Текст книги "Станция "Глизе" (СИ)"

Автор книги: Мария Лунёва

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 19 страниц)

Глава 55

Зейн цокнул и вдруг подался вперед. Я сдвинулась и села ровнее. Мне не понравилось, как он мгновенно напрягся.

– Я, кажется, понял, к чему ты медленно подводишь, Крас. Да твою же… То есть красиво отсидеться на корабле ни у кого не получится?

Дядюшка Фуки как-то обреченно пожал плечами, давая понять, что его замыслы были разгаданы.

– Одна группа должна подняться, вручную повредить топливный клапан и с пульта управления заправочной платформы дать сигнал о разливе топлива. Система не распознает обман, – Зейн вглядывался в схемы. – Эта жидкая хрень контролирует сигналы с нашего корабля. Они просто заблокируют его, прежде чем мы включим аварийную систему.

– Верно, оно обучается, Рам. Я все еще не понимаю как… Но мы ведь и не нейробиологи. Полагаю, есть связь между этими тварями и центральным пультом. Как-то оно им управляет. Но оно еще не умнее нас. Сигналы с заправочной платформы оно воспримет как часть работы станции.

– Но тот, кто будет там, застрянет на полчаса наверху, – выдохнула я, указывая зачем-то на экран. – А это как раз под трубами.

– Все будет перекрыто, Эль, – доктор, как и я, рассматривал схемы. – Но да. Потоки воды просто не позволят спуститься. Нужно будет возвращаться обходными путями.

– Через систему подката цистерн, – Зейн указал пальцем на боковой карман, соединяющий самый нижний отсек с заправочным. – Она не блокируется при аварийной ситуации. По рельсам в туннеле дать круг, а после… По аварийной лестнице наверх. Поднимемся как раз в помещение ближайших от корабля складов, они тоже будут открыты. И как только поток схлынет, останется преодолеть бегом минимальное расстояние. Корабль наш на первой платформе, что весьма удачно. И еще, если оно контролирует сигналы, приходящие в центральный компьютер, то, надо полагать, что и камеры контролирует.

– Есть слепые зоны. Можно выстроить путь по ним. Но… Но это будет кто-то один, Зейн, и явно не ты, – дядюшка Фуки прикусил нижнюю губу. – Это буду я.

– Мы, – подправил его док. – Вдвоем как-то надежнее.

– Так, а я, выходит, в этот момент должен попасть в диспетчерскую, – пробормотал Зейн.

– Мы, – твердо произнесла я. – Я увидела во сне, где лежит то, что нам жизненно нужно. Но на карте не покажу, здесь это помещение просто не отмечено. Так что мы, Зейн.

– Вот гадство! – он с шумом выдохнул и, подняв руку, коснулся болванки с Фиомией. – Гадство, как есть.

– Что? – дядюшка поднял голову и взглянул на меня. – Исключено. Эль должна быть на корабле.

– Я никому ничего не должна, – перебила его. – Командовать собой вам не позволю. Мы с Зейном идем ломать мозг изнутри станции, а вы… а вы эту дрянь от нас отвлечете. Я не дура и слышу ваши слова. Что бы ни обитало под этой станцией, оно освоилось здесь, но совершенно не готово к сюрпризам. Зейну нужно вручную изменить код доступа к шлюзам. И пока оно будет восстанавливать все как было, мы, воспользовавшись аварийной ситуацией и объявленной эвакуацией, свалим через открытый шлюз. Вот и все. И не надо тут искать обходные слова.

– Умная, да? – фыркнул дядя.

– А вы думали, спихнули к отребью беспризорному, и я идиоткой вырасту? – ударила я его ответом. – Нет, видимо, гены матери сказались. Она же у меня тоже ученым была.

Зейн кривил губы в улыбке и успокаивающе прошелся рукой вдоль моего позвоночника.

– Эль, – начал было дядюшка, но нас отвлек странный звук. Вроде и знакомое шипение, но более тихое, что ли.

– Это снаружи? – рука Зейна легла на мое бедро. – Что, оно решило к нам вернуться? Показывай гостей, Крас.

Я почему-то напряглась. Вроде и знала, что там, но страх есть страх, и он меня не отпускал. Я поймала себя на том, что вцепилась в запястье своего мужчины. Такая детская реакция. Но все же. Его присутствие рядом успокаивало и отодвигало панику на задворки сознания.

На экране появилось изображение с внешней камеры.

Замерев, я вжалась в своего мужчину. Шипение повторилось, заставив вздрогнуть всем телом. По металлическому перекрытию космической станции медленно растекалась черная лужа. Густая, маслянистая. Она переливалась под тусклым светом ламп дневного освещения станции. И сомнений не оставалось в том, что она живая.

На мостике стало тихо. Даже как-то слишком. Только док что-то бубнил себе под нос. И чудилось мне, что он молится.

Я же не дышала, наблюдая, как поверхность лужи внезапно вздыбилась. Из нее вырвались черные руки – длинные, скользкие, с пальцами, слишком тонкими и какими-то неестественно гибкими. Они ухватились за пол, сжались.

Мое сердце зашлось в бешеном ритме. Подняв ноги, я и вовсе верхом залезла на Зейна. Он не возражал, пряча меня в своих объятиях.

Лужа дрогнула, заколебалась, и руки начали подтягивать ее за собой. Она стекала, как смола, но не растекалась, а собиралась в нечто большее.

Обозначилась спина. Происходящее на экране никто комментировать не спешил. Все, включая кота Краса, как и я, лишь наблюдали.

Темная масса то теряла форму, то снова обретала ее.

Спина становилась все оформленней. Руки упорно передвигались, таща всю эту жуть ближе к нашему трапу.

Я продавила вставший в горле ком. Верхняя часть субстанции вытянулась, округлилась, и на мгновение я подумала, что это голова.

Но лица не было.

Только рот.

Черная щель, которая вдруг разошлась в беззвучном крике.

Оно пыталось говорить.

– Эль, спокойнее, – пробормотал Зейн, возвращая меня на свои колени. Я и не заметила, как мой зад оказался на подлокотнике кресла.

– Прости, – прохрипела, притягивая его руку к себе.

У меня было такое чувство, что все кошмары, терзавшие эти два года, ожили и явились за мной.

Снова это шипение. Его явно издавала эта ползущая тварь. Звук резал слух, заставляя сжиматься все внутри.

Одеревене́в от страха, я не могла пошевелиться.

А существо все двигалось.

Медленно, неуверенно, но оно ползло к трапу.

Из лужи все отчетливее проступали бедра, ноги.

Оно пыталось стать человеком.

Форма плыла, распадалась, снова собиралась. Ноги то удлинялись, то исчезали вовсе, оставляя после себя лишь черные капли. Наконец, оно встало.

– Да твою же… – пробормотал Крас.

У этой твари формировалось лицо.

Глава 56

– Дэн… – Зейн приподнял бровь. – Дэм Марински.

Меня мелко затрясло. Я смотрела на экран, понимая, что сознание уплывает. Дернувшись, обмякла в мужских объятиях. Но даже находясь в пограничном состоянии, не могла не смотреть.

Да, оно все еще было черным, но не узнать отца я не могла.

На пульте автоматически включилась программа перевода:

«Впустишь…» – вырвалось из динамиков. – «Впустишь…»

Судорожно выдохнув, ощутила, как кто-то касается моего запястья. Передо мной появился доктор Хайян.

– Дыши, Эль, – прошептал он. – Не время тебя пичкать препаратами, слышишь? Не время.

Я закивала, собираясь с силами.

«Впустишь…» Черная субстанция шагнула на трап. С ее пальцев стекали вязкие черные капли. «Впустишь…» – шипело оно.

Крас потянулся, чтобы ответить, но как-то беспомощно замер. Но это он. А вот котейка его нет. Он встал на дыбы и издал такой кошачий яростный вопль, что я проморгалась.

Программа как-то подзависла и, не сумев это обработать, выдала как есть. Все это кошачье безобразие прокатилось над посадочной платформой, смущая инопланетную дрянь.

Фигура замерла. Лужа под ней бурлила.

Словно не достигнув нужного эффекта, кот снова истошно зарычал.

Наш непрошеный гость качнулся и буквально растекся. Эта самая лужа поднялась волной и в считаные секунды исчезла где-то за третьим складским ангаром.

– Крас динамики отключил и, погладив кота, повернулся к нам.

– Я даже спрашивать сейчас ничего не буду, – пробормотал он. – Мне не нужно ничего знать о том, как оно сумело стать Дэмом. Просто не желаю. Улетим, и я забуду обо всем этом.

– Крас, а ты вообще зачем здесь? – Зейн, сжимая меня в объятиях, наклонился чуть вперед. – Что тебя сюда принесло? Не праздное же любопытство? И не помянуть друга ты здесь намерен был.

Я выдохнула и через силу повернулась к нему:

– Он здесь ищет то, что спрятано в моей голове, – прошептала. – Я видела сон… Вернее, он показал мне. Отец… Показал, что он сделал из меня. Я всего лишь живая болванка, Зейн. У Фиомии пластиковая, а папочка подстраховался, он себе живую сделал. Над моим виском… Он отправил туда что-то важное для себя. И совсем забыл, что и напоминать другу обо мне перестал. А дядя Фуки и не помнит, что я есть. И вместо того чтобы найти меня и выковырять свое послание, отправился сюда. Сглупил… бывает.

Каждое слово давалось мне с трудом. Сознание будто боролось с чем-то иным. Чужеродным.

– Сколько, Крас, можно успеть закачать за три минуты? – Зейн скривился. – Сколько эпизодов жизни? Тебе они нужны? Недостающие части личности друга? Ты его спасаешь? И какой ценой? Рассудком его дочери жертвуя?

Он натурально зарычал, демонстрируя клыки.

– Я только допустил, чтобы она полетела с нами. Не знал, что здесь действительно опасно. Хотел сблизиться. Но, выбирая между Дэмом и Эль, я спасу Эль, – не задумываясь ответил дядя Фуки. – Хотя бы потому что отец ее любил и никогда бы не стал сознательно причинять ей вред. Никогда!

– Довольно, – неожиданно грубо оборвал спор доктор Хайян. – Все не так просто, Зейн. Не просто. Нам действительно нужны те самые эпизоды. Память. Дэм нашел на этой планете нечто важное. Понимаешь, можно записать память на носитель, но как его вернуть в мозг? Только в тело младенца, чьи древа нейронов еще чисты. Сознание взрослого запереть на много лет в ребенке? Так можно действительно двинуться рассудком. Выращивать полноценно функционирующий мозг еще никто не научился. Слишком сложно, да и к чему? Мертвецы, но у них своя память. Нельзя взять и насадить им другую поверх имеющейся. Нельзя… Это приведет к безумию. Личность сломается. Дэм нашел решение этой проблемы. Но…

– Ну, как я и думал. С Красом вы заодно, – Зейн ухмыльнулся. – А у вас что? Жена? Ребенок?

– Я сам, – док пожал плечами. – Я умираю… отчасти виной этому это самое топливо. Я работал на корпорацию. Сырье привезли к нам на исследование. Одна небольшая бочка разлилась. Топливо рабочие собирали вручную, а после всех свозили в мою клинику. Оно буквально разъедало их изнутри. Я пытался спасти, сам не понимая отчего. И в какой-то момент в микродозе, оно оказалось и во мне… Я умираю. Медленно, но неотвратимо. А я вдовец, и у меня три дочери. Я не могу допустить, чтобы они попали… да в этот самый пресловутый приют. Не могу. Младшей всего три. Они сейчас с моей пожилой мамой, которой и самой уход нужен. Мне умирать никак нельзя, Зейн. Совсем никак. И в болванке, как твоя маленькая Фиомия, застрять не вариант. Мне нужно тело. Здоровое и крепкое. Я должен детей поднять. Я обещал, что буду с ними. Я их под венец вести поклялся. Каждую… Я не могу умереть!

Кот, тихо мяукнув, прыгнул мне на руки и, проползя вперед, поджимая уши, принялся лизать подбородок. Зейн выдохнул и убрал его на пол. Крас проследил за своим шерстяным ласковым комочком и виновато потупил взгляд.

– Угу, – Зейн недовольно цокнул. – Это либо в голове Эль, чему я нисколько не рад, либо оно в планшете доктора Марински, что более вероятно. Верно?

– Да, – Крас кивнул.

– Эль никто из вас не тронет. Этот имплантат нужно аккуратно извлечь, при этом не навредить её здоровью. Если нужно, я сам его форматну. Но только подойдите к ней без моего ведома… И это касается всех!

– Зейн, я уже сказал…

– Ты много чего здесь наговорил, Крас, и, чувствую, исповедь еще не вся. Что-то там осталось недосказанным. План у нас есть. До перезагрузки системы осталось несколько часов, и лучше вам с доктором Хайяном исчезнуть с мостика и не попадаться мне на глаза. И, не приведи Великий Космос, хоть кто-то подойдет к Эль. У меня нет ни одной причины доверять тебе, Крас, до конца. Однажды ты уже её предал, сослав в приют. Что мешает тебе повторить предательство? Вдруг ты решишь, что личность друга тебе важнее. Я уже молчу про нашего доктора. Свои дети всегда ближе, чем чужие.

Док выдохнул и покачал головой.

– Уже нет, Рам. Если со мной что-то здесь случится, я знаю, кто о них позаботится. Ты слишком правильный малый, чтобы продолжить жить, зная, что мои девочки повторяют судьбу Эль. Только вот у них уже не будет совсем никого. А как живется в приюте, Эль, уже наверняка тебе поведала. Ты сделаешь все, чтобы девочки там не оказались. Иначе жить не сможешь в ладах со своей совестью. Не сможешь!

Договорив, он внезапно улыбнулся. Расчетливо и даже чуточку жестоко.

– Да будь ты проклят, док, – прошипел Зейн.

– Да, – его улыбка стала шире. – Ты действительно уникальный человек. И это я не про твои мозги. Это я про душу.

Глава 57

Как же Зейн был зол. Он сидел в своем кресле и, не мигая, рассматривал карты. На его плече желтым подмигивала болванка Фиомия, но ее саму видно не было. Пряталась, видимо, зная, что когда брат не в духе, к нему лучше не лезть.

Я же, ковыряясь в контейнере, пыталась съесть хоть что-нибудь, но не лезло.

Я вообще не понимала, как в такой ситуации можно о еде думать.

Но Зейн думал. Он и сам быстро уничтожил полный контейнер мяса. И все это чудесно в него влетело.

А время шло.

Медленно, тягуче, раздражающе.

От нервного напряжения у меня начали трястись руки не хуже, чем у нашего дока.

В очередной раз вздохнув, я подняла ноги и обняла колени. Уткнулась в них лбом.

– Потерпи немного, солнышко, – пробормотал Зейн. – Скоро все это закончится.

– А если не выйдет? – мой голос упал до шепота.

– Справимся. У меня такое чувство, что экипаж «Зея-13» сначала друг друга перебил, а это… – он указал на экран, на котором, к слову, виднелась одна прилично себя ведущая лужа, – это их уже добивало. Я тут поковырялся в бортовом журнале второго корабля и пришел к выводу, что все у них было нормально до начала тестирования заправочной платформы. Но… это не вяжется с логикой.

– Ты о чем? – я подняла голову.

– Твой отец прибыл сюда для изучения инопланетной жизни. Так?

Я кивнула.

– А как он ее изучал, если она появилась только после крушения цистерны?

– Значит, не после, – сделала я самый простой вывод.

– И док обмолвился, что видел это уже. Само топливо токсично или что там с ним… По идее, Эль… Все эти разработки корпорация должна была свернуть, а не нас сюда посылать, увеличивая количество потенциальных жертв.

Я кивнула, соглашаясь. Как бы прав он, если большие шишки знали о том, что здесь водится нечто крайне недружелюбное, то зачем еще раз рисковать кораблем?

Да, недальновидно как-то. Только еще одну волну интереса со стороны прессы поднять. А оно корпорации надо? Вряд ли.

– Капитана Бурго не допросишься, – цокнула я. – Он там вообще живой хоть? Сколько уже не появлялся.

– Карлос его где-то запер. Допуск к воде есть, так что не сдохнет. Ему даже немного завидую: очнется, когда уже все кончится. Деньги получит и в очередную забегаловку все пропивать.

Я кивнула и замолчала.

Тревога снова вгрызлась в душу. Нет ничего более ужасного, чем сидеть и ждать. Чего – вот поди и пойми.

– Сколько осталось, Зейн?

– Немного. Успокойся. Лучше подумай, может, ты мне сможешь объяснить, где планшет твоего отца. И я оставлю тебя здесь.

Услышав наш разговор, из болванки появилась Фиомия. Напуганная. Бледная.

– Не смогу… – покачала головой, глядя на нее. – Мне нужно видеть эту дорогу, чтобы понять, где та самая дверь. Отец прятался. Он пытался выгадать время, чтобы отправить последние эпизоды своей жизни в хранилище.

– А где не последние? – тихо поинтересовалась Фиомия.

– Что? – этот вопрос мы с Зейном задали разом.

– Ну, – она замялась и даже как-то неловко руки развела. – Эль же сказала…

– Я слышал, что она сказала, сестра, – мой котик нахмурился.

– То есть, он где-то есть? – я растерла рукой лоб. – Ну конечно, есть… Копия его. Должна быть, как же иначе. Он пытался уберечь лишь последние эпизоды памяти, значит, предыдущие уже где-то есть на носителе. Я два года оплакивала вполне себе живого папочку, а он ни разу даже не поинтересовался… Нет… Но… Я вконец запуталась. Он не мог знать, что часть его воспоминаний в моей голове, потому что копия… Да, блин…

– Фиомия развивается, – Зейн указал на сестру, – но потому что она всегда включена. Если бы твой отец был как она, то до него бы быстро дошло, куда он дел часть своей памяти. А этого не случилось. Или, он запечатан в чем-то без возможности вести диалог. К ком-то, кто не способен на длинные логические цепочки мышления… ну да.

Я покачала головой. Мозг уже кипел от всего этого. Хотелось показать всем средний палец и свалить в туман. Хотя… ради Фиомии стоило попыхтеть.

– Найдем планшет и им не скажем, – пробормотала, глядя на дверь. – Сначала сам там все изучишь.

– Хм… – Зейн как-то неоднозначно усмехнулся. – Теперь я стал им хоть немного доверять, а ты, похоже, полностью разочаровалась в нашем… Кто у нас там Крас? Штурман-навигатор? В звании капитана…

– Бурго зачем тащить было в таком случае?

Сообразив, что меня уже трясет от злости, выдохнула.

– Иди ко мне, Эль, – Зейн развернул кресло и поманил рукой. Немного еще потерпеть, и мы начнем действовать. Хватит ломать голову.

Дважды просить не пришлось, я впорхнула в его объятия. Уместилась на колени и улыбнулась Фиомии.

На корабле царила тишина. Так спокойно… Но в то же время… мы прекрасно понимали, что это лишь иллюзия.

Там, снаружи, нас ждала смерть. Время от времени на мониторах появлялись и исчезали лужи. Куда они уползают – не спрашивал никто. Хотя я заметила, что Зейн постоянно щелкает изображения на камерах. Он искал, и я прекрасно понимала, что.

Место, где обитает вся эта инородная сырьевая дрянь.

Там должно быть темно. И наверняка пространство замкнутое. Ведь топливо выкачивают из недр планеты.

Где-то на задворках сознания я вполне себе понимала, что не оно здесь истинный злодей. Нет. Это мы явились на эту планету. Настроили здесь ярусов под куполами. Пробурились в земную кору Глизе и засунули туда огромные трубы. А дальше мощными насосами принялись выкачивать ресурсы, даже не затруднив себя их тщательным изучением.

Дальше получили то, что имеем.

Прикрыв глаза, я опустила голову. Мое сознание уплывало.

– Эль. – Зейн легонько похлопал меня по щеке.

Встрепенувшись, я распахнула веки и уставилась на него.

– Если эта часть твоего папаши не угомонится и не перестанет пытаться взять контроль над телом, то я извлеку эту штуку из твоей головы прямо сейчас, при этом не гарантируя ее сохранность.

Как ни странно, но после этих слов сон как рукой сняло.

Глава 58

Но как бы ни тянулось время, а через два с лишним часа мы вчетвером стояли у внешнего люка «Феникса». Зейн постоянно оборачивался на Краса.

Док опять что-то бубнил. Поймав мой взгляд, улыбнулся:

– Девочек моих не оставляйте, Эль. Они у меня замечательные…

– Доктор Хайян, да я вас своими руками из черной дыры выдерну, – прорычал Зейн. – Я вам что отец года?! У меня крематорий, а не детский сад! Уж кто-кто, а вы точно в живых останетесь. Зачем только претесь?

– Помочь, парень. Шансы увеличить, на удачу…

Мой хвостатый снова фыркнул и вытащил из кармана то, о чем я и не подозревала.

– Бластер? – шепнула.

– Не друг в друга палили ребятки с "Зеи", – он оскалился, демонстрируя клыки. – Это я сегодня смекнул.

– М-да… вот что значит гражданский и военный. А я и не подумал об оружии, – выдохнул дядя Фуки.

– Не примут тебя, Крас, в пираты, – поддел его Зейн и взял меня за руку. – Бежать, Эль, быстро и ни обо что не спотыкаться.

Я закатила глаза, но смолчала.

– Может, оставить девочку? – снова попытался влезть дядя Фуки.

– А у вас что, в привычку уже меня где-то оставлять? – ущипнула его я.

– Ох и вредная… – он покачал головой, расписываясь в собственной беспомощности.

– Прости, Крас, но Эль не мебель. Она сама за себя решит и не спросит ни у тебя, ни у меня. Научись уважать чужой выбор. Всё, я открываю люк… Дальше на всё про всё у нас меньше часа. Это не так уж и много. Я очень надеюсь, что вы двое вернетесь, – он снова обернулся на дока. – Особенно ты, Хайян. Прямо переживать за тебя буду.

Приподняв верхнюю губу, он повел носом. Но более ничего не сказал.

Вскрыв замок, набрал код. Тяжелые толстые створки внешнего люка медленно разъезжались.

– Не перекроет "оно" нам люк? – всполошился док.

– Нет, – Зейн покачал головой. – Я перекрыл "ему" полностью допуск к нашему кораблю. Все, разошлись.

… И мы побежали. Первые мгновения я просто без мыслей спешно перебирала ногами. Только схватившись за поручень лестницы, ведущей на верхний ярус, спохватилась и обернулась.

Дядюшка Фуки и док уже забирались наверх, а за ними медленно ползли две лужи.

Мое сердце зашлось в бешеном ритме.

– Не смотри на них, Эль, – Зейн дернул меня.

И мы снова побежали. Я смотрела вперед. Фиомия испуганно выглядывала из болванки. Она хотела приключений, но, кажется, по вкусу они ей не пришлись.

Коридоры… двери. Я приглядывалась к каждой.

И еще напрягала слух. Ждала, когда же сработает сигнал об эвакуации. Мне лезли в голову дурные мысли. Если дядя Фуки не справится, то и мы ничего сделать не сможем. Нас засекут… и тогда…

Эхо наших шагов разлетелось вперед. Перед глазами мелькнул черный гибкий хвост. Поворот. Снова череда одинаковых дверей складских подсобок. Но всё не те…

– Эль?

– Не здесь, – прокричала, прекрасно понимая, о чем спрашивает Зейн. – Там решетки. Окно, как решетка…

Он кивнул и потащил меня дальше.

Лестницы. Забираясь, я почувствовала первый укол в бок. Всё же такая скорость была мне непривычной. Но, сделав несколько глубоких вдохов, выровняла дыхание.

Впереди показалась диспетчерская – высокое здание, за которым громоздилась и вышка. Странно, но вот она была абсолютно чистой. Видимо, так высоко забираться черная субстанция была неспособна.

Череда дверей. Впереди несколько коридоров.

Что-то кольнуло в виске… Я замешкалась, но Зейн дернул.

Еще одна небольшая площадка, и мы остановились у дверей. На панелях стен я отчетливо видела копоть и дырки… бластер и огнестрел. Всё, как и говорил Зейн.

В животе стянуло тугим узлом страха. В ушах стояли мужские крики. Гул… Рев пламени…

– Убери бластер, Зейн, – шепнула встревоженно… – Топливо. Загорится всё…

– На самый крайний случай, Эль. Я не дурак, – ответил он, не оборачиваясь.

Пока я копалась в прорывающихся чужих воспоминаниях, он вводил код.

Дверь с шипением отъехала в сторону.

Мы попали к главному пульту управления верхними ярусами станции, но аварийного сигнала всё еще не было.

Зейн быстро развернул экран и подключился к камерам.

На одной из картинок показался дядя Фуки. Он орудовал огромным ломом, в то время как доктор уводил две черные лужи в противоположную сторону.

– Давай, Крас. Ну, – зашипел Зейн.

Дядя замахнулся и перебил непонятную мне трубу. Поддел изогнутой арматурой шланг и выдернул. Отбросив свое оружие, принялся спешно откручивать здоровенный такой вентиль, заметно напрягаясь.

– Он же… – вырвалось у меня.

– Да, они открывают подачу топлива…

– А цистерна, – я быстро нашла взглядом изображение с нужной камеры.

Цистерна была… но не там, где надо…

– Зейн, они же там… Всё это хлынет на них…

– Всё верно, Эль, – закивал Зейн.

Он не был удивлен. Это мы с молчаливой Фиомией смотрели на экран большими глазами, а он нет…

Как же мне было жутко в этот момент. Всё встало на свои места. Все действия и недомолвки мужчин… То, как легко Зейн взял меня с собой. Что даже отговаривать не стал.

– Ты понимал, что я побегу их выручать, – прошептала.

– И выйдешь из «Феникса» тогда, когда нельзя. Не усидишь, – он кивнул. – Они взрослые мужики, Эль. И они представляют, что делают. Паниковать рано.

Я вздрогнула. Над станцией пронесся протяжный гудок.

Неживой голос на всеобщем языке объявил о начале эвакуации. Шлюзы, расположенные над диспетчерской, зашипели…

– Станция вскрыта, – кивнул Зейн.

Я же отошла на шаг и уставилась в окно. На заправочную станцию из огромной, похожей на кишку, трубы полилось сырье.