Текст книги "Мощный сигнал (ЛП)"

Автор книги: Меган Эриксон

Соавторы: Сантино Хассел
сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)

– Все потому, что ты это ты. Я так часто представлял наш первый раз, так мечтал, чтобы он был идеальным, но стоило тебе прикоснуться ко мне, и я… – Он покачал головой. – Твой вкус, запах, стоны… Черт, даже то, как ты двигался. Господи, Кай. Я не думал, что такое возможно, но теперь я хочу тебя еще больше, чем раньше.

Наши губы слились еще до того, как он договорил предложение. Я исследовал его рот, вдыхал его запах до тех пор, пока он не впечатался в мою кровь. Приласкав его лоб, я разгладил его темные брови и коснулся выступающих скул.

– Я рад, что ты открыл дверь, – промолвил он мягко. – Спасибо, что предоставил мне шанс.

Чем дольше я смотрел на него, тем сильней мне хотелось снова поцеловать его, но я сменил тему.

– Ты, наверное, голоден, да? Давай что-нибудь принесу.

Он опять сжал меня.

– Поесть я всегда готов.

– Тогда просто ляг и расслабься. – Я спрыгнул с его коленей. – Мы подзаправимся, восстановим силы и перейдем ко второму раунду, хорошо?

– Не вопрос. – Он сел на край постели и, опершись сзади на руки, свесил ноги на пол. – Спасибо, что не поднял меня на смех и не назвал скорострелом.

Мне захотелось избить всех парней, из-за которых он стал в себе не уверен. Он был до безумия сексуальным, и я знал, что его выдержка восстановится, так же твердо, как то, что прилипну к нему на все время, пока он останется здесь.

– Ты шутишь? Я захлопнул перед твоим лицом дверь и заставил переписываться со мной, пока ты не заснул в коридоре. Еще кто над кем должен смеяться.

– Хочешь поговорить об этом? Я могу подождать.

Я вздохнул и скрестил на груди руки.

– Да, но сначала давай ты поешь. Я просто скажу, что нечасто выхожу из квартиры, а общаюсь только с людьми из чата на стриме и с Шоном. С реальным миром… – я махнул рукой на окно, – я не дружу.

Вместо того, чтобы счесть меня психом и отвернуться, Гаррет с совершенно невозмутимым видом кивнул.

– Та же фигня. Почему, как ты думаешь, я взял с собой в армию ноутбук? Чтобы поменьше общаться с людьми. Реальный мир – полный отстой.

Я рассмеялся.

– О да.

– У нас, наверное, больше общего, чем ты думаешь, бэби. Так что не бойся… быть со мной тем, кто ты есть. – Он провел ладонями по матрасу. – Ладно, давай поедим. А потом, может, поговорим и сделаем-таки то, о чем столько болтали.

– Будет исполнено.

Я козырнул ему – вероятно, неправильно, – натянул тренировочные штаны и вышел из комнаты.

Желая накормить Гаррета не жалкими бутербродами, а настоящей едой, я достал суп, который сварил накануне, и, пока он разогревался, прислонился к столу и устремил взгляд в коридор. Всей истории я ему пока что не рассказал, но теперь он как минимум знал, что я не клубный тусовщик и не веду суперактивную жизнь.

Я понятия не имел, что будет дальше или на сколько дней он приехал, но черт побери… В данный момент он был здесь, и он подарил мне плюшевого пандомедведя. Он сделал попытку понять меня и пока что, несмотря на все, что увидел… не расхотел. Это было поистине чудом, а может просто свидетельством его терпеливости и напоминанием о том, что этот парень стал играть в моей жизни важную роль.

Разлив суп по тарелкам, я осторожно понес их по коридору и, зайдя в спальню, хотел было объявить, что обед подан, но сразу умолк. Гаррет спал, положив голову на подушку и ногами запутавшись в моей простыне. Бедный парень был изнурен.

Почему я не подумал, что ему нужен сон? Он же заснул под моей чертовой дверью.

Я поставил суп на тумбочку возле кровати и осторожно накрыл Гаррета простыней. Разумеется, медленно, чтобы налюбоваться линиями его мощного тела. На его мерно вздымающейся груди лежали жетоны, рот был приоткрыт, черты лица разгладились, отчего он стал выглядеть младше.

В моей постели спал мужчина – впервые. И у меня не было ни малейшего ощущения, что что-то не так.

Я сбросил штаны и, забравшись к нему, лег так близко, как только посмел – чтобы меня омыло исходящее от его тела тепло. Уже через пару секунд я зевал, убаюканный его ровным, удовлетворенным дыханием, и вскоре заснул.

***

Гаррет

Я резко проснулся, будучи абсолютно уверен, что лежу на своей узкой армейской кровати на базе, и меня прикрывает царапучая простыня. Но потолок вверху был незнакомым, а мое тело поддерживал мягкий матрас.

Точно. Я больше не был в Афганистане. Моя служба закончилась.

Существовал, впрочем, шанс, что, оглядевшись, я обнаружу себя в своей детской спальне, обстановку которой успел позабыть. Я вполне мог находиться в старом мамином доме, окруженном слишком большим лысым двором, где до сих пор ржавели, так и не дождавшись починки, машины отца. Вполне возможно, Кая тут не было.

Я очень медленно завел руку за спину. И нащупав гладкую кожу, с облегчением выдохнул. Боже, он был таким мягким. И так хорошо пах. Оттолкнув паранойю, я повернул голову, и мои губы сами собой растянулись в широкой улыбке.

Кай лежал на боку рядом со мной, грациозно раскинувшись на кровати и подложив под щеку ладони. Его шелковистые черные волосы закрывали половину лица, чувственный рот был приоткрыт – он был прекрасен, и его красота поразила меня намного сильнее, чем в тот момент, когда я нашел его стрим-канал, потому что сейчас он был здесь. Рядом со мной. Он был настоящим.

И его обнаженное тело освещали лучи заходящего солнца.

Пока я окидывал его взглядом, мой стояк развернулся в полную мощь. Голая плоть, еще недавно прижимавшаяся ко мне, практически умоляла, чтобы к ней прикоснулись, и проигнорировать этот зов было нельзя.

Я провел ладонью по его теплой ноге, по изгибу бедра и обнял за поясницу. Мне хотелось разбудить его влажными поцелуями, или взять в рот его член, или вжаться своим в его ягодицы, но я боялся, что испугаю его. Если он проснется в таком же дезориентированном состоянии, как и я, то все очень быстро закончится катастрофой. Рамирес как-то пытался присунуть мне, пока я мертвым сном спал в палатке, и в результате я начал размахивать кулаками и материться, словно меня хотели оттрахать ружьем. Его сломанный нос и выбитый зуб были основными причинами, по которым мы перестали общаться. Ничто не способно настолько доходчиво объяснить, что все кончено, как отсутствующий резец.

Поэтому спешить я не стал. Ведя кончиком пальца по его позвонкам, я коснулся губами его плеча, затем ключицы и легко присосался к коже на шее. Его теплое дыхание прервалось. Он вдохнул, и мой член запульсировал, когда с его губ слетел тихий стон.

– Я хотел разбудить тебя сексом, – прошептал я в его влажную кожу. – Но не знал, как ты это воспримешь.

– Спасибо за предусмотрительность. Спросонья я бы и впрямь мог испугаться. – Он перекатился на спину, увлекая меня за собой, потом обхватил мои бедра ногами и потерся членом о мою возбужденную плоть. – Но сейчас я готов.

– Ты уверен? – спросил я, перемежая слова поцелуями. – Мы можем просто…

– Уверен. – Хрипло дыша, он задвигался подо мной. – Мне надо ощутить твои руки. Надо понять, что ты настоящий.

Этой просьбы хватило, что я растворился в нем целиком. Вкус его губ, запах покрытой испариной кожи, ощущение влажного члена, скользящего вдоль моего, заставили меня забыть обо всем – о том, где я и сколько здесь пробыл, о своем обещании дать знать сестре, что я доехал до своей таинственной цели без приключений, о том, что пару часов назад я был уверен, что мне все показалось. Ничто больше не имело значения. Особенно после того, как Кай с неожиданной силой перевернул нас и оседлал меня.

Зажав мои бедра между коленок, он погрузился одной рукой в мои волосы, второй уперся в матрас и страстно присосался к моему языку. Было уже невозможно различить наши стоны или понять, чье сердце бьется быстрее. Когда я взял в ладонь его ягодицу, наши тела полностью переплелись. А когда мой палец проник дальше и внутрь, мы соединились в новом смысле этого слова.

– Черт. – Он задыхался. – Меня не трогали так целую вечность.

Я вытянул палец наружу, смазал слюной и, вернув на прежнее место, стал трахать его еще резче, а он продолжил ненасытно насаживаться на него. Мои яйца поджались, пальцы ног подвернулись, комкая простыню. Я уже чувствовал, как огонь кромсает меня изнутри – желание кончить быстро и мощно было отчаянным, невыносимым, потому что терпеть еще дольше мое изголодавшееся тело уже не могло.

– Тебе нравится, когда я вот так играю с тобой?

– Да, – выдохнул он. – Пожалуйста, да.

– Пожалуйста, что? – Мой палец замер, и я содрогнулся, услышав его протестующий стон.

– Пожалуйста, не прекращай играть с моей задницей, Гаррет.

Я чуть не взорвался прямо в тот же момент. Мое имя, которое сорвалось с его губ, пока он извивался, весь покрасневший от страсти, едва не толкнуло меня через край, и ситуация лишь усугубилась, когда он рывком повернул мою голову и вонзил в шею зубы, а потом принялся втираться в меня так энергично, словно хотел, чтобы я опять слишком рано расстрелял свой заряд.

Но я смог сдержаться. Наверное, чудом. И продолжил разрабатывать его пальцем, пока он не завибрировал надо мной. Его рука лихорадочно дернулась к тумбочке за презервативом и смазкой, за что-то задела, что-то слетело на пол, но до ящика он не дотянулся.

– Ч-черт, – прошипел он.

– Я могу…

– Нет, ты никуда не пойдешь.

Кай быстро сел и, оседлав мою грудь, наклонился, чтобы дотянуться до ящика, а я, пользуясь случаем, губами поймал его член. Что-то еще упало на пол, но Каю было плевать. Он уже взял меня за затылок и самозабвенно вторгался в мой рот. Было много слюны, много смазки, много влажных умоляющих вскриков, и я наслаждался каждой секундой. Особенно после того, как ввел в его маленькую тесную задницу сразу два пальца и дал ему то, чего он хотел, с обеих сторон.

– Гаррет, о боже. О черт. – Я ответил тем, что согнул пальцы крючком и стал трахать его еще глубже. Кай ахнул, сложился напополам и дернул меня за волосы. – Бэби… нет. Остановись… я хочу кончить, когда во мне будет твой член.

– Тогда давай вставим его куда надо.

Пока он искал нужные вещи, я кружил языком по кончику его плоти. Наконец он вышел из моего рта – медленно, неохотно, и я слизнул с губ его вкус. Оторвать взгляд от его эрекции граничило с подвигом, но я был вознагражден видом на его раскрасневшееся лицо, влажные губы и сверкающий взгляд. Я уже видел его в пылу страсти по скайпу, но это не стояло и рядом с тем, что происходило сейчас, когда я ощущал его мускусный запах и жар стройного тела.

А помощь моей правой руки не шла ни в какое сравнение с той теснотой, окружившей меня после того, как он раскатал на моем члене презерватив, смазал его и, поколебавшись всего долю секунды, втолкнул мою плоть себе внутрь.

– О черт… – Я зажмурился. Это было слишком… слишком приятно. – О господи, Кай. – Он начал двигаться, и я замотал головой. – Черт, погоди пока. Погоди. А то я…

Выдохнув, Кай издал беззвучный смешок.

– У тебя такой большой член.

– Слишком, да? – прохрипел я. – У тебя там так узко.

– Он идеален. – Он стиснул мой член, медленно выдаивая меня и покрывая мое лицо поцелуями. – Ты весь идеален.

Я открыл глаза и, увидев, с какой нежностью он на меня смотрит, оторопел. Я не знал, как на это ответить. Потому что происходящее было гораздо большим, нежели просто секс после месяцев виртуального траха. В этом чувствовалось начало чего-то серьезного и… нет, думать об этом сейчас было рано. Между нами стояло еще слишком много несказанного и неизвестного. Доказательством этому был тот момент у двери.

Я погрузился пальцами в его волосы, рывком опустил его лицо вниз и, чтобы заблокировать все сомнения, мысли, вопросы, крепко поцеловал… а потом, привыкнув к тискам, которые со всех сторон сжали мой член, начал вторгаться в него.

Когда я толкался вверх, он так же порывисто опускался, но мне все равно было мало. Еще, еще, еще – непрерывно пульсировало в голове до тех пор, пока она не заполнилась белым шумом и бешеным стуком крови в висках. Мы задыхались, наши губы припухли от поцелуев, взгляды слились, и все это время он скакал на мне, неумолимо приближая нас обоих к разрядке.

Я кончил так мощно, что у меня перемкнуло в мозгу. Дыхание застряло в груди, и я, изливаясь в презерватив, словно издалека услышал, как издаю какие-то хриплые звуки. Когда мое зрение прояснилось, я увидел Кая с лицом, запрокинутым к потолку, и его мельтешащий на члене кулак. Сквозь барабанную дробь моего пульса прорвались его громкие вскрики – их наверняка было слышно и за стеной.

– О черт, – повторял он как мантру, – ч-черт, черт, черт… – а потом замолчал, потому что я приподнялся на локтях и взял его в рот. Дико вскрикнув, Кай кончил. Я проглотил все до капли, наслаждаясь его вкусом и тем, как он всхлипывал, твердя мое имя.

Все было словно в тумане. Мы превратились в конвульсивно дрожащий комок, наши конечности переплелись, тела взмокли от пота, но мне было плевать. Кай взял подушку и сделал было попытку вытереть мою грудь, после чего сразу отбросил ее и растянулся на мне. Мы были липкими, но лежать с его макушкой под подбородком и, восстанавливая дыхание, поглаживать его спину, было невыразимо приятно.

– Я реабилитировался в твоих глазах?

– Даже не сомневайся. – Кай устроился поудобнее и удовлетворенно вздохнул. – Боже. Сейчас впору снова заснуть.

– Или съесть обед из шести блюд.

– О! – Он пошевелил в направлении дальней тумбочки пальцами. – Там стоит суп.

– Круто. Как только у меня появятся силы на то, чтобы сесть, я его съем.

– Он, правда, остыл.

– Пф-ф. Знаешь, чем нас кормили в пустыне?

Кай уткнулся подбородком мне в грудь и взглянул на меня своими огромными голубыми глазами.

– Вообще-то не знаю. Ты нечасто об этом рассказывал.

– Это да. – Я не хотел отпускать его и не стал. – Я расскажу тебе все, что захочешь. Мы, наверное, еще многое друг о друге не знаем, хоть я и открылся тебе больше, чем кому-либо еще.

– Почему?

– Не знаю. – Я дернул плечом, чуть сместив его уютную позу. – Отчего-то на расстоянии человеку довериться проще. Мы переписывались, каждый день часами общались, и нам было легко. Если бы мы встречались вживую, то все было бы по-другому. Правда, я ни черта об этом не знаю.

Уголки его губ завернулись в робкой улыбке.

– У меня почти то же самое, хотя стоило все-таки сразу сказать о том, что я полный лузер.

Я шлепнул его по заднице.

– Прекрати.

Он игриво подвигал бедрами.

– А если не прекращу, ты меня отшлепаешь, да? Мне это может понравиться.

– Напомни мне об этом попозже, когда я отдохну. А сейчас… мне бы хотелось кое о чем тебя расспросить. Если ты будешь не против.

Намек на вздох, и Кай сел.

– Но сначала ты все же поешь.

Он увильнул от прямого ответа, но я мог привыкнуть быть с человеком, которому хотелось заботиться обо мне.

– Не вопрос.

 

Глава 14

Кай

Я разогрел суп и хотел было сесть за стол, чтобы отдать кровать Гаррету, но заставить себя отдалиться от него хотя бы на пару шагов не сумел. И потому сел лицом к нему и скрестил ноги, а он прислонился к подушкам и энергично взялся за суп.

Сам я особенно голоден не был, а мысли о том, в чем именно мне предстояло признаться, окончательно отбили мне аппетит. Когда мы закончили, я поставил тарелку на пол и уставился на свои истерзанные ногти.

– Эй, – промолвил он мягко. – Как бы сильно мне ни хотелось снова наброситься на тебя, я думаю, что сначала нам надо поговорить.

– Да, я согласен. Просто то, что ты сейчас здесь – словно галлюцинация. Все мои знакомства – в сети, и я почти разучился общаться вживую. – Мой голос вдруг подскочил, и слова посыпались из меня, как горох. – Мне двадцать пять, и с двадцати двух я выходил из квартиры не больше нескольких раз. Вот, почему я бледный, как Эдвард Каллен, и психанул, когда ты пришел.

Гаррет не шевельнулся. Его поза, небрежная и расслабленная, стала теперь напряженной.

– Погоди, погоди… что?

– Ну, я сказал, что я не особо общительный…

– Кай, необщительный – это замкнутый, скрытный. А не выходить из квартиры – совершенно другое.

Он был прав. Я натянул на себя простыню.

– Помнишь, я говорил, что раньше танцевал в театре?

Он, не сводя с меня взгляда, кивнул.

– Мне… всегда было тяжело быть перед зрителями. Я волновался, мне становилось плохо, но я любил танцевать, и у меня получалось по-настоящему хорошо. Я получил роль в спектакле здесь, в Филадельфии, и старался как мог, но оказалось, что я все-таки не предназначен для сцены. Перед выступлениями меня каждый раз выворачивало наизнанку.

– Но… – заговорил Гаррет, и я понял, что он ищет какой-нибудь оптимистический довод, – разве такого не бывает и у многих других?

– Бывает, но у меня случались полноценные панические атаки. – Я махнул рукой. – Я и без того слишком худой, а из-за них стал терять вес, и это было ужасно. Потом я завел канал на твиче, и все… вдруг стало просто. Перед камерой я не пугался, не нервничал, и чем больше у меня появлялось подписчиков, чем больше я зарабатывал денег… – Я пожал плечами. – В какой-то момент я осознал, что можно вообще не выходить из квартиры. Здесь есть все, что мне нужно, а остальное привозит доставка. Со временем все мои друзья, которых и так было не особенно много, пропали, и у меня остался… только я сам. И мой чат.

– Ты живешь в интернете. – Это было утверждение, а не вопрос. И оно сообщило, что он меня понял.

– Да, – сказал я. – Именно так.

– Черт, – выдохнул он. – Неудивительно, что мое появление привело тебя в шок.

– Как я уже говорил, увидеть тебя вживую, в 3D, было похоже на галлюцинацию.

Последовала короткая пауза, после которой Гаррет, запинаясь, спросил:

– Когда ты завел канал на XXXTube?

– О… ну, когда я еще танцевал, у меня был в театре знакомый, который иногда меня трахал. Мы просто дружили, ничего больше. После того, как я стал таким, как сейчас, он иногда заходил ко мне, но в итоге это закончилось. Как обычно – приятель, с которым я спал, нашел настоящего парня, ну а я остался один. В общем, он перестал приходить, а мне дико хотелось секса. Я записал видео, загрузил его, и оно выстрелило. И тогда я подумал: черт, а почему бы и нет? Это ведь моя жизнь и мое тело. Плюс это приносило хорошие деньги.

Гаррет медленно кивнул.

– Значит, быть перед зрителями не то же самое, что быть перед камерой?

– Угу. Я не знаю… я понял, что люблю выступать, но мне необходима дистанция. Звучит странно, но это действительно так.

– Когда ты в последний раз занимался сексом?

Я усмехнулся.

– Полчаса назад.

– Ты понял, о чем я.

Пожевав губы, я тихо промямлил:

– Два года назад.

– Когда, говоришь?

– Два года назад! У меня был знакомый, который какое-то время заходил ко мне, а потом… – Я осекся и метнул на него разгневанный взгляд. – Ну спасибо, засранец, за то, что заставил признать это.

Руки Гаррета молниеносно обняли меня, и я упал к нему на колени. Я не привык к такому бесцеремонному обращению со своим телом, но это начинало мне нравиться. Наверное, потому что мне нравилось все, что он делал.

– Выходит… – на его губах стала зарождаться улыбка, – я в каком-то смысле особенный, раз спустя столько времени ты выбрал меня?

– Да, но я вовсе не был застенчивым девственником. – Я ткнул его в бок. – Я трахал себя перед камерой. Много. Так что твоя уникальность – не только в том факте, что мы переспали.

Он просиял, но сумел приструнить себя и придать лицу серьезное выражение.

– Я просто шучу. Для меня это не имеет значения. Я и сам, в общем-то, не пуританин.

– Да, я заметил.

– Хорошо. – Гаррет взял мои щеки в ладони. – Почему ты не рассказывал все это раньше? Не только о своей личной жизни, но вообще обо всем?

– Наверное, из-за чувства ответственности. Ты говорил, что благодаря мне твоя служба переносится легче. И ты уже напрягался, когда люди цеплялись ко мне на твиче. Я не хотел доставлять тебе… лишних переживаний.

– Это так самоотверженно.

– Как и служба в армии, нет?

Его игривость поблекла, и он сел на пятки.

– Не знаю. Не в моем случае. Я пошел в армию из-за отсутствия альтернатив. Теперь у меня есть шанс получить образование и профессия. И я смог вырваться из Рикстона, а он самый депрессивный город во всей Пенсильвании.

– Почему?

Он пожал плечами.

– Там низкий средний доход. Зимой адская холодина. Сложи первое и второе и получишь алкоголизм и всеобщее уныние в целом. Там хреново. В подобных местах легко впасть в отчаяние, и поэтому многие парни уходят служить.

Кивнув, я всмотрелся в его лицо и увидел, что оно помрачнело. Гаррет редко рассказывал о своем родном городе – возможно, по личным причинам, а может, из желания оградить меня от тревожных подробностей своей жизни. То же самое двигало при разговорах с ним мной.

– Ну… – произнес я, подумав, – все могло сложиться и хуже. Ты мог… начать торговать наркотиками. Сутенерствовать. Или типа того.

Рот Гаррета дернулся, и на сей раз ему было еще труднее удержаться от смеха.

– Что? – Я толкнул его. – Что смешного?

– Сутенерствовать? – Он растянулся на мне и рассмеялся мне в шею. Все его девяносто с чем-то там килограммов мышц сотрясались от смеха. – Ты такая балда.

– Что? Это серьезно!

– Конечно. – Отдышавшись, он покачал головой. – Я рад, что ты гордишься мною за то, что я предпочел сутенерству военную службу.

– Ты надо мной насмехаешься.

– Никогда.

– В общем, – я обнял его, – вот и вся моя история.

– А твоя семья…

Моя семья уже даже не была больной темой. Я всегда был один. С детства мало что изменилось.

– От тети я каждое Рождество получаю открытку. Моим двоюродным братьям и сестрам не до меня – у них семьи с детьми, и они вряд ли помнят, что есть такой дальний родственник с отцом-наркоманом, который давным-давно у них жил. Моя бабушка умерла, когда я еще был подростком. Иначе я бы, наверное, получал на дни рождения открытку с десятидолларовой купюрой внутри. А с отцом я не общался… не знаю, еще со средней школы?

Он тяжело выдохнул.

– Черт.

– Ну а почему, как ты думаешь, мне было так просто исчезнуть?

Гаррет наморщил лоб.

– Но ты же… такой обаятельный, и с тобой интересно. Не верится, что никто не захотел тебя удержать.

Я впустил эти слова к себе в сердце и разрешил им согреть меня изнутри.

– Я рад, что ты так считаешь. Только не знаю… сколько в том правды.

– Но в интернете…

– … все по-другому. И с тобой я тоже другой, потому что… с тобой все естественно.

Он пригладил мои волосы.

– Я не думаю, что со мной ты другой. Мне кажется… я надеюсь… что со мной ты можешь быть таким, какой есть.

Я и впрямь был с ним собой. В большей степени, чем мог объяснить. Гаррет получил Настоящего Кая. Или, как минимум, его лучшую версию.

– Ну вот я и рассказал тебе о своей семье – а точнее, об отсутствии таковой, – так что теперь расскажи мне о себе.

– Ты уже знаешь, что мой отец не так давно умер, но вырос я в Рикстоне с ним, матерью и сестрой.

– Ты говорил, что твоя семья не знает о том, что ты гей?

– Угу. Признаваться не было смысла. Я же ни с кем не встречался. Натуралов, которые потом не могли смотреть мне в глаза, я посылал, а моя единственная попытка найти парня в сети обернулась огромным провалом.

Меня всегда убивало то, с какой горечью он о том вспоминал.

– Гаррет…

– Мой отец был гомофобом. Чудовищным гомофобом. Я убежден, что легализация однополых браков и было тем, что окончательно подкосило его. – Гаррет попробовал улыбнуться, но улыбка вышла кривой. – Насчет матери и сестры я не уверен. Думаю, они воспримут нормально, но мне проще было не говорить им, и все. Понимаешь?

– Конечно.

– Но скоро я им расскажу. Из-за тебя.

Все у меня внутри снова сжалось, и я прохрипел:

– Из-за меня?

– Кстати, пока я опять не забыл. – Гаррет взглянул на часы. – Мне надо позвонить сестре.

Я поймал его за руку.

– Ты собираешься рассказать ей прямо сейчас? – Мой голос взвился до истерических ноток, хотя я даже не вполне понимал, чего конкретно боюсь.

Гаррет, наконец-то поняв, что у меня вновь начинается паника, крепко сжал мои плечи.

– Воу, Кай, успокойся. Нет, совершать каминг-аут по телефону я, конечно, не буду. Просто если не сказать, что со мной все в порядке, то она будет звонить мне всю ночь.

Ладно, причин для паники не было. Мое дыхание начало приходить в норму, но Гаррет отпускать тему не стал.

– Хочешь сказать, почему так сильно перепугался?

Не особенно.

– Просто сейчас… мы в безопасности. Есть только мы. Ты и я. И я на минуту забыл, что у тебя есть своя жизнь и семья, и подумал, а вдруг твоя сестра решит, будто я превратил тебя в гея, или возненавидит меня…

Его ладони, лежавшие у меня на плечах, дарили успокоение.

– Давай не спешить. Я позвоню сестре, скажу, что благополучно доехал до друга, и что ненадолго здесь задержусь.

Я проигнорировал «ненадолго» и сосредоточился на общем смысле сказанных слов.

– Хорошо. Извини.

– Не извиняйся. Но когда снова запаникуешь, то, если сможешь, поговори со мной. И мы все решим. Я понятия не имею, что делаю, но хочу попытаться.

Я смотрел на него и думал, не будет ли слишком рано сказать, что я уже наполовину влюбился. Ну хорошо, на три четверти. Кивнув, я сумел вымолвить только одно:

– Спасибо тебе.

Гаррет поцеловал меня в лоб и толчком поднялся с кровати, а я улегся на бок и стал смотреть, как он наклоняется, подбирая с пола штаны, и как на его заднице напрягаются мышцы.

– Зачем ты одеваешься?

– Я не буду говорить с сестрой голым, – сказал он, застегивая «молнию» джинсов.

– Но она не узнает!

– Но я-то знать буду. Все разговоры с Николь – только в штанах.

Он оглядел мою спальню, высматривая, куда бросил футболку, а потом уставился в стену. Я улыбнулся – его взгляд зацепился за выведенные зеленым мелом слова, которые я написал полгода назад: «В случае моей насильственной смерти прошу винить Хаззарда».

– Что это?

– Я написал это, когда обнаружил, что убил лучника защитника Родины. Боялся, что ты придешь мстить!

– Мстить? – недоверчиво переспросил он. – Откуда ты вообще узнал, что я служу в армии?

– Когда мой орк тебя сделал, я поспрашивал о тебе.

– Знаешь, так странно, что все это началось со стычки в игре. – Гаррет, по-прежнему глядя на надпись, покачал головой. – Ладно, пойду позвоню этой девчонке, пока она не взбесилась.

– Удачи тебе.

Он козырнул мне – намного четче, чем я, – пошлепал в коридор, и я услышал, как он роется в своей сумке.

Поднявшись с кровати, я поморщился – задница немного побаливала, но то была приятная боль, – и натянул чистые тренировочные штаны. Проверяя почту, я слышал голос Гаррета, доносящийся из коридора.

– Я приехал… у друга… нет, Николь, это не девушка. Как там мама? Этот тип нормально с ней обращается? Все-таки его надо проверить… так, не указывай, что мне делать.

Хотя его тон был задиристым, в нем безошибочно считывалась любовь. У меня родных братьев и сестер не было, и я часто гадал, каково было бы расти не одному и знать о их прошлом практически все.

– Да, ну я скоро приеду, так что готовьтесь встретить с оркестром… Господи, я пошутил. Только попробуй устроить мне чертов парад, и я спалю город.

Пока он слушал, что она отвечала, я улыбался.

– Нет, все хорошо. Все отлично. Просто мне надо было кое-что сделать, окей? Объясню, когда приеду домой. Да, познакомлю… нет, тебе нельзя его трахнуть.

Я прикрыл рот, чтобы скрыть смех.

– У тебя разве нет парня? Которого ты водила в тир… Ха-ха, естественно, ты стреляешь лучше него, ты же Рейд. Ладно, мне надо идти. Я напишу, когда меня ждать… Нет, никакого оркестра!.. Хорошо, люблю тебя. Все.

Вовсю улыбаясь, я уже даже не смотрел на экран. От его разговора с сестрой у меня внутри почему-то распространилось уютное, теплое чувство, которое только усилилось, когда жар его тела опалил мою спину, а ладони легли на мои плечи и стали мягко их мять.

– Ты, похоже, очень любишь сестру.

– Ну, она ничего. – Гаррет улыбнулся. – Не, она классная. Вы друг другу понравитесь. – Его руки остановились, и он показал пальцем на дверь. – Ты не против, если я схожу в душ?

Я отвернулся к компьютеру. Женская версия Гаррета? Это звучало немного пугающе. И я не знал, что ответить на его предположение о моем возможном знакомстве с его семьей. Они что, приедут сюда? Как это будет? Мам, Николь, извините, но к вам Кай приехать не сможет. При мысли о том, чтобы выйти на улицу, его начинает тошнить. Может, приедете вы?

– Конечно, иди.

– Отлично. – Он, не сводя с меня глаз, отступил к коридору. – А потом… сниму номер в гостинице, да? Тут недалеко есть одна.

– Не говори глупостей. Ты останешься здесь.

На лицо Гаррета вернулась широкая, сияющая улыбка.

– Ты уверен?

– На триста процентов.

– Ты не пожалеешь, поверь. – Он окинул меня всего взглядом. – Я подзаправился и готов к третьему раунду.

– Или… ко второму с половиной?

Гаррет с беззвучным смехом показал мне средний палец и ушел в душ.

Когда зашумела вода, я медленно выдохнул. И запретил себе думать о неизбежных будущих сложностях. Мне следовало сосредоточиться лишь на том, что сейчас Гаррет был здесь, и притвориться, что окруживший нас кокон никто и ничто не разрушит. Только так я мог защитить себя.

 

Глава 15

Гаррет

Мы не отлипали друг от друга два дня.

Предугадать, сколько времени нужно, чтобы компенсировать все те часы, проведенные за разговорами на расстоянии семи тысяч миль, было сложно, но мы попытались уложиться в кратчайшие сроки.

И в первую ночь даже не спали. Вылазка за бутербродами закончилась сексом на кухне, который перешел в перекус нагишом, после чего мы до утра проболтали. К полудню нас сморил сон, и, отоспавшись, мы снова попеременно трахались, разговаривали, заказывали на дом еду и нежились в обнимку в кровати.

Все было просто, естественно, идеально. Как я и мечтал.

Но на третий день нас настигла реальность. Мама начала присылать мне ссылки на объявления о работе, а Кай вспомнил о своем хлебе насущном.

– Черт! Я два дня не заходил на канал.

– Твою мать. Я совершенно забыл.

Кай соскочил с кровати, накинул клетчатую рубашку и взялся за черные обтягивающие штаны.

– Черт-черт-черт. Они, наверное, думают, что я умер.

– Ты не преувеличиваешь?

– Нет. – Он запрыгал, натягивая на свою круглую попку штаны. – Ты бы не стал волноваться, если бы я вдруг пропал?

– Убедил. – У него был четкий, предсказуемый график – стрим утром и вечером, каждый день. – Во что будешь играть?

– Мне дали эксклюзивный доступ к одной игре.

– К какой?

– A Legend’s Walk. Это совершенно новая ММО, фишка которой – твой собственный лор. Другими словами, каждое твое действие влияет на легенду героя. В конечном итоге твоя история должна переплестись с основным сюжетом игры, но насколько грамотно это реализовано – пока непонятно. – Кай плюхнулся в кресло и развернулся к игровой секции в углу своей спальни, где стоял длинный стол в форме L с кучей гаджетов, тремя мониторами и первоклассной геймерской клавиатурой. – Я должен был играть в эту хрень всю неделю, чтобы они повесили ролики моего прохождения к себе на ютуб.