Текст книги "Крепкий орешек под нежной скорлупкой (СИ)"

Автор книги: Мария Клепикова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 26

С невыносимым ужасом я невольно воскликнула, замечая разбитые костяшки на его руках. Нервы начали трясти не слабо.

– Куда ты меня везёшь? Что, тоже убить хочешь? Давай, начинай! Или боишься салон испачкать?

– Заглохни. Вот если сейчас не заткнёшься – точно убью и *** закопаю. Нет, ты точно – сплошное несчастье! – злился он, агрессивно ведя автомобиль.

Ладно, хоть на меня не смотрел, иначе бы сама прямо на месте умерла.

– Это ты – моё несчастье! Не было тебя в моей жизни – всё хорошо было! Какого лешего ты вообще появился? Следил, чтобы отомстить? Да?! Ну, так не вмешивался бы: бандиты спокойно меня прибили бы, тебе же радость!

– Так ты их знаешь?

– Конечно, знаю! Они мой магазинчик отобрали и все деньги забрали! Или ты думаешь, я от большой радости в ночной клуб пошла работать, чтобы ты меня изнасиловал? Да?! – в запале я выдавала всё, что накопилось, не замечая, как перешла на визг. – Как же я тебя ненавижу! Чокнутый мажор! Ненавижу! Это тебе деньги легко достаются – ты ж ни дня не работал, а тратил дедовы деньги! Он для тебя всё сделал: вырастил, выучил, а ты, сволочь такая, чем ему отплатил? Ты хоть знаешь, что у деда Андрея сердце больное? Ты знаешь, что ему волноваться нельзя? Угробить его хочешь? Сволочь! Бесчувственная скотина! Останови машину – никуда я с тобой не поеду! Выпусти меня, я сказала!

– Да катись, ***!

Ветроградов, наконец, остановился у пыльной обочины за городом и обошёл автомобиль. И когда только успели так далеко уехать? Резко распахнув дверцу, он отцепил ремень безопасности и махнул головой:

– Всё, достала! Пошла вон отсюда!

– Что? – как-то сипло переспросила я, оглядываясь. Вокруг лес, мимо машины неслись на огромной скорости. – Прямо здесь?

– Да, ты же так хотела. Давай, проваливай!

– Ну и ладно! Вот и хорошо! – дрогнувшим голосом согласилась я.

Слёзы душили меня, но я старалась себя сдерживать. Встать с первого раза не получилось – в глазах потемнело и стало дурно. Меня немного занесло, и я ухватилась за дверцу.

– Смотри, не оторви, корова!

– Да чтоб у тебя вся машина развалилась! Надо было ещё тогда в ней всё сломать!

Я стукнула ладонью по стеклу, но просчиталась и попала в ребро. Острая боль немедленно охватила руку, заставив меня заплакать от боли и обиды.

– Это не тот автомобиль.

– А мне всё равно!

И это действительно было так, а потому первым, что сделала, так замахнулась на этого негодяя – так хотелось всю его рожу противную исцарапать! Такую ухмыляющуюся, но которая почему-то удалялась…

– А-а-а! – закричала я, чувствуя, как ноги соскользнули в кювет по траве.

О себе в тот момент я не думала – главное, не навредить ребёнку! Как там учили группироваться? Не помню! Единственное, что оставалось – так это обхватить живот руками, чтобы хоть как-то обезопасить ребёнка, но… я так и не упала.

Ветроградов успел поймать меня и вытащил. И вот я сидела на попе на пыльной обочине и заливалась слезами. Пропади оно всё пропадом! Мне уже было всё равно. Я держалась за живот и ревела.

Ветроградов не уехал, он стоял чуть в стороне и курил. Сколько времени прошло – не знала, но он подошёл ко мне и поднял на ноги.

– Кончай истерику. Давай я тебя отвезу домой.

Я нервно отмахнулась, размазывая по лицу слёзы, и сделала шаг в сторону, но не удержавшись, вскрикнула и ухватилась за него машинально.

– Что передумала и полюбила? – ёрничал Ветроградов, помогая мне, тем не менее, не упасть дальше.

– И не мечтай об этом, – тут же возразила я. – У меня нога, кажется, подвернулась.

– Ну, ты «везучая», – внезапно рассмеялся он, обходя сзади и отряхивая меня. – Что смотришь? Хочешь салон испачкать?

– Лучше б о душе своей так пёкся, – я не осталась в долгу, удерживаясь за него. Ветроградов выпрямился и сердито на меня посмотрел:

– Слышь, прекращай уже. Я тебе тут типа помогаю.

Мы оба одаривали друг друга отнюдь не дружелюбными взглядами. Я с ужасом обратила внимание, что стою вплотную к нему. Непозволительно близко. Ужасающе близко. В другой момент бежала бы от него, сломя голову, но сейчас я была «в ударе»:

– Лучшая помощь – это не прикасаться ко мне, – и я с силой ткнула в него пальцем. Вот бы проткнуть!

– Ты мне всю жизнь будешь это припоминать? – вспылил Ветроградов, перехватывая мою руку, и начал наступать. – Ну, сорвался я тогда, но ты сама во всём виновата – не нужно было выводить меня из себя!

– О, конечно! А ты всех насилуешь, кто тебя из себя выводит?

– Нет, не всех!

О как разозлился! Не нравится такое слышать? А каково мне тогда было?! Но я вошла в раж и продолжала язвить:

– Так значит мне одной так «повезло»?

– Да! – Ветроградов выплюнул это «подтверждение» и отошёл в сторону, с силой пнув по колесу. – Так получилось! Всё, тебе от этого легче стало?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Он засунул руки в карманы, взирая на меня исподлобья. Его глаза метали молнии, а у меня не было больше сил с ним пререкаться. Конечно, он же «ни в чём не виноват»! Все вокруг виноваты, а он – бедный и несчастный.

Но сколько можно стоять посреди дороги и сверлить друг друга взглядами? Ветроградов всё же помог мне сесть, и мы вновь поехали. В абсолютной тишине, но не долго. Я обиженно вытирала руки влажными салфетками, а между тем «этот» потянулся к бардачку за пачкой сигарет.

– Не кури – мне плохо от сигаретного дыма, – предупредила я заранее, на что получила раздражённый «цык». – И не «цыкай», о ребёнке бы подумал.

– А он точно мой? – Ветроградов не удержался от сарказма.

– Совсем дурак? Думаешь, мне понравилось? – я вновь заводилась с полуоборота. – Да я на вас, мужиков, смотреть не могу нормально, не говоря о большем.

– Что, правда, больше ни с кем?

Неужели в голосе послышались довольные нотки? Я валяюсь в этом зоопарке!

И опять тишина.

Вскоре показался дом деда Андрея. Ветроградов на удивление на руках перенёс меня внутрь. Боясь упасть, мне пришлось обхватить его за шею – вот никогда бы не подумала, что буду обнимать насильника. Он достаточно аккуратно посадил меня на диван и, сходив за аптечкой, вручил её мне.

– На. Помажь себе чем-нибудь.

Я посмотрела: среди медикаментов ничего подходящего не было. Да и если бы было: кто же мажет на грязь? А потому фыркнула:

– Принеси тазик, мне ноги нужно помыть.

– Тебе не только ноги – тебе полностью нужно искупаться. Сама посмотри.

Ветроградов оказался прав – кожа везде была покрыта слоем дорожной пыли. Идея, разумеется, хорошая, но вряд ли осуществимая: залезть в ванну я не смогу – остаётся только душ, но вряд ли смогу стоять всё время на одной ноге, тем более в моём положении. Видимо у Ветроградова были те же размышления.

– Пошли, – он вновь подхватил меня на руки и отнёс в ванную-душевую на первом этаже. – Вот, сядешь на табурет и вымоешься. Где твоя комната? Я тебе вещи принесу. Впрочем, сам найду. Мойся пока.

Ветроградов вышел, закрыв за собой зверь на замок. Я ещё некоторое время стояла, придерживаясь за стену, а затем всё же разделась и похромала к душевой, благо поверхность была не скользкой. Вот что мне нравилось в этой ванной комнате, так это цельный пол, который имел сток в душевой, а также горизонтальный поручень.

Я как раз намылила лицо, как вдруг послышался шум. Испугавшись, что зашёл Ветроградов, быстро сполоснулась водой, но нет – его не было. Видно показалось. Закончив с омовением, я распахнула прозрачную шторку и ахнула – моё домашнее трикотажное платье и нижнее бельё лежали на видном месте. Так всё же заходил! Извращенец!

Уж не знаю, буря негодования или смущения кипели во мне, но я быстро оделась и, обмотав волосы полотенцем, присела, осматривая место вывиха. Нога сильно опухла и покраснела вокруг ссадин, на ладони наливался внушительных размеров синяк, а само запястье ныло и плохо сгибалось. Повезло – ничего не скажешь.

– Ну, скоро ты там? – недовольно спросил Ветроградов после нетерпеливого стука. Надо же – какой вежливый! – Я же слышу, что ты уже искупалась.

– А ты что, под дверью всё время стоишь? – скривилась я. Честно говоря, надеялась, что он ушёл. Да куда там. – И да, я оделась.

Дверь тут же открылась, и Ветроградов вошёл с аптечкой в руках.

– А надо было уйти в сад погулять? Конечно, стоял: вдруг ещё грохнешься – дед потом три шкуры спустит.

– А я, значит, по головке поглажу, за то, что ты за мной подглядывал? – фыркнула я, надувая губы и скрещивая руки под грудью.

Ветроградов усмехнулся и, присев на одну ногу передо мной, осмотрел повреждённую лодыжку.

– Ой, ладно тебе строить из себя невинность.

А вот этого говорить не нужно было – я наградила его пощёчиной.

– Хорош драться, – он поздновато перехватил мою руку. – Я тебе вообще-то помогать пришёл. Не ёрзай и сиди нормально давай – я перевяжу тебе ногу.

– Отпусти, – холодно сказала я. – Без тебя справлюсь.

На удивление он отстранился, со скептицизмом наблюдая за моими неуклюжими попытками. Склониться удобно не получилось – живот мешал, а потому нужно было раздвинуть ноги. Но не перед ним же!

– Может, отвернёшься или – ещё лучше – уйдёшь?

Ну, да, так и послушал меня. Эта зараза лишь удобнее уселся и смотрел на меня. Пришлось самой развернуться к нему спиной. Боль в руке не давала хорошо закрепить бинт, отчего тот соскальзывал, да и сама перевязка оказалась слабой. Я злилась и нервничала, пробовала заново, но результат не менялся.

– Вот упрямая.

Ветроградов ухватил мои колени и развернул к себе. Положив ногу на свою, он уверенными движениями сделал перевязку, а я удивлялась его поведению – что он за человек?

– Ты зачем рылся в моём белье? – раздражённо спросила я, краснея, когда Ветроградов нанёс йодистую сетку на мою повреждённую ладонь.

– А ты хотела бы передо мной без трусиков ходить?

Сколько же в его глазах насмешки! Ветроградов удержал дёрнувшуюся мою руку, вот только я и второй умела пользоваться – теперь другая щека также покраснела.

– Что ты задумал? Вот наверняка неспроста всё это. Вся эта «помощь»!

– А ты не дура, – подметил он, вставая на колени и упираясь руками на моё сиденье по бокам.

– Так что? – наши глаза встретились в непосредственной близости.

Я чувствовала кожей его дыхание на своём лице. Ветроградов склонился ещё ниже, разглядывая мои губы, а я зажмурилась, боясь его дальнейших действий. Но поцелуя не последовало.

– Ничего особенного – просто замолви за меня словечко перед дедом, – шепнул он мне в ухо. – Типа мы помирились.

Вот это поворот!

Глава 27

– Ты кого за дурака держишь – деда, меня или себя? Думаешь, он поверит тебе? Думаешь, я прощу тебя? – я вперилась взглядом в этого наглеца, внутренне дрожа от негодования.

– А мне без разницы твоё прощение. Главное, чтобы дед вернул мне фирму, – Ветроградов принял свой привычный повелительный тон, всё ещё продолжая нависать надо мной.

– Ах, вот оно в чём дело! Ну, так зря стараешься – я тебе помогать не стану! – почувствовав некую власть над ним в данном положении, нагло заявила я.

– Уверена?

– Да! Ни капельки не стану!

Тут пошла игра «кто кого», но я не собиралась ему уступать. Пусть почувствует на собственной шкуре – какого это быть зависимым от кого-то!

Но рано я обрадовалась. Этот мерзавец так просто свои позиции не сдавал. Привык держать всё под своим контролем. Ветроградов отстранился немного и странно на меня посмотрел.

– А так? – его рука нежно погладила мою ногу и медленно стала подниматься по внутренней части.

– Не смей, – внутри всё напряглось.

Сейчас я как никогда беспомощна перед ним. Очень опасная ситуация. Вся моя бравада молниеносно улетучилась, оставляя место лишь страху. Ветроградов правильно прочитал мои эмоции, явно выраженные на лице, и потому победно продолжил.

– А кто меня остановит? – второй рукой он потянулся к бретельке платья.

– Нет, – «только не это, только не опять, пожалуйста! Я не выдержу этого ещё раз».

– Да, – его ладонь коснулась моей кожи в области декольте, медленно уходя под ткань одежды.

– Нет, – замотала я головой.

– Да, да. Знаешь ли, я два раза с одной девушкой не сплю, но ради тебя сделаю исключение, – пальцы второй руки Ветроградова многозначительно погладили мои трусики, но я успела сжать ноги.

– Никогда, слышишь, никогда не прикасайся ко мне, – со слезами на глазах замотала я головой и резко оттолкнула его. – Не смей… не смей…

– Так я белый и пушистый? – торжествовал негодяй, сидя на полу.

– Да пошёл ты! – с особой ненавистью я выплюнула ему эти слова в лицо.

– Вот и умница. Теперь, будь со мной поласковее. Я с этого дня буду здесь чаще появляться, – Ветроградов встал сам и легко поднял меня на руки, перенося в гостиную.

– Сволочь!

– А вот этих слов чтобы я больше не слышал, – зло ответил он, – иначе я заткну твой острый язычок.

– Сволочь! – повторила я, презрительно глядя на него.

Зря я это сделала. Недовольно цыкнув, Ветроградов впился своими губами в мои.

Это не было поцелуем, это была беспощадная атака на мою волю. И, кажется, он сломает её. Я и правда боялась его, страшилась его силы и власти надо мной. Ветроградов не отрывался от меня довольно долго, воздух не поступал, и я потеряла сознание.

* * *

– … это, конечно, хорошая новость, но ты должен понимать, что всё зависит от Алёны, – услышала я часть фразы деда Андрея, когда очнулась. Глаза открывать не хотелось – ведь так я могу притвориться спящей.

– Кто бы сомневался, – фыркнул Ветроградов младший, глубоко вздыхая. – Но ты и сам должен понимать, что для неё же будет лучше.

– Для неё было бы лучше, если бы ты не появлялся в её жизни вообще, – возразил дед Андрей.

– Опять двадцать пять. Что ты заладил, – послышался щелчок зажигалки, и вскоре помещение наполнилось неприятными запахами, отчего я вынужденно закашлялась.

– Сколько раз говорил – не кури в доме, – проворчал дед Андрей, вставая и открывая окна для проветривания.

Я не могла больше скрывать того факта, что не спала. От дыма становилось плохо, и я закрыла нос пледом, которым была накрыта.

– О, Алёна, проснулась, девочка? – дед Андрей подошёл ко мне и присел рядом, поглаживая моё плечо. Я подняла на него глаза и кивнула.

Кирилл Ветроградов потушил сигарету и пристально смотрел на меня. Я это чувствовала, не глядя.

– Да. Сколько времени? – поинтересовалась я, принимая сидячее положение.

– Близится к семи. Я уж и сам хотел будить тебя – хорошо, что сама проснулась, а то голова будет болеть, – дед Андрей поправил плед. – Кушать хочешь?

– Нет, спасибо.

– А чаю?

– Можно было бы, – призналась я.

– Кирилл, приготовь нам чай, – повелел дед Андрей, но я поспешила возразить, вставая.

– Я сама, – однако, сделав пару шагов, поморщилась от боли.

– Так, не глупи. Кирилл прекрасно справится самостоятельно, – дед Андрей помог мне вернуться обратно. – Ты лучше расскажи, что сегодня произошло, и как случилось, что ты поранилась.

Я посмотрела на Ветроградова младшего, думая, как же ответить? Благодаря моему обмороку мы с ним не успели обсудить легенду сегодняшнего дня, так что теперь придётся импровизировать. С другой стороны, дед Андрей рядом и в обиду не даст.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

«Вот возьму и расскажу, как ты мне угрожал! Как будешь оправдываться перед дедом?» – мысленно обратилась я к Ветроградову.

«Ну, попробуй, за мной не заржавеет», – читалось в ответ. – «Ты меня знаешь».

Он, правда, не шутил, и на данном этапе мне придётся ему потакать. Я резко отвела взгляд и перевела его на деда Андрея.

– Ну… – начала я, растягивая время. – В общем… такое дело…

– Тебя Кирилл обидел? Он угрожал, руку на тебя поднял? Не бойся, говори – я ему это с рук не спущу, – горячо выразился дед Андрей.

– Нет, нет. Он тут не причём, – также жарко поспешила я его заверить.

Сам виновник нашего разговора, победно ухмыльнулся и вальяжной походкой прошёл на кухню.

Я мучительно думала: что же ответить? Мыслей никаких не было. Да и любая выдумка могла бы не совпасть со словами Ветроградова – дед Андрей наверняка его уже выпытывал по поводу нашей встречи. Самое правдоподобное – это правда, как бы банально это не звучало.

– Я… Я сегодня встретила тех, кто отнял мой магазинчик, – сглотнув слюну, призналась. Ну, а что – это действительно так. – Я случайно с ними столкнулась в кафе.

– Что им от тебя нужно? Они же всё забрали! – возмутился дед Андрей.

– Да. Я им тоже самое сказала, но они сказали, что с отцом опять проблемы. Они сказали, что убьют его…

А вот тут меня вновь затрясло. Тогда я им выпалила про отца сгоряча, а теперь… А вдруг они правду сказали? А вдруг действительно папу убьют? Как я буду жить дальше… с его кровью на своих руках… Какая же я эгоистичная! Всё время о себе думаю…

Я вдруг представила папу мёртвым. Сказать, что без него мне неплохо – не совру. Но одно, если он где-то там живёт, пусть как хочет, но живёт, а другое – если его не будет на этом свете. Нет. Такое нельзя допустить. Мне было больно от его отношения ко мне, но смерти я не желала своему отцу.

Как же найти тех подонков?

Я мысленно прикидывала, откуда смогла бы собрать деньги: заработанные ушли на оплату за институт, долг мне вернули с процентами, и частью я также погасила задолженность, а оставшуюся сумму одолжила ещё раз с условием возврата по моему требованию. Деньги ведь как таковые мне больше не нужны были – дед Андрей взял на себя все расходы. Что ж, видимо этот момент «Х» настал.

– Они тебе угрожали? – гневался дед Андрей.

– Да, – кивнула я. – Но Кирилл мне помог… Он защитил меня от них…

– А почему он вообще такое допустил? Когда вы с ним встретились?

– Случайно. Весь сегодняшний день – сплошная случайность.

Перед нами оказался поднос с тремя чашками чая, который Ветроградов младший поставил на столик.

– Я рад, что ваши слова совпали, – дед Андрей подал мне одну и посмотрел на внука, – иначе тебе не поздоровилось бы. Надеюсь, ты меня понял… – многозначительно прозвучало его обращение. – Посмотрим, как ты решишь эту проблему.

Я не совсем поняла, что дед Андрей имел ввиду, а потому переводила взгляд с одного Ветроградова на другого. Оба мужчины выглядели абсолютно серьёзно.

– Что вы… О чём вы… – я не на шутку разволновалась. – Я сама решу свои проблемы.

– Все твои проблемы теперь решать будет Кирилл, а я посмотрю, на что он способен, – «успокоил» меня дед Андрей.

– Я не согласна! Дедушка Андрей, это не та ситуация, где можно соревнования устраивать – жизнь моего отца на кону! Я просто отдам им деньги и всё на этом!

Я не верила Кириллу Ветроградову. Ему плевать на всех, кроме себя. Что уж говорить про незнакомого для него человека.

– Не лезь, – сказал, как отрезал, дед Андрей. – Сама ты ничего не сможешь сделать. Или готова рискнуть жизнью ребёнка, раз о своей не печёшься? – он нахмурил брови. – С плохими людьми должны разбираться мужчины. От тебя нужны лишь подробности вашей встречи. Вспоминай всё, что они тебе говорили сегодня и тогда. Любая деталь может быть важна.

Мне всё это очень сильно не нравилось. На ум ничего не приходило – я ничего о них не знала. Мне пришлось рассказать всё в подробностях. Тогда они пришли и просто забрали всё у меня, оставив ни с чем. Телефонами мы не обменивались, адреса я не знала, как и имени их хозяина.

Всё, что у меня осталось, так это договор купли-продажи. Но уверена, что имя покупателя подставное – не дураки же они себя подставлять!

Внешность вряд ли поможет – эти двое бандитов типичные мордвороты без особых примет. Да я и не приглядывалась к ним – наоборот, от страха глаза отводила. С другой стороны Ветроградов тоже их видел – вот пусть и ищет! Собственно это всё, что я знала. Хотя…

– А ведь я им звонила, когда забирала вещи. Они тогда помогли их перевезти, – вспомнила я.

– Отлично, значит, телефон у нас есть, – кивнул дед Андрей.

– Нет, – замотала я головой. – Телефон же у меня украли. Да даже бы и он у меня был – номер я не записывала. Они оставили его на клочке бумаги – так я давно его выбросила. Так что номера телефона у меня нет. К тому же он наверняка однодневка.

– С этим можно разобраться, – вставил своё слово Ветроградов младший. – Ты помнишь, какого числа звонила?

– Ты ещё спроси, чего получше, – огрызнулась я. – Почему я должна это помнить? Это что – самый счастливый день в моей жизни?

– Не кипятись, Алёна. Кирилл прав. Ты же сама говорила, что тебе срок на выселение дали три дня. Стало быть от даты совершения сделки. Где договор? Ты его не выкинула, не потеряла?

– Не должна была… – растерянно ответила я. – Он должен быть у меня среди…

А мне и самой интересно, куда я его могла положить? Тогда я была на эмоциях и засунуть могла куда угодно. Но абсолютно точно не должна была выбросить. Я вообще документы не выбрасывала. Или… всё же… Я засомневалась в самой себе. Я поставила чашку чая на стол и направилась в свою комнату.

– Кирилл, помоги Алёне, – сказал дед Андрей. – Поищете вместе.

– Да понял я, – фыркнул внук, поддерживая меня за локоть.

«На ручки» идти я категорически отказалась, но без помощи не обошлась бы. Однако на лестнице Ветроградов всё же понёс меня.