Текст книги "Тяжкие последствия (СИ)"
Автор книги: Михаил Француз
сообщить о нарушении
Текущая страница: 23 (всего у книги 23 страниц)
– Но зачем?..
– Я ещё не до конца изучил весь механизм воздействия «вводного инструктажа». Он очень… многоплановый. Комплексный. И есть в процессе излучение… очень похожее по параметрам на то, каким корабль защищался от криптонита… Не знаю, может быть, это паранойя… но мало ли…
– Ты боишься? – забеспокоилась Лана.
– Немного, – признался я. – Особенно после всех этих сегодняшних россказней про «Сагита»… Если на Земле появится мой «брат» криптонец, то он точно будет знать о моих слабостях. И может так случиться, что… я окажусь беспомощен.
– Кларк!
– Нет, не перебивай пожалуйста… Понимаю, что надёжнее всего всегда полагаться только на себя самого, но… Головой я человек. А человеку всегда нужна какая-то опора… поддержка. Ему нужно кому-то доверять… Жить, не доверяя никому… всё равно, что не жить вовсе. Я хочу доверять тебе… Может, это и глупо, но…
– Но, если кто-то другой?.. Найдёт?
– Не найдёт, – улыбнулся я. – В этих пещерах не найдут даже криптноцы. А взломать… материал этой стены прочнее всего, что есть на этой планете. Можно уничтожить планету, но стена останется целой. А замок… биометрический. Настроен только на меня… и сейчас настроим на тебя…
– Нет, стой! Не надо. Пусть останется только твой «слепок».
– Но как?.. Если что?..
– Твоим же пальцем, – улыбнулась Лана.
– Не доверяешь себе? – улыбнулся я. Лана лишь пожала плечами.
– Можешь считать параноиком и меня, – улыбнулась она. – Зато, никто не решит отрезать мне руку.
– Оу… об этом я не подумал, – показательно почесал в затылке я. Затем мы оба заливисто рассмеялись.
***
Глава 40
***
Вечером, в дверь нашего с Ланой дома постучал Лекс. Он выбралудачное время, как раз к ужину. Сегодня была не еда из доставки, а приготовленная Ланой. Она пыталась показать мне, что способна и готова создавать домашнюю атмосферу, в которой «усталый мужчина» мог бы расслабиться… ну, я так думаю. В целом, у неё получалось, как, в принципе, и всё, за что она берётся в серьёз.
– Заходи, Лекс, мой руки, садись к столу, – открыв дверь и впустив гостя, тут же принялся командовать я. – Все в порядке?
– Кларк… Нет, не всё… По воле отца, я больше не Лютер. Он лишил меня всего… Даже крова… – патетично начал Лекс.
– Тфу ты, напугал. Я думал, действительно что-то серьёзное, и «Алиса» какое-нибудь вторжение пришельцев проворонила или прорыв демонического плана, – изобразил плевок я (что я дурак что ли, в собственном доме на пол плевать?). – Заходи давай, Лана уже на стол накрывает…
– Что, даже чуть-чуть не пожалеешь? Даже совсем капелечку? – невольно улыбнулся он, проходя, разуваясь и скидывая своё пальто.
– А зачем? Тут у меня жучков и камер нет. Так чего выделываться? – хмыкнул я, усаживаясь за стол.
– Из любви к искусству? В качестве тренировки? – предложил варианты Лекс.
– Брось, из меня актёр, как из тебя балерина, – поморщился я, укладывая по сторонам своей тарелки столовые приборы.
– Маме нравились танцы, – усмехнулся Лекс. – И я посещал какое-то время балетную школу, Кларк. И ты знал об этом, Великий Искуситель.
– Просто, к слову пришлось, – стал мой весёлый взгляд ещё и хитрым весёлым взглядом. – Так что делать намерен?
– Страдать, – пожал плечами Лекс.
– А может, того, – повёл неопределённо-резко рукой я. – Команда «Алисе», и нет больше «Лютер-Корпа», есть только «Лекс-Корп»? А Лайнел работает гардеробщиком в Лекс-Плаза? И не выделываться?
– Нет, Кларк, это семейное дело. Дело принципа – переиграть отца на его же поле, – вложил себе за воротник белую салфетку Лекс.
– Ну, тогда страдай, – пожал плечами я. – Если хочешь, могу тебе даже в ночлеге отказать для полноты ощущений?
– Нет, Кларк, это будет уже переигрыванием, – поморщился Лекс.
– Ну, не знаю, – подмигнул ему я. – Придётся тебе тогда идти проситься на постой к Папе-Кенту. Может быть тебе даже удастся доказать ему, что не все Лютеры одинаково бесполезны… а там, что может быть гротескнее, чем Лекс больше не Лютер, чистящий коровники?
– Вот поэтому, Кларк, я и не сяду с тобой никогда играть в шахматы, – ухмыльнулся Лекс. – Умеешь ты делать неочевидные ходы!
– Ну так что? Каков план действий? И что вообще случилось? Я не собираюсь вмешиваться, как ты и просил, но чисто так, удовлетворить любопытство.
– Как я и предполагал, отец сговорился с Лукасом ещё до того, как я его «нашёл». Они спелись вместе и «оставили меня без гроша». В том числе и завод подгребли, подкупив несколько ключевых людей на разных уровнях. Отец умеет проворачивать такие схемы.
– Рейдерский захват? Уважаю, – кивнул я, отдавая должное приготовленному Ланой ужину. И было чему отдавать! Было действительно вкусно, о чём я не замедлил уведомить хозяйку.
– Ладно, Кларк, поспешу пожалуй к Джонатану, пока старшие Кенты спать ещё не легли, иначе, подозреваю, меня могут и с лестницы спустить.
– Это да, – кивнул я. – За Джонатаном не заржавеет.
– Лана, спасибо за отличный ужин, давно с таким удовольствием не кушал.
– Так заходи к нам почаще, – улыбнулась Лана. – Не только тогда, когда из дома выгоняют.
– Буду иметь в виду, – кивнул Лекс и покинул нас.
– Почему ты просто не оставил его у нас? – поинтересовалась Лана, когда Лекс скрылся из виду.
– Во-первых, по тем самым причинам, которые ему и озвучил, – ответил я.
– А во-вторых? – улыбнулась Лана.
– А во-вторых, я не люблю, когда тебе приходится сдерживать стоны, – поиграл бровями я. – Ну и в-третьих, я действительно хочу понаблюдать, как Лекс будет чистить коровники!
– Ты невозможен, Кларк, – прильнула ко мне Лана.
– Иди в душ, – промурлыкал ей на ухо. – А я приберу со стола…
– Хорошо, – чуть застеснялась она. – Я быстро.
– А я ещё быстрей! – подмигнул ей я.
***
Утром я-таки имел возможность наблюдать Лекса действительно убирающего в хлеву дерьмо за коровами. Причём, этот засранец даже не страдал по этому поводу. Пришлось и мне браться за вилы. Так, чисто за компанию. Заодно, обсудили немного положение дел в мире и некоторые намётки плана по улучшению условий жизни в Африке, как самом проблемном регионе планеты. Ближний Восток подзатих после того, как во время ядерного кризиса ведущие страны оттуда вывели свои контингенты войск и позволили Ираку с Ираном вздохнуть свободнее. Вот только Афганистану вывод войск на пользу не пошёл, и мне, скрепя сердце, пришлось это признать. А стало быть согласиться и с отправкой туда новых партий «миротворцев». Но теперь уже не для виду, и не для «крышевания» наркотрафика, а для реального наведения порядка. Для этой цели пришлось чуть ли не впятеро увеличить численность посылаемых войск против той, что былы прежде, до кризиса. Эх, опять война, опять потери солдат и смерти мирных жителей… опять сделка с совестью… Самому что-ли туда заявиться? Или допуск дать кому из генералов поадекватнее к лазерам моих спутников? Хотя, о чем это я? Генералы и адекватность? Да, действительно, чушь сморозил. Извините.
Вот так, неспешно сгребая и перекидывая навоз, два Тайных Правителя Мира вершили судьбы миллионов жителей планеты… Даже было бы смешно, кабы не было так грустно.
***
После уроков, я сидел в Тэлоне и смотрел телевизор. Ну, не совсем, конечно. Технически, это был всё тот же мой ноутбук, но открыта на нём была трансляция телевизионной передачи.
Шли новости. Сюжет об отправке войск в Афганистан. «Вода» и пропаганда, конечно, но общий настрой бравурный. Лекс умеет манипулировать правительствами так, что «картинка» получается яркая и красивая, в этом ему не откажешь.
Смотреть на это… на колонны техники и транспортных грузовиков с бойцами, идущие к кораблям и самолётам… было больно. Слишком жива была память «прошлой» жизни. Тогда тоже, уходили колонны… Вот только эти вот колонны, которые шли сейчас, направил не кто-то там, ни какая-то «мразь в верхах», а конкретно я. То есть, в «этой» жизни я и есть та самая мразь, которую проклинал в «прошлой».
Очень хотелось найти другой путь. Варианты перебирались в голове и отбрасывались. Хотя, их и было-то, тех вариантов: вмешаться лично или не вмешиваться вообще и забить на эту Богом забытую дыру.
Второй вариант был вовсе не вариант: оставить Афган без внимания – это получить пылающий регион в будущем, причём, в самом ближайшем будущем: боевики, шахиды, террористы, бандиты… расползутся по соседним странам, начиная наводить смуту уже там, просто от того, что по-другому жить не умеют и не хотят. И это не говоря ещё о наркотрафике…
Первый же вариант… да, я могу сам убить всех «антисоциальных элементов», более того, я все Афганские горы с землёй сравнять могу, превратив одну большую равнину, но… артиллерия выигрывает войны, но города захватывает пехота. Задача ведь не убить всех, а навести порядок.
Сюжет о войсках закончился. Начался следующий. Этот был об успехах Полиции и ФБР в борьбе с наркотрафиком уже местным, тем, что из Мексики идёт и Южной Америки. И успехи действительно впечатляли: разгромленные картели, тысячи арестов, сотни тонн изъятых и уничтоженных наркотиков, вскрытые съемы «отмывки» «грязных» денег, вскрытые покровители во властных структурах… Ну, что тут сказать? Когда «Алисе» даёшь команду, она выполняет её качественно. И мы с Лексом как раз вчера такую команду дали. Посмотрим теперь, во что это выльется. Природу человеческую одной командой не переделаешь. Хотя, Лекс убеждал меня, что, если правоохраниетельным органам не мешать, а действительно позволить делать свою работу хорошо, то ситуация может измениться к лучшему…
Посмотрим. Если он окажется прав, и из нынешней затеи выйдет что-то путное, то можно будет отдать и ещё команды. На очереди «китайский» наркотрафик и работорговля нелегальными эмигрантами…
От сложных и тяжёлых мыслей меня отвлекло появление в Тэлоне новоявленного Лютера. Того, который Лукас.
Паренёк был на взводе и на понтах. Шёл ко мне. И к Лане, что сейчас стояла за стойкой и проверяла кассовую отчётность.
– Кларк, Лана, – поздоровался он.
– Лукас, – ответил ему той же монетой я. Лана приветливо кивнула и улыбнулась.
– Я покупаю это кафе. Сколько? – пошёл в атаку он.
– Тэлон не продаётся, – удивлённо посмотрела на него Лана.
– Всё продаётся, – заявил он, отметя любые сомнения. – Так сколько?
– Парень, а ты ничего не попутал? – аккуратно поинтересовался я. Нет, Лекс, конечно, просил не вмешиваться, но этот сопляк сам ко мне лезет. Точнее, он лезет к Лане, но это для меня одно и то же.
– Нет Кларк, не попутал, – развернулся ко мне и начал «напрыгивать» и «петушиться» уже на меня он. – Я хочу купить это кафе! И ферму твоего отца. К нему я заеду позже.
– Лукас, – взлетели в изумлении мои брови. – А тебя никогда ещё с лестницы не спускали?
– Ты мне угрожаешь?! – начал заводиться… эм, нет, он уже пришёл заведённый сюда, так что скорее уж «отпскать пружину» он.
– Нет, – мягко, как несмышлёному малышу, улыбнулся ему я. – Просто, Джонатан Кент тебя, с таким предложением, именно что с лестницы спустит. И гипс на ноге ему в этом ничуть не помешает. Поверь мне, парень, рука у него тяжёлая, он капитаном футбольной команды был.
– Пусть только пальцем меня тронет, я его засужу! – продолжил нарываться этот неуравновешенный малолетка.
– Ну, удачи, – пожал плечами я и повернулся к своему ноутбуку, теряя всякий интерес к этому разговору.
– Я не закончил, Кларк! – буквально выбесило его моё равнодушие. Он схватил меня за плечо и развернул к себе.
– Ну, что ещё? – вяло поинтересовался я.
– Выгони Лекса! Иначе, я устрою вам всем такие неприятности, что вы сами все окажетесь на улице!
– Хм, ты меня заинтересовал, – сложил руки на груди, приготовившись слушать я. – И какие же например?
– Банк Смоллвиля принадлежит Лютерам, а значит и мне. Я потребую немедленного погашения всех ссуд и кредитов твоей семьи, и вы останетесь без гроша в кармане!
– Серьёзная угроза, – нахмурился я. Затем улыбнулся. – Была бы. Если бы у моей семьи был хоть один кредит в Смоллвильском банке.
– Не важно! Я найду тот банк, в котором у вас кредиты и…
– Ты не понял, Лукас, – стала ещё немного шире моя улыбка. – У нашей семьи вообще нет кредитов в каком-либо банке. У нас их просто нет. Мы никому ничего не должны.
– Как это? У всех есть кредиты…
– А, раз уж ты заговорил о банке, и являешься его владельцем, стоило бы поинтересоваться размером моего счета в этом банке, прежде чем идти сюда и бросаться угрозами. Просто, для лучшего понимания ситуации. Не выглядел бы сейчас так глупо. Ну или хотябы у Лайнела обо мне поспрашивать, – встал со своего стула я и покровительственно приобнял коротышку. Затем мягко развернул его и вместе с ним направился к ближайшему выходу из Тэлона. Ближайшим был служебный. И выходил он в глухой проулок, в котором никто не помешает мне отвесить этому малолетке смачного пенделя…
Вот только мне помешали. Пафосно подкатил какой-то азиат на ярко-салатовом мотоцикле, достал «Узи» и попытался наделать дырок в моём клиенте.
Мне это не понравилось. «Контроль», и дальше всё, как в шахматах… где одна сторона может делать сколько угодно ходов, а другая только столько, сколько ты ей позволишь. Читерство, одним словом.
Первое, что я сделал, это согнул своего клиента, и затолкнул его обратно в дверь Тэлона, как это делают профи-телохранители, одновременно с этим, выдернул из-за его пояса ранее уже виденный мною «Глок». Не отпуская одной рукой Лукаса, другую с «Глоком» я вытянул в сторону мотоциклиста и выстрелил.
Пуля в «Узи», что вышибает его из рук «киллера», по пуле в каждое колесо мотоцикла. И «отпустить» время до нормальной скорости.
Азиат изменением ситуации впечатлился. От того, тут же поднял вверх пустые руки, признавая, что был не прав и уже сдаётся. Я просканировал окружающее пространство на предмет других киллеров, не обнаружил таковых и позволил Лукасу разогнуться. Разогнуться и выйти из двери Тэлона.
– Кларк, как ты?.. – вякнул он и заткнулся, глядя на стоящего с поднятыми руками мотоциклиста.
– Шерифа звать? Или так его кончим? – спросил у Лукаса я.
– «Кончим»?! – шокированно переспросил новоиспечённый Лютер.
– Как скажешь, – пожал я плечами и прицелился азиату в голову.
– Стой! – повис у меня на руке Лукас. Азиат, не будь дурак, воспользовался заминкой, чтобы шмыгнуть за угол, от которого стоял буквально в паре шагов.
– Ну, твой враг – твоё дело, – вернул парню его пистолет я и спокойно пошёл обратно в Тэлон, оставив Лукаса снаружи разбираться со своими проблемами.
***
Лукас Лютер вошёл в кабинет замка, распахнув пафосные резные двери из натурального дуба с витражными стёклами.
– Отец?
– Лукас? – снял свои темные очки и улыбнулся Лайнел Лютер. – Я всё знаю. Ты не был бы Лютером, если бы тебя не пытались убить, – сказал и весело но негромко рассмеялся. Лукас оскалился ответно. – Хорошо, что Кларк Кент был там.
– Его реакция была быстрой, – поёжился Лукас, пряча улыбку.
– Кларк? Он очень… интересный человек.
– Кстати, что ты о нём знаешь? Я пытался угрожать ему, а он посоветовал обратиться к тебе, – прищурился Лукас.
– Угрожать Кларку Кенту? – вскинул брови Лайнел, а затем рассмеялся.
– Что тут смешного? – нахмурился Лукас.
– То, что последним из тех, кто совершил этот глупый поступок, был Морган Эдж, преступный босс, «держащий» большую часть Метрополиса.
– И?
– Перед тем, как отдал ему все свои деньги и очнулся в застенках у Братвы, в Питере. Запомни, Лукас, если ты действительно рассердишь Кларка Кента и заставишь его отнестись к тебе серьёзно, то просто исчезнешь, и никто, никогда тебя больше не увидит. Кент опасен настолько, насколько вообще к кому либо применимо само слово «опасность».
– Ты его боишься? – прищурился Лукас.
– Нет, – улыбнулся Лайнел. – У нас с ним слишком разные «весовые категории». Драконы за бабочками не гоняются.
– Дракон – это ты? – хмыкнул младший Лютер.
– Бабочка – это я, – рассмеялся Лайнел. – Играйте в ваши игры с Лексом столько, сколько хотите, Лукас. Главное, не злите «Дракона». Злой «Дракон» вам обоим не понравится.
***
Дальше я смотреть уже не стал. Внутренние игры Лютеров мне действительно не особенно интересны. Тем более, что Лекс просил не вмешиваться.
– Лана, можешь налить мне ещё тот коктейль, желтенький с зелёным, который. Как он, кстати, называется? – обратился к своей девушке, что священнодействовала за стойкой, я, отодвинув ноутбук, на котором только что закрыл прямую трансляцию с камер, установленных в Замке Лютера.
– «Волнистый попугайчик», – ответила Лана, двигая по столешнице стакан в моём направлении.
– Вкусный, – сказал ей я.
Пока в Замке жил Лекс, я соблюдал вежливость, и следящей аппаратуры своей не ставил, уважая его личное пространство. Но как только он «съехал», я не посчитал за труд потратить секунду своего времени, на исправление этого упущения. И вот теперь, имел возможность наблюдать интереснейшее «кино».
Как-как там Лайнел сказал? «Драконы за бабочками не гоняются»… Надо запомнить, красиво сказано. И довольно метко. Ну что ж, приятно осознавать, что в твоём окружении есть умные люди, которые хорошо знают своё место и положение. Интересно, а Лайнел понимает, что его сын, Лекс, в настоящее время тоже «Дракон» уже, а не «бабочка»? Или всё ещё не догадывается? Спросить, что ли?
***
Сегодня Лекс снова ужинал с нами. И аппетит его сегодняшний был даже лучше, чем вчерашний. Вот что животворящая физческая работа на свежем воздухе делает!
– Не думал на совсем обосноваться на ферме? – с улыбкой поинтересовался я.
– Знаешь, Кларк, действительно подумывал, – признался Лекс.
– Но что же останавливает?
– Официальный статус, Кларк, – без улыбки ответил Лекс. – Есть двери, в которые входить гораздо проще сыну миллиардера, чем фермеру. Понимаю, – остановил мои готовые уже сорваться возражения он. – Что тебя, к примеру, никакие двери не остановят. Но, всё же, иногда войти через парадный вход эффективнее, чем вломться в него же.
– Тебе видней, – пожал плечами я и отпил горячего компота. – Когда планируешь возвращаться?
– Эм… думаю, что через недельку, – ответил он. – В субботу мы с Лукасом проведём мероприятие, которое выведет на чистую воду отца. И вот сразу после него…
– Нужна помощь? Подстраховать?
– Затем и пришёл сегодня, – сказал он. – Просьба будет: не вмешивайся.
– О как? – округлил глаза я. – А будет повод?
– Ну, мы будем бренчать оружием. И ты можешь посчитать, что кто-то из нас в опасности, – уклончиво ответил Лекс.
– А это будет не так?
– Не так. Ну, или не совсем так, – отозвался он.
– Нет, Лекс. Можешь на меня обижаться, но я подстрахую. Вмешаюсь только уж в самом крайнем случае, – покачал головой я.
– Ладно, – улыбнулся Лекс. – Договорились.
***
Утром, в школе с пафосом, в новенькой парадной форме капрала Морской Пехоты появился Уитни Фордман. Что сказать? Носить её красиво он научился!
Не удержавшая чувств Лана даже бросилась к нему по коридору и радостно повисла на шее… потом опомнилась и отпрыгнула. Всё же, она теперь не его девушка. Я… сделал вид, что этого её порыва не заметил. Хотя, мне было неприятно. Да.
– Здравствуй, Фордман, – подошёл и поздоровался я с ним, как и полагается, за руку, по-мужски.
– Здравствуй, Кент, – криво улыбнулся он, глядя в мои глаза.
– Ты надолго, Уитни? – поинтересовалась Лана.
– На пару дней, – со вздохом ответил Фордман. – Дали небольшой отпуск после Индонезии, только сегодня приехал. А после завтра уже отбывать в новую командировку. В Афганистан, – после этих его слов я помрачнел. А ещё глянул на те часы, которые подарил ему перед отбытием того в учебку. «Пимпочка» была скручена, а кнопка вдавлена внутрь намертво…
***
Вечером, в Тэлоне была, стараниями Ланы, устроена вечеринка, в честь возвращения Уитни. Я не мешал. В конце концов, прекрасно понимаю чувства солдата, вернувшегося домой из… да не важно даже откуда. Главное, что вернувшегося. И домой.
Есть, конечно, психически нездоровые люди, которые, вернувшись с войны на гражданку, всячески пытаются привлечь к себе внимание, продолжая носить элементы военного обмундирования, постоянно к месту и не к месту вспоминая войну… в особенно запущенных случаях, спать на улице, в выкопанном в своём дворе окопе с винтовкой… Но это не столько ПТСР, сколько нездоровое желание вые… выпендриться. Привлечь к себе внимание, к тому, какой он «вояка» «страдалец»… Нормальные, психически устойчивые мужчины, возвращаясь домой, даже из очень хреновых мест, радуются. Радуются тому, что живы. Тому, что всё кончилось. Что здесь – это не там.
Ну и стараются поменьше болтать о том, как оно было «там». Это физически неприятно. Ведь «там»… было всякое. И за многое из того, что было «там», стыдно.
Уитни был психически устойчивым парнем. Он радовался. Общался с парнями из своей команды, с девчонками из поддержки. Много не пил, рассказывал не очень много, и, в основном, про учебку. Ну и про мирные дни в командировке.
Никакие «Смоллвильские» неожиданности вечеринку не омрачили. Не считать же серьёзным происшествием перепившего футболиста, который заблевал туалет и разбил раковину? Сам не поранился, и ладно.
Вечеринка закончилась, гости разошлись. А вот Фордман задержался. Пока Лана наводила порядок в зале, мы с Уитни присели в углу на диванчики.
– Кент, – опустив глаза и убрав улыбку, начал говорить Фордман. – Между нами было всякое раньше. Ты увёл мою девушку…
– Это жизнь, – философски пожал я плечами. – В ней действительно случается всякое. Надеюсь, ты не держишь на меня зла?
– Нет. Сейчас, нет… было время, когда злился. Очень злился. Хотел даже выбросить часы, – непроизвольно нащупал он названный предмет на своей руке. – Хорошо, что не выбросил… та кнопка… я нажал её.
– Я вижу, – вздохнул я. – Тяжко пришлось?
– Трое суток в отрыве от своих, – тихо проговорил Уитни. – Пайки и вода кончились. Основные силы отошли на тридцать километров… без нас. Как потом выяснилось… – я не прерывал. Не задавал вопросов. Захочет, расскажет больше. Нет, значит нет. – От взвода половина осталась… без ранений я один… Только тогда я нажал на кнопку… – зло сжал кулаки он. – Надо было раньше! – я ничего на эту его вспышку не ответил. Даже вид делать не буду, что понимаю его. Такое… очень трудно пережить, когда мог спасти, но не спас. И плевать, какие на то были причины.
– Когда нажал, что-то случилось. Не знаю что, я закрыл в тот момент глаза. Просто, раз, и все мы уже в другом месте. Нет ни взрывов, ни стрельбы, раны обработаны… и совсем не такие серьёзные, как были секунду назад… Мы все… все, кто выжил, поклялись молчать о произошедшем. Да и что бы мы рассказали-то? – криво ухмыльнулся Фордман. – Нас бы всем взводом в дурку упекли… или в застенки ЦРУ…
– Покажешь? – протянул руку я. Уитни поднял глаза, какое-то время смотрел, пытаясь понять для себя что-то, потом снял с руки часы и протянул их мне.
Я посмотрел на них, уцепился ногтями за едва-видимый кончик кнопки, не утопленный в «теле» часов и вытянул всю кнопку наружу. Потом показательно покрутил её на разное количество оборотов в одну сторону, в другую, понажимал кнопочки настроек часов. Даже подсветку включил раз пять. А в конце, достал из кармана защитную крышечку для кнопки, точно такую же, как была там раньше, и накрутил её на положенное ей место. После этого вернул часы владельцу. Это то, что видел Фордман. На самом же деле я уходил в «ускорение», включал «контроль» и «принтер», практически полностью переделав эти часы внутри. Настроив и оптимизировав их под работу с новым форматом Сети. Добавил несколько следящих устройств и, конечно же, восстановил устройство кнопки, подающей сигнал бедствия.
– На, пользуйся, – сказал ему я.
– То есть, это… действительно… из-за кнопки? – с глазами полными боли посмотрел на меня он. – То есть, я мог спасти и остальных, если бы нажал раньше? – я промолчал. Врать не хотелось. Да и понял бы он, что я вру. – Гадство… – отвёл взгляд и откинулся на спинку дивана он, закрыв ладонями пылающее лицо, со свистом втянул в себя воздух и опустил руки.
– Ты из Смоллвиля, Фордман, – всё же решил сказать я. – А здесь возможно всё. Любые чудеса… правда, чаще всего, страшные… Куда бы ты не пошёл, в какой части света не оказался, ты всё равно будешь парнем из Смоллвиля, городка, где чудеса случаются. Надо просто верить.
– В окопах нет атеистов, – невесело хмыкнул он. – Значит, чудеса?
– Да.
– Как в Японии?
– Как в Японии.
– И, если нажать на эту кнопку?.. – я пожал плечами.
– Кто знает? Может быть и случится. Зависит от того, насколько искренне молиться будешь.
– Молиться? Дело в этом?
– Уитни, – вздохнул я. – Вот что ты хочешь услышать? Всё, что мог, я тебе ещё перед отъездом твоим сказал. Ты сидишь здесь, живой. Хотя мог бы быть уже мёртв. Что тебе ещё надо?
– Ты прав, Кент, – после почти минуты молчания сказал Уитни, хлопнув себя по коленям. – Я живой. Что мне ещё надо?
***
А утром… я узнал, что Фордман застрелился. Одел свой парадный мундир, снял часы, положил их на стол своей комнаты. Вышел на веранду, встал по стойке «смирно», отдал кому-то «военный салют», приставил к виску пистолет и вышиб себе мозги…
Тело нашла его мать.
Я узнал о случившемся только в школе, от Ланы.
***
