355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Майкл Бретт » Перережь мое горло нежно » Текст книги (страница 5)
Перережь мое горло нежно
  • Текст добавлен: 15 октября 2016, 05:11

Текст книги "Перережь мое горло нежно"


Автор книги: Майкл Бретт



сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

Глава 9

Я поужинал в городе и направился домой. Позади был трудный день. Я дотащился до лифта, позволил поднять себя наверх и поплелся по коридору к своей квартире.

Я сунул ключ в замок, повернул его, толкнул дверь и потянул руку к выключателю.

Я почувствовал запах табачного дыма. Человек со временем привыкает распознавать опасные звуки и запахи. Однажды я послужил в качестве мишени одному убийце-неудачнику, который стрелял в меня почти в упор. Двумя неделями позже, когда все было уже позади, я сидел в очень приличном ресторане и услышал громкий автомобильный выхлоп. Я бросился на пол и выхватил револьвер, чем вызвал немалый переполох. Когда встаешь после такого, встречаешь сочувственные взгляды.

Табачный дым. Несомненно.

Пули пролетели мимо.

Во мраке сверкнуло оранжевое пламя. Комнату потряс резкий, уши раздирающий грохот. Я отскочил от двери. Еще две пули впились в стену и в мое лицо попала отскочившая штукатурка. Я достал свой пистолет, когда мне обожгло щеку. Пуля ударилась во что-то металлическое. Я прицелился в светлое пятно и нажал на спуск. Раздался крик боли и ругательства. Потом что-то красное и жгучее ударило меня в руку. Я опрокинулся на пол и прижался к нему.

Я услышал торопливые шаги у двери и в свете из коридора увидел силуэт нападавшего. Я заметил шрам на лице и правое ухо без мочки. Брехем!

Я прицелился в него. Он представлял отличную мишень, но моя рука дрожала. Я выстрелил и промахнулся.

Он исчез. Я встал и включил свет. Когда я добрался до входной двери, коридор был уже пуст. Я прикрыл дверь и запер ее. Я чувствовал, как кровь течет у меня по руке, по ладони между пальцами.

У меня есть приятель, доктор Чарльз Пенчинский. Я позвонил ему, он был дома. Чудо!

– Привет, Чарльз! Это я, Пит.

– Я рад тебя слышать.

– Мне только что прострелили руку.

– Ты любишь шутить.

– Только не по ночам и не тогда, когда у меня не хватает куска мяса.

– Сейчас приеду, – сказал он и повесил трубку.

Половина пивного бокала виски помогла успокоить боль, пока я сидел и ждал.

Потом раздался шум и в дверь забарабанили.

– Откройте!

Я открыл дверь и в квартиру ввалилась целая армия копов, потом сыщики в штатском и опять полицейские.

– Что тут, черт побери, происходит? – наперебой спрашивали они. – Соседи все время звонят. Люди из этого дома все время вызывают полицию.

Появился Лестор Бенкс – здоровенный рыжий детина и сказал кому-то:

– Пойди и позвони им и скажи, чтобы больше никого сюда не присылали. Проверь, послали ли санитарную машину.

Потом он повернулся ко мне.

– Снимите пиджак, Мак Грэг, посмотрим, что у вас.

– Хм, неплохо, – сказал его напарник Морети, – ничего страшного. Прошла насквозь, чисто. Да, аккуратно и чисто.

– Ты, что доктор?

Бенкс понизил голос.

– Что здесь произошло, Мак Грэг?

– Я пришел домой, потянулся к выключателю, а какой-то парень начал в меня палить.

Он посмотрел на меня в упор.

– Какой парень?

– Не имею понятия, Это было в темноте.

– Вот что, Мак Грэг, я на работе четырнадцать часов без отдыха, – сказал Морети. – Я вымотался, устал и не в настроении. Почему вы валяете дурака?

– Я не валяю дурака, парень был в темноте.

– На другой стороне комнаты тоже есть кровь. Ты в него попал, это уж точно.

– Это моя кровь. – Бенкс засмеялся.

– Конечно, это его кровь.

Приехал доктор Пенчинский и начал действовать. Он осмотрел рану и спросил:

– Как себя чувствуешь, Мак Грэг, старый ты олух!

– Ничего. Копы говорят ничего страшного, вошла и вышла.

Он откашлялся и подошел к бару. Временно потеряв ко мне интерес, он налил себе хорошую порцию виски и выпил ее. Потом вернулся и сказал:

– У меня начинается грипп. Черт возьми, нет времени отдохнуть.

– Береги себя.

– Что мне можно сделать против гриппа?

– Ничего.

Он открыл свой чемоданчик. Торопливо вошел молодой врач из скорой помощи и два санитара с носилками.

– Опоздали, – сказал доктор Пенчински, – пациент принадлежит мне.

С разочарованным видом они исчезли из комнаты. Пенчински открыл окно и сказал копам:

– Этим сигарным дымом вы всех здесь задушите.

Бенкс угостился моим виски. Подошел Морети и присоединился к нему.

– Пустую бутылку бросьте на кухне в ведро, – сказал я. – Оно под раковиной.

Полицейские уехали. Остались только Морети с Бенксом, которые записывали происшедшее.

– Это все, что вы знаете? – спросил Бенкс.

– Да.

– Кто бы это мог быть?

– Наверное, управляющий. Я опоздал с квартплатой. Или налоговый инспектор.

– Посмотрим, – сказал Бенкс.

– Да, конечно, посмотрите и в следующий раз пейте виски подешевле, – сказал я.

Морети засмеялся, покрутил головой и вышел. Бенкс последовал за ним. Пенчински закрыл чемоданчик и зевнул.

– Устал до смерти. Мало сплю. Мне нужен отпуск. – Он посмотрел на меня. – У тебя ничего серьезного, Пит. Я оставил тебе на кухне таблетки и снотворное.

– Спасибо.

– Тебя в самом деле поджидал в темноте парень с пушкой? – спросил он.

– Именно так.

Он фыркнул с отвращением.

– Знаешь, что я тебе скажу, Пит? У тебя паршивая работа. Я пошел домой. Мне нужно отдохнуть.

И он ушел.

Мне не спалось. Рука болела. Я принял снотворное и опять улегся и постель. Я вертелся и пытался не думать о перестрелке, а думать о чем-то другом. Я думал о том, куда я попал Брехему и насколько серьезно ранил его. Вся сцена снова проходила у меня перед глазами. Ситуация выглядела очень скверно. Либо о моем устранении распорядился Джордж Занга, либо Брехем действовал по собственному почину. При первом варианте мне было о чем задуматься. Взяться за Занга, пожелать встретиться с ним, значило бы дать бой хорошо организованной небольшой армии.

Человек вроде Занга – всего лишь имя в вашей памяти, если вы не имеете с ним ничего общего. Вы читаете в газетах, связываете его имя с убийствами, грабежами, азартными играми и коррупцией, а потом забываете о нем. Настоящая встреча все меняет. Вы начинаете сознавать, что все реальность.

Я должен выяснить степень его участия в попытке расправиться со мной. Если это его рук дело, было бы лучше встряхнуть его немедленно, пока есть все возможности. Если я нажму, Занга может уступить. Главное не позволить тем временем убить себя.

Я ворочался в постели два часа и все думал. Наконец, я решился… Завтра я пойду к Занга и все выясню. У меня есть только одна эта возможность. В городе слишком много темных переулков и улиц, где могут поджидать профессиональные убийцы. Я должен все выяснить прежде, чем они примутся за дело.

Около полуночи я вспомнил, что мне нужно позвонить Эллен Грэхем. Было поздно, но я все-таки позвонил.

Девушка, с которой я уже говорил раньше, ответила:

– Что случилось? Почему вы звоните в такой поздний час? Вы меня напугали.

– Мисс Грэхем дома?

– Конечно, но она спит. Позвоните завтра вечером. Мне передать что-нибудь?

– Нет, я позвоню завтра, – сказал я.

Глава 10

Зазвонил будильник. Я встал и закашлялся, потом потянулся, почесал грудь и обнаружил кусок ваты. Солнце уже сияло в небе. Солнце сияет восхитительно, если в вас стреляли и вы остались живы.

Я выпил стакан апельсинового сока, съел яичницу с беконом и вызвал телефонный сервис. У них было для меня два сообщения. Первое было от фирмы Тилмер Риэльти, которой принадлежит дом, в котором я живу. Меня просили немедленно связаться с ними. Очень настойчиво. Второе сообщение было от Элизабет Дженнингс. Она передумала и мне не следовало появляться на благотворительном собрании в яхт-клубе Дрейка.

– Конечно, – сказал я, но решил идти обязательно.

Я набрал номер фирмы и сказал девушке:

– Говорит Мак Грэг. Мне от вас звонили.

– Минуточку, пожалуйста, – сказала она.

– Мистер Мак Грэг, на вас жаловались соседи. Прежде чем мы перейдем к дальнейшему я просил бы вас принять к сведению, что они совершенно правы. Вчера ночью в вас стреляли, и это не в первый раз. Квартиросъемщики обеспокоены и имеют на это все основания.

– Что вы хотите этим сказать?

– Я предлагаю, чтобы вы зашли в контору. Мы поговорим о вашем контракте.

– У меня сейчас нет времени.

– Вам бы лучше найти его, мистер Мак Грэг. Если вы помните текст договора, вы знаете, что мы имеем право выселять любого жильца, если окажется, что он причинил ущерб зданию, нарушает безопасность или покой других жильцов.

– В договоре есть такой пункт, согласно которому я несу ответственность за любой ремонт в своей квартире, верно?

– Разумеется, но мы готовы произвести ремонт сами.

– Разумеется. Не беспокойтесь, я приглашу маляра, чтобы он заделал дырки от пуль. А жильцы пусть катятся ко всем чертям! Я их знать не хочу.

– На сей раз у вас это не пройдет. – Голос Тилмена приобрел жесткий оттенок. – Мы не думаем посылать квартиросъемщиков ко всем чертям, – предупредил он.

Я сказал:

– Пусть они туда катятся и там остаются.

– Мистер Мак Грэг, я хочу, чтобы вы съехали от нас.

– Вы сейчас сделали опасное заявление, а съезжать я не буду.

– Вы мне угрожаете? – свысока зашумел голос Тилмена.

– Нет, но кое-кто перестанет любить вас. Каждый, кто хочет меня пристрелить, знает сейчас, где меня найти. Это большое удобство. Я не имею намерения переселяться, но предположим, вы добьетесь своего. Тогда я распущу слух, что Тилмен, король доходных домов, принудил меня к этому. Вы причините неудобства возможным убийцам. Они разозлятся и выместят злобу на вас. Вы станете для них человеком, который причиняет неудобства и как-нибудь вечером вас пристрелят на улице, как паршивого пса.

– Вы смешны и рассуждаете как мальчишка. Наши юристы справятся с вами.

– О'кей. Жду не дождусь.

Я положил трубку.

События минувшей ночи требовали ведения разговоров на самом высоком уровне. Я должен встретиться с Занга лично и немедленно. У меня были свои намерения относительно Брехема, но с этим можно и подождать. Карл Брехем всего лишь наемный убийца, не более. Исполнитель только получает приказы, а их отдает босс. Поэтому не остается ничего иного, как навестить босса.

Я набрал номер Занга и услышал голос Гаррисона.

– Это Мак Грэг, – сказал я. – Дайте мне Занга.

– Мистера Занга здесь нет.

– А где он?

– Если вы хотите что-нибудь передать, говорите, я вас слушаю.

– Нет, я хочу поговорить с ним лично.

– Не получится. Он очень занят.

– Тогда слушайте. Передайте ему, что вчера ночью одна паршивая крыса, которая зовется Карлом Брехемом, стреляла в меня и продырявила мне руку.

– Нам об этом ничего не известно.

– Вы в моих планах не фигурируете, Гаррисон, разве, что в качестве пули. Один из ваших головорезов пытался меня прикончить. Он стрелял чуть ли не в упор. Я хочу говорить с Занга, если вам это не ясно, то вы величайший идиот из всех, кого я знаю. Я не хочу иметь дело с прислугой. Дайте мне Занга.

– Вы слишком широко раскрываете рот, Мак Грэг. У вас талант совать нос куда не следует.

Эта беседа начала нервировать меня.

– Продолжайте в том же духе, – сказал я. – В Голливуде я знал режиссера, который даст вам роль в гангстерском фильме. Скажите Занга, что я хочу говорить немедленно. Вчера вечером у меня была полная квартира копов. Их сильно интересовало, кто стрелял в меня. Они ничего не узнали. Но если узнают, то это будет вина одного дурака. Занга это не очень обрадует. Кого бы обрадовало сознание, что ты платишь жалованье секретарю-дубине. Занга решит, что вы мало чему научились с тех пор, как перестали проламывать головы в восточном Нью-Йорке. А теперь слезай с горшка, пупсик, пора. У меня были копы вчера, у вас они могут быть сегодня.

Было очень тихо, потом раздалось:

– Подождите, минутку.

Я подождал. Он вернулся с ясными инструкциями. Занга хочет немедленно говорить со мной.

Я одевался медленно, прикидывая, что может произойти со мной. Пожалуй, я мог бы попасть в заведение Занга и выйти оттуда целым и невредимым. Даже гангстеры признают, что если известно, куда человек пошел, известно также, откуда он вернулся. Но, что если Занга упустит это соображение из виду? Такая возможность существовала.

Нет. Нет, Мак Грэг. Нет смысла думать за Занга. Нужно работать с тем, что знаешь сам. Не ломай себе голову загадками, что думает и сделает другой. Ощущение такое же, словно навстречу вам несется по встречной полосе автомобиль и плюет на разделительную линию. Что он сделает, куда его несет?

Хватит рассуждать.

Я пристегнул кобуру с пистолетом, потом позвонил девушке из телефонного сервиса, чтобы дать ей номер телефона и соответствующие инструкции. Добраться туда можно за четверть часа. Я попросил девушку, чтобы она через каждые двадцать минут вызывала меня по этому телефону.

– Если я не подойду к телефону, не обращайте внимание на то, что вам будут говорить. Если у телефона меня не будет лично, позвоните дежурному сержанту Хагену из отдела убийств и скажите, что я поехал к Занга. Объясните ему, что не можете заполучить меня по телефону, хотя я об этом просил и приказал вам в этом случае, чтобы вызвали вас. Скажите Хагену, что меня там убивают.

– Да, разумеется мистер Мак Грэг. Это должно быть шутка?

– Шутка? Если бы. Так что будьте послушной девочкой и сделайте так, чтобы со мной чего-нибудь не случилось.

Я поблагодарил ее, спустился вниз вышел на улицу. День был словно создан для прогулки. Только многовато прохожих. Мне не доставало собственного ряда на тротуаре. Я бодро приветствовал привратника в доме Занга.

– Добрый день.

Он помнил меня с предыдущего вечера, улыбнулся и открыл дверь. Портье в холле остановил меня и сообщил наверх, что я появился. Я вошёл в лифт и нажал кнопку с номером 16 и стал ждать. На световом указателе загорались цифры по мере подъема – 12, 13, 14. Кабина остановилась на пятнадцатом этаже.

Я увидел коридор и на столике фикус в кадке. Послышались быстрые шаги. Трехсотпятидесятифунтовый Гарри Кларк ринулся на меня с дубинкой в руке и с намерением в своих свиных глазках убить меня.

Он был так близко, что на пистолет не оставалось времени. Я прижался к задней стенке дома, и изо всех сил ударил его ногой. Я метил в желудок, но он двигался слишком быстро. Кривая, описанная моей ногой, была короткой. Носок моего ботинка попал ниже. Он заревел, выронил дубинку и скорчился на полу.

Скуля, он схватился за живот. Я перешагнул через него, придерживая двери кабины, чтобы они не закрылись. Мой пистолет был направлен в его лицо.

– Кларк, – сказал я, – плохо, что ты не читаешь детективных романов. Это так не делается, кое-кому известно, что я здесь. Что означает эта дубинка? Ты собрался вышибить мне мозги?

Я наклонился, поднял дубинку и сунул ее в карман пиджака.

– Ладно, скотина, встать!

– Не могу, – пожаловался он. – Ты наверняка порвал мне живот.

– Вставай!

Я сплюнул на пол кабины.

– Я убью тебя за это.

Я ткнул его пистолетом в шею.

– Ты мне что-то не нравишься, свиной глаз. Повтори-ка это, – сказал я мягко.

Кларк встал. Он стонал и вздрагивал. Боль укротила его.

Я шагнул в лифт. Дверь автоматически закрылась и кабина начала подниматься. Я встал позади Кларка и уперся стволом пистолета ему в спину.

Комиссия по встрече состояла из Сарвида и Шермана. Мое присутствие так потрясло и взбесило Шермана, что он потянулся за пистолетом. Я быстро повернул руку, чтобы иметь его на прицеле.

– Руки вверх, все!

– Ты хочешь, чтобы тебя прихлопнули? – спросил Шерман с поднятыми руками.

Джонни Сарвид выглядел недоумевающе. Подобное выражение я уже видел на его лице в Мэдисон Гарден Сквер, когда противник наносил ему удар за ударом. Он подался вперед и я сказал:

– Тпруу!

Он послушно остановился. Понукания для лошадей он еще понимал. При виде кнута он пустился бы галопом. Но угроза пистолетом до него доходила с трудом. Вот что получается, когда нас слишком много бьют по голове.

Я взял у Шермана его пушку и сунул ее в карман. Приказав встать к стене, я обыскал их на случай, если у них есть еще какое-нибудь оружие. Ничего. Видно, Занга не нравится, когда вокруг него много железа.

– Где Занга? – спросил я.

– Убирайся, пока цел, – сказал Шерман. – Исчезни или станешь трупом.

Он прав. Достаточно отступить или съехать вниз. Мысленно я прикинул свои возможности и решил остаться. Это надо кончать здесь и сейчас же. Другой возможности не будет.

– У вас есть пять секунд, чтобы сказать, где Занга. Потом я начну стрелять.

– Тебе будет плохо, – сказал тощий.

– Я его знаю, – сказал Кларк приглушенным голосом. – Это псих, я его знаю.

– Это тебе даром не пройдет, Мак Грэг, – повторил Сарвид.

– Заткнись, детка!

Главным был здесь Шерман. Я хорошенько двинул его стволом пистолета в спину.

– Ты получишь первым, – сказал я. – Считаю до пяти.

Я досчитал до двух.

– Он там, с Гаррисоном, – сказал Шерман.

Я сделал шаг назад.

– Всем повернуться и не опускать рук. Да, вы знаете как. А теперь друг за другом: Сарвид первый, потом Кларк, а ты передо мной, – сказал я Шерману. – Пошли.

Мы маршировали по коридору. Сарвид постучал в дверь, а когда Флейд Гаррисон открыл ее, я показал ему пистолет. Через его плечо, я увидел Джорджа Занга, сидящего за огромным письменным столом. Я узнал его по фото в газетах. Я сказал:

– Ну-ка быстро заходите.

Они не тронулись с места. Гаррисон повернулся и посмотрел на Занга. Тот застыл. Он был белым как стена. Потом он кивнул и мы вошли. Зазвонил телефон. Гарри Кларк подскочил и я чуть не выстрелил в него.

– Это, наверное, меня, – сказал я Занга. – Возьмите трубку. Остальным лечь лицом вниз, руки вытянуты, ладони на пол, живо!

Это немного напоминало мне ограбление банка. Занга снял трубку и не спуская с меня глаз, сказал:

– Да, он здесь!

Я осторожно подошел, сунул один пистолет в карман и взял трубку.

– Пит Мак Грэг слушает.

– Это я, мистер Мак Грэг, – сказала девушка. – Позвоните через пять минут. Если не услышите моего голоса, инструкции прежние.

Я положил трубку и прицелился в Занга.

– С таким типом, как вы, трудно договориться. Человека готовы прихлопнуть только потому, что он хочет вас посетить.

Он был лет шестидесяти, холеный, с крашеными в каштановый цвет волосами. Когда-то он сам был громилой крупного масштаба, но со временем забрался на самый верх этой кучи дерьма. Он сидел там довольный и мухи ему не мешали.

– Вы понимаете, что значит этот звонок? – спросил я.

– Да, конечно, – ответил он тихо.

Казалось, он овладел собой, но его выдавал пот на лбу. Никто так не боится пушки, как человек, который знает, что она может стрелять.

– Вот я и добрался до вас, добился своего – встретился с вами! Кроме того, на полу лежат четверо парней и соображают, как бы меня пристукнуть. Я пришел, чтобы поговорить об одном деле.

Он глубоко вздохнул и откашлялся.

– К вашим услугам, Мак Грэг.

– Только наедине, Занга. Выгоните эту сволочь.

– Убирайтесь все, – сказал Занга. – Закрой дверь! – бешено крикнул он Гаррисону, который выходил последним.

Он вынудил себя улыбнуться, показав красивые искусственные зубы.

– Ну, так в чем дело, Мак Грэг? – тон сердитый, но в глазах неуверенность.

– Вчера ночью вы послали Брехема убить меня. Почему?

– Глупости. Зачем мне это делать?

– Этого я, черт побери, не могу знать. Полагаю, что именно вы – тот подонок, которому хочется, чтобы меня убили. Я здесь уже второй раз. Здесь воняет. Воняете вы и люди, которые на вас работают. Вы мне не нравитесь, Занга. Я хочу услышать ответ на свой вопрос и без уверток.

– Это вам так не пройдет… Будьте уверены!

Я шевельнул пистолетом.

– Эта штука стреляет. Вчера ночью в меня палил Брехем, сегодня вы послали Кларка с дубинкой. У вас для меня сюрпризы на каждом шагу.

– Вы слишком заноситесь, Мак Грэг. Мы предупреждали вас, чтобы вы занимались своими делами. Вы сами причиняете себе неприятности. Образумьтесь. Вам было сказано, чтобы вы убирались с дороги, вы не послушались. Так с вами может случиться что-нибудь плохое.

– Что же? Позовете своих горилл и прикажете растоптать меня?

– Нет, я буду беседовать с вами и надеюсь, что вы достаточно сообразительны. Держитесь подальше от этого дела и с вами ничего не случится. Забудем все.

Было видно, как во время этой речи к нему возвращается самоуверенность.

– Поздно. До вас еще не дошло. Не вы ставите условия, их диктую я. Я знаю, кто вы такой. Знаю, что раньше вы были наемным убийцей. Так обстоят дела. Когда-нибудь вам следовало это услышать.

– Не пугайте меня, Мак Грэг. Отсюда живым вы не выйдете.

– Все наготове и ждут с пушками? Шевельните пальцем и они сюда ворвутся?

Я поднял пистолет, чтобы он смотрел прямо в дуло.

– Давай, грязный пес, вызывай!

Он затих, пот стекал по его лицу.

– Если ты не выложишь все, получишь пулю, – сказал я.

По-другому было нельзя. Я добрался до этого человека и теперь должен был диктовать условия. Если я отступлю, меня пристрелят по пути отсюда.

Я спросил:

– Почему вы избили Ларкина? Что у него общего с вами?

– Болван, который вообразил, что придумал как быстро разбогатеть. Он должен нам 30 кусков и большие проценты. У него видите ли, была идея, как превратить тридцать в шестьдесят тысяч.

– Как получилось, что вор и наркоман мог задолжать вам такие деньги.

Он вздохнул:

– Под залог. У его девчонки были бриллианты. Их стоимость покрывала половину ссуды, а на остальное мы ему поверили.

– Для чего ему нужны были эти деньги?

– Это мы узнали в Атлантик-Сити. Он думал, что у него есть верные сведения насчет матча в Гарден. У фаворита было что-то с поджелудочной железой. Удар в желудок уложил бы его. Парнишка, который крутился возле бара, видел как это случилось, когда он боксировал со спарринг-партнером… Удар в желудок нокаутировал его. Соперником был Френки Брейтон, крепкий парень с железными челюстями. Он умеет держать удары и умеет возвращать. Одного сильного удара было достаточно. Ларкин думал, что он двинет того типа раз, два в живот.

– Так что он поставил всю пачку на Крайонта?

– Верно. Наших тридцать кусков и еще десять от своей девчонки. Всего было сорок.

– Вы видели этот матч?

– Я о нем читал. Он кончился тихим техническим нокаутом. Должен был так кончиться. Брайон молодой и сильный, но фаворит, ловко обрабатывал его левой. К концу пятого раунда у Брайона были разбиты обе брови. В шестом кровь текла ему в оба глаза и он ничего не видел. Судья прекратил бой. В общем Ларкин не может вернуть ссуду и исчез вместе с девушкой, а мы его ищем. Нельзя позволить, чтобы пропали такие деньги.

Зазвонил телефон. Я снял трубку.

– Позвоните еще через десять минут. Инструкции те же.

Он недоверчиво покачал головой.

– Ничего себе подстраховка. Паршивый шпик устраивает этот допотопный трюк с Джорджем Занга. Невероятно.

Я сказал:

– Кстати о моих инструкциях. Во-первых, вызвать полицию, во-вторых, позвонить кое-кому с пушкой, кого вы знаете и кому я оказал услугу. Кроме того, он получил двадцать кусков, когда доберется до вас. Он знает, чем вы занимаетесь, знает вас и с радостью прихлопнет. Это на тот случай, если вы помешаете мне выйти отсюда или вообще устроите мне какую-нибудь пакость. Ясно?

Он кивнул.

– Вполне.

– Это только для того, чтобы мы поняли друг друга. А теперь перейдем к Брехему. Почему, вы послали его за моей шкурой?

– Это его идея. Я его не посылал. Я так не работаю. Видно он решил, что вы суетесь туда, где вам нечего делать. Вспомните, ведь вас предупреждали. Гаррисон с вами говорил. Вам было сказано, чтобы вы занимались своим делом.

Он не хотел признаться, даже глядя в дуло пистолета, что это его идея.

– Где он? Он нужен мне? Я хочу поговорить с ним.

– Покойники не разговаривают, – ответил Занга. – Он мертв. Вы меня испытываете, Мак Грэг?

– Мертв, – повторил я.

– Именно мертв. Вчера вечером в него попали. Пока он ждал доктора, в него всадили еще пять пуль.

– Это не я. Я ничего об этом не знаю.

– Рассказывайте. Он вас ранил и вы его прикончили.

– Ерунда, нечего плести небылицы.

– Возьмите телефон и позвоните в редакцию. – Он указал на аппарат. – Будьте как дома.

Теперь я начал понимать. Занга, должно быть, решил, что я пришел его ухлопать в отместку за попытку Брехема сделать из меня труп. Это объясняло поведение Гаррисона и Гарри Кларка ранее, когда он пытался разбить мне голову дубинкой.

– Я хочу, чтобы вы оставили меня в покое, Занга.

– Я коммерсант, с массой клиентов. Вы для меня нуль. Я оперирую миллионами, но вы начали вмешиваться в мои дела.

По его виду можно было понять, что я за свое преступление заслуживаю смертной казни. Он хотел отогнать меня, как муху.

– Вспомните парня, который ждет момента, чтобы поднять на вас руку. И еще вам следует знать кое-что, Занга. Я изложил все на бумаге.

– Я запомнил это, – и его темные глаза блеснули при этом.

Он не привык выслушивать приказания.

– Где мне найти Ларкина?

– Скажите вы мне об этом! Он должен мне с процентами около сорока кусков. Найдите его и дайте мне знать, где он и я заплачу вам.

– Катитесь подальше со своими деньгами.

– Плохо, что вы постоянно меня раздражаете. Потише, Мак Грэг. Не напрашивайтесь на неприятности. Ведь это глупо.

– Позовите сюда своих сволочей и велите им вести себя как следует.

Он нажал кнопку на столе.

– Флейд, заходите все. Все в порядке. Только без фокусов. Входите все с пустыми руками – сказал он горько.

Они вошли. Гаррисон и Шерман нахмурившись, Гарри Кларк красный и возбужденный, Джон Сервин сам не свой.

– Пока мальчики. Счастья вам и радости. Босс вам все объяснит.

Шерман сказал:

– У тебя моя пушка.

– Она тебе не нужна. Ты одной своей рожей любого насмерть перепугаешь, так что тебе и стрелять не придется.

– Подожди, я найду тебя, – пообещал он.

– Ага, я тоже, ты, шпик, – сказал Кларк.

Я засмеялся.

– Занга, вы рискуете жизнью из-за их невоспитанности.

Босс грохнул кулаком по столу.

– Хватит, черт побери! Заткнитесь все!

Он боролся за потерянный авторитет.

Я вышел без помех, но с ощущением, словно иду по натянутой проволоке. В холле я нажал на кнопку лифта, не выпуская из вида дверей Занга. Казалось я выбрался, но никогда не следует быть слишком уверенным.

Одно я знал точно. Если бы дверь открылась, я выпустил бы все патроны из обеих пистолетов. Но она не открылась.

Подошел лифт и я вошел в кабину. Очутившись на улице, я стал думать о Брехеме и Занга.

В Брехема стреляли дважды за один вечер. Кроме меня здесь был еще кто-то. Мы не имели ничего общего. Тот, другой, мог свести с ним бог весть какой давности счеты. Насилие сопровождало Брехема всю жизнь. В конце концов, его дважды пытались убить и раньше. Было возможным и правдоподобным, что появился кто-то из прошлого и убил его.

Оставалась еще одна возможность. Брехема приказал убить Занга, потому что тому не удалось добить меня, а я узнал его, что было опасно.

Ничего необычного. А почему бы и нет?


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю