332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Мэри Вирджиния Кэри » Тайна магического круга » Текст книги (страница 2)
Тайна магического круга
  • Текст добавлен: 26 октября 2016, 22:56

Текст книги "Тайна магического круга"


Автор книги: Мэри Вирджиния Кэри






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 7 страниц)

Марвин Грей улыбнулся.

– Тридцать лет назад администрация киностудии не представляла себе, что художественные фильмы будут так высоко цениться телезрителями, – объяснял он. – А Мэдлин Бейнбридж понимала это. Она твердо верила в будущее телевидения – хотя сама им никогда не интересовалась.

– Она не смотрела телевизионные передачи? – спросил Лонг.

– Нет, не смотрела. Но тридцать лет назад она уже знала, какое важное значение телевидение может приобрести, и скупила права на все фильмы, в которых снималась. Три недели назад она решила, что пришло время действовать, и подписала соглашение с компанией «Видео Энтерпрайзес», по которому фильмы переходили в собственность фирмы. Этим утром «Видео Энтерпрайзес» вступила во владение негативами и отправила их в кинолабораторию для просмотра и реставрации.

– Тогда действительно КЛМС много потеряет, если фильмы не вернутся к ней, – сказал Лонг.

– Да, но это утрата и для всего остального мира. Мисс Бейнбридж – великая актриса. Она сыграла много незабываемых ролей: Клеопатру, Жанну д'Арк, российскую императрицу Екатерину Великую, Елену Троянскую. Созданные ею образы пропадут навеки, если фильмы не будут возвращены.

– Конечно, это было бы большим несчастьем, – сказал Лонг. – И все из-за этой кражи, необычной даже для города, который повидал немало самых причудливых преступлений. Я убежден, что все мы желаем, чтобы грабители были как можно скорее задержаны, а украденные фильмы возвращены.

Камера вновь наехала на Джефферсона Лонга, с огромной искренностью глядевшего на зрителей.

– Леди и джентльмены, с вами беседует Джефферсон Лонг, который ведет записанную на видеопленку передачу из имения, где долгие годы прожила затворницей Мэдлин Бейнбридж, красавица-кинозвезда, удалившаяся от мира, не общающаяся ни с кем, кроме немногих близких друзей. Благодарю вам, леди и джентльмены.

Экран погас. Затем на нем вновь появился Фред Стоун.

– А сейчас послушайте другие новости… – начал он.

Юпитер отвернулся от телевизора.

– Все это похоже на рекламный трюк, хотя вряд ли это так. – Он задумался. – Техник из лаборатории серьезно ранен. И Марвин Грей упустил прекрасную возможность упомянуть о мемуарах Бейнбридж. Он наверняка упомянул бы о них, если бы хотел рекламы.

В этот момент на входной лестнице раздался грохот.

– О, черт! – воскликнул раздраженный голос.

Юпитер подошел к двери. На крыльце стоял Бифи Тремэйн.

– Я опрокинул горшок с цветами, – сказал Бифи. – Прошу прощения. – Он вошел в гостиную. – Юп, мне нужна помощь.

Юпитер увидел, что глаза у него обведены черными кругами.

– Я нуждаюсь в услугах частного сыщика. Уортингтон хвалит вас, и, может быть, вы мне поможете. Дядя Уилл не станет тратиться на то, чтобы нанять профессионального детектива.

Из кухни появились Пит и Боб, с любопытством глядя на Бифи.

– А что случилось? – спросил Юпитер.

– Мемуары Бейнбридж… – сказал Бифи. – Рукопись пропала. Кто-то украл ее.

А не замешано ли здесь колдовство?

– Ладно, я неуклюжий, не спорю, – говорил Тремэйн-младший. – Вечно я все роняю и опрокидываю. Но я внимательно отношусь к своей работе, поэтому и дела у меня идут неплохо. Я не теряю рукописей.

– Чепуха! – отрезал Уильям Тремэйн.

Бифи доставил трех сыщиков из Роки-Бич в западную часть Лос-Анджелеса, где у дяди с племянником была общая квартира в высоченном многоэтажном доме. Это было современное здание, оснащенное всеми мыслимыми средствами охраны; двери гаража открывались по сигналу звуковою устройства, а дверь, ведущая из вестибюля во внутренний двор, контролировалась телемониторами. Друзья нашли Уильяма Тремэйна раскинувшимся на софе в гостиной. Он покуривал длинную тонкую сигару, со скучающим видом уставившись в потолок.

– Я отказываюсь тратить время и силы на всю эту нервотрепку вокруг рукописей, – объявил он. – Ты явно засунул ее куда-нибудь не туда по своей идиотской привычке, вот увидишь. И не надо нам никаких мечтающих о славе мальчишек, которые вынюхивали бы здесь что-то, вооружившись лупами и порошком для снятия отпечатков пальцев.

– На этот раз порошок мы оставили дома, мистер Тремэйн, – холодно сказал Юп.

– Счастлив слышать это, – Тремэйн продолжал разглядывать потолок. – Ты знаешь, Бифи, пока тебя не было, к нам заходил агент страховой компании. Он задавал кучу идиотских вопросов, и мне не понравился его тон. И именно потому, что я блюду твои финансовые интересы, а деньги, которые я получу от страховой компании, пойдут на возмещение убытков, никто не должен считать, будто я что-то выиграл от этого пожара.

– Но, дядя Уилл, они обязаны задавать вопросы, – успокоил его Бифи.

– Ты хочешь сказать, что в их обязанности входит делать вид, будто они отрабатывают свою ставку, – фыркнул Уильям Тремэйн. – Я надеюсь только на то, что наша заявка будет удовлетворена без промедления. Похоже, перенос издательства на новое место и возобновление производства влетит нам в копеечку.

– Я мог бы приступить к работе хоть сейчас, будь у меня только эта рукопись!

– Так поищи ее! – сказал дядюшка.

– Я искал. Ее здесь нет!

– Послушайте, Бифи, вы не возражаете, если и мы поищем ее? – спросил Юпитер. – Если вы говорите, что ее нет здесь, значит, ее и впрямь нет, но нам не составит труда еще раз в этом убедиться.

– Отлично. Начинаете, – кивнул Бифи.

Он сидел, мрачно поглядывая на дядю, пока друзья обыскивали квартиру. Они отодвинули все столы и стулья, заглянули во все кухонные и книжные шкафы. Нигде не было никаких следов рукописных мемуаров, оставленных стареющей кинозвездой.

– Действительно, Бифи, ее здесь нет, – сказал, наконец, Юпитер. – А теперь начнем все с самого начала. Когда в последний раз вы видели рукопись?

Боб сел рядом с Бифи, достал из кармана небольшой блокнот и приготовился записывать.

– Вчера вечером, около девяти пятнадцати или девяти тридцати. Я вынул рукопись из портфеля и начал просматривать ее. Но после пожара, да еще увидев этого человека, всего окровавленного, я был так потрясен случившимся, что не мог сосредоточиться на чтении. Чувствуя, что мне необходима физическая разрядка, я положил рукопись на кофейный столик, надел плавки и пошел в бассейн.

– А вы были здесь? – спросил Юпитер Уильяма Тремэйна.

Старик отрицательно покачал головой.

– Вчера вечером я с друзьями играл в бридж. Почти до двух меня не было дона.

– А когда вы вернулись из бассейна, рукописи уже не было? – Юп повернулся к Бифи.

– Не было. Я заметил это сразу же, как только вошел.

– Может быть, дверь квартиры оставалась незапертой, пока вы были в бассейне? – спросил Юп. – Может быть, иногда, спускаясь вниз, вы не захлопываете дверь?

– Никогда такого не бывает, – сказал Бифи. – Уверен, что и вчера дверь была заперта; правда, я забыл захватить ключи от квартиры, спускаясь в бассейн. Управляющему пришлось подняться со мной и открыть дверь своим ключом.

Юпитер подошел к двери квартиры, открыл ее и стал пристально изучать дверной косяк и замок.

– Никаких следов взлома. А дверь в вестибюле всегда закрыта, не так ли? И эта квартира находится на двенадцатом этаже. Значит, у кого-то есть ключи от нее.

Бифи покачал головой.

– Запасных ключей от нее нет, если не считать хозяйского ключа, он находится у управляющего. Но это же просто смешно. Этот человек служит здесь уже много лет… Да он и на зубочистку не позарится!

Боб оторвался от своего блокнота.

– Ключи от квартиры есть только у вас и у вашего дяди, других нет? – спросил он.

– Ну, были у меня еще одни ключи, в столе на работе, – сказал Бифи. – Я держал их на случай, если мои потеряются. Но они, надо полагать, уничтожены во время вчерашнего пожара.

– Гм! – произнес Юп. – Дело, видимо, было так. – Он закрыл дверь квартиры, подошел к открытому окну и взглянул на бассейн, видневшийся далеко внизу. – Кто-то вошел в это здание, куда нелегко проникнуть, затем попал в эту квартиру, обнаружил на кофейном столике рукопись, взял ее и унес. Как это можно было сделать?

Пит приблизился к окну и встал рядом с Юпом. Вниз, на бассейн, он не взглянул. Наоборот, он посмотрел вверх, на небо.

– Воры перелетели через крышу и проникли в открытое окно, – сказал он, – с помощью миниатюрного вертолета. Это единственный ответ.

– А как насчет помела? – саркастически спросил дядюшка Уилл. – Оно великолепно бы сгодилось, захоти кто-нибудь попасть сюда через окно, к тому же такое предположение сужает радиус наших поисков. Рукопись украла ведьма.

Бифи уставился ни него, как громом пораженный.

– Ведьма? – воскликнул он. – Но ведь… ведь это же нелепость!

– Почему же? – спросил дядя. – Или ты предпочитаешь версию с вертолетом?

– Самое странное во всем этом то, что вы заговорили именно о ведьме. Перед тем, как пойти в бассейн, я прочел несколько страниц рукописи и наткнулся там на место, где пересказываются прямо-таки чудовищные слухи о голливудской публике. Бейнбридж описывает званый обед, который давал Александр де Чампли, режиссер. Она пишет, что он был колдуном, магистром черной магии, имевшим право носить пентаграмму Симона Магического!

Бифи вынул из кармана авторучку и начал рисовать на обороте конверта.

– Так была изображена пентаграмма в рукописи, – объяснял он. – В виде пятиконечной звезды в круге. Бейнбридж пишет, что звезда была из золота, а окружающее ее кольцо – из рубинов. Знаете, я кое-что слышал о Симоне Магическом. Якобы давным-давно, во времена Древнего Рима, был такой колдун, умевший летать, как верили тогда.

– Восхитительно! – сказал дядюшка Уилл. – Так, значит, этот старый приятель Мэдлин Бейнбридж, надев пентаграмму Симона Магического, и влетел к нам, он-то и похитил рукопись, чтобы мы не могли узнать из мемуаров, что он злой волшебник.

– Если кто и влетел сюда, так только не Александр де Чампли, – сказал Юп. – Он умер больше десяти лет тому назад. А сообщались ли в этих мемуарах еще какие-нибудь скандальные истории?

Бифи покачал головой.

– Не знаю, – сказал он. – Я прочел описание только одного случая. Конечно, вполне возможно, что Мэдлин Бейнбридж известны секреты многих видных людей.

– Вот в этом-то все и дело, – сказал Юпитер. – Именно по этой причине рукопись могли украсть. Кто-то из тех, кого она знает, хочет помешать опубликованию ее мемуаров!

– Но как этот человек мог разузнать, что рукопись находится здесь? – спросил Бифи.

– Да очень просто! – Юп зашагал по комнате взад и вперед, сосредоточенно нахмурив брови. – Послушайте, Бифи, вчера вечером Вы позвонили Марвину Грею после пожара и рассказали ему, что рукопись в надежном месте. Разумеется, он сообщил об этом Мэдлин Бейнбридж. Потом Мэдлин Бейнбридж позвонила другу – но, может быть, это сделал Грей, – а уж тот друг рассказал обо всем своему другу. Кто угодно мог узнать о рукописи.

– Бейнбридж не могла об этом никому рассказать, – заметил Бифи. – Марвин Грей говорит, что она не пользуется телефоном. Правда, Грей мог обронить об этом словечко-другое, не представляя себе, что из этого может выйти. В доме Бейнбридж живет и ее секретарша – Клара Адаме. Вот она-то и могла сделать это.

– Конечно, – сказал Юп. – Бифи, нельзя ли устроить встречу с мисс Бейнбридж? Можно было бы спросить, кому она писала об этом.

– Она не захочет видеть меня, – сказал Бифи. – Она вообще ни с кем не встречается. Все переговоры по контракту лежат на Марвине Грее.

– Тогда поговорите с Греем, – продолжал настаивать Юпитер. – Наверняка он читал рукопись.

Бифи тяжело вздохнул.

– Но я не хочу говорить с Греем, – признался он. – Он будет просить об авансе, а я не желаю выплачивать ему никаких сумм, пока не прочту рукопись. А у нас ведь был единственный экземпляр. Если он узнает, что у нас его нет, его удар хватит!

– Тогда не говорите ему об этом, – посоветовал Юпитер. – Скажите ему, что у вас могут возникнуть проблемы с юристами, если вы опубликуете рукопись, и что аванс будет выплачен только после того, как ваш юрисконсульт просмотрит ее. Спросите у него, сможет ли мисс Бейнбридж доказать, что все, о чем рассказано в ее рукописи, правда. Узнайте у него, поддерживает ли она еще связи с людьми, которых знала когда-то, или с ними общается только Клара Адаме,

– У меня не получится, – признался Бифи. – Я только все дело испорчу. Грей сразу же заподозрит неладное.

– Возьмите с собой Юпа, – предложил Пит. – Он специалист по сбору информации, причем люди, с которыми он беседует, даже не догадываются, что успели ему что-то сообщить.

Бифи взглянул на Юпа.

– Справишься? – спросил он.

– До сих пор справлялся, – скромно заметил Юп.

– Отлично, – Бифи вынул из кармана записную книжку и пошел к телефону.

– Ты не Мартину Грею собрался звонить? – спросил его дядя.

– Разумеется, ему. Мы с Юпом собираемся встретиться с ним сегодня.

Роща с привидениями

– По словам Уортингтона, вы, ребята, работаете в одной связке, одной командой, – Бифи Тремэйн вместе с Юпом сидел в машине, мчавшейся к северу по прибрежному шоссе. – Он говорит, что Боб хорош в сборе информации, Пит – ведущий атлет команды, а ты мастер находить ключи к самым запутанным делам. Он еще рассказывал, что ты просто кладезь самых разнообразных знаний.

– Я люблю читать, – объяснил Юпитер, – и, к счастью, запоминаю многое из того, что мне приходилось читать.

– Тебе повезло, – сказал Бифи. – Лучшего таланта и не сыскать.

Автомобиль замедлил ход и свернул с главного шоссе; это была граница прибрежной общины Малибу. Забираясь все выше в гору, Бифи хранил молчание. Минут через пять он снова притормозил и съехал с извилистого горного шоссе на узкую, посыпанную гравием дорогу. Проехав по ней с четверть мили, автомобиль остановился перед грубо сколоченными, имеющими вполне деревенский вид воротами. Надпись над ними гласила, что они подъехали к ранчо «Полумесяц».

– Не знаю, чего я ожидал от этого имения, – заметил Бифи, – но только не этого.

– Да, выглядит очень заурядно, – согласился Юп. – А вы-то думали, что кинозвезда, да еще затворница, должна жить в особняке, похожем на дворец, или хотя бы обнести свое имение стеной в десять футов высотой. А здесь на воротах даже замка нет.

Юп вышел из машины и открыл ворота, чтобы Бифи смог проехать. Потом он снова уселся на сиденье, и они поехали по аллее через лимонную рощу.

– Странно, что Грей не упомянул о том, что Бейнбридж продает свои фильмы, когда вчера принес вам рукопись, – сказал Юпитер.

– Очень странно, – согласился Бифи. – Это сыграло бы огромную роль при продаже книги – можно было бы назначить совсем другую цену.

– Это Грей выбрал вас для издания записок Бейнбридж? – спросил Юпитер.

– Не уверен, – сказал Бифи. – Около шести недель назад он позвонил мне и сказал, что Бейнбридж хочет опубликовать свои мемуары. Всем известно, что он ведет ее дела, и, кажется, неплохо справляется с этим. Я не спрашивал его, почему он решил выбрать «Амиго Пресс» для этой цели. Посмотрим, на самом ли деле он так хитер, как кажется. Ему не мешало бы дать мне знать о том, что фильмы эти тоже продаются.

Машина выехала из лимонной рощи, и перед ними предстало белое здание ранчо. Оно было большое, просто отделанное, с верандой вдоль фасада. На ступеньках лестницы стоял Марвин Грей, щурясь от солнца.

– Добрый день, – сказал Грей, когда Бифи выбрался из машины. – Я заметил вас еще по хвосту пыли, когда вы ехали через рощу.

Грей слегка нахмурился, завидев Юпа.

– А это кто еще с вами? – спросил он.

– Мой кузен Юпитер Джонс, – сказал Бифи.

Его так и бросило в краску, лишь только он приступил к изложению «легенды», которую подготовили они с Юпом. Было ясно, что он не привык врать даже по мелочам.

– Вы видели его вчера в «Амигос Пресс», – продолжал Бифи. – Он готовится стать бизнесменом, а также изучает курс истории кино. Надеюсь, вы не будете против, если он вместе со мной посетит дом Мэдлин Бейнбридж?

– Я не против, – натянуто улыбнулся Грей. – Но не ожидал увидеть вас здесь сегодня, после пожара. Мне кажется, у вас и других дел хватает.

– Если бы я сегодня не приехал сюда, я бы сидел дома и терзался мыслью о том, что мое издательство сгорело.

Грей кивнул в знак согласия. Затем повернулся и стал подниматься по ступенькам. Однако он не вошел в дом, а сел в одно из плетеных кресел, стоявших на веранде, знаком пригласив гостей расположиться тут же.

Бифи воспользовался его приглашением.

– Мистер Грей, боюсь, вопрос о выдаче аванса за мемуары мисс Бейнбридж не может решиться в ближайшее время, – сказал он. – Я просмотрел рукопись и нашел там несколько историй, вокруг которых могут возникнуть проблемы юридического порядка. В одном месте, например, утверждается, что один голливудский режиссер был колдуном. Мне известно, что режиссер этот давно умер, но наследники его могут подать жалобу в суд. Поэтому я и попросил своего адвоката ознакомиться с рукописью. А тем временем мисс Бейнбридж могла бы сообщить нам имена людей, которые подтвердили бы правоту ее заявлений. И адреса, конечно.

– Мы, разумеется, не можем дать вам ничьих адресов. – Тон Марвина Грея был категоричен. – Мисс Бейнбридж не поддерживает связей ни с кем из своих старых знакомых.

– Хорошо, тогда, может быть, вы знаете, как нам связаться с некоторыми из этих людей. – Бифи чувствовал себя явно не в своей тарелке. Разговор давался ему нелегко. – Я уверен, вы ведь читали рукопись, поэтому…

– Нет, – оборвал его Марвин Грей. – Я не читал ее. Мисс Бейнбридж передала мне ее только вчера во второй половине дня. И ничем не могу вам помочь. Я никогда не дружил ни с кем из этих людей. Я ведь тогда был шофером, припоминаете?

– А ее секретарша? – с надеждой спросил Бифи.

– Клара Адамс? – Грей, казалось, был удивлен. – Ну, она-то за эти годы не перестала водить с ними знакомство.

Бифи был явно поставлен в тупик, так что Юпу пришлось поспешить ему на помощь. С большим интересом осматриваясь вокруг, он спросил:

– Не могли бы мы повидать мисс Бейнбридж? – В голосе его звучала наивность, смешанная с нахальством.

– Мисс Бейнбридж не видится ни с кем, кроме меня и Клары, – ответил Марвин Грей. – Даже если бы она и имела обыкновение принимать посетителей, сегодня не захотела бы встречаться ни с кем. Она расстроена известием о краже ее фильмов. Сейчас она отдыхает наверху, с ней Клара, и я был бы вам очень признателен, если бы вы говорили потише.

– Простите, – Юп с любопытством огляделся. – Мисс Бейнбридж на самом деле живет затворницей, а? – спросил он. – Кроме вас, Клары Адамс и мисс Бейнбридж здесь никто больше не живет? Разве здесь нет слуг?

– Мы живем очень просто, – сказал Грей. – В слугах нет необходимости.

– Я видел вас сегодня утром по телевизору, – продолжал Юп. – Это правда, что мисс Бейнбридж не смотрит телепередачи?

– Правда, – ответил Грей. – Я их смотрю и рассказываю ей обо всех новостях, которые, по моему мнению, могут заинтересовать ее.

– Да, жизнь вы тут ведете уединенную, – подытожил Юп. – Неужели она вообще никого не видит? И вы никого не видите? Я хочу сказать, не скучно вам сидеть тут все время? А Клара Адамс как, не надоело ей здесь?

– Нам не скучно. Меня прекрасно устраивает мое собственное общество, а Клара всей душой привязана к мисс Бейнбридж. Я тоже, разумеется, крайне привязан.

Юпитер обратился к Бифи.

– Вот видите? – сказал он. – Вам не о чем беспокоиться.

Грей вопросительно взглянул на Бифи.

– А вас что-то беспокоило? – спросил он. – Что именно?

– Видите ли, – объяснил Юп, – когда мы добирались сюда, мистер Тремэйн немного нервничал. Он подумал, что если кто-нибудь узнает, где находится рукопись мисс Бейнбридж, то попытается ее похитить, как были похищены и ее фильмы, чтобы потом потребовать выкуп. Если вы кому-нибудь сказали, где она…

– Ну и кому же я об этом мог сказать? – спросил Грей.

– Создается впечатление, что вы и впрямь никому об этом не говорили, – сказал Юп, – если только вам не звонил кто-нибудь…

– Номера нашего телефона нет в телефонных книгах, – перебил его Грей. – Нам никто не звонит. А сами мы пользуемся телефоном только в случае крайней необходимости.

– Бот ты мой, да ни один школьник этому не поверит! – Коренастый Юп энергично встал. – Могу я помыть руки? – спросил он.

– Конечно, – Грей указал на дверь. – Пройдите прямо через холл за лестницу. Там рядом с кухней ванная комната.

– Благодарю вас, – Юп прошел в дом.

Холл казался темным после освещенной солнцем веранды. Гостиная по левую сторону от входа было скупо обставлена деревянными стульями с прямыми спинками. В столовой, находившейся справа, стоял грубый деревянный стол и скамейки без спинок. Широкая лестница не была покрыта ковром. За ней Юп нашел ванную. Он вошел в нее, закрыл дверь, включил воду и открыл аптечку, висевшую над раковиной. В аптечке не было ничего, кроме жестяной банки, в которой лежало несколько сухих листьев. По запаху это было похоже на мяту. Юп закрыл аптечку, вымыл руки и вытер их полотенцем, висевшим на стене. Полотенце, по всей видимости, было домотканым.

Выйдя из ванной, Юп заглянул в кухню и заморгал от удивления, увидев ее старомодное оборудование. На древнем холодильнике конденсатор был установлен без всякой защитной панели, а в термометре старой газовой плиты не было даже сигнальных лампочек. Медные краны над раковиной были изношены и тусклы от времени. Юпу пришло в голову, что они установлены здесь много лет назад, наверное, тогда, когда был построен дом.

На полке рядом с раковиной выстроился ряд стеклянных банок. Юп подошел поближе, чтобы прочесть надписи на этикетках. Здесь были пижма, люпин, ягоды шиповника, мята и тимьян. Одна банка особенно поразила его – судя по этикетке, в ней хранилась белладонна.

В стоявшей с краю большой банке лежали спички. Юп исследовал – все они оказались из разных ресторанов. После этого он повернулся к окну, выходившему на заднюю сторону дома. Какое-то движение привлекло его внимание.

Юп подошел поближе к окну и увидел большую рощу виргинских дубов. Деревья были старые, все в наростах, с искривленными стволами; ветви росли довольно высоко, на уровне второго этажа. Темная зелень резной листвы заслоняла небо, отчего под ней было сумрачно. Дубы были посажены широкими рядами, между которыми прогуливались две женщины. На них были темные платья, стянутые в талии, широкие шлейфы ниспадали до земли. У обеих длинные волосы были уложены узлом на затылке. За ними шествовал громадный доберман-пинчер с лоснящейся шерстью.

В тот момент, когда Юп смотрел в окно, одна из женщин взглянула в сторону дома. Юп разинул рот от изумления. Раньше ему приходилось видеть фотографии Мэдлин Бейнбридж в киноведческих книгах, и теперь он узнал ее – это она шла под кронами старых деревьев в этой сумрачной роще. Ее светлые волосы уже сильно поседели, но прелестное лицо по-прежнему дышало молодостью. Через мгновение она отвернулась и пошла дальше. Юпу показалось, что она не заметила его.

Юп сделал еще один шаг к окну – ему захотелось хоть краем глаза увидеть солнце. Он чувствовал, как мороз пробежал у него по коже. Все увиденное им: и эти деревья, и прогуливающиеся под ними женщины, одетые в темные старомодные платья, вызывало ощущение какой-то пронзительной тоски, граничащей с ужасом.

За спиной у него послышались шаги.

– Ну что, кончили мыть руки? – спросил его Марвин Грей.

Юп вздрогнул и едва сдержался, чтобы не вскрикнуть. Потом он показал на окно.

– От этих деревьев все крутом кажется таким мрачным, – сказал он.

– Да, темновато здесь, ничего не скажешь, – согласился Грей. – Один здешний фермер, живший неподалеку, говаривал, что в этой роще водятся привидения. Похоже, что это и в самом деле так, вам не кажется? Когда-то здесь было кладбище – частное кладбище, принадлежавшее семье, которая жила здесь. Могильные камни стояли под деревьями. Разумеется, когда мисс Бейнбридж купила дом, их убрали, но роща до сих пор нагоняет на меня уныние. Я пришел за вами; ваш кузен собирается в обратный путь.

Юп следом за Бифи покинул дом. Через несколько минут они уже мчались по дороге, прочь от ранчо «Полумесяц».

– Н-да, дохлый номер вышел у нас с этим визитом, – пожаловался Бифи. – Ни одной зацепки относительно рукописи раздобыть не удалось.

– Но уж материала для размышлений у нас хоть отбавляй, – возразил Юпитер.

– Например?

– Грей сказал нам неправду. Мэдлин Бейнбридж не была наверху. Она гуляла за домом вместе с какой-то женщиной – думаю, с Кларой Адамс. Солгав в одном, Грей может солгать и во многом другом. В кухне я видел ресторанные спички. Вполне может быть, что Грей живет вовсе не таким отшельником, каким хочет казаться.

– Но зачем ему говорить неправду? – спросил Бифи.

– Чтобы оградить Мэдлин Бейнбридж, – сказал Юп. – Она не просто заурядная отшельница. Это весьма эксцентричная леди. На ней и Кларе Адамс были черные, старинного фасона платья – в них они смотрелись что твои жены отцов-основателей! А тут еще эта банка в кухне, полная белладонны.

– Шутишь! – воскликнул Бифи. – Белладонна – да ведь это яд!

– Вот именно, – подтвердил Юп. – Мэдлин Бейнбридж, пожалуй, одна из наиболее интересных личностей, с которыми мне приходилось встречаться. Эта дама почти не изменилась за тридцать лет. Я сразу узнал ее. Дама, которая держит в своей кухне яд, прогуливается, одетая словно жена одного из первых американских колонистов, и в имении которой есть дубовая роща, где когда-то было кладбище. По словам Грея, туда захаживают привидения. По крайней море об этом поговаривают. А уж выглядит это место так, что я вовсе не удивлюсь, если все это окажется чистой правдой!

Магический круг

– На обычной кухне белладонны не найдешь! – сказал Юпитер Джонс.

Он сидел за столом в штаб-квартире трех сыщиков, старом вагончике-трейлере, спрятанном за грудой специально наваленного хлама в дальнем углу Склада Подержанных Вещей, принадлежавшего Джонсам – его тете и дядюшке. Пит и Боб возвратились из библиотеки, куда Юп послал их подобрать кое-какие сведения, пока он с Бифи будет в отъезде. Юп только что кончил рассказывать им о визите на ранчо Бейнбридж.

– Название «белладонна» носит целая семья растений, – продолжал Юп. – Многие из них являются ядовитыми растениями наркотического действия, а некоторые когда-то использовались в магических обрядах.

– Мэдлин Бейнбридж, скорее всего, настоящая колдунья, – сказал Пит. – Только подумать – яд на кухне и частное кладбище за домом!

– Ну, сейчас-то там нет кладбища, – уточнил Юп. – Оно было там когда-то. Но место это и в самом деле нечистое, есть в нем какая-то чертовщина. Меня от него прямо в дрожь бросило.

– Кладбище и эти странные травы, – задумчиво произнес Боб. Он достал из кармана записную книжку. – Все верно. Все великолепным образом сходится!

И он начал рассказывать, время от времени заглядывая в свои записи:

– В справочниках я искал сведения о магии и колдовстве, так как у Бейнбридж в ее мемуарах есть эта история о режиссере Александре де Чампли, колдуне. Видимо, это имело для нее немалое значение, иначе она не стала бы тратить время на то, чтобы нарисовать пентаграмму Симона Магического в рукописи. В наше время известно несколько разновидностей ведьм. Есть ведьмы, появляющиеся в канун Дня всех святых в виде уродливых старух с бородавками на подбородке; выглядят они словно сошедшими со страниц комиксов. Есть и по-настоящему опасные ведьмы и колдуньи, способные на злые дела, так как поклоняются дьяволу. Он помогает им во всем, как утверждают суеверные люди, и, как мне кажется, для тех, кого опекает Сатана, нет ничего невозможного.

Пит помрачнел.

– Я не верю ни слову из всего сказанного, – сказал он. – И не пора ли расходиться, ребята? И охота вам слушать такую чепуху?

– Подожди-подожди, конец тебе должен понравиться, – Бобу не терпелось рассказать все, что он узнал. – Существует еще одна разновидность колдовства, называемая Древним культом. Те, кто исповедуют ею, утверждают, что он возник еще в глубокой древности. Это что-то вроде культа плодородия – в нем много места уделяется выращиванию всяких там плодив и злаков и сбору урожая. Довольно симпатичная штука, на самом деле. Такие ведьмы верят, что в их власти влиять на ход событий, поскольку они, мол, в ладу с силами космоса. Они организованы в группы по тринадцать человек. Собираются в специальных местах – на перекрестках дорог, к примеру. А есть места и еще более подходящие для этого – догадываетесь, какие?

– К-кладбища? – спросил Юп, замявшись.

– Точно! – подтвердил Боб. – На своих шабашах они совершают установленные обряды. Едят свежие, недавно собранные плоды и ягоды и поклоняются Селене, или Диане, богине Луны. Совершают они свои обряды ночью, и не потому, что в них есть что-то дурное, нечистое, а просто они не хотят, чтобы соседи застали их за этим делом и стали бы распускать о них слухи. Эти ритуалы могут совершаться в любые дни, но четыре раза в год они собираются на свои главные празднества – большие шабаши. Это происходит 30 апреля, 1 августа, 31 октября – это и есть канун нашего Дня всех святых, и во второй вечер февраля. Боб закрыл записную книжку.

– Вот все, что мне сегодня удалось узнать. Есть еще немало интересного на этот счет, и если нам понадобится, мы можем взять из библиотеки книги на эту тему. Меня все время мучит вопрос: а не был ли тот, кто хотел помешать публикации рукописи Бейнбридж, сам связан с чертовщиной? Может быть, это кто-нибудь из голливудской братии, кто был приверженцем Древнего культа и не хотел, чтобы это раскрылось, а может, это кто-то из секты сатанистов.

Пита передернуло.

– Если уж в этом деле и впрямь замешана ведьма, то я предпочел бы, чтобы это была одна из поклонниц Древнего культа, – сказал он. – Не хотел бы я встретиться с теми, кто поклоняется дьяволу.

Юпитер кивнул в знак согласия.

– Сатанист – это человек или абсолютно лишенный совести, или совершенно примитивный. В любом случае он опасен. А ты, Пит, чем занимался, пока Боб читал про ведьм?

– А я читал о Мэдлин Бейнбридж, – отозвался Пит. – Я был в зале микрофильмов.

Второй Сыщик достал из кармана пачку смятых листков, исписанных карандашом, и начал читать их:

– Он приехала сюда из Форт-Уэйна, штат Индиана, когда ей было восемнадцать лет. Став победительницей на конкурсе красоты, получила первый приз – поездку в Голливуд. Александр де Чампли заметил ее, когда она пришла на экскурсию в киностудию «Фили Арт» и она была утверждена на роль Марии Стюарт в фильме, которые должен был ставить Чампли. Сразу быть замеченной и получить роль в картине – да, это был своего рода непревзойденный рекорд! – Пит взглянул на друзей. – Все, кто о ней когда-либо писал, в один голос утверждают, что она била очень, очень красива.

– Она и сейчас красива, – заметил Юп. – Я видел ее сегодня. Еще что-нибудь, Пит?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю