Текст книги "Сломанные побеги"

Автор книги: Михаил Март

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 22 страниц)

Вдова передала все материалы, собранные мужем, его преемнику. Новый редактор продолжил изыскания, ноу него и в мыслях не было публиковать архив. Кончить жизнь с пулей в голове не очень-то заманчивая перспектива. Да и не было в материалах четких доказательств и конкретных имен. Они открывали вход в лабиринт без указателей маршрута. Требовался долгий и кропотливый труд. У нового редактора на это не хватало времени. Через пару лет он собирался уйти на пенсию и заняться исследованием всерьез, а пока пользовался своими связями и продолжал делать подкоп под темную фирму. Надо отдать ему должное. На сегодняшний день он сумел установить около семидесяти процентов постоянных клиентов Лоб-заря и знал, кто и какие украшения покупал в компании. Если судить по именам клиентов фирмы, то Лобзарь обзавелся крепкими и надежными связями, способными его прикрыть от любых нападок извне. Предприниматель в законе – такое определение можно дать всемогущему королю уральских залежей. Фамилия Акишина упоминалась очень часто. Во времена его правления начался изумрудный бум. В те годы криминал не имел такого влияния на промышленность. Никто не смел посягать на государственную собственность. Тем более на атомную промышленность, охраняемую армейскими подразделениями. Организовать подпольный картель по добыче драгоценных камней способен только очень высокопоставленный чиновник при поддержке обкомов, райкомов и горкомов партии. Таким чиновником мог быть только Семен Акишин. Вчера Алена впервые услышала его имя, и узнала, что он был ее отцом. И вчера же он умер. Не успела найти отца, как стала сиротой. Тут поневоле поверишь в судьбу.

Алена не очень горевала о потере легендарного папаши. Можно ли что-то потерять, не имея того. О матери она скорбела. Они не были близкими подругами. Алену воспитывали няньки. И все же она была ее матерью, и простить какому-то бандиту жестокое убийство, она не могла. Одно ей стало понятным. Мать всю жизнь ходила по лезвию бритвы. Последние годы в особенности. Она боялась за свою дочь, зная, с кем имеет дело. Пожалуй, это и стало причиной покупки новой квартиры три года назад, где она прописалась одна, пока дочь жила за полторы тысячи километров от дома. По этой причине консьерж знал о появлении домработницы, а не о дочери, появившейся в доме. И по той же причине она не взяла ее на торжественный вечер. Конечно же, содержимое сейфа мать готовила дня дочери. И где-то должен быть человек, знающий об этом и имеющий на руках завещание. Она жила в страхе и понимала, что каждый день ее жизни может стать последним. Даже любовная связь с бандитом не уберегла ее от гибели. Сама напоролась на нож. Разве можно шантажировать разбогатевшего убийцу уликами против него? Она слишком много знала и бравировала этим. Такие люди долго не живут. Как жалко, что она промахнулась. Ведь Алена сотни раз слышала о наемных убийцах и о контрольном выстреле в голову. Таракана мало раздавить, его надо сжечь. Что же получилось? Лобзарь, по кличке Снегирь, из убийцы превратился в жертву. За несколько царапин на теле он овладел сейфом матери. Неплохая компенсация в несколько миллионов долларов. К тому же он избавился от опасного свидетеля, а дочь погибшей стала главным подозреваемым. Вот к чему приводят непродуманные поступки, суета, страх, растерянность,

Размышления Лены оборвал вернувшийся с работы Сергей Алексеич. Его настроение нельзя было назвать приподнятым.

– Вы что-нибудь узнали о Снегире?

– Пока ничего. Прямой запрос мы послать не можем. Этим занимается МВД, а там у Лобзаря все схвачено. Сделаешь это сама, когда вернешься в Питер. Я дам тебе пару адресов влиятельных людей. Они тебе помогут. Сегодня ночью тебя вывезут из города и посадят на поезд в Челябинск.

– Мы не закончили наши дела.

– Все, что в моих силах, я сделаю сам. Вернешься с дипломом через год. К тому времени шумиха уляжется, и о тебе забудут. В Питере ты сделаешь больше, чем здесь.

– До Челябинска поеду в багажнике?

– Сейчас сложилась такая ситуация, что багажник тебя не спасет. Облавы начались по всем дорогам на всех направлениях. Тебя ищут.

– Какая честь. и как же я просочусь сквозь кордон?

– Тебя вывезет мой племянник. Он работает в милиции. Другого способа нет. Он ждет внизу. У него есть новости. Обстановка обострилась.

– Он меня не сдаст?

– Я ему объяснил, что ты выполняла мое задание. Он видел твои фотографии. Порядочный парень, ему можно доверять.

– Придется, если нет другого выхода.

Они спустились со второго этажа вниз. В большой комнате за столом сидел приятный молодой человек в штатском. Девушка его узнала.

– Добрый вечер, капитан. Если мне не изменяет память, то вы Валерий Торбеев?

– Коля доложил?

– Верно. Тот самый сержант. Друзья меня называют Аленой. Вы в курсе событий?

– Мне известно больше, чем вам.

Лена села за стол, а Сергей Алексеич возился с самоваром и доставал варенья.

– Я еще что-то натворила?

– Украли уникальный гарнитур, состоящий из пяти предметов. Белое золото, семьдесят пять уникальных изумрудов, триста двадцать два бриллианта по полтора карата каждый. Гарнитур оценен в четырнадцать миллионов долларов. Это его себестоимость, а не рыночная цена.

– И как же я это сделала?

– Во время вечеринки. В дамской комнате обнаружена сумка с платьем и косметикой. В кабинке нашли одну из манекенщиц, зарезанную ножом. Удар нанесен в горло. Точно так же погибла Анна Новоселова. Эта девушка и должна была демонстрировать гарнитур. Но она так и не вышла на подиум. Этого никто не заметил. Три сотни гостей, более сотни обслуги, сорок манекенщиц. Слишком многолюдно. Единственным человеком, кто покинул вечер в самом разгаре, была девушка в сером платье с рыжими волосами в дымчатых очках. Лифтер утверждает, будто из ее кармана в лифте выпали сережки. По описанию они соответствуют тем, что сняты с манекенщицы. Он доложил охранникам об увиденном. Девушке удалось убежать при помощи милиции. Меня допрашивали. Я еще не был в курсе событий и подтвердил, что помог девушке в сером платье, которая подвернула ногу. Сержант тоже рассказал о своей пассажирке, которая просила его избавиться от преследователей. Ими оказались охранники фирмы. Сержант отвез девушку в отель «Урал». После тщательной проверки нашли еще одну потерпевшую. Горничная Давыдова из отеля «Урал» показала, что видела воровку, которая украла ее розовую водолазку и джинсы фирмы «Вранглер» голубого цвета, а так же кроссовки тридцать седьмого размера. То, во что вы одеты сейчас. В урне найдены рыжий парик и очки, а в шкафчике серое платье. Горничная очень хорошо вас описала. Это описание сходится с описанием гостей вечеринки, которые видели похожую девушку в том платье, которое найдено в туалетной кабинке рядом с трупом манекенщицы. Дальше след подозреваемой обрывается, и вновь возникает возле дома Анны Новоселовой. Консьерж подтверждает появление в доме домработницы Лены в половине второго ночи. На ней была надета розовая водолазка и голубые джинсы. В это время произошла трагедия в квартире Новоселовой. Найдены отчетливые следы кроссовок. Пол залит кровью и следы, испачканных в крови кроссовок, видны возле трупа Анны и возле сейфа, из которого все исчезло. Что в нем хранилось, – никому не известно. Что касается следов от кроссовок, то горничная принесла вторую пару точно таких же, купленных подругой в том же магазине. Рисунок подошвы идентичен оставленным кровавым следам. Отпечатки пальцев в квартире найдены. Они соответствуют тем, что оставлены на дужках дымчатых очков, выброшенных в урну. С платья и парика отпечатки снять невозможно, но с пудреницы и колпачка помады, оставленных в туалете, их сумели снять. Все они принадлежат одному человеку. Объявили розыск, милиция несет службу в усиленном режиме. Воровка и убийца оставила после себя множество следов и подробное описание внешности. Известно ее имя, но оно может быть вымышленным. Сейчас следователи пытаются понять, каким образом она проникла в здание компании. Я ничего не сказал о том, что видел, когда и с кем вы входили. Я доложил о вашем выходе. Допрашивают гостей вечеринки, которые еще не уехали. Заказали чертежи коммуникаций здания и поэтажные планы с целью найти возможные лазейки.

Дело взял под свой личный контроль мэр города. Начальник управления лично ведет поиск. Дело еще не дошло до соседних областей и это единственный наш шанс.

– Вы видели фотографии, Валера?

– Да, конечно. Поэтому и согласился вам помочь.

– А как же отпечатки пальцев на ноже?

– Орудия убийства на месте преступления не найдено. Ни холодного, ни огнестрельного. Лобзарь уверяет, что видел мельком людей в масках, но тут же получил несколько пуль и потерял сознание.

– Как же они проникли в дом? Консьерж видел Лобзаря с моей матерью, потом меня и даже запомнил цвет водолазки и джинсов, а людей в масках просмотрел?

– Вы сказали с матерью?

Лена достала из кармана свой паспорт и свидетельство о рождении. Капитан просмотрел документы.

– Теперь я вам верю на сто процентов.

– Спасибо. Можно было сразу понять, что преступник, способный на серию убийств и ограблений, не оставит после себя стольких следов. Так что показал консьерж? – спросила девушка.

– Он видел, как приходили два водопроводчика. Они проверяли чердак. Где-то протечка. Но как выходили, он не видел. Внешность запомнил. Они были в бейсболках с грязными лицами.

– Значит, и его купили, – сделала она заключение.

– В доме живут руководители компании. Наверняка, Лобзарь установил за ними наблюдение. Так что охранник его человек, а не безработный с улицы. Следствие пройдет по сценарию Лобзаря. Тем более, что вы ему подарили хорошую идею и оставили за собой шлейф событий, свидетелей и следов. Будут находить и новых очевидцев. Пятьдесят на пятьдесят. Половина настоящих, половина лжесвидетелей. Однако общая картина будет прорисована со всеми деталями и выглядеть будет очень убедительно и правдоподобно.

– Вы правы. Надо взять на заметку ваше заключение. Пятьдеснт на пятьдесят. Откровенная ложь неубедительна, чистая правда скучна. Нужен коктейль.

– Зачем вам этот коктейль?

– Я репортер. Смотрю на события со стороны и вижу, что из невиновного человека можно сделать монстра, если смешать кубики, перетасовать факты и выставить на обзор публики совсем другую картинку. Главный свидетель превращается в обвиняемого, и его уже никто слушать не будет. Одних свидетелей убрали, других наняли, а самых наивных выслушали. Прекрасный расклад. Года три назад пропало уникальное ожерелье. Гарнитур. Его сделали по заказу Алмазного фонда. Я знаю точно, что моя мать его не крала. Знаю, что и Лобзарь к его исчезновению не имеет никакого отношения. Этот чудо-гаринитур может стать надежным оружием против Лобзаря. Другого способа засадить бандита за решетку я не вижу.

– Я что-то слышал о заказе Алмазного фонда, – вмешался Сергей Алексеич.

– Попытайтесь узнать все, что сможете. Лобзарь обвинил в краже мою мать. Чем это кончилось, вы знаете. Но у матери было такое же ожерелье, подаренное ей Семеном Акишиным более двадцати лет назад. Она сделала эскизы со своего гарнитура, и по ним заказали копии для Алмазного фонда. Лобзарь об этом не знал. А я и вовсе ни о чем не догадывалась. Черт меня дернул залезть в сейф матери и выбрать самую красивую безделушку, чтобы пустить пыль в глаза на приеме. Там он и увидел ожерелье на моей шее. А я в свою очередь Анну Новоселову назвала мамочкой. Мне удалось сбежать, как вы знаете, но моей матери пришлось расстаться с жизнью. В сейфе лежало много украшений с изумрудами и бриллиантами. Все исчезло.

– Собирайся, Алена. Пора, – сказал редактор.

Валерий подал ей спортивную сумку.

– Здесь для вас одежда и осветлитель для волос. Побудете какое-то время блондинкой. Вам любой цвет к лицу.

Алена поднялась наверх. Через полчаса она вернулась.

Перед ними стояла белокурая девушка с очаровательной улыбкой в форме лейтенанта милиции, с кокетливой пилоточкой на голове.

– Теперь нас никто не остановит, – восхитился капитан, глядя на девушку влюбленными глазами. – Во дворе стоит патрульная машина с маяками на крыше. Мы едем в Челябинск.

Лена взяла с пола свой рюкзак.

– Я готова.

Сергей Алексеич подошел к ней и поцеловал в лобик.

– Ни пуха, ни пера!

– К черту. Второй день подряд посылаю всех к черту.

Они ушли. Старик перекрестил их вслед, и ему стало очень одиноко и грустно. Одно радовало, есть, кому передать эстафету.

ГЛАВА III

1.

В Питере встретились две сироты. За лето девушки изменились до неузнаваемости. Нет, внешне они стали еще краше. Повзрослели, поумнели, похорошели, но души их стали подгнивать. На мир смотрели озлобленно, с нескрываемым презрением и опаской, обычные девичьи радости им стали чуждыми.

По вечерам они допоздна просиживали за столом и строили планы на будущее, которое определялось одним словом «месть». Сколько изощренного коварства и фантазии они вкладывали в свои мечты. Каким дьявольским огнем загорались их глаза, когда в голову то одной, то другой приходила новая идея.

Слишком неравными были силы. Враг могуществен и опытен. Любая атака обречена на провал. Рисковать они не имели права. Одна оплошность, и их сотрут с лица земли. Кто же будет мстить? Нет, собой рисковать нельзя. Они пытались решить личные проблемы, до которых никому не было дела. Рассчитывать на закон и власть не приходилось. Никто не встанет на их защиту. Надеяться можно только на самих себя.

Зимние каникулы провели в Москве. Посетили Оружейную палату и Алмазный фонд. Начали разбираться в драгоценных камнях. Завели знакомства с ювелирами и антикварами. Девушки легко шли на контакт с людьми, которые могли им пригодиться для дела. Учились стрелять, лазать по стенам, занимались восточными единоборствами, метали ножи, прыгали на батуте. На личную жизнь не оставалось времени.

Впрочем, это и была их личная жизнь.

Год пролетел как один день. Госэкзамены, диплом, распределение. Лене предложили остаться в Питере. Запрос пришел из трех газет, но она пожелала вернуться на свою малую родину. Лиля тоже не осталась без внимания. Ее звали в адвокатскую фирму, предлагали аспирантуру и милицейские погоны. Но она получила направление в прокуратуру Свердловской области на скромную должность дознавателя.

В начале августа обе вернулись на Урал дипломированными специалистами.

Приступать к работе девушки не торопились. Нужно протаптывать тропинки в запретные зоны. Требовались новые знакомства и связи.

На предварительную подготовку ушел еще один год.

Девушки хорошо освоились и добились поставленных целей.

Первая встреча выглядела совершенно безобидно. Один из крупных чиновников зашел в ювелирный магазин. Будучи большим специалистом по драгоценным камням, он осмотрел витрины и нашел пять-шесть изделий, стоящих внимания. Одно из них примеряла очень красивая блондинка.

– Вы сама ярче любого бриллианта. Стоит ли тратить деньги на дорогие побрякушки?

Девушка увидела его отражение в зеркале и улыбнулась.

Высокий, лет тридцати пяти франт с нескрываемым любопытством разглядывал милое личико с ярко-зелеными глазами. Он знал всех моделей в городе, но ни одна не шла в сравнение с незнакомкой.

– У меня слабость к красивым вещам, – тихо сказала девушка.

– Такие слабости стоят недешево.

– Деньги не главное. И не так уж дорого стоят эти безделушки. Дорого стоят настоящие прихоти. Но почему бы себя не побаловать, если очень хочется.

Девушка сняла колье, усыпанное бриллиантами, и вернула продавщице.

– Спасибо, я подумаю.

Она глянула на мужчину. Достойный кавалер. Его портил шрам на левой щеке. С другой стороны, он делал его мягкое лицо более мужественным и выразительным.

– Всего хорошего.

Очаровательная незнакомка направилась к выходу. Так просто упустить свой шанс было бы непростительной беспечностью.

Молодой человек догнал девушку. Она уже вышла на улицу.

– Позвольте пригласить вас пообедать со мной. У меня есть постоянный столик в неплохом ресторане. Там чудесная кухня. «Гонконг». Бывали там?

– Нет, не бывала. Я плохо знаю ваш город. Путешествую по Уралу. Хочу осмотреться. Все ли народное достояние разграбили или еще что-то осталось.

– Лучшее уже растащили по сусекам.

– Посмотрим. У меня есть время до отхода поезда. Плохой кухней я уже сыта. Ваше приглашение принимается.

Она не услышала его внутреннего вопля: «есс!», но его глаза о многом говорили.

– Прошу вас.

У магазина стоял белый «мерседес» с тонированными стеклами. Они сели на заднее сиденье. Шофер получил приказ ехать в «Гонконг».

– Меня зовут Олег. А вас?

– Лилия.

– Это настоящее имя?

– Кличками не пользуюсь.

– Извините. Я о другом. Если девушка примеряет бриллиантовое колье, то она вправе иметь маленькие женские секреты.

– Конечно. Секретов у каждой женщины много, но скрывать свое имя глупо. Я не шпионка и ничего ни у кого не украла.

– Заработали на бриллианты своим трудом?

– Рано овдовела. Кстати, он был очень известным ювелиром.

– Тогда я его должен знать.

– Не уверена. Впрочем, все возможно. Но его имени я вам не скажу. Маленькие женские секреты.

– Понимаю и не настаиваю.

Ресторан выглядел очень уютным тихим заведением. В дневное время здесь было немноголюдно. Достойная кухня и хорошее обслуживание. Похоже, Олега здесь прекрасно знали, и он входил в число самых почетных гостей.

– Жаль, что вы уезжаете. Я не успею познакомить вас с нашими достопримечательностями.

– Только не пытайтесь меня чем-то удивить. Непосильная задача. От фейерверков у меня рябит в глазах. Они утомляют. Стабильность и размеренный образ жизни, то, к чему я стремлюсь.

– И вы путешествуете одна?

– Я вполне самодостаточна.

– Где же ваше постоянное пристанище?

– В Санкт-Петербурге.

– Далековато.

– Конечно. Только с какого конца мерить.

– Разумеется, с вашего. Правда, здесь спокойнее и свободней дышится.

– На собственном огороде чувствуешь себя хозяином. Удельные князья всегда преувеличивают свою свободу.

– Не буду спорить. В наше смутное время передел собственности еще не завершен. Все зависит от гибкости и дальновидности тех самых удельных князей.

– Или их врагов.

Олег широко улыбнулся. Ему нравилась эта холодная расчетливая куколка. Она неглупа и красивее тех, которых он знал.

– Мне очень не хотелось бы терять вас из виду

– Чего проще. Через неделю я буду в Екатеринбурге и задержусь в нем на несколько дней. Если вы знаете похожие рестораны и там, то я составлю вам компанию. Только не рассчитывайте на быстрые победы.

– Никаких дурных мыслей.

– Но они естественны и даны людям природой. Женщины терпеливы, а мужчины подчинены страстям. Необходим сбалансированный компромисс. •

– Я согласен на любые условия.

Ловушка захлопнулась. Кто-то это понял, а кому-то невдомек.

2.

По всей вероятности Валера Торбеев был талантливым сыскарем. Алена встретила уже майора, а не капитана, и парня перевели из райотдела в управление. Возмужал, окреп, но до сих пор не женился. Он по-прежнему смотрел на девушку восхищенными влюбленными глазами, как на недосягаемую вершину.

– Дело давно закрыто и сдано в архив. О тебе забыли, Алена. Точнее, даже не о тебе, а о девушке в сером платье. В убийстве твоей матери обвинили заезжих гастролеров. Выловили шайку отморозков и на них повесили все грехи. Одним делом больше или меньше, значения не имело.

– Дело не закрыто, Лерочка. Я знаю убийцу своей матери. Он счастлив. Живет, цветет и пахнет. Мало того, он меня обобрал до нитки. Не стану утверждать, что моя мамочка была святошей, но она сколачивала свое состояние годами. А этот хмырь смел все ее накопления в свой мешок одним махом. Добро бы нуждался, а то так, до кучи. Я хочу вернуть свое наследство.

– Это каким же образом, позвольте спросить? Лобзарь Василий Иннокентьевич самый уважаемый предприниматель на Урале. Сила, власть, связи.

– Знаю. Но и ты знаешь, что Лобзарь всего лишь миф. Существует Пилепчук Родион Мефодиевич по кличке Снегирь. Мокрушник, осужденный на пятнадцать лет за серию убийств с ограблениями в семьдесят третьем году и сбежавший из колонии в семьдесят восьмом.

– Доказать этого нельзя. Кто попытается пойти против него, обречен на гибель – уверенно произнес майор.

– Цыплят по осени считают, Лерочка. Заявить вслух о Снегире мы еще успеем, а пока мне нужны деньги, чтобы начать широкую компанию против главного подонка Урала. Миллионного наследства мне хватит. Два года назад ты участвовал в поиске девушки в сером. Вы пытались понять, как ей удалось проникнуть на тот злополучный вечер. Ты говорил мне, что вам удалось раздобыть чертежи здания «Уральской короны» со всеми коммуникациями и поэтажным планом. Искали лазейки. Так?

– Я думаю, что чертежи подколоты к делу и сданы в архив. Лазейки имеются, но слишком экзотические.

– Найди мне эти чертежи.

– Хорошо. Но они тебе не помогут. Все ценности лежат в бункере. На пять уровней ниже первого этажа. Туда можно спуститься только на одном единственном лифте. Он блокируется с пульта управления. Три человека имеют коды доступа в хранилище, и попасть туда они могут только вместе. Один из троих сам Лобзарь.

– Сам себе не доверяет?

– Идея в другом. Его нельзя заставить открыть хранилище под дулом пистолета. Он не сможет этого сделать. Таким образом, он обезопасил себя от горячих голов. И не только. От любых высокопоставленных проверок тоже. Всегда кого-то из троих нет на месте, а заместителей у этих людей не существует. Их имена и должности тоже никому не известны.

– Красивая легенда.

Алена встала и подошла к окну. Они встретились на той же даче главного редактора, откуда он увозил ее в Челябинск.

– Вентиляция?

– Конечно, есть. Только этот способ уже хорошо известен по детективным романам и фильмам. Вентиляционные трубы не пустуют. В них установлены пропеллеры с мощными лопастями, которые порубят любого на куски, решетки, воздушные фильтры и вертикальные коробы без выступов. Хочешь прыгнуть в мясорубку? Изволь.

– Убедил, Но сокровища – не камни на дне реки. Они часто всплывают на поверхность.

– Конечно. Четыре раза в год. Юбилеи продолжают отмечать. К тому же существует традиция устраивать зимний, весенний, летний и юбилейные показы и торги.

– С одного юбилейного торга я уже сумела сбежать.

– Случайность. Но ты ничего не украла. Тем не менее, вызвала подозрение.

– И до сих пор не понимаю чем.

– Уронила сережки в лифте. Тебя не предупредили о главном. Гости не приходят на прием в изумрудах и аметистах. Они их могут купить. Твои личные украшения могут быть из бриллиантов, рубинов, гранатов, жемчуга, но не из тех камней, которыми торгует фирма.

– Остроумно. Такая идея могла придти в голову моей матери.

– Согласен. С ее уходом новых идей не возникало. Можно сказать, что она была настоящим стратегом.

– А я ее дочь. Будем уповать на наследственность.

– И все же излишняя самоуверенность может привести к плачевному исходу.

– Я и моя партнерша привыкли учиться на чужих ошибках.

– Еще одна девушка? Невелика армия. Нужны партнеры.

Алена отошла от окна и посмотрела на приятеля.

– Могу ли я на тебя рассчитывать?

– Если бы Лобзарь был честным человеком, то нет. Но он бандит и убийца.

– Это не ответ.

– Да.

Алена улыбнулась.

3.

Они прогуливались вдоль берега бурной реки, их окружали скалистые горы и тайга. Время от времени Шмыга останавливался, садился на камень и еще раз просматривал схему.

– Вас что-то смущает, Тарас Василич? – спросила Лиля.

Яшка помалкивал. В разговоре он не участвовал. Тема слишком сложная для его понимания.

– Все же ты нашла Снегиря. Ты не перестаешь меня удивлять, девочка. Яшкин отец всю жизнь положил на поиски четверых беглецов, но так никого и не нашел. Теперь в инвалидной коляске век доживает.

– От ошибок никто не застрахован. Но если бы вы не ушли в тайгу, то ваши бывшие дружки и вас бы не пощадили. Снегирь, Керя и Кардан купаются в роскоши, живут в свое удовольствие. Они непобедимы. Короли. Вас устраивает такое положение дел? Мы даже не догадываемся, скольких людей они погубили на пути к Олимпу. Нас здесь трое. И каждый из нас пострадал от рук этих отщепенцев. Предлагаете смириться? Я с такой позицией никогда не смирюсь.

– Молодо-зелено. Глупостей наделаете. Конечно, я вам помогу. Самому мне с задачей не справиться. Стар уже. Но у меня немало талантливых учеников. Они превзошли меня. Сейчас хороший вор не тот, кто режет карманы бритвой, а тот, кто имеет современную технику и умеет ей пользоваться. Надежные сильные люди. Один недостаток, они не умеют управлять автомобилями. Нам они ни к чему. От хорошего коня больше пользы.

– А что вы скажете о чертежах? Здание похоже на крепость.

– Любая крепость превращается в бедлам, если в ней возникает пожар. С пожарами может сравниться только ремонт.

– Во время ремонта торги не устраивают.

– Зато он будет очень кстати перед торгами.

– Осталось полтора месяца.

– Хороший дизайнер может увлечь хозяина новым интерьером для гостей, если ему будет, чем удивить клиента.

– Что даст косметический ремонт?

– Изолированные ниши, проходы и прочие фокусы, позволяющие превращать обычное помещение в шапку-невидимку. При покраске внешнего фасада появляются лишние сточные трубы. Много полезного можно извлечь из обычного мусоропровода. Чего мы только не вытворяли в свое время.

– Вы говорите о целой армии сообщников?

– Ремонтников. Платить им будет хозяин. Но среди ремонтников должны быть и мои люди. А пока перед вами лишь схемы. Судя по всему, здание продумано хорошо. Изъяны незначительны. Наше дело увеличить объемы этих изъянов.

– Остается убедить в этом Снегиря.

– У меня есть такой специалист. Он берет процент с добычи. Тридцать шесть ремонтов на его счету. С каждого проекта он снимал сливки. Большой спец. Он участвует только в подготовительном периоде. В поле зрения сыскарей никогда не попадал. В момент ограбления его люди в поте лица работают на другом конце страны. Железное алиби.

– Идея симпатичная. Но нам понадобится запасной вариант. Люди Лобзаря работают очень оперативно.

– Кислородные баллоны.

– Для чего? – удивилась Лиля.

– Пожарные используют кислородные баллоны, когда врываются в пылающее здание. Они смахивают на аквалангистов. Однако баллоны можно использовать как контейнеры для груза.

– Я вас не очень хорошо понимаю.

– Мысли вслух, дочка. Я сам себя еще плохо понимаю. Уцепился за одну мыслишку, и тащу ее за кончик. Авось, да вытащу что-то стоящее.

Лиля подмигнула Яшке. Кажется, старик увлекся. Вот так бы увлечь и Снегиря новым проектом.

4.

Василий Иннокентьевич Лобзарь провел дизайнера по залам.

– Вы правы, главный гостевой зал мы трогать не будем. Хорош! Слов нет. Но все прилегающие холлы, буфетную, туалеты, комнаты отдыха надо переделать.

– Согласен, Вениамин Львович. Мне не зря вас рекомендовали, эскизы восхитительны. Мы, конечно, страшно отстали. Анахронизм. Но меня смущают сроки. Через три недели у нас юбилей. Компании исполняется двенадцать лет. Дюжина. Успеем ли?

– Мои люди готовы работать в три смены. Если им не мешать, то успеем.

– На ночь в здании остается только охрана. Такие порядки.

– Очень хорошо. Нас не украдут и нам не будут мешать. Любой ремонт создает неудобства для сотрудников. Обычно нас просят работать ночью.

– Вы правы. Я подумаю. Но фасад мы трогать не будем. Займемся им позже. Сейчас главное сделать все, что связано с гостями.

– А что делать с пунктом наблюдения? Вы ознакомились с нашими проспектами?

– В залах нет видеокамер, дорогой Вениамин Львович. Никакой техники. Внизу магазин для всех желающих, там установлена техника, но не здесь. Если мои гости заподозрят, что за ними наблюдают или, не дай Бог, записывают на пленку, то я их не дождусь. Скажем так, они очень стеснительны и не любят афишировать свое присутствие на юбилеях. Их лиц не печатают в газетах, и они не попадают на экраны телевизоров.

– Вопрос снят.

– Пройдемте в мой кабинет и обсудим смету. Когда вы сможете приступить к работе?

– Стены начнут обдирать уже завтра. Уложимся в трое суток беспрерывной работы. Материалы доставят в течение одного-двух дней. Придется воспользоваться машинами. По железной дороге не успеем.

Лобзарь похлопал дизайнера по плечу.

– Мне нравится ваша хватка. Люблю деловых людей.

Оба расплылись в улыбках. Как хорошо, когда все хорошо.

5.

В Екатеринбурге Олег не чувствовал себя так уютно, как в своем городе. Эта зона принадлежала другому сообществу. Он приехал сюда за два дня до встречи с Лилей, заранее забронировав лучший номер в лучшей гостинице. Странное совпадение, буквально на следующий день отель начал заселяться известными людьми из центральной России. Похоже, здесь намечалось какое-то важное мероприятие. Участвовала ли в нем Лиля, Олег не знал. Он вообще ничего о девушке не знал, кроме того, что она ему очень нравилась, и он мечтал внести ее в список своих побед.

Олег всегда добивался поставленных перед собой задач, что сделало его одним из самых близких и доверенных лиц мэра города. Влияние молодого человека росло с каждым днем. Перед ним ставились все более сложные задачи, и он с ними справлялся. Вскоре он стал вторым лицом не только в городе, но и в области. Если мэра в большей степени интересовала политика, то Олег занимался финансами. Амбиции росли. Мэр уже метил в губернаторы. Выборы не за горами. Нужны средства. Такая кампания стоила немало. На мэра делали ставки многие предприниматели нечистые на руку, в том числе и король тайги Курбатов, близкий друг Чигарева. Одним словом, зрел сговор. Но Свердловская область не участвовала в делах соседей, и Олег чувствовал себя здесь чужаком. Очень трудно пускать пыль в глаза девушке там, где твой собственный авторитет равняется нулю.

Хороших ресторанов в Екатеринбурге хватало. Пришлось выбрать лучший и прикармливать его в течение двух дней, оставляя официанту, метрдотелю и швейцару солидные чаевые. Олег не скупился. Расшвыривать деньги на ветер он привык с молодости. Они легко ему доставались, и он с легкостью с ними расставался.

Встреча с Лилей началась с осмотра ювелирных магазинов. Один из них им особенно приглянулся. Он принадлежал известной компании «Уральская корона». Но в нем они тоже ничего не купили.

Поход закончился в ресторане. И здесь Олег вел себя как дома. Лучшие блюда, лучшие закуски.

– Странно, – удивлялась Лиля, – я много слышала о фирме «Уральская корона», но не увидела ничего интересного. Возможно, лучшие вещи они делают на заказ.

– Похоже на правду, – согласился Олег, разливая шампанское в бокалы. – Мой шеф хочет сделать своей жене подарок на тридцатилетие. Он очень хорошо разбирается в женских украшениях. Но ничего стоящего подобрать не может.

– И скоро у нее юбилей?