Текст книги "Сильнее меня (СИ)"

Автор книги: Мария Летова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 9 страниц)

Глава 9

Я даже злюсь на себя за то, что слишком ответственная для очень простой вещи – отключить свой телефон сейчас. Я не хочу создавать родителям повод для волнений, на два часа исчезнув, ведь этот звонок снова от матери, но мне вдруг кажется: будь я в компании Багхантера – плюнула бы на все, в том числе на границы своей ответственности.

Просто с ним рядом я в состоянии думать только о себе и своих потребностях, больше ничему за эту дымную завесу прорваться не светит.

Я достаю телефон из сумки и гружу соцсеть, правда, не с целью прочесть сообщения Голикова. Теперь уже из принципа! Мне вообще стоило послать его в задницу вместе с предложением остаться друзьями, которое он выдвинул через две недели после нашего последнего расставания.

Кир две недели пытался со мной связаться, чтобы «поговорить спокойно», но я вернулась в Москву и не брала трубку.

Я была зла, я была… обижена, опустошена, и даже мои слезы были злыми, а не болезненными. Я просто ждала, когда он напишет мне свое чертово «скучаю». Месяц, два… три. К тому времени, когда я поняла, что этого не произойдет, испытывала лишь тоску и внутренний раздрай.

Я творила глупости какое-то время. Например, переспала с парнем просто из упрямства, правда, повторять этот эксперимент желания не возникло.

Провалившись в свою ленту, я быстро и бездумно ее листаю, но никаких важных для меня новостей в ней нет.

Палец зависает над фотографией, опубликованной почти пять дней назад: зал уютной кафешки с тусклым освещением, опущенное вниз мужское лицо, его половина… широкое плечо, электронные часы на стене позади с запечатленным временем 20:20.

Я развиваю свою страницу просто потому, что это часть моей работы. Я публикую там очень много чего, в том числе разных людей, мест, рекламы… но именно на этой фотографии мой бывший парень почему-то решил сэкономить лайк.

Возможно, мне только кажется, что она вышла такой… личной. Я предвзята, это бесспорно. Но я особо не парилась, когда это фото публиковала. Во-первых… Багхантер на ней малоузнаваемый (но не для меня, конечно же), во-вторых, мой брат появляется в соцсетях в лучшем случае раз в месяц, а Голикова мои публикации не касаются.

У брата слишком мало друзей в реальной жизни, чтобы вести соцсети. Все его общение в основном происходит в рабочих чатах. Через такой чат Багхантер его и нашел…

– У меня тоже сейчас проблемы со временем, – сказал он, когда остановил свою машину во дворе моего дома. – И это… как бы перманентно.

По стеклу уже начинал моросить дождь, и как будто стемнело раньше. Именно поэтому в салоне был полумрак, который никак на Багхантера не повлиял: он не медлил с тем, чтобы разрезать эту сонную темноту своим голосом и своими словами.

Такой живой и осязаемый даже на небольшом расстоянии, что меня не усыпило бы и снотворное.

Я испытала на себе слишком много его интереса за проведенное вместе время, чтобы отреагировать паникой. По крайней мере, в ту же секунду. И, повернув голову, я увидела, как он стучит пальцами по рулю, но в довольно спокойном темпе, словно неторопливо о чем-то раздумывает.

Кажется, спешить он вообще не привык. По крайней мере, когда дело касается принятия каких-то решений.

Мне это нравится? Да… да, наверное. Я не знаю. Я слишком мало его знаю. Ничтожно мало!

– Это что… твоя попытка слиться? – я произношу это со смешком, с легкостью, словно озвучить это мне раз плюнуть.

Будто я вся насквозь пропитана иронией!

Эта маска уже успела мне надоесть. Я надеваю с ним маску, да. Почти все время, но я не знаю ни одного человека, который пришел бы на второе свидание «обнаженным». Разве что человек, который… много в чем у меня первый…

Он не ходит вокруг да около, поясняя:

– Наоборот, вообще-то, – говорит Багхантер. – Я бы хотел еще увидеться. Просто не знаю, когда это получится. Поэтому предупреждаю заранее, чтобы ты не подумала, что я хочу… слиться. Если ты, конечно, сама не против встретиться опять.

Его пальцы продолжают стучать по рулю в наступившей тишине. Мне нравится, что они стучат чуть быстрее, пока я позволяю себе паузу. На пятый счет уже почти как мое сердце: тук-тук-тук-тук-тук…

Для начала я бы могла спросить у него свое имя, но даже если он его не помнит, не уверена, что это сыграло бы роль. В моем профиле указано настоящее имя – Аделина. И контакты для связи, как и у Багхантера, но это не гарантирует ничего.

Он поворачивает голову, отвечая на мой взгляд через эти сумерки.

Мой голос звучит без иронии в этот раз, ведь сама-то я в курсе, чего мне стоило дождаться от него этих слов. Я отвечаю почти рвано, отчего слегка вспыхиваю:

– Да. Я хочу.

И я по-прежнему хочу владеть ситуацией, хочу держать ее под контролем! Поэтому, не дав парню опомниться, проговариваю:

– В следующую субботу у знакомого день рождения. Я буду в одном баре, отправлю тебе адрес. Присоединяйся…

Он неподвижно наблюдает за тем, как я тянусь к дверной ручке. Не говорит ни «нет», ни «да», но у него будет целая неделя, чтобы найти время…

– Пока… – произношу я, прежде чем выпорхнуть из салона.

Подальше от очертаний и контуров тела, лица. Голоса. От обращенного ко мне интереса, который внезапно не только будоражит, но и пугает, ведь я слишком отвыкла так много чувствовать, а Багхантера… очень много.

Глава 10

«Не знаю с чем, но поздравляю».

Я читаю это сообщение, застыв посреди улицы с ощущением, будто уши заложило ватой. Перечитываю, хотя о чем речь – я поняла мгновенно.

И я кусаю губу, чувствуя удовлетворение и… просто удовлетворение, смешанное с ощущением полета на качелях вниз. Мой день взорвался фейерверком и продолжает взрываться. Мир вокруг исчез. Теперь я ухожу в офлайн, даже не выключая телефон!

Прежде чем спуститься в метро, я опубликовала фото, на котором начальница вручает мне кубок «За большой вклад в развитие компании». У меня таких куча. Это просто мотивирующая традиция, мелочь, ради которой пришлось тащиться в офис в утренний час пик. Обычно я появляюсь там после обеда пару раз в месяц, для галочки. Этого требует устав команды, причем очень строго.

Я уложила волосы.

Сделала их прямыми и гладкими. Их вид удалось сохранить даже после утренней поездки в метро, но я не возвращаюсь к фотографии, чтобы в этом убедиться. Я смотрю на пришедшее мне сообщение.

Мои принципы раздулись настолько, что я решила не спрашивать у Багхантера о его планах на субботу.

Не спрашивать о его поездке. О том, вернулся ли он в город и насколько мягкой была посадка. Все это я себе запретила, потому что даже теперь не собираюсь быть навязчивой.

Вчера я отправила ему обещанный адрес.

Сообщение висело прочитанным целые сутки. Все воскресенье.

Прочитанным и неотвеченным. Без какой-либо реакции. Просто две зеленых галочки в правом нижнем углу, которые я протерла взглядом до дыр, сворачивая и разворачивая нашу переписку.

На самом деле моя уверенность в том, что он придет… почти восьмидесятипроцентная, но это не облегчает ожидание, ведь меня терзает не факт присутствия Багхантера по указанному адресу сам по себе, а желание его увидеть.

Оно стабильное.

Я стала суетливой, рассеянной. Восьмидесяти процентов недостаточно, чтобы снять с моего терпения этот спазм, от которого колбасит. А сейчас колбасит еще сильнее, ведь ОН написал. Сам.

Я набираю ответ, перехватив телефон поудобнее.

Я: «Босс считает, что я хорошо делаю свою работу»

baghunter: «Еще бы. Раз у тебя нет времени даже на хобби».

Я «выдыхаю» улыбку.

Я: «Если честно, работа и есть мое хобби»

baghunter: «Ты ее любишь?»

Я: «Да. Я нашла себя»

baghunter: «Круто. Одной проблемой меньше».

Я до визга не хочу набирать и стирать текст, создавая бегающие точки на экране, поэтому пишу быстро и не раздумывая:

Я: «Хочешь, дам контакты классного рекламщика?»

baghunter: «Конечно».

Я делюсь наблюдениями, которые родились, пока я изучала его страницу.

Я: «Твой не плохой, но, по-моему, еще совсем новичок. Если у тебя нет времени быть подопытным кроликом, лучше возьми опытного»

Он присылает поднятый вверх палец.

baghunter: «Что я буду должен взамен?»

Я: «Это безвозмездно»

Он читает в ту же секунду, но отвечает через пять.

baghunter: «Ты добрая или я хороший?»

Я тоже позволяю себе паузу, прежде чем ответить.

Я улыбаюсь.

Я: «Ты хороший»

В пояснении добавляю:

«Ты ни разу не просил у меня фото без лифчика»

baghunter: «Зачем оно мне? Я сам тебя раздену».

Я получаю одновременно удар под колени и в живот.

Мягкий, острый, ослепляющий!

Может, эти толчки и не оставят мокрый след на моих трусах, но это лишь потому, что в первую секунду я сбита с толку.

Я слишком плохо чувствую границу между прямолинейностью своего собеседника и его юмором, когда смотрю не в его лицо, а только на черно-белые буквы на экране. Но они достаточно однозначные, чтобы наконец-то понять: Багхантер собирается вывести наше общение на другой уровень…

Более свободный. Личный. Он ко мне подкатывает! Он забрал себе инициативу… теперь уже действительно полностью…

Все, что я могу, – это не тормозить в ответ. Не гонять точки по экрану! Я набираю ответ, словами устанавливая границу, которую уже обозначила, как только могла. Пусть для меня самой она уже на ладан дышит!

Я: «Я не даю себя раздеть, пока не узнаю человека получше»

baghunter: «Мне прислать дик-пик?»

Я и смеюсь, и выстанываю короткий писк в ответ на предложение прислать мне фото члена.

Я не сомневаюсь в том, что это юмор, но как же я неравнодушна!

Превратившись в пружину, я вывожу на экране почти с выдохом:

Я: «Охотник… заткнись».

И впервые за все время нашего общения я ставлю в конце предложения жирную точку, которую, знаю, Багхантер воспримет как надо.

Он отмечает мое сообщение двумя зелеными галочками и исчезает, но это исчезновение не создает кирпичной тяжести у моего настроения.

Я с шумом вдыхаю, зная, что мы отлично друг друга поняли! И я отключилась достаточно, чтобы напрочь забыть: все это время я стою посреди улицы, заставляя людей себя обходить, и дезориентацию в пространстве мне создает не вдруг навалившийся со всех сторон шум, а пустота в голове.

Но это еще не конец, ведь, когда я добираюсь до дома, мне приходит сообщение с вложением. С фотографией.

Волной азарта и адреналина меня прибивает к полу в собственной прихожей, пока я, даже не разувшись, кружу пальцем вокруг вложенного файла, не рискуя его открыть, ведь без понятия, что может оказаться внутри!

От осознания ситуации я начинаю смеяться...

Глава 11

– Что с твоим питанием? – слышу я вопрос матери в трубке.

– С ним все нормально, – отвечаю я. – Только что пообедала.

– Я не про только что, – пеняет она. – Я спрашиваю в общем. Как ты питаешься?

Мать никогда не подсластит пилюлю.

Никогда не спросит… деликатно. Всегда только вот так – напрямую, в лоб. Без осторожности, без вступления. В то время как для меня вопрос деликатный даже спустя семь лет. Очень личный.

Но больше всего я ненавижу другой вопрос. Он мог задаваться в разной форме: в более ласковой от отца или более жесткой от матери, но эффект всегда был один – паника, от которой немели пальцы. А потом, спустя время – злость.

«Ты же не хочешь опять попасть в больницу?»

– Нет! Я не хочу! Я этого не хочу! – так я орала внутри себя, отвечая на этот вопрос.

И я хотела, чтобы его перестали мне задавать. Слава богу, я этого дождалась.

Я знаю, что заставила мать понервничать тогда, из-за меня она отказалась от хорошей работы после переезда. Ей пришлось приглядывать за мной какое-то время, когда меня выписали из больницы: готовить, следить за моим рационом, возить меня к психологу, который объяснил, что у меня нервный срыв из-за резкой смены обстановки и завышенных требований к себе.

После выписки мать взяла мою жизнь под тотальный контроль. Питание, распорядок дня, общение, учеба. Я хотела выкарабкаться только для того, чтобы не задохнуться.

– Я питаюсь как обычно. Завтрак, обед и ужин, – отвечаю я без препирательств. – Иногда даже два ужина, – добавляю я в качестве шутки, впрочем, она на нее не реагирует.

– Очень хорошо, – говорит мама. – Как у тебя с работой?

Рассказывать о том, что в моей коллекции наградной дребедени пополнение, просто нет желания. Может, дело в том, что я уже получила свои поздравления…

– Все нормально… – отвечаю я. – Работы много, это... значит, я востребованный человек.

– Хорошо. Молодец.

Я немного морщусь от ее «похвалы», но отвечаю ровным голосом:

– Спасибо...

Наверное, она кивает на том конце провода. Я слышу, как мать перемещается по кухне: сначала хлопает холодильником, потом включает посудомойку.

– Мы с отцом собираемся в Сочи на неделю, – говорит она. – Его пригласили арбитром на турнир, мы решили остаться подольше.

– Вау…

– Загляни на неделе. Не пропадай, ты знаешь, я этого не люблю.

Я рассеянно мычу в ответ.

Держа телефон между плечом и ухом, гоняю бегунок под развернутым на экране ноутбука видео.

Я преднамеренно отключила звук, мне вполне хватает картинки – Голиков в телестудии с прикрепленным к воротнику тенниски микрофоном. Его губы шевелятся, периодически улыбаются. Интервью у него берет девушка, которой его обаяние явно зашло.

У меня не было возможности это видео пропустить. Кирилл опубликовал его сегодня, и оно лезет рекомендациями отовсюду.

У Голикова своя студия видео– и звукозаписи, они делают рекламные ролики, презентации и так далее. В этом году у них появились спонсоры, и они выиграли какую-то премию – засветились по-крупному. И продолжают светиться, не упускают такую возможность.

Он всегда был таким… центром внимания. В школьные годы в том числе.

У него была толпа поклонниц, а меня… снедало желание стать его единственной. Наверное, во всем виноваты мои завышенные требования к себе! В любом случае он «заметил» меня в первую же нашу встречу.

Мы впервые встретились на дне рождения моего отца, нам обоим было по четырнадцать, а в шестнадцать Голиков позвал меня в кино.

Все были довольны. Мои родители, его родители. Мы казались идеальной парой. Рядом с ним всегда было интересно, Голиков всегда находился в центре каких-то событий. Собирал внимание, которое так любил. И ему всегда нравилось, как я на него смотрю – влюбленно, зачарованно, ловя каждое слово.

Я забываю о Голикове в тот момент, когда на телефоне всплывает пуш.

Примерно час назад я отправила Багхантеру сообщение. Спросила, над чем он сейчас работает.

baghunter: «Это корпоративная тайна».

На мне мгновенно появляется скафандр. Тот самый, который отрезает от всех звуков вокруг, а их здесь достаточно, ведь я нахожусь в уличном кафе.

На мне леггинсы и толстовка, так что я не боюсь замерзнуть, если солнце вдруг скроется за тучу. И мне уже стало слегка жарко.

Пора бы к этому привыкнуть!

Мы общаемся в таком режиме уже два дня – обмениваемся сообщениями.

Я по-прежнему не спрашиваю о его планах на субботу. Это… просто мазохизм. Я не спрашиваю, а он не делает попыток прояснить ситуацию, от этого каждая минута проходящих дней ощущается остро.

Иногда Багхантер пропадает на несколько часов, и я отвечаю ему тем же! Возможно, у него есть основания для таких офлайнов, даже скорее всего есть, но это не спасает меня от желания слегка ужалить его в ответ.

Я: «Если расскажешь, придется меня убить?»

baghunter: «Нас обоих».

Боже…

Я улыбаюсь.

Я: «Как все серьезно».

Он бросает мне эмодзи, а вслед за ним – вопрос.

baghunter: «Как настроение?»

Я: «У меня всегда хорошее. Ты не заметил?»

baghunter: «Я видел тебя два раза в жизни».

Я: «Ладно. Тогда ЧТО ты заметил?»

baghunter: «В тебе?»

Я: «Да».

Он замолкает, но остается в Сети.

От этого сердце делает паузу. В ожидании я смотрю на экран, прекратив моргать. Прекратив дышать. Если однажды он все-таки пришлет мне свой член, я испытаю эмоций больше, чем от перевязанного красным бантом «Мерседеса».

Ведь при общении с этим человеком я ни на секунду не забывала, что член у него есть. Я думаю об этом гораздо чаще, чем о цвете его глаз или о том, как отлично он управляется с цифрами.

Багхантер видит их повсюду, как… машина.

Фото, которое он прислал мне два дня назад, – это электронное табло с расписанием рейсов аэропорта. Интересующий меня он взял крупным планом. Рейс двадцать-двадцать.

Я забываю обо всех комплиментах, полученных за последние десять лет, когда читаю на экране следующее сообщение.

baghunter: «Тебе идет твое имя».

Глава 12

baghunter: «Ты не знала, чего хочешь?»

Это сообщение прилетает сразу после лайка, которым он оценил свежее фото на моей странице: моя ладонь, обнимающая чайную чашку, и следом за ней обратное фото – мое селфи на фоне уличного кафе.

В моей чашке зеленый чай, а Багхантер – мастер причинно-следственных связей.

Я: «Как ты догадался?»

baghunter: «Были знаки».

Я трачу секунду на улыбку, после чего спрашиваю:

«Интересно провел время?»

baghunter: «Потратил его зря».

Утром он опубликовал сторис с какой-то IT-конференции, в том числе свои фото. Сольные и в компании других участников. Все мужчины. Я не увидела ни одной девушки, даже мельком. Мне безумно интересно узнать, что он сам думает по поводу такого гендерного неравенства, очень интересно.

Багхантер был одет в костюм и галстук, я не впервые видела его таким официальным, он ведь… лицо своей команды. И в Сети, и за ее пределами.

Помня, каким важным ресурсом является для него время, я пишу:

«Соболезную».

Я: «О чем еще ты успел сегодня пожалеть?»

baghunter: «Еще только четыре часа дня. Пока достаточно».

Я: «А приятные впечатления были?»

baghunter: «Да. Эстетическое удовольствие».

Я: «От чего?»

В ответ он присылает мое селфи, то самое, под которым только что поставил лайк.

Его комплименты по-прежнему мой личный топ! Особенно учитывая то, что он обходится минимальным количеством слов.

Я: «Ты знал, что именно такой ответ я и хотела увидеть?»

baghunter: «Кажется, да».

Я: «Уже читаешь мои мысли?»

baghunter: «Видимо, повезло. Но я все-таки предпочитаю, когда мне их озвучивают».

Я: «То есть, если я чего-то хочу, просто должна сказать тебе об этом?»

baghunter: «Давай попробуем».

Я прокачалась до такого уровня, когда могу бороться с тахикардией, не отвлекаясь от ее причины. И я думаю всего секунду, прежде чем написать.

Я: «Хочу увидеть то, что сейчас видишь ты».

Любая пауза в его исполнении – это повод для поднятия уровня адреналина в моей крови, и я с трудом выжидаю собственную паузу, чтобы прочесть его ответ.

baghunter: «Уверена?»

Я плюю на свою тахикардию, позволяя ей кружить мне голову. И смеюсь, до боли закусывая губу, ведь успела научиться получать кайф от этой игры!

Но даже у меня в голове ответ звучит тихо.

Я: «Да…»

Он присылает свое фото в зеркале ванной, и оно не запотевшее, так что картинка детальная по максимуму. В том числе за счет яркого холодного освещения, которое позволяет во всей красе увидеть голый мужской торс. Спортивное тело с… кубиками пресса, грудными мышцами и густой дорожкой темных волос под пупком. А также примерно сантиметр мужского паха, ведь Багхантер стоит перед зеркалом голый.

Я втягиваю в себя воздух, забывая его выдохнуть.

Впившись взглядом в экран телефона, веду медленную линию от того самого сантиметра до полностью закрытого телефоном лица. Даже не знаю, чего хочу в эту минуту больше – увидеть его выражение или вернуться вниз, чтобы позволить своему белью намокнуть еще сильнее!

Я сжимаю бедра, сидя на плетеном стуле.

Поняв, что выпала из беседы на минуту, я все же выдыхаю воздух. С шумом! Пальцы по экрану скачут в истерике, ведь я не хочу, чтобы парень с фотографии понял, какое сильное замыкание произошло у меня в голове.

Багхантер собирается в душ. Возможно, он уже там, ведь время моего ответа перевалило за минуту.

Я: «Не буду отвлекать…»

***

Я: «У тебя и правда туго со временем?»

Я пишу это под фотографией, которую Багхантер опубликовал в сторис еще в пять утра: зал аэропорта.

Не знаю, насколько это понятно моему собеседнику, но я пишу свое сообщение, отбросив любой флирт или… веселье.

Эта фотография «открывает» мою пятницу, запускает день на очень хреновой ноте, ведь может означать только одно: он снова в самолете.

Его снова нет в городе.

Острота ожидания, которая расцарапала мою кожу изнутри, из будоражащей превращается в зудящую.

Бросив на пол полотенце, которым подсушивала волосы, я перешагиваю через него и беру со стола телефон сразу, как тот подает сигнал о входящем сообщении.

Оно приходит спустя два часа.

Кажется, Багхантер мое настроение поддерживает. Я не знаю, повезло ли ему прочесть мои мысли или это просто космическое совпадение, но то, что он мне отвечает, больше похоже на разговор по существу. Как раз этого мне и хочется!

baghunter: «Возникли проблемы. Я в Новосибе. Пришлось срочно лететь. Форс-мажор».

Наверное, впервые за эту неделю мое желание улыбаться равно нулю. Я смотрю на дисплей, поджав губы. С чувством разочарования, ведь все осталось по-прежнему – я неизменно хочу его увидеть, и разочарование убивает даже страх быть навязчивой.

Я тоже позволяю себе вопрос по существу.

Я: «Когда собираешься вернуться?»

baghunter: «Это не от меня зависит. Пока не знаю».

Я: «Как насчет завтра?»

baghunter: «Я обычно редко могу что-то обещать, поэтому предпочитаю этого не делать».

Я теряю границы, но спасаюсь надеждой на то, что Багхантер не в курсе, насколько прямая в данный момент моя спина! И на то, что он не забыл о своих собственных предпочтениях – слышать чужие хотелки вслух.

Я: «А если я скажу, что хочу обещание?»

Это выглядит флиртом. Плевать. Я не шучу!

Пауза. Пауза...

baghunter: «Давай попробуем».

Я: «Пообещай вернуться в Москву завтра».

Он отмечает мое сообщение зелеными галочками. Остается в Сети еще на полминуты, а потом… уходит, так и не дав мне ответ.