Текст книги "Система безумного принца (СИ)"

Автор книги: Марс Букреев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 16

Возле помещений, находящихся в пользовании майордома, стояли два гвардейца. Что ж, майордом – вещь во дворце необходимая, поэтому я не удивился. Не разобравшись, они преградили мне путь. Но всмотревшись стушевались. Видимо, рассмотрели фамильные черты.

– С дороги! – рявкнул я.

– Никак нельзя, ваше высочество.

Я впился взглядом в глаза гвардейца. Тот потупился, но с места не сошел. Так, надо прекращать эту фигню. Что же это такое? То майордом меня посылает, то гвардеец вознамерился препятствовать мне. Да скоро поломойка будет входить ко мне в комнату, и кидать в меня тряпкой, с приказом: «Быстро пол вымыл!».

Я сжал эфес сабли так, что побелели костяшки.

– Одну минуту, ваше высочество!

Каролина шагнула вперед, выставив грудь вперед. Не знаю, что на гвардейцев произвело большее впечатление, ее эполеты, или ее грудь.

– Фамилия?

Голос Каролины приобрел командные нотки.

– Еремеев!

– Ты?

Каролина перевела взгляд на второго стража.

– Скорпатский!

– Слушай меня! Не сметь препятствовать его высочеству Льву Александровичу.

– Но…

– Ты что, боец, эполет не видишь?

– Вижу, господин…ээээ…госпожа капитан.

– Выполнять! Или, клянусь, вы оба пожалеете!

– Мы вынуждены доложить… – промямлил Скорпатский.

– Докладывайте. Оба! Марш!

Гвардейцы неуверенно двинулись прочь. А я скрежетал зубами от злости. Вот, значит, как! Мои желания игнорируются, будь я хоть трижды принц. Если бы не капитанское звание Каролины, тогда что? Меня бы сопроводили под белы руки обратно в чулан?

– Ваше высочество.

Каролина посторонилась, пропуская меня к дверям. Я от души саданул их с ноги. Створки распахнулись, и мы оказались в большой комнате, исполняющей роль прихожей. Ну, или фойе. Ага, этот майордом тоже не ютиться в скромном углу. Да, комната не такая огромная как у меня, но ведь это всего одна из нескольких.

Похоже, я нашел место для всего хлама, что хранилось в башне. Моей башне!

Я поспешил к затворенной двери. По пути приметил, жилое помещение майордома – трехкомнатная квартира. Ну, держись!

Я так же ударом ноги распахнул двери. Там оказалась спальня. Майордом уже вскочил, горел свет. Стоя на постели, толстяк смотрел на меня ошалелыми глазами. Увидев в моих руках саблю, побледнел.

Я вскинул клинок на плечо и шагнул к нему. Майордом тонко, по-бабьи, вскрикнул. Попятился, и навернулся с кровати. Я навис над ним. Толстяк молча дрожал, не в силах вымолвить ни слова. Еще бы! Чего-чего, а ночного визита с холодным оружием в руках он точно не ожидал от меня. Безумие-то принца было тихим. Было…

– Слухи о моем выздоровлении оказались сильно преувеличенны, – я попытался улыбнуться самым неприятным образом.

Толстяк заскулили. Значит, получилось.

– Ты знаешь, зачем я пришел?

Я позволил толстяку сесть на полу. Он испугано отполз на заднице и вжался в стену. Мелко затряс головой.

– Вот и я о том же, – я пристально посмотрел на него. – Как ты мог позволить себе такую наглость, привязал бант на одного-единственного котика, и подбросил его мне в комнату.

– Что?

От изумления майордом обрел голос. Он-то был уверен, что речь пойдет о башне. Пойдет. Но позже.

– Ты считаешь меня настолько безумным, что я не смог бы догадаться о твоей хитрости? Ай-яй-яй!

Я покачал головой. Майордом решил, что я окончательно слетел с катушек. Врываться ночью с саблей, чтобы упрекнуть его за безвредную попытку угодить мне же. Толстяк перевел взгляд на девчонок.

– Где охрана? – сипло спросил он.

Девчонки промолчали.

– Их больше нет, – я добавил в голос ироничной скорби.

Показалось, что майордом сейчас потеряет сознание.

– Итог таков, – продолжил я. – Я прошу невинную вещь, нарядить всех кошек во дворце. И что же? Ты просто делаешь видимость исполнения приказа. Теперь я требую башню и слуг. И что? Ты просто игнорируешь мои требования. Ты говоришь, что уволить тебя может только император?

Майордому хватило ума не отвечать.

– Но его нет. И вот мне интересно, кто запретит мне, его сыну, приходить сюда каждую ночь? И ты не понял главного. Раньше мое безумие было тихим, унылым и бесцельным. А теперь оно нацелено на тебя! Скажи мне, майордом, что для тебя проще? Отдать мне чертову башню, или ложась спать думать, что же может случиться ночью. Вдруг я тоже подброшу тебе кота с бантиком.

Я засмеялся. Нарочито громко и безумно. Майордом спрятал лицо в ладонях. Я повернулся и вышел. Девчонки последовали за мной.

На пороге нас встретили давешние гвардейцы, а с ними незнакомый мне офицер. Я выдержал паузу.

– Хочу предупредить. Следующая попытка препятствовать мне, закончится для вас плачевно. Сообщите об этом своим товарищам и начальству. Ясно?

Они закивали, а офицер тревожно спросил:

– Что с господином майордомам?

– Думаю, сейчас ему понадобится помощь. Одного рулона туалетной бумаги ему явно не хватит.

И мы с девчонками зашагали по коридору.

– И что это сейчас было? – спросила Мира. – Я думала, вы снесете ему голову за дерзость, мой принц.

– Ты чего такая кровожадная?

– Я бы взяла вину на себя!

– Обойдемся без этого. А то, что было, можешь считать театрализованным представлением, в моем исполнении.

– Теперь, все будут уверенны в вашем безумии, – произнесла Каролина.

– Знаешь, а это неплохо. А то мне кажется, некоторые стали сомневаться в нем.

В комнате я вызвал мысленный интерфейс. Нет, задание все так же значилось не выполненным. Значит, майордом, не смотря на весь свой страх, не поддался. Пойдет жаловаться? К Виталику и канцлеру. И если на его пороге окажутся не дворцовые гвардейцы, а личная охрана моего братца и Савдина? Что тогда?

Подумаю об этом завтра. А пока спать.

Не успел я провалиться в объятия морфея, как меня разбудил гомон, топот, грохот и прочие неприятные звуки. Я выглянул наружу.

– В чем дело? – спросил я у гвардейцев, стоящих на карауле.

– Слуги, ваше высочество. Целая сотня примчалась, и затеяла тут перестановку. Прикажите угомонить их?

– Нееет, – протянул я. – Не надо. Пускай люди работают.

Вернулся в постель. Интерфейс возник передо мной сам по себе.

«Задание выполнено».

Снизу и сверху раздавался шум и громкие голоса. Но это был самый приятный звук, под который я когда-либо засыпал.

Утро началось со звонка телефона. Никто за эти дни не звонил мне, поэтому смартфон валялся где-то в комнате. Сначала, я попытался спрятаться под подушкой, от надоедливого звука, уложив ее себе на голову. Но проклятый трезвон проникал и под нее.

Потом я сообразил, что звонит телефон. Вскочил. Долго ходил по комнате, разыскивая смарт. Телефон ненадолго заткнулся, и снова принялся раздражающе гомонить. Надо будет поменять звук звонка.

Наконец, я нашел его. Ряд цифр – номер звонящего – ничего мне не сказал. Я нажал зеленую кнопку.

– Алло!

– Вот это ты учудил сегодня ночью! – весело сообщил молодой голос. – Да тут вся прислуга на ушах. А майордом не встает с постели.

– Кто это?

– Лева, я начинаю переживать, вдруг ты снова сошел с ума! Это Глеб, твой любимый брат!

Голос в трубке перешел на смех. В сложившихся обстоятельствах, действительно, из двух моих братцев, Глеб, куда больше располагал к себе.

– А, – протянул я. – Неужели это вызвало столько шума?

– Ха-ха, да еще какого! Виталька в ярости, он же считает себя хозяином во дворце! Вызвал майордома, чтобы как следует пропесочить его. А тот, хитрец, слег в постель.

Что хитрец, это точно.

– Говорят, ты там саблей махал, грозился отрезать ему все, что этому жирдяю давно не нужно! Правда?

– Привирают. Только то, что ему необходимо.

Снова смех.

– Ну, ты отжег! Давай встретимся, поговорим. Очень уж интересны подробности.

– Давай. Но я только встал, поэтому, позже. А откуда ты номер мой достал?

– Да там целое расследование. Главный по связи во дворце, кочевряжился. Но куда он денется.

– Тогда днем созвонимся.

– Хорошо, братец! Башневладелец ты, обезбашенный!

Глеб отключился, и сразу же в дверь постучали.

– Войдите!

Я ожидал, что это Каролина либо Мира. А может, они обе. Но в дверь вошел худой лысый мужчина. На вид, лет пятьдесят. Безукоризненные манеры и непроницаемое лицо. Одет в черный фрак и белую сорочку.

Поклонился.

– Я ваш личный камердинер, ваше высочество, Чихаев Матвей Константинович. Прикажите подать завтрак?

Я немного опешил от неожиданности. Но завтрак есть завтрак. И он не терпел промедления.

– Прикажу.

Камердинер склонил голову, и вышел за дверь. Через минуту в комнату вошли трое слуг. Они в момент накрыли стол, и замерли навытяжку. Ух ты! Раньше мне, только что не кидали еду, а тут смотри-ка, трое слуг, да еще целый камердинер.

Я уселся за стол. Слуги тут же окружили меня. Подали салфетку. Налили апельсиновый сок в стакан. Один из них спросил:

– Чего изволите, ваше высочество?

Из всего обилия на столе, я изволил омлет с травами, жаренные колбаски и легкий салат. Каждое мое желание предугадывалось. Захотелось кофе – меня уже ожидала дымящаяся чашка. Потянулся к масленке, и тут же мне подают щедро намазанный маслом тост.

Появился и камердинер.

– Вы всем довольны, Лев Александрович?

Я кивнул.

– Скажите, Матвей Константинович, сколько слуг приписано ко мне?

Хоть лицо камердинера и осталось непроницаемым, в глазах я заметил довольное выражение, когда я назвал его по имени-отчеству.

– Ровно сотня, ваше высочество. Кроме меня, еще двое дворецких, шесть батлеров, двадцать три лакея…

– Стоп, стоп, Матвей Константинович. Потом разберусь. Я хочу знать, где мои телохранительницы – капитан Каролина Зуева, и рядовая Мирослава Морозова.

– Ожидают вас, ваше высочество. Если позволите, я советую вам после завтрака привести себя в порядок, и только после этого появляться на глазах у дам. Даже, если они ваши охранницы.

Сначала я хотел возмутиться. Тут каждый, что ли, будет лезть с советами. Но потом понял, камердинер, просто хочет выполнить свою работу наилучшим образом. Действительно, если его хозяин позволяет появляться при дамах в виде огородного пугала, то к нему, как личному слуге, возникают вопросы.

– Можете оставить для помощи лакеев.

Камердинер указал на слуг.

– Сам справлюсь, – буркнул я.

Умыться и почистить зубы, ну тут мне помощь не нужна. Даже не смотря на статус. Лакеи убрали посуду, под внимательным взглядом камердинера. Когда они исчезли за дверью, Чихаев с достоинством кивнул мне, и последовал за ними.

Камердинер появился через полчаса.

– Прикажите впускать? – спросил он.

– Кого?

Я пока еще не привык к такому образу жизни. Когда каждый мой шаг пытаются предугадать.

– Рядовая Морозова. Она с самого утра порывалась попасть к вам.

– Конечно, впускайте!

Камердинер снова кивнул, и, отворив дверь, громко произнес:

– Рядовая императорской гвардии Морозова, вас просят войти.

Мира вошла не смело. Зыркнула на Чихаева.

– О, мой принц! Я уже с самого утра…

– Я знаю, Мира.

Камердинер закрыл за собой дверь.

– Присядь, – сказал я ей. – Хочешь кофе, или чего-нибудь еще. У меня тут целая рота слуг.

Я улыбнулся.

– А, нет. Я, нет, мой принц, я ничего не хочу.

Вот только по ее взгляду я понимал. Хочет она сказать мне что-то, но не решается. Эх, ладно, придется брать вожжи в свои руки.

– Мда, – произнес я. – Как-то многолюдно стало. Кстати, ты не знаешь, как там дела в башне? Все ли вынесли.

Мира помотала головой.

– Не обратила внимания.

– Пойдем, посмотрим?

Через минуту мы с Мирой вышли из комнаты. За мной хотели увязаться гвардейцы и целый десяток слуг. Но я приказал им оставаться на месте. Забавно, несколько дней назад такая процессия меня очень бы порадовала. А сейчас, не знаю, даже. Может быть, пропало желание заявлять о себе? Я ведь, уже это сделал.

В башне оказалось целых семь этажей, это не считая помещения под крышей, и подземных уровней.

– Что вы собираетесь сделать на этажах башни, мой принц?

– Пока не знаю. Кстати, а где Каролина?

– Госпожа капитан ушла по делам.

Наверное, это неплохо. Я вдруг вспомнил рекомендацию систему. Ну, ту самую, где она советовала мне начать собирать гарем. И я не видел ни единой причины, почему бы мне не начать с Миры. Я уже дважды пытался подобраться к ее прелестям, и каждый раз что-то мешало. То, мой джентельменский настрой (ой, дурак!), то неведомые убийцы, не нашедшие более подходящего времени для вторжения.

– Мира, давай устроим сегодня свидание.

– Свидание?

– Ну, а как это еще называется.

– Я даже не знаю. Будет ли, сейчас это приличным.

Да что опять-то!

– Я видел тебя голой и даже хлестал по попке.

– Банным веником.

– А ты бы предпочла плеткой?

– Да. Ой, нет, конечно.

– Сегодня вечером. Знаешь, я прикажу накрыть длиннющий стол на одном из этажей, истребую живой оркестр. Полумрак, музыка, и мы вдвоем.

Мира не спешила с ответом. Я вдруг разозлился. Да, что она мне тут голову морочит! Серьезно. Не возникло бы вопросов, если бы у Миры был муж-жених-возлюбленный. Тогда понятно. Ладно, может, я ей противен. Такое вполне может быть. Ну, а что тогда в этой чертовой бане было?

– Как тут все изменилось!

Женский голос достиг слуха. Я повернулся. Прямо перед входом стояла княгиня Вяземская. В сопровождении слуг и охраны. Она посмотрела на меня жадным взглядом зеленых глаз. Улыбнулась, присела в реверансе.

Я направился к ней.

– Лев Александрович, как я счастлива видеть вас, – промурлыкала княгиня.

Протянула руку. На этот раз без перчатки. Пальцы словно бы выточил искусный скульптор. Ногти, окрашенные темно-красным лаком, не сильно впились мне в ладонь, когда я поднес ее руку к губам.

– Прошу вас, встаньте, княгиня.

Она снова улыбнулась, и поднялась.

– Что вы тут делаете, милое создание?

Я решил, что взгляды и улыбки Вяземской позволяют мне некоторую фривольность.

– О, Лев Александрович! Ходят слухи, что вы получили в пользование всю эту башню. Боже, да как вы добились этого у майордома? Он же костьми ляжет, но не позволить что-то менять во дворце.

Да как же так можно смотреть-то? Взгляд княгини, снизу вверх, заставлял забыть обо всем.

– С боем, – ответил я.

– Я рада за вас.

Княгиня взяла меня под руку. И мы двинулись по пустому этажу башни. Заметил, как Мира стоит с уже знакомым мне покер-фейсом. А вот нечего выкобениваться!

– Что вы планируете здесь сделать, ваше высочество?

– Только что раздумывал, не устроит ли мне тут, нечто вроде комнаты отдохновения, – нарочито громко произнес я. – Поставить большой стол. Вон там, организовать сцену для оркестра. А в том углу сделать нечто, ну, как у турок, знаете? Диваны, ковры и прочее.

– Мило.

– Да, буду сидеть тут в одиночестве и грустить.

– Почему же в одиночестве. Я тоже иногда люблю взгрустнуть.

Ее рука сжала мой бицепс. Может, ну эту Миру, с ее загонами? Вот же, роскошная женщина, уже второй раз намекает, да еще так толсто, что хочет скоротать со мной вечерок.

Только я открыл рот, чтобы сделать крайне не пристойное предложение замужней женщине, как зазвонил телефон. Один из слуг княгини устремился к нам, держа в руках смартфон. Он с поклоном протянул хозяйке трубку.

– Князь, – коротко сообщил слуга.

– Простите.

Ольга взяла телефон и, приложив его к уху, отошла в сторону. Пока княгиня разговаривала, я надеялся, что князь не требует, чтобы жена спешно приехала к нему. Где он там обитает.

Ольга закончила разговор и вернулась. Нет, муж не требовал, чтобы она ехала к нему.

– Я должна вас покинуть, Лев. Князь уже на пути во дворец, хочет увидеть меня. А я не смею перечить мужчине.

Княгиня снова склонилась в реверансе. Она заспешила к выходу, а ее люди следовали за ней. Я подошел к Мире. Еще раз окинул пустые стены. Да, скверно. Не суждено этим стенам сегодня увидеть мой томный вечер.

– Мой принц.

– Да, Мира.

– Я хочу провести с вами ночь.

Блин, неужели на нее так действует внимание других женщин ко мне? И, она ведь сказала ночь? Правда, же?

Глава 17

Я отдал распоряжения камердинеру – подготовить этаж башни. А так же, чтобы слуги навели марафет в моей комнате. Хотя, особо прибирать тут было нечего, но я хотел, чтобы порядок в комнате довели до идеала.

– Матвей Константинович, проясните для меня одну вещь, – обратился я к камердинеру, когда он уже хотел выйти из комнаты. – Насколько я знаю, камердинер – не самая высокая ступень в иерархии слуг. Над людьми вашего звания стоят батлеры, дворецкий и майордом. Но, как я вижу, вы обладаете в моем штате слуг высочайший властью. У вас, аж целых два дворецких в подчинении. Как так вышло?

Я допускал, что здесь такая же ситуация как и с пьесой «Ромео и Джульетта». То есть, все несколько иначе, чем в моем мире. И камердинер – высочайшее звание. Но решил уточнить. Благо, слава безумца позволяла мне это сделать.

– Все дело в вас, ваше высочество.

– Во мне? А я-то тут, каким боком?

– Я ваш личный слуга. Но не в статусе принеси-подай, простите за мою дерзость.

– Ничего страшного, продолжайте.

– Спасибо, Лев Александрович. Так вот, я слежу за вашим гардеробом, столом, здоровьем. Если бы я служил менее знатному человеку, например князю, то надо мной, как вы и сказали, стояли бы батлеры, дворецкий и майордом. Но я служу принцу. Статус моего господина позволяет мне руководить другими вашими слугами. Но если, вы не довольны моей работой…

– Нет-нет, Матвей Константинович, я доволен. Просто, показалось необычным.

Чихаев склонил голову и вышел, отдать распоряжения лакеям и уборщикам.

Зазвонил телефон. Глеб. Кто-же еще.

– Чем занимаешься, братец? – спросил младший сын императора.

– Да, ничем, в общем-то. Ты хочешь узнать, как оттяпать себе еще одну башню?

– Да, и это тоже. Давай выберемся из дворца. Чего тут сидеть-то.

– Ну, вчера я собирался так и сделать. Не вышло.

– А куда хотел пойти?

– На гонки. Где-то за пределами города.

– Уууу, братец! Плюнь, куда бы ты ни собирался. Я покажу такие гонки, голова закачается.

Ну, ладно. Уверен, Глебу не столь интересны мои ночные битвы за жилплощадь. Что-то другое он хочет узнать. Или сказать.

– Давай, минут через сорок, – произнес я в трубку.

– Отлично. Только это, не наряжайся, как будто на церемонию коронации. Одень что-нибудь попроще. Мы пойдем инкогнито. Ну и людей прихвати, кто там у тебя есть из охраны.

Из одежды «попроще» у меня оказалось ровно ничего. Позвал Чихаева, приказал раздобыть футболку, джинсы и кроссовки. Выглянул за дверь. Обе мои охранницы оказались там. Сказал, что мы выходим в город инкогнито. Девчонки посмурнели. Еще бы, если вспомнить, что произошло в прошлый раз.

Но я надеялся, что сегодня ничего подобного не произойдет. Вряд ли, обнаглевшие аристократы будут встречаться нам на каждом шагу.

Потом, подумав, сказал:

– Мира, сегодня обойдусь, только силами Каролины. Тебе есть чем заняться.

Мира улыбнулась, а Каролина бросила на нее непонимающий взгляд. Ладно, пускай недоумевает. Пока. Ведь и для «госпожи капитана» есть графа в разделе Гарем.

Когда мы встретились с Глебом, он иронично осмотрел моих сопровождающих. Ну да, самого-то Глеба Александровича сопровождали два здоровенных верзилы. Братец мой оделся довольно вызывающе для похода инкогнито. В костюме, шляпе. Эдакий эксцентричный эстет. Охранники в куртках и штанах военного образца. Каролина же не стала выставлять свои прелести напоказ, и залезла в ветровку и джинсы.

Для поездки Глеб выбрал черный джип. Один из его парней сел за руль, другой умостился рядом с ним. Мы втроем, я, Глеб и Каролина, сели назад. Каролина оказалась между нами, из-за чего страшно смущалась. А вот, мой братец, похоже, был рад такому соседству.

Через полтора часа пути, по забитым автомобилями проспектам, мы оказались за пределами Москвы. Хотя, поначалу я даже этого не заметил. Жилые районы расползались от города, порождая единую, чудовищных размеров, агломерацию.

Но вот закончился и пригород. Мы помчались по трассе. С Глебом мы беседовали о всяких пустяках. Потом он спросил:

– Как же ты убедил нашего упрямого майордома. Или расскажешь наедине?

– Секретов тут нет. Каролина все видела. Если доверяешь своим парням, могу рассказать.

– Доверяю. Они готовы умереть за меня.

Я кратко пересказал, как стращал майордома. Глеб смеялся. Хотя, на мой взгляд, особо смешного здесь ничего не было.

Наконец, мы подъехали к территории, огражденной бетонным забором.

– Я именно сюда вам и предлагала съездить, – произнесла Каролина.

– О, нет, капитан, – усмехнулся Глеб. – Могу вас заверить, вы точно предлагали моему брату, ехать не сюда.

Она непонимающе взглянула на Глеба. Промолчала.

Мы въехали внутрь. Насколько я мог разглядеть из окна автомобиля, внутри находилась гоночная трасса. И, похоже, не одна. Ревели моторы, слышались крики зрителей. Но наша машина направилась не к гоночным трекам, а куда-то в сторону. Вскоре перед нами вырос огромный ангар. Автомобиль затормозил перед ним.

– Дальше пешком, – сообщил Глеб.

Мы вышли из машины. Вслед за Глебом прошли к ангару. Там нас ждал улыбчивый человек. Он коротко поклонился.

– Давно вас не видел, господин Глеб.

– Дела, дела, милейший. Но сегодня я собираюсь оторваться по полной.

Человек улыбнулся, но взгляд его вовсе не искрился весельем. Он настороженно изучал нас с Каролиной.

– Они со мной, – сказал Глеб.

Человек снова улыбнулся, и обратился к нам:

– Как я могу к вам обращаться?

Судя по тому, что Глеба он называл по имени, то понятия не имел, что перед ним всамделишный принц.

– Называйте меня господин Кошкин, а это моя спутница. К ней не надо обращаться.

Человек склонил голову, и сделал приглашающий жест в недра ангара.

Внутри оказалось пусто. Лишь в центре возвышалось нечто не понятное. Когда мы подошли ближе, то оказалось, что это подъемный механизм. Под ним, находилась кабина лифта, куда мы все, вслед за Глебом, уместились. Честно говоря, впятером в кабине показалось тесновато. Глеб, вошедший первым, встал у противоположной выходу стене. Затем двое шкафов-охранников. Потом я. И последней втиснулась Каролина.

Да. Мы тут все джентльмены, блин.

Когда двери закрылись, я понял, что практически навалился на госпожу капитана. Попытался спиной толкнуть напиравших на меня верзил Глеба, но стало только хуже. Или лучше? Как посмотреть. Отвел плечи и спину назад, а вот мой таз, наоборот, подвинулся вперед. И я понял, что упираюсь прямо в ягодицы девушки.

Попытался поменять положение. Отлипнуть от задницы Каролины получилось. Но опять навалился на нее. Блядь, это что за место, где царственных особ заставляют утрамбовываться словно селедки в банке?

Кабина дернулась и пошла вниз. Я терялся в догадках, куда Глеб меня тащит? Гонки на лифтах что ли?

– Кошкин? – услышал я голос брата. – Лев, ты серьезно?

Глеб засмеялся. Я машинально сделал попытку повернуться к нему, из-за чего снова прилип чреслами к заду госпожи капитана. И на этот раз кровоток сделал свое дело. Каролина, почувствовав мой «кровоток», попыталась отодвинуться. И сделал еще хуже. Или лучше?

Блин, двигаться все равно было некуда. Я вернулся в предыдущее положение, но нашим «отношениям» с Каролиной это не повредило.

– А что не так? Глеб, и его брат Лев. Если бы мы еще сказали, что в следующий раз приведем Виталика, этот тип точно бы догадался кто мы. А ты, как я посмотрю, пытаешься скрыть свою личность.

– Верно. Но Кошкин!

– Уж куда правдоподобнее, чем «господин Глеб».

– И то верно, – согласился Глеб.

Каролина переступила с ноги на ногу, и я потерял интерес к разговору с Глебом. Спуск длился недолго. Двери раскрылись, и мы вывалились из тесной кабины. Внизу нас никто не встречал. Просто коридор вел куда-то вперед. Потом разбегался тремя ходами. Глеб повернул направо, потом поднялся по лестнице.

Все вокруг выглядело вполне прилично. Свет, недорогая, но добротная отделка. Наверху лестницы, нас встретили несколько дверей. Глеб толкнул одну из них, и мы оказались в ложе, закрытой стеклом.

Ложа оказалась довольно большая. На ней помещались с полдюжины кресел. Три стояли прямо перед нами, а три чуть в отдалении. Там же стоял небольшой столик с напитками.

– Ждите здесь, – приказал Глеб своим охранникам.

Посмотрел на меня:

– Если ты не против, Лев, то пускай госпожа капитан тоже присядет здесь, а мы с тобой будем смотреть оттуда.

Он указал в сторону отдельно стоящих кресел.

Мы с Глебом уселись в кресла, и я взглянул за стекло. Передо мной раскинулось подземный зал. Его стены мерцали стеклами таких же лож, как наша. Сверху лился яркий свет. Внизу я рассмотрел гоночный трек – черное кольцо, опоясывающее асфальтовое поле.

Впечатляло. Целый подземный стадион. И для чего он?

– И что же за гонки здесь проводятся, раз для них нужны такие ухищрения?

Глеб посмотрел на меня:

– Смертельные.

– Серьезно?

– Серьезней некуда.

Внизу послышался рокот двигателей. С дюжину мотоциклов ехали по кругу. Над ними трепетали яркие цветастые флаги. А управляли ими… Я даже дар речи потерял, настолько сногсшибательным оказалось зрелище.

За рулем каждого байка сидела настоящая красавица. Лиц я видеть не мог, Но фигуры – нечто бесподобное! А одежда, была, конечно, какая-то. Но требовалось, как следует присмотреться, чтобы понять – девушки вовсе не обнаженные.

– Ты прав, – рассмеялся я. – Я сейчас умру от восхищения!

Глеб усмехнулся.

– Это разогрев. Настоящее шоу начнется позже.

– Ты хочешь сказать, эти милые создания будут соревноваться так, что могут умереть? – возмущенно спросил я.

– Экий ты заботливый, братец. Да не волнуйся, красоткам ничего не грозит. Разве что приглянутся кому-нибудь статусному господину. Тебе, которая приглянулась?

Ну, примерно все. А еще Мира. И Каролина. И княгиня Вяземская. И та, в красной шляпе, на маскараде у Андрея Савдина.

Словно прочитав мои мысли, Глеб спросил:

– Скажи мне, Лев, ты общался с этим ничтожеством, сынком канцлера.

– Ты же знаешь, я ездил на его прием. В Королевской Гавани.

Глеб скривился.

– Ну и что там было?

– Ты не поверишь, маскарад!

– Да нет, в это я как раз поверю. И все?

– А потом произошло настоящее волшебство, – засмеялся я.

– О чем ты?

– В один момент со всех сорвало трусы, и маскарад превратился в бразильский карнавал.

– А, вон ты про что.

Глеб ни капли не удивился. Значит, подобные развлечения тут в порядке вещей для аристократов.

– А ты про что?

Глеб глянул на меня.

– Не доверяй этому засранцу, поверь мне, он нам не друг.

– А ты?

– А я твой брат! – наигранно медленно произнес Глеб.

Типа, как с идиотом разговаривает.

Гонщицы внизу выполняли трюки. Прыгали с трамплинов, ставили мотоциклы на дыбы, и разгонялись, привстав с места. Это последнее мне нравилось больше всего, ибо позволяли оценить мотоциклисток со всех сторон.

– Теперь, моя очередь спрашивать.

Я повернулся к Глебу. Тот усмехнулся.

– Какого рожна ты выступаешь против канцлера и нашего брата Виталия?

Такого вопроса Глеб не ждал. Ехидное выражение исчезло с его лица. Взгляд стал серьезным.

– А почему бы и нет?

– Давай без этого детского лепета. Я задал тебе прямой вопрос. Поясню. Императором ты не станешь. Ну, если только с нашим братцем случится непоправимое. Но его берегут. А выглядит он вполне здоровеньким. Да и девицу обрюхатить для него не проблема. У тебя нет ни единого шанса противостоять союзу Виталия и Савдина. Так к чему твоя фронда?

– Фронда, – буркнул Глеб. – Словечко-то какое.

Он подумал. Потом ответил:

– Дело не в троне. Если с Виталькой чего случится, есть еще ты.

Он испытующе поглядел на меня. Но я постарался сохранить покер-фейс.

– В чем же, тогда?

– В моих убеждениях. Канцлер правил при нашем отце, да и при нашем деде. Князь Савдин – вот настоящий правитель империи. И большой беды не было бы, если Виталий просто исполнял роль императора при Савдине. Да вот проблема. Сам князь стар. Рано или поздно он умрет. И тогда начнется борьба за власть. У Виталия нет ни сил, ни авторитета, чтобы прижать всех к ногтю.

– А у тебя есть? – подначил я Глеба.

– Дело в том, что и у меня его нет. Но если у меня его нет по одной простой причине, я третий сын. То у Витальки его нет по складу характера. Кто будет уважать монарха, если все время в его жопе торчит рука канцлера?

Тут я согласен с Глебом. Стоит Савдину склеить ласты, и появиться куча претендентов на власть. А его величество, императора всероссийского Виталия I, никто и спрашивать не будет.

– Есть сын канцлера, Андрей, – сказал я.

Глеб фыркнул:

– Ничтожество! В голове только пьянки, оргии и желание досадить мне.

Да, дорогой братец, знал бы ты о планах этого «ничтожества».

– Короче, сражаешься, как можешь. Потому что другого выхода все равно нет?

– Да, именно так! – с вызовом воскликнул Глеб.

– Ну, ясно-понятно.

Я поглядел вниз. Да, видимо, я что-то пропустил. На треке уже вовсю гоняла еще группа гонщиц. В отличие от первых, они щеголяли не просто голыми телами, а черными украшениями из ткани и перьев, развевающихся крыльями за их спинами. Смотрелись они еще обворожительней, чем первая группа.

Обе группы девиц исполняли какую-то сцену. Под рев движков они гонялись друг за другом, имитировали столкновения. Я даже видел типа пленниц, захваченных черными дамами. Пленницы стояли на коленях, с заведенными за спину руками. Их железные кони бессильно лежали рядом.

– О! – воскликнул Глеб, тоже глянув на трек. – Они уже до Избавления добрались. Надо готовиться.

– К чему?

– К гонкам. Я же говорил.

– К смертельным? – усмехнулся я.

– Да.

На лице Глеба не было и тени усмешки.

– Может, пояснишь?

– Если коротко, то две команды будут нестись по треку на дефдредах. Задача обездвижить все машины соперников. Выигрывает та команда, чьи машины останутся на ходу. А если кто-то покалечится или умрет, что ж, участие добровольное. Никто не заставляет.

Я понятия не имел, что такое «дефдреды», но припух не на шутку. Выходит, все эти подземелья не просто так, чтобы чернь не мешала господам. Стало понятным, почему Глеб скрывал свою личность. Уверен, подобные гонки под запретом в империи.

– А ты куда? Не можешь вынести подобного зрелища? – я постарался сохранить хладнокровие.

Вместо ответа, Глеб неожиданно сказал:

– А ведь ты братец, можешь претендовать на трон. Не думал об этом?

О, как! Мне тут наперебой предлагают сесть на трон. Сначала Андрей Савдин, теперь вот мой младший брат.

Я не ответил. Глеб хлопнул меня по плечу, мол, подумай об этом, и двинулся к выходу.

– Так куда ты идешь? – спросил я вслед.

Глеб обернулся:

– Сегодня участвует моя команда, а я в ней капитан.

Видимо все чувства отразились на моем лице. Глеб заржал. Потом неожиданно спросил:

– Слушай, Левка, может, присоединишься к нам, а? Кишка не тонка? А, извини, забыл. Ты же представления не имеешь, как управлять автомобилем. Ну, смотри отсюда. Поверь, впечатления окажутся незабываемыми.

Он отвернулся. Я встал, схватил его за плечо.

– Давай, – сказал я. – Погоняем. Но с одним условием – ты поклянешься мне в верности.

– Да ты точно безумец! Как ты управлять то будешь?