Текст книги "Альфы и дирижабли (ЛП)"

Автор книги: Мелани Карсак

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

– Достань его. Носи на поясе. Если придется выхватывать в спешке, у тебя не будет времени выуживать его из ридикюля, – я подмигнула ей.

– Эй, это не ридикюль. Это сумка подмастерья. И это подарок.

– Сумка отличная, не спорю. Но не для ношения оружия, – я внимательнее присмотрелась к кожаной сумке. Было видно, что кто-то выбирал её для Харпер с большой заботой. На коже были вытеснены инициалы «Э. Х.», окруженные изящным узором. – Харпер, как твое полное имя?

– Элейн.

Я кивнула. Элейн.

– И кто же, Элейн, подарил тебе такую чудесную сумку?

Харпер заерзала.

– Один друг… из Общества.

Вернулась официантка с напитками. Харпер тут же схватила свой стакан, явно радуясь предлогу сменить тему. Но мое любопытство уже разыгралось. Я откинулась на спинку стула и прихлебнула воды. Я не припоминала, чтобы Харпер проводила время с кем-то из агентов-мужчин. Ну, кроме агента Хантера. Мысль о том, что Хантер мог быть тем самым таинственным дарителем, внезапно заставила меня уколоться ревностью. Я снова посмотрела на сумку. Совсем новая. Я нахмурилась.

– Ты когда-нибудь встречала Аллана Квотермейна? – спросила агент Харпер легким, чуть нервным голосом.

Аллан Квотермейн, имевший репутацию охотника на крупную дичь и верного сторонника короны, часто бывал в Африке по поручению Ее Величества. И, мало кто знал, что охотился Квотермейн вовсе не на львов. Он возглавлял небольшой отдел, занимавшийся сверхъестественным в колониях – работу, которой я бы никому не пожелала. Но у этого молодого агента был острый глаз и чутье. Нас не представляли друг другу, но я видела его пару раз в офисе перед тем, как он снова уезжал «в поле».

– Нет, но знаю его по репутации.

– Мы друзья детства, – ответила Харпер. – Он подарил мне эту сумку перед тем, как снова уехать в Африку, – она отпила из стакана.

В её голосе прозвучала нотка грусти. Я почувствовала, что за этим стоит долгая история, в которой осталось много недосказанного, и, несмотря на всё любопытство, сочла, что лезть в это не стоит.

Я улыбнулась:

– Что ж, сумка отличная, но пистолет перевесь на пояс. Квотермейн мне никогда не простит, если я позволю тебя подстрелить. А что-то мне подсказывает, что я не хочу ссориться с человеком, который может попасть в меня с двух миль.

Харпер рассмеялась, достала пистолет и вложила его в кобуру.

Снова появилась девочка, на этот раз с двумя полными тарелками жареной рыбы и картошки. Мой желудок голодно заурчал при этом виде. Я тут же взяла тарелку и, едва успев сесть, отправила в рот обжигающе горячий ломтик картофеля.

– Спасибо, – пробормотала я, жуя. Несмотря на жар, соблазн соли, масла и картошки был слишком велик. Я откусила еще, на этот раз обварив язык.

Харпер посмотрела на меня с ухмылкой, аккуратно расстилая салфетку на коленях. Кажется, я слишком долго работала с Куинном. С другой стороны, у Куинна манеры за столом были получше моих, несмотря на все старания бабушки меня обучить.

– Что? Я голодная, – сказала я, хватая следующий ломтик. Официантка прыснула.

– Вы же пальцы сожжете, – заметила Харпер, берясь за нож и вилку.

– Я уже язык сожгла, – со смехом ответила я, наконец взяв вилку.

– Что-нибудь еще, мисс? – спросила девочка.

Харпер покачала головой.

– Нам нужно переправиться через пролив. Как думаешь, кто согласится с нами поговорить? – спросила я девчушку.

Та оглядела зал через плечо.

– Вон там, в углу у шкафа. Попробуйте с ними. Если что понадобится – зовите, – и она ушла за стойку.

Я приметила стол, о котором она говорила. Там сидели старик и старуха, медленно потягивая из своих кружек. Оба выглядели полусонными и, судя по одежде, весьма стесненными в средствах. Инстинкт девочки не подвел. Другие мужчины в зале стали бы сплетничать, задавать вопросы или побоялись бы везти нас куда-либо из осторожности. А этой паре? Им явно не помешала бы монета.

Я вернулась к еде, поглощая её так быстро, как только могла. В кляре, в котором жарилась рыба, скопились лужицы горячего масла, обжигавшие рот, но эта боль того стоила. Бабушка растила меня на снобистской любви к французской кухне, но ничто не могло перебить мою страсть к соленой и жирной еде из паба.

Покончив с едой, я посмотрела на Харпер, у которой на тарелке оставалась еще добрая половина. Она во все глаза смотрела на меня.

Я подмигнула, запила обед водой и направилась к старикам. Я придвинула стул к их столу, ножки противно скрипнули по полу. Оба подняли на меня взгляд.

– Нам с напарницей нужно нанять судно, – сказала я.

Они были древними, как сама земля. У старика на руках и лице были татуировки, давно поблекшие от времени. У старухи были длинные серебряные волосы и светлые глаза. В них было что-то определенно необычное. Они были людьми… в каком-то смысле. Может, это был отсвет иного мира, близость смерти, а может что-то еще, но они были «не такими».

– Куда же? – спросил мужчина. Акцент у него был такой густой, что я едва разбирала слова.

– На Фэр-Айл, – тихо ответила я, чтобы любопытный бармен не услышал.

– Тут кругом полно островов. Уверена, что тебе нужен именно этот? – спросила женщина. К моему удивлению, она ухмыльнулась.

– У вас есть предложение получше?

– Есть. Но сейчас лучше не выходить. Слишком близко к закату.

Я откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

– Неужели?

Старуха подмигнула мужчине напротив.

– Вороны нашептали мне, что Норт-Роналдсей подошел бы больше. Не так ли, дорогой?

– О, да.

Я перевела взгляд с мужчины на женщину и усмехнулась.

– Ладно. Тогда встретимся в порту утром?

– Да, – ответила женщина.

– Да, – согласился её спутник.

– Как называется ваше судно?

– «Боудикка», – ответила женщина.

– Хорошо. Спасибо, – я поднялась.

Странно. Определенно странно.

Я обернулась и сделала знак Харпер, что пора идти. Она оставила монеты на столе, и мы вышли на улицу.

– Выходим утром, – сообщила я ей.

– Хорошо. Но где мы будем спать сегодня?

– А что, в твоей шикарной сумке подмастерья нет стандартного походного скарла?

– Что? Ты хотешь сказать, что мы будем спать на улице? Клемени, я не думаю…

Я рассмеялась:

– Да нет же. Тут дальше по улице есть постоялый двор.

– А здесь безопасно?

– Нет, – я усмехнулась. – Бог знает, какие странные личности тут рыщут. И не забывай про сверхъестественное.

Харпер хмыкнула:

– Оу.

Я по-дружески приобняла её за плечо.

– Ну, по крайней мере, мы не в саванне на львов охотимся, как Квотермейн.

– Ты же знаешь, что это на самом деле не львы?

– Знаю. И каких бы букушек он там ни гонял, я просто рада, что это не моя забота.

Харпер рассмеялась:

– Я тоже.

И с этими словами мы направились к обветшалому зданию на краю города с метким названием «Морской волк».

Глава 13: Норт-Роналдсей

Едва взошло солнце, мы с Харпер направились в порт, где старая пара уже ждала нас. Обменявшись едва ли десятком слов, мы отчалили и взяли курс на Норт-Роналдсей.

Я внимательно наблюдала за стариками. По правде говоря, я мало что знала о шотландском фольклоре. Эта пара была весьма любопытной. Мои ладони не зудели в их присутствии, но всё же в них крылось нечто большее, чем казалось на первый взгляд.

– Что такое? – спросила Харпер, присаживаясь рядом.

– Наверное, ничего. Просто гадаю, кто они такие, – ответила я, покосившись на чету.

– Они странные. Татуировки этого человека… Символы очень старые. Кельтские. Возможно, друидические.

– Я думала, друиды всё больше ошиваются вокруг Стоунхенджа.

– Они не всегда там ошиваются. Вы когда-нибудь там были? Там нет ничего, кроме камней, курганов и огромного ветреного поля. Я не видела таких символов нигде, кроме как на стоячих камнях.

Я сняла повязку и посмотрела на старуху. Вокруг её силуэта мерцало сияние, вихрь серебристого света. А вокруг старика – блеск зеленого и золотого. Друиды. Что ж, это для меня в новинку.

Я повернулась к Харпер. Она смотрела на меня, не отрывая глаз от моего изуродованного лица. Она подавила возглас.

– Да, чертовски паршиво выглядит, правда? – сказала я, коснувшись всё еще нежной кожи.

– Я не знала… Ваш глаз. Это лунный глаз.

Я кивнула.

– Красиво, не так ли?

Харпер сочувственно улыбнулась.

– Ты хоть что-то видишь?

– Силуэты.

– Мне жаль.

Я пожала плечами и вернула повязку на место.

– Всё в порядке. Он напал на мою бабушку. Я не могла этого допустить. В итоге я взяла над ним верх. Чертов оборотень.

К моему удивлению, старик со старухой хмыкнули, но ничего не сказали. Ловко управляясь с судном, они вели его по темно-синим волнам в порт самого северного острова Оркнейского архипелага.

Когда корабль пришвартовался и Харпер сошла на берег, я подошла к паре.

– Спасибо, – сказала я, протягивая плату.

Женщина мягко оттолкнула мою руку.

– Иди и выгони дьяволов из моей страны, Клемени Лувель.

– Я… Откуда вы…

Она усмехнулась.

– Кровь чует кровь. Береги себя.

Я перевела взгляд с неё на старика. Он прикоснулся кончиками пальцев к своему лбу.

– Благодарю вас, – сказала я им.

Женщина кивнула. Как только я сошла на берег, пара отвязала канаты и снова подняла паруса, уводя судно обратно в море.

Я пошла по пирсу к Харпер. Что она имела в виду под «кровь чует кровь»? Какая кровь? Она говорила о друидах? Какое отношение я имею к друидам?

Нахмурившись, я подошла к напарнице.

– Итак, что дальше? – спросила она.

– Ну, во-первых, насколько велик Норт-Роналдсей?

– О, пара миль в окружности, полагаю.

– Население?

– Меньше сотни человек, может быть?

Я кивнула.

– Тогда это не займет много времени.

– Что именно не займет времени?

– Выяснить, происходит ли здесь что-то странное.

– Помимо таинственного корабля «Боудикка»? – спросила Харпер, глядя в море.

– Да, помимо этого.

– Ладно. Пойдем поболтаем с местными, – сказала Харпер, поправив свою сумку и сдвинув ремень так, чтобы пистолет был под рукой.

Я усмехнулась. Может, из неё и правда выйдет толк.

«Разговор с местными» не затянулся. Почти у каждого, кого мы встречали, была история о странных огнях и шуме в пещерах на другом конце острова, рассказы о пропавшем скоте и появлении в деревне каких-то подозрительных типов. Команда «Фенрира», похоже, из рук вон плохо старалась не привлекать внимания.

Получив указания, мы с Харпер отправились на разведку. Мы пересекли продуваемый ветрами пейзаж и вышли к западной стороне острова, где береговую линию изрезали бухты и пещеры. Следуя вдоль обрыва, вскоре заметили залив, где была сооружена одинокая причальная станция для дирижаблей. Там, на привязи, стоял «Фенрир».

Мы приближались осторожно, оставаясь на склоне над портом. Казалось, команда использует пещеры как временную базу, откуда совершает свои налеты.

– Нужно держаться с подветренной стороны, – шепнула я Харпер, подбросив в воздух несколько травинок. – У них отличный нюх.

– О. Чудесно.

– Эй, ты сама хотела это дело.

– Да, ты права.

– И?

– Что «и»?

– Что думаешь о полевой работе на данный момент?

Харпер хмыкнула:

– Ну, меня пока никто не пытался убить, это хороший знак.

– День еще только начался.

Она покачала головой:

– Я не за дневное время переживаю.

– Умно.

Мы пригнулись. Лежа в траве на животах, осматривали место. Харпер достала подзорную трубу, а я воспользовалась своей увеличительной линзой.

– Тихо, – шепнула Харпер. – Всего несколько человек у входа в пещеру.

Я зажмурила правый глаз, чтобы смотреть левым. Всё было застлано тенями, но я видела свечение сверхъестественного вокруг дирижабля. Открыв глаз, я посмотрела снова.

– Вон там, на корабле. Это капитан, Зайд Сколльсон.

– Этот светловолосый громила?

– Альфа в эфире.

– Но альфа над сколькими? Один корабль или больше? Думаешь, он волк-одиночка? Надо бы связаться с Осло, – предложила Харпер.

– Хорошая идея. Он может быть известным дельцом.

– Может, он пытается возродить мертвую традицию и действует сам по себе. Вполне может быть, что он один, – рассуждала Харпер.

– Искренне на это надеюсь, – ответила я, внезапно представив, как оборотни сыплются с небес со всех сторон. Картина была одновременно ужасающей и нелепой.

– Я насчитала двенадцать волков, – сказала Харпер.

– Давай считать, что тринадцать.

– Почему?

– Потому что тринадцать – несчастливое число, а в нашей работе нам всегда не везет. И когда это нам не доставалась «чертова дюжина»?

Харпер усмехнулась.

– Ладно. И что теперь, напарница?

– Наблюдение. Потом возвращаемся в Эдинбург и подключаем «Теневой дозор».

– «Боудикка» ушла.

– В деревне был воздушный причал.

– Ты же видела тот дирижабль? Он старше нас обеих вместе взятых. И у него всего один старый винт.

– Эй, «Звездочет» тоже был одновинтовым.

– Да, но это был гоночный корабль.

Мы с Харпер устроились за грядой камней, не сводя глаз с «Фенрира». Команда была занята разгрузкой ящиков и бочек в пещеру. Позже я увидела, как аэростатчик закатывает на корабль паллету с топливом. Затем канониры начали грузить ящики с боеприпасами.

– Должно быть, они снова собираются в путь, – прошептала я.

Харпер кивнула. В неподвижном воздухе раздалось громкое карканье воронов. Из пещеры вырвался черный вихрь.

– Проклятье, – выругалась я. – Забыла про чертовых птиц.

– Почему это всегда вороны? Почему это не может быть стайка певчих птиц или чего-то приятного? Например, рой бабочек?

– Бабочки не сбиваются в рои. Группа бабочек называется калейдоскопом.

– Погоди, откуда ты…

– Куинн просветил. И только принцессы могут вызывать калейдоскопы бабочек. Ты что, сказок не читала?

Харпер рассмеялась. Нахмурившись, я наблюдала, как команда поднимается на борт. Шестеро остались на «Фенрире», шестеро – в лагере. Я предположила, что седьмой окажется там, где это будет меньше всего удобно, когда придет время.

Шесть – это немного. Мы с Харпер могли бы убрать наземную группу. Но в этом плане было два изъяна. Первый: Харпер – не Куинн. Она умная и способная, но всё еще младший агент без полевого опыта. И второе: я не хотела, чтобы капитан узнал, что я обнаружила его логово, по крайней мере, пока.

– Эм, ты же это видишь, да? – прошептала Харпер, начиная отползать назад.

Я проследила за её взглядом. «Фенрир» поднялся со стоянки и разворачивался в нашу сторону, а стая воронов следовала за ним. Я оглянулась. Сзади было лишь огромное пустое поле. Мы были как на ладони.

Я вздохнула.

– Осложнения. Вечно эти осложнения.

– Что нам делать? Эти птицы нас заметят.

Я окинула взглядом поле. Там, вдалеке, виднелось кольцо стоячих камней. Слова Дис – «древние всегда дадут приют» – всплыли в памяти. Я думала, она имела в виду людей, древние расы, старых сверхъестественных существ. Но в этом королевстве мало что было древнее этих колец – разве что Эйдиард. И, по крайней мере в некоторых легендах, говорилось, что эти камни когда-то были людьми.

– Туда. К стоячим камням, – сказала я, указывая на кольцо мегиров.

Пригнувшись, мы с Харпер бросились к камням. Я сорвала плащ и запихнула его в сумку. Харпер сделала то же самое. В центре кольца камней находилась гробница – три боковых камня и массивная плита сверху.

– Туда, – шепнула я Харпер. – В гробницу.

Ладони покалывало, подошвы ног зудели, а по коже пошли мурашки, но идти было больше некуда. В ту секунду, когда мы вошли в круг камней, я почувствовала, как кожа буквально горит от энергии. Я проигнорировала это чувство и бросилась к центральному склепу. Пригнувшись, мы с Харпер заползли внутрь, прячась под навесом верхней плиты. Сверху нас увидеть было невозможно. Если только они нас не учуют, и эти проклятые птицы не станут проверять слишком тщательно, план должен сработать.

Харпер во все глаза смотрела в проем гробницы. Она замерла, ожидая появления дирижабля над краем обрыва. Я глубоко вдохнула, пытаясь отогнать ощущение магии, пропитавшей всё вокруг. Нам действительно нужно было убираться отсюда. Здесь было тесно, темно, и, судя по всхолмленной земле под ногами, мы стояли на костях кого-то очень важного. Гробница друидов – не место для живых. Слишком много здесь было чародейства.

Теплый, мягкий ветерок дунул из глубины склепа. Он взъерошил мои волосы. Вместе с ним я почувствовала сладчайший аромат. Яблоневый цвет?

– Клемени.

Мое сердце пропустило удар. Ох, черт возьми.

– Вон они, – прошептала Харпер.

«Фенрир» поднялся над обрывом и исчез в небе, а проклятые птицы последовали за ним. Мы с Харпер затаили дыхание, ожидая, пока дирижабль пролетит над нами.

– Клемени.

У меня возникло отчетливое, жуткое и совершенно неожиданное чувство, что кто-то стоит прямо за моей спиной. Харпер повернулась, чтобы выглянуть в щель между камнями, наблюдая, как дирижабль и птицы скрываются из виду.

– Они уходят вверх, – прошептала она. – На юг.

– Клемени.

Снова запах яблоневого цвета. Воздух стал мягким, как в парке сразу после весеннего дождя. Ветер был теплым и сладким.

– Всё, чисто. Они в облаках, птицы улетели, – сказала Харпер и начала выбираться наружу. – Ой, спина… тесновато там было. Клем, ты идешь?

– Я… да.

Не оглядывайся. Не оглядывайся. Не оглядывайся.

Осторожно двигаясь, я выбралась из-под камней, решительно не оборачиваясь. Даже когда кто-то приподнял длинную прядь моих волос и нежно погладил её, пока я уходила прочь.

Глава 14: «Менапии»

Мы с Харпер вернулись в крошечную деревушку на Норт-Роналдсей, где – после обещания щедрого вознаграждения – убедили ворчливого пилота подбросить нас до Терсо. Дребезжащий старый дирижабль, который, казалось, держался воедино скорее на честном слове капитана, чем на дереве и металле, прибыл в порт, испустив из горелки измученный выдох с запахом тухлой рыбы.

Теперь нам нужно было найти способ добраться до Эдинбурга.

– Смотри, – Харпер указала на щеголеватого капитана, беседующего с начальником станции Терсо. – Бельгийский флаг. Давай узнаем, не летит ли он домой.

Наши красные плащи развевались на ветру, пока мы спускались по трапу к капитану и смотрителю. Тот прервал фразу на полуслове и отвесил нам короткий поклон.

– Дамы, – удивленно произнес начальник станции. – Не ожидал вас здесь увидеть. Я думал, ваш корабль ушел еще вчера.

Я нахмурилась, раздраженная тем, что он приметил перемещения «Якобита» – и наши с Харпер. Впрочем, это было ожидаемо. В Лондоне легко затеряться в толпе. Здесь же мы с Харпер были как алые маки на заснеженном поле.

– Да, пришлось вернуться. Забыла свой ридикюль.

Смотритель хмыкнул. Бельгийский капитан улыбнулся. Улыбка была приятной, с ямочками на обеих щеках. Я ответила тем же, но взгляд капитана переметнулся на Харпер. И замер.

Ну конечно, пялься на девушку с двумя здоровыми глазами. Кто бы сомневался.

– Хотела спросить, сэр, куда вы держите путь? Нам нужно добраться до Эдинбурга, – обратилась к нему Харпер.

– Вам везет. Я лечу в Брюгге через Эдинбург и Лондон. Моя команда слышала толки о пиратстве в небе над Шотландией, и мы решили остановиться, разузнать обстановку. Я как раз собирался поднимать якорь.

– Пиратство? Пфе. Просто слухи, – проворчал седой смотритель.

– Слухи? Не слишком ли слабо сказано? – спросила я мужчину, на что тот лишь закатил глаза.

– Сообщения о нападениях реальны, сэр. Вам стоит держаться подальше от торговых путей, – предупредила Харпер капитана, чем заслужила раздраженный взгляд смотрителя.

– Что? – возмутилась она. – Корабль викингов патрулирует торговые линии.

– Корабль викингов! – расхохотался смотритель. – Ну и шутки у вас.

Я пристально посмотрела на него. Его пренебрежительный тон и явное нежелание слушать предупреждение Харпер не укрылись от моего внимания.

– Да что она смыслит? – бросил он капитану. – Она просто гражданская. Ветер будет попутным, если пойдете южным торговым путем.

Когда Харпер собралась снова возразить, я положила руку ей на предплечье и покачала головой.

– Дамы, буду рад видеть вас на борту, – сказал капитан Харпер и мне (хотя смотрел в основном на Харпер), затем повернулся к смотрителю: – Благодарю за совет, сэр.

Мы направились к дирижаблю, который, как я заметила, назывался «Менапии». За нашими спинами смотритель что-то проворчал и вернулся на свой пост.

Оказавшись на борту, я жестом позвала Харпер, и мы нашли место в стороне, но недалеко от штурвала. Порывшись в кармане, я достала фляжку капитана Мартина и встряхнула её. Осталось больше половины. Удивительно, но отвар действовал куда лучше засахаренного имбиря.

Команда отвязала канаты, и судно поднялось в воздух. Когда капитан вывел корабль на нужную высоту, мы подошли к нему.

– Держитесь подальше от торговых путей. Смотритель солгал, – сказала я. – Воздушный пират охотится именно на торговых маршрутах.

– Викинги, – поправила Харпер.

– Простите, воздушные викинги, – исправилась я.

– Вы уверены? – спросил капитан.

– Да. Начальник станции «в доле».

– Откуда ты это знаешь? – прошептала мне Харпер.

Мои ладони закололо. Я подошла к правому борту, выхватила пистолет, вгляделась в туманную дымку и вскинула оружие.

– Клемени? – окликнула Харпер.

Есть.

Я прицелилась и спустила курок. Раздалось сдавленное карканье, и мимо борта пролетело облачко черных перьев.

– Клем… Ты только что подстрелила птицу? – изумилась Харпер.

– Именно.

– Отличный выстрел, – заметил капитан. – Должно быть, вы охотница.

Я усмехнулась:

– Это еще мягко сказано.

– Но зачем стрелять в ворону? – недоумевал капитан.

– Это не просто ворона. Это ворон. И он следил за вами.

– Следил за мной?

Я посмотрела на Харпер, которая кивнула, до неё наконец дошло.

– Обученные птицы, капитан, – пояснила она. – Агент Лувель права. Смотритель, должно быть, послал его за вами. Хитро.

Я кивнула:

– Плохие парни всегда хитры.

Харпер разложила свою карту:

– Капитан, вам стоит идти этим маршрутом, – она указала пальцем.

– Агент Лувель? – капитан на этот раз взглянул на меня с гораздо большим интересом.

– Да. И агент Харпер.

Капитан медленно кивнул.

– Что ж, агенты, кажется, сегодня мне крупно повезло. Мы рады видеть вас на борту «Менапии».

– Благодарю, – ответила я.

– «Менапии»… Необычное название. Что оно означает? – спросила Харпер.

– Это название нашего древнего кельского племени. Мы ведь все когда-то были кельтами, верно? А кельты больше всего на свете любят сражаться с викингами. Но сегодня давайте всё же выберем тактику уклонения.

Он выкрикнул команду аэростатчику на фламандском. Баллон наполнился горячим воздухом, поднимая корабль выше. Капитан еще раз изучил карту Харпер, сверился с приборами и заложил правый вираж.

Оставив их, я прошла на нос корабля, чтобы подышать свежим воздухом и подождать, пока варево миссис Мартин утихомирит мой желудок. Держась за канат, я смотрела в небо, позволяя ветру ласкать щеку.

Я закрыла глаза, вспоминая тот мягкий голос, что звал меня по имени. Голос был нежным, женским, а воздух вокруг благоухал яблоневым цветом. Что же я слышала? Иной мир? Земли Благого Двора? Говорили, что Золотая Труппа использует стоячие камни и курганы, чтобы переходить из нашего мира в свой. И, что хуже, Неблагой Двор делал так же, хотя их не видели в королевстве с тех пор, как Виктория взошла на трон. Но я мало о них знала – фейри не входили в мою юрисдикцию. И, насколько мне было известно, Благой Двор почти никогда не появлялся в нашем мире.

Тогда кто или что звало меня?

И откуда они знали мое имя?

Глава 15: Подкрепление

Дирижабль «Менапии» прибыл в порт Эдинбурга ранним вечером. Вместо того чтобы возвращаться в гостиницу, мы с Харпер направились прямиком в «Теневой дозор». На этот раз мы вошли через главный вход. Мы ожидали, что нас сразу проводят вниз, но, к нашему удивлению, нас попросили подождать. Посыльный отправился в нижние ярусы, и почти сразу после этого появился агент Уолш.

– Рад видеть вас обеих, – сказал агент Уолш. – Пожалуйста, пройдемте, – он жестом пригласил нас в лифт. – Мы уже начали опасаться, что с вами что-то случилось.

Мы с Харпер зашли в лифт. Агент Уолш привел в действие рычаги, и, к моему изумлению, мы начали подниматься вверх.

– Простите, что заставили волноваться. «Якобит» был слишком медленным, поэтому мы отправили его домой. Мне нужно поговорить с агентом МакГрегором. Мы тут подумали… – начала я.

– Это подождет. Мне велено привести вас, как только вы появитесь.

– Привести куда?

– Ваши летающие волки нанесли новый удар, и на этот раз они выбрали очень неудачную цель.

– Что случилось?

Лифт звякнул, и мы вышли в длинный коридор на верхнем, закрытом этаже Эдинбургского замка. Повсюду была стража.

– Что происходит? – спросила Харпер.

– У нас гостья, – ответил агент Уолш, когда мы приблизились к двери в конце коридора.

Стоявший там гвардеец открыл дверь, явив нашему взору нескольких агентов «Теневого дозора», агента МакГрегора, агента Хантера, капитана Мартина и королеву Викторию.

Королева стояла у окна, хмуро глядя в небо. Она обернулась на звук открываемой двери.

Бросив быстрый взгляд на агента Хантера, который, казалось, с облегчением выдохнул при виде нас, я склонилась в низком реверансе; агент Харпер последовала моему примеру.

– Да-да, – рассеянно произнесла королева. – Я уже собиралась посылать за вами людей, агент Лувель. Весьма рада видеть вас в живых. Что ж, похоже, вам пока не удалось искоренить эту напасть в небесах.

– Нет, Ваше Величество. Но мы с агентом Харпер обнаружили их базу на Норт-Роналдсей. Также мы выяснили, как именно они выслеживают цели.

– Это, по крайней мере, добрые вести.

– Что-то произошло? – спросила я, переводя взгляд с королевы на агента Хантера.

– «Фенрир» захватил судно Короны, похитил несколько предметов, предназначавшихся для приданого принцессы Вики, и скрылся с королевскими сокровищами, – пояснил агент Хантер.

Проклятье. Мы с Харпер, может, и спасли груз «Менапии», но «Фенрир», очевидно, нашел добычу покрупнее в процессе.

Королева повернулась к капитану Мартину.

– Вы говорили, что «Фенрир» был у вас под прицелом, капитан. Что случилось?

– Он слишком быстр, – ответил капитан Мартин. – «Якобит» мощный, но слишком тяжеловесен, чтобы тягаться с «Фенриром». У «Фенрира» конструкция драккара, он не уступит любому гоночному кораблю. Пушки – не самая сильная его сторона. Его сила – в скорости. Они ушли в облака и исчезли прежде, чем мы успели занять позицию для атаки.

Королева Виктория посмотрела на меня. Я кивнула.

– И если мы найдем способ их догнать, вы сможете покончить с этим? – спросила она.

– Волки сильны, но они не хуже тех, с кем нам уже приходилось иметь дело. Нам просто нужно сначала их поймать.

Виктория кивнула.

– МакГрегор, немедленно приведите Дозор в боевую готовность. Капитан Мартин доставит вас на Норт-Роналдсей. Если застанете «Фенрир» в порту – сожгите его дотла. В противном случае арестуйте всех, кого найдете в их убежище, и верните мои сокровища.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – ответил агент МакГрегор, делая знак капитану Мартину, агенту Уолшу и остальным последовать за ним из комнаты.

– А если «Фенрира» не окажется в порту? – спросил агент Хантер.

Королева Виктория заложила руки за спину и принялась мерить комнату шагами. Мы все ждали. И ждали.

Агент Харпер неловко переступила с ноги на ногу рядом со мной. Я мельком взглянула на агента Хантера. К моему удивлению, он смотрел на меня и мягко улыбался.

– Ладно, – произнесла Виктория, коснувшись кончиками пальцев края стола. – Ладно. Если нам нужна скорость, мы будем быстрыми. Что ж, пусть кто-нибудь приведет ко мне Лили Старгейзер.

Глава 16: Легендарная Лили Старгейзер

Во всей стране не нашлось бы ребенка, который не знал бы имени Лили Старгейзер. Знаменитая гонщица на дирижаблях, первая женщина-пилот, выигравшая Мировой Гран-при, и многократная победительница британских отборочных соревнований – она была легендой. Проделав путь от беспризорницы до возлюбленной лорда Байрона, Лили стала титулованным пилотом, однажды даже выпрыгнувшим из дирижабля ради спасения другого гонщика. Мы все знали её и её корабль, также носивший имя «Старгейзер». Черт возьми, в детстве мы наперегонки старались бежать «быстрее, чем Старгейзер». Но что же стало с этой легендарной женщиной?

Всё, что мне было известно – это то, что однажды она приняла участие в кругосветной гонке, после чего исчезла. Я полагала, что она либо мертва, либо попивает ром где-нибудь на Бермудах, она была весьма известна своим разгульным образом жизни. Сейчас ей должно было быть за пятьдесят. Тот факт, что королева Виктория послала кого-то за ней, удивил меня сильнее, чем я могла скрыть. Каким образом королева вообще знала, где находится Лили Старгейзер?

Королева отправила гонца в Банк Шотландии – зачем, я понятия не имела – а затем мы с агентом Харпер и агентом Хантером спустились вниз, чтобы проинструктировать агента МакГрегора. Собралось не меньше дюжины агентов «Теневого дозора». Харпер поспешно набросала карту острова для МакГрегора, пока я пошла переговорить с агентом Уолшем, который уже экипировался для миссии.

– Есть советы, агент Лувель? – спросил он, проверяя оружие.

– Серебряные пули. Много серебряных пуль.

Уолш усмехнулся:

– Это само собой разумеется.

– Если решите нападать, делайте это до сумерек. При дневном свете они слабее и не могут оборачиваться, пока не взойдет луна. А в полдень они слабее всего.

– Благодарю, агент Лувель, – сказал он, а затем посмотрел мне за спину. – Сэр, – он наклонил голову.

Я обернулась и увидела агента Хантера.

– Удачи на задании, агент Уолш. На этот раз у дела будет побольше зубов, чем на вашем обычном участке, – заметил Хантер.

– Это уж точно. По крайней мере, не придется таскать с собой соль. Спасибо, сэр, – ответил Уолш Хантеру, еще раз взглянул на меня, бросил: «агент» и присоединился к МакГрегору.

– А какой у него обычный участок? – спросила я агента Хантера.

– Духи.

– Привидения?

Хантер кивнул.

– Притом весьма злобные.

Я украдкой разглядывала своего нового начальника. Всегда ли у него была эта россыпь веснушек на переносице и щеках? Он всегда казался таким выдержанным, таким безупречным. Веснушки придавали ему какую-то приземленность, которую я раньше почему-то не замечала. А эти глаза… Я никогда не видела глаз голубее.

Я подавила вздох, готовый сорваться с губ. Он и впрямь был очень красив. И, судя по всему, очень трудолюбив. Казалось, он вечно на работе. Он не был женат, агент Грейсток сочла своим долгом просветить меня на этот счет, но неужели у него никого нет? Кто бы не захотел такого мужчину? Да, он чопорный, но чопорный мужчина мог бы быть очень интересным в…

– Как справляется агент Харпер? – спросил агент Хантер, прерывая мои совершенно неподобающие мысли.

Я попыталась стереть с лица неуместную улыбку, которая успела там появиться.

– Ах да. Очень хорошо, сэр.

– Мы договорились, что она будет переходить из отдела в отдел, пока не найдем ей подходящее место. Она сама попросилась к вам в первую очередь.

– Она полезна в деле. – И это была правда. Но она не была Куинном. Тот факт, что я замялась у базы «Фенрира», говорил о многом. Конечно, было разумно позволить капитану думать, что его еще не обнаружили, но будь я с Куинном, нам было бы проще убрать половину экипажа прямо там, а остальных перехватить в воздухе. По правде говоря, я колебалась, потому что не хотела, чтобы Харпер погибла.