156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Ложные клятвы » Текст книги (страница 1)
Ложные клятвы
  • Текст добавлен: 12 октября 2016, 04:21

Текст книги "Ложные клятвы"


Автор книги: Мэрил Хенкс






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 9 страниц)

Мэрил Хенкс
Ложные клятвы

1

Она не любила украшения. Почему? Это было неизвестно никому, и прежде всего ей самой. Скорее всего, в искусных изделиях из драгоценных металлов и не менее дорогих камешков она не видела ничего привлекательного. То, что для любой другой женщины являлось предметом гордости, поводом считать себя изысканнее, великолепнее себе подобных, для Дженнифер выглядело всего лишь безделушками – безусловно красивыми, но оставляющими ее глубоко равнодушной.

Исключением стали лишь серьги. Тяжелые, старинные, серебряные, филигранной работы, загадочно мерцающие жемчугом. Да дешевенький посеребренный медальон, купленный в невзрачной лавочке… На ее же взгляд, их ценность не поддавалась определению. Все сокровища мира были ничто в сравнении с ними.

Беря их в руки, глядя на них, Дженнифер мысленным взором видела лица людей, принадлежащих прошлому… Тому прошлому, которому нет возврата. И неважно, живы были эти люди или нет. Они остались в той, другой, жизни, там же, где и беспечная, жизнерадостная девчушка, едва достигшая совершеннолетия и так хотевшая любить и быть любимой.

Но хотя эти вещицы навевали порой весьма грустные воспоминания, Дженнифер никогда не расставалась с ними, словно они составляли частичку ее самой.

Вот и сегодня она привычно вдела серьги в уши и надела на шею медальон.

Догадываясь, что аукцион соберет общество самое блестящее, Дженнифер предпочла одеться скромно и неброско: ну куда ей соперничать со светскими львицами! Она остановила выбор на коротком темно-сером платье – ни в коем случае не вечернем! – дополнила его шелковыми чулками, а длинные, черные как вороново крыло волосы собрала в элегантный шиньон.

Сборы не отняли много времени. Едва раздался звонок в дверь, Дженнифер набросила серебристо-серое пальто из искусственного меха, подхватила замшевую сумочку, вышла на крыльцо своего коттеджика… и улыбнулась высокому, статному мужчине в безупречном вечернем костюме.

Эдвард Бэллами наклонился и чмокнул ее в щеку.

– Выглядишь ослепительно, как всегда.

В который раз Эдвард показался ей образцом респектабельности: голос звучал четко и размеренно, светлые волосы гладко зачесаны назад, аристократическое лицо лучится обаянием.

Стоял промозглый ноябрьский вечер. В свете уличных фонарей влажный булыжник мостовой мерцал и переливался точно золотая рыбья чешуя.

– Во сколько начнется распродажа? – полюбопытствовала Дженнифер, усаживаясь в роскошный лимузин Бэллами, снабженный помимо всего прочего еще и личным шофером.

– В половине десятого, после ужина а-ля фуршет с шампанским. Видишь ли, коллекция распродается небольшая, принадлежащая частному лицу, так что сам аукцион закончится довольно быстро.

Эдвард, прирожденный эстет, любил и ценил красоту. И мог себе позволить весьма дорогостоящее хобби: он коллекционировал драгоценные камни так, как иной собирает марки.

– Ты уже наметил себе что-нибудь? – спросила Дженнифер, едва лимузин выехал из переулочка, затерянного в самом центре города, и покатил на восток.

Голубые глаза восторженно вспыхнули.

– Бриллиант «Царица Савская».

– Как думаешь, многие захотят оспорить приз?

– Вообще-то народу приглашено немного. Узкий, избранный круг, так сказать. Однако претенденты непременно найдутся, как же без них!

– Но ты своего не уступишь?

Эдвард улыбнулся краем губ – похоже, сама мысль о возможном поражении несказанно его забавляла.

– Конечно. Бриллиант считай уже мой. Камень невелик, но безупречен, а огранка до чего великолепная! Для обручального кольца в самый раз.

Дженнифер недоуменно заморгала: последняя фраза застала ее врасплох.

– Ты, кажется, удивлена?

Она давно поняла, что Эдвард Бэллами питает на ее счет весьма серьезные намерения. Но, не будучи в себе уверена, не знала, радоваться ей или тревожиться.

А Эдвард, разгадав ее колебания, терпеливо выжидал, не теряя головы, внимательно просчитывая каждый шаг. Он не давил, не пытался форсировать события, довольствуясь просто дружбой…

Вплоть до сегодняшнего дня.

Машина притормозила на перекрестке, дожидаясь зеленого света светофора. В отблеске уличных фонарей Эдвард изучал четкий профиль своей спутницы – длинные темные ресницы, точеный нос, ласковый изгиб губ.

– Или ты не знаешь, что я люблю тебя и хочу назвать тебя женой?

Дженнифер понимала, что следует ответить, но, потрясенная внезапностью признания, словно онемела. Мысли путались.

Единственный сын и наследник баронета, Эдвард был красив, обаятелен, образован и тактичен. Блестящий ум и превосходная осведомленность во всем, что касалось фондовых бирж мира, принесли ему и собственный капитал, и уважение в деловых кругах.

А ей уже двадцать шесть. Прочие кандидаты в сравнении с Эдвардом заметно проигрывают, если она упустит этот шанс, другого может и не представиться. А ей так хочется обзавестись собственным домом и детишками, пока молода…

Выдержав минутную паузу, Эдвард невозмутимо добавил:

– Если ты согласна, я подумал, что после аукциона можно поехать ко мне…

Роскошный особняк на Ломбард-стрит девушка знала неплохо. Но в придачу к нему Эдвард владел еще и апартаментами в отеле «Виктория», и там Дженнифер еще не бывала.

Эдвард Бэллами, джентльмен до мозга костей, со взглядами весьма старомодными, теперь недвусмысленно давал понять, что, хотя до сих пор довольствовался отношениями чисто платоническими, продолжать в том же духе не намерен. Настало время выбора.

И что прикажете делать ей, Дженнифер? С тех пор как жизнь ее разбилась на мелкие кусочки, прошло больше пяти лет. Она искренне привязалась к Эдварду – значит, наверняка удастся выбросить прошлое из головы и начать все сначала… И дать ему то, что он требует?

– Ну так как же, дорогая?

Ясные, серые глаза безмятежно обратились на Эдварда.

– Я буду рада.

Торжествующе улыбнувшись, Эдвард завладел рукой спутницы и ласково сжал тонкие пальцы. Затем машина неслышно тронулась с места.

– Не вижу смысла затягивать с помолвкой, – проговорил он. – Как ты смотришь на то, чтобы сыграть свадьбу весной?

Еще минута – и лимузин свернул с шоссе на боковую улицу. Особняк, где проводился аукцион, переливался огнями. У высоких кованых ворот дежурил полицейский в форме. Взглянув на пригласительный, с золотым тиснением, билет Эдварда, он махнул рукой: проезжайте!

Лимузин величественно въехал на парковочную площадку, уже забитую машинами, и молодые люди вышли у внушительной двери, напротив которой застыл охранник в штатском.

– На сегодня вы свободны, Смизерз, – обратился Эдвард к шоферу. – Обратно мы возьмем такси.

Дженнифер, в который раз восхитившись тактичностью своего поклонника, ступила на мраморный пол вестибюля, где служитель в ливрее тотчас же подхватил ее пальто. Секунду-другую спустя их уже приветствовал седовласый хозяин – обедневший граф, как впоследствии выяснилось, – а еще один слуга подоспел с бокалами марочного шампанского.

Молодые люди проследовали в ярко освещенную столовую и там смешались с толпой разодетых гостей. Эдвард представил свою спутницу двум-трем друзьям, а затем, понизив голос, привлек внимание Дженнифер к паре охранников, что ненавязчиво расхаживали среди приглашенных.

Ужин а-ля фуршет удался на славу, шампанское лилось рекой. Эдвард, как всегда, излучал спокойную уверенность, однако за внешней невозмутимостью своего спутника Дженнифер ощущала нарастающее возбуждение, азарт заядлого игрока.

Ближе к половине десятого гости перешли в аукционный зал: просторный салон с двойными дверями в каждом конце. У входа каждому вручили каталог и проводили на места. Худощавый бодрячок, с редеющими волосами, тщательно зачесанными так, чтобы скрыть залысины, стукнул молоточком – и торги начались.

Среди выставленных на продажу драгоценных камней попадались и впрямь уникальные, как ограненные, так и кабошоны. Но Эдвард невозмутимо наблюдал за происходящим, не выказывая и тени интереса, пока дело не дошло до последнего лота.

Гулко откашлявшись, аукционер объявил: – Заключительный лот: бриллиант чистой воды, известный под названием «Царица Савская».

Подробно описав происхождение камня, он предложил начать с двухсот пятидесяти тысяч.

Цену набавляли понемногу: потенциальные покупатели пытались оценить, велика ли конкуренция. Сложив руки на коленях, Эдвард выжидал. И только когда цена дошла до трехсот пятидесяти, легко взмахнув каталогом, вступил в бой.

Двое претендентов выбыли довольно быстро, уступив поле битвы Эдварду и аристократического вида даме средних лет, в которой наметанный взгляд Бэллами сразу опознал перекупщицу.

Дама упорно не желала сдаваться. При каждом взмахе морщинистой руки рубин в ее перстне вспыхивал ослепительным алым пламенем. Цена взлетела еще на пятьдесят тысяч, и конкурентка покачала головой, признавая поражение.

– Четыреста тысяч фунтов! – в третий раз повторил аукционер, поднимая молоточек.

Эдвард благодушно улыбнулся Дженнифер. Та просияла в ответ.

Но вот взгляд аукционера, скользнув по залу, задержался на задних рядах… Бодрячок вопросительно изогнул брови, кивнул и возгласил:

– Четыреста пятьдесят!

Над толпой, точно ветер над полем, прокатился возбужденный гул. До сих пор конкуренты набавляли по пять или десять тысяч за раз. А тут вдруг кто-то взял да и повысил цену сразу на пятьдесят тысяч.

На мгновение Эдвард опешил. Но тут же голубые глаза воинственно сверкнули, и он, как ни в чем не бывало, надбавил столько же.

Аукционер бесстрастно повторил последнюю цифру и взглянул на нового претендента. Тот с ответом не замедлил.

Дженнифер закусила губу. Она-то надеялась, что, назвав сумму столь несусветную, новоприбывший исчерпал свой потенциал. А выходит, что нет!

– Ты, случайно, не видишь, кто против меня играет? – тихо спросил Эдвард, повысив цену еще на пятьдесят тысяч.

Дженнифер незаметно оглянулась через плечо. В дальнем конце зала небрежно прислонился к стене джентльмен в безупречном вечернем костюме. Он не смотрел в ее сторону, однако Дженнифер тотчас же узнала и надменную посадку головы, и непринужденную позу. Дыхание у нее перехватило, а сердце словно остановилось. Нет-нет, это не Дон. Не может этого быть!

А тот чуть повернулся, и Дженнифер отчетливо различила ястребиный профиль. Ох, Боже милосердный, эти властные, резкие черты ни с чем не спутаешь… Дженнифер чувствовала, что вот-вот лишится сознания, но не отрывала от него взгляда.

А Дон тем временем небрежным движением кисти снова увеличил цену. До сих пор Дженнифер и в голову не приходило, что Эдвард может проиграть. А теперь вдруг поняла: это – битва на равных.

Испугавшись, что Дон ощутит на себе пристальный взгляд и вспомнит ее, девушка заставила себя отвернуться и уставилась в каталог. Эдвард вопрошающе изогнул бровь. Дженнифер облизнула пересохшие губы и отрицательно покачала головой: дескать, нет, я его не знаю.

Легкий взмах руки – и на мгновение Эдвард снова оказался впереди. Семьсот тысяч фунтов!

Последовала недолгая пауза, в течение которой Дженнифер воспрянула духом. А затем аукционер объявил:

– Восемьсот тысяч!

Присутствующие затаили дыхание: надбавить сразу сто тысяч фунтов!

Эдвард стиснул зубы и резким жестом дал понять, что выбывает из игры.

Потрясенная до глубины души Дженнифер не могла не посочувствовать своему спутнику. Она знала: Эдвард охотно заплатил бы за бриллиант и больше, но, видя упорство противника, не видел смысла повышать цену.

Едва отзвучало сакраментальное: «Продано!», он поднялся, взял свою даму под локоть и помог ей встать. Эдвард искусно скрывал разочарование и обиду под маской несокрушимого спокойствия, однако Дженнифер понимала: ему не терпится уехать.

И это чувство она вполне разделяла.

Нельзя, чтобы Дон ее видел. Ни в коем случае! Девушка с трудом справлялась с паникой: ей хотелось растолкать толпу и броситься к дверям.

Ощущая на талии руку Эдварда, а в груди – холод, она медленно, насколько позволял людской поток, продвигалась к ближайшему выходу. Вот взгляд Дженнифер упал на темноволосого, высокого джентльмена в двух шагах от нее, и сердце у нее замерло… Но нет, этому краснолицему толстяку уже за сорок! Слава Богу, не тот!

Они дошли до дверей, когда подоспел кто-то из приятелей Эдварда.

– Не повезло, – сочувственно заметил он. – Что называется, нашла коса на камень!

– Ты не заметил, кто это?

– Доналд Брустер, банкир-мультимиллионер из Штатов. Я слышал, он нарочно приехал. Видать, давно положил глаз на камушек.

– Так я и знал, – процедил Эдвард сквозь зубы. – Мы с Брустером и раньше сталкивались…

Дженнифер пошатнулась, словно получив удар в солнечное сплетение. Ей и в голову не приходило, что эти двое знакомы. Таких совпадений просто не бывает! И все же есть же пословица: «И гора с горой сходится»!

– Если мерзавец что-то решил заполучить, нипочем не отступится, всех сметет с дороги! – не унимался Эдвард.

И ничуть не погрешил против истины. Не прошло и шести недель, как Дженнифер рассталась с Доном, а частный детектив уже разыскал беглянку и следил за каждым ее шагом. И снова бегство, жизнь под чужим именем, игра в прятки… Девушка непроизвольно задрожала.

Уловив ее смятение, Эдвард подавил вспышку гнева и полюбопытствовал:

– Ты ведь с Брустером не знакома, нет?

– Нет, – еле слышно подтвердила Дженнифер, чудом обретая голос.

– Что-то не так? – заботливо осведомился он. – На тебе лица нет.

– Все в порядке, правда. Так, следствие шока.

– В столовой как раз разносят кофе. Может, присядешь, выпьешь чашечку?

– Нет!.. Нет, спасибо, – добавила она уже спокойнее.

– Тогда схожу за твоим пальто. – В голосе Эдварда отчетливо слышалось облегчение.

Вернулся он очень быстро, однако Дженнифер минуты ожидания показались веками. Молодые люди уже направлялись к выходу, как вдруг из-за колонны навстречу им выступил темноволосый мужчина. Росту в нем было все шесть футов, а благодаря широким плечам он казался еще внушительнее и выше. Неужели поджидал в засаде?

Сердце Дженнифер неистово заколотилось в груди, воздуха отчаянно не хватало. Оказавшись лицом к лицу с человеком, с которым она от души надеялась никогда больше не увидеться, бедняжка пыталась сохранить спокойствие, но тщетно. Что бы ни произошло, навредить мне он больше не может, словно заклинание мысленно повторяла Дженнифер.

И сама себе не верила. Снова накатили страх, и боль, и воспоминание о былой обиде.

Скользнув по ней взглядом, высокий брюнет протянул руку Эдварду.

– А, Бэллами… Недурно держались… – снисходительно произнес он.

Скрывая неприязнь, Эдвард пожал протянутую руку.

– Думаю, мы в расчете?

– А я вот так не думаю, – невозмутимо отозвался Дон.

Пауза грозила затянуться. Видя, что недруг удаляться явно не собирается, Эдвард волей-неволей вспомнил об учтивости.

– Дженнифер, позволь тебе представить мистера Доналда Брустера.

Гордость и отчаяние не позволили ей отвести взгляд. Подняв голову, она разглядывала узкое, властное лицо, нос с горбинкой, четко очерченные губы, ожидая, что Дон вот-вот объявит, что они давно знакомы. И, чувствуя исходящую от мужчин взаимную враждебность, отлично понимала: новость эта Эдварда отнюдь не порадует.

Ах, лучше бы она сразу созналась, что знает Дона… Но, отрекшись от знакомства с ним, Дженнифер сама усложнила себе жизнь, запятнала себя ложью…

– Брустер, это моя невеста, мисс Грехэм.

– Счастлив познакомиться, мисс Грехэм, – небрежно обронил Дон, поднося к губам руку девушки. Во взгляде его читалось холодное безразличие, и, к превеликому изумлению Дженнифер, слова прозвучали данью вежливости – и только.

Она прерывисто вздохнула, чувствуя, как в душе пробуждается слабая надежда. А вдруг Дон и впрямь ее не узнал?

Разумеется, фамилия Грехэм ему незнакома. А поскольку при крещении ее нарекли Джозефина Дженнифер, с самого детства она звалась Джо…

Кроме того, со времен их последней встречи она разительно изменилась. Пять лет назад у нее были пухленькие щечки, густые, шелковистые брови она еще не подправляла при помощи щипчиков, а копна кудряшек топорщилась во все стороны.

Но главная перемена произошла в манере держаться. В далеком прошлом осталась живая, подвижная, точно мячик, девчушка в затрапезных джинсах, с неизменной улыбкой и искрящимися смехом глазами, простодушная и приветливая, точно щенок-лабрадор. Ее место заняла стройная, изящная, элегантно одетая дама, уверенная в себе, умудренная опытом… Серые глаза глядят настороженно, губы надменно сжаты. О да, она и впрямь изменилась.

Но едва жаркая ладонь накрыла холодные пальцы, колени Дженнифер подкосились и все ее существо непроизвольно отозвалось на небрежное прикосновение. Этот человек всегда обладал над ней неодолимой властью, притягивал к себе словно магнит вопреки ее воле.

Борясь с паникой, Дженнифер твердила про себя: «Я давно повзрослела. Я уже не юная, уязвимая дурочка. Кроме того, я не одинока. У меня есть Эдвард. При необходимости мне будет на кого опереться».

Но ведь необходимости и не возникнет! Судя по учтивой отчужденности, Дон давно позабыл ее… так что, благодарение небу, никакой опасности и в помине нет!

Или есть? Что, если Дон затевает очередную каверзу? Если и так, то подыгрывать ему она не собирается!

– Здравствуйте, – еле слышно пролепетала Дженнифер, отнимая руку.

– Вы давно помолвлены, мисс Грехэм?

Вопрос застал ее врасплох. Она беспомощно уставилась на собеседника, не зная, что сказать.

– Просто меня удивило, что кольца вы не носите, – пояснил Дон. И, обернувшись к нахмуренному Эдварду, улыбнулся чуть насмешливо. – Мне вот пришло в голову: возможно, у вас были свои причины сражаться за «Царицу Савскую»?

Да уж, Дон всегда отличался недюжинной проницательностью, с невольным восхищением подумала Дженнифер.

– Вы уж нас извините, – коротко бросил Эдвард, демонстративно пропустив вопрос мимо ушей. И подхватил свою даму под локоть. – Если мы не поторопимся, того и гляди останемся без такси.

– А куда вам? – осведомился Дон, не трогаясь с места.

– Альберт-стрит. – Похоже, Эдварду стоило немалого труда держаться в границах учтивости.

– Знаете, а ведь и мне туда же… Я на машине, так что с удовольствием вас подброшу.

Затаив дыхание, Дженнифер искоса посмотрела на Эдварда и с радостью отметила, что тот вроде бы соглашаться не склонен. Однако не успел ее спутник и рта раскрыть, как Дон любезно продолжил:

– Если вы все еще заинтересованы в бриллианте «Царица Савская», мы могли бы обсудить по дороге возможность…

Эдвард напрягся. Дженнифер видела: он одержим желанием заполучить камень. Неужели ее жених поступится гордостью и снизойдет до переговоров? Но Дону-то это зачем? Если он и в самом деле прилетел из Штатов за «Царицей Савской», с какой стати уступать драгоценный приз конкуренту? Дженнифер с трудом сдержала нервную дрожь и мысленно взмолилась, чтобы Эдвард отказался.

Однако, к вящему ее ужасу, поразмыслив пару секунд, он сдержанно кивнул.

Уже на пути к выходу Дженнифер заметила, как две дамы, увлеченные разговором, умолкли на полуслове и украдкой оглянулись на Дона. Не будучи красавцем в классическом смысле слова, он так и излучал энергию и мужественную, решительную силу, перед которыми большинство женщин просто не в состоянии устоять!

Снаружи все тонуло в густом тумане. В белесоватой мгле слышно было, как хлопают дверцы машин и оживают моторы. Еще несколько шагов – и перед ними обозначились очертания серебристо-серого «мерседеса». Дон извлек ключ, и не успела Дженнифер воспротивиться, как ее усадили на переднее сиденье, в то время как Эдварду пришлось устраиваться сзади. Судя по всему, ситуация его явно не радовала. Дон невозмутимо уселся за руль.

– Вам удобно, мисс Грехэм?

В свете приборной доски взгляды их встретились. На какое-то мгновение Дженнифер показалось, что зеленые глаза и заданный вопрос таят в себе издевку, словно собеседник отлично понимает, в каком неудобном положении оказалась девушка. Но ощущение тут же развеялось: эта фраза всего лишь формула вежливости в устах постороннего человека.

– Вполне, благодарю вас, – равнодушно откликнулась Дженнифер.

Два луча фар щупальцами прорезали туман, и роскошный «мерседес» влился в поток машин, медленно вытекающий сквозь ворота на Корред-плейс. За пределами тихой площади вовсю бурлила ночная жизнь. Искусно лавируя между автомобилями, Дон осведомился:

– А чем вы занимаетесь, мисс Грехэм? Или, может быть, вы достаточно обеспечены и в работе необходимости нет?

Дженнифер очень не понравились и вопрос, и интонация, с которой он был задан. Мгновение поколебавшись, она сухо ответила:

– Я работаю секретаршей у леди Бэллами.

– В самом деле? Ну что ж, если это – должность с квартирой по месту работы…

– Ничего подобного! – резко оборвал его Эдвард. И, не скрывая раздражения, добавил: – Вы, кажется, собирались поговорить о бриллианте?

– Ах да, бриллиант!.. – Дон искусно воспроизвел аффектированные интонации собеседника. – Для такого небольшого камня он произвел настоящий фурор, вы не находите?

– Я слышал, вы прилетели из Штатов специально ради этой распродажи?

– И кто же так говорит? – Дон, похоже, карты раскрывать не собирался. Он ловко проскользнул между автобусом и такси и, как ни в чем не бывало, продолжил беседу: – Собственно говоря, я едва не пропустил ее. Рейс задержался из-за каких-то технических неполадок. Я только-только успел переодеться, взял напрокат машину – и прямиком на аукцион!

Жаль, что не опоздал! – со вздохом подумала Дженнифер.

– Удивляюсь, что вы не воспользовались телефоном, – кисло заметил Эдвард.

– Набавлять цены по телефону как-то скучно, вы не находите? – саркастически отозвался Дон, улыбаясь краем губ. – То ли дело торговаться на месте! Особенно когда битва идет нешуточная. Должен признать, что в отношении первых нескольких лотов я ожидал большего энтузиазма…

Дженнифер отлично знала, что Дон терпеть не может светской болтовни. Глядя прямо перед собою, прислушиваясь к низкому, с хрипотцой голосу, анализирующему результаты торгов, девушка напряженно гадала, что же Дон затевает. Очень скоро ее осенило: а ведь вместо того чтобы прямо перейти к делу, он намеренно тянет время.

Но зачем?

Доехав до Альберт-стрит, Дон оглянулся на пассажира, сидящего на заднем сиденье, и, оборвав фразу на полуслове, уточнил:

– Отель «Виктория», верно?

Затем, не дожидаясь ответа, свернул в тенистый дворик и затормозил у крыльца миниатюрной эксклюзивной гостиницы. Значит, он и точный адрес знает! Дженнифер досадливо закусила губу. Эдвард вышел из машины вслед за ней, на лице его отчетливо читалось раздражение.

– Ну и как насчет «Царицы Савской»? Пожалуй, стоит назначить отдельную встречу, чтобы обсудить детали? Какие время и место вас устроят? – коротко осведомился он.

– Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? – вкрадчиво намекнул Дон.

Дженнифер была уверена, что после поражения Эдвард предпочтет отложить разговор до тех пор, пока не успокоится. Однако, как ни странно, жених ее согласился.

– Тогда, может, зайдем в бар и пропустим по стаканчику?

– Я бы предпочел поговорить в номере, – невозмутимо предложил Дон. – В тишине и с глазу на глаз.

Ах, вот в чем разгадка! В силу каких-то личных причин Дону любопытно было взглянуть на апартаменты противника. Понимая, что Эдвардом бессовестно манипулируют, Дженнифер мысленно взмолилась, чтобы у жениха хватило ума послать своего мучителя к черту. Но не успел Бэллами ответить, как швейцар уже услужливо распахнул перед гостями тяжелую стеклянную дверь.

– Ну и скверная же погодка выдалась, господа!

Эдвард угрюмо кивнул и, стиснув зубы, направился через сияющий золотом и стеклом холл к лифту.

Гостиная радовала глаз: пол устилал ковер цвета спелой сливы, внушительные кожаные кресла так и манили присесть, на стенах красовались дорогие гравюры. Комната несла на себе несомненный отпечаток личности владельца: красота и уют, подкрепленные большими деньгами.

Эдвард помог своей даме снять пальто, повесил его в шкаф и подошел к бару.

– Чего тебе предложить, дорогая?

– Спасибо. Может быть, кофе, но попозже, – качнула она головой.

Жестом пригласив гостя сесть, Эдвард извлек на свет бутылку виски.

– А вам, Брустер?

– Я за рулем, так что тоже ограничусь кофе.

Самому Эдварду явно требовалось подкрепить силы. Он плеснул себе неразбавленного виски и, жадно глотнув, направился в кухню.

– Вы не возражаете, если я осмотрюсь здесь? – небрежно спросил Дон. – Одно время у меня была квартира с гостиничным обслуживанием… но я ее продал…

Вспомнив недолгое пребывание там, Дженнифер вздрогнула. Ночь, предполагавшая стать счастливейшей в ее жизни, обернулась кошмаром.

– А теперь вот подумываю завести тут второй дом, ведь в Бристоле я бываю частенько, – продолжал тем временем Дон. – Все лучше, чем отели.

Ничуть не скрывая своего интереса, Дон вразвалочку прошелся по апартаментам, нахально заглянул в небольшой рабочий кабинет, просторную спальню, ванную…

Устроившись на краешке дивана, Дженнифер настороженно наблюдала за ним. Ох, ну зачем Дон снова вошел в ее жизнь! И ведь выбрал же момент, когда она вот-вот примет на себя новые обязательства!

Позабыть Дона она так и не смогла. Зато ей почти удалось отстраниться от прошлого, убедить себя, что этот человек больше ничего для нее не значит.

Но прошлое воскресло словно по волшебству. Пусть в присутствии Дона Дженнифер терзалась страхом и болью, однако при одном лишь взгляде на него у девушки перехватывало дыхание, а сердце ныло от мучительно-сладкой тоски.

Дон оглянулся… и встретился с нею взглядом. Затем, будто прочтя в глазах Дженнифер то, что она отчаянно пыталась скрыть, пересек комнату и уселся в кресло напротив. Как раскованно, как непринужденно он держится – в отличие от своей жертвы! Дон некоторое время пристально разглядывал девушку, а затем небрежно обронил:

– Я так понимаю, вы живете не здесь, мисс Грехэм?

– С чего вы взяли? – уклончиво отозвалась Дженнифер, подсознательно стремясь упрочить статус официальной нареченной Эдварда.

– Я не заметил следов женского присутствия. Кроме того, если бы и впрямь здесь жили, то кофе варили бы вы, а не он.

– По-вашему, место женщины в кухне? – чуть насмешливо протянула она.

– Я знаю для женщины место куда более подходящее, – издевательски тоном парировал он.

Вспыхнув до корней волос, Дженнифер отвела взгляд.

– И все-таки: где же вы живете, мисс Грехэм?

Первым ее побуждением было сообщить нахалу, что это никоим образом его не касается. Но здравый смысл подсказывал: реакция слишком бурная только насторожит противника.

– У меня небольшой коттедж.

– В центре? – Он читал ее мысли как открытую книгу. Чем бы уж там ни объяснялось это любопытство, видно было, что от Дона околичностями не отделаешься.

– Брюс-Лейн, – уточнила она, надеясь, что собеседник понятия не имеет, где это. – Вы меня извините, – холодно добавила Дженнифер, – я пойду погляжу, не нужно ли помочь Эдварду.

В это самое мгновение появился хозяин, неся поднос с двумя чашечками кофе. Опустив ношу на стол, Эдвард допил виски и с агрессивным видом обернулся к гостю.

– Я собирался лечь пораньше, так что не обсудить ли нам вопрос без дальнейших проволочек?

– Разумеется, – любезно согласился Дон.

Последовала тягостная пауза. Осознав, что слово за ним, Эдвард побагровел от гнева и коротко сказал:

– Будьте любезны назвать свою цену!

– Не раньше, чем узнаю, чем вам так приглянулась «Царица Савская»?

Снова воцарилось зловещее молчание. Наконец Эдвард неохотно признался:

– Вы были правы. Я собирался оправить бриллиант в золото и подарить невесте в знак помолвки. А теперь взвинчивайте цену сколько хотите!

– И не подумаю даже, – возразил Дон. – Собственно говоря, я уступлю вам камень за ту же сумму, которую заплатил сам.

Дженнифер охватили сомнения и дурные предчувствия. Почему, ну почему он готов просто так расстаться с камнем, ради которого затратил столько сил, денег и времени? Бессмыслица какая-то!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю