Текст книги "Долг человечества. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Михаил Попов

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)

– Погоди, Марк! У тебя кровь из носа! Стой! – Дернула меня за рукав Катя, довольно сильно, чтобы я перестал.

И правда, побежала. Вытер ее рукавом, схватился пятерней за стену, чтобы удержаться на ногах. В глазах потемнело, а только что съеденный ужин бодро побежал к горлу.

Удалось сглотнуть.

– Не надо! – Продолжала говорить Катя, держа мое заросшее лицо своими ледяными ладошками. – Мы с Борей последнюю займем, вдвоем спать ляжем.

– Я бы тоже не отказалась спать с кем-нибудь в обнимку, кстати. – Присоединилась Варя.

– Погодите… – Промямлил я, стараясь вернуть себе ясность зрения и ума. – Сейчас, дайте отдышусь.

Я закончил три ячейки по образу и подобию первой, которую создал для Лизы. Одну для Вари, одну для Кати и Бориса. Нужно еще хотя бы одну. Я ведь начал ее! Неужели не выйдет⁈

– Присядь, посиди, ну! – Заставила меня усесться на только что созданный мною выступ Катя. – Дайте воды, кто-то ведь набирал?

– Я набирал! – Отозвался Боря. – Вот! – Протянул он мне пиалу.

Я смочил горло ледяной водой, подержал слегка, проглотил.

– Спасибо, вроде получше. – Подал я сигнал, что умирать пока не собираюсь.

– Вот и все. – Выдохнули ребята, а следом заговорила Варя.

– Я не думаю, что настолько уж противна тебе, как женщина, но уже поняла, что ловить мне с тобой нечего, ведь так?

– Варя! – Рыкнула на девушку Катя. – Марк женат! Как ты могла! – Картинно она сокрушалась.

– Что-то это не мешало тебе день ото дня в его шатре ошиваться, кошка плешивая. – Вроде как оскорбительно и с издевкой, но будто бы беззлобно отреагировала волшебница.

– Вы это зачем сейчас обсуждаете… – Спросил я на выдохе.

– Ты будешь спать со мной в одной ячейке. Завтра себе отдельную сделаешь, если захочешь! – Тоном, не терпящим возражений, заявила волшебница.

Как меня уложили, как я доставал из инвентаря спальник, и как засыпал – не помню. Клянусь, как бы не пытался вспомнить, в голове только обрывки и очертания. Варя действительно уснула рядом со мной в своем собственном спальнике. Что ж, я даже не знаю, дежурил ли кто-то этой ночью. И, судя по крику, который меня разбудил – никто не дежурил.

– А-а-а-а-а-а-а! Караул! Лять, уйди, уйди, монстр! – Вопила одна из девчонок, но так высоко, что я не разобрал сходу, что происходит.

Подорвавшись в позу полусидя, я чуть не расшиб лоб о выступающую породу, которую вчера просто не заметил, пока формировал спальные места. Из инвентаря выхватил копье, на которое тотчас применил упрочнение, и выставил оружие, готовясь атаковать.

Варя удерживала в ладони сгусток пламени, готовая его метнуть, и глаза ее были устремлены на один из входов в нашу пещеру.

– Испугала! Испугала! Ренгу испугала людей! – Сокрушалась птичка на почти человеческих ногах.

– Варь, стой! – Призвал я ее остановиться и развеять свое заклинание. – Она не опасна!

– Марк, ты бредишь, это чудовище! Проснись!!! – Кричала она, но я силой убедил ее убрать «оружие».

– Ренгу не хотела пугать! – Клокочет птица.

– Варь, я ее знаю, она не опасна. Для нас. Успокойся! – Полностью проснулся я.

Вот уж утречко…

– Ренгу, ты чего делаешь, – обернулся я на птицу, все еще удерживая руки Вари и прижимая ее к вертикальному своду у входа, – ты же сама говорила, что твой вид испугает людей!

– Соглашение! Соглашение! – Не слушала меня птица.

Конечно, этот переполох разбудил всех в моей команде. Лиза заспанно и ничего не понимающе лупала глазами на развернувшуюся картину, Боря, стараясь быть настолько незаметным, насколько может, крался, заходя монстру в их глазах сбоку, а Катя держалась чуть в стороне, напружинилась и приготовилась к атаке. Ее кинжалы уже были обнажены.

– Опустите оружие, ребята! – Окликнул я всех и обернулся, убеждая, что я не выжил из ума.

– Кто это? Объясни! – Не поверила мне Катя, не убрала рук с оружия.

– Это местное существо. Вроде греллина, только разумная. Другой вид. Она не опасна, я видел ее раньше! – Чуть ослабил я хватку рук Вари, которая уже затушила пламя в ладони.

– Ты мог бы и раньше об этом рассказать. – Предъявила мне претензию Катя, и Варя согласилась с этим.

– Мог, но не успел. Я не хотел этого скрывать, просто постоянно происходило что-то, что мне становилось не до этого. БОРЯ! – Рявкнул я. – Брось камень и перестань красться!

Камень из рук он выпустил, Ренгу обернулась на здоровяка, смерила его взглядом, который я считать из-за особенностей ее внешнего вида не смог, но могу поклясться, что он выражал смесь из снисходительности и издевки.

Следующие полчаса, пока мы грели вчерашний ужин на огне, я объяснял всем, кто такая Ренгу, откуда взялась, и чего хочет. История вышла насыщенной, и к ее завершению, люди вокруг костра перестали коситься на нее с опаской. Вместо этого, Ренгу стала чем-то вроде объекта для тисканья.

– … дай перышки потрогать!

– … гляньте, у нее пузико человеческое. Она такая худенькая!

– … а то, что у нее перья на сиськах тебя вообще не волнует?

– … хрен с ними с сиськами, ты ее четыре глаза видела?

Я смотрел на все это с чувством полного офигевания. Чуть не зарубили беднягу, а теперь осматривают, обнюхивают. Стоит отдать должное Ренгу – она ни словом ни делом не показала, что ей не нравится такое внимание. Более того, она терпеливо поднимала руки-крылья, задирала шею, когда просили, и в целом вела себя смирно.

– Соглашение! – Сказала она, когда от птицы наконец отстали и принялись завтракать.

– Борь, достань пожалуйста двух стервятников из инвентаря и отдай ей. – Заявил я безапелляционно.

Не раздумывая, здоровяк выполнил требуемое, и уже через несколько секунд в его руках оказались шеи двух мертвых гигантских нетопырей. Но его самоотверженное исполнение указания не разделили девушки.

– Марк, но нам…

– Нам нужна эта еда.

– Я понимаю. – Кивнул я. – Мы добудем еще, голодать никому не придется. У меня с ней, – я кивнул на Ренгу, – была договоренность.

– Договоренность! – Прогорланила она.

– И теперь она исполнена. Борь, отдай добычу. – Кивнул я ему.

Не знаю, поняли ли девушки. Почему не спросили меня о сути соглашения для меня остается загадкой, но не спросили. Однако, свою роль я исполнил, и отплатил за защиту сна в самый мой уязвимый момент, начиная с самого попадания на полигон.

– Видела, как люди кладут мясо в воду. Зачем? – Забрав двух стервятников и быстро перевязав их веревкой, спросила Ренгу.

– Это еда. – Пожал я плечами. – Люди по разному едят мясо, но почти никогда не едят сырым.

Одну из тушек Ренгу вскинула рукой за шею выше, посмотрела на нее торжественно, и заявила.

– Сырое?

– Сырое. Попробуй готовое. – Предложил я, внимательно считывая реакцию своих людей.

И не прогадал. Мне показалось, что к этой диковинке они довольно быстро привыкли, перестав бояться. В два прыжка Ренгу оказалась у котла на огне, и Катя наполнила миску супом с мясом. Вначале, существо с головой вороны внимательно осматривала миску, пробовало ее на зубок, обнюхивало.

– Нет, глупая, не грызи тарелку. Вот, внутри мясо. Его ешь. Осторожно, оно горячее. – Усмехаясь над ситуацией, объяснила правила Катя.

Склонив голову на бок, Ренгу выслушала совет, а затем моментально, словно бросок кобры, схватила из пиалы кусок мяса и тут же его проглотила. И застыла в задумчивости. Взгляды людей медленно плавали между мной и Ренгу, а я готовился к тому, что нас сейчас назовут идиотами за то, что мы портим мясо. По мнению хищной птицы, конечно. Но ответ меня удивил.

– Я хочу помогать людям, если они будут соглашаться со мной обмениваться на эту странную не сырую еду. – Заявила она так, словно выбора у нас и нет вовсе.

– Народ, – обратился я к сидящим у костра, – она полезная, выделим дополнительную пайку?

Я ждал препирательств, ругани, высмеивания меня как лидера за то, что приютил местное существо, но к великому удивлению ничего из этого не произошло! Идея ребятам зашла, что называется, «на ура», а Ренгу, считывая голоса и эмоциональный фон, распушила перья и принялась пританцовывать, перепрыгивая с лапы на лапу, подвергнувшись всеобщему одобрению новой кандидатуры на сожительство.

Несмотря на сумбурное утро, работы предстояло навалом. И стоило нам поесть, прийти в себя, обвыкнуться с тем, что к лагерю присоединилась странная птица, я намеревался все же вернуть людей в правильное, по моему мнению, русло. А именно отправить всех работать, пока не стемнеет.

– Ренгу, а где твои сородичи? – Присела на уши птице Варя.

– Нас мало, и мы одинокие. – Ответила она.

– Одиночки? – Толи переспросила, толи поправила Ренгу магичка.

– Одиночки! – Подтвердила птица.

– А лук у тебя для чего? – Теперь уже Катя спрашивала.

Ренгу и тут удивила своими интеллектуальными способностями. Вместо прямого ответа, который был бы логичен, она решила козырнуть умениями. Быстро скинула с себя примитивное оружие, вложила стрелу, и тут же выстрелила, попав в противоположную стену, чуть выше одной из самых крупных чаш с горячей водой.

– Впечатляет! – Послышались хлопки в ладоши, вроде как, посмотрели представление.

– Так, поели, жирочки завязали? А ну, подъем, работать пора! – Скомандовал я и подал пример, тоже поднявшись.

– Ты меньше меня раздражаешь, когда ты молчаливый и уставший. – Прыснула Варя. – Что делаем?

– А мне наоборот нравится, когда шеф довольный. У него прикольные идеи рождаются. – Противопоставила свое мнение Катя.

– Для начала, – начал я, – нам следует позаботиться о Лизе. Ее жар спадает, но это все равно далеко до адекватного состояния.

– Да, спит все время, бедняжка. – Погрустнела Катя. – Но, по крайней мере, никого матом не кроет, не то что некоторые! – Подколола она магичку.

– Не ссорьтесь… – Вступил в разговор Боря, явно не понимая, что отношения девушек пережили кризис и теперь они выстраивают новую модель взаимоотношений, которая строится на взаимных подколках.

Но я решил нашего целителя поддержать.

– Кто старое помянет, тому глаз вон. – Нахмурился я. – Никто не ссорится, ясно?

– Говоришь, как бумер старый… – Протянула из своей ячейки Лиза.

– Не спишь? Как самочувствие? – Оглянулся я внутрь пещер, услышав, что она проснулась.

– Все хорошо… – Девушка перевернулась на другой бок и пронзительно закричала. – Монстр, монстр! – Я тотчас бросился к ней.

– Тихо, тихо, ты же видела ее уже! Спокойно, она не опасная! – У меня случилось дежавю, ведь я Лизе уже это объяснял.

– Я думала, мне приснилось, типа я в бреду… – Пискнула девочка и вжалась носом мне в мех на мантии.

– Не приснилось. Ренгу, подойдешь познакомиться? – Глянул я через плечо.

– Ма-а-а-рк! – Прокаркала она и начала прыгать в сторону меня и Лизы. – Это он. А ты?

– Л-лиз… Лиза. – Ответил ребенок.

– Р-ренгу! Это я. – Сообщило существо. – Болеешь?

– Угу… – Грустно, но главное, совершенно не боясь, ответила Лиза.

Я убрал ее руки и оставил птицу и юную волшебницу одних, вернувшись к своим.

– Что я там говорил? – Почесал я подбородок. – За работу!

– Э-э… – Протянул Боря. – Ты ничего не говорил. Чего делаем-то?

Выяснив истинное отношение людей к этой долине, я принял решение, что остаться здесь – мысль хорошая. Масса плюсов, и пока единственный минус, который предстояло решить, это способ быстрого и комфортного спуска и подъема, чтобы пополнять запасы и продолжать прокачку.

А для того, чтобы наделить это место статусом «свое» и воссоздать требуемый человеку комфорт, я нарезал задач. Перво-наперво нужно собрать все, что выглядит полезным. Но собрать это нужно куда-то, и именно для этого я организовал склад в восточной части пещеры, если смотреть на ее вход лицом.

Тобишь, в правом дальнем углу.

Таскать камни, палки, растения, и прочее – несподручно в инвентаре на постоянной основе. Он совсем не безразмерный, и часто может случиться так, что туда нужно уместить что-то полезное, а все слоты заняты разномастным хламом. Но хламом нужным. И пусть это и плюшкинизм, я рассчитывал задобрить своего внутреннего хомяка именно тем, что НИЧЕГО не будет потрачено впустую и бесполезно использовано.

Кстати о хомяке. Так случилось, что он впал в спячку на какое-то время, и носа не показывал, а тут вдруг очнулся. Это хороший знак, значит, у меня есть энергия, есть чистый разум, открытый для решения самых нетривиальных задач, и есть задор их решить.

Склад я решил организовывать полками. Но, так как быстро у меня получаются только сферы, в скором времени стена в углу и непосредственно сам угол напоминали больше пчелиные соты. Там и решили организовать первое хранилище.

Остальные расползлись по долине в поисках материалов. Снова тот же запрос, что я ранее озвучивал. Нужно всё и побольше. Ветки, камни, грибы, мох, все подряд. Ничего не гнушаемся, всему найдем применение.

Передо мной стояла задача сделать мебель. И, так как камня тут навалом, решил делать из него вообще все, что только смогу. Кресла – пожалуйста, пять штук сделаны. Пара «диванов» – тоже. По крайней мере оно похоже по форме, а уж об эргономике будем думать потом.

Затем задачкой стало изготовление стола для готовки. Мне на ум пришло только одно место – срезать верхнюю часть входной арки, чтобы оставшаяся в воздухе часть стала неким подобием кухонного шкафа, а непосредственно нижнюю часть сгладить до состояния стола. Но, вот беда, мне не хватало толщины этой арки, а идею, чем заменить столешницу, подкинула Варя.

Она направилась к тому же озерцу, которое исследовала вчера, когда мы только-только сюда пришли. И, в определенный момент вернулась с жалобой, что оникс, или обсидиан, я не совсем понял, ей самостоятельно не добыть, попросила совета. Отправившись за ней, я убедился, что черного минерала со стеклянной отражаемостью тут просто навалом. Долго думать я не стал, вынул копье, кристаллическое острие покрыл упрочнением, и вырезал нужную мне форму прямоугольной столешницы. Скреплю одно с другим – и стол готов.

– Нифига себе! – Удивилась девушка, увидев, как я фигурно нарезаю прочнейший минерал. – Я такого не видела.

– Разве? Я частенько этим пользуюсь. – Ответил я, уже махая рукой Боре, который копошился в земле возле термальных источников.

– Ага. Слушай… – Заговорщически проговорила она, но позднее я понял, что ошибся. Тон был мрачным. – А ты распределил уже очки… ну, обучения, за то, что мы устроили перед уходом на стоянке?

– Нет. – Помотал я головой из стороны в сторону. Вот умеет же, зараза, испортить настроение. Но не думаю, что она это специально.

– Я же никогда, ну, не делала этого. Научишь меня? Я тоже хочу приносить пользу, а не только зажигалкой работать. – Попросила она, глядя на меня с надеждой.

– Да, вечером сегодня все сделаем. Пока… пока выбрось это из головы, договорились?

– Что тут, шеф? – Спросил подоспевший на мой зов Борис.

– Великан, надо впрячься и оттащить эту плиту вон туда. – Указал я рукой на спиленную колонну арки.

Моя просьба здоровяка не удивила. Он протер потеющие ладони об открытые части мантии, спрятанной под сделанным мною доспехом, и с готовностью схватился за свою часть.

– Стой! – Успел крикнуть я, пока он не дёрнул плиту вверх, лишаясь пальцев. – Обсидиан чертовски острый, я же копьём срезал и его грань считай как нож.

Пришлось потратить ещё чуть времени, закругляя острые грани, зато потом, обмотав руки старыми мантиями, проверили и вроде оказалось нормально.

Боря снова взялся со своей стороны, я со своей, и вместе, скрипя от натуги, мы потащили каменюку через половину долины. Благо, была она не слишком уж растянутой.

– Это… – Хрипел великан, надрываясь. – Из-за странной птицы…. у меня… на спине синяк… Вчера не заметили… Она там, на карниз села… Снег мне на спину упал… – Объяснял он.

Мне не составило труда на мгновение перевести взгляд к тому месту, о котором говорил парень. Правда, сидит, слившись с местностью, на небольшом скальном уступе, и наблюдает за нами. Оттуда-то на голову Борису вчера снег и свалился. И как не заметили? У нас явно дыра в безопасности.

– Не болтай… – Выдавил я, напрягшись. – Давай дотащим…

– Поберегись! – Рявкнула Катя, которую я чуть не затоптал, ведь нес плиту я спиной.

– Ой! – Напугалась Лиза. Вот было бы нам делов, если бы я навернулся. Такой тяжестью ноги можно поломать на раз-два.

– Хух! – Синхронно с Борей выдохнули мы, водрузив плиту из черного гладкого камня на «ножку» из сланца. Село крепко, укрепить чем-то, чтобы намертво, и офигенный разделочный стол готов.

Отряхнулись, жалостливо потерли ладони и пальцы.

– Ничего себе. У меня в прошлой жизни кухонный стол был беднее. – Восхитилась Катя.

– Не думаю, что у кого-то он был лучше из всех нас. – Заметил я. Действительно, на моей кухне стол был из стекла. Материал этот явно подешевле, чем-то, что мы сейчас приволокли.

Но ценность вещей и материалов сильно изменилась, и сейчас я бы, например, не отказался от стекла. Или небольшой стеклодувной фабрики. Как жаль, что нам до этого еще так далеко…

– Ну что, передохнули и дальше батрачить? – Плюхнулся я на каменное кресло у огня и обратился к Боре.

– Есть батрачить… – Отозвался Боря.

Глава 16

Передышка и правда требовалась. Мне уже не двадцать лет, как сайгак прыгать и таскать тяжести уже не получается. Тем более, после стольких лет в офисе. Недели на свежем воздухе маловато будет, чтобы распрямить мое закостенелое тело.

Боря был не лучше, хватал воздух ртом, как выброшенный на берег сом, и тоже отсиживался в кресле. Так… мне надо расставить приоритеты. Базовый минимум мы сделали, где лечь спать, где приготовить еду, и где восстановить силы и погреться у нас уже есть. Это заняло немногим больше часа, но были проблемы другого рода.

Я специально считал. Больше сорока использований навыка. В глазах пока не рябит, чувства стекловаты под веками не наблюдалось. Но то до поры до времени. Значит, остаток дня, а если быть точным, остаток моих магических сил, нужно потратить на безопасность.

А еще меня не покидало чувство, что я не очень рационально использую рабочую силу вокруг. Вон, Ренгу сидит, греет перышки над поднимающимся паром, да и лягушка моя ничерта не делает. Решил начать со второго, а первым займусь сразу после. Ерунда какая-то вышла с приоритетами, но это ничего.

– О, привет зеленому. – Заметила круг призыва, а затем появившегося лягушонка Катя.

– На что он тебе? – Удивилась Варя.

– Помаши лапой. – Скомандовал я. – Он будет нужен для изготовления защиты от ветра и холода.

– Каким таким образом ты собрался напрячь мелкую амфибию, мне интересно узнать? – Недоверчиво поглядела на меня кинжальщица.

– Вы растения и травы собрали? – Ответил я вопросом на вопрос.

– Собрали. – Ответила Катя. – Ну, я, тут в близлежащих к пещерам территориях, что под снегом нарыла, то и нашла. Руки погреть прервалась.

– Да, с растительностью на скалах не густо. – Поддержала Варя.

– Мох есть, вон там. – Боря указал на источники. – Ковром растет.

– Звучит хорошо. Борь, срежь его весь, вообще какой найдешь. Чем ровнее и длиннее будут пласты и куски, тем лучше. – Распорядился я. – Девушки, – обернулся я, – сможете быстро идентифицировать растительность на предмет полезных свойств и сбросить максимум бесполезного?

– Хорошо… Так это, объясни, что ты задумал.

– Да что ж вы любопытные-то такие! – Сокрушался я. – Раньше, когда я был в офисе, на все вопросы я отправлял регламенты, если они были написаны. Тут приходится разжевывать…

– Блин, ну если тебе сложно, то не надо… – Обиделась магичка.

– Да нет, просто не перестроился еще, и трачу много сил на рассказы. – Оправдался я и сделал тон примирительным. – Когда будет трава, значит, будет масса целлюлозы. А лягушонок уже показал, что он лучше всех делает веревки из этой массы. Из веревок мы свяжем сеть, и сеть эту подвесим на скалу выше входов. Когда она будет крепко держаться, к сети прикрепим различную широкую листву или мох, в зависимости от того, что подойдет лучше, чтобы сделать в пещере темноту и отрезать поступление внутрь холодного воздуха.

Ух, черт, я даже выдохся, ведь высказал весь план буквально на одном дыхании. Меня внимательно слушали, и видимо я объяснил настолько подробно, что ни у кого даже не возникло уточняющих вопросов. А коль таковых не всплыло, значит, всем все понятно. Но я решил внести ясность.

– Вопросы?

– У матросов нет…

– Мы не матросы, дурында… Он спрашивает, нам хватит?

– Хватит! Хватит меня поддевать, зараза ты эдакая. – Возражала и бесилась Варя.

– Знаете, что? – Сделал я тон вкрадчивым.

– Что? – Купились они.

– Вам, женщинам, не приходит в голову одна идея, распространенная только среди мужчин и только в одном конкретном жизненном отрезке этого самого мужчины. Однажды его забирают из дома на пару лет и заставляют заниматься различной абсурдной работой, ничего не объясняя.

– Это ты к чему?.. – Вытянули они лица, совершенно не понимая, о чем я.

– А к тому, что такого молодого мужчину грузят самой бесполезной и тупой работой в мире только лишь по одной простой причине – чтобы он перестал думать. Но я вас уважаю, и тупой работой не нагружаю. Но давайте будем ее делать, а не бесконечно пререкаться друг с другом! – Рявкнул я, но злобы или яда в голос не добавлял. Это была скорее мотивационная речь, наполненная рефлексией и философией, чтобы отбить у них всякое желание гавкаться хотя бы при мне. Иначе я могу повторить лечение их мозгов.

К работе они вернулись тотчас, как я дал на это отмашку. Растения начали перебирать на две условные кучки – полезные и бесполезные. Более точечную классификацию проведем позже. И я, для того, чтобы сэкономить время, выждал у огня около десяти минут, пока кучка с ненужной растительностью оформится.

Сформировав зеленую жидкую массу, я оставил ее на полу, наказав лягушонку вить из этого одну длинную, бесконечную веревку. И он принялся за дело. Смотрелось это конечно потешно.

Но уйти мне не дали – Лиза дернула меня за рукав и попросила поговорить наедине.

– Марк… – Сказала она полушепотом, стоило нам отойти в противоположный, пока не обустроенный угол пещеры, подальше от лишних ушей. – Прости, типа, прости пожалуйста, что я спрашиваю, но ничего что я ничего не делаю? Я в общем-то нормально, как бы, себя чувствую, но то, что тут работает даже лягушка, а я валяюсь, это прямо кринж какой-то, мне очень стыдно.

– Брось, Лиз, нам пока хватает рук. Я хочу тебя научить, показать какие вещи еще ты можешь делать, и ты внесешь свою лепту. Такую, которую никто кроме тебя и меня внести не может. Идет?

– Угу… – Кивнула она, но я чувствовал – не убедил.

– Послушай, у тебя температура. Ты простудилась, и ты все еще слаба. Тебе плохо стало после третьего преобразования элементарным упрочнением, а это не шутки. Я знаю по себе что такое сильное магическое истощение. Вчера, например, ты спала, а у меня кровь носом пошла.

– Ого! – Распахнула она глубокие, черные, доверчивые глазищи.

– То-то же. – Мягко улыбнулся я. – Не волнуйся, постарайся поскорее выздороветь, хорошо ешь и держись в тепле.

– У меня еще… блин, блин, – стала она грызть локти и тщательно прятать взгляд, – еще эти чертовы… киска мордочку разбила, короче, блин. – Сгорала она от стыда.

– Что?.. – Ничего не понял я.

– Я девочкам сказала, но мне еще плохо, ну… по-женски.

– Тебе совсем не обязательно докладывать мне об этом и оправдываться. – Приложил я ладонь к своему лицу, тоже прячась. Охрененно неловкий вышел разговор. – Я и так понимаю, что тебе нездоровится. И успокаиваю тебя сейчас не потому, что просто хочу отвязаться, а потому что говорю правду. Никто в этом лагере тебе не скажет плохого за то, что ты пытаешься выздороветь. Варю спроси.

– А что Варя? – Расслабилась и выдохнула Лиза, ощутив свободу от неловкости.

– Она почти неделю пролежала, но только у нее нога была распорота до кости от колена до таза. Думали, ходить не будет. И ничего, глянь, работает, ходит.

Девочка выслушала мой рассказ, потянулась ко мне руками, чтобы обнять. Я склонился, и тоже приобнял ее.

– Не знаю, как бы я выжила дальше, если б вы меня не нашли. Спасибо. Простите, я скоро буду полезной. – Сказала она мне на ухо, когда я наклонился.

Я только качнул головой. Ох уж эти подростки.

Мы разошлись каждый в свою сторону. Она поковыляла отдыхать дальше и о чем-то болтать с девушками, которые сейчас продолжали работать над классификацией трав, а я направился к Боре, который мучался с мхом, стараясь срезать его максимально широкими и большими пластами.

Пока шел – думал. Лиза говорила очень жизнеутверждающие вещи, словно лечила конкретно мою душевную рану. Я не думаю о смертях, убийствах, выживании, а стараюсь просто делать какие-то вещи, которые… ну, будут полезными и приятными здесь и сейчас. Это беспечно, и я прекрасно это осознаю, но я не могу по другому. Пока что человек внутри Марка еще не умер. Ему недолго осталось, и я боюсь того дня, когда это случится. Ведь тот мой одиночный поход в поисках крови, в ту ночь, когда я впервые встретил Ренгу, это был край. Шагни я чуть дальше, не сдержись по возвращении и убей на месте Леонида, глядишь, и вышло бы все иначе.

Но что есть, то есть. Сейчас я потрачу силы на то, чтобы нам было, где эти самые силы восстанавливать. Теория о компенсации режима труда и отдыха не перестает работать даже в сраный апокалипсис.

– Ренгу! Спускайся! – Окликнул я самовольную птицу снизу вверх.

– Холодно! – Запротестовала она, греясь над паром.

– Спускайся, кому сказал! – Рыкнул я.

Она удрученно спикировала вниз с нескольких метров. Даже крылья толком расставить не сумела. Боря оторвался от своей задачи и сейчас с интересом наблюдал за чудаковатой получеловеком-полувороной.

– Нужна твоя помощь. Хочешь суп ведь, да? – Сразу я показал морковку спереди.

– Суп нужен. Суп хочу. – Согласилась она и активно закивала, тряся перьями.

– Нужна разведка. Полетай вокруг, над скалами, а потом расскажи все, что увидишь. Пещеры, проходы, живых существ, еду, древесину, вообще все, что сможешь. – Объяснил ей я, и иногда прерывался в речи, объясняя, что значит то или иное слово. Она, например, не понимала, что такое живые существа и древесина. Но, объяснив примерами «то, что бегает, прыгает или летает, или как мы, люди, это живые существа», а также «деревья, по которым ты прыгаешь, когда лень летать.» Удивительно, но слово «лень» ей отлично известно.

– Ренгу полетела! – Отрапортовала мне птица и мощным взмахом взмыла в небеса, разбросав вокруг снег.

– Так, Борь, – обратился я теперь к парню, – я тут чтобы тебе помочь. Смотрю, ты половину срезал уже? В инвентаре?

– Да, где дотягивался сам, получилось. А вот туда уже не дотягиваюсь. Ты выше, получится?

– Можно встать ногами в воду, вот тут, отсюда дотянусь. А для самых дальних участков есть копье. – Сказал я, одновременно снимая с себя сапоги. Кстати, что-то мне не нравится, как они выглядят. Сфокусировавшись на обуви, я провел идентификацию.

(Стартовые кожаные сапоги заклинателя)

(Прочность: 2/10)

Эх, надо будет починить на досуге. Разувшись, я прибрал накидку с мехом в инвентарь, дабы не намочить ее полы, и ступил в горячую воду. И, говоря откровенно, я бы не сделал больше и шага, более того, даже несмотря на противный запах, я бы разделся догола и лег по самую шею, просто чтобы отпариться, отдохнуть. Чувство было прекрасным, пусть и мимолетным. Я сюда зашел не отдыхать, а делать дело.

– Борь, готовься ловить пласт, я буду срезать помаленьку. – Дал я отмашку здоровяку, и тот с готовностью кивнул, выставив руки, страхуя меня.

Первые сантиметры легко отходили от скальной породы с помощью кинжала, а вот выше уже мне потребовалось копье. Никаких заклинаний накладывать не было нужды, мох и так ковром отставал от камня. Закончили мы эту работу минут за десять, и как я предполагал, потеряв сцепление, весь пласт решил рухнуть на меня. Но Боря успел поймать, избавив меня от участи быть грязным и с землей за шиворотом.

– Отлично! – Прокомментировал я наш успех, а затем нехотя направился к краю естественной ванны.

– Полотенце дать? – Усмехнулся Боря.

– А ты шутить вздумал? От Кати опылился? – Удивился я.

– С кем поведешься. – Сконфуженно почесал затылок целитель.

Груженые мхом и в инвентарях, и на руках с особенно большими пластами, мы вернулись под свод пещеры. Для габаритных материалов решили использовать пока не вырезанные соты склада, а оттащить заготовку в дальний угол пещеры, который пока никак не был оформлен.

Освободив руки и наскоро почистившись от грязи, я огляделся с целью понять, кто чем занят. Ренгу самозабвенно выполняла данную ей миссию, и кружила высоко в небесах, высматривая «что-то, не знаю что», как я по обыкновению и обрисовал ей франт работ. Свою миску супа она точно заработает, если принесет сведения.

Лягушонок, аки стахановец, сделал уже метров десять веревки, а кучка со сжиженной целлюлозой уже стремилась к тому, чтобы закончиться. Надо пополнить. А значит, пора идти к девушкам, которые подозрительно сидят в углу склада и о чем-то шушукаются.

– Девчат! – Окликнул я их на подступах, не желая становиться свидетелем девичьих секретов. – Еще набрали растительности ненужной?

– Да, тут много, бери сколько надо. – Выкрикнула Катя, и я подошел ближе.

– Чем это вы тут заняты? – Сдвинул я брови, глядя на… странное.

Часть размолотой мной пасты из растительности сейчас была у них в миске из глины, которую Варя зачем-то нагревала до дыма. Рядом с ними были нарезаны тканевые прямоугольники, размером чуть больше ладони.

– Тебе этого знать не положено. – Резко оборвала попытки повыяснять Катя. – У нас тут девичник, ты что, не видишь? Бери свою траву и уходи.

На меня выжидательно смотрели три пары глаз, мол, когда ты уже свалишь наконец. Я оценил их набор – ничего опасного они с этим не сделают, а потом решил забить и оставить их в покое.

Устоялся некий промежуточный момент, в который можно передохнуть. Я не преминул им воспользоваться и сел у костра, заодно пополнил пламя палками. И начал думать. Мы разжились мебелью, мхом, который еще предстояло задействовать, различными запасами из растительности, веток, лиловых цветков-подснежников и подобной ерунды. Да, нехватка в древесине чувствуется острая, нужно скорее соображать, как именно спускаться вниз незаметно, а главное побыстрее.

Тут я, признаться, упирался в отсутствие инженерного образования. Лифт на мускульном подъемнике воплотить с нашим текущим уровнем оснащения, навыков, количества людей и, что главное, знаний, почти нереально. Я слабо представлял себе конструкцию, и мог допереть только на общей эрудиции, но этого явно мало. Одна ошибка, и можно в лепешку расшибиться, высота тут запредельная.

Пока лягушонок вяжет веревки, мне, как будто, нечего делать. Может, и правда передохнуть? Обед, наконец-то, сделать, время-то уже за полдень, никак не меньше. Да еще и свербит у меня, как интересно узнать, чем там занимаются Катя, Варя и Лиза, вместо того, чтобы работать!