Текст книги "Сквозь Свет...(СИ)"

Автор книги: Мария Рид

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 9 страниц)

– Милое у вас суждение о людях.

– Зато правдивое.

Нур жеманно улыбнулась паше и обойдя его, быстро понеслась по коридору к своим покоям. На этот раз девушка никого не встретила, чему была несказанно рада.

***

Солнце взошло только недавно, освещая яркими лучами Стамбул и одновременно с этим, согревая тесные каменные улочки и величественный султанский дворец. Через сад, по дорожке, что вела прямиком во дворец, шел молодой мужчина. Его взгляд был немного уставшим и хмурым. Втайне, он давно уже сам себе признался, что Топкапы ему не нравится, этот дворец слишком большой, но и одновременно с этим, может задушить тебя своими стенами. Тут царят интриги, каждый готов убить друг друга ради власти, ради того чтобы оказаться в покоях Повелителя. В общем, все как всегда…

Мужчина вздохнул. Из головы все не вылезала та девушка, которую он спас. Эти ее чудесные карие глаза с хитринкой, длинные ярко-рыжие волосы, белоснежная кожа, и твердый мальчишеский голосок. Она ведь тоже где-то здесь в Стамбуле! Остаётся только надеяться на то, что Аллаху будет угодно, чтобы они снова встретились.

– Малкочоглу!

Бали-бей обернулся и увидел шехзаде Мустафу, который торопливым шагом направлялся к нему.

– Шехзаде, – мужчина поклонился, а затем, выпрямившись, посмотрел на него, – что же вы в такую рань уже на ногах?

– Бессонница замучила, решил прогуляться. А ты чего такой задумчивый замер на пороге дворца?

– Да так, вспомнил кое-что. Представляете, когда я направлялся в Стамбул, то встретил девушку.

Мустафа лукаво улыбнулся:

– Что ж за девушка такая?

– Не знаю, она даже имя толком свое не сказала, – проговорил Бали-бей.

– Красивая хоть?

– Ну естественно!

Мустафа почему-то засмеялся и они зашли во дворец. Малкочоглу заметил, что многие слуги уже проснулись. Во дворце царила суета.

– Праздник какой-то готовится? – спросил Бали-бей.

– Да, Хюррем Султан в честь своей сестры решила утроить праздник… – произнес Мустафа. Малкочоглу посмотрел на шехзаде, при упоминании сестры Хюррем Султан, Мустафа почему-то погрустнел.

– Ее не было в Топкапы четыре месяца, она была в Конье, – закончил шехзаде.

– А что она там делала?

– Ну, можно сказать… отдыхала.

Малкочоглу больше ничего не стал спрашивать. Однако ему стало любопытно, что же такое связывает шехзаде и сестру Хюррем Султан, что Мустафа сам не свой, когда говорит о ней.

После этого Бали-бей вместе с Мустафой направился к Повелителю, который ждал их. Мужчине было немного грустно, потому что в поход его не берут. Султан сказал, что ему нужно, чтобы его дворец, также как и его семья, были под хорошей защитой, и именно поэтому Малкочоглу и прибыл во дворец, чтобы при случае чего защищать всех членов Османской династии, что остаются в Стамбуле и быть правой рукой шехзаде Мустафы.

***

Нур широко зевнула и сладко подтянулась.

– Господи! – крикнула девушка и схватилась за сердце, когда открыла глаза.

Хюррем с невозмутимым видом сидела на краю кровати и смотрела рисунки, что нарисовала Нур когда была в Конье.

– Красиво, – проговорила госпожа, внимательно разглядывая рисунок, – я смотрю в Конье тебе понравилось.

Госпожа холодно посмотрела на младшую сестру. Ей было обидно, что Нур не предупредила о своем приезде. Она ведь так долго ее ждала!

– Больше не делай так, – буркнула Нур.

– А ты в следующий раз сразу же сообщай мне что приехала!

– Ладно.

Нур подползла к сестре и обняла ее. Хюррем чуть улыбнулась и тоже обняла сестру за плечи. Госпожа сразу же почувствовала себя лучше, когда ей сообщили, что Нур явилась во дворец еще прошлой ночью. Ведь родной человек рядом и судя по тому, как хорошо выглядит Нур, она полностью оправилась.

– Так ладно. Одевайся, приводи себя в порядок, Повелитель тоже желает тебя видеть, – сказала Хюррем, оторвавшись от сестры.

– Зачем?

– Сама не знаю, но давай, одевайся, вместе к нему пойдем.

***

Нур надела свое самое красивое платье белого цвета, рукава которого красиво развевались. Волосы она распустила, а на голову надела жемчужную диадему. Девушка была довольна своим внешним видом, а с другой стороны было дико грустно. Не каждый день есть силы и настроение наряжаться, если в Конье она могла позволить себе вовсе не носить никакие украшения и одеваться в легкие простенькие платья, которые не колются, не кажутся тяжёлыми, а юбка не путается под ногами и нет риска упасть, то в Топкапы все наоборот. Хоть из кожи вон лезь, но всегда показывай, что у тебя хорошее настроение и выгляди всегда не хорошо, и даже не отлично, выгляди безупречно!

Нур тяжело вздохнула, когда они с Хюррем остановились перед дверьми Повелителя. Стражники сообщили султану что госпожи прибыли, тот сказал, чтобы они зашли в покои.

Когда Мустафа услышал, что Нур и Хюррем Султан прибыли, внутри все жалось. С одной стороны ему очень хотелось увидеть ее, а с другой стороны ему не хотелось видеть девушку вовсе.

Бали-бей выпрямил спину, надо сразу же поклонится султаншам, когда те зайдут в покои. А еще хотелось взглянуть на младшую сестру великой Хасеки.

Когда Хюррем зашла, она улыбнулась Сулейману. Сейчас ей хотелось показать себя веселой, нежной, пусть султан посмотрит на нее и поймет, как соскучился. И также султанша хотела, чтобы падишах почувствовал себя виноватым, чтобы понял, что та наложница, с которой он в последнее время проводит ночи даже чаще чем с ней, никто, что только она – Хюррем может полностью занимать мысли Сулеймана, только благодаря ее любви его сердце так быстро и учащенно бьется.

Нур зашла с легкой улыбкой на губах. Она сразу же обратила внимания на Мустафу и лишь вежливо поклонилась ему. Но сердце забилось быстрее, а в глазах предательски защипало. Но ей надо привыкнуть, она будет жить вместе с шехзаде в одном дворце долгие месяцы, пока не пройдет поход. Главное вести себя достойно и каждый день убеждать себя в том, что рано или поздно чувства пройдут.

Мустафа быстро посмотрел на Нур, затем перевел взгляд в сторону. Естественно она как всегда была прекрасна, величественна и все еще была желанна для него. Сейчас шехзаде задавал себе только один вопрос: смогут ли они снова быть вместе или это уже просто невозможно. Да с одной стороны прошло каких-то четыре месяца, а с другой… целых четыре месяца! Четыре месяца за которые могло не произойти ничего и за которые могло измениться все.

– Бали-бей, – с улыбкой проговорила Хюррем, – вы снова будете хранителем покоев?

Малкочоглу, который до этого стоял в стороне и почему-то не смел смотреть на султанш, поднял голову. Он хотел ответить на вопрос госпожи, но тут взгляд упал на Нур, которая в свою очередь смотрела на Малкочоглу.

– Ты? – спросила госпожа.

– Вы? – спросил Бали-бей. – Вы сестра Хюррем Султан?

– А вы служите Повелителю?

Все с недоумением посмотрели на Нур и Малкочоглу. Мустафа сжал руки в кулаки. Теперь он понял, что девушка, про которую ему рассказывал Бали-бей, была сама Нур.

Шехзаде посмотрел на Малкочоглу, который радостным взглядом смотрел на Нур. Мустафе захотелось подойти к девушке и тут же вывести ее из покоев, а потом в чадру ее нарядить, чтоб не смотрел никто и приказать чтобы носила ее не снимая!

– Мы познакомились с Бали-беем недавно, – проговорил Нур и посмотрела на султана и на Хюррем, – он спас мне жизнь. Берег пруда обвалился и я упала в воду. А вылезти никак не могла, я дико перепугалась… а Бали-бей либо услышал меня, либо увидел и вытащил меня оттуда.

– А где была стража! – чуть ли не истерично взвизгнула Хюррем.

– Это я виновата, я приказала всем ждать меня возле кареты, мне хотелось побыть одной.

Все посмотрели на султана, а тот внезапно улыбнулся.

– Малкочоглу, ты спас сестру моей Хасеки, к тому же я сам отношусь к Нур как к родной сестре, проси, что хочешь.

– Повелитель, мне ничего не нужно, служить вам – это честь для меня. К тому же любой бы человек так поступил.

Нур посмотрела на Малкочоглу. Девушку почему-то переполняла радость. Как же все необычно сложилось! А главное, она невольно восхитилась благородством этого мужчины. С такой невозмутимостью он отказался от награды, хотя спас ей жизнь!

– Не зря я решил оставить тебя в Стамбуле, чтобы ты защищал самое дорогое, что у меня есть – мою семью. Думаю, что когда я буду в походе, моя душа по этому поводу будет спокойна, – серьезно сказал Сулейман.

Когда все уже собрались уходить, падишах вручил Нур шкатулку в которой лежало красивое колье, что украшали изумруды. Девушка от всей души поблагодарила Повелителя за такой красивый и щедрый подарок и вышла из покоев. Хюррем Султан осталась с султаном.

Мустафа, взглянув на Нур, развернулся и пошел прочь. Девушка посмотрела ему вслед, сердце сжалось. Она попыталась поскорее выкинуть все мысли о шехзаде из головы и повернулась к Бали-бею.

– Малкочоглу, я еще раз хочу поблагодарить вас.

– Не стоит, – мужчина слегка улыбнулся, – к тому же поцелуй, что вы тогда подарили мне, для меня очень хорошая награда.

Нур густо покраснела.

– Я не хотела этого делать, – начала оправдываться госпожа.

– Да и именно поэтому вы сделали это, – Бали-бей улыбнулся еще шире, – впрочем, если вам так неловко, пусть это будет наша общая тайна. Представим, что этого не было. К тому же я просто воин, а вы госпожа.

Девушка посмотрела Малкочоглу в глаза, а затем улыбнулась.

– Кажется, еще тогда возле озера, я говорила, что «просто» – воинами не бывают.

Комментарий к Глава 12. Представим, что этого не было.

Надеюсь на отзывы, где будут описаны плюсы, минусы работы, пожелания… Если нашли ошибку, прошу указывайте на нее, я невнимательна и могла с легкостью что-нибудь упустить. В общем, все как всегда)

========== Глава 13. Рамки дозволенного. ==========

– Фирузе, мы с Нур Султан будем обедать у меня на балконе.

Девушка улыбнулась госпоже и поклонившись, пошла распоряжаться насчет обеда. Хюррем немного грустным взглядом посмотрела в окно и тяжело вздохнула. Нур знала причину подавленного состояния сестры – султан Сулейман, который уже как неделю назад ушел в поход.

Девушке было искренне жаль Хюррем, она не зала как утешить ее и поднять ей настроение. Женщина переживала что в походе с падишахом может что-нибудь случиться, также она жаждала найти ту поганую наложницу, что отнимает у ее счастье.

Нур самостоятельно занялась поиском той наложницы. Она внимательно слушала каждый разговор между наложницами в гареме, следила за каждой девушкой, что жила на этаже фавориток. Но Нур чувствовала, что что-то упускает, что на этот раз Махидевран и Хатидже спрятали, а если быть точнее «замаскировали» ту девушку так, чтобы ни Нур, ни Хюррем никогда на свете не подумали бы на нее. У молодой султанши было подозрение, что это даже может быть какая-либо из служанок, что прислуживает Хасеки. Нур вовсе запуталась в своих догадках и сейчас было понятно только одно – надо держать ухо в остро и следить за всеми и каждым.

– Хюррем, я очень сильно переживаю, нельзя так себя изводить, – наконец сказала Нур, заботливо глядя на сестру.

– Я не могу не изводить себя. Я не знаю, что за наложница хочет отнять у меня Сулеймана, не знаю, как найти ее. Еще эти две змеи вечно язвят и хамят мне, то и дело Хатидже Султан заикается о своем происхождении!

Нур сжала руки в кулаки. За эту неделю она тоже пару раз встречалась с Хатидже, которая вела себя с ней словно Нур рабыня. Махидевран Султан тоже всем видом показывала, что она люто ненавидит султаншу. Да уж, дружелюбность у этих змей мигом испарилась, как только султан отправился в поход.

– Ты не должна обращать на них внимания, рано или поздно мы и их уничтожим! – уверенно сказала Нур. – Я не собираюсь терпеть этих гадюк, они скоро покинут этот дворец, обливаясь горькими слезами. Я отомщу им, обещаю.

Хюррем посмотрела на сестру и как-то горько ей улыбнулась. Сейчас перед ней сидела не маленькая девочка Вера, а красивая, гордая, статная и мудрая Нур, которая точно также как и Хюррем, готова отомстить любому! Но с другой стороны, женщину это дико огорчало, той веселой и наивной девчонки больше нет, ее отныне не существует, кажется даже, что ее вовсе и не существовало, она умерла. Умерла точно также как и Александра умерла в Хюррем…

– Конечно они покинут этот дворец, – Хюррем заглянула Нур в глаза, – все кто против нас, если надо будет, покинут не только Топкапы, но и Стамбул если не Османскую империю вовсе!

***

Обед прошел спокойно. Конечно, Хюррем все равно была напряжена, но Нур видела, что сестра более-менее успокоилась. Девушка покинула покои сразу же после окончания обеда, так как видела, что Хюррем хочет побыть в одиночестве и все тщательно обдумать, а может… даже и поплакать, чтобы после пролитых слез стало легче.

Сама Нур не знала, чем заняться. Сейчас она шла по коридорам дворца в покои Михримах. Хотя бы прогуляется с племянницей в саду, свежий воздух обязательно приведет ее в чувство.

Внезапно Нур подняла голову и увидела Хатидже Султан, которая шла ей навстречу. Девушка выпрямила спину и задрала подбородок.

– Хатидже Султан, – Нур поклонилась с безразличным выражением лица.

– Нур, – недовольно процедила Хатидже и посмотрела на девушку с неким презрением. – Куда ты идешь?

Молодую султаншу немного возмутило то, что Хатидже обращается к ней на «ты», да еще и таким тоном словно она рабыня.

– К Михримах, мы договаривались прогуляться, – ответила девушка холодным тоном и недовольно посмотрела на Хатидже.

– Кстати насчет Михримах, Хюррем слишком многое ей позволяет. Вчера она прошла мимо меня, даже не взглянув в мою сторону, – сказала черноволосая султанша.

– Михримах ведь уже не ребенок, она прекрасно знает, как тетя, которую она так любила, относится к ее матери. Естественно, она обижается на вас, потому что не понимает почему все настроены против Хюррем. Если вам так важны отношения с племянниками, вы могли бы быть более тактичной и вести себя более достойно в этом плане, – проговорила Нур.

– Знай своем место, – внезапно прорычала Хатидже и двинулась к девушке, – кто ты такая чтобы давать мне советы? Ты – бывшая рабыня и говоришь мне – султанше как себя вести!

Нур только глубоко вдохнула на эти слова и закатила глаза. Была бы ее воля она бы просто вцепилась Хатидже в волосы и врезала ей хорошенько по лицу. Девушка не любила насилие и всегда старалась быть гуманной в этом плане и не бросаться в драку, как она часто делала это в детстве. Но тут, когда складывается такая ситуация, не хочется говорить, участвовать в словестной перепалке, спорить и что-то доказывать, хочется просто хорошенько ударить, желательно по голове, чтобы мозги на место встали!

– Мне кажется, что в данный момент, вы только позорите титул султанши! – процедила Нур.

Конечно, несмотря на то, что в именно в Нур проснулось желание драться, ее ударили первой. Не успела она опомниться, как получила сильную пощёчину.

– Замолчи! – рявкнула Хатидже. – Я – династия, ты, даже несмотря на титул султанши, все равно навсегда для всех останешься рабыней!

– Хатидже Султан!

Нур обернулась, держась за щеку, которая сильно горела, у хрупкой на вид султанской сестры, удар оказался мощным. Девушка увидела Мустафу, который быстрым шагом направлялся к ним.

Шехзаде, скорее всего, все видел и слышал, по его виду было понятно, что он даже не зол, он в бешенстве, оставалось только гадать на кого именно он зол. Хотя Нур уже кажется знала, сейчас, скорее всего, именно она познает гнев шехзаде.

Нур молча поклонилась. Хатидже стояла с каменным лицом, в глазах все еще, подобно языкам пламени, пылал гнев.

– Хатидже Султан! Зачем вы ударили Нур Султан, вы не должны себя так вести! – со злостью рявкнул Мустафа, хотя он всеми силами пытался успокоиться. – Ссор не должно быть – это первое правило которое должно соблюдаться, хотя бы пока я правлю столицей нашей империи!

– Она сама виновата, – проговорила Хатидже, – она – никто, а позволяет себе слишком многое!

– Нур – султанша, – уже спокойнее сказал Мустафа, – сам Повелитель одобрил возвышение Нур Султан и он относится к ней как к родной сестре. Вы хотите оспаривать мнение султана, относительно его отношения к Нур Султан?

Хатидже ничего не сказала. Нур все также стояла прижав ладонь к щеке, хотя она уже не болела так как пару минут назад. Девушка была удивлена поведением Мустафы. Странное чувство поселилось в душе, а сердце словно начало излучать нежность по отношению к шехзаде, но Нур тут же одернула себя и оторвав руку от лица, выпрямилась и постаралась сохранить невозмутимый вид.

– Я так понимаю вы не извинитесь перед Нур, если я попрошу вас об этом? – спросил Мустафа.

– Не стоит, шехзаде, – вмешалась султанша, – мне не нужны извинения, Хатидже Султан просто пришла в ярость, с ней часто такое, наверное нервы.

Хатидже тут же зло посмотрела на девушку и резко развернувшись, пошла прочь. Мустафа грустным взглядом посмотрел вслед тете, которую он так трепетно любил и естественно, любит до сих пор, только тетя сильно изменилась и никак нельзя было спокойно реагировать на некоторые ее поступки. Где же та нежность и хрупкость ангела, что исходила от этой женщины?

– Нур… – шехзаде посмотрел на девушку и тут же замолчал. Она была прекрасна как всегда, красном платье, что украшало золотое шитье, с шелковыми развивающимися рукавами, а волосы были собраны в красивую прическу и их украшала золотая диадема с бесцветными прозрачными камнями.

– Шехзаде, – девушка немного покраснела и отвела взгляд на мгновение, но затем посмотрела Мустафе прямо в глаза, – я бы не хотела, чтобы об этом инциденте узнала Хюррем Султан, она итак неважно себя чувствует в последние дни…

– Что с султаншей?

– Ничего страшного, просто переживает за Повелителя, также как и все кто в этом дворце. Я не хочу, чтобы разошлись сплетни.

– Не думаю, что они разойдутся, но по крайней мере, обещаю, что до Хасеки они не дойдут.

– Спасибо, – проговорила Нур и снова покраснела непонятно из-за чего. Надо же, впервые они удосужились нормально поговорить, без ненавистных взглядов и спокойным тоном.

Девушка поклонилась и быстро пошла подальше от шехзаде. Она уже и вовсе забыла о том, что направлялась к Михримах. Ей надо было побыть в одиночестве точно также как и Хюррем все обдумать, ну или просто поплакать. Ведь после пролитых слез всегда становится легче на душе. Главное, чтобы никто не увидел…

Девушка быстрее ветра понеслась в сад. Выбежав из дворца, она приподняла юбку и побежала в сливовую рощу. Нур нужно было спрятаться, ей нужно было чтобы никто не донимал ее и оставил в покое. На душе было очень тяжело и… больно.

– Будь ты проклят, – лихорадочно шептала султанша, шагая по дорожке в роще и сильно сжимая руки в кулаки, – будь проклят, будь проклят.

Внезапно девушка споткнулась и упала, выставив ладони вперед. Нур только тяжело вздохнула и поморщилась потому что маленькие острые камешки впились в кожу, но к счастью она сильно не разбила ладони.

– Нур Султан, – проговорил кто-то с некой тревогой в голосе. Сильные руки подхватили ее и поставили на ноги. – С вам все в порядке?

Девушка подняла глаза и увидела Бали-бея. Султанша сильно разозлилась, потому что всегда когда она встречается с воином, она попадает в какие-либо неловкие ситуации за которые приходится краснеть.

– Да.

Нур оторвалась от Бали-бея и посмотрела на него. И почему ее сердце не может успокоиться? Вот перед ней стоит красивый, статный и благородный мужчина, который готов верой и правдой защищать и империю и Османскую династию. Нет, Малкочоглу нравился Нур, даже сильно, но сердце ведь все равно болит от другого…

– Вы куда-то направляетесь? – спросила Нур, тряхнув головой, чтобы выкинуть лишние мысли из головы.

– В город, госпожа, – ответил мужчина.

Девушка тяжело вздохнула и посмотрела на небольшие ворота, которые как-раз находились в конце сливовой рощи. Как бы ей тоже хотелось сейчас уйти из Топкапы и погулять по Стамбулу.

– А надолго вы?

– Не очень.

– Возьмите меня с собой!

Малкочоглу немного опешил от такой просьбы. Он ведь прекрасно знал, что нельзя Нур Султан покидать дворец, к тому же вот так тайно, без чьего-либо разрешения.

– Госпожа, это ведь запрещено, – сказал Бали-бей, ожидая, что после этого Нур начнет возмущаться. Но место этого, девушка подошла к воину и, взяв его за руки, жалобным взглядом посмотрела на него.

– Ну прошу, никто не узнает, я скажу, что спала в своих покоях, я приму весь удар на себя, если что! Я ведь госпожа, вы не можете ослушаться моего приказа.

– А вы приказываете? – спросил Малкочоглу спокойным тоном, хотя самого по непонятной причине бросило в жар, когда девушка взяла его за руки. Он итак не мог забыть их, с виду, безобидный поцелуй, так тут Нур снова переходит рамки дозволенного. А если вдруг кто увидит?

Мужчина перевел взгляд на свои руки, которые держали нежные ручки госпожи, а затем посмотрел в ее карие глаза. О Аллах, как можно беспокоиться что тебя кто-то увидит, когда на самом деле тебе глубоко все равно увидят или нет, и все равно кто что подумает!

– Я приказываю! – с уверенностью заявила Нур, однако в ее голосе были слышны нотки веселости.

– Ох госпожа моя, – Бали-бей сделал сосредоточенное лицо, подыгрывая султанше, – своим приказом вы просто не оставляете мне выбора!

– Вот то-то же!

– Ладно, – уже серьезнее сказал Малкочоглу, – пошлите в город, но… – Он снял с себя накидку и накинул ее на плечи Нур. Сразу же вспомнилась их первая встреча, когда она вся мокрая и озябшая стояла перед ним.

– Накиньте на голову капюшон, чтобы вас никто не узнал.

– А разве меня кто-нибудь знает? – удивилась Нур, запахивая накидку и накидывая на голову капюшон.

– Ну конечно! Сестра любимой Хасеки Повелителя, вы не менее всем интересны и известны чем сама Хюррем Султан. Когда я еще был на Дунае, слухи распространились и туда, думаю, уже многие в других странах знают о вас.

– Ох, надо же! – Нур задумчиво потеребила рукав платья, что выглядывал из под накидки. – Раньше была рабыней, а теперь подобна Хасеки.

Она взяла Малкочоглу под руку, и они не торопясь направились к воротам. Странно все это. Сейчас, идя с Бали-беем под руку, она поняла, что почти забыла о Мустафе, а главное, ей спокойно и она чувствует себя в безопасности с Малкочоглу. Было даже желание сильнее прижаться к воину, но девушка тут же себя одернула, она итак слишком многое себе позволяет, начиная от поцелуя и заканчивая держанием за руки. Хотя, почему бы и нет, к тому же никто ведь не узнает. Лицо Нур озарила улыбка.

Комментарий к Глава 13. Рамки дозволенного.

Читатели, любимые мои! Прошу помочь мне! Кто читает этот фанфик, любит, понимает, переживает за героев, хочу услышать о ваше мнение относительно того, с кем вы считаете должна остаться Нур. Мой муз серьезно подводит меня в этом плане… Ну естественно жду отзывы, мнение относительно всей главы, пожелания, если таковые есть) Ошибки проверяла, но если все-таки найдете, исправьте если не трудно:*

========== Глава 14. Дурной сон. ==========

Стамбул казался Нур каким-то чудесным, неизведанным городом из другого мира. Каменные дорожки, что пролегали мимо аккуратных, небольших домов, разные прилавки с продовольствием где продавали все: фрукты, овощи, украшения, посуду, ткани, хну, басму и много чего еще.

Девушка то и дело дергала Бали-бея за рукав кафтана и спрашивала что-либо: «как говорите, называется эта птица?», «что такое басма?», «разве это шелк?», «а что это за цветы?», «это фрукт, его прямо вот берут и едят?».

Малкочоглу вовсе не напрягали эти вопросы. Напротив, он словно увидел Нур с другой стороны. Сейчас она казалась ему маленькой девочкой, которой все было до жути интересно. У нее на лице то и дело появлялась восторженная улыбка, пару раз она даже восторженно хлопала в ладоши и звонко смеялась, когда видела что-либо необычное.

– Я бы хотел зайти в ту лавку, – сказал Малкочоглу.

– Можно я посижу возле этого фонтана, мы так долго ходим. Клянусь, я никуда не убегу, – жалобно попросила Нур.

Бали-бею не хотелось оставлять девушку одну, но с другой стороны он прекрасно понимал, что она будет настаивать на своем.

– Буквально секунду, – проговорил Малкочоглу.

– За секунду со мной точно ничего не случится.

Бали-бей скрылся в толпе. А Нур с огромным удовольствием села на бортик фонтана и опустила руки в холодную воду. Все вокруг было таким красивым, необычным! А главное, впервые за долгое время, Нур почувствовала себя хорошо и абсолютно свободной. Когда девушка вспомнила что рано или поздно придется вернуться в Топкапы, настроение тут же испортилось. Но ведь все хорошее рано или поздно заканчивается…

Султанша вытащила руки из воды и потрясла ими чтобы смахнуть капельки воды. В голове все крутились мысли о том, что она бы с удовольствием жила бы Стамбуле, будучи обычной девушкой, не госпожой, девушкой, которая могла бы гулять по этому городу хотя бы изредка, девушку, лишенную гаремной жизни Топкапы…

***

Нур и Малкочоглу шли обратно к дворцу. Девушка уговорила воина пойти по дороге, что проходила как-раз недалеко от порта. Султанша хотела посмотреть на величественный Босфор, о котором слагают немало легенд.

– Что это за башня? – спросила Нур, указывая на скалистый островок, на котором возвышалась не сильно высокая, но красивая, таинственная и даже, в какой-то степени, немного пугающая башня.

– Это Девичья башня, госпожа, – тут же ответил Бали-бей, посмотрев на скалистый островок посреди Босфора.

– Откуда она здесь?

– О, по этому поводу много споров, – протянул Малкочоглу, – кто-то считает, что ее возвели греки, кто-то считает, что Византийский император Константин. Есть много легенд.

– А какая самая известная? – поинтересовалась Нур, глядя на мужчину любопытным взглядом.

– Самая известная? – переспросил Малкочоглу, словно не расслышал вопрос. – Про одного султана у которого была дочь, ей пророчили, что с наступлением восемнадцати лет ее укусит ядовитая змея и она умрет. Султан впал в отчаяние, но он не хотел просто мириться с судьбой. Он приказал построить на скалистом островке посреди Босфора башню, куда не проберется ни одна змея. Время шло, приближалась дата пророчества. В день рождения, когда дочери исполнялось восемнадцать лет, из одной корзины с подаренными ей цветами, выползла змея и хотела укусить ее. Но рядом оказался персидский принц, который любил дочь султана и пробрался к ней в башню в женском платье, чтобы рассказать ей о своей любви. Он спас дочь султана от гибели. Естественно, после этого, они были вместе навсегда.

Нур посмотрела Бали-бею в глаза, тот заметил, что взгляд госпожи по какой-то причине стал грустным. Девушка перевела взгляд на башню и подошла к самому краю дороги, чтобы лучше увидеть таинственный, скалистый островок. Сейчас Нур жалела только о том, что в жизни не все так легко и просто, нежели чем в сказках. Жаль ее тоже нельзя спрятать в башне, чтобы не нашел никто, ни одна гаремная змея, что окружают ее каждый день, жаль нету принца, который мигом избавит и спасет от всех невзгод и будет любить только ее.

Только сейчас Нур заметила, что погода начала портиться. Небо стало хмурым, под стать ее настроению, ветер становился сильнее.

– Госпожа, – окликнул девушку Бали-бей, – погода портится, нам лучше вернуться во дворец.

Нур просто кивнула и прежде чем сделать шаг, снова перевела взгляд на Девичью башню.

***

– Госпожа.

Хюррем Султан устало вздохнула и повернула голову. Посреди покоев стоял Сюмбюль-ага, по виду которого было ясно, что он пришел не просто так, у него для нее важные новости.

– Я так понимаю что-то случилось? – спросила Хюррем, чисто ради приличия, она итак прекрасно понимала, что вопрос глупый, естественно случилось! Это же Топкапы, тут каждый день обязательно что-нибудь, да случиться.

– Это по поводу Нур Султан, – начал Сюмбюль.

– Так, – протянула Хасеки недовольно и потерла виски. Погода портилась, значит головная боль, что будет мучить весь вечер, обеспеченна.

– Госпожа ушла из дворца, – наконец, сказал Сюмбюль.

Хюррем почем-то не сильно удивилась, а главное, не сильно разозлилась. У нее у самой были грешки, когда она втайне покидала дворец и в одиночку гуляла по Стамбулу. Правда было это пару раз, в порывах сильного отчаяния, и пока… не узнал Сулейман.

– И что дальше? – раздраженно рявкнула Хюррем и еще сильнее надавила на виски, будто боль это что-то материальное и если приложить усилия, ее можно раздавить кончиками пальцев. – С кем она ушла?

– С… с Малкочоглу Бали-беем, – тихо ответил евнух.

Сама не зная почему, Хюррем обрадовалась этой новости. Женщина тут же отняла руки от головы и внимательно посмотрела на Сюмбюля.

– Ну, для того чтобы покинуть дворец, Нур, даже несмотря на то, что она равна мне, все равно должна была спросить разрешения у султана, а так как султана нет, то она должна была поставить в известность шехзаде Мустафу. Она нарушила правила, вот пусть шехзаде с ней и разбирается. Доложи ему, Сюмбюль.

Евнух стоял несколько минут, не понимая почему госпожа дала ему такое распоряжение. Чем же руководствуется госпожа? Что именно она задумала?

Но Хюррем молчала, поэтому озадаченный Сюмбюль развернулся и быстро направился к шехзаде Мустафе.

***

Не успела Нур зайти в покои, как неожиданно забежала Латифа и быстро поклонившись, сообщила своей госпоже, что ее ждет шехзаде Мустафа.

Нур только тяжело вздохнула и, подойдя к зеркалу, расчесала растрепанные волосы. Что-то подсказывало девушке, что разговор будет не из приятных…

Султанша вышла из комнаты и направилась к покоям Повелителя, в которых сейчас расположился Мустафа. Нур шла не спеша, пару раз останавливалась, чтобы поправить юбку платья и сама про себя недоумевала, почему она так медлительна, неужели боится встречи?

Но ответы на эти вопросы пришли в голову сами собой, медлительна потому что действительно боится. Боится, что заглянет в глаза шехзаде и снова поймет, что любит, что вовсе не безразличен, то готова ради него на все… Нур помотала головой и снова поправила юбку платья, а разве это неправда? Девушка остановилась. Разве чувства прошли? Нет, не прошли, к ним просто добавилась не скрытая ярость и ненависть к Мустафе, за причиненную боль.

А Малкочоглу? Нур тяжело вздохнула, потому что еще при их первой встречи, когда они толком не знали друг друга, она поняла, что что-то чувствует к этому необычайно красивому мужчине.

В покоях неярким пламенем горели свечи, освещая комнату спокойным равномерным светом, что не слепил глаза, а наоборот, приносил успокоение. Нур зашла в апартаменты легкими шажками, если бы не шелестящее платье, шехзаде и вовсе бы не услышал, что зашла госпожа.

Мустафа стоял возле двери балкона, сложив руки на груди и облокотившись на стену. Взгляд его был устремлен на вечернее небо. Из-за пасмурной погоды темнеть начало рано.