Текст книги "Мощный сигнал (ЛП)"

Автор книги: Меган Эриксон

Соавторы: Сантино Хассел
сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

В надежных источниках говорилось, что посылки за океан могут идти целый месяц, и поскольку я отправил ее на месяц позднее – чтобы добавить после обзоров самые новые игры, – прошло уже два. Я уже начал бояться, что она потерялась на почте или ее задержала таможня.

Кай: Да, серьезно.

Гаррет: Зачем?

Кай: Почему бы и нет?

Наступила пауза. Долгая пауза.

Гаррет: Может, пока я открываю ее, выйдем в скайп? Я ждал, когда свалит сосед, чтобы распечатать ее, разговаривая с тобой.

Я ждал этой просьбы. Давно. Уже месяц, наверное, ни о чем другом и не думал. Между нами возникла… чертовски мощная связь. Если честно, в моей жизни он стал первым парнем, который наиболее близко подошел к определению бойфренда, и я был готов сделать следующий шаг. Меня подташнивало и мутило, но я был готов.

Кай: Окей.

Гаррет: Правда?

Кай: Да.

Гаррет: Точно? Ты же не просто так говоришь?

Кай: Точно.

Гаррет: Прямо сейчас?

Я оглядел свой свитер и боксеры и торопливо натянул тренировочные штаны.

Кай: Да. Прямо сейчас.

Мы обменялись контактами, и как только я услышал гудки, то, чтобы не обкусать себе напрочь все ногти, сел на ладони. Вот оно. Сейчас я увижу его во плоти. И что самое главное… он увидит меня. Конечно, он уже видел меня на твиче и в тех моих видео, но сейчас мы будем разговаривать напрямую. В реальном времени и только вдвоем. Я волновался сильней, чем хотелось бы. Черт, надо выпить воды.

Когда на экране появилось размытое лицо Гаррета, я втянул в себя воздух и стал ждать, когда сигнал наберет силу. Было непонятно, что он там делал, но все мельтешило, а картинка была настолько пикселизированной, что я едва различал его.

– Гаррет, перестань дергаться, – сказал я чуть резче, чем собирался.

Он замер, изображение стало четким, и внезапно я уже смотрел в карие глаза Гаррета Рейда. Судя по всему, он сидел за столом – я видел его только по грудь – и смотрел на меня напряженным, если не сказать настороженным взглядом. У меня перехватило дыхание. Как от удара. Черт побери, он был бесподобен, с такими высокими и острыми скулами, что можно было лишь удивляться, как его загорелая кожа не разрывалась на них. Мне захотелось просочиться сквозь экран монитора, забраться к нему на колени и целовать до тех пор, пока его щетина не разотрет докрасна мой подбородок, пока мы оба не начнем задыхаться, пока я не вспомню, что чувствуешь, когда тебя обнимает живой человек.

Я не знал, что сказать. Потому что хотел одного: протянуть руку и почувствовать пальцами его теплую кожу, а не холодный экран.

Гаррет потер свою отросшую бородку.

– Выгляжу, как урод. Я бы побрился, если бы знал, что мы выйдем в скайп.

– Все хорошо, – мягко произнес я, не желая, чтобы он о чем бы то ни было волновался. – Я вижу тебя – в цвете, вживую, – и это… больше, чем хорошо. Это здорово.

Его осторожная улыбка стала широкой.

– Да? Ну а я скажу, что видеть тебя – это фантастика!

Я не знал, что на это ответить, и потому ничего не ответил. Его голос – низкий и хрипловатый, но при этом чарующе мягкий – будто бы одурманил меня. Я хотел, чтобы он продолжал говорить. Теперь у его образа появился и голос. И я знал, что когда в следующий раз сожму член в кулаке, мое воображение развернется в полную силу.

Он откашлялся, поправил камеру и снова сел. Теперь я видел его до коленей. На нем были камуфляжные штаны с сотней кармашков и зеленовато-коричневая футболка. Когда он наклонился, чтобы поставить посылку себе на колени, между ремнем и футболкой мелькнула загорелая кожа.

– В общем, один парень прислал мне из Штатов эту посылку. Как думаешь, что там?

Я сморщил нос.

– Наверняка какой-нибудь хлам.

Гаррет рассмеялся, и его мягкий смех мне понравился. Очень.

– Ну конечно. – Он достал из кармана армейский нож и начал разрезать скотч.

Черт. Почему это выглядело так горячо?

– Воу... ты настоящий Рэмбо.

Он взглянул на свой нож, потом поднял его к лицу и пафосно процитировал:

– Первыми пролили кровь они, а не я.

Придя в полный восторг, я захлопал в ладоши.

– О боже, это дико заводит.

Гаррет прищурился в камеру и выгнул бровь.

– Серьезно?

Я закатил глаза.

– Открывай уже.

Он указал на меня ножом.

– Хорошо, но позже мы вернемся к разговору о том, что тебя заводит, когда я с оружием. – Когда скотч был перерезан, Гаррет защелкнул нож – одной рукой, что опять показалось мне до безумия сексуальным, – а затем открыл створки коробки и заглянул в нее. – Ничего себе. Столько всего.

– Похоже, ты завел в Штатах довольно-таки хорошего друга, – сказал я.

Но его вниманием полностью завладела коробка, особенно когда он достал два огромных пакета с конфетами.

– Охренеть.

– Надеюсь… ты любишь такие.

Слушать, как он восторгается моими подарками, было немного неловко. Ведь я мог только смотреть. Но потом я сосредоточился на его лице – на широкой улыбке и сияющих теплым светом глазах – и вспомнил, что у него никогда не было бойфренда или просто по-настоящему близкого друга. Отныне эта роль принадлежала мне.

– Конечно, люблю, это ж конфеты! Надо будет их спрятать, иначе местные сволочи вмиг их сожрут. – Покопавшись в коробке, он вытащил десять пачек влажных салфеток. – В детских салфетках ничего сексуального нет, но черт, здесь они нужны нам как воздух. Спасибо тебе.

Внезапно мне захотелось дотянуться сквозь монитор до коробки и забрать ту долбанную собаку. Зачем я купил ее? Гаррет не походил на любителя мягких игрушек. Вот прямо совсем. Но я, как влюбленная школьница, зачем-то отправил ее. Блин-блин-блин.

– Гаррет, послушай...

Он достал носки и футболки.

– Супер! Мне их всегда не хватает. Ты узнавал, что нужно солдатам, угу?

Кусая губу, я смотрел, как Гаррет с восторгом перебирает игры, среди которых был и новенький шутер, и наконец на дне коробки осталась только плюшевая собака, упакованная в оберточную бумагу. Я услышал, как она зашуршала, когда Гаррет нащупал ее.

– Что там?

– Ничего… просто оберточная бумага, – промямлил я. – Так как тебе игры?

– Оберточная бумага? – проигнорировав мой вопрос, повторил он. – Нет, там что-то еще.

Он вытащил сверток, и я, приготовившись к удару неловкости, вжал голову в плечи.

***

Гаррет

Судя по мягкости завернутого в бумагу предмета, там скорее всего была плюшевая игрушка. Я улыбнулся. Что он прислал? Может, плюшевую версию какого-нибудь монстра из нашей любимой игры? Или своего орка, чтобы тот сидел у меня над кроватью, излучая угрозу, как в катакомбах?

– Сейчас поглядим…

Я разорвал бумагу, и на меня уставилась игрушечная копия моей хмурой персоны. В форме собаки. Сначала я просто склонил голову набок и задумался, почему он выбрал именно пса. Но потом до меня дошло, и я расхохотался.

– Ты запомнил тот разговор! О черт, теперь я просто обязан найти для тебя красного пандомедведя. Кем бы ни был этот чертов придуманный зверь. – Кай не ответил, поэтому я поднял взгляд и обнаружил, что он весь съежился. – Кай, сделай лицо повеселее, а то расстроишь моего нового друга. Он, кстати, будет теперь тусоваться с моим Медоедом.

– С медоедом?

– Угу. – Я показал на самодельную полку над койкой. На ней гордо сидел крайне уродливый плюшевый медоед. – Сестра прислала его, потому что «медоеду все похер». – Я хмыкнул. Знает ли он этот мем? – Теперь у него появился приятель. Пусть охраняют меня, когда я буду дрочить.

Теперь рассмеялся и Кай. Его смех, громкий и чуть-чуть нервный, звучал иначе, чем на твиче, и он сразу прикрыл рот рукой.

– Тебе правда понравилось?

– Конечно. Мне очень приятно, что ты запомнил мой ответ на вопрос. Я воспринял его уж слишком серьезно.

– Нет! Ты дал отличный ответ. Он многое рассказал о тебе.

Как же, отличный… Скорее, он прозвучал, как ответ стереотипного армейского хвастуна. Из тех, что строят из себя мачо и делают фотки, на которых позируют с автоматом, чтобы вывесить их в инстаграм.

– Как думаешь, стоит сказать парням, что мой виртуальный бойфренд прислал мне посылку? – Я прекратил аккуратно раскладывать подарки на полке и повернулся к экрану. Кай, все еще красный, жевал уголок нижней губы. – Эй. Я пошутил.

Он сел так, как садился всегда, когда испытывал дискомфорт – как бы завернувшись в себя: подтянув колени до подбородка и обняв ноги руками. Я понятия не имел, как у него получалось так складываться, но его гибкость постоянно интриговала меня.

– Слушай, я не то чтобы всерьез попросил тебя стать… моим бойфрендом. Или… черт. Я не знаю. Давай забудем, окей?

– Нет, подожди, – быстро вымолвил Кай. – Я не напрягся. Просто это...

– …странно? Пугающе? – Наверное, правильней было бы отвернуться и дать ему время подобрать слова самому, но я просто не мог. Его внезапная скованность вызвала у меня автоматическое желание утешить его. Не то чтобы я любил или умел утешать. Мою способность сочувствовать можно было сравнить с подтиранием задницы наждачной бумагой. – Кай, если в видеочате тебе некомфортно, давай общаться в обычном. Я знаю, ты привык к определенным границам. Мне не следовало давить. Просто мне ужасно захотелось поговорить с тобой. По-настоящему.

Кай покачал головой. Потом наклонился вперед и посмотрел на меня так просяще, что мне отчаянно захотелось дотянуться до него сквозь монитор и коснуться лица. Хотя бы раз.

– Я хотел сделать тебе что-то приятное, – наконец проговорил он. – И я рад, что у меня, кажется, получилось. Я боялся, что посылка покажется тебе глупой, что потом наше общение станет неловким. Ведь я никогда так не делаю.

– Как именно?

Он поерзал.

– Не сближаюсь со знакомыми из интернета. Я люблю ребят из своего чата, потому что они очень поддерживают меня, но вот… такого у меня ни с кем еще не было.

– У меня то же самое. Чаще всего интернет пугает меня. Остаточный ущерб после того случая в школе. – Господи, зачем я опять это вспомнил? – Но это неважно.

– Нет, важно. – Выдохнув, Кай обмяк, расслабился в кресле, и вырез его широченного свитера соскользнул, обнажив гладкую кожу плеча и пару веснушек. – Тот случай до сих пор воздействует на тебя. Я понимаю это каждый раз, когда ты реагируешь на тех извращенцев, которые слишком активно подкатывают ко мне.

Я старался это скрывать, но тем письмом выложил все свои карты на стол. В реальной жизни я никогда не позволял себе быть откровенным. От меня можно было услышать разве что «доброе утро», но в интернете… Все было наоборот. Слова текли проще. Появлялось чувство небывалой уверенности в себе. Но почему, я не знал.

Может, потому что в сети можно было не смотреть человеку в глаза? Потому что, печатая, складывать слова было проще? Или потому что… из миллионов людей на этой дерьмовой планете, которых я никогда не встречу вживую, интернет подарил мне абсолютно идеального для меня парня?

– Знаю, это кажется лицемерным, – проговорил я, – осуждать людей, которые одержимы тобой, когда я сам назвал тебя своим виртуальным бойфрендом, но я все-таки отличаюсь от них. Когда мне захотелось узнать тебя, я сделал эту попытку самостоятельно. Я попытался поговорить с тобой. И если бы ты попросил меня отвалить, я бы вмиг это сделал. Я не развил… эти странные собственнические чувства до того, как узнал, что ты… до того, как у нас… – Вот почему общение через текст было лучше. Я запутался в мыслях и понятия не имел, что несу. – Я не знал, что все сложится так, как сложилось. И не планировал этого. Поэтому меня задевает, когда я вижу, как люди пытаются выдавать свое одностороннее увлечение тобой за какой-то сорт отношений. Увлечение, основанное на том, что они препарируют и овеществляют тебя и не относятся к тебе, как к реальному человеку.

Кай смотрел на меня широко распахнутыми глазами. Возможно, из-за того, что я неосознанно намекнул, будто источник его дохода целиком зависит от внимания психопатов.

– Я не утверждаю, что они поголовно такие, – поспешил объяснить я. – Но те, кто не стесняется попросить тебя показать член или постримить голым, или скидывает в игровой чат ссылку на XXXTube… Вот им плевать на тебя. В жизни они никогда бы такого не сделали. Они не видят в тебе реального человека с реальными чувствами. И это убивает меня. Сразу хочется раскроить им всем череп.

– А что говорит обо мне такой факт… – Кай уперся подбородком в коленку и улыбнулся, – что после твоей изумительной речи я первым делом подумал о том, насколько сексуально ты выглядишь, когда сердишься и рвешься мстить за меня?

Смех, вырвавшийся из моего горла, наверное, оглушил его через колонки. Кай тоже рассмеялся, и когда его глаза заблестели, а широкий рот растянулся в улыбке, у меня слегка отлегло.

– Послушай, – произнес он. – Я не спорю с тобой, но это часть моей работы, причем несущественная. Их надо просто блокировать.

– Угу. Я понимаю. Но мне все равно хочется выпустить своего Халка.

– Я знаю. – Кай приложил кончики пальцев к губам и отправил мне поцелуй. – Ты мой герой.

– Ха. Да уж.

…Герой, застрявший на в основном бездействующей базе. И даже не занимающийся чем-то полезным, ведь я никого не спасал, а всего лишь чинил военную технику. Между людским представлением о том, чем я здесь занимался, и реальностью лежала огромная пропасть. Люди считали, что солдаты бывают либо упоротыми идиотами, которым лишь бы устроить пальбу, либо эталонами самоотверженности. Но я просто сидел, смотрел в календарь и отсчитывал дни до отлета.

– У меня сейчас стрим нового демо, но… как-нибудь можно созвониться еще, – нерешительно пробормотал Кай.

– Конечно! – Черт, мне уже не терпелось. – Было бы круто. В любое время, только скажи.

– Окей. Здорово.

Он отправил мне еще один поцелуй и отключился, а я остался сидеть и гадать, что стало причиной облегчения в его тоне. Его напряг видеочат, потому что ему пришлось играть некую роль, как на твиче? Но что это значило для нашего будущего?

И было ли у нас это будущее? Я все чаще думал о том, что случится, когда командировка закончится, но с ним эту тему пока что не обсуждал. В каком-то смысле наше общение по-прежнему было односторонним. Я смотрел его на твиче, хоть там он и не разговаривал конкретно со мной. Видел его максимально интимные видео на XXXTube. И получил от него посылку с подарками. Он дал мне так много. А что получил взамен?

И я впервые не стал включать его стрим и, потратив пару часов на взвешивание вариантов, решил отблагодарить его в форме особенного письма.

 

Глава 9

Кай

Письмо пришло в два часа ночи. Мне не спалось – на стриме демо-игры я выпил чересчур много кофе, пока защищал замок от вражеских орд, – поэтому я решил позаниматься. Поделать приседания с отжиманиями и ненавистную планку. Энергии во мне было мало, но я не устал.

Компьютер звякнул, так что я поднялся на ноги и поплелся к нему. Там было письмо от Гаррета. Странно. В это время он не появлялся в онлайне – у них была середина дня, – и в последний раз мы с ним списывались через почту где-то… с месяц назад.

Привет Кай!

Я знаю, по почте мы больше не переписываемся, но… ты сделал мне волшебный подарок, а я тебе – ничего. Но я постараюсь это исправить. Твой подарок – в аттаче в форме MP4-файла, и на этом видео я ласкаю свой член. Прости, я никогда не утверждал, что романтичен.

Я записал его, пока смотрел твое видео. У меня, конечно, не вышло выглядеть таким сексуальным, как ты… но может оно хоть чуточку уравняет счет.

Гаррет.

Я не знал, что у меня творилось с лицом. Что оно выражало? Удивление? Радость? Возбуждение? Шок? Ладно, может, все сразу. Я уставился на аттач. Название представляло собой несколько цифр. Наверное, потому что было бы не слишком умно́ держать в ноутбуке, куда в любую минуту может сунуть нос твой сосед, файл под названием «Как я дрочу».

Черт. Ну вот. В голове опять замелькало армейское порно.

Я глубоко вдохнул. Надо посмотреть его. На это рассчитывал Гаррет и хотел сделать я сам – хоть оно и грозило убить меня.

Сэр, что случилось?

О, ничего, просто чуть не упал в обморок, глядя, как передергивает мой армейский бойфренд.

Сэр, эта линия – только для экстренных ситуаций.

Вы видели моего армейского бойфренда? У вас тоже случился бы приступ.

Сэр, я вешаю трубку.

Так, ладно, надо просто взять и посмотреть его.

Я развернул видео на полный экран. Сначала там появилась рука, удаляющаяся от ноутбука, а потом тело. Хозяин которого опустил на секунду лицо, и… да, это был Гаррет. Мой Гаррет.

Он сел на кровать. Жетоны звякнули на мускулистой груди, и я закусил губу, потому что для моего изголодавшегося тела это уже было порно. Я подтянул колени к груди, уперся в край кресла пятками и, пока Гаррет цеплялся пальцами за пояс штанов, наклонился вперед – на максимально близкое расстояние к монитору, но так, чтобы картинка не размывалась. Когда его член выпрыгнул из плена штанов на свободу, я резко вдохнул.

Он был роскошным. Обрезанным и чуть-чуть загнутым вправо. Темные волоски у основания были короткими. Гаррет и в армии подравнивал их? Боже, он мог просто сидеть с приспущенными штанами и ладонями на паху, обрамляя большими и указательными пальцами член, и я уже был бы на седьмом небе от счастья. Но нет. Ему понадобилось приступить к делу и обхватить этими длинными пальцами свой твердый ствол.

Я всерьез задался вопросом, а не сходить ли за сотовым на случай, если у меня случится полномасштабный приступ и придется вызывать неотложку.

Гаррет полулежал, поэтому мне была видна только нижняя половина его лица – этот его чувственный рот и сильная челюсть. Ему стоило бы подсказать, как ставить ракурс получше, но сейчас это было неважно. Звездой шоу был его член, а этот красавец был виден просто отлично.

Мне были слышны мои стоны и вздохи, доносящиеся из его ноутбука, что делало видео еще горячее, ведь я понимал, что Гаррет смотрел на меня. Я сменил позу, потому что у меня стало вставать, но к члену и не притронулся. Все мое внимание в данный момент принадлежало исключительно Гаррету. Это был мой подарок, и я не хотел упустить ни секунды из происходящего на экране.

По сути, желания моего тела и желания разума не совпадали. Вся моя концентрация, все мысли и вообще все было направлено на его руку, медленно ласкающую его член. Он сплюнул в ладонь, и мне стали слышны непристойные звуки, с которыми его скользкая от слюны плоть затолкалась в кулак. Его рот приоткрылся, стоны смешались с моими вздохами на экране – я словно был там, возле него. Хотелось закрыть глаза и представить нас вместе, но я устоял, потому что губы Гаррета начали двигаться. Сначала стоны на моем видео заглушали его, но в конце концов они стихли, и я смог услышать, что он говорил.

И о господи, как же я был этому рад.

Он обращался ко мне – ну или к Каю на видео, – и я ужасно жалел, что не вижу его горящие страстью глаза.

– Раздвинь ноги шире, – пробормотал он, смочив губу языком. – Да, вот так. Покажи мне себя. Ты же хочешь подготовить для меня свой тесный вход?

Его голос опустился до хриплого шепота, который я ощутил каждой чертовой клеточкой тела. Я даже не понимал, что киваю ему, пока волосы не упали мне на глаза.

– Сплюнь на пальцы. Растяни себя для меня.

– Да, – прошептал я в экран, не сводя глаз с его губ. Ну почему нас разделял океан?

– Как же не терпится тебя трахнуть. Насадить на свой член и заставить тебя умолять.

Господи боже, а Гаррет умел говорить грязно. И еще как. Моя задница конвульсивно сжалась, и хотя я редко пользовался игрушками, их определенно стоило задействовать в следующем видео. Или… можно было снять сцену лишь для него. От этой идеи меня бросило в пот.

Мои стоны становились все громче: в тот момент я уже приближался к оргазму.

– Да, Кай. – Гаррет опустил голову, и я увидел его глаза и взъерошенные пальцами волосы. – Произнеси в конце мое имя. А я произнесу твое.

Мое сердце стучало в груди частым, размеренным бум… бум… бум… бум. Вздохи с экрана сообщили, что я начал кончать. И в тот же момент кончил Гаррет. Его кулак, сжимающий член, замельтешил, размываясь, и мое имя стекло с его уст, словно мед.

Пока он приходил в себя, я глядел, как вздымается его пресс, залитый спермой, и тоже не двигался с места. И даже, кажется, не дышал. Наконец он наклонился вперед и посмотрел прямо в камеру – молча, но горящим, пронзительным взглядом. Клянусь, он мог видеть, как я сижу за столом с твердокаменным членом и красным лицом и буквально вибрирую от желания.

Экран потемнел.

Я наконец-то выдохнул, но это было… жестко. Я не знал, как интерпретировать его видео. Оно было личным, сделанным исключительно для меня и с мыслями обо мне. Я, конечно, тоже отправлял ему видео, но Гаррет не знал, что оно было новым. Плюс я был профи. Вроде как. Значит, Гаррет сделал его для меня, потому что… Прозрение пулей пронзило мне грудь. Происходящее становилось слишком большим и настоящим, и я просто не представлял, как буду справляться, когда Гаррет вернется домой. Когда он будет так близко. Когда он предложит мне встречу.

Нет. Сейчас я не мог думать об этом. Сейчас Гаррет, как и все прочее в моей жизни, находился в сети. Вот, что я ответил себе, хотя разум кричал, что я лгу.

Ну и пусть.

И я, проигнорировав свой изнывающий член, нажал на «ответить».

Гаррет, это без преувеличения лучший подарок за всю мою жизнь. Ставлю тебе четыре с минусом за ракурс (я могу научить тебя, как направлять камеру, у меня большой опыт) и пять с плюсом за технику. А твои непристойности получают миллион бонусных баллов.

В общем… наверное, сейчас самое время признаться, что то мое видео, ну, которое ты посмотрел… Я немного соврал. Оно совсем новое, и я мастурбировал, представляя тебя.

До скорого, о Бородач.

Кай.

***

Апрель

Гаррет: Кай?

Кай: Что?

Гаррет: Медоед и Пес подружились.

Кай: Ты назвал его Псом?

Гаррет: У меня туго с фантазией.

Кай: Слышал бы ты, как я сейчас хохочу :))

Гаррет: Заткнись.

Кай: Я так рад, что мы их свели.

Гаррет: И я. Медоеду было одиноко.

***

Кай: Шон был прав. Бойфренд его мамы – придурок.

Гаррет: Почему ты так думаешь?

Кай: Ну… просто он не очень приятный. Не думаю, что ему нравятся геи. И он ленивый. И, я подозреваю, альфонс.

Гаррет: Я могу с ним разобраться.

Кай: Ха-ха-ха, не сомневаюсь. О! И Шон наконец-то пригласил Кеандру на свидание.

Гаррет: Да? Вот молодчина.

Кай: Он ведет ее на выпускной. А мне поручено подобрать бутоньерку.

Гаррет: Сочувствую.

Кай: Угу. Не дари мне цветов, хорошо? Лучше кружку с «Игрой престолов». Или мороженое.

Гаррет: Ты мужчина моей мечты.

Кай: А ты моей.

***

Гаррет: Меня застукали.

Кай: За чем??

Гаррет: Как я дрочу на твое видео.

Кай: О черт. Кто-то зашел?

Гаррет: Угу. Сосед по палатке. Его запалили снаружи после отбоя, и он вернулся раньше, чем обещал. Теперь и мне придется рано ложиться.

Кай: Хорошо, что у меня шизанутый режим сна ;) Мы все равно сможем общаться.

Гаррет: Да, но… Ладно, через два месяца все это кончится. И у нас получится пообщаться вживую.

Кай: ха-ха, ну да…

Кай: Слушай, а твой сосед… он увидел то видео? А то мне не слишком комфортно от мысли, что кто-то левый смотрел, как я довожу себя до оргазма с помощью гигантского дилдо.

Гаррет: ЛОЛ нет. Хотя он увидел мой член. Но вообще не напрягся.

Кай: Хорошо ;) Может, как-нибудь я сниму для тебя еще одно видео.

Гаррет: Может быть. У меня, кстати, есть на эту тему идея.

Кай: Да?

Гаррет: Угу-м. Но у меня заканчивается перерыв, и пора обратно в гараж, так что я расскажу тебе ее позже. По скайпу, окей?

Кай: Давай!

Гаррет: Отлично.

***

Гаррет

Я вернулся в гаражный отсек в изумительном настроении. Моей задумке предстояло перенести наши отношения на расстоянии на новый уровень, и я заранее нервничал. И заранее – причем еще больше – был возбужден. Идея возникла и укрепилась у меня в голове после его последнего видео.

Он был невероятен. И определенно давал мне толчок к развитию событий по нарастающей.

Видео началось с того, что он смазал дилдо. Глядя в камеру, он взял его в рот, а потом покрыл лубрикантом. Наблюдая за тем, как он двумя пальцами разрабатывает себя, я задышал, как собака в течке – нетерпеливо и часто, – и к тому времени, как он принялся себя трахать, уже находился на грани того, чтобы кончить. Сначала его движения были медленными, потом ускорились, стали жесткими. Охерительно жесткими. От звуков, с которым дилдо проскальзывало в него и ударялось о плоть, меня бросило в дрожь. Вскоре я стонал с ним в унисон, а когда в момент оргазма он выдохнул мое имя, все во мне словно расплавилось и взорвалось.

Мне не терпелось услышать, как он прошепчет мое имя мне на ухо, когда я по самые яйца буду внутри.

– Рейд, подъем.

Я стоял, наклонившись над капотом бронемашины, и вместо того, чтобы чинить ее, смотрел в пространство перед собой. Услышав около уха голос Костигана, я выпрямился. А он просунул за мое бедро руку и прихватил мои яйца.

– О чем замечтался?

– Убери лапу, пока я не раскроил тебе череп.

Он стукнулся о мою задницу пахом. Мой взгляд забегал по сторонам, высматривая людей, но мы были одни.

– О-о, да ладно тебе. Разыгрываешь недотрогу, но я-то знаю, что ты этого хочешь. Я соскучился по тому, как ты стонал для меня.

Втянув носом воздух, я попытался успокоить закипающий во мне гнев.

– Костиган, я могу тебе чем-то помочь?

– Да. Если, как послушная шлюшка, встанешь на четвереньки и разрешишь спустить себе в зад.

Я скривился.

– Опять полночи сидел на порнхабе?

– Ну а чем еще заниматься, если наша местная сучка игнорит мой член?

Я с размаха заехал ему локтем в грудь. Он придушенно охнул и отступил.

– Слушай, завязывай чуть что обижаться. – Костиган, потирая ушиб, сердито смотрел на меня сквозь свои дурацкие «авиаторы». – А то это твое дерьмовое поведение начинает немного надоедать.

– Я не вполне улавливаю, чего ты от меня ожидаешь. Или почему это должно меня волновать.

– Бро… Когда я говорил о Рамиресе, то просто стебался, а ты принял это чересчур близко к сердцу. Ну педик ты в жизни, и ради бога. Я просто хочу присунуть тебе.

Гнев, бурлящий во мне, приблизился к максимальной отметке.

– Ты наверное считаешь себя каким-то особенным, если веришь, что можешь заполучить меня, неся всю эту хрень.

– Сладкий, я не считаю, а знаю, что я особенный. —Из-за его акцента слово прозвучало как шладкий. – Для тебя в самый раз. Или ты думаешь, что сможешь найти себе кого-то получше?

– Уже нашел. И намного лучше, чем какой-то обсос из Нью-Джерси, который считает, будто я раздвину перед ним ягодицы, потому что ему, видите ли, грустно и одиноко на этой чертовой базе.

Глаза Костигана превратились в узкие щелки.

– Ты с кем-то трахаешься? С кем?

– С тем, кто не ничтожество. Кто не отрицает, что ему тоже нравятся парни. Знаешь, сначала ты показался мне натуралом, но теперь я уже не уверен. – Я оглядел его. – Но ты слишком большое ссыкло, чтобы это признать. А втайне мечтаешь, наверное, чтобы тебя оттрахали силой.

Он сжал кулаки, и его спина напряглась.

– Если я в тебя кончу, это еще не сделает меня геем. Просто дырки здесь в дефиците, и я слышал, что ты не против давать сразу двоим.

Ну круто. Они не только глумились над тем, что я гей, но и превратили меня в местную шлюху. На этом чаша моего терпения переполнилась, и мой кулак врезался ему в морду. Ублюдочный Капитан Америка даже не дрогнул. А вот я, когда он двинул мне справа, а потом слева, не просто дрогнул, а свалился на задницу и затылком ударился о бампер бронемашины.

– Черт! – Костиган упал рядом со мной на колени. – Чувак, ты живой? – Когда я не ответил, он выругался и, придерживая мою голову, уложил меня на пол. – Рейд, засранец ты чертов, скажи что-нибудь.

Я поморгал, чтобы прошло оглушение. И как только зрение прояснилось, презрительно усмехнулся в нависшее надо мною лицо.

– Отвали.

Костиган с облегчением выдохнул.

– Господи, ты совсем не держишь удар. Рухнул, как мешок с кирпичами.

Я оттолкнул его руку и, морщась, сел.

– Все я держу, идиот. Я влетел башкой в бампер.

– Ага, конечно. – Костиган потрепал меня по подбородку, и я еле сдержался, чтобы опять не сорваться. – Слушай, ну что за бред. Мы должны трахаться, а не драться. Понятия не имею, почему ты изображаешь из себя недоступную сучку.

– Потому что… – Я снова отбил его руку. – Потому что я. Не хочу. Тебя. Ясно? А теперь иди нахер отсюда и дай мне с моим сотрясением закончить работу.

– У тебя нет сотрясения, Рейд. Не устраивай драму.

Скорее всего, он был прав, но меня переполняла ярость из-за того, что он парой тычков сбил меня с ног. Я нечасто уходил с базы, но был более чем в состоянии постоять за себя. Может, он сидел на стероидах?

– Я знаю, что подкатил как козел, – проговорил он. – Но мне просто нравилось мутить с тобой, вот и все.

– Тогда защищай свою хрупкую мужественность не так агрессивно, а то это превращает тебя в полного мудака. Если я гей, это еще не значит, что я мечтаю стать твоим бойфрендом. Наоборот, я хочу, чтобы ты куда-нибудь сдристнул и никогда оттуда не вылезал.

Костиган сузил глаза.

– Да пошел ты, Рейд. Надеюсь, когда ты получишь сотрясение в следующий раз, тебя пустят по кругу.

– Я тоже. Но ты не приглашен.

На это он показал мне средний палец и, развернувшись на каблуках, наконец-таки умотал.

А я остался стоять с разбитым лицом и с не менее потрепанным эго. Меня ждал видеочат с Каем, и теперь надо было как-то привести себя в нужное расположение духа. По крайней мере в одном можно было не сомневаться: поднимать мне настроение он умел как никто.

 

Глава 10

Гаррет

К тому времени, как я вернулся в палатку, моя скула неслабо так отекла, но я все равно написал Каю.

Гаррет: Готов?

Кай: Дай мне пятнадцать минут :) Заканчиваю бой на арене.

Идеально.

Я прибрался, сбросил потную форму и, оставшись в трусах, попытался сделать что-нибудь с волосами. Это был дохлый номер – отрастая, они становились неуправляемыми, а когда я брал в руки ножницы, моего терпения хватало только на подравнивание бороды. С расцветающим на скуле фиолетовым синяком тоже совершенно ничего нельзя было сделать.

К моменту, как мы созвонились, и сигнал стал достаточно мощным, чтобы картинка не размывалась, я уже вибрировал от волнения. Костиган был забыт.

– Что у тебя с лицом? – сразу воскликнул Кай. – Ты…

– Все хорошо, – сказал я. – Я в порядке. Не заморачивайся. Это вышло случайно.

Кай с подозрением прищурился.

– Случайно, – повторил он. – А кажется, будто тебя кто-то ударил.

– Ну, так и было, но серьезно, забей.

– Кто это сделал? —Кай – абсолютно великолепный в своем негодовании – выпрямил спину, и на один его глаз упала прядка гладких черных волос. – Тот ублюдок, с которым у тебя что-то было, но который ведет себя как гомофоб?

– Да, он. – Мне правда не очень хотелось обсуждать Костигана. – Но теперь все нормально. Мы разобрались. И достигли взаимопонимания. Все.

Кай надул губы. Это было невероятно – то, с какой легкостью он раскусил мою попытку замять инцидент.