Текст книги "Плацдарм в сарае (СИ)"

Автор книги: Михаил Антонов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 13 страниц)

Всё завертелось слишком стремительно: освобождение из плена, перелёт... Я даже не спросил, ел ли он сегодня. Поэтому я терпеливо дождался окончания процедуры. Когда крышка открылась, я кивнул на комплект одежды, который «Ковчег» подготовил для нового колониста. Слава тут же его примерил, и по его довольному виду я понял – ему всё нравится.

– Ну, как ощущения? Что видишь?

– Сложно описать... Я раньше пользовался 3D-очками – Oculus Rift, вроде назывались. Но то, что я вижу сейчас, рядом с ними даже не стояло.

– Ага, это интерфейс дополненной реальности.

– Интерфейс... Да, это просто какая-то новая реальность!

– Ладно, поехали обратно. Немного постреляем из винтовок и наконец-то перекусим.

– Артём, мне даже стыдно признаться, но очень хочется кушать.

Мы снова заняли места на платформе и полетели обратно к палаточному лагерю. В этот раз я не стал сдерживаться и прокатил Славу с ветерком.

Добравшись до места, я снова его удивил. Достал из окна выдачи пищевого синтезатора двойной чизбургер и стакан пива. Такого восхищения на его лице я ещё не видел.

– Да ладно! Быть такого не может! У тебя что, автомат с готовой едой всё время с собой летает?

– Слава, это не автомат, а пищевой синтезатор. Он создаёт еду и напитки по заданной программе.

– Фантастика!

Я достал для себя такую же порцию – чизбургер и пиво. Мы молча, если не считать хруст челюстей, принялись за еду. Заметив, что бутерброд у Славы исчез слишком быстро, я достал ещё один. Он с благодарностью принял его.

Глава 19

19

Перекусив на скорую руку, я сбегал в «Курьер» и принёс две охотничьи винтовки.

– Ну что, пойдём постреляем?

Мы вышли на берег реки, и я начал объяснять основы обращения с оружием.

– Слава, видишь иконку винтовки в своём интерфейсе?

– Неа.

– Смотри в верхнем левом углу.

– А, точно, вижу!

– Активируй её. Сконцентрируйся на ней.

– Получилось!

– Видишь прицельный маркер? Ну, красную точку?

– Вижу!

– Вот. Теперь поводи стволом.

– Она двигается!

– Отлично. Наводи на вон то деревце и жми на спусковой крючок.

Раздался выстрел. Снаряд попал точно в цель.

– Давай ещё!

Снова попадание. И ещё одно.

– Выбери новую цель. Например, вон то дерево справа.

Очередной выстрел – и снова точное попадание.

– Ну вот, принцип ты понял. Так это и работает.

– Здорово! Это действительно просто!

Слава ещё немного пострелял, после чего мы вернулись к платформе. Я достал ещё по кружке пива.

– Артём, а я могу управлять твоей платформой?

– Конечно. И не только платформой, но и пищевым синтезатором, и многим другим. Сейчас я передам тебе коды доступа. Развлекайся, а мне надо вернуться домой – жена с дочкой скоро приедут.

Я указал на палатку.

– Видишь вон ту палатку? Там есть раскладушка, если захочешь отдохнуть.

– Понял, хорошо.

Ну а я прошёл до перехода и сразу домой. Девчонки тоже были дома. Супруга на кухне ужин готовила. Подошёл и предупредил, что мы со Славой уже перекусили и собираемся на вечернюю рыбалку. О которой Слава ещё не знал. Достал из багажника Mitsubishi ящик с рыболовными снастями, с полки прихватил моток крепкой верёвки и пару перчаток.

Пройдя переход, сразу обнаружил, что платформы, как и Славы, не было. Понятно – катается. Тут же написал ему сообщение на нейросеть о том, что собираюсь на рыбалку и с предложением присоединиться. Долго его ждать не пришлось – через 5 минут он лихо подлетел и опустил платформу рядом со мной.

– Ну что, налетался?

– Неа, классный аппарат! На рыбалку мы на ней полетим?

– Нет, поплывём на лодке, она вон там на берегу. Мы немного до неё не дошли, когда ты опробовал винтовку. Пошли, всё покажу.

Лодка «Казанка» 5М2 оставалась ровно там, где я её и оставил в прошлый раз. Залез в неё, раскрыл рундук, пошевелил бак, проверяя количество топлива. Плещется, нормально. Топлива в баке может чуть меньше половины, но нам точно хватит.

– Артём, а почему не на платформе? На ней же интересней!

– Я по лодке соскучился, да и мотор давно без дела. С техникой, если она долго стоит и не работает, всякое случается: резинки ссыхаются, пластик лопается. Обкатать надо. Ты видел такого красавчика? Yanmar, дизельный, 36 лошадиных сил.

– А разве дизельные бывают?

– Редкость, но бывают. Давай помогай, столкнём лодку на воду.

Тишину вечернего озера резал только ровный гул дизеля – старенький мотор работал на малых оборотах, лениво толкая лодку вдоль камышовых зарослей. Солнце, красное и расплющенное, как раскалённая монета, медленно тонуло в воде, окрашивая её в цвет ржавого железа.

Мы со Славой уже второй час бороздили плёс, пуская снасти с тяжёлыми блёснами в глубину. Троллинг – дело неспешное, монотонное. Сидишь, слушаешь, как мотор давит обороты, а пальцы сами проверяют натяжение шнура – вдруг там, в мутной толще, уже осторожно пробует железо какая-нибудь щука.

Но щука не клюнула. Клюнуло что-то другое.

Сначала я подумал, что блесна зацепила корягу – такой глухой, тяжёлый удар передался в руку, что аж локоть заныл. Но «коряга» вдруг рванула в сторону, и верёвка дернулась, таща за собой лодку.

– Держи!

Слава мгновенно вскинулся и тоже схватился за шнур.

Я даже не успел ответить. Шнур резал пальцы, несмотря на надетые перчатки, пытаясь вырваться из рук. Что-то огромное, живое и злое тащило нас, будто мы не на пятиметровой лодке, а на скорлупке. Yanmar захлебнулся, когда я сбросил газ, и лодку развернуло.

– Да это же сом, ё-моё! – заорал Слава, увидев, как из воды всплывает широкий, как сковорода, хвост.

Рыбина шла кругами, давя глубину. Я чувствовал каждый её рывок – будто на том конце шнура привязан невод с камнями, который то дёргают, то бросают. Руки уже горели, а спина взмокла от напряжения.

– Тащи, не ослабляй! – Слава навис над бортом, руки его дрожали.

Ещё пара минут борьбы – и наконец-то перед лодкой, медленно, нехотя, всплыла огромная, цвета запёкшейся глины, голова. Маленькие глазки, усы, прилипшие к скользкой коже, и пасть, в которую влезли бы оба моих кулака.

– Давай, давай, подводи!

Я поднял верёвку ближе и правой рукой обшарил бардачок. Молоток – вот он.

– Слав, держи молоток. Как только достанешь до него, от души тресни сома по башке.

Навалился всем телом, заставив сома всплыть ещё, и в тот же миг Слава ударил. Промахнулся. Рыбина рванула, брызги полетели в лицо, но второй заход был точным – рыбина успокоилась.

– Та-а-ак, , потихоньку...

Мы втащили его в лодку, и сразу же фанерный пол прогнулся под тяжестью. Сом ещё бил хвостом, шлёпая по ногам, его слизь тут же размазалась по всему, но нам было не до этого.

– Ну и монстр! – Вячеслав сел на банку, вытирая пот со лба. – Килограмм на восемьдесят, не меньше.

Я только кивнул, разжимая пальцы – они дрожали, будто я час таскал мешки с цементом.

Yanmar между тем снова заурчал ровно, словно одобрял наш трофей. Мы возвращались по реке.

Когда мы вдвоём затащили лодку на берег, Слава обратился ко мне с вопросом:

– Артём, что дальше делать будем?

– Дальше? Дальше мы будем разделывать трофей: вырежем филе, засолим.

– Зачем? У тебя же есть пищевой синтезатор?

– Закончив с этим делом, я тебя угощу. У меня в лагере остался кусочек вяленого сома.

Оставив Славу в лодке, я дошёл до транспортной платформы, на которой слетал в лагерь за пустым контейнером и остатками соли. Я собственноручно срезал филе с правой стороны сома, а левую доверил непосредственно Вячеславу. Ну а что? Пусть получит навыки разделки рыбы – вдруг когда-нибудь пригодится.

Сложили филе в контейнер, и я щедро засыпал его солью. Затем тщательно отмыли нож и руки в реке, перенесли контейнер с засоленной рыбой в кузов транспортной платформы и поехали в лагерь.

Я сходил к навесу и отрезал кусочек сома, висящего на перекладине. Вернулся к платформе. Слава с восхищением доставал из окна выдачи два стакана с пивом.

– Вот, угощайся!

Слава принял деликатес тем же ножом, которым разделывали трофей, отрезал себе небольшой кусочек, сделал добрый глоток пива и закусил сомом.

– Вкуснотища!

Я согласно кивнул и тоже отхлебнул пива. Мы немного поболтали о предстоящих делах. Я рассказал Славе, что снова привёз две тонны лития, прикинул план на завтра: часов в восемь нам предстоит полёт в Венесуэлу за товаром. Слава ни разу не возразил, соглашаясь с каждым пунктом моего плана.

На моё предложение переночевать у меня дома он отказался, сказал, что здесь ему нравится: в палатке отличная раскладушка, а вместо душа он искупается в реке перед сном. На этом я оставил его, а сам полетел домой.

Зайдя в дом, я заметил супругу, которая не ложилась, несмотря на позднее время, и ждала меня с рыбалки.

– Милый, как дела? Получилось что-нибудь поймать?

– Всё хорошо. Поймали одного крупненького сома, разделали его и даже успели засолить.

– Молодцы! Кстати, как у Славы дела?

– Он вроде доволен, остался ночевать на той стороне в палатке. Я звал его к нам, но он отказался. Сказал, что там его всё устраивает.

Я принял душ и отправился спать.

Утром после завтрака я сразу предупредил супругу, что мне надо в тот мир. Мне показалось, что наличие на чужой планете Вячеслава как-то успокаивало мою супругу – тот факт, что я не один, придавал ей спокойствие. Поэтому она не возразила и пожелала хорошего дня.

Пролетев через переход, я направился прямиком к лагерю и с удивлением не нашёл в нём напарника. Я написал сообщение на нейросеть Вячеслава с вопросом: «Где ты?» На что получил ответ, что он купается в реке.

Я обнаружил его сидящим на носу лодки, довольного и счастливого, наслаждающегося утренним солнцем после купания в реке.

– Привет! Как дела? Как переночевал?

– Артём, дела отлично! Уснул как младенец, с утра вот пришёл на речку искупаться. Ты не представляешь, как это здорово: ходить, купаться, летать... Ты вернул меня к жизни, и это я не просто про ноги – это про всё. Я даже во сне не мог представить себе полёты на космическом корабле, иные планеты и всю эту фантастику. Большое тебе спасибо!

– Ладно, не парься, всё нормально. Собирайся – нам предстоит полёт.

Слава оделся в свой комбинезон и запрыгнул в кузов платформы. Мы полетели к «Квик-Джамперу». Мой искин Тёма снова согласовал с искином «Ковчега» открытие портала на высоте четырёх километров.

На этот раз в кресло пилота я усадил Вячеслава – всё равно полёт осуществлялся под управлением Тёмы. Сам разместился на диванчике, наблюдая за реакцией напарника.

Слава в кресле пилота выглядел как ребёнок, впервые оседлавший велосипед – глаза горят, будто боясь упустить что-то важное. Это был всего лишь его второй полёт, но он впитывал каждую деталь, как губка.

На экране бушевало пламя. Не то чтобы настоящее, конечно – просто трение о разреженные слои атмосферы раскаляло обшивку, камеры обзора передавали вид, как кораблик плывёт в багровых отсветах.

– Ну и? – я крикнул, пытаясь его отвлечь. – Красиво?

Он не ответил. Просто прижал ладонь к экрану, словно пытался поймать этот адский свет, лижущий корпус. Его пальцы оставляли потные отпечатки на холодном пластике.

И, чёрт возьми, было приятно смотреть, как кто-то ещё горит этим – не просто перелётом, а самой машиной, возможностями и перспективой.

Я не взял прежний состав боевых дройдов, взял только двух «Молотов» собственной разработки.

«Курьер» приземлился на том же футбольном поле. Мы вышли: я в скафандре, два боевых дройда и Вячеслав с винтовкой в руках.

Долго ждать не пришлось. Вскоре показались пикап Ford и внедорожник Chevrolet Tahoe, из которого вышел тот самый «Синьор Помидор» с новыми охранниками.

Этот не уважаемый наркопроизводитель вежливо поздоровался и сообщил, что привёз 400 кг кокаина. В уме я подсчитал, что это 500 долларов за килограмм – неплохая скидка.

Я велел, чтобы товар перенесли и сложили на аппарель. Два мужика из пикапа быстро перенесли восемь мешков из кузова и аккуратно сложили в указанном месте.

Кое-как выдавил из себя слова благодарности за успешно проведённую сделку. Несмотря ни на что, я пожелал ему успехов в бизнесе и упомянул о надежде на продолжение сотрудничества. Развернулся и направился к кораблю. Слава не отставал, то и дело зыркая на них взглядом, который, как ему казалось, выражал злобу и агрессию.

Слава, словно так и было положено, сразу занял место пилота. Я лишь усмехнулся. Наконец-то боевые дройды заехали на борт, и я отдал Тёме команду закрыть аппарель, не сводя глаз с мешков, лежащих на ней. Аппарель поднялась, и груз аккуратно свалился прямо к гусеницам дройдов. Только тогда «Квик-Джампер» взлетел.

Во время перелёта я не обращал внимания на Славу, погружённый в размышления о дальнейших планах. По-хорошему, ничто не держало меня на Земле. Со сбытом лития разберётся Слава, заработав ещё немного денег. Мне же предстояло отправиться на пиратскую станцию, чтобы попытаться сбыть кокаин, а заодно – собранные с пиратов нейросети и импланты.

В голове крутилась ещё одна мысль: неплохо бы прикупить искинов и вычислителей для оснащения кораблей, застрявших в пиратской ловушке. Фактически – заменить ими утилизированный экипаж. Также стоило заглянуть в мир Фатх, проверить дела на предприятии и, возможно, приобрести что-то вроде пустотной ремонтной платформы или малую судостроительную верфь. Идея о создании беспилотного боевого флота не отпускала меня. Главное – нам было из чего строить.

Погружённый в планы, я не заметил, как пролетело время. Вот мы уже входим в переход на Плацдарм. Все эти мысли разожгли во мне чувство – что я снова ничего не успеваю. Поэтому сразу после приземления практически выпроводил Славу в наш мир, поручив ему продать новую партию лития.

Транспортная платформа с дройдами – та самая, на которой я в прошлый раз перевозил контейнеры с литием, – уже ждала у «Грифона». Ещё до вылета я вызвал её с Ковчега для перевозки контейнеров с литием. Поручив Тёме проконтролировать процесс, облачился в скафандр, взял по два мешка с кокаином в каждую руку и за две ходки перенёс весь товар на борт «Грифона». Затем перегнал оба боевых дройда на транспортник, снял скафандр и на платформе вернулся домой. К этому моменту контейнеры с литием уже стояли во дворе.

То самое чувство – беспокойство, гложущее изнутри, – не давало мне покоя. Я метался по дому, не находя себе места. В конце концов позвонил жене и сообщил, что мне нужно отлучиться на неделю по делам. Не скажу, что новость обрадовала её – в голосе явно читались огорчение и капля разочарования. Но делать нечего: назвался груздем – полезай в кузов.

Уже на борту «Грифона» я в последний раз осмотрел груз: мешки с порошком, контейнеры с нейросетями и имплантами, боевые дройды, самоходную турель, которая оставалась на корабле и по причине своих габаритов не участвовала в разборках, модернизированный дрон «Стержень-7» с дополнительным ракетным вооружением, оружие пиратов. Ну что, вроде всё на месте. Можно взлетать.

Находясь в прыжке, поинтересовался у искина о построенном маршруте, намекая на посещение сектора, в котором находилась ловушка на пиратов.

– Тёма, мы как сейчас летим? Можем заскочить в тот сектор, посмотреть, как работает наша ловушка?

– Артём, такая возможность имеется. Вместе с тем должен тебя предупредить о том, что частое посещение сектора с пиратскими кораблями, подвергшимися хакерской атаке, чревато раскрытием тебя как главного интересанта и инициатора устроенных диверсий. Более того, не исключено скрытное присутствие разведывательных кораблей пиратского клана, ведущих скрытное наблюдение и не входящих в контакт с заражёнными кораблями. При определённых условиях они могут напасть на нас.

– Думаешь... Ладно, тогда сразу в мир Фатх. И кстати, что думаешь про бизнес с пиратами? В прошлый раз неплохо получилось, но я предпринял дополнительные меры для анонимности, провернул схему с курьером. Сейчас же собираюсь лететь на «Грифоне»?

– Артём, на самом деле коммерческие операции на пиратских станциях крайне распространены. Особенно когда речь идёт о новых технологиях, экспериментальном оборудовании или производственных линиях.

– И что, никто не преследует за это?

– Официально – конечно, преследуют. Но неофициально... Ты же знаешь, как устроен Фатх. Корпорации сами часто закупают через посредников, чтобы избежать таможенных пошлин и бюрократии.

– А если нас всё же поймают?

– Тогда, разумеется, мы будем отрицать, что знали о происхождении груза. Но шансы на нашу поимку невелики – у «Демонов Ночи» репутация. Они дорожат своими контрактами.

– Ладно, считай, что уговорил.

Грузовой корабль «Грифон» мягко выскользнул из пространственного прыжка, и перед мной раскрылась знакомая картина: планета Фатх, окутанный тонкой дымкой атмосферы, а рядом – вертящиеся вокруг него металлические огни орбитальных станций.

– «Грифон», это диспетчерская Фатх-хаб. Добро пожаловать, – раздался в эфире спокойный, слегка усталый голос.

– Спасибо. На этот раз без сюрпризов.

– Ну наконец-то, – в голосе диспетчера послышалась тёплая усмешка. – А то в прошлый раз ты притащил неописуемого монстра.

– Эй, ещё не вечер, – фыркнул я, откидываясь в кресле.

Орбитальная станция разрешила стыковку, и «Грифон» плавно двинулся к назначенному сектору. Я прильнул к обзорному экрану, разглядывая верфи. Мой взгляд сразу же выхватил знакомые очертания – у причала «Звёздного Утиля» кипела работа. Пустотные дройды и автоматические краны, словно пауки, облепили корпус разбираемого военного корабля, снимая с него броню и вытаскивая внутренности.

– Тёма, статус?

– Корабль разобран на 40,3%. Переработка идёт в штатном режиме.

– Неплохо.

Мой взгляд скользнул дальше, к дальней орбите, где должен был висеть «Мать Роя» – тот самый колоссальный авианосец, который я пригнал сюда несколько дней назад.

Но там было пусто.

Глава 20

20

Грузовой «Грифон» завис над причальной палубой «Звёздного Утиля». Его двигатели гудели, сопротивляясь турбулентным потокам, которые создавал корпус гигантского боевого корабля, брошенного на растерзание ремонтным дроидам. Этот монстр лежал на боку, словно выброшенный на берег кит. Его обугленные шрамы от плазменных попаданий зияли, как открытые раны.

Я облачился в скафандр, стоявший рядом с креслом. Автономный режим, проверка герметичности – иконка быстрой диагностики в моём интерфейсе загорелась зелёным. «Системы в норме». Открылась дверь перехода в грузовой отсек, в которую я и вышел.

– Открывай аппарель! – обратился я к своему искину.

«Грифон» послушно опустил аппарель. Холодный воздух устремился внутрь, а передо мной открылась панорама «Звёздного Утиля»: слегка ржавые платформы, снующие транспортные платформы с металлоломом, фигурки дроидов, занятые демонтажем узлов и агрегатов корабля.

А между мной и причалом – семь метров пустоты.

– Ну… Артём, держись, – пробормотал я, делая шаг на край аппарели.

Мышечные усилители скафандра мягко жужжали, подстраиваясь под мои движения. Я присел, почувствовал, как гидравлика напряглась, и – толчок!

Ветер свистел в ушах, палуба стремительно приближалась. На мгновение мелькнула мысль: «А если перелечу?» Но усилители сработали чётко – ноги коснулись металла с глухим стуком, амортизаторы гасили удар. Я качнулся, но устоял.

– Вот так-то лучше, – усмехнулся я себе под нос, распрямляясь.

Довольный собой, я направился к конторе. Я заблаговременно предупредил Начо о своём визите, в ответ получил сообщение, что он будет меня ждать.

Я поприветствовал своего заместителя и, как и в прошлый раз, попросил его проводить меня до склада с неликвидом.

– Начо, ответь мне, пожалуйста: почему я не наблюдаю авианосец на внешнем рейде? Извини, конечно, но я не верю, что он уже разобран за столь короткое время.

– А я его продал!

– Как продал? Кому?

– Как только ты улетел, ко мне обратился научный департамент Министерства обороны с предложением о продаже им авианосца Империи Зудо.

– А им-то он зачем? Он же старый и разбитый?

– Кстати, да. Это и были основными аргументами при торге. Они пытались выкупить наш трофей за смешные деньги, но я чувствовал, что он им нужен, и бился за хорошую цену как лев. Итоговая сумма – 8 миллионов 750 тысяч кредитов.

– Сумма неплохая, но, разобрав корабль, мы могли бы заработать больше.

– Артём, а могли бы и нет. Объявили бы его биологической или химической опасностью и просто конфисковали.

– Да, я об этом не подумал. Министерские могут устроить что угодно. Ладно, как распорядился вырученными средствами?

– Зная твоё отношение к кредитам, первым делом погасил долг за буксир. Остальное направил на расширение дела. Договор с Министерством войны, который ты заключил, – дело перспективное, но и старое направление забрасывать нельзя. Наши партнёры, вроде Сообщества Мусорщиков, могут уйти к конкурентам. Если в секторе Омега-9 будут осложнения, у нас возникнут проблемы с материалами.

Я украдкой взглянул на заместителя. Он выглядел серьёзным и собранным, искренне верящим в свои слова. Страхуется – молодец.

– В целом я одобряю твои действия. Теперь хочу услышать твои предложения. Какие трофеи нам сейчас выгоднее: корабли Коалиции или Империи Зудо?

– Артём, сделка с Министерством обороны была удобной, но, загружая «Звёздный Утиль» и арендуемые площади, мы не только зарабатываем, но и обеспечиваем работой людей. Это даёт нам авторитет. Поэтому я выбираю трофеи Коалиции. Не факт, что с другим кораблём Зудо повторится такой успех.

– Я тебя услышал, Начо. Более того, склонен согласиться.

Попрощавшись с заместителем и пожелав ему успехов, я зашёл на склад с неликвидом, устроился в своём «рабочем месте» – пустом контейнере – и взялся за взлом очередного сервисного дроида.

Этот контейнер, как и весь склад, был моим любимым местом. Здесь я лучше всего думал и планировал. Сейчас нужно было обдумать перспективы флота в системе Омега-9 и варианты его усиления.

– Тёма, есть вопрос. Мониторил рынок? Нужно узнать, есть ли в продаже средние ремонтные платформы для космического ремонта.

– Артём, доступ к торговым площадкам открыт. Есть предложения.

– Какие варианты?

На интерфейс вывелись три изображения – разные модели платформ.

– Первая: «Ястреб-М». Класс – средний ремонтный модуль. Автономность – 72 часа. Шесть манипуляторов, лазерная сварка, поддержка шести дронов-ремонтников. Цена – от 850 тысяч кредитов.

– Вторая: «Цех-Космос». Узкоспециализированная. Заточена под корпусные работы – броня, шлюзы, каркасы. Есть 3D-принтер для запчастей, но слабая электроника. 700 тысяч, функционал ограничен.

– Третья: «Арго-Рифт». Универсал. Чинит и корпус, и системы, но автономность – 48 часов, манипуляторы медленные. Зато дёшево – 600 тысяч.

Я хмурюсь, постукиваю пальцем по подлокотнику.

– А как на фоне малых автоматических верфей?

Изображения перестраиваются, появляется таблица сравнения.

– Малые верфи дороже – от 1,2 миллиона, но они могут не только чинить, но и строить. Однако требуют больше энергии и места.

– То есть если нам только ремонт – платформы выгоднее.

– Верно. Если не собираешься строить корабли с нуля – переплачивать нет смысла.

Я задумался, потом кивнул.

– Ладно. Сохрани данные, позже решим.

Следующий «пациент» ждал взлома, а мысли крутились вокруг платформ, верфей и денег. Деньги вроде есть, но выдергивать их из оборота не хочется. Товар есть, но его ещё продать нужно.

– Тёма, а что ещё есть? Может, что-то посерьёзнее или компактнее?

Искрин «оживился», голограммы сменились.

– Четвёртый вариант: «Валькирия-МК2». Военная ремонтная платформа. Броня, работа под огнём, двенадцать манипуляторов, импульсная сварка. Но цена – 2,3 миллиона, плюс нужна военная лицензия.

– Ого. Это почти верфь по цене.

– Не совсем. Она не строит, только чинит – зато быстро и в бою.

– Дальше.

– Пятый вариант: «Механик-Лайт». Облегчённая модель. Два манипулятора, вес втрое меньше стандарта. Можно буксировать даже «Квик Джампером». Цена – 400 тысяч, но ремонтирует только мелкие повреждения.

– Хм… А если брать не новые?

Голограммы сменились на потертые, с пометкой «б/у».

– Шестой вариант: «Старый Кузнец». Б/У ремонтные модули. Цены от 200 до 350 тысяч, но есть нюансы.

– Какие?

– Износ. Люфт манипуляторов, проблемы с подачей материалов. Один экземпляр – «Бурый», бывший корабельник Пояса Астероидов. Всего 180 тысяч, но у него свой искин, и он… проблемный.

Тёма свел данные в таблицу. Рядом с платформами появились три модели автоматических верфей.

– «НаноСтрой-7» – 1,5 миллиона, строит фрегаты до 50 метров.

– "МиниФаб АМР" – 1,8 миллиона, но может печатать детали из астероидного сырья.

– "ТяжМаш-Лайт" – 2,5 миллиона, почти полноценная верфь, но требует огромного питания.

– Вывод?

– Если только ремонт – бери "Ястреба" или "Арго-Рифт". Если хочешь задел на будущее – малая верфь, но готовься к затратам.

Артём задумывается, затем резко встаёт.

– Решено. Ищем "ТяжМаш-Лайт", но смотрим на скидки.

Определившись с малой верфью и попутно добыв коды доступа трёх сервисных дроидов, я покинул склад неликвида. Пора было лететь на пиратскую станцию клана «Демоны Ночи», где я планировал продать кокаин, трофейное оружие и нейросети пиратов.

Не рискнув проводить эксперимент по запрыгиванию с причальной палубы в грузовой отсек «Грифона», я вызвал с производственной площадки пустотную грузовую платформу. Она благополучно доставила меня на борт транспортника.

Прошёл пилотскую рубку, разоблачился и, устроившись в кресле пилота, отдал команду на разгон для прыжка к пиратской станции.

На этот раз «Грифон» подруливал к станции не с опаской, а с деловым расчётом. Пиратская станция всё так же висела в пустоте, но теперь она напоминала не разбойничье логово, а скорее… полулегальный торговый хаб. Грубый, но не убогий.

Раньше станция казалась грудой скреплённого космического мусора, но теперь я разглядел в её конструкции систему. Да, корпуса старых кораблей всё ещё торчали из её металлического тела, но теперь они не выглядели прогнившими – вполне нормальные, я бы даже сказал, интересное дизайнерское решение. Кое-где выкрашено в агрессивно-красный, фирменный цвет клана. Вместо хаотично мигающих огней – ровные строчки навигационных маячков, ведущих к причальным узлам.

Тёма, мой искин, связался с диспетчерской станции. Мы идентифицировались и, помимо координат причала, как и в прошлый раз, получили форму таможенной декларации. Указал всё: товар на продажу (кокаин, нейросети, оружие), личное оружие, отметил даже боевых дроидов, но с пометкой, что они не покинут корабль.

Корабль пристыковался. В скафандре, вслед за транспортной платформой с товаром, я прошёл через шлюз и, сверяясь со схемой, направился к уже знакомой таможенной зоне.

Таможенник в непримечательном комбинезоне без знаков отличия держал в руке планшет, сверяя наименования товаров, массу и объём. Как и в прошлый раз, я поинтересовался насчёт личного оружия:

– Извините, мне предъявить личное оружие?

– Не нужно. Вы были просканированы ещё по пути к таможенной зоне.

– Благодарю.

Состояние дежавю – всё практически один в один с предыдущим визитом. «Вот сейчас таможенник попросит пройти в служебное помещение…»

– И ещё… Могу я вас попросить пройти вон в то служебное помещение? Администрация станции хочет сделать вам специальное предложение.

Таможенник указал на дверь. Я уже знал, что там ничего страшного – просто коммерческое предложение на мой товар.

Знакомое помещение: небольшой кабинет со столом, за которым сидел мужчина среднего возраста в таком же комбинезоне, как у таможенника. Поздоровались, я присел в гостевое кресло.

Мне предложили продать весь специфический товар непосредственно клану «Демоны Ночи». Пришлось описать наркотик как «органический продукт»: эффекты (эйфория, прилив энергии, подавление чувства голода), способы употребления (вдыхание, курение, инъекции).

Ввиду того что наркотик был новый, мне заявили о проведении анализа и тестового применения на добровольце. Отметили, что тест будет проводиться в медицинской капсуле для контроля дозировки и фиксации результатов.

– Анализ займёт не больше часа. Можете погулять.

Оружие и нейросети купили без лишних вопросов. Сумма составила 429 тысяч кредитов, и практически сразу выдали «Кристалл» с переводом.

Если честно, я был немного разочарован. Я рассчитывал, что нейросети уйдут по 5 тысяч, но из-за того, что они были б/у, цену пришлось снизить вдвое. Тем не менее я чувствовал успех – прилетел на станцию без единого кредита, а теперь был при деньгах.

Яркие голограммы резали пространство, рассыпаясь вихрем рекламных слоганов:

– «Настоящий пиратский ром – вырви сердце у трезвости!»

– «Охота на головы – гарантия адреналина или возврат кредитов!»

Пол под ногами – отполированный до зеркального блеска чёрный камень, в котором отражались неоновые всполохи. Но если приглядеться, в швах между плитами – тёмные пятна. То ли машинное масло, то ли старая кровь, которую не отмыли после последней «шоу-программы».

Медленно шёл сквозь толпу, где мешались:

– Туристы в кричаще-ярких экзокостюмах,

– Наёмники с дорогим оружием на бёдрах,

– «Местные» – ухмыляющиеся типы в искусственно потрёпанных пиратских мундирах, готовые за пару кредитов сыграть «настоящих космических разбойников» перед доверчивыми богатеями.

Слева – «Таверна», фасад которой оформлен под старинный парусник, врезавшийся в стену станции. Из динамиков лилась залихватская музыка, а у входа стоял здоровенный вышибала с рогами, украшенными золотыми кольцами. Он оценивающе посмотрел на меня, но, видя, что я трезв и не ищу драки, потерял интерес.

Дальше – «Аллея Сокровищ», ряд лавок, где под бронестеклом мерцали «артефакты тысячелетий»:

– Якобы древние слитки,

– Карты сокровищ с «координатами легендарной добычи»,

– Даже «яйца дракона» (гарантированно неоплодотворённые, но красиво светящиеся в темноте).

Торговцы зазывно махали руками:

– Эй, капитан! Только для тебя – специальная цена!

Но их улыбки слишком напоминали оскал хищника, уже оценившего толщину моего кошелька.

В центре зала – огромная платформа, где шло «представление»: полуголые танцовщицы с бионическими конечностями крутились под лучами прожекторов, а из-под сцены периодически вырывались клубы дыма, скрывая ловкие руки карманников, обчищающих заворожённых зрителей.

Справа – «Арсенал Свободы», оружейный бутик в стиле ретро-футуризм. Внутри, среди хромированных стоек, томно развалился продавец в бархатном камзоле. Он лениво указал на новейшую модель плазменного кастета:

– Идеально для… деловых переговоров.

Прошёл мимо ресторана – там, за стёклами, богатые туристы с азартом ели синтетическое мясо, поданное под соусом, светящимся ядовито-розовым. Официанты в масках древних богов разносили блюда с «сюрпризами»:

– Кому-то в десерт подложат живой электровирус (безвредный, но щиплет язык),