Текст книги "Идеальный мир для Химеролога 7 (СИ)"

Автор книги: Марк Альтергот

Соавторы: Олег Сапфир
сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц)

Глава 8

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Агнесса Новикова зашла в кабинет, подошла к столу и поставила пакет на стол. Внутри звякнуло стекло.

– Вот, – сказала она и села в кресло напротив. – Всё, как ты и просил.

Виктор оторвался от телефона, отложил его в сторону и быстро заглянул в пакет. Там стояли пять банок из толстого стекла. Внутри каждой, перебирая серебристыми лапками, сидели крупные пауки – Серебряные Архитекторы.

– О, отлично, – кивнул он. – Спасибо. Поставь вон туда, на полку, пожалуйста.

Агнесса уставилась на него так, будто Виктор только что попросил её поставить на полку собственную голову. Даже глаз от возмущения начал мелко подёргиваться.

– И это всё? – тихо спросила она. – «Спасибо, поставь на полку»?

– Ну да. А что ещё нужно? – Виктор снова, как ни в чём не бывало, взял в руки телефон. – Ты же их привезла. Значит, задача выполнена. Молодец, что я ещё могу сказать?

– Молодец⁈ Виктор, ты хоть представляешь, чего мне это стоило⁈ Ты знаешь, что этих тварей в столице всего штук тридцать⁈ И двадцать из них – в личной коллекции Императора! Это краснокнижный вид, вывоз которого запрещён под страхом каторги! Их добывают в закрытых пещерах Уральского хребта, куда даже гвардейцы боятся соваться!

Она начала загибать пальцы.

– Я подняла всех… Звонила контрабандистам… Переплатила в десять раз… Отдала за этих пауков столько, что можно было купить новый особняк…

Пока она говорила, Виктор лениво постучал пальцем по стеклу одной из банок. Паук внутри замер, посмотрел на него всеми восемью глазами, а затем быстро сплёл из серебристой паутины идеально ровный знак вопроса. Виктор одобрительно хмыкнул и кивнул членистоногому. Агнесса, заметив это, побледнела.

– … мне пришлось лично ехать на встречу в какие-то гаражи к мутному типу, который трясся от каждого шороха! А ты мне просто говоришь: «Поставь на полку»⁈ И вообще! Откуда ты про них узнал⁈ Это же закрытая информация! Про них даже в учебниках для Высшей Академии не пишут!

Виктор спокойно посмотрел на неё поверх телефона.

– В книжке вычитал.

Агнесса открыла рот.

– В книжке… – повторила она. – В какой, к чёрту, книжке⁈ «Занимательная арахнология для самых маленьких»⁈

– В старой, – уточнил он. – Библиотека у меня хорошая была. Да ты не парься, главное, что они у нас.

Она сидела и смотрела на него, пытаясь понять, издевается он или говорит серьёзно.

– Ладно, не кипятись. Ты молодец, правда. Пауки отличные, живые, активные… То, что надо. Но у меня для тебя есть новость получше. Через неделю, максимум через две, мы начнём следующий этап лечения твоего брата.

Вся её злость, усталость и раздражение в одно мгновение испарились.

– Ты… ты уверен? Уже можно?

– Нужно, – кивнул он. – Организм адаптировался, каналы прочистились. Пора переходить к следующей фазе. Будем закреплять результат и усиливать потенциал. Так что готовь парня. Пусть хорошо кушает и спит.

– Я… я поняла. Спасибо, Виктор. Я всё подготовлю. Всё будет сделано в лучшем виде, как мы договаривались.

Она встала, ещё раз посмотрела на пакет с пауками, но уже без злости, а скорее с равнодушием к потраченным усилиям, и пошла к выходу.

– Бывай, – бросил Виктор ей вслед.

Агнесса вышла из кабинета, прошла через приёмную, кивнув Валерии, и оказалась на улице. Свежий воздух немного прояснил мысли. Она села в машину, захлопнула дверь и прижалась лбом к прохладному стеклу.

«Миша… Скоро следующий этап…»

Радость переполняла её, но тут же, как ушат холодной воды, пришла другая мысль. Она резко выпрямилась.

– Чёрт!

Водитель вздрогнул и посмотрел в зеркало заднего вида.

– Госпожа? Что-то случилось? Возвращаемся?

– Нет! – она досадливо ударила ладонью по подлокотнику. – Я забыла! Я же ехала к нему не только с пауками!

Гранд-Бал… То самое мероприятие, куда её пригласили впервые за долгое время. Событие года, которое соберёт весь цвет Империи. И ей нужен был спутник. Да не просто эскорт, а кто-то, кто будет смотреться достойно, но при этом… необычно.

Она хотела пригласить Виктора, чтобы засветить его в высшем свете. Показать его не как ветеринара из подвала, а как своего протеже или партнёра. Пусть все увидят, кто стоит за новым взлётом рода Новиковых.

Это решило бы массу проблем. Если общество примет его, если он получит хоть какой-то официальный статус… хотя бы на уровне слухов… это развяжет ей руки. Можно будет оформить на него дворянство, купить какой-нибудь захудалый, выморочный титул барона.

Сделать из Виктора аристократа… Эта идея фикс сидела у неё в голове уже несколько дней. Это упростило бы всё: контракты, допуски и взаимодействие с властями. Ему не пришлось бы прятаться за её спиной или использовать подставных лиц вроде Валерии. Он стал бы полноценным игроком.

Но сейчас, сидя в машине, она поняла, что это будет ой как непросто. Вспомнила его лицо, когда он говорил про «книжку». Его джинсы, своеобразную манеру общения и абсолютное наплевательство на условности и этикет.

Представить Виктора во фраке, кланяющегося аристократам или ведущего светскую беседу о погоде и видах на урожай… Агнесса нервно хихикнула.

Воображение тут же услужливо нарисовало картину: сияющий хрусталём зал, струнный квартет, и Виктор в своих потёртых джинсах, который задумчиво ощупывает призового пуделя графини Покровской, бормоча, что «собаке явно не хватает пары броневых пластин и ядовитых желёз для симметрии»…

А если к нему подойдет надменный князь Оболенский? Этот сноб непременно попытается уколоть Виктора своими фирменными подколками. «Молодой человек, от вас так сильно пахнет… псиной» – мысленно спародировала Агнесса голос князя. И что ответит Виктор? Он же не смутится и наверняка внимательно посмотрит на бледное, аристократичное лицо князя, вздохнёт и скажет: «А у вас, ваше сиятельство, судя по желтизне склер и землистому цвету лица, печёночные сосальщики и глисты»…

«Нет, он же просто пошлёт меня, – с тоской подумала она. – Скажет, что у него операция у морской свинки, и это важнее, чем все балы мира вместе взятые».

Принуждение? Исключено… Давить на него бесполезно, он просто упрётся рогом или начнёт морозиться. Шантаж? Смешно… У него нет болевых точек, кроме его же собственного любопытства.

Значит, нужно действовать хитрее. Если он откажется от титулов и балов – а он откажется, тут к гадалке не ходи, – придётся искать другой путь.

Ей нужно удержать его любой ценой. Пока их сотрудничество выгодно ему, он рядом. Но что будет, когда он получит всё, что хотел? Когда построит свою лабораторию мечты и наиграется в ветеринара?

«Сотрудничество длится, пока оно обоюдовыгодно», – прошептала она отцовскую мудрость.

Ей нужно стать для него незаменимой. И не просто кошельком, а ресурсом, которого он не найдёт больше нигде.

Но это всё потом. Сейчас главное – Миша.

– Домой, – скомандовала она водителю. – И побыстрее.

Она достала телефон и начала составлять список необходимого для подготовки брата. Витамины, БАДы, режим… Всё должно быть идеально. Виктор сделает свою часть работы, а она свою.

* * *

Мы ехали в стареньком фургоне, который я арендовал специально для этой миссии. Сзади, в кузове, копошилась, пищала и мяукала очередная партия «пушистых зверушек». Валерия сидела на пассажирском сиденье, вцепившись руками в голову и массируя виски.

– Вик, это невыносимо… – простонала она. – Они не затыкаются ни на секунду!

– Привыкай, – я крутанул руль, объезжая яму. – Теперь это твоя новая реальность.

– Это не реальность, а какой-то дурдом! И вообще, Вик… Мы везём эту орду к детям. К маленьким, беззащитным детям! Это же химеры! Пусть и слабые, пусть и милые, но всё-таки химеры. А если у кого-то из них перемкнёт в мозгу?

Она обернулась назад, где из переноски на неё смотрел кролик с красными глазами.

– Это ненормально, что животные такие умные, это же противоестественно…

– Ну, не все они гении, – возразил я. – Большинство просто… улучшенные. У них расширенный функционал и стабильная психика. Я лично проверял каждого. У них стоит железобетонный блок на агрессию к детям.

– А если блок слетит?

– Не слетит, это моя работа. И вообще, ты смотришь на это с неправильной стороны. Мир опасен, Лера, особенно для сирот на окраине. А теперь у них будет своя пушистая, зубастая и очень верная армия защитников.

– Ага, армия… – фыркнула она.

Грузовик затормозил у ворот приюта «Надежда». Нас уже ждали. Дети высыпали во двор, прыгая от нетерпения. Савелий Тимофеевич в своём парадном, хоть и штопаном пиджаке, пытался построить их в шеренгу, но безуспешно.

– Разгружаемся! – скомандовал я.

Кенгу (который тоже ехал в заднем отсеке и всю дорогу играл в города с попугаем) принялся выносить клетки.

Началась суета. Мы открывали дверцы, выпуская животных.

В этот момент к воротам подкатил тяжёлый армейский грузовик с гербами рода Новиковых. Из кабины выпрыгнул Макар.

– Госпожа прислала гуманитарку! – крикнул он. – Одежда, обувь, сладости, учебники…

– Отлично! – я махнул рукой. – Сваливайте всё в кучу! Сегодня у нас праздник!

Двор приюта превратился в подобие ярмарочной площади. Дети мерили новые куртки, разворачивали конфеты, визжали и пищали от восторга, а между ними носились мои питомцы.

Котята гонялись за фантиками, щенки облизывали детские лица, еноты деловито проверяли карманы новых курток на предмет неучтённых вкусняшек (пришлось даже мысленно цыкнуть на них)…

Валерия стояла посреди этого хаоса, прижимая руки к груди.

– Шумно… – прошептала она. – Как же шумно… Они все говорят одновременно. Дети кричат, звери думают… У меня так голова лопнет.

– Идём, – я подтолкнул её к зданию. – Директор приглашает к столу.

Мы вошли в столовую, где уже был накрыт праздничный обед.

– Виктор, Валерия, господин Макар… – Савелий Тимофеевич поднял стакан с компотом. – Я не знаю, как вас благодарить. Вы подарили нам чудо!

Пока он толкал речь, я заметил на подоконнике рыжую белку, которая сидела смирно и грызла орех, но её глаза внимательно сканировали помещение. Это была одна из моих «выпускниц» первой волны.

Я наклонился к Валерии.

– Слушай, – затем перевёл взгляд на белку и одними губами, используя ментальный канал, скомандовал: – Отчёт.

Белка замерла, орех выпал из лапок. Она вытянулась по струнке, глядя на меня, и начала «трансляцию». Валерия дёрнулась, схватившись за висок.

– Докладываю по сектору «Песочница», – зазвучал в её голове стрекочущий голосок белки. – Объект «Сашенька», семь лет. Вчера в 14:00 предпринял попытку несанкционированного лазания по пожарной лестнице. Срыв на высоте второго этажа. Угроза перелома шейных позвонков. Агент «Дружок» (пёс, дворняга, эмпат) среагировал штатно. Смягчил падение своим телом. Объект «Сашенька» отделался испугом. Агент «Дружок» получил ушиб мягких тканей…

Валерия открыла рот.

– … сектор «Спальня мальчиков», – продолжала белка. – Объект «Петенька», десять лет. Диагностирована острая фаза депрессии на фоне отсутствия родительского внимания. Плакал в подушку. Агент «Барсик» (кот, сибирский, модифицированный) провёл сеанс экстренной терапии. Облизывал лицо, грел бок, транслировал спокойствие. Объект уснул. Психоэмоциональное состояние стабильно…

– … инцидент в столовой, – тараторила белка. – Воспитательница Нина Петровна пыталась украсть пакет с сосисками. Агент «Филин» (сова) зафиксировал нарушение. Агент «Жулик» (енот) провёл диверсию: прогрыз пакет у неё в сумке. Сосиски выпали при директоре. Хищение предотвращено…

– … угроза внешнего периметра. Двое подростков пытались перелезть через забор с целью воровства игрушек. Группа быстрого реагирования в составе трёх боевых гусей вытеснила противника за территорию, нанеся клевательные ранения в область ягодиц. Противник деморализован и бежал…

В этот момент я достал из кармана телефон.

– Ой, – я посмотрел на экран. – Это поставщики. Мне нужно отойти, – я встал из-за стола. – Лера, я сейчас.

Валерия бросила на меня панический взгляд.

– Вик…

Белке я команду «стоп» не давал. Она продолжала строчить отчёты, как пулемётчик:

– … состояние здоровья объекта «Машенька», пять лет. Агент «Муська» (кошка, диагност, терапевт) выявила начинающуюся пневмонию на ранней стадии. Приняты меры: кошка легла на грудь объекту, активировала ауру выздоровления. Температура спала, хрипы исчезли…

Савелий Тимофеевич, увидев, что я ухожу, извинился перед присутствующими и поспешил за мной.

– Виктор! Подождите!

Мы зашли в его кабинет.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросил директор. – Проблемы?

– Нет, всё отлично, – я убрал телефон (никакого вызова не было, это просто предлог). – Давайте лучше чаю попьём, спокойно и без шума. У вас есть тот вкусный, травяной?

Директор засуетился, доставая чашки.

– Конечно! Сейчас заварю… А как же праздник?

– Праздник идёт своим чередом. Им полезно побыть без надзора начальства. Пусть веселятся.

Мы пили чай, обсуждали ремонт крыши, поставки угля и успехи детей в учёбе… Я тянул время. Десять минут, полчаса…

– Виктор, – наконец сказал Савелий Тимофеевич, глядя на часы. – Может, вернёмся? Неудобно как-то, гости одни…

– Ладно, – я поставил пустую чашку. – Ваша правда. Пора.

Мы вернулись в столовую. Праздник был в самом разгаре. Дети играли, гвардейцы Новиковых показывали им фокусы…

Я нашёл взглядом Валерию. Она всё ещё сидела за столом. Перед ней стояла нетронутая тарелка с тортом. Она смотрела в одну точку – на тот самый подоконник, где сидела белка, которая продолжала стрекотать. К ней присоединился енот и толстый рыжий кот.

Я подошёл к Валерии и сел рядом.

– Ну как ты здесь? Живая?

Она медленно повернула ко мне голову. В её глазах стояли слёзы.

– Вик… – голос её дрожал.

– Устала? – спросил я. – Голова болит от шума?

– Да, но… – она шмыгнула носом и посмотрела на белку. – Она рассказала мне про мальчика, Коленьку, у которого была депрессия. Он ни с кем не разговаривал, сидел в углу… А этот пёс, Дружок… Он просто приходил каждый день, сидел рядом и тихонько толкал его носом. И Коленька… он вчера впервые улыбнулся. Белка говорит, пёс ему ментально транслировал чувство «ты нужен».

Валерия перевела взгляд на детей, которые носились по двору в окружении моих химер.

– А вон тот кот… Он вчера отогнал крысу, которая пыталась залезть в кроватку к малышам.

Я усмехнулся.

– Не всё то, чем кажется, да? – тихо спросил я.

Валерия кивнула.

– Ты… ты сделал из них ангелов-хранителей, – прошептала она. – Это не просто животные, а заботливые воспитатели.

– Именно, – подтвердил я. – Я не могу приставить к каждому ребёнку гвардейца с автоматом. Это дорого, глупо и пугает детей. А вот добрая пушистая кошечка, которая может перегрызть глотку обидчику… или собакен, который лечит кошмары… Это работает. И никто даже не догадывается.

Я смотрел на неё и видел, как в её голове рушатся старые шаблоны. Я сделал это специально – оставил её наедине с потоком информации, чтобы она поняла суть.

Химерология – это не только кровь, мясо и создание монстров для войны. Это не только бизнес и деньги. А её Дар – это не проклятие, а ключ, чтобы слышать и видеть то, что скрыто от остальных. Теперь она понимает, как моя армия невидимых бойцов каждый день, каждую минуту ведёт свою тихую войну за безопасность этих детей.

Она слышала отчёты о предотвращённых травмах, о согретых душах и разогнанных страхах…

– Теперь понимаешь? – спросил я.

Валерия вытерла глаза и слабо, но искренне улыбнулась.

– Понимаю. Это… это самая лучшая работа в мире. И самый полезный Дар.

– Ну вот и славно, – я взял кусок торта с её тарелки. – А то «доставучий», «не хочу»… Ешь давай.

Валерия рассмеялась и взяла вилку.

Глава 9

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Телефон на стойке ресепшена звонил не переставая, будто пытался выиграть конкурс на самый раздражающий звук в мире.

– Добрый Доктор, слушаю вас, – привычно проговорила Валерия в трубку. – Да, мы принимаем химер. Нет, если он дышит огнём, лучше предупредить заранее. Да, у нас есть огнетушитель. Записываю вас на четверг…

Она положила трубку и тут же подняла снова, потому что раздался ещё один звонок.

Рабочий день был в самом разгаре. Дверной колокольчик звякнул, и в приёмную ввалился взмыленный мужичок, который выглядел так, будто пробежал ультра-марафон, причём с утяжелителями. И этими утяжелителями были шесть белых, кудрявых и о-о-о-очень громких пуделей на поводках.

– Девушка! Спасайте! – с порога взвыл посетитель. – Они все заболели! Все разом!

Собаки устроили такой шум-гам, что у Валерии заложило уши. Они скулили, лаяли, тянули поводки в разные стороны, запутывая хозяина в кокон…

– Тихо! Фу! – пытался перекричать их мужик. – Девушка, они умирают! У них что-то с животами! Или с головой! Они воют уже несколько часов без остановки! Сколько будет стоить полный осмотр всех шестерых?

Валерия быстро прикинула прайс-лист.

– Первичный осмотр – сто пятьдесят рублей за голову. УЗИ, если понадобится – ещё по двести. Анализы крови – от двухсот пятидесяти… – она щёлкнула калькулятором. – Если смотреть всех шестерых по полному циклу… выходит около трёх с половиной тысяч, минимум.

– Сколько⁈ – мужик схватился за сердце. – Три с половиной тысячи⁈ Да у меня зарплата меньше! Твою мать… – он начал лихорадочно хлопать себя по карманам, достал телефон дрожащими руками. – Сейчас… секундочку… я решу…

Он отошёл к окну, путаясь в поводках, и зашептал в трубку:

– Семёныч! Семёныч, брат, выручай! Беда! Собаки заболели, все шесть! Денег не хватает катастрофически! Можешь одолжить? Я с получки отдам! Ну Семёныч, ну войди в положение, они же мучаются!

Пока он унижался перед невидимым Семёнычем, Валерия посмотрела на беснующуюся свору. Шум стоял невыносимый. Но теперь, благодаря Виктору и его странным экспериментам, для неё это был не просто шум.

Она сосредоточилась… Мир вокруг слегка поплыл, звуки стали чётче, разделились на отдельные потоки.

«Больно! Живот крутит! Ой, как крутит!» – транслировал один пудель, поджимая лапу.

«Тошнит… Зачем я сожрал ту гадость?» – вторил ему другой.

«Плохо мне, плохо…» – скулил третий.

А вот остальные трое…

«А чего все орут⁈ Все бегают! Страшно! Паника!!!»

«Хозяин нервничает! Значит, опасность! Надо орать громче!»

«Я тоже хочу орать! Все орут, и я ору! Гав-гав! Мы все умрём!»

Валерия моргнула, возвращаясь в обычное состояние. Понятно… Стадный инстинкт в чистом виде. Трое действительно что-то не то съели, а остальные просто устроили группу поддержки, нагнетая истерию.

Мужик закончил разговор и вернулся к стойке с убитым видом.

– Девушка… Семёныч не даёт. Говорит, сам на мели. Может, можно как-то… в рассрочку? Или частями? Я паспорт оставлю!

Сказать ему правду? «Мужчина, ваши собаки просто истерички»? Не поймёт. Решит, что она сумасшедшая или издевается.

Валерия улыбнулась своей фирменной улыбкой.

– Знаете, у нас сегодня акция «Групповой осмотр» – специальное предложение для владельцев больших стай.

– Да? – глаза мужика загорелись надеждой. – И что за условия?

– Мы проведём экспресс-диагностику всех шестерых. Наш специалист, – она кивнула в сторону кабинета Андрея, – обладает уникальной методикой сканирования.

– Серьёзно⁈ – мужик чуть не расплакался от счастья. – Девушка, да вы просто ангел!

– Проходите в третий кабинет. Андрей вас ждёт. Я ему сейчас передам, – Валерия быстро набрала сообщение: «Три пуделя с отравлением, три симулянта. Лечи только больных, с остальных сними стресс витаминкой».

Мужик, путаясь в поводках и рассыпаясь в благодарностях, потащил свою свору по коридору. Валерия выдохнула и снова села. День продолжался в том же бешеном ритме.

Виктор носился по клинике как метеор. Вот он выбежал из лаборатории с дымящейся колбой, пронёсся через приёмную, бормоча что-то про «нестабильный эфир», и скрылся в подвале. Через минуту выскочил обратно, уже без колбы, но с довольным видом и пучком какой-то светящейся травы.

Телефон снова зазвонил. На этот раз определитель номера высветил: «Агнесса Новикова».

– Добрый день, Агнесса Павловна, – ответила Валерия.

– Лера, где этот чёртов гений⁈ Я ему на мобильный звоню – недоступен! На рабочий в кабинете – не берёт! У нас тут ЧП на производстве, мне нужна его консультация по составу регенератора!

– Он… э-э-э… в процессе, – дипломатично ответила Валерия, провожая взглядом Виктора, который с Кешей на плече бежал в сторону операционной. – У него сложный пациент…

– Ладно! Как только освободится, пусть наберет меня! Срочно! Это вопрос жизни и смерти… и моих дивидендов!

– Передам, – пообещала Валерия.

На стойку запрыгнул хомяк в очках и галстуке-бабочке и деловито положил перед ней стопку счетов и требовательно пискнул.

– Да вижу я, вижу, – вздохнула она, подписывая документы. – Электричество оплатим завтра. Скажи своим, чтобы экономили свет в подвале. Кенгу сказал, что вы всю ночь там чем-то занимаетесь.

Хомяк кивнул, схватил бумаги и убежал.

К обеду голова у Валерии гудела так, будто в ней устроили концерт тяжёлого рока. Ей нужна была пауза.

– Катя! – крикнула она в коридор. – Я на обед! Прикрой меня на часок!

– Беги! – отозвалась подруга. – Только телефон включённым держи!

Валерия схватила сумочку и выскочила на улицу. Свежий воздух ударил в лицо, предзнаменуя хоть и не долгую, но свободу.

Она направилась в ближайший торговый центр. Шопинг был её личным видом медитации. Бродить между вешалками, трогать ткани, примерять наряды… Это успокаивало лучше любого зелья.

Час пролетел незаметно. Валерия шла обратно к клинике, чувствуя себя обновлённой. В руках у неё шуршал увесистый пакет с покупками: новое платье небесно-голубого цвета, уютный кардиган и те самые туфли, о которых она мечтала неделю. Жизнь налаживалась. Деньги есть, работа есть, даже химеры стали какими-то родными.

Она шла по парковке, погружённая в свои мысли, напевая под нос. Громкий визг тормозов заставил ей подпрыгнуть на месте.

Огромный чёрный внедорожник, тонированный в ноль, вылетел из-за поворота и резко затормозил в сантиметре от её ног. Валерия отшатнулась, поскользнулась на мокром асфальте и взмахнула руками, пытаясь удержать равновесие. Её тяжёлый пакет с покупками по инерции полетел вперёд и врезался в капот джипа.

– Да какого хрена⁈ – раздалось из салона.

Дверь открылась, и из машины вывалился амбал с бритой головой.

– Ты чё, коза, совсем страх потеряла⁈ – заорал он, подлетая к ней. – Ты мне тачку поцарапала! Ты знаешь, сколько полировка стоит⁈

Валерия сжалась. Старые страхи, которые жили в ней годами, подняли голову. Она снова почувствовала себя той беззащитной девочкой, которую можно обидеть, толкнуть, унизить…

– Я… я не специально… – пролепетала она, прижимая пакет и сумочку к груди. – Вы сами… так быстро ехали…

– Я ехал⁈ – закричал бык, нависая над ней. – Да я тебя сейчас в асфальт закатаю! Ты, сука, сама под колёса бросилась!

Валерии захотелось исчезнуть, раствориться, убежать…

И тут она почувствовала движение. В её пакете, прямо поверх нового кардигана, что-то завозилось… Валерия опустила взгляд и увидела как на неё смотрят четыре пары чёрных глазок-бусинок.

Её личная гвардия хомяков сидела на пакетах с одеждой и смотрела на неё снизу вверх. Командир отряда медленно поднял крошечную лапку и провёл большим пальцем по горлу.

«Хана ему? – пропищал хомяк. – Даём добро на ликвидацию?»

Второй хомяк уже доставал из микроскопической кобуры что-то блестящее. Третий расправлял поразительно длинное телескопическое шило. Четвёртый разминал лапы…

Валерия вспомнила слова Виктора: «У тебя есть связь. На крайний случай вызывай кавалерию».

Каждый из хомячков был не только эффективным бойцом, но ещё и являлся связным. Они могли вызвать Психа или Рядовую. И если эти двое примчатся сюда… Ну, от джипа останется металлолом, а от этого хама только мокрое место.

Но это только в крайнем случае. Валерия знала, что эти четверо малышей в её сумке могли разобрать этого громилу на запчасти за секунды, ведь она уже видела, на что они способны.

Появившийся было страх просто испарился за считанные секунды. А на его место пришло спокойствие и… желание восстановить справедливость. Валерия выпрямилась, расправила плечи, посмотрела амбалу прямо в глаза и улыбнулась.

– Слышь, мужик, – произнесла она чётко и громко. – Глаза разуй. И смотри, куда едешь.

– Ты… ты чё сказала⁈ – поперхнулся амбал. – Да ты охренела⁈ Я тебя сейчас… да я тебя…

Он замахнулся. Валерия даже не дёрнулась. Она чувствовала, как в сумке напряглись маленькие тела, готовые к прыжку. Одно слово, один жест – и ему конец.

– Ты бы лучше за машиной следил, – посоветовал она, кивнув ему за спину.

– Чё? – он тупо обернулся.

Пока он орал и размахивал руками, один из хомяков как ниндзя выскользнул из сумки, просочился в приоткрытую дверь джипа и дёрнул рычаг ручного тормоза. А потом так же незаметно выпрыгнул обратно.

Тяжёлый внедорожник, стоявший на небольшом уклоне, дрогнул и медленно покатился назад.

– Э! Стой! – заорал мужик, забыв про Валерию. – Куда⁈

Он бросился за машиной, которая набирала скорость, катясь прямо к выезду с парковки на оживлённую дорогу.

– Стой, сука!!!

Он бежал, смешно размахивая руками, пытаясь догнать свой драгоценный металлолом.

Валерия рассмеялась.

Хомяк-диверсант уже сидел на её плече, отряхивая лапки. Он посмотрел на бегущего мужика, потом на Валерию и довольно пискнул.

– Молодец, – шепнула она ему.

Она поправила сумку и лёгкой походкой пошла к клинике.

Впервые за долгое время она чувствовала себя не жертвой, а хозяйкой положения. Она поняла: неважно, кто перед тобой – бандит, аристократ или монстр. Если у тебя в сумке сидит хомячий спецназ, а за спиной «стоит» Виктор со своими химерами – бояться нечего.

– Всё под контролем, – сказала она сама себе и улыбнулась солнцу. – Абсолютно всё под контролем.

* * *

Я сидел в приёмной на диванчике, пил кофе и ловил себя на мысли, что мне нравится наблюдать за Валерией. Не как мужчина смотрит на красивую девушку (хотя и это тоже), а как мастер смотрит на своего лучшего ученика, который наконец-то перестал путать скальпель с отверткой.

Она двигалась в правильном направлении. Её мышление, восприятие Дара, сама суть её взаимодействия с миром менялись на глазах.

В прошлом мире ко мне толпами валили ученики. Юные дарования с горящими глазами, наследники великих династий, желающие получить «Великую Силу» здесь и сейчас. Они просили формулы высших химер, умоляли открыть секреты трансмутации плоти, требовали научить их создавать драконов… Я гнал их в шею, потому что они хотели результат, не понимание процесса.

Основа – это не умение слепить из говна и палок химеру. Основа – это понимание, ЗАЧЕМ ты её делаешь. Дар – это всего лишь инструмент, молоток в руке. Можно им гвозди забивать и строить дома, а можно пальцы себе дробить. Главное – вектор приложения силы, а не её объём.

Валерия это поняла интуитивно, не просила научить её модифицировать живые организмы или подчинять их волю. Вместо этого она училась слушать, понимать и договариваться. Это и есть путь истинного Химеролога.

В этом мире полно специалистов с дипломами, которые при виде сложного случая просто разводят руками. Сколько раз ко мне приходили люди, которым отказали в элитных клиниках?

«У вас не хватает денег…»

«Случай безнадёжный…»

«Мы не работаем с такими мутациями…»

Какая же это всё чушь! Им просто лень, или они боятся запачкать руки. А животному помощь нужна сейчас, сию секунду. И Валерия, в отличие от них, никогда не спрашивала «сможем ли мы?». Она спрашивала «как мы это сделаем?».

Заметив мой заинтересованный взгляд, Валерия подошла ко мне ближе.

– Вик, у нас ЧП. Маленькое такое, локальное происшествие в кафе…

– Какое ещё ЧП? – я сделал глоток ароматного кофе, крякнул от удовольствия и внимательно посмотрел на неё.

– Еноты избили клиента.

Я моргнул.

– Прости, что сделали?

– Нанесли телесные повреждения средней тяжести и вышвырнули на улицу. Ситуация банальная. Зашёл мужик, явно перепутав наше заведение с рюмочной. Начал требовать водку, орать на официанток, пытался пнуть кота… Ну, наши полосатые ребята среагировали.

– Подробности?

– Сработали чисто, – с ноткой гордости в голосе доложила она. – Двое отвлекли, третий зашёл с тыла и пробил по почкам. Потом подсечка, серия ударов по корпусу, захват и на свежий воздух. Свидетелей нет, посетители в этот момент смотрели на выступление хомяков в другом углу. Мужик улетел в кусты и там затих.

– Ну, значит, всё правильно сделали. Молодцы. Премию выпиши. Тебя это смущает?

– Ну, знаешь… – она нервно хихикнула. – Немного непривычно, когда тебе на личный телефон звонит енот и докладывает о том, что он только что вырубил человека «хуком справа».

– Привыкай. Это теперь наши реалии. Юстиция!

Черепаха, дремавшая на подоконнике, медленно открыла глаза и повернула голову.

– Пробей риски. Еноты, пьяный дебошир, нанесение побоев группой лиц… то есть морд, по предварительному сговору.

Юстиция медленно моргнула. В моей голове, а следом и в голове Валерии, раздался скрипучий ментальный голос, зачитывающий статьи уложения о наказаниях.

– Шансы на возбуждение дела стремятся к отрицательным значениям. Потерпевший находится в состоянии алкогольного опьянения. Его показания против группы енотов будут расценены как белая горячка. Статья 15, пункт 4 – «Хулиганство в общественном месте». Статья 20 – «Жестокое обращение с животными» (попытка пнуть кота). В худшем случае его закроют в психиатрическую лечебницу на освидетельствование. Если же дело примет серьёзный оборот, мы задействуем ресурс рода Новиковых. А юрист Геннадий Петрович Столыпин развалит обвинение на этапе дознания.

– Вот видишь, – я развёл руками. – Лера, не переживай. Еноты защищали имущество и честь заведения. Это самооборона.

– Ладно, – выдохнула она. – Успокоил. Пойду закажу им фруктовую корзину.

Не успела она отойти, как мой телефон ожил – звонил Беркут.

– Командир, у нас тут… накладка. Мы вернулись с объекта, но нам бы хотелось, чтобы ты прибыл лично.

– Раненые? – сразу спросил я, вставая.

– Нет, все целы. Пострадала техника.

Я прыгнул в «Тушканчика» и через пятнадцать минут уже въезжал во двор особняка. Бойцы стояли полукругом возле гаража и с мрачным видом разглядывали наш микроавтобус, на котором они уезжали на задание.

– Ну и? – я вышел из машины. – Что вы тут… Ого!

Я подошёл ближе. У микроавтобуса отсутствовала задняя часть. Не помята, не разбита. Её просто не было. Кузов обрывался сразу за задними колёсами рваными, искорёженными краями металла, как будто какой-то великан откусил кусок машины, как бутерброд.

– И как вы вообще доехали… без бензобака-то? – спросил я, обходя искалеченную технику.

– Да хер его знает, командир, мы сами в шоке. Едем, вроде тяга есть, мотор рычит… В какой-то момент показалось, что мы педали крутим, как на велосипеде. Или ногами по асфальту перебираем, как в том мультике… Магия, не иначе.