Чем будут драться лекари? Ну конечно! Стрелять из арбалетов! Взвел, болт вложил, прицелился, курок нажал. Бам! Очки опыта и достижений за добивание обеспечены.

Что есть арбалет? Это лук, перевернутый параллельно земле, прикрепленный к ложу, в которое, как следует из названия, вкладывают болт. После натягивания тетивы происходит фиксация силы натяжения, а спусковой крючок эту силу освобождает, пуская болт вперед.

Стоит ли заниматься этим сейчас? Учитывая, что без проб и ошибок не обойдется, времени я убью немало. Но, с другой стороны, сейчас едва-едва рассвело. Люди спят еще без задних ног, это я встаю спозаранку. Пока расчехлятся, соберутся, выслушают задачи, позавтракают, там и к обеду близко. Несколько часов у меня точно есть. А не успею – так и бог с ним, выдам им луки, что у нас от жертв греллинов остались. Это всяко лучше, чем бедолага Женя, пытающаяся затыкать кого-то ножиком в ближнем бою. Боря-то уж с камнями пообвыкся, немало их на головы врагов опустил.

Значит, нужно постараться сделать хотя бы два и какой-никакой запас болтов. Что ж, древесины тут навалом, на любой вкус, потому две с виду одинаковые палки толщиной с мое предплечье я сразу отложил в сторону.

Мудрствовать с формой не стану – точечно, с помощью разложения, сглажу углы и вырежу канавку в ложе. Быстро и просто – пять минут, две заготовки готовы.

Теперь луки, да не простые. Это две половинки, прикрепленные к ложу перпендикулярно. Так я, по крайней мере, помнил из описаний в школе. Но что-то тут не сходилось никак – вроде бы глупо делить плечи на две части, если можно сделать пропил прямо в ложе?

Так я и поступил. Пропилил, заготовил пару твердых и прочных веток в качестве плечей, примерил одно к другому. Годится. Теперь спусковой механизм. Тут, конечно, заковыка – придется работать очень тонко, но должно получиться.

Примерно в середине ложе сделал углубление, ориентировочно в той точке, где будет достигнут надежный натяг будущей тетивы. Скруглил углы. И уже на самой нижней точке вырезанного прямоугольника делаю сквозную дыру, перпендикулярную земле.

Какой же мне всё-таки откровенно читерский навык достался. Хотя если посудить, то создание огня у магички, типичный файербол – тоже далеко за гранью разумного. Просто для нас, воспитанных на фантастических историях, это уже выглядит как нечто обычное, хотя по сути – это локальное изменение физики пространства, в общем, та ещё заумь и в принципе, особо то не отличается от навыка разложения. Какая разница для неведомой системы что делать? Нагревать молекулы в радиусе, разгоняя их, или наоборот, нарушать атомарные связи, распыляя его.

Отбросив размышления о природе работы магии, начал работать с нижней частью ложа. На десять сантиметров ближе к плечам сделал пропил по центру, вдоль заготовки, совсем небольшой, и в этом пропиле создал два перпендикулярных отверстия. Это для будущей движущейся части спускового механизма.

Для него мне потребуется еще один рычаг, в общей массе втрое меньше, чем само ложе. В его верхней части сделал такое же перпендикулярное отверстие, а для фиксации использовал обычный деревянный чопик. Деталь вроде двигается, рычаг назад не выпадает, упираясь в нижнюю часть ложа оставшимся в верхней части препятствием.

Теперь нужно не ошибиться. Надо вырезать блокировку тетивы, чтобы при прижимании рычага к ложу, блокиратор выезжал через уже приготовленное отверстие и фиксировал натяжение. Тут то я и истратил больше всего попыток – либо ход был очень плохим, и заготовка цеплялась за все, что могла, или наоборот не удерживала тетиву. Ее-то, кстати, я сделал из все того же паучьего мешка. Универсальная вещь! Что делать, когда закончится, ума не приложу. Не идти же на охоту в поисках такого же монстра? Мы не супермощный броненосец и так легко ему не наваляем.

В конечном итоге, всё же додумался. Нужно было не просто фиксатор этот устанавливать, а увеличить отверстие в ложе. Тогда-то пошло как по маслу.

Детали я скрепил, дополнительно веревками к ложу примотал лук, для пущей фиксации, натянул тетиву, зафиксировал и… держится! Значит, с минуты на минуту пройдут испытания.

С болтами ситуация такая же, что и с стрелами. Только арбалетные болты массивнее, короче, и меньше ломаются. Со всех сторон выгода. А схема, суть, та же – древко, в него зазубренное каменное или металлическое острие, и в оконцове оперение. Сойдет, учитывая, в каком мы месте.

Скрепив все, что нужно было скрепить, через инвентарь, я отметил повышение навыка мастерового до тридцати шести процентов, удовлетворенно хмыкнул, кое-как приклад приставил к плечу и нажал на спусковой механизм.

Что ж. Стрелял я метров с пяти. Я не попал. Болт ускользнул буквально в нескольких сантиметрах от «верхушки» манекена, которую я мог бы в своей фантазии назвать головой. Но! Оно стреляет! Мощно стреляет, черт побери! И то, что мне сейчас придется идти вниз, в кусты, искать улетевший болт, меня совсем не печалило. Непродуманный у меня, оказывается, манекен для отработки выстрелов. Очень непродуманный. Но это поправимо.

Найти выпущенный болт оказалось непросто. Я буквально искал небольшую деревяшку в куче других деревяшек. Но, к счастью, нашел – хотелось все же постараться попасть. Проверить силу.

И мне довелось ее проверить. Памятуя, что болт ушел правее, чем нужно, я просто сделал коррекцию на это, и деревяшка звонко воткнулась в многострадальный манекен. Неглубоко, но тем не менее! Важен был тот факт, что это работает.

Оставалась лишь самая малость. Повторить и наделать побольше болтов. Чем я и занялся. Да только вот едва приготовился начать работу – все как сговорились, один за другим вылезли из своих шатров, и демонстрировали миру свои заспанные и помятые мины.

– Чего делаешь? – Подошла ко мне Катя, подкравшись со спины. Надо бы запретить ей так делать, ведь что может быть опаснее, чем напуганный человек с взведенным арбалетом?

– Едрить тебя, – вскинул я оружием, – работаю!

– А что за штука? – Полностью она проигнорировала мои недовольные причитания, вместо этого заглянула мне через плечо, щекотно скользнув по щеке копной заплетенных в косу волос.

– Арбалет. Не видела, что ли? – Удивился я.

– Не доводилось. Я, знаешь ли, больше красивая, чем… блин, даже не знаю как сказать. – Замялась она и постучала пальцем по подбородку в задумчивости.

– А еще ты офигенно скромная. – Выдохнул я. – Стреляет эта штуковина. Как лук Антона, только конструкция чуть отличается.

– Вау, здорово же! А можно мне такой? – Глянула она на меня и хищно стрельнула глазами.

– Можно, но позже. Какие планы? – Обернулся я на нее.

– Хотели вчера обсуждать планы по лагерю и экспедиции, если я верно помню. Марк, ну Марк, я хочу такой же! – Ответила она вначале обстоятельно, а затем картинно загрустила и начала канючить.

– Тогда, будь добра, собери всех людей у костра. Надо распределить задачи на день. И сделаю, сделаю я тебе арбалет, только не ной прямо в ухо! – Запротестовал я, не в силах выносить подобные женские манипуляции.

Впрочем, я просто подыграл ее самолюбию и способности управлять мужчинами. Арбалеты я так или иначе планирую сделать вообще всем в этом лагере. Вот для кого-то будет сюрприз, когда с укрепленной возвышенности вниз полетит град болтов, а? Но это снова во мне говорит излишняя скрупулезность в вопросах подготовки.

– Да-да-да, иду. – Махнула она косой и направилась к центру лагеря, дабы исполнить мое поручение.

Я доделал обмотку второго арбалета, протестировал натяжение тетивы, длину ложа, примерившись болтом, но тестового выстрела не делал, предоставлю возможность ребятам потренироваться самостоятельно. Ведь самонадеянно было бы считать, что без какой-либо практики они сразу начнут попадать в цель? Тут недели, даже месяцы тренировок нужны, а у них будет в лучшем случае час.

Но даже это – хорошо. Понять, куда летит болт, с какой силой нужно натягивать тетиву, как ее фиксировать, тонкостей достаточно, чтобы из статуса абсолютного неумехи перейти в разряд начинающего стрелка. Опыт придет.

– Марк, все тебя ждут! – Помахала мне Катя из центра лагеря. Я разогнулся в коленях, потянул затекшую поясницу и, держа в руках два готовых орудия, направился к остальным.

– Доброго всем утра. – Устало поприветствовал я присутствующих, отметив дополнительно, что и Леонид был здесь, хоть и держался отстраненно. – Как ночка?

Ничего нового я не узнал, но дабы расположить народ впитывать информацию, пять минут простого общения не помешает. Вскоре, дав людям выговориться, продолжил.

– Задачи на сегодняшний день. Надо постараться, так как планов много. С кого начать? – Окинул я взглядом присутствующих.

– Начни с арбалетов, это самое интересное. – Выразил мысль Антон, остальные ее дружно поддержали. – Ты реально их сделал, пока мы спали? Их же даже в магазине нет.

– Сделал, как видишь. – Улыбнулся я. – Пока что только два, изготовление каждого отнимает время. Боря и Женя, эти первые два – ваши. – Протянул я, с виду, неказистые деревянные устройства, ведь ни о каких «красивостях», шлифовке и пропитке маслом или морилкой речи и не шло.

– Нам?.. – Удивился здоровяк, но арбалет принял.

Женю же и вовсе нежно подтолкнул по спине Антон, мол, не робей, иди бери.

– Ага. Потому что сегодня наш выход. Катя, – повернулся я к девушке, стоящей правее Бориса, – ты тоже пойдешь. Больше всех хотела на охоту, так вот он, твой шанс.

– Ты берешь с собой двух целителей?.. – Удивился, я бы даже сказал напрягся лучник.

– Да, ведь как я вчера говорил, без прокачанных целителей и их способностей нам будет тяжело. Им нужны уровни, усиление целительных навыков, а также опыт не системный, а реальный, боевой.

– Не слишком ли рискованно? Мы вдвоем ведь едва ноги унесли, я до сих пор не до конца оправился. Может, я с вами пойду? – Несильно запротестовал Антон. Он, вроде бы, хочет оставаться рядом с супругой и оберегать ее сам, но и мои слова сейчас звучат весомо, так что в открытую он не может воспротивиться.

– Тох, ты нужен мне здесь. Я забираю Катю, а кто из бойцов еще останется? Спящий после смены на вышке Дима? Лагерь тоже необходимо защищать.

– Может, я с Катей поменяюсь? – Предложил он, но слова я вставить не успел.

– Нетушки! Я хочу! Не дрейфь, я пригляжу за твоей ненаглядной. – Козырнула Катя пальцами от виска.

– Но, Марк, ты же помнишь… – Все еще не желал соглашаться лучник.

– Я сама этого хочу, дорогой. – Обернулась Женя к супругу. – Я правда тут засиделась. А еще, гляди, какая штуковина. – Махнула она арбалетом опасно близко возле лучника, тот аж отпрянул на полшага, но тот не был заряжен, – вдруг что, а я смогу и уровни взять, как другие, и постоять за себя научусь.

– Ох, морока мне с вами… – Раздосадованно покачал головой Антон.

– Мы выйдем недалеко. Сходим разведанными тропами, поглядим окрестности. Но это нужно сделать. – Постарался я успокоить встревоженного мужчину.

– Ладно… – Выдохнул он. – Надеюсь, я не пожалею об этом.

– Я тоже буду там, Антон. – Уверенно сказал Боря. – Мы не дадим Женю в обиду.

– Спасибо, здоровячок. – Улыбнулась целительница.

Грядущую вылазку и Женя и Боря восприняли с каким-то диким энтузиазмом. Женя, с ее слов, реально засиделась, ей хочется какого-то движения. Она осознавала степень опасности, прекрасно понимала, что нас ждет вне барьеров лагеря, а также, в личной беседе, очень благодарила меня за то, что я отстоял ее право развиваться.